Читать онлайн Бухта влюбленных, автора - Уинспир Вайолет, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.18 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уинспир Вайолет

Бухта влюбленных

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Поздним вечером в воскресенье Ферн с мужем вернулись домой. Пока Росс открывал все окна в душном бунгало, две недели простоявшем запертым, Ферн причесывала перед зеркалом растрепавшиеся в дороге волосы. Глядя на свое отражение, она увидела в зеркале влюбленную женщину – влюбленную от кончиков пальцев на ногах до кончиков роскошных светлых волос, изысканно оттенявших ее загар. На губах этой женщины играла таинственная улыбка, а в душе, словно распускающийся цветок, оживала надежда.
Но разве могла она надеяться, что за эти две недели стала нужна Россу? Что тепло и нежность Монтерея могут развиться в более глубокие отношения?
На следующее утро за завтраком, читая почту, Росс вдруг оторвался от письма.
– Мне вот тут пишет Лайонел Лестон, – сказал он с довольной улыбкой. – Шестое издание моей книги успешно распродано, и они теперь готовят седьмой выпуск. – Он пожал руку Ферн, протянутую ему через стол. – Похоже, миссис Кингдом, мы с вами скоро разбогатеем.
Цветок надежды в ее душе распустил еще несколько лепестков.
– А как там новое дитя? Скоро появится на свет? – поинтересовалась она, нарочно употребив это слово, потому что несколько раз слышала его от Росса, когда он, делясь впечатлениями о работе, сравнивал творческие муки со схватками беременной женщины.
– Засяду за работу к Рождеству, – ответил Росс.
– А я буду подбадривать тебя, – улыбнулась Ферн. – А имя своему новому дитяти ты уже подобрал?
– «Молния в зимнюю пору». Как тебе?
Ферн задумалась.
– Это, кажется, название стихотворения. Так ведь, Росс?
– Да. Джеймса Монтгомери:
Так возникает жизнь: стремительно рождается,И новому взгляду небес и земли картина открывается.Она и есть – и нет ее!..
– Это стихотворение немного грустное, – задумчиво заметила Ферн. А книга? Тоже грустная?
– Возможно, отчасти. В конце концов, жизнь – это одна большая кастрюля, в которой беспорядочно перемешано все – и улыбки, и слезы, и веселые песни, и горестные стенания. Ты ведь и сама уже поняла это, Ферн? Я знаю, что поняла.
– Да, – призналась она, вспомнив невыносимую тяжесть горя после смерти матери и образ отца, превратившегося для нее лишь в мимолетное воспоминание о ярко-голубых глазах, которые унаследовала ее сестра Брайони. Она подумала о Кене, и он показался ей песней, слова которой она забыла. Посмотрев на Росса, Ферн вдруг ясно поняла, что никогда и ни на что не променяла бы ни одного мгновения, проведенного с ним, хотя знала, что он способен обернуть ее рай адом. – «Молния в зимнюю пору», – тихо повторила она. – Да, мне нравится это название. И должно быть, оно здорово будет смотреться на обложке твоей книги.
– Здорово смотришься ты, когда стараешься поднять мой рабочий дух. – Улыбнувшись, Росс поднес ее руку к губам и легонько прикусил, потом по-детски уткнулся щекой в ее ладонь, и, глядя на его позолоченные солнцем волосы, Ферн внезапно ощутила острое желание иметь от него ребенка. В глазах этого малыша отразилась бы вся прелесть их сказочной жизни в Монтерее, в его детском голоске слышалась бы мелодичная песнь соловья, чья трель по ночам звучала над их домиком в горах…
Но вдруг, как не пойми откуда примчавшаяся туча заслоняет солнце, улыбка исчезла с лица Росса. Он отпустил пальцы Ферн и быстро убрал письмо мистера Лестона обратно в конверт.
– Мне нужно заскочить к тете сразу после завтрака. – Теперь Росс почему-то не смотрел на Ферн. – Если тебе нужно за покупками, можешь взять машину.
– Хорошо.
Ферн начала составлять список покупок. Она не понимала, почему у Росса так резко изменилось настроение, она знала только, что эта внезапная перемена поразила и испугала ее, и ничего не могла поделать с собой. Голос ее дрожал, когда она спросила, чего бы Росс хотел съесть сегодня на ужин.
– Да в общем-то все равно. – Он поднялся, скрипнув стулом. – Пойду выведу тебе машину из гаража.
– Росс, можешь дать мне немного денег на хозяйственные расходы? У меня… там уже мало осталось.
