Читать онлайн Бухта влюбленных, автора - Уинспир Вайолет, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.18 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уинспир Вайолет

Бухта влюбленных

Читать онлайн

Аннотация

Семейный союз прелестной Ферн Хэтерли и гордого красавца Росса Кингдома, заключенный по необходимости, мог бы стать счастливейшим из браков, если бы не сплетни непрошеных доброхотов. Неужели мосты сожжены и чувства превратились в пепел? Может быть, все еще только начинается…


Следующая страница

Глава 1

Калифорнийское солнце излучало почти тропическое сияние, и Ферн Хэтерли не могла оторвать глаз от изумрудной зелени пальм и эвкалиптов, тянувшихся вдоль дороги, что вилась вверх от живописного залива Кэп-Фламинго.
Здесь, среди высоких холмов, утопали в зелени роскошные особняки самых богатых жителей города, и в их числе – Кингдомов. При виде увенчанной портиком величественной колоннады, белоснежных стен, увитых бугенвиллеей, чьи плети, казалось, были нарисованы на белом холсте яркими, сочными красками, и просторной, затененной зеленью веранды сердце Ферн возбужденно забилось. Расплатившись с таксистом, она вышла из машины. Сегодня на Ферн была не форменная одежда медицинской сестры, а кремовое платье без рукавов с лавандового цвета пояском вокруг тонкой талии, как нельзя кстати подходившим к того же цвета сандалиям на ее маленьких ножках. Оглядев Ферн с ног до головы, таксист вызвался поднести чемодан до крыльца.
– Спасибо, я управлюсь сама, – поблагодарила Ферн, по-английски четко выговаривая слова и улыбаясь.
Пока она поднималась по ступенькам, таксист, залихватски сдвинув фуражку на затылок, с откровенным восхищением провожал ее взглядом.
Входную дверь открыла девушка в безукоризненно сидящей униформе прислуги, и Ферн вслед за ней поднялась по лестнице к спальне женщины, за которой приехала ухаживать. Горничная постучалась, из-за двери послышалось повелительное «Войдите!». Войдя, Ферн почувствовала, как ее ноги чуть ли не по лодыжки утонули в пушистом ворсе ковра, и увидела перед собой тучную женщину – она лежала на постели необъятных размеров с огромным пологом, ниспадавшим с самого потолка.
Так вот она какая, Эдвина Кингдом, знаменитая театральная актриса! Властная, красивая, с темно-рыжими волосами, до сих пор не утратившими своей яркости, и карими глазами, смерившими Ферн оценивающим взглядом, от которого не ускользнула ни одна черточка ее юной, изящной красоты.
– Итак, ты – сестра Хэтерли? – Этот повелительный голос звучал словно со сцены. – А по виду не скажешь, что ты могла бы управиться с человеком моей комплекции.
– Я гораздо сильнее, чем выгляжу, мисс Кингдом. – Ферн улыбнулась, отчего на ее левой щеке, прямо возле красивого, мягко очерченного рта, образовалась ямочка величиною с крохотную монетку. – И потом, доктор Лэндз сказал, что вы отнюдь не беспомощны.
– Вот как? – Глаза Эдвины вспыхнули негодованием. – Сначала этот дурацкий доктор укладывает меня в постель, присылает ко мне сиделку, а потом заявляет, что я не беспомощна. Так какая же я на самом деле, черт возьми?!
Упрямая и вспыльчивая старая обжора с огромным мешком денег – такая она была по словам доктора, и, хотя сейчас Ферн имела возможность лично убедиться в том, что ее пациентка – дама весьма напыщенная, она нисколечко не испугалась. К тому же уход за язвенным больным не представлял особого труда, и Ферн мысленно благодарила доктора Лэндза за то, что он не забыл о ней.
– Оуэн Лэндз сказал, ты приехала в Калифорнию всего три месяца назад, – продолжала Эдвина. – Ты ведь ухаживала за отпрыском Делютов в Санта-Барбаре, не так ли?
– Да, мисс Кингдом. – Ферн грустно улыбнулась. Мальчишка, которому на семнадцатилетие подарили автомобиль, умудрился размазать его чуть ли не в лепешку, впечатавшись в телеграфный столб. Он счастливо отделался несколькими переломами, но Ферн, оказавшаяся в доме Делютов в качестве сиделки, до сих пор не могла оправиться от нервного потрясения: в комнате больного, вместо покоя и тишины, день и ночь громыхала музыка и безвылазно торчали гости – не по годам развитые подростки, приносившие ее пациенту всякие несъедобные гадости и не упускавшие случая самым нахальным образом подкатить к молоденькой сиделке.
Конечно, после месяца, проведенного в такой более чем неспокойной обстановке, общество старой актрисы, пусть даже капризной и властной, уже не могло напугать Ферн.
