Читать онлайн Черный бархат, автора - Уилсон Патриция, Раздел - ГЛАВА 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Черный бархат - Уилсон Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.8 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Черный бархат - Уилсон Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Черный бархат - Уилсон Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уилсон Патриция

Черный бархат

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 1

Самолет продолжал свой ночной полет, но Дэну Форресту все было известно наперед и без сообщения капитана.
– Температура воздуха – двенадцать градусов тепла по Цельсию, кратковременные дожди… – звучал в салоне уверенный мужской голос.
Дэн уже не слушал его: голова раскалывалась так, что, казалось, вот-вот отвалится вообще, и сводка погоды его не интересовала. Он более или менее представлял, какова сейчас его собственная температура. Даже приглушенный свет резал ему глаза. Короче говоря, дела были плохи, и он понимал это.
– Вам лучше, мистер Форрест?
Над ним озабоченно склонилась стюардесса, довольно милая девушка. В нормальном состоянии он непременно приударил бы за нею, но теперь ему было не до флирта. Его утешало только то, что она не равнодушна к его самочувствию и не позволит ему умереть. Девушка возилась с ним все минувшие два часа и видела, что состояние его вызывает тревогу.
– Пока еще живой, – промычал он. – Когда мы приземлимся? Я прослушал объявление капитана и разобрал только самый конец, о холоде и дожде.
– К вечеру в Лондоне всегда холодает. Погода вообще не баловала нас на этой неделе, но в ближайшие дни ожидается потепление. Предупредительное табло загорится через пять минут. Не желаете еще глоток бренди? – Она с тревогой взглянула на Дэна. – Самое время взбодриться! В таких случаях бренди иногда помогает.
– Как мертвому припарки, – пробормотал Дэн. – Но хуже все равно уже не будет, налейте двойную порцию!
Он посмотрел в темный иллюминатор. Какого черта он здесь забыл, отменил важные встречи и смешал график работы? Мог бы остаться в Нью-Йорке и приступить к чтению лекций, не откладывая их на «потом». Не хватало ему только заболеть! Хворать он вообще не любил, но, похоже, на сей раз придется поваляться в постели денек-другой, хочется ему того или нет.
Он еще не оправился после депрессии, а на него уже свалилась новая напасть. Он понял это, вытерпев с горем пополам до середины полета, и пожалел, что не лежит сейчас в своей постели, вокруг которой носится, словно курица с яйцом, Мэри Лу, его заботливая чернокожая служанка. Вместо этого ему предстояло очутиться в промозглом Лондоне, полумертвым и совершенно неуверенным, что он выкарабкается из беды. Так какого же дьявола его сюда занесло?
Впрочем, подумалось ему, он отлично знает, зачем отправился в Лондон. Этот город нравится ему, несмотря на дожди и слякотную погоду в это время года. И в Англию он полетел не столько ради своей новой книги, сколько для того, чтобы снова побродить по любимому городу, предаваясь воспоминаниям.
К тому же он соскучился по общению с Мартином Ньюменом, с которым крепко подружился со времени издания в Англии своих первых книг. А юная Дженни, несмотря на всю ее взбалмошность и непредсказуемость, всегда умиляла и забавляла его, хотя порой ее проказы и шутки ставили его в неловкое положение.
Он усмехнулся, но тотчас же болезненно поморщился от резкой боли в голове. Взяв дрожащей рукой у стюардессы рюмку, он с робкой надеждой подумал, что бренди поможет ему унять ломоту в суставах, хотя обычно почти не пил.
– Может быть, вызвать "скорую помощь"? – с тревогой спросила девушка, но Дэн скептически покачал головой.
– У меня обыкновенный грипп, а не чума, милочка. Спасибо за заботу, но меня встречают. Отлежусь в постели ночь и утром буду в полном порядке!
Она неуверенно кивнула и ушла за мгновение до того, как вспыхнуло табло. Он пристегнулся ремнями безопасности с ловкостью бывалого пассажира и с горькой усмешкой поймал себя на мысли, что не собирался провести эту ночь спокойно, уж в любом случае не думал, что ему придется спать в одиночестве. Перед вылетом из Нью-Йорка он позвонил Антонии: она не забыла его, хотя прошел уже год, но вряд ли теперь обрадуется встрече с бациллоносителем. А на участливую сиделку типа Флоренс Найтингейл она нисколько не походит.
Впрочем, все это пустяки. Его встретит Мартин и доставит в отель, где можно будет наконец лечь и уснуть, разумеется, если он доживет до этого, а не помрет в полете. Даже сидеть сейчас трудно, а каково же будет идти? Пожалуй, зря он не попросил заказать для него по рации кресло-коляску. Его тетушка Люси всегда именно так и поступала, хотя вполне могла обходиться и без этого. Она говорила, что так меньше хлопот, и была, как всегда, права, старая лиса.