– Ну конечно! – Он говорил отрывисто, быстро. Отсчитав несколько купюр из бумажника, он небрежно бросил их на стол и вдруг притянул Ферн к себе. – Знаешь, милая, нам предстоит серьезный разговор, но прямо сейчас я… я не могу найти нужных слов. Возможно, у меня это лучше получится вечером. Возможно, мне нужно еще немного подумать. – Он обхватил ладонями ее лицо. – Хорошо, милая?
Наверное, она сказала «да», потому что он улыбнулся.
– А что, если на десерт у нас сегодня будет лимонный пирог? Ты же знаешь, как я его люблю. – Росс слегка коснулся губами ее щеки и ушел.
Ферн слышала только бешеный стук сердца. Неужели Росс наконец решился открыть перед нею сокровенные тайники своего сердца?.. И хватит ли у нее мужества вынести это испытание и боль, которую наверняка принесут ей его признания?


Ферн уже укладывала покупки в машину, когда сзади ее окликнул голос:
– Ферн, постой!
Обернувшись, она увидела спешащую к ней Диану. Девушки обнялись.
– Выглядишь шикарно! – Диана оглядела ее с головы до ног. – Ну а как вам жилось в Монтерее? Правда, это отличное место?
– Да. А еще мы ездили в Кармел – я обожаю морских котиков!
– Да, смешные они, неуклюжие такие!.. В общем, посмотрела я на своего любимого дядюшку, на этого загорелого красавца, и поняла, что отдохнул он на славу – подышал горным воздухом, не выпуская при этом из объятий красавицу жену.
– Диана, перестань!
– Ну, Ферн, я так люблю, когда ты краснеешь! – Диана и впрямь любила жену Росса, которая сегодня выглядела просто сногсшибательно в голубом костюмчике, так шедшем к ее светлым волосам. – Давай-ка запри машину и пойдем со мной в «Селестин», – предложила Диана. – Я сейчас буду демонстрировать лыжную одежду – тебе должно понравиться.
Ферн колебалась.
– В «Селестин»?
– Только не говори, что переживаешь из-за Ларейн Дэвис! По-моему, Росс про нее ни разу и не вспомнил с тех пор, как вы поженились.
«Конечно, это далеко не так», – подумала Ферн, вспомнив злополучную ночь в Монтерее, когда он выкрикивал в бреду: «Я не могу снова пройти через это!.. Во второй раз я не выдержу!»
Ферн убрала покупки в багажник.
– Мне нужно еще кое-что купить, поэтому давай лучше после твоего показа встретимся в «Викинге» и выпьем кофейку.
Диана согласилась, и примерно через час они уже сидели в своей любимой датской кофейне. Заказав кофе и пирожные, они оживленно обсуждали недавнюю помолвку Дианы с Джефом.
– Мне кажется, Джеф меня сначала проверял, – со смехом сказала Диана. – Он же знает, как я раньше любила пофлиртовать… Как будто я могла бы теперь посмотреть хоть в чью-нибудь сторону! Да я же от него без ума!
– А как его родители? Были рады? – поинтересовалась Ферн.
– Да, еще как! Они вообще ужасно милые люди. Мама Джефа в свое время из-за излишней полноты не смогла посвятить себя театру, и мне кажется, ей очень льстит, что я имею отношение к прославленной Эдвине Кингдом. – Диана улыбнулась, загородившись рукой от яркого солнца, бьющего в окно. – Правда, красивое колечко надел мне на руку Джеф?
– Очень!
– Дженни хочет, чтобы я на свадьбе была в белом платье. Сама она не надевала подвенечного наряда, поэтому ей хочется, чтобы у меня все было по-настоящему. А как ты думаешь, сама Дженни еще выйдет замуж? Я знаю, она сильно любила моего отца, но ведь она еще такая молодая и, по-моему, очень интересная.
– Ты, наверное, подумала о верном мистере Синдене? – улыбнулась Ферн.
Диана кивнула, отправив в рот кусочек пирожного. Она вообще уплетала все подряд, ибо никакие калории не могли испортить ее тонкой, как гибкий ивовый прутик, фигуры.
– Да, они прекрасно подошли бы друг другу. Оба вращаются в кинематографическом мире, и потом, он постарше, а это всегда делает мужчину более привлекательным в глазах женщины. К тому же его уравновешенность была бы своего рода противовесом взбалмошности Дженни. Они были бы такой же славной парой, как мы с Джефом. Или как вы с Россом.