Эдвина прочла это в дымчато-лавандовых глазах девушки, придававших еще больше шарма ее миловидному личику, обрамленному светлыми с серебристым отливом волосами. Эдвина попыталась представить себе длину этих блестящих волос, собранных на затылке в низкий пучок, и усмехнулась, вспомнив, как просила Оуэна Лэндза не присылать к ней классическую накрахмаленную и простерилизованную мадам, которая день и ночь суетилась бы вокруг нее с градусниками и баночками пилюль. Это же очаровательное создание, слава богу, никак нельзя было назвать суетливым.
Под пристальным взглядом пациентки щеки Ферн раскраснелись.
– Думаю, мы с вами поладим, мисс Кингдом, – сказала она.
– А ты очень симпатичная, – проговорила Эдвина своим низким, несколько резким голосом. – Не сомневаюсь, что со временем ты отхватишь себе какого-нибудь молодого красавца.
Ферн еще сильнее покраснела.
– Меня… меня больше интересует работа, а не замужество, – заметила она.
– Ну что за чушь! – грубовато возразила Эдвина. – Неужели ты думаешь, что за шестьдесят восемь лет я так и не научилась понимать человеческую натуру? Сама-то я никогда не отличалась кротостью и, выйдя замуж, могла бы испортить жизнь любому, но ты… Ты совсем другое дело! Как ты попала в Калифорнию? Наверное, расплевалась с каким-нибудь молодцем? Ну давай, расскажи, со мной-то можно поделиться. Знаешь, я вообще люблю молодежь и хотела бы видеть всех вас счастливыми! А вот ты улыбаешься только ртом, но не глазами. По ним-то, Ферн Хэтерли, я и догадалась о том, что ты несчастлива.
– Но… я вовсе не несчастлива, мисс Кингдом! – возразила Ферн, напряженно цепляясь пальцами за сумочку и тем самым невольно подтверждая правоту Эдвины. – А в Калифорнию я попала, сопровождая пациента, американского бизнесмена, у которого в Англии случился сердечный приступ. Он непременно хотел вернуться домой и так волновался из-за этого, что доктор побоялся, как бы ему не сделалось хуже, и согласился отпустить его в обратный путь, но только в сопровождении медсестры. А попав сюда, я поняла, что мне здесь нравится, вот и решила остаться на некоторое время.
– По своим скучаешь? – полюбопытствовала Эдвина.
Ферн кивнула, сказав, что скучает по двум замужним сестрам и их детишкам, и прибавила, что родителей ее уже нет в живых.
Они поговорили еще несколько минут, затем Эдвина вызвала прислугу, чтобы та показала Ферн ее комнату. Вскоре на пороге появилась негритянка в тюрбане, и Эдвина с постели пророкотала своим зычным голосом:
– Посмотри-ка, Делила, ну разве это дитя не похоже на маму в молодости? Особенно на ту карточку, где она стоит у магнолии?
– Ну конечно, похожа, мисс Вина. Теперь, когда вы сказали, я это точно вижу. – И Делила сверкнула ослепительной улыбкой, обнажив белоснежные зубы.
– Мой отец был настоящий рыжеволосый ирландец, – пояснила пожилая актриса, глядя на Ферн. – А вот мама была вылитая ты. Она обожала носить шляпки с широченными полями, украшенные цветами, и папа жутко ревновал ее ко всем мужчинам подряд – ведь те буквально пожирали ее глазами. Эту черту – ревность – он передал по наследству двум моим братьям. Фрэнку, например, просто паталогически не везло по этой части: мужики только и делали, что пялились на мою невестку, – вот он и держал ее за семью замками, словно султан.
– Да-а, мистер Фрэнк был сущий дьявол! – подтвердила Делила, сопровождая свои слова густым грудным смехом, клокотавшим в горле, словно кипящая в горшке патока.
– И красив как дьявол, правда же? – прибавила Эдвина с ностальгическими нотками в голосе. – Артур, конечно, был талантливее, зато, когда Фрэнк поднимался на сцену, все женские сердца в зале начинали трепетать. – Внезапно глубокая морщина прорезала лоб актрисы. – Будь неладен его сынок, умотавший к черту на рога и ввязавшийся там в какие-то политические игры, и все это только ради того, чтобы получить возможность написать о них. Когда-нибудь он допрыгается и его попросту убьют!
Таким сердитым тоном Эдвина говорила о своем племяннике Россе, который был так же демонически красив, как и его отец, но, по мнению Эдвины, обманул ожидания семьи, выбрав профессию журналиста, вместо того чтобы принести свою роскошную внешность и изрядную долю свойственного всем Кингдомам обаяния на службу театру. В результате единственной, кто мог поддержать семейную традицию, оказалась его сестра Дженифер, которая, впрочем, предпочитала более современный мир кинематографа и телевидения. Дженифер, которая была на год старше Росса, жила здесь же, на берегу залива, в белокаменном доме тетушки, и ежедневно ездила в Голливуд на гоночном «фиате».


