Читать онлайн Ты не чужая, автора - Уинтерз Ребекка, Раздел - ГЛАВА ШЕСТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ты не чужая - Уинтерз Ребекка бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.94 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ты не чужая - Уинтерз Ребекка - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ты не чужая - Уинтерз Ребекка - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уинтерз Ребекка

Ты не чужая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ШЕСТАЯ



— Диана? Британи велела передать, что Тайлер еще спит, так что особенно не рвись. Куда нести детский шкаф?
— Роман! — возбужденно воскликнула Диана. — Почему ты здесь? Вам с Британи слишком много приходится возиться с нами. Мы на целую неделю захватили ваш дом, ребенок не дает вам спать по ночам. Мы никогда не сможем отплатить вам за ваше гостеприимство.
— Мы квиты. Помнишь, как ты помогла в организации агентства, когда я только-только приехал из Нью-Йорка? Скажи лучше, что делать вот с этим. Фургон уже прибыл. Кэл там с грузчиками.
Романа было не остановить. Как она успела заметить за последние семь дней, этот красавец просто сгусток энергии. Недаром в прошлом он был десантником, потом служил в полиции, а теперь успешно руководит детективным агентством. Видимо, это и роднит его с ее мужем.
— Детская — вторая дверь справа от холла, она примыкает к спальне.
— Найду.
— Диана!
Она резко обернулась. Больше не нужно было осторожничать из-за боязни тошноты, вчера доктор Харкнесс объявил, что она может выполнять свои домашние обязанности. Он сказал, что со временем она, возможно, преодолеет головокружение от высоты. Она слышала, как врач похвалил Кэла за решение переехать в другой дом, потому что Диане и без того тяжело из—за потери памяти, а тут еще этот страх высоты.
— Рэнд? — удивилась она. Тот держал кроватку, которую Кэл временно установил у Романа. — Ты тоже здесь?
— Сегодня великий день переезда. Разве мы могли усидеть в офисе? Показывай, дорогуша, куда это тащить.
Диана дала ему те же указания, что и Роману. Глядя в спину удаляющемуся Рэнду, она задыхалась от невысказанных чувств. Какие у них друзья! Добрые, отзывчивые, лучше не бывает!
Они всей толпой переносили из дома Романа продукты, цветы и подарки для Тайлера. Диана продолжала ими восхищаться. Среди этих восторгов, не говоря уж о постоянной заботе об их приемном ребенке, ей некогда было вспомнить о потере памяти.
Она и не хотела. Это ее пугало.
По счастью, никто не заговаривал о том, что с ней произошло. Кэл вообще больше не затрагивал эту тему. Иногда она чувствовала на себе его выжидательный взгляд, когда кормила ребенка. Она понимала, что он ловит признаки того, что она что-нибудь вспомнит. Но ничто не вспоминалось.
Вечерами, закончив молитву, она просила Бога восстановить память. Прошлое оставалось чистым листом. Хотя муж и не признавался, но ее неспособность вспомнить их брак должна была больно ранить его. Иногда она физически чувствовала его боль, даже зажмуривалась, когда возникало что-то такое, что она должна бы помнить, но не помнит.
Только фотографии из альбома говорили ей, какой она была до несчастного случая. Британи сказала, что у них есть много любительских фильмов, но Диана пока не решалась их смотреть. Ей было страшно обнаружить, что то, чем она стала теперь, явилось огромным разочарованием для ее мужа.
Послезавтра должен состояться первый визит к доктору Билу. Он предупреждал, что им придется о многом поговорить. С каждым днем она чувствовала себя все более нелепо. Иногда ей казалось, что она худшая на свете мать. Если Кэл видел, что она взвинчена, он тихо уходил, пока она не успокаивалась. Он никогда не жаловался.
Из-за ее фобии они не могли жить в доме, который он выстроил для них. Он сказал, что это не имеет значения, но Диана понимала, что так не бывает. Любой пришел бы в отчаяние, если бы его мир полетел в тартарары!..
— Мэм, куда ставить инструмент?
Она так глубоко задумалась, что не заметила вошедших в гостиную грузчиков. Она увидела черный инструмент на катках и поняла, что привезли рояль.