Несколько минут кряду Диана увлеченно уплетала пирожное, потом сказала:
– Знаешь, Ферн, мне кажется, ты зря так переживаешь из-за Ларейн Дэвис… Я ведь знаю, что переживаешь! Конечно, я признаю, что она выглядит шикарно, только нет в ней того, что по-настоящему может осчастливить мужчину. Я имею в виду сердечность, мягкость и умение проявлять искренний интерес к его работе, идеалам… Шесть лет назад Ларейн потеряла Росса только потому, что думала лишь о собственных интересах, но ты, Ферн, не такая. Мне кажется, ты пошла бы за Россом хоть на край света, хоть в преисподнюю!
Ферн покраснела и опустила глаза.
То, что сказала сейчас Диана, вполне могло быть правдой, и все же факт оставался фактом, и, похоже, Росс за эти годы так и не смог выбросить Ларейн из головы. Она как-то назвала себя его путеводной звездой, а Ферн – просто заменой. Это воспоминание привело Ферн в такой страх, что она, боясь показать его Диане, поспешно стала рыться в сумочке, якобы в поисках носового платка.
– В Монтерее вы много купались? – спросила Диана.
– Да, почти все время проводили в воде – или купались, или ловили рыбу. А еще много лазили по горам.
– Так, значит, вы не ждете ребенка? – разочарованно протянула Диана.
– Да нет, думаю, пока рановато. А с чего ты взяла?..
– Даже и не знаю. Просто посмотрела на тебя и почему-то так подумала. А у вас был бы славный малыш, симпатичный такой карапуз!..
– Ди, я вижу, у тебя в голове одни карапузы, – смеясь, заметила Ферн.
– Да, я уже предупредила Джефа, что могу заполонить ими весь наш будущий дом, – хихикнула Диана.
Когда они вышли из кофейни, Ферн предложила подбросить Диану до дому.
– Росс, возможно, еще у вас, и мы с ним можем вернуться домой вместе, – прибавила она.
Однако Росс уже уехал от Эдвины. Ферн думала, что застанет его дома, и очень удивилась, когда не обнаружила его там. Она приготовила на обед сырную запеканку и с беспокойством ждала возвращения Росса, но он так и не появился к обеду, и Ферн выбросила холодную, нетронутую запеканку птицам.
Наконец она решила позвонить в особняк Кингдомов и спросить, не заехал ли Росс к ним снова.
– Нет, миссис Ферн, он не возвращался, – пробасила на том конце провода Делила. – Мистер Росс уехал часов в одиннадцать. Сразу после того, как к мисс Вине пришла миссис Глэдис Хэммонд рассказать, как она провела время в Майами. Мисс Вина еще удивилась, чего это он так быстро ушел, но я-то объяснила ей, что мистер Росс всегда недолюбливал эту старую сплетницу миссис Хэммонд, да она еще, как назло, поймала его во дворе и долго что-то тараторила ему, так что он, похоже, даже раскипятился.
Ферн недоумевала, пытаясь представить, что такого могла наговорить Россу Глэдис Хэммонд, что он «раскипятился» и даже забыл заглянуть домой. Она спросила у Делилы, не упоминал ли он об этом разговоре при тете.
– Насколько я знаю, нет. Он вообще по большей части молчал. Да и уехал рано, как я уже сказала.
– Понятно… – Ферн теребила телефонный шнур. – Значит, он встретил кого-нибудь из знакомых или что-нибудь в этом роде. Наверное, я напрасно волнуюсь…
– Вы, милая миссис Кингдом, видать, еще не привыкли к супружеской жизни, – со смехом заметила Делила. – А мистер Росс мог поехать в загородный клуб – покидать белых шариков в лунки. Уж таковы они, мужчины, милая! Мы их любим, а у них своя жизнь…
Ферн улыбнулась:
– Наверное, ты права насчет клуба, Делила, а я совсем забыла об этом.
– Ну? Правильно же я говорю, милая?
– Да, я действительно еще не привыкла к супружеской жизни, – согласилась Ферн и, положив трубку, подумала: «Да, собственно, супружеской жизни-то у меня было – всего последние две недели!»
Время тянулось медленно.
Пару раз Ферн порывалась позвонить в клуб и спросить, не приезжал ли туда Росс, но каждый раз отказывалась от этой затеи, понимая, что будет выглядеть как наседка, кудахтающая над своим драгоценным цыпленком. Все-таки Росс взрослый мужчина и вполне способен позаботиться о себе сам, поэтому Ферн решила терпеть и ждать. Она приготовилась, если понадобится, мужественно посмотреть правде в глаза. Затянувшееся отсутствие Росса, скорее всего, было как-то связано с серьезным разговором, о котором он упомянул сегодня перед уходом. Видимо, он собирался сообщить ей что-то очень неприятное, и Ферн утешала себя лишь тем, что Росс все же пока колеблется.