Комната, которую отвели Ферн, располагалась рядом с апартаментами ее пациентки и была прекрасно обставлена. За прозрачными шторами, изящно подвязанными по краям, виднелись жалюзи, а широкие окна выходили во внутренний дворик, и, пока Ферн переодевалась в форменную одежду, она могла отчетливо уловить доносившийся оттуда аромат розовых кустов, мимозы и камелий. Старательно прикалывая к волосам туго накрахмаленную шапочку, Ферн отметила про себя, что у ее пациентки проницательный, цепкий глаз: она смогла разглядеть тень, лежавшую позади этой новой для Ферн калифорнийской жизни – жизни, где не было места мужчине, который, вместо того чтобы превратить ее мечты и надежды в реальность, так обидел ее, так ранил в самое сердце, что Ферн чувствовала теперь внутреннюю опустошенность и отсутствие всякого желания выходить замуж.
По ее худенькому телу пробежала дрожь, и, как ни пыталась Ферн прогнать от себя возникший перед ее мысленным взором образ Кена Маквикара, ей это не удавалось. Его сухощавое, напряженное лицо так и стояло у Ферн перед глазами, она видела его отчетливо, до самой крохотной детали, и вдруг оно осветилось улыбкой, той самой улыбкой, что была такой редкой гостьей на этом суровом лице и наполняла теплом его стальные, серо-голубые глаза.
С Кеном Маквикаром Ферн познакомилась, когда работала медсестрой в санитарной части фруктоперерабатывающей фабрики «Бремли» в Мейденхеде, ее родном городишке. Кен был там управляющим, и, когда между ними вспыхнул роман – стремительный и бурный, – Ферн даже сразу не поняла, насколько честолюбив ее избранник. Она знала, что иногда Кен бывает на вечеринках в доме Генри Бремли; несколько раз он даже в шутку упомянул о том, что дочка Бремли, похоже, всерьез положила на него глаз. При этом он всегда крепко и как-то судорожно прижимал Ферн к себе, но только теперь она осознала, что означали эти его объятия.
Кен уже тогда знал, что отдаст предпочтение Роуз Бремли.
– Тебя, Ферн, я обожаю, – признался он в конце концов. – Ты такая приятная и милая, но я не могу допустить, чтобы несколько миллионов фунтов утекли у меня сквозь пальцы. Упусти я их, я был бы полным кретином.
Ферн, потрясенная холодным расчетом Кена, которому было наплевать и на ее чувства, и на чувства Роуз Бремли, даже обрадовалась, когда появилась возможность уехать из страны. Американский бизнесмен вел в Мейденхеде переговоры о слиянии компании «Бремли» с крупной калифорнийской фруктово-консервной фирмой – так Ферн и узнала о том, что его лечащий врач ищет медсестру, которая могла бы сопровождать заболевшего бизнесмена домой, в Америку.
Поначалу Ферн планировала вернуться в Англию и подыскать работу медсестры в Лондоне, но новизна ощущений, захвативших ее в Америке, заставила девушку переменить планы, да и длительное пребывание вдали от Англии, считала Ферн, поможет ей оправиться от душевного потрясения и забыть Кена. Тогда Ферн обратилась в соответствующие инстанции за разрешением на работу в Калифорнии и теперь состояла в реестре медицинского персонала, а это означало, что она может работать по вызову как в больницах, так и на дому.
И вот сейчас она стояла у окна в особняке Кингдомов и смотрела во дворик, на залитые солнцем апельсиновые и лимонные деревья, на кружевные беседки и каменные скамьи, утопавшие в благоуханном цветении пунцовых и желтых роз. Она чувствовала, что это место ей понравится, к тому же в здешней атмосфере было что-то, вселявшее в душу надежду.


Вскоре Ферн познакомилась и с остальными членами семьи. Дженифер Кингдом, чью восхитительную игру ей довелось видеть в нескольких утонченных комедиях, коими славится Америка, оказалась беспокойной и темпераментной женщиной тридцати с небольшим лет, пожалуй слишком уж истончившей себя, чтобы считаться по-настоящему красивой, но зато она обладала роскошной волнистой рыжевато-каштановой шевелюрой. В юности Дженифер была замужем за человеком гораздо старше себя, теперь его уже не было в живых, но его дочь от первого брака, Диана, жила вместе с Дженифер. Ферн не могла не попасть под обаяние Дианы, чья энергия била через край, и девушки очень скоро подружились.