Пожалуй, еще никогда не ждал он с таким нетерпением встречи с Мартином.


– Извини, что я вешаю на тебя эту обузу, Хелен, – озабоченно произнес Мартин, собирая в дорогу портфель. – Обычно я лично встречаю Дэна. Но сегодня его самолет приземляется одновременно с прибытием на вокзал поезда Дженни. Поэтому нашего гостя придется встретить тебе.
– Не волнуйся, – улыбнулась Хелен. – Никаких срочных дел у меня на сегодня не предвидится. Признаться, я даже рада: ведь все равно мне предстоит работать с ним на следующей неделе. Познакомимся чуточку пораньше! Буду знать, как вести себя с этой знаменитостью!
Уловив иронию в ее голосе, Мартин поморщился.
– Только не верь досужим сплетням о нем, Хелен! Я знаю Дэна Форреста уже много лет; он не обращает внимания на газетные домыслы, напротив, считает, что скандальная известность даже способствует быстрой реализации книг. Злословием его не прошибешь, не из того он сделан теста! Ему все по плечу.
Хелен с легкой досадой подумала, что в таком случае американец мог бы и сам добраться на такси до гостиницы. Зачем же непременно его встречать в аэропорту?
– Мне всегда казалось, что читатели раскупают книги, если они хорошо написаны, – усмехнулась она.
– Чепуха! – воскликнул Мартин, метнув в нее скептический взгляд практика. – Капелька скандальной известности никому не помешает. А уж Дэну Форресту ее не занимать.
– Тогда зачем же он прилетает?
– Откровенно говоря, ради меня. – Мартин нахмурился. – При его непосредственном участии в продаже книги, мы выручим больше наличных денег. Разве это плохо? Дела в книжном бизнесе обстоят далеко не радужно. Так или иначе, Дэну очень нравится Лондон. Когда-то он жил здесь, и у него осталось в Англии много друзей. По-моему, Дэну потребовался повод, чтобы повидаться с ними. Не забывай, что он автор новой книги, которую мы выпускаем, и не только мой друг, но и наш деловой партнер. Окружи его особым вниманием!
Он взглянул на часы.
– Послушай, я должен бежать, иначе Мо вполне может и запаниковать: ей все еще кажется, что Дженни совсем несмышленая малышка.
– Уходя уходи! Не волнуйся, я встречу мистера Форреста и отвезу его в гостиницу. А вот уж обо всем остальном ты сам побеспокойся! Можешь проведать его позднее и уберечь от новых сплетен.
– Не выйдет! – рассмеялся Мартин. – Дэн, насколько я его знаю, никого не примет до утра: все дни и ночи у него распланированы заранее.
Хелен сдержала презрительную гримасу, помня, что речь идет о его личном друге, исключительно важном для издательства. Пусть до среды Дэн Форрест проводит свои дни и ночи, как сам того захочет. Она возьмет его под крыло в среду, а пока он ее не волнует. Взяв пальто, Хелен спустилась в вестибюль и, заметив снаружи дождь, накинула его и побежала к машине. Длинные ноги помогли ей быстро одолеть расстояние, однако, она все же успела промокнуть, что усугубило нарастающее раздражение. И за какие грехи послал Бог ей эту ношу? Зачем ей Дэн Форрест?
Хелен поджала губы и нахмурилась, следя за дорогой, когда выезжала с парковки задним ходом, и четко вписалась в поток машин. Встречать на аэровокзале американского писателя и сопровождать его на приемах и презентациях не входило в ее служебные обязанности. Однако ей все равно это поручили, хотя письменный стол в ее кабинете и был завален рукописями других авторов. Теперь все они будут пребывать в неведении о судьбе своих творений, пока редактор, забросив все дела, вынужден угождать именитому плейбою. Вся эта возня раздражала Хелен.
С другой стороны, Мартин являлся не только ее боссом, но и добрым другом, как и его жена Маргарет. А их дочка Дженни не настолько повзрослела, чтобы обратить внимание на дождь, пока папа и мама за руку не уведут ее с улицы домой. Все складывалось к лучшему: по крайней мере, она будет знать, чего ей ожидать от Дэна Форреста в среду, решила Хелен.
У нее оставалась надежда вовремя приехать в аэропорт, а вот Мартину не мешало бы поторопиться, если он не хочет разозлить Маргарет. Вспомнив о жене шефа, Хелен улыбнулась: лишь влюбленным дано понять, почему Маргарет позволяет мужу называть ее прозвищем Мо. Мартин живет только ради нее и дочери. В голове Хелен это совершенно не укладывалось, сама она ставит на первое место в жизни работу. Укрывшись за прочными барьерами, Хелен никого не подпускала к себе на опасно близкое расстояние, и это ее вполне устраивало. Притормозив у светофора, она взглянула на часы: из-за пробок поездка затягивалась, писатель, вероятно, нервничает. Время он, разумеется, скоротает, заигрывая с девушками.