Вскоре после семи вдруг раздались требовательные телефонные звонки. Ферн примчалась с кухни и схватила трубку.
– Росс, это ты? – Ее голос был полон тревоги и подступающих к горлу слез.
– Да.
– Ты где? У тебя все в порядке?
– У меня все в порядке. – Голос был таким холодным, что Ферн с трудом узнала его. – Я звоню, только чтобы сказать, что не буду дома к ужину.
– Росс, но как же так?.. Я не понимаю…
– Все очень просто – я ужинаю у… друга.
Эта пауза, явно с намеком, навела Ферн на догадку, заставившую ее побелеть как полотно. У друга? У Ларейн! Он имел в виду Ларейн!
– Росс, что случилось? Почему ты за целый день не заехал домой? – Две слезинки скатились по щекам Ферн.
– Возможно, мне просто не хотелось ехать домой, Ферн.
– Милый, быть может, у тебя на душе есть что-то, чего ты не можешь сказать мне? – тревожно спросила Ферн.
– Ферн, не надо этих ласковых обращений, – резко оборвал ее Росс. – И у меня действительно есть о чем поговорить с тобой. Но только не сейчас. Меня не жди. Возможно, я вернусь поздно.
И он положил трубку, даже не положил, а бросил. Дрожащей рукой Ферн тоже положила трубку и долго стояла в сгущающихся сумерках, одинокая и испуганная.
Поведению Росса она могла найти только одно объяснение – он каким-то образом узнал о ее поездке в Марина-Бич и, оскорбленный тем, что был обманут, в сердцах поехал к Ларейн!
Ферн медленно побрела в спальню и там без сил упала на кровать. Уткнувшись лицом в покрывало, она хотела выплакаться, дать выход нависшему тяжестью отчаянию, но слезы превратились в камни, застыв в ее глазах.
«Ошибки не всегда можно исправить, – помнится, предостерегал ее Кен. – А сожаление – не лучший попутчик в жизни».
Накопившаяся тревога и отчаяние взяли свое, и Ферн неожиданно для себя погрузилась в сон. Она спала, лежа поперек кровати, подложив под голову руки и свесив с постели загорелые ноги.
Проснулась Ферн – так же внезапно – несколько часов спустя. На ночном столике горела лампа, и, подняв голову, Ферн увидела стоящего у окна Росса. Его пристальный взгляд был устремлен на нее, во рту дымилась сигара. Лицо его было суровым и чужим, черты его, казалось, обрели твердость мрамора.
Ферн села на постели. Росс продолжал смотреть на нее – на растрепавшиеся во сне волосы, на встревоженные лавандовые глаза…
– Ты лгунья, Ферн! – сказал он жестко, чеканя каждое слово.
Ферн вздрогнула, а он продолжал:
– Ты сказала, что ночевала здесь, в бунгало, одна в ту ночь, когда я был у Брунхиллов во Фриско. Ты выставила все так, будто перенервничала из-за грозы, и я чувствовал себя чуть ли не садистом оттого, что оставил тебя одну… – Золотистые огоньки в его глазах превратились в пляшущие языки пламени. – Это ж надо было так посмеяться надо мной! Ведь ты была не здесь, и далеко не одна! Ты была в Марина-Бич с Кеном Маквикаром!
Ферн буквально трясло от отчаяния, тем более что она не могла отрицать этих обвинений.
– И с твоей стороны, дорогая моя, было куда как неблагоразумно остановиться в одном отеле с этой сплетницей Глэдис Хэммонд, – продолжал Росс. – Сегодня утром на крыльце у тети Вины она буквально захлебывалась слюной, пока рассказывала мне, что я женился на изменнице и лгунье.
– Росс! – Его имя прозвучало как крик сердца. – Дай мне объяснить…
– Объяснить? Что? Что ты провела ночь в объятиях Кена Маквикара, пока я был самым удобным образом устранен с вашего пути? – Выдохнув клуб дыма, Росс смерил ее презрительным взглядом, прилившая к виску кровь четче обозначила края шрама. – Или ты скажешь, что в последнюю минуту передумала и пошла на попятную? Неужели у тебя не хватило смелости довести до конца свое маленькое приключение?
Болезненный румянец залил лицо Ферн.