«Кэл был пианистом?»
— П-пожалуй, в тот дальний угол. Подальше от окна, — рассеянно сказала она, заинтригованная тем, что у ее мужа есть талант, о котором он ни разу не упомянул. Он вообще редко о себе говорил.
«А разве ты пыталась узнать?»
Ответ был ей известен. Чувство вины все возрастало.
— Диана, я закончила проводку сигнализации. Иди посмотри, как работает главная панель.
Аннабелл взяла на себя установку новейших приспособлений для защиты дома от воров. Роман показал Диане список камер наблюдения и подслушивающих устройств, производимых компанией Юрия Люфки. Чего только люди не придумывают, чтобы защитить свои жилища!
— Теперь твой дом — крепость! — Ее рыжеволосая подруга светилась от удовольствия. — Чистое искусство! Щелкни вот этим — и даже Кэл не войдет в дом, если пришел с работы позже, чем ты ему велела.
Диана расхохоталась.
— А в вашем доме все это тоже есть?
— И даже больше, — присоединился к разговору Рэнд, одарив жену влюбленным взглядом и обхватив ее за талию. — Еще до свадьбы она обеспечила дом защитой от воров, а с тех пор добавила еще кое-что. Просто чудо, как я проникаю в свою постель, Лу.
— Это точно, Рэй.
Они обменялись красноречивыми взглядами, наполненными особым значением, и засмеялись.
Рэнд наклонился и поцеловал жену. Очевидно, это какая-то шутка, понятная только им. Двоим людям, которые любят друг друга.
Острая боль пронзила сердце Дианы. Между нею и Кэлом ничего подобного не было. Чтобы наслаждаться драгоценными моментами общения, у обоих должны быть одни и те же воспоминания.
Не в силах видеть их счастья, она отвернулась, чтобы уйти, и замерла. Муж стоял совсем близко и пожирал ее глазами. Он держал большую коробку, так что ей были видны только глаза, но она поняла, что он здесь достаточно долго, чтобы видеть игру Рэнда и Аннабелл.
Диана хотела бы, чтобы его вообще не было поблизости. Она сознавала, что, куда бы муж ни взглянул, он везде видит мучительные напоминания о любви, которая у них когда—то была. Она не могла вынести подобной муки.
Кэл такой хороший! Он так старается!..
— Т-ты извини, я схожу к Британи, узнаю, как Тайлер.
— Я только что там был, — пробормотал Кэл. — Он спит. Вообще—то я хотел, чтобы ты подумала вот о чем: в нашем старом доме у нас был общий кабинет. Хочешь здесь сделать так же или поставишь свой компьютер в спальне? Там хватит места.
— Я не понимаю. Спальня — это твоя комната.
Он покачал головой.
— Тебе имеет смысл спать там, потому что так ближе к ребенку.
— Не глупи, — вспылила она, чувствуя, как горят щеки. — Другая спальня в нескольких шагах. Я не знаю, как работать на компьютере, и мне не нужна большая комната. Перестань быть таким великодушным! Это меня убивает! — Прежде чем слова слетели с ее губ, она уже о них пожалела. Его лицо окаменело, будто он надел маску, скрывающую всякое выражение. — Извини, — вскрикнула она в ужасе от того, что наговорила. — Я не хотела тебя обидеть. Ты же понимаешь...
Кэл стоял, как будто его окатили холодной водой. Было ясно: сказанное непоправимо. Она сморозила глупость, но слово не воробей...
— Пожалуйста, пойми... Я не могу пережить, что этот несчастный случай перевернул всю твою жизнь. Неужели ты не осознаешь, что мне было бы легче, если бы ты не так много для меня делал? Поставь себя на мое место. Если бы все было наоборот, я чувствую, ты не позволил бы мне ничем пожертвовать. — Ее голос дрожал, и она за это себя ненавидела.
— Ты права. Не позволил бы, — мрачно сказал он неузнаваемым голосом. — Хорошо, что ты высказалась. Теперь все ясно.
— Кэл... — окликнула она его, желая сгладить напряжение, но в этот момент в холл вошли грузчики и отняли у нее возможность исправить положение.