Хелен помрачнела: она наслышана о похождениях мистера Форреста, но едва помнит его в лицо. Впрочем, если и дальше она будет ползти по магистрали как черепаха, к ее приезду в аэропорт все остальные пассажиры разъедутся, следовательно, узнать писателя не составит особого труда. Любопытно, как он перенесет вынужденное топтание на месте? Ее за это винить, естественно, нельзя, ведь Мартин перепоручил ей встретить гостя только в последнюю минуту. Так что пусть этот высокомерный донжуан чуточку позлится, все равно у нее железное оправдание. А Мартин обязан сказать ей спасибо за то, что она согласилась исполнить его просьбу, другая на ее месте могла бы и не пойти ему навстречу. И никто бы не осудил ее за это!


Пройдя таможню, Дэн озирался по сторонам, высматривая в толпе Мартина, однако, того нигде не было. Дэн не удивился и не обиделся: голова у него раскалывалась, он уже почти ничего не соображал и не видел. Зажмурившись от нестерпимой боли, он затрясся от озноба, хотя в зале было тепло. Сейчас хорошо бы повиснуть у Мартина на плече и вообще не поднимать голову, подумалось Дэну. Впервые в жизни чувствовал он себя так скверно, что потерял уверенность в себе. В это мерзкое ощущение ему даже не хотелось верить.
Итак, Мартина среди встречающих не было. Осознание данного печального факта пришло к Дэну не сразу, а постепенно, после того как спустя значительное время никто его не окликнул и не позаботился о нем. С этим трудно было смириться. Вся его сознательная жизнь, предшествующая нынешнему моменту, протекала исключительно ровно и гладко, без досадных сбоев, лишних усилий и малоприятных обязательств. Целиком отдавшись интеллектуальной работе, Дэн не замечал вокруг себя второстепенных мелочей и несущественных обстоятельств.
Потрясенный этим открытием, он наклонился к стене и попытался обдумать свои дальнейшие конкретные действия. А что, если попытаться самостоятельно добраться до отеля на такси и подняться в свой номер? Не мог же Мартин провалиться сквозь землю, но заказав его? В голове у Дэна грохотали отбойные молотки, ноги подкашивались, так что о том, чтобы самому забрать багаж, не могло быть и речи. Дэн живо представил, что случится, если он попробует это сделать. Оставалось одно: умереть, не сойдя с этого места!
– Мистер Форрест!
Голос, раздававшийся из громкоговорителя, разбудил у Дэна легкий интерес, поскольку прозвучала его фамилия. Подобное воззвание из вакуума ему уже доводилось слышать не раз, когда он спускался по трапу в этот суетный мир, где никто не протянет человеку руку помощи, даже если он помирает у всех на глазах.
– Мистер Форрест! Вас просят пройти к главному входу!
– Но как, черт побери? – громко спросил Дэн вслух, вызвав косые взгляды окружающих. Он здесь не впервые и посему ясно представлял, как выбраться наружу. Но до главного входа требовалось отшагать с полсотни миль – так, по крайней мере, ему теперь казалось. А на это у него уже не оставалось сил. Тем временем занудный голос из динамика монотонно призывал его к активным действиям. У Дэна зазвенело в ушах и заломило в висках. Но пора собраться с духом.
Он выпрямился и шагнул вперед, не отходя на всякий случай далеко от стенки. Если ему удастся дойти в вертикальном положении до дверей, он соберет остатки сил и убьет Мартина за все свои муки. Просто задушит его, утешаясь мыслью о том, что они умрут вместе, друзьями до гроба.
Но Мартина у выхода не оказалось. Голос из динамика умолк, и Дэн остался возле дверей один, покачиваясь на ватных ногах и ничего вокруг не различая.
– Мистер Форрест?
Это был уже другой голос, и прозвучал он чуточку резче и с легким укором. Дэн удивился: кажется, он пока не нарушил никаких общепринятых норм. Более того, на него несчастье свалилось, и он был уязвлен подобным тоном. Определив на слух источник звука, он повернулся к нему лицом, опасливо поведя головой, готовой свалиться с плеч, и застыл от изумления.
Перед ним стояла женщина. Будь он в нормальном состоянии, она наверняка заинтересовала бы его, но сейчас не вызвала никаких эмоций. Он видел лишь какое-то расплывающееся пятно, чем-то смутно напоминающее дамское пальто.
– Я – Хелен Стюарт, мистер Форрест! Мистер Ньюмен не смог встретить вас лично и поручил это мне. Он просит вас извинить его. Я подброшу вас в отель на своей машине, а мистер Ньюмен свяжется с вами позже.
Она бодро протянула ему руку, но Дэн не пожал ее: попытайся он сделать это, он все равно бы промахнулся. Голос незнакомки звучал холодно и отстраненно, напрочь лишенный участия и заботы. Он уходил в небытие, умирал у нее на глазах, а ей на это было наплевать.