– Как ты жесток, Росс! – в отчаянии воскликнула она. – Жесток и совершенно не прав!
– Тогда зачем ты лгала мне? Зачем дала понять, будто была здесь одна, когда на самом деле проводила время в Марина-Бич с мужчиной, за которого в свое время чуть не вышла замуж? А не кажется тебе, что в моем положении проще всего прийти к очевидному выводу, что ваша встреча была запланирована заранее и должна была остаться тайной для меня?
– Она не была запланирована, и я хотела рассказать тебе о ней, но решила, что ты обязательно подумаешь то, что подумал сейчас.
– Какая ты умная!
– Росс, перестань!
Она стояла на коленях на постели, словно первозданное существо, взывающее к милости бога, которого оно разгневало, и Росс даже в гневе невольно восхищался ее красотой – изящными загорелыми руками, нежной шеей и подернутыми пеленой слез лавандовыми глазами.
– Пойми, Росс, – умоляюще сказала Ферн, – когда ты уехал в Сан-Франциско, я почувствовала себя такой одинокой! А карнавал в Марина-Бич показался мне чем-то веселым и забавным, вот я и поехала туда на экскурсионном автобусе и там совершенно случайно встретила Кена. А потом разразилась эта ужасная буря, и мы не могли вернуться в Кэп-Фламинго. Я даже не могла позвонить тебе – молния повредила телефонные линии. Я… поступила неправильно, не сказав тебе, что была там, но я боялась…
– Какая чушь! – грубо перебил ее Росс.
– Я боялась, Росс, – спокойно повторила она. – Боялась, что ты не поверишь мне, когда я скажу тебе правду. Тем более, что речь шла о Кене – ведь ты знаешь, что когда-то мы с ним встречались.
– «Встречались» – это мягко сказано. Тебе не кажется, Ферн? Однажды ты призналась мне, что он почти открыл для тебя дверь в рай.
Ферн покраснела и потупилась. Ей хотелось сказать: «Кен только приоткрыл дверь в рай, а ты… провел меня туда». Но она не могла сказать этого и потому, не глядя в его сторону, проговорила:
– Ну и что нам теперь делать, Росс?
До сих пор он смотрел на нее не отводя взгляда, но после этих слов отвернулся и швырнул недокуренную сигару в окно.
– Не знаю, Ферн. Похоже, мы оказались на перекрестке, и я пока не знаю, в какую сторону нам повернуть. – Он прошел мимо ее кровати к двери.
– Росс, можно мне узнать: ты весь вечер пробыл у Ларейн?
Он не обернулся, зато Ферн увидела, как напряглись его плечи. Сначала, как ей показалось, он хотел ответить, но потом только пожал плечами и ушел к себе, плотно притворив за собой дверь.
Ферн держалась рукой за горло, и ей хотелось, чтобы у нее нашлись силы заплакать. Она потеряла человека, которого с такой силой полюбила в Монтерее, и боялась завтра и в последующие дни столкнуться с другим, чужим человеком, который мог в любое мгновение сказать: «С этого момента каждый из нас пойдет своим путем. Мы заключили этот брак с определенной целью, и он сполна послужил ей».


В пятницу утром Ферн получила телеграмму от Рика Скэнлена, мужа Брайони. Их малыш Фрэнки лежал с тяжелым воспалением легких, и Брайони хотела, чтобы ее сестра, если это возможно, была рядом с ней.
– Росс, я еду домой, в Англию, – сообщила мужу Ферн.
Он только кивнул в знак согласия, но поехать вместе не предложил. Росс позвонил в аэропорт и умудрился заказать ей билет на ближайший дневной рейс, потом отправил ее зятю телеграмму, в которой указал время прибытия самолета в лондонский аэропорт.
Когда Росс зашел к Ферн в спальню, она паковала чемодан, лицо ее было осунувшимся и озабоченным.
– Бедняжка Фрэнки в общем-то никогда не отличался крепким здоровьем, – сказала она Россу, убирая в чемодан платье. – Так что я даже не особенно удивлена случившимся, но несчастная Брайони… она сейчас, наверное, на грани помешательства!
– Тебе неплохо было бы чего-нибудь выпить, Ферн.
Росс вышел ненадолго и принес ей стаканчик бренди. Натянув юбку и нервно застегнув «молнию», Ферн с благодарной улыбкой взяла у него бренди и выпила, после чего надела пиджачок. Наблюдая за ней, Росс хмуро отметил про себя, что такая одежда вряд ли подходит для английского октября. Распахнув гардероб, он достал оттуда красивое леопардовое пальто, которое купил ей в Нью-Йорке.