«Которое ты сама создала, Диана. Если бы не муж, у тебя не было бы этого ребенка. Тебе некуда было бы идти. У тебя не было бы друзей. Ты ему всем обязана. Почему же ты так с ним обращаешься? Что ты за человек?»
— Если ты не заметил, уже ночь, приятель. Сверчки заливаются. Ты поработал за десятерых. Почему ты все еще торчишь здесь?
— Вместо того, чтобы лежать в постели с женой, которой я столь же интересен, как это дерево, ты это хочешь сказать? — Кэл устало вынимал вещи из коробки. — Извини, Роман. Я сейчас не...
— И не говори, — оборвал его Роман. — У меня есть глаза, я тут был.
— Ничего не получается. Я не знаю, как вести себя с Дианой.
— Перестань подлаживаться под нее. Будь самим собой.
— Она сказала то же самое, только другими словами.
— Ты уже кое-чего добился. Она живет с тобой в одном доме.
— Чудо из чудес, — усмехнулся Кэл.
— Никто ее не принуждал. Она пошла по доброй воле.
— Ты забываешь о Тайлере.
— Конечно, он первопричина. Но я наблюдал за ней эту неделю. Она тверда в своем решении. Если бы она не хотела здесь жить, то не стала бы. Помнишь первое утро, когда ребенка привезли из больницы?
— Как можно это забыть? Няня отдала Тайлера Диане, и я сразу стал не нужен.
— Точно так же вела себя Британи, когда я привез их домой. Я тоже чувствовал, что меня бросили. Это длилось четыре часа, а потом она вспомнила про меня. У Дианы все так же. Я тебе не рассказывал, но в тот день, когда ты уехал в ваш старый дом подготовить вещи для упаковки, она увидела, что тебя нет, и спросила, где ты. Легко было заметить — ее задело, что ты не сказал ей об этом.
— Послушай, Роман, я понимаю, ты стараешься...
— Я не закончил. Есть кое-что еще, что тебе следует знать.
Странный тон Романа привлек внимание Кэла.
— Что же это?
— Вспомни, я позвонил тебе и сказал, чтобы ты возвращался к нам.
— Ну? Ты сказал, что Диане нужно помочь с ребенком.
— Я соврал.
— Что-о?
— Около одиннадцати Диана постучалась к нам в спальню и спросила, когда ты вернешься.
— Ты хочешь сказать, что она вспомнила, что я существую? — раздраженно спросил Кэл.
Роман обнял его за плечи.
— Мы ей сказали, что ты собираешься ночевать в старом доме, пока не будет готов новый. Ручаюсь головой, Диана побледнела. Я спросил, не больна ли она или, может, ей нужно помочь с ребенком. Она сказала «нет», умоляла простить ее за вторжение, потом хлопнула дверью и ушла. Мы с Брит поняли, что без тебя Диана не чувствует себя в безопасности. Ее беспокойство было очень заметно, Кэл. И я позвонил тебе. В ту же секунду, как ты появился, она стала другим человеком. Счастливым.
— Один я этого не замечаю, — горько бросил Кэл.
— Потому что ты слишком расстроен. Например, ты, скорее всего, не заметил, что твоя жена попросила Брит не пускать кошку в детскую. Мы уверяли, что Клози ни разу не оцарапала Юрия, но ее это не убедило.
— Я не знал.
— Откуда же тебе знать? Это мелочь. Множество людей не подпускают домашних животных к новорожденным. Мое мнение таково: твоя жена не боится высказываться. Она потеряла память, но хорошо знает, чего хочет, а чего нет. Тебе не приходит в голову, что ее сегодняшний взрыв мог быть вызван желанием быть поближе к тебе? Если ты постоянно стремишься угодить ее желаниям, как ей догадаться, чего хочешь ты?
Кэл удивленно вскинул брови.
— Я совершенно ясно выразился перед тем, как ее выписали из больницы.
—И?..
— Она совершенно равнодушно сказала, что хотела бы что-нибудь помнить.