Было, впрочем, одно не слишком удобное обстоятельство – Диана оказалась любительницей пофлиртовать, и каждая их поездка в город или на пляж неизменно оканчивалась знакомством с парочкой бронзовотелых красавцев и настойчивыми приглашениями покататься на яхте, погонять на автомобиле или потанцевать. Однако Ферн не хотелось впутываться в очередную историю, и вскоре за ней закрепилась репутация недотроги. Только девятнадцатилетняя Диана все никак не могла смириться с этим.
– Ну почему ты такая равнодушная? – вот и сейчас вопрошала она. – Ты ведь нравишься многим парням, и в общем-то они не такие уж плохие. Вот, например, Кертис Уэйни – ужасно симпатичный, да и богат к тому же, а ты обращаешься с ним как с пустым местом.
Ферн рассмеялась. Она несла поднос в комнату Эдвины и только что отказалась от приглашения Дианы поехать потанцевать в клуб «Матадор» с Кертисом Уэйни и молодым доктором из местной больницы, к которому Диана неровно дышала.
– У тебя же полно подружек, – сказала Ферн. – Вот и попроси кого-нибудь из них составить вам компанию.
– Не получится. – Диана надула губки, взъерошив пальцами коротко подстриженные каштановые волосы. – Кертис хочет ужинать и танцевать только с тобой, а Джеф Лейн слишком робок, чтобы пригласить меня без компании. Они с Кертисом вместе снимали бунгало еще до того, как Кертис разбогател, и до сих пор остались хорошими друзьями, и это, кстати, доказывает, что ты напрасно считаешь Кертиса легкомысленным плейбоем.
– Да пусть он хоть весь будет из золота, – возразила Ферн. – Только мне он не нужен.
– Ну хорошо, хотя бы разочек, хотя бы сегодня вечером ты можешь притвориться? – не унималась Диана. – Ты пойми, для меня это, быть может, единственный шанс получше узнать Джефа… Или ты хочешь, чтобы я понервничала и попала в больницу? Вот уж было бы не смешно!
За три недели, проведенные в особняке Кингдомов, Ферн заметила, что Диана довольно часто предпринимает атаки на симпатичных парней, но сегодня вечером Ферн была свободна от работы, да и клуб «Матадор» был прямо-таки роскошным местом, поэтому она решила не расстраивать Диану отказом.
– Хорошо, – согласилась она. – Я составлю вам компанию, но только ради тебя, Диана, а вовсе не потому, что питаю какой-то, пусть даже малейший, интерес к Кертису Уэйни, к его долларам или яхте.
– Ура-а! – Ликующая Диана, приплясывая, закружила Ферн, едва не опрокинув поднос с обедом для Эдвины – тушеной камбалой и картофельным пюре. – Ты мое золотце! Я прямо сейчас позвоню Кертису! – И, чмокнув Ферн в щеку, она прибавила: – А знаешь, я думала, только в книжках пишут про девушек с нежной, как лепесток, кожей, но у тебя, Ферн, оказывается, как раз такая. Честное слово! Ты очень приятная и милая!
Приятная и милая! Ферн закусила губу. До чего все-таки странно, как нечаянно оброненные кем-то слова могут разбередить старую рану – словно какая-то ностальгическая мелодия или будоражащий память запах. Именно такие слова произнес Кен в их последний вечер. Он назвал ее приятной и милой, но признался, что Роуз Бремли значит для него больше, так как она богатая наследница!
Ферн несла Эдвине обед и представляла, какой шум та сейчас поднимет, – предписанную ей диету Эдвина обычно называла самыми крепкими словечками, а иногда и просто отборными ругательствами. Когда же речь заходила о лекарствах, она бушевала так, что Ферн с трудом удерживалась от искушения опрокинуть на голову своей пациентке стакан с водой. Сегодня обеденное меню должно было вызвать скорее обиду, нежели негодование. Вообще-то Эдвина любила рыбу, но только не тушенную в молоке и не приправленную картофельным пюре. Понятия Эдвины о еде скорее включали такие вещи, как аппетитные кусочки мяса осьминога, лобстера или гигантских креветок, плавающие в сочных глубинах ароматной томатной подливы.
– По всему видно, Ферн, в храбрости тебе не откажешь, если ты осмеливаешься потчевать подобной размазней женщину моей Комплекции и темперамента, – проворчала старая дама, неохотно помешивая вилкой картофельное пюре. – От такой кормежки я, пожалуй, скоро совсем на нет сойду, и, когда Оуэн Лэндз наконец позволит мне выползти из постели, я просто развалюсь со скрипом, как старая тряпичная кукла.
Ферн тем временем прибиралась на туалетном столике, и яркое полуденное солнце заливало светом ее накрахмаленную форму и серебристые волосы.
– Мисс Кингдом, ваша язва уже почти зажила – осталось потерпеть совсем недолго, – с улыбкой проговорила она. – И к тому же представьте только, какой постройневшей вы выберетесь из этой постели.