– В Англии ты почувствуешь холод сразу же, – грубовато-сердитым голосом проговорил он, накидывая пальто ей на плечи.
Лучик надежды блеснул в душе Ферн. «А может… тебе поехать со мной?» – хотелось крикнуть ей, но он опустил руки и подхватил чемодан.
Росс завез Ферн попрощаться с Эдвиной, потом они заехали в банк поменять деньги и пообедали в ресторане. За соседними столиками в компании раскованных мужчин изысканно одетые дамы вели непринужденную беседу, и Ферн вдруг остро ощутила, что это тоже часть ее калифорнийской жизни, которая рассыплется в прах очень скоро – как только она ступит на борт самолета.
И этот момент наступил.
По летному полю гулял ветер, развевая серебристые волосы Ферн и полы пиджака Росса.
– Я буду звонить тебе, – сказал он, тяжело глядя на нее в упор. – О мальчике сильно не переживай – возможно, ему будет уже гораздо лучше, когда ты прилетишь в Англию.
Люди проходили мимо них на посадку, стюардесса понимающе смотрела на Ферн.
– Прощай, милая! – Росс удержал ее на мгновение, а через несколько секунд она уже поднималась по трапу. Ферн не оглянулась – не хотела, чтобы он видел в ее глазах слезы…
– Давайте я помогу вам. – Стюардесса сочувственно пристегнула на Ферн ремень безопасности. – Расставания всегда ужасно тягостны, правда же?
Ферн не могла говорить и только кивнула в ответ. Вскоре самолет пронесся по взлетной полосе и взмыл в небо, как гигантская птица, унося Ферн далеко-далеко от Росса. С каждой секундой, с каждым мучительным ударом сердца она удалялась от него. Отвернувшись к иллюминатору, Ферн наконец заплакала. Тяжелые, беззвучные слезы катились по ее щекам – ведь Росс не сказал «до свидания», он сказал «прощай»!
Когда громадный «боинг» уже гудел над Ла-Маншем, Ферн немного успокоилась и взяла себя в руки. Слезы, как им и полагается, помогли, и теперь Ферн твердила себе, что нужна Брайони и Рику и не имеет права подвести их.
Спускаясь вместе с другими пассажирами по трапу, она поежилась от промозглого ночного воздуха и с удовольствием ощутила на себе тепло леопардового пальто. Рик встречал ее в аэропорту. Его усталое, измученное лицо еще больше укрепило Ферн в решимости забыть о собственных проблемах.
Она поцеловала Рика в щеку, и они обнялись, а затем, получив багаж, поспешили к машине. Глядя на Ферн, Рик отметил про себя, что сестра его жены красива как никогда. И это роскошное, дорогущее леопардовое пальто… А когда Ферн взяла Рика под руку, у него даже ком подступил к горлу. Ведь она стала такой красивой, была теперь женой известного во всем мире журналиста и все же оставалась прежней Ферн – сердечной, отзывчивой, всегда готовой прийти на помощь.
– Ферн, ничего, что я послал тебе телеграмму? – спросил он. – То есть я хочу сказать, ничего, что тебе пришлось приехать? Твой муж не возражал?
– Нет, Росс не возражал.
Они выехали из аэропорта, и аккуратная маленькая «англия» Рика показалась Ферн игрушечной машинкой по сравнению с просторным «меркурьюри», к которому она уже успела привыкнуть. Зеленые поля под нависшим темным небом источали истинно английские ароматы. Сердце Ферн дрогнуло. Это была ее родина, и было столько щемяще британского в облике сидевшего рядом Рика – в его несколько робких серых глазах и в светлых волосах, понемногу уже редеющих на висках.
– Расскажи мне все о Фрэнки, – попросила Ферн. – Где он сейчас? В мейденхедской больнице?
– Да, в легочном отделении. Бедный маленький чертенок… совсем плох. Брайони почти все время проводит у него в больнице… Ох, Ферн, теперь, когда ты вернулась, ей будет намного легче. Эстер, конечно, молодец, но ты же знаешь, как она нетерпелива к Брайони!
Ферн кивнула. Ее старшая сестра всегда была человеком исключительно рациональным и так и не научилась принимать в расчет эмоциональность и порывистость темпераментной натуры Брайони.
– Это воспаление легких началось у Фрэнки как обычный грипп, – объяснил Рик, сворачивая на шоссе, ведущее в Мейденхед. – Но буквально за несколько часов ему сделалось совсем плохо. По дороге в больницу прямо в машине «Скорой помощи» ему даже пришлось дать кислородную маску… – Рик не скрывал волнения. – Мне кажется… Брайони просто сойдет с ума, если с нашим малышом что-нибудь случится.