— Но твои слова не испугали ее, иначе она не осталась бы под одной крышей с тобой. Может быть, Диане хочется, чтобы ей больше доверяли. Брит говорит, что на месте Дианы она боялась бы, что в этом новом состоянии она тебе не так нравится, как прежде.
— Что за нелепость!
— Согласен. Однако нельзя недооценивать интуицию моей жены. Во всем, что касается женской психологии, она бесспорно права. Подумай над тем, что я тебе сказал. Да, пока не забыл: полиция вернула записку роженицы. Держи. — Роман вынул из кармана сложенный листок и протянул Кэлу. — Если я еще не говорил тебе — мы с Брит счастливы, что вы будете жить так близко от нас.
— Взаимно, — проговорил Кэл и быстро ушел.
Диана с нетерпением ждала, когда Кэл вернется. Хотя она не слышала их разговора, но знала, что муж остался с Романом.
Как ни благодарна была Роману и его жене Диана, она все же не переставала гадать, что они о ней думают. Они ведут себя так, как положено добрым друзьям: поддерживают Кэла в критической ситуации.
Но что, если этот кризис никогда не кончится? Если память к ней так и не вернется? Как скоро она станет всем чужой, потому что она уже не та, что была раньше? Как скоро Кэл захочет с ней развестись?
Мучимая безответными вопросами, она накинула халат и тихонько прошла в детскую посмотреть на своего спящего ангелочка. Он рос день ото дня. Она с нетерпением ждала, когда станет ясен цвет глаз. Пока они были мутные. Втайне она надеялась, что они будут карими, как у Кэла, темными, бархатными, опушенными длинными ресницами. Когда ее муж улыбается, его глаза становятся невероятно красивыми, она в жизни таких не видала!
Даже странно, что Аннабелл обрисовала Романа как красавца. Диана соглашалась, что их босс хорош собой и Рэнд, конечно, привлекательный мужчина, но Кэл несравненно лучше: суровый облик, пронзительный взгляд — образец мужчины с Дикого Запада.
Образец человека. Лучшего отца для Тайлера и пожелать нельзя.
«И лучшего мужа для тебя?»
Прошла всего неделя, но она признавала, что Аннабелл сказала правду: Кэл — один на миллион. Он уже столько раз доказал, чего стоит, что Диана чувствовала себя подавленной. Вопрос в том, чего она сама стоит?
Как оценивает ее муж? Невысоко. Совсем невысоко. Сегодняшний инцидент в холле — тому пример. Она страдала, она ждала момента поговорить с Кэлом и попросить прощения за свою бесчувственность. Но, судя по тому, что Роман задерживается, придется, видимо, подождать до утра.
Ей вдруг захотелось, чтобы Тайлер сейчас не спал. Маленькое теплое тельце всегда действовало на нее успокаивающе. Но он так сладко сопел в своей кроватке, что Диана и подумать не могла его потревожить. Она на цыпочках вышла из детской и двинулась к себе.
— Ой! — вскрикнула она, наткнувшись на мужа. Наверное, Кэл только что вошел со двора. Он взял ее за плечи.
— Извини. Ты так неожиданно появилась, я не хотел тебя напугать. Все в порядке?
— Все п-прекрасно, — еле слышно пролепетала она. Он целый день таскал вещи, но от него все равно исходил приятный запах чистоты. — А как ты?
В те несколько секунд, когда их тела соприкасались, она ощущала биение его сердца. Для нее было открытием, что у него такая мускулистая грудь.
Может быть, он не почувствует охватившего ее трепета?
— Лучше всех. Как наш сын?
— Хорошо. Он спит. Я наслушалась историй о том, как трудно с новорожденными, но Тайлер не доставляет никаких хлопот. Как ты думаешь, это нормально?
— Наверное, нам повезло. Раз уж мы заговорили о ребенке, пойдем на кухню, я тебе покажу, что принес Роман. — В нем чувствовалось какое—то возбуждение.
Заинтригованная, Диана пошла следом за ним. Кэл щелкнул выключателем, и свет залил просторную кухню.
Диана старалась все привести в порядок, но на полу остались стоять нераспакованными две коробки с надписью «Стаканы и тарелки». Она откроет их завтра.