– Моя юная мисс, я столько лет блюла свою фигуру, что теперь, в почтенном возрасте, могу себе позволить отдохнуть наконец от всех этих ухищрений.
Эдвина вяло жевала свою камбалу, с симпатией поглядывая на Ферн, которая между тем остановилась возле выставленных в ряд на каминной полке фотографий в рамочках. На них были изображены члены семейства Кингдомов, и внимание Ферн привлек хорошо сложенный молодой человек в спортивных брюках и белой рубашке. Заметив это, Эдвина спросила:
– Ну, что скажешь о моем племяннике? Правда, симпатичный?
– Очень, – согласилась Ферн, впрочем без особой заинтересованности в голосе, отчего Эдвина сразу же нахмурилась – видно, и в самом деле какой-то неудачный роман заставил юную сиделку покинуть родину, подумала она. Не иначе, как какой-нибудь легкомысленный смазливый чертяка причинил ей боль, глубоко ранил в самое сердце, и ей, натуре тонкой и чувствительной, теперь нужно время, чтобы оправиться от удара.
– Кстати, Дженни получила от брата письмо – он сообщает, что намерен вернуться домой. Жил вдали от Америки почти шесть лет, а теперь вот собирается осесть здесь, как только подыщет себе жилье. Похоже, парень наконец вспомнил, что у него есть сестра. Разница-то между ними всего год, и в свое время они были очень дружны, пока его не понесло странствовать… Да и потом, еще эта его размолвка с Ларейн Дэвис…
Ларейн Дэвис была подружкой Дженифер, и Ферн уже видела ее в доме пару раз. Она работала манекенщицей в модельном агентстве «Селестин» – одном из самых престижных в Лос-Анджелесе – и своей роскошной внешностью могла поразить любого мужчину, даже такого красавца, как Росс Кингдом. Их роман, окончившийся разрывом, она считала бурным приключением. Отец Ларейн, довольно крупный промышленник, несколько лет назад обанкротился, и, хотя теперь ей приходилось зарабатывать на жизнь самой, она по-прежнему оставалась «избалованной принцессой». Ларейн нравилось, когда ей прислуживали, так она отнеслась и к Ферн, когда та появилась в доме, – как к прислуге.
В спальню Эдвины, пританцовывая, влетела Диана. Жизнь, как всегда, била ключом в этой типичной американской девчонке, одетой в пестрые брючки и розовую маечку без рукавов, из выреза которой виднелась юная упругая грудь.
– Обо всем договорилась! – радостно сообщила она Ферн. – Кертис с Джефом заедут за нами в половине девятого, а поскольку «Матадор» – местечко крутое, то и выглядеть мы с тобою должны соответственно. Я надену свое новое белое шелковое платье. А ты?
Ферн, у которой на щеке обозначилась ямочка, ответила, что такого изысканного наряда у нее, конечно, не найдется, зато есть шифоновое платье цвета лаванды, и, кажется, оно вполне может сойти для такого места, как клуб «Матадор».
– Я вижу, вы намылились потанцевать? – спросила довольная Эдвина и тут же обратилась к Диане: – А я знакома с этими молодыми людьми?
– Только с Кертисом, тетя Вина. – Диана присела на корточки возле постели. – Он пару раз бывал у нас на вечеринках. Ему очень нравится Ферн, но мне кажется, она боится мужчин. Только и делает, что дает им от ворот поворот.
Ферн забрала у Эдвины поднос, немного покраснев от проницательного взгляда хозяйки.
– Мисс Кингдом, вы будете допивать свое молоко? – спросила она. – Я добавила в него чуточку солода для вкуса.
– С большей охотой я бы выпила пивка, – изрекла Эдвина. – Холодненького пивка. Только ты ведь не дашь мне холодненького пивка, юная блюстительница режима? – Она усмехнулась. – Перед тем как укатить со своими ухажерами, не забудьте заглянуть ко мне – я на вас полюбуюсь. Знаете, старичье любит смотреть на молодых, в них оно узнает самое себя.
Ферн улыбнулась. Некогда прославленная актриса как пациентка частенько бывала несносной, но зато как она понимала жизнь! То и дело Эдвина рассказывала Ферн о прошлом, и, хотя она так и не вышла замуж, Ферн чувствовала, что старая женщина в глубине души жалеет, что на ее долю не выпало тех переживаний, которые так согревают человеческое сердце. В разговорах Ферн старалась обходить стороной свой неудавшийся роман с Кеном Маквикаром, но ей было легче оттого, что Эдвина уже обо всем догадалась и сочувствовала ей.