Она раскачивалась перед ним, не пытаясь стоять ровно, черт бы ее побрал! И разговаривала совершенно отчужденно! Но у нее имелся автомобиль, он отчетливо это слышал. Машина врезалась ему в память, как луч света. Если ему удастся дойти до нее, он сможет наконец-то сесть. Умирать так с комфортом!
– Отлично, – хрипло пробормотал он. – Захвати мой багаж, милашка!


Хелен уселась за руль, тяжело дыша от возмущения, и уставилась вперед, на шоссе. Она довела гостя до машины, и он бесцеремонно плюхнулся на переднее сиденье рядом с местом водителя, оставив все прочие заботы ей. Он не произнес ни слова. Она вынуждена была сама взять у носильщика его чемоданы, уложить их в багажник и осторожно, но решительно оттолкнуть пассажира, занявшего, помимо своего, и половину ее сиденья. При этом глаза его оставались закрытыми.
Ей хотелось грубо выпихнуть его из салона. От ярости ее трясло. Великий Дэн Форрест, лауреат литературной премии, любимец прессы и близкий приятель Мартина, был мертвецки пьян. Упав на соседнее сиденье, словно мешок с неприятным содержимым, он наполнил машину ядовитыми парами бренди.
Хелен настолько разозлилась, что пока не подумала, как она втащит его в номер без посторонней помощи и не вызывая к себе внимания. Он был чересчур огромен и тяжел. Хорошо еще, что он спал, а не буянил, как другие пьяницы. Начни он вытворять глупости или угрожать ей, она вытолкнула бы его из автомобиля и бросила на произвол судьбы. Мало того что ей его навязали, оторвав от других важных дел! Так он еще едва держится на ногах! Вот так подарочек ей сделал Мартин!
Когда она остановилась возле гостиницы, он даже не попытался выбраться на улицу. Он просто спал, окутанный винным облаком, и Хелен ничего другого не оставалось, как сходить за помощью в отель. Он был не из дешевых, вернее, относился к разряду возмутительно дорогих! И если администрация дорожила клиентами, то вполне могла и втащить одного из них в фойе даже в пьяном виде. Этот тип здесь, несомненно, отлично известен, так что вряд ли его состояние кого-либо удивит. Нет, терпеть и дальше все это Хелен не собирается!
Но приблизившись к стойке администратора, она прикусила язык, на кончике которого так и вертелась гневная тирада: "Пожалуйста, сходите заберите своего пьяного гостя!"
Говорить этого ей не стоило, вездесущая пресса тотчас же раструбила бы о происшествии на весь свет, что пагубно сказалось бы на делах издательства. Газетчики всегда живо интересовались Дэном Форрестом, как говорил ей Мартин, которому она многим обязана в отличие от Дэна Форреста, который ради нее и пальцем не шевельнул. Она вернулась к машине и попыталась поднять его.
– Мистер Форрест! Мистер Форрест!
Она потрясла его за плечо, он пошевелился и подал голос. Очевидно, у него зазвенело в голове от холодных, словно лед, и резких, как острая бритва, звуков ее голоса.
– Почему бы вам не оставить меня в покое? – спросил он, с трудом открыв глаза.
– Мы прибыли на место, – взяв себя в руки, как можно спокойнее ответила Хелен. – Если вы способны выбраться из автомобиля, я договорюсь, чтобы ваш багаж отнесли прямо в номер.
Увы, без ее помощи выбраться из машины он не смог. Ей фактически пришлось вытаскивать его оттуда, а потом забрать у портье ключи и сопроводить его в номер, куда носильщик чинно и благородно доставил чемоданы, не привлекая внимания любопытных газетчиков.
Хелен едва сдерживала ярость. От лифта важная персона фактически повисла на ней, в противном случае она упала бы на ковер и осталась там лежать. На этот раз почетный гость и не думал молчать, он что-то жалобно ворчал себе под нос, но Хелен не собиралась останавливаться в коридоре и выяснять, что его беспокоит. Ей хотелось побыстрее от него отделаться.
Она дала носильщику чаевые, оставила ключи от номера на столике у двери и ледяным голосом сказала:
– Я попрошу, чтобы о вас позаботились, мистер Форрест! Ключи на столе. Увидимся в среду утром.
Он ничего не ответил, только молча озирался по сторонам, словно великан с похмелья. Смерив его напоследок холодным взглядом, она вышла в коридор, повесила на дверную ручку номера табличку с просьбой не тревожить и удалилась, захлопнув за собой дверь. Каков мерзавец! И как только Мартин с ним дружит? И почему Маргарет разрешает ему это, в конце-то концов?
Резкий стук разбудил Дэна, в голове у него вновь загудело. Обернувшись, он увидел, что незнакомка ушла. Он лишь смутно разглядел ее и не понимал, как здесь очутился. Слава Богу, наступила благословенная тишина! Одно только он знал наверняка: ему требуется помощь, а она бросила его и молча ушла!