Он положил на стеклянную поверхность стола сложенный листок.
— Что это? — удивилась она.
Он полез в холодильник за колой.
— Прочти — и узнаешь.
Это было письмо, написанное на линованной бумаге. Внезапно Диана поняла, что это записка, оставленная с подкидышем.
— Дорогая Диана, — прочитала она, тихо всхлипнув, и встретилась с глазами мужа.
Кэл испытующе смотрел на нее.
— Что? Ты вспомнила, что читала ее раньше?
В его глазах было столько надежды, что она почувствовала себя еще более виноватой, чем всегда.
— Нет. Извини.
— Не извиняйся. Я подумал...
— ...что я что-то вспомнила?
«Он надеялся, что произойдет чудо. Он хочет, чтобы я была такая, как раньше. Такая, как сейчас, я ему не нравлюсь».
— Я бы хотела, — прошептала Диана. — А всхлипнула потому, что записка адресована мне.
— Да, — услышала она глухой голос.
— Теперь я понимаю, что имела в виду Уитни...
— Ты дочитай, — ласково напомнил Кэл. — Тогда все узнаешь.
«Как он старается не показать, что расстроен!»
Дрожащими руками Диана поднесла к глазам записку. Когда она дочитала до конца, то плакала уже навзрыд, и слезы, капая на бумагу, размазывали буквы.
— Ты на меня не сердишься?
Удивленная вопросом, она подняла к нему заплаканное лицо.
— Почему ты спрашиваешь?
— Потому что я с самого начала не рассказал тебе всю правду про это письмо.
Она откинула со лба спутанные волосы.
— Ну что ты! Я понимаю, почему ты этого не сделал. Ведь я заявила, что это мой ребенок. Если бы я тогда увидела эту записку, мне было бы еще хуже, чем сейчас.
— Давай не будем говорить об этом, Диана. Ты пережила такое, что не многие смогли бы перенести. Все наши друзья благословляют твое мужество.
Я... — Он запнулся. — Я восхищаюсь тобой больше, чем ты можешь это представить.
Она заметила его нерешительность. Разумеется, ему приходится подыскивать слова и говорить комплименты, чтобы не задевать ее чувства.
— Ты слишком добр, но мне требовалось что-то такое, что спустило бы меня на землю. Это сделало письмо.
Кэл нахмурился.
— Что ты хочешь сказать? Я надеялся, ты обрадуешься, узнав, что мать сама выбрала тебя для своего ребенка.
— Ты хочешь сказать — выбрала нас? Она и тебя упоминает в письме. Однако не надо забывать, что мать Тайлера знает, кто мы и где живем. Она в любое время может прийти за ним. Я все больше начинаю понимать, как ты был прав, когда говорил, что мы должны быть готовы к тому, что его придется отдать.
Кэл шагнул к ней, на лице его было странное выражение.
— Ты знаешь не все. Я так сказал, чтобы отвратить эту возможность, но сам в нее не верю. И Роман не верит, а я доверяю его чутью.
Диана опять не смогла совладать со слезами.
— Что, если кто-то усыновит его раньше, чем мы?
— Нам поможет Уитни. Она сделает все, что в ее силах. Но и мы не должны сидеть сложа руки. Прежде всего мы должны получить сертификат приемных родителей. Уроки начинаются завтра вечером.
— Но, может быть, ее усилий и этих уроков будет недостаточно и мы останемся ни с чем?
Диана разрыдалась. Кэл не мог скрыть раздражения.
— Если ты этого боишься, утром нужно вызвать работников социальной службы, они приедут и заберут Тайлера.
— Нет!!! — Она быстро вытерла слезы со щек. — Ты ведь этого не хочешь! А я этого просто боюсь!..
— Я знаю. Нам сейчас нужно быть заодно. Возможно, следует поступить так, как хотела мать ребенка.
Диана хмурилась, не понимая, о чем он говорит.
— Она просила нас сходить с Тайлером в церковь. Может быть, исполнив ее волю, мы обретем покой, в котором так нуждаемся.
«Церковь?»
— А мы... мы с тобой ходили в церковь?
Кэл кивнул.