Ферн сочувственно взяла зятя за локоть. Она сама любила Фрэнки, поэтому могла представить себе муки его родителей, вынужденных в бессилии и беспомощности просто стоять рядом, ждать и молить Бога, чтобы тот не вырвал из их жизни маленького сына, это крошечное чудо, которое они сотворили.
– Рик, современная медицина может творить чудеса, – тихо сказала Ферн. – Мне, как медсестре, приходилось видеть самые невероятные выздоровления.
Рик слушал ее вполуха, погруженный в мысли о больном сыне.
– Он всегда был таким подвижным ребенком! А теперь ты бы только посмотрела на него! У тебя бы сердце разорвалось, если бы ты увидела, как он лежит неподвижно в этой белой постели, с этой страшной кислородной маской на лице. И кажется, что он так далеко от нас, хотя мы сидим рядом и касаемся его. Он там один, совсем один в этом путешествии…
– Господи, Рик!
– Прости меня, Ферн, что я говорю такие вещи, но при Брайони я не могу. Я боюсь напугать ее.
– Понимаю.
Было уже поздно, когда их одинокая «англия» остановилась перед муниципальным домом, в котором жили Скэнлены. Должно быть, Брайони услышала шум подъехавшей машины, потому что дверь дома сразу распахнулась и она выбежала им навстречу. Сестры обнялись прямо на тротуаре.
– Ферни, ты вернулась!..
Брайони всхлипывала, как ребенок, ее светло-пепельные волосы липли к разгоряченным, мокрым от слез щекам, а тонкое тельце дрожало. Ферн и Рик наконец увели ее в дом. Рик сразу же ушел на кухню приготовить крепкого чая. Ферн сняла пальто и с ужасом обнаружила, как исхудала ее несчастная сестра и как осунулось ее лицо. От постоянной тревоги и напряжения она подурнела почти до неузнаваемости, и Ферн теперь поняла, почему плакал ее зять.
Бедная маленькая Брайони! Она выглядела так, будто не спала уже много дней. Ее светлые волосы, всегда такие привлекательные, сейчас были спутанны и неухоженны, белый воротничок платья помялся, а на правом чулке на коленке виднелась дырка.
Ферн села рядом с сестрой на кушетку и взяла ее за дрожащие руки.
– Брай, милая, послушай меня внимательно, – мягко проговорила она. – У тебя есть муж, и ты должна думать о нем не меньше, чем о сыне. Бедный Рик, по-моему, с трудом представляет, что делать с тобой в таком состоянии.
В невыразимом страдании Брайони уткнулась в плечо сестры.
– Пойми, мой Фрэнки умирает! Ты слышишь, Ферн? Мой ребенок умирает! Как я могу жить, зная это?! У тебя нет своего ребенка… и ты не представляешь, что это такое – выносить его, родить в муках и чувствовать, будто он часть тебя! Целовать его синяки и ушибы, прогоняя прочь боль!.. Видеть, как он растет день за днем!.. – Голос Брайони сорвался, и она зарыдала. – Если мой ребенок умрет, я тоже умру!
В комнату вошел Рик с подносом. Поверх склоненной головы Брайони Ферн разглядела его изможденное от постоянного напряжения лицо со впалыми щеками и резко обозначившимися скулами. Он только что слышал рыдания жены, и они причинили ему глубокую боль. Рик любил сына, но Брайони занимала в его сердце главенствующее место. Только сейчас у Ферн не было возможности объяснить ему, что – даже без ее профессиональных наблюдений – ей было ясно: его жена говорила такие дикие, невероятные вещи под влиянием истерики.
Ферн посмотрела в его исполненные муки глаза.
– Ваш доктор не дал Брайони какого-нибудь снотворного? – спросила она. – Ей необходимо хоть немного отдохнуть.
– Да она не будет пить их, Ферн! – сказал Рик.
– А ты принеси, и мы посмотрим. – Улыбаясь, Ферн убрала с разгоряченных щек Брайони спутанные волосы. Бедняжка Рик боялся проявить к Брайони твердость, а Ферн не боялась. Ей, как медсестре, часто доводилось видеть подобные ситуации, и она хорошо знала, что если мозг и тело Брайони не получат хотя бы короткого отдыха, то она может просто не выдержать такого напряжения.