– Вот стерва! – пробормотал Дэн.
Он добрел, шатаясь, до кровати, стянул ботинки и пиджак, ослабил галстук и, накинув плед, собрался позвонить портье и попросить у него таблетку от головной боли, а потом разыскать Мартина и прочитать ему лекцию о том, как нужно дорожить дружбой и подбирать себе сотрудников. Сейчас ему очень помогла бы здоровенная медсестра с холодными ладонями для его лба и горячим желанием спасти от смерти.
А дерзкая дамочка, до одури забалтывающая больного человека своим острым язычком, ему совершенно ни к чему. Может, ему повезло, что эта бессердечная самка ушла. Нужно будет придушить ее заодно с Мартином за предательство…
Все закружилось у Дэна перед глазами, и он упал на кровать.


На другое утро Хелен высказала Мартину все, что накипело в ее душе по поводу его знаменитого дружка.
– Он был пьян в стельку и едва шевелил конечностями, – гневно воскликнула она, глядя на шефа поверх огромных очков. – А видел бы ты его пунцовую рожу! Она сверкала, как новогодняя елка! Он велел мне забрать его багаж, словно служанке, потом влез в машину и захрапел, вдобавок ко всему придавив меня плечом. А бренди несло от него так, что чиркни в салоне кто-нибудь спичкой, и автомобиль разнесло бы на куски. Вот уж тогда он действительно прославился бы на весь свет!
– Дэн? – с недоверием посмотрел на нее Мартин. – Но ведь он почти совсем не… – Резко обернувшись, он направился в свой кабинет. – Нужно сейчас же позвонить в отель и поговорить с ним. Надеюсь, ты привезла туда именно его. Твои слова вызывают у меня серьезные подозрения. Дэн уравновешенный и спокойный человек, насколько я его знаю.
Хелен возмущенно фыркнула и уткнулась носом в рукопись. Возиться с Дэном Форрестом ей предстояло только завтра, но она не собиралась каждый раз сопровождать его до номера, словно сиделка. Уж если он так пьет, пусть сам добирается до гостиницы, она его обязательно бросит. Пьяниц Хелен совершенно не переносила.
Перед ее мысленным взором возникло разъяренное багровое лицо и громадные сжатые кулаки.
Убирайся отсюда немедленно! И не вздумай возвратиться без денег, иначе очнешься на больничной койке!
– Дэн не отвечает! – вернул ее к настоящему голос Мартина. – Наверное, он куда-то ушел.
Хелен удивленно вскинула брови, увидев шефа на пороге комнаты.
– Чудесное воскрешение! – саркастически пробормотала она.
– Нет, честно, Хелен, это не Дэн! – с тревогой повторил Мартин. – Но так или иначе, сегодня я не смогу с ним увидеться: у меня слишком много не терпящих отлагательства дел. Возможно, Дэн и сам заглянет сюда до конца рабочего дня. Наверняка он гуляет по Лондону, упиваясь его красотами.
– Не совсем точно сказано, – озлобленно буркнула Хелен, едва шеф ушел. Уж если Дэн Форрест чем-то сейчас и упивается, то наверняка не видами Лондона. – Да чтоб он утонул в Темзе! – воскликнула она и выбросила его из головы. Даже мысль о нем бесила Хелен и отвлекала от работы.
Дэн не поднял трубку и позже, когда Мартин вновь ему позвонил, и Хелен окончательно упрочилась в своем мнении о нем. Мартин утверждал, что он прогуливается по городу! В самом бодром расположении духа шеф отправился домой. Хелен ушла с работы, все еще кипя от злости.


Когда на другое утро она объявилась в отеле, дежурный администратор накинулся на нее, едва услышав, что ее интересует Дэн Форрест.
– Вы его знакомая? – вкрадчивым голосом спросил он, словно они находились в церкви или рядом с важной персоной.
– Я собираюсь с ним вместе работать, – твердо сказала Хелен, решив сразу же отмежеваться от друзей пьянчуги. – Общение с мистером Форрестом входит в мои служебные обязанности!
– В таком случае я весьма рад вашему приходу! Просто гора с плеч долой! Мне сказали, что в понедельник ночью его привезли из аэропорта едва живого и бросили на произвол судьбы. Это сделала какая-то женщина.
– Это была я, – вздохнула Хелен, гадая, что Дэн успел поломать и разбить в номере, шатаясь из угла в угол и ползая вдоль стенки. – И что же он натворил?
– Натворил? Мистер Форрест? Абсолютно ничего! – возмущенно ответил администратор. – Мистер Форрест тяжело болен. Разве вы не поняли этого, когда бросили его одного в номере? Как вы могли оставить больного без помощи? Да еще и повесили на двери табличку с просьбой не беспокоить его? Это просто невероятно!