Наряжаясь для свидания, на которое ей не очень-то хотелось идти, Ферн думала о Кертисе Уэйни. Он вспомнился ей на пляже, в фуражке яхтсмена, лихо сдвинутой на затылок, его светлые глаза с нескрываемым восхищением и даже с какой-то жадностью смотрели на Ферн. Она не была дурочкой и прекрасно понимала, что мужчины находят ее привлекательной, но эти мысли не согревали ее. Ферн хотелось, чтобы ее любили ради нее самой, а не за внешность, не за идеально выточенную фигуру, роскошные волосы и нежную кожу. Она видела, что Кертис не ждет от нее умной беседы и ему даже было бы все равно, окажись она безмозглой пустышкой. Кертису просто нравилась ее внешность.
Со вздохом Ферн скользнула в лавандовое платье и аккуратно разгладила на бедрах тончайший шифон. Его цвет как нельзя лучше гармонировал с цветом ее глаз; добавив чуть-чуть губной помады и украсив шею скромным ожерельем, Ферн глянула в зеркало и поняла, что выглядит на все сто. Сердце ее нервно колотилось, и она вдруг пожалела, что не настояла на своем и не отказалась от поездки.
Выйдя из комнаты, Ферн встретила Диану, и обе не удержались от восхищенных возгласов при виде друг друга. Эдвина пожелала им хорошо провести время и посоветовала не возвращаться домой поздно.
– Что касается Джефа Лейна, то он у нас, по-моему, просто праведник, – рассмеялась Диана.
– А про Кертиса Уэйни такое можно сказать? – поинтересовалась Эдвина, переведя проницательный взгляд на слегка нахмурившийся лобик Ферн. Теперь Эдвина припомнила этого богатенького плейбоя – крепкого блондина с безразличными смеющимися глазами. Нет, явно не тот тип, который мог бы заинтересовать Ферн… И это означает, что она согласилась составить им компанию только ради Дианы. Пожалуй, слишком уж она щедра, даже в ущерб себе, решила Эдвина.
– Тетя Вина, Ферн уже не ребенок, – возразила было Диана, но в это время из прихожей донесся звонок.
Диана обняла Эдвину, и девушки спустились вниз, где Дженифер уже угощала их ухажеров, налив им по стаканчику бренди. Сегодня она была в хорошем расположении духа и охотно рассказывала о работе на студии. «Видимо, с нетерпением ждет возвращения брата», – подумала Ферн.
Кертис, сегодня просто неотразимый, в белом смокинге с черной бабочкой, предложил выезжать. Он поправил на Ферн кружевную белую накидку и тихонько рассмеялся, когда она слегка отшатнулась от его неожиданного прикосновения. В этом смешке слышались довольные нотки – словно ему нравилось держать Ферн в напряжении. Все четверо вышли из дома и направились к его роскошному «кадиллаку» с откидным верхом. Диана сразу же уволокла Джефа Лейна на заднее сиденье, поэтому Ферн против желания пришлось сесть рядом с Кертисом. Кертис успел заметить ее недовольство и пару раз на крутых поворотах нарочно коснулся ее плечом.
– Не хочешь приколоть букетик? – спросил он. – Я купил фиалки, потому что они такие же таинственные, как ты…
Ферн почувствовала на коленях легкую коробочку с цветами, отметив про себя, что Кертис напоминает ей гладкого, выхоленного кота, мурлыкающего от самодовольства, но тут же прикусила губу – ей не понравился цинизм собственных мыслей. Но только так она могла сейчас защищаться от мужчин – искать в них худшие стороны и не замечать лучших. Она боялась снова открыть свое сердце, а у американских мужчин было много подручных средств для обольщения девушек – и цветы, и комплименты.
– Я приколю их, когда приедем в клуб. Спасибо за подарок, – ответила она.
– Я бы мог еще много чего подарить тебе, – пробормотал Кертис.
От этих слов Ферн покраснела и отвернулась, устремив взгляд на залив, где покачивались на якорях несколько яхт. Кертис кивком указал на свою, которая называлась «Серебристый мотылек».
– Если когда-нибудь захочешь покататься, только дай мне знать, – сказал он Ферн. – Мой «Мотылек» такой легкий и проворный, словно настоящий, я просто уверен, что тебе ужасно понравится, и представляю, как твои волосы будут развеваться на ветру.
– «Мотылек» и в самом деле прекрасное судно, – согласилась Ферн, – но не забывайте, мистер Уэйни, что я работаю и у меня не бывает времени на прогулки по морю.
– Насчет этого мы подумаем… Это говорит вам Кертис! – весело отозвался он, вглядываясь в лицо Ферн, освещенное мелькающими огнями витрин. Ему приходилось слышать о британской сдержанности, и пульс его учащался при мысли о том, как эта девушка, отбросив сдержанность, прижмется своими нежными губами к губам мужчины.
Интерьер клуба «Матадор», в котором играли прославленные музыканты, был выдержан в красно-черно-белых тонах. По тому, как метрдотель встретил Кертиса, было видно, что он считается здесь уважаемым гостем.
