Читать онлайн Сегодня и всегда, автора - Уилсон Кэрил, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сегодня и всегда - Уилсон Кэрил бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сегодня и всегда - Уилсон Кэрил - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сегодня и всегда - Уилсон Кэрил - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уилсон Кэрил

Сегодня и всегда

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

Сару засасывало в яму. Кортни тянулась к Саре, звала ее по имени, но не могла ничего поделать. Сара исчезала в коричнево-красной слизи.
– Сара! – Кортни очнулась в испарине.
Она узнала свою спальню. Сердце бешено колотилось в груди.
Закрыв глаза, она жадно глотнула воздуха и медленно выдохнула. Все это сон. Сон. Теперь она успокоилась, дыхание стало почти нормальным. Не было никакой ямы, Сара просто спала.
Кортни безуспешно пыталась собраться с мыслями. Что же это было?
Сара была больна!
– Кортни, ты проснулась?
Протерев глаза, она увидела отца, сидевшего на стуле около окна.
– Мы должны помочь Саре, – с жаром выдохнула она, устремив взгляд на дверь в соседнюю спальню и высвобождая свои ноги из-под одеяла. – Мы должны…
– Она уже не нуждается в нашей помощи, – ответил отец слегка дрожащим голосом. – Она умерла.
– Умерла? – Кортни сжала виски руками, пытаясь разогнать туман в голове.
Она вспомнила широко открытые, невидящие глаза Сары, ее холодную, восковую, почти прозрачную кожу.
– Умерла, – повторила она, падая на руки отца.
Она была так потрясена, что даже не могла плакать.
Дар речи вернулся к ней не сразу.
– Почему это случилось? – закричала она. – Ну, кому могла помешать Сара?
Лорд Гарретт обхватил рукой подбородок. Тень сомнения пробежала по его