– Он был пьян! – выпалила Хелен, оскорбленная допросом какого-то ничтожества, пытающегося разубедить ее в том, что она видела своими глазами.
– Он был болен, серьезно болен! И не отопри уборщица номер своим ключом, страшно подумать, что могло бы случиться! Он даже не смог разобрать постель, упал на кровать без сознания, завернувшись в покрывало. И никому до него не было дела!
– Но… я думала, что… Администратор окинул ее суровым взглядом.
– Как я уже говорил, мистер Форрест на протяжении многих лет постоянно останавливается в нашем отеле и ни разу не был замечен в нетрезвом виде. Он заболел, в этом не может быть сомнений!
– Я все-таки думаю иначе, – холодно сказала Хелен, ощущая внезапно охватившую ее подавленность. Прошлое слишком глубоко укоренилось в ее подсознании, чтобы она могла позволить себе быть снисходительной к окружающим. – Мистер Форрест в больнице? – спросила она чуточку любезнее.
– Нет, мадам, он остался у нас! Здесь ему уютнее, – изобразил улыбку администратор, не скрывая злорадства. – О нем здесь всегда заботятся.
– Пожалуй, я поднимусь и взгляну на него, – сказала Хелен.
– Возможно, он уснул! Не нужно его беспокоить! Ведь он уже изрядно настрадался, бедняжка.
Не желая спорить, Хелен проглотила упрек в свой адрес и направилась к лифту. Ее начала мучить совесть: выходит, она бросила тяжелобольного лишь потому, что, находясь в плену неприятных воспоминаний, она определяет ими свое отношение к другим людям. Невеселое открытие!
Когда Хелен подошла к двери номера мистера Форреста, из нее как раз вышел официант с подносом. Обрадовавшись, что ей не придется беспокоить больного, Хелен влетела в комнату, взволнованная и смущенная услышанным внизу, и оторопела: Дэн Форрест возлежал почти голый на высоких подушках и невозмутимо пил кофе, поданный ему служащим отеля, где о нем всегда заботились. Это зрелище повергло Хелен в смятение: особо важная персона была лишь по пояс накрыта покрывалом. Но теперь он предстал перед ней в ином свете, этаким мужественным красавцем, и она с трудом заставила себя взглянуть в его глаза. Боже, какие же у него глаза! Она толком не рассмотрела их в аэропорту: тогда он едва открывал их, морщась от головной боли. Но сейчас они светились, словно янтарь, и следили за ней не мигая, как глаза великолепного зверя за своей жертвой.
От внезапного шока волосы у нее на затылке встали торчком, а руки безвольно опустились. В груди шевельнулось слабое чувство протеста: всегда холодная и расчетливая, она от смущения не знала, куда ей смотреть и что говорить. От ее самоуверенности не осталось и следа. Еще никогда не впадала она в растерянность под взглядом мужчины. Эти золотистые глаза пригвоздили ее к месту, словно капкан, и вынудили молча сносить наказание. Она осознавала, что этот мужчина не колеблясь востребует с нее компенсацию.
То обстоятельство, что он обнажен, по крайней мере по пояс, ничего не меняло. Несмотря на некоторую бледность, он не выглядел беспомощным. Вернее, он выглядел слишком сильным, чтобы представить его обессиленным.
– Я – Хелен Стюарт, – наконец нарушила она затянувшееся молчание, избегая янтарных глаз, полных нарочитого равнодушия и сарказма. – Это я встретила вас в аэропорту.
– Так это вы мой ангел-хранитель, мисс Стюарт? – глухо спросил он, продолжая гипнотизировать ее. – Все случившееся помнится мне весьма смутно. Так чем же я могу быть вам полезен, любезная мисс Стюарт? Я к вашим услугам! Но не рассчитывайте на многое при моем нынешнем состоянии!
Хелен почувствовала, что ее лицо вспыхнуло от стыда, но приготовилась терпеливо снести любые его упреки. Тихим, хорошо поставленным голосом американец медленно, но верно ставил ее на место. И охваченная чувством вины перед ним, она не могла постоять за себя.
– Сегодня вы уже лучше выглядите, – робко сказала она.
– Лучше, чем мертвец? – Он саркастически вскинул темно-каштановые брови, сверля ее золотистыми глазами. – Пожалуй, здесь вы правы.
– Администратор отеля сказал мне, что вы больны. Я думала, что…
– Что вам придется нянчиться со мной? Выбросьте это из головы, мисс Стюарт! Я силен, однако, боюсь, что под вашей опекой я протянул бы недолго. К счастью, укол пенициллина творит настоящие чудеса!
– Врач сказал, что с вами? – севшим голосом спросила Хелен, стараясь не замечать его постоянных нападок.
– Черная смерть! Вам лучше немедленно покинуть помещение.