– Здесь шикарно готовят, даже лучше, чем на Анита-Хилл, – весело заметил Джеф Лейн, когда официант разлил в их бокалы искрящееся белое вино и им подали ароматную горную форель. – А как там у вас кормят в британских больницах? – поинтересовался он у Ферн.
Ферн выразительно наморщила носик.
– Может, вы потому и приехали сюда, что вам надоела тамошняя кухня? – пошутил Джеф.
Черные ресницы Ферн затрепетали, но, прежде чем она успела ответить что-либо приемлемое, Диана, опередив ее, весело заметила:
– А мне кажется, наша Ферн сбежала от какого-то безумно красивого молодого доктора. Так что берегись, Кертис, у тебя есть соперник!
Кертис смотрел на Ферн поверх бокала и понимал, что уже ревнует ее. Сейчас, когда ее волосы мерцали в свете огней, с этим букетиком бархатных фиалок, приколотых к тонкому шифону платья, она казалась ему еще более привлекательной и… хрупкой, как прекрасное видение. Кертис вдруг почувствовал безумный прилив страсти; его мучила ревность к этому другому мужчине (да, тот мужчина, несомненно, существовал – это Кертис видел по поведению Ферн), и ему хотелось задушить его собственными руками за то, что он обладает такой властью над Ферн – властью, которая заставляет ее быть равнодушной к нему, Кертису.
Оркестр заиграл фокстрот, Диана и Джеф поднялись из-за стола, чтобы потанцевать.
– Последуем их примеру? – спросил Кертис, чье желание заключить Ферн в объятия было написано у него на лице.
У Ферн пересохло в горле, и она покачала головой.
– Потанцуем позже, – сказала Ферн и склонилась над тарелкой, не заметив, как залилось краской лицо расстроенного Кертиса.
В полном соответствии с испанской атмосферой клуба, в здешнем кабаре выступала восхитительная труппа танцоров фламенко. Когда их выступление закончилось, Ферн уже не могла отказать Кертису – она не хотела выглядеть невежливой в присутствии Дианы и Джефа, сидевших за столом и увлеченных беседой, поэтому вышла вслед за Кертисом на полукруглую танцевальную площадку. Кертис сразу же привлек ее к себе, с откровенным удовольствием вдыхая аромат ее духов.
– Да ты просто персик! Ты знаешь об этом? – прошептал он. – Я начинаю сходить от тебя с ума.
Здесь, в присутствии людей, Ферн не могла сопротивляться и была вынуждена терпеть его властные объятия. Когда-то она любила танцевать, да и загорелый Кертис в безукоризненно сидящем костюме выглядел очень привлекательным партнером. Ферн попыталась расслабиться и насладиться той уверенностью, с какой он вел ее в танце, но все же, когда музыка закончилась и зажглись огни, радости ее не было предела. Они вернулись за столик, где удивленная Ферн обнаружила наспех нацарапанную записку от Джефа. В ней сообщалось, что его срочно вызвали по телефону в больницу и что они с Дианой не хотели портить вечер остальным, поэтому по пути он завезет Диану домой.
– Ты, Ферн, по-моему, тоже хочешь домой? – спросил Кертис таким прозаичным тоном, что Ферн впервые за весь вечер наградила его по-настоящему теплой улыбкой.
– Да… Нельзя ли и нам поехать? Я немного устала. – И это была правда, потому что предыдущей ночью Ферн провела несколько бессонных часов у постели Эдвины, которую беспокоили боли.
Кертис попросил счет, и они вышли на улицу.
Была мягкая, звездная июньская ночь, напоенная запахом цветущего жасмина. Этот запах пробирался в ноздри Ферн, даже когда она уже сидела в машине, удалявшейся от неоновых огней города с такой быстротой, что вскоре они превратились в скопление микроскопических ярких точек. Ферн, еще плохо знакомая с Кэп-Фламинго, не сомневалась, что они едут по дороге, ведущей к особняку Кингдомов. Вдруг она заметила впереди мерцающую темную гладь воды; сердце ее тревожно заколотилось, и она поняла, что Кертис свернул на одну из дорог, ведущих к побережью. Они уже ехали вдоль широкой полосы пляжа, когда Ферн сердито сказала:
– Кертис, я хочу домой. Поворачивай!
Вместо ответа, он осторожно остановил «кадиллак».
– Нам с тобой нужно кое-что обсудить, – сказал он. – Может, покурим?
– Мне нечего обсуждать с тобой, и больше я никогда в жизни никуда с тобой не поеду! – Щеки Ферн побледнели от гнева. В свете приборной доски она могла разглядеть улыбку на лице Кертиса, однако тревожила ее не только эта улыбка, но и его взгляд, одновременно восхищенный и властный.
Ферн начала сопротивляться, когда он схватил ее за запястье.