– Спать я не хочу! – запротестовала Брайони, когда Ферн заставила ее выпить несколько глотков чаю. – Мне могут позвонить из больницы… Нет, я не стану спать!
– Не будь ребенком и давай-ка выпей еще чаю.
В комнату вошел Рик, и Ферн потихоньку взяла у него таблетки. Две штуки сразу же отправились в рот Брайони и были тут же запиты чаем – прежде, чем та успела понять, что сделала Ферн. Сама Брайони не раз проделывала этот фокус с бунтующим Фрэнки – совала ему в рот ложку с лекарством от кашля как раз в тот самый момент, когда он открывал его, чтобы воспротивиться.
– Ферни… – захныкала она, называя сестру детским именем. – Ферни, ты стала совсем другая!.. Такая же, как Эстер! Ты хочешь взять меня на испуг!..
– Ничего подобного, – спокойно возразила Ферн. – Я такая же, как прежде. Просто мне никогда не представлялось случая испробовать на тебе мою больничную тактику.
Брайони смотрела на сестру огромными голубыми глазами, постепенно начинавшими стекленеть – по мере того, как вступало в силу снотворное.
– Нет, Ферн, ты какая-то другая, – медленно проговорила она. – И, по-моему, ты не очень счастлива… – Брайони уронила голову, и Рик, взяв на руки, отнес ее в постель.
Ферн устало дотянулась до сумочки и прикурила сигарету. Снова опустившись на кушетку, она вдруг ощутила острую тоску. «Все мы выросли, – подумала она. – Все три теперь взрослые женщины, и жизнь крепко скрутила нас. Бедняжка Брайони может потерять сына. Я потеряла Росса, а Эстер, несмотря на кажущееся умение справляться с проблемами, вовсе не так уж счастлива в браке с Джорджем Тэйлором. Ведь женщина, вышедшая замуж только ради денег и положения в обществе, не может быть по-настоящему счастлива».
Ферн мысленно вернулась в прошлое, в один из вечеров, когда Эстер своим суровым секретарским голосом неожиданно объявила: «Ну вот что, сестрички, я выхожу замуж за своего начальника. Он купается в деньгах, а я больше не собираюсь быть смазливой провинциальной бесприданницей, живущей в дешевом, тесном, муниципальном гадючнике. В конце концов, Джордж мне даже нравится, и, если уж на то пошло, любовь – это всего лишь одна из эмоций, которую все привыкли переоценивать».
Так Эстер вышла замуж за своего босса, главу крупной компании по производству кондитерских изделий. На ее грандиозной свадьбе Ферн и Брайони были свидетельницами. Именно на свадьбе Эстер Брайони и познакомилась с Риком – он работал в дизайнерской фирме, занимавшейся тогда оформлением громадного дома, подаренного Джорджем Тэйлором своей молодой жене. Сейчас Рик трудился «на вольных хлебах». Ферн нравился Рик – своей надежностью и тем, что обожал Брайони.
Ферн задумчиво разглядывала вьющийся кольцами дым сигареты.
Брайони будет ужасно страдать, если потеряет Фрэнки, но умереть – как ей кажется сейчас – она не захочет. Ведь, несмотря ни на что, для женщины главной движущей силой в жизни является любовь мужчины, а Рик… Рик будет рядом и подставит ей плечо. Так думала Ферн, придвинув озябшие ноги к обогревателю.
А чуть позже, лежа в постели в комнате для гостей, она с тоской вглядывалась в темноту и гадала – скучает ли по ней Росс хотя бы немножечко.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет



Прекрасный роман. Очень добрый, романтичный. Не хотелось пропустить ни единой строчки. Прочитала на одном дыхании. Очень рекомендую.
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетЛюдмила
17.02.2013, 18.16





сухо, читаешь и никаких эмоций и при этом не законченный какой то, эпилог бы не помешал.
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетНина
8.05.2013, 20.05





Отличный жизненный роман.Вначале не очень,а потом не могла оторваться!Для любителей серьёзных романов.
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетНаталья 66
2.10.2013, 5.07





Какая-то муторная ерунда. И перевод ужасен. Слово 'милая' повторяется миллион раз, даже раздражать начало. Борюсь с собой, чтобы не бросить читать. Терпенья мне!
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетРрррр
12.09.2014, 18.24





Какая-то муторная ерунда. И перевод ужасен. Слово 'милая' повторяется миллион раз, даже раздражать начало. Борюсь с собой, чтобы не бросить читать. Терпенья мне!
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетРрррр
12.09.2014, 18.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100