Хелен едва не расплакалась, ощущая свою полную беспомощность перед его глазами и абсолютную неспособность ответить ему колкостью на издевку: ее острый язычок онемел, скованный ощущением вины и растерянности. Она заслужила этот сарказм и теперь покорно сносила его утонченное истязание, не в силах повернуться и уйти. Ведь нужно как-то объяснить такой поступок, ибо ей предстоит общаться с ним, если, конечно, Мартин не выгонит ее с работы за жестокость, проявленную к его другу.
Она покосилась на него, проверяя, не заметил ли он, что у нее дрожат губы. Ее защитная оболочка пока не треснула как скорлупа, но под натиском его безжалостной иронии уже была близка к этому.
– Мне очень жаль, – промямлила она. – Я действительно подумала, что вы пьяны. От вас разило бренди, и вы уснули, едва сели в машину.
– Бренди помог мне перенести полет, мисс Стюарт, – назидательно заметил он. – Зря я отказался от кареты скорой помощи. Я надеялся, что встречающий проявит ко мне сострадание. Время от времени мы все болеем гриппом, и вам наверняка известно, каково переносить на ногах это заболевание.
– Грипп? – удивилась она. – Но администратор…
– Я поставил себе ошибочный диагноз. Меня свалил отвратительный крохотный вирус. К счастью, он оказался не слишком устойчивым, и я выжил. Укол был мерой предосторожности от побочной инфекции. И хотя я довольно-таки расплывчато припоминаю, что со мной тогда происходило, но теперь очевидно, что я обязан выздоровлением вовсе не вам, мисс Стюарт, а любопытной уборщице. Ведь это так?
– Я приношу вам свои глубочайшие извинения! – повторила она. – Мне показалось, что вы пьяны.
– Ах, вот как! Значит, пьяному вы бы отказали в помощи наверняка, мисс Стюарт?
– Да! – яростно крикнула она, повернулась и пошла к двери. – Я передам Мартину, что вы заболели. Мы либо пересмотрим вашу программу, либо вообще ее отменим. Мартин вас навестит, вчера он не смог, потому что по уши завяз в работе…
Она коснулась ладонью двери, торопясь убежать от его проницательного взгляда и восстановить утраченное самоуважение. Несомненно, ей придется просить Мартина подыскать ей замену: все равно они вряд ли сработаются, потому что она уже не избавится от чувства вины перед ним, а он не простит ее. А его глаза! У нее по спине поползли мурашки и перехватило дыхание…
Золотистые глаза, следящие за Хелен, сузились и ощупали ее с головы до пят, отметив женственную привлекательность фигуры и стройность длинных ног. Эта бездушная стерва, бросившая его на произвол судьбы, в действительности оказалась не такой, какой ему представлялась. Похоже, сейчас ей самой требуется помощь. Под невозмутимой внешностью таится нечто уязвимое, загадочное, готовое вырваться наружу. Инстинктивно угадав это, он бросил ей вслед.
– Дайте мне еще пару дней, мисс Стюарт! И я встану на ноги. Изменяйте программу моего пребывания здесь, как вам заблагорассудится, я заранее со всем согласен. Уверен, что мы с вами чудесно поладим!
Его голос источал высокомерие. Хелен вышла из номера, даже не обернувшись. Дэн сделал глоток кофе и задумался.
Несомненно, она не в себе! Под непроницаемым и внешне надежным защитным покровом улавливается ранимость и хрупкость. А Дэна совершенно не интересуют легко уязвимые женщины, ему нравятся те, кто прочно стоит на своих, а не на его ногах.
Она, конечно же, очень красива: изящный, как у китайской статуэтки, профиль, густые белокурые волосы, так и норовящие обвиться вокруг ее изумительного, тонкого лица. Она то и дело убирала непослушный локон за ухо, и это переросло в привычку, как, впрочем, и ее манера поправлять массивные очки, которые ей абсолютно не нужны и служат лишь частью придуманного облика деловой женщины. Ее глаза фиалкового цвета ясно говорили ему об этом: она совсем не щурилась, как все близорукие люди.
Да, Хелен Стюарт запуталась в своих личных проблемах.
Дэн нахмурился и допил кофе. Он собирался приятно провести в Лондоне время и отдохнуть. Интрижка, пусть и безобидная, с женщиной, находящейся на грани нервного срыва, не вписывалась в его представление о развлечениях. Это напоминало работу. А он хотел получить удовольствие…
У него мелькнула мысль позвонить Антонии, однако, по зрелом размышлении он воздержался от звонка, трезво рассудив, что не созрел для того, чтобы спокойно выслушивать ее беззаботную болтовню. В любом случае она не переступит порога комнаты больного. Антония строго придерживалась своих жизненных правил и ни для кого не делала исключений. Уж ее-то трудно представить хныкающей в платочек, она себе такого не позволит…
В тот же день после обеда Дэна навестил Мартин, с нелепым букетом цветов в руке и с тысячей извинений и сожалений.
– Ты обязательно должен у нас погостить, – заявил он. – Мо настаивает на этом!
– Ах, оставь! – вяло махнул рукой Дэн. – Мне и здесь вполне удобно. За свои деньги я могу потребовать особого ухода и при этом не буду мучиться угрызениями совести. К тому же мне нравится, когда обо мне заботятся. Разумеется, не так, как после моего прилета…
– Хелен удручена случившимся! – заверил его Мартин, подсев к нему поближе.
Дэн с удовлетворением отметил, что тот обеспокоен не столько самочувствием больного друга, сколько состоянием мисс Стюарт: если любимый писатель не умер, то и незачем попусту тратить на него свои ахи и охи!
– После ее утреннего визита, – сказал Дэн, – у меня сложилось аналогичное впечатление.
– Надеюсь, что не донимал ее своими остротами? – встревожился Мартин. – Мог бы и пощадить несчастную женщину!
– Для настоящей схватки с ней я пока слабоват, – усмехнулся Дэн. – А ты, как я понимаю, не собираешься прочитать ей нотацию и выставить за дверь.
– Расстаться с Хелен? – с недоверием покосился на него Мартин. – У нее имеются серьезные проблемы, но мы пытаемся разобраться, в чем их причина, и помочь ей устранить ее!
– Вы с Маргарет? – вскинул брови Дэн. – Лучше побеспокойтесь о моем пошатнувшемся здоровье и вплотную займитесь юной Дженни! Мисс Стюарт способна сама о себе позаботиться.
Он с легким раздражением подумал, что абсолютно не уверен в этом, но в его намерения не входило нянчиться с кем-либо, тем более с неврастеничной женщиной.
– Я говорю не о физическом состоянии! – воскликнул Мартин. – Хелен в прекрасной форме: здорова, умна и энергична. Занимается дзюдо или чем-то в этом роде: почти каждый вечер посещает спортивный зал.
Спортивный зал? Дэн от удивления даже моргнул золотистыми глазами. Она выглядела хрупкой, как стебелек дикой розы! Но Мартин продолжал, не обращая на него внимания:
– Дело вовсе не в этом! Что-то гложет ее изнутри, лишая покоя. Но она не жалуется, как это ни странно!
– Послушай, – перебил его Дэн. – Не впутывай меня в ее заботы! И если хочешь, вот тебе мой бесплатный совет: думайте лучше о собственных проблемах! И пусть Маргарет тоже зарубит это у себя на носу. С вас хватит и того, что мисс Стюарт добросовестный работник.
– Она замечательный редактор! – просиял Мартин. – Даже и не представляю, что бы мы без нее делали.
– Так вот почему ты прилепил ее ко мне? Потому что она твоя лучшая сотрудница? – с кислой миной спросил Дэн. – Или надеешься заинтриговать меня ею?
– Если говорить откровенно, так оно и есть, – признался Мартин.
– Да, нам лучше ничего не скрывать друг от друга, – кивнул Дэн. – И пожалуй, я сообщу тебе мое профессиональное заключение относительно мисс Стюарт. Это назойливая особь женского пола, наделенная чувствами робота. Она заносчива, умна, как и всякая дама, закончившая один из ваших знаменитых университетов. И будет стремиться к вершине карьеры, сметая любые преграды на своем пути. Если потребуется, она растопчет и тебя, мой друг. Поэтому оставайся всегда начеку, заботься только о своем деле, а меня оставь в покое: я хочу спать. Катись к черту!
– А ведь ты, пожалуй, совершенно прав! – пробормотал с благоговением Мартин, вставая. – И как я сам до сих пор этого не понял! Она действительно чертовски умна и далеко пойдет. Но все же ты не до конца раскусил ее! Душа ее плачет.
– Я никогда не ошибаюсь, – укладываясь поудобнее на кровати, самонадеянно заверил его Дэн. – Она заплачет, когда ты урежешь ей зарплату, да и то вряд ли. Скорее, она даст тебе сдачи. Вспомни о дзюдо! Не исключено, что она исподволь готовится к броску. Это еще та штучка! Не забудь захлопнуть за собой дверь, когда уйдешь.
Мартин ушел, и Дэн закрыл глаза, совершенно раздосадованный собой. Лжец, с отвращением думал он. Перед ним вдруг предстало ее лицо: глаза, полные слез и душевной боли, губы, дрожащие от отчаяния. Его растрогало, что она приняла так близко к сердцу свою ошибку. Как это мило! Ведь другая на ее месте за такое наглое поведение могла бы вылить ему на голову горячий кофе. Впрочем, пусть катится к черту! Что ему до нее? Он приехал, чтобы вволю насладиться всеми прелестями Лондона!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Черный бархат - Уилсон Патриция


Комментарии к роману "Черный бархат - Уилсон Патриция" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100