– Детка, не будь глупенькой, я не собираюсь делать тебе ничего плохого, – проговорил он, тихо рассмеявшись. – Потому что ты мне слишком нравишься. Я привез тебя в это тихое, спокойное местечко только для того, чтобы мы могли узнать друг друга получше. – И, проведя рукой по ее плечу, он, понизив голос, сказал: – Ферн, сладкая моя, я не такой уж плохой парень, и я могу быть по-настоящему нежным с такой девушкой, как ты. Ферн, ты похожа на прекрасный цветок с прохладными лепестками… Ты… – Внезапно он привлек ее к себе. – Дай мне поцеловать тебя!
Ферн отчаянно сопротивлялась, пытаясь увернуться от его губ, когда на глаза ей попался торчащий из замка ключ зажигания. И прежде, чем Кертис смог хотя бы отдаленно догадаться о ее намерениях, она выдернула ключ из приборной доски и зашвырнула его далеко в песок. Вскрикнув, Кертис уже через мгновение выскочил из машины в поисках ключа, а Ферн тем временем тоже выбралась из машины и побежала по темной дороге. Развевавшаяся на ветру кружевная накидка и легкий шифон платья словно туманом окутывали ее стройное тело.
Взволнованная и раздосадованная, Ферн, однако, не утратила чувства юмора, и ей вдруг стало смешно при мысли о своем поступке – Ферн даже улыбнулась, когда, оглянувшись, увидела, как Кертис ползает по песку в поисках ключа. Как смел он привезти ее сюда, в это уединенное место, несомненно намереваясь заняться с нею любовью?! Подобрав повыше подол платья, Ферн бежала по извилистой дороге, с одной стороны которой мерцали в темноте воды океана, а с другой – возносились к небу угловатые скалы. Она понятия не имела о том, где находится, но испытывала огромное облегчение оттого, что сумела убежать от Кертиса и от его настойчивых объятий.
Внезапно из-за поворота выскочила машина, свет ее фар, похожих на горящие глаза какого-то страшного чудовища, разрезал ночную мглу. Сердце Ферн испуганно забилось. Решив, что это Кертис преследует ее, она опрометью бросилась к обочине. Сверху на дорогу упало несколько комков земли; Ферн, спеша поскорее прижаться к скале, споткнулась об один из них и, вскрикнув, упала на землю. В эту минуту автомобильные фары выхватили из темноты ее фигурку, почти сразу же послышался звук тормозов, и машина остановилась. Дверца распахнулась, длинные мужские ноги направились к Ферн, а уже через мгновение сильные руки подняли ее с земли, словно маленького ребенка.
Думая, что это Кертис, Ферн отчаянно" отбивалась:
– Отпусти меня сейчас же! Перестань мучить меня!
Она колотила кулачками по мускулистым плечам мужчины, пока они не оказались в свете фар. И тут слова застыли на губах Ферн, потому что глаза, которые смотрели на нее, принадлежали не Кертису Уэйни! Это были не прозрачно-холодные голубые глаза, а темно-карие, с плясавшими в зрачках золотистыми огоньками и с изогнутыми дугами бронзовых бровей над ними. Бронзовые курчавые волосы развевались на ветру, и Ферн вдруг с удивлением узнала этот хищный нос, сильный, упрямый подбородок и красиво очерченный рот – их она видела на одной из фотографий, что стояли в рамочках на каминной полке в спальне Эдвины. Это было то самое лицо, с одной только разницей: над левым глазом мужчины, что склонился сейчас над Ферн на этой темной ночной дороге, пролегал неровный, зазубренный шрам; рассекая бровь, он уходил наискосок к левому виску.
– Да вы же… Вы же – Росс Кингдом! – воскликнула изумленная Ферн.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Бухта влюбленных - Уинспир Вайолет



Прекрасный роман. Очень добрый, романтичный. Не хотелось пропустить ни единой строчки. Прочитала на одном дыхании. Очень рекомендую.
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетЛюдмила
17.02.2013, 18.16





сухо, читаешь и никаких эмоций и при этом не законченный какой то, эпилог бы не помешал.
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетНина
8.05.2013, 20.05





Отличный жизненный роман.Вначале не очень,а потом не могла оторваться!Для любителей серьёзных романов.
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетНаталья 66
2.10.2013, 5.07





Какая-то муторная ерунда. И перевод ужасен. Слово 'милая' повторяется миллион раз, даже раздражать начало. Борюсь с собой, чтобы не бросить читать. Терпенья мне!
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетРрррр
12.09.2014, 18.24





Какая-то муторная ерунда. И перевод ужасен. Слово 'милая' повторяется миллион раз, даже раздражать начало. Борюсь с собой, чтобы не бросить читать. Терпенья мне!
Бухта влюбленных - Уинспир ВайолетРрррр
12.09.2014, 18.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100