— В ту самую церковь, где венчались. Но нерегулярно. Дело в том, что я иногда был занят по воскресеньям, да и агентство Люфки тоже работает без выходных.
— Я бы с удовольствием пошла в церковь, но в другую.
— Почему? Ты что-нибудь помнишь?
«Опять этот вопрос». Каждый раз он ее ранит.
— Нет. Хотела бы я, чтобы причина была в этом, но нет. Мне просто трудно справиться с мыслью, что я встречу людей, которые знали меня до несчастного случая.
После короткой паузы Кэл сказал:
— Мне самому не нравится перспектива выслушивать кучу вопросов. Значит, найдем церковь здесь, в Каве, где нас никто не знает. Начнем с нуля.
— Ты и вправду так считаешь? Ты уверен, что это правильно?
— Диана... — Раздражение в его голосе показало, что она опять сказала что—то не то. — Религия была важной частью нашей жизни. Для матери Тайлера она тоже многое значила, иначе она не стала бы упоминать об этом в записке. Неужели ты и правда думаешь, что для меня важно, в какую церковь пойти?
Его искренность сразила ее.
— Нет. Конечно, нет. Я буду рада пойти в любую в это воскресенье, если можно.
— И я буду рад. — Как будто солнце выглянуло из- за туч — его глаза зажглись светом, которого не было прежде. Ему понравилась ее реакция!
Диана не помнила, чтобы ходила в церковь, но что—то говорило ей, что это будет правильно — и для них, и для их сына.
— Диана, есть кое-что еще.
У нее упало сердце.
—Что?
— Не разрешишь ли ты мне вставать ночью к Тайлеру?
Она должна бы почувствовать облегчение, но вместо этого испытала смесь удивления и разочарования, потому что ждала, что он попросит ее о чем— то другом — о том, что совсем не имеет отношения к ребенку.
— Конечно, — излишне жизнерадостно согласилась она. — Я не предлагала только потому, что ты и так замотался с этим переездом. Пока мы жили у Британи, я хотела, чтобы ты больше отдыхал.
— Я понимаю и признателен тебе за это. Мне хочется больше внимания уделять сыну.
— Ты ему тоже нужен. Спокойной ночи, Кэл. Спасибо, что показал записку, — тихо добавила Диана. — Я... хочу, чтобы ты знал — я в восторге, что она выбрала нас.
Терзаясь угрызениями совести, она выскочила из кухни, не решаясь признаться себе, что наслаждается обществом мужа, что она его все более страстно желает.
Неделю назад она оттолкнула Кэла, когда он пытался ее поцеловать. Она облила его презрением и заговорила о разводе.
Как могло за семь дней все перемениться? Что с ней такое? Ведь она ревнует его к малышу, который заслуживает внимания папочки хотя бы на одну ночь.
— Ну-ка, Тайлер, теперь нужно срыгнуть. Папа ждет. Вот так.
Кэл прохаживался по детской, держа малыша на руках. Он чувствовал запах духов Дианы, смешанный с запахом детской присыпки. Этот аромат его пьянил.
— У нас большой прогресс, сынок. Мы начинаем чувствовать себя семьей. На прошлой неделе у меня не было ни одного шанса. Ты, конечно, не знаешь, что это означает, так я тебе объясню. На прошлой неделе твоя мама не могла даже находиться со мной в одной комнате. Она сказала врачу, когда тот собрался ее выписывать из больницы, что не хочет идти со мной домой. Прошло семь дней, и вот мы все трое живем вместе, в новом доме. Это хорошее предзнаменование, Тайлер. Будем молиться, чтобы так все шло и дальше, — сказал Кэл и поцеловал малыша в шейку, куда прижимались и губы Дианы.
Он бережно положил спящего младенца в кроватку и накрыл одеялом.
— Видит Бог, если все будет идти так, то это ничего, но, если случится еще что-нибудь, я уже не справлюсь, — прошептал в темноте счастливый муж и отец.








Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ты не чужая - Уинтерз Ребекка



2 из 10.Зря потраченое время!
Ты не чужая - Уинтерз РебеккаНика
7.12.2011, 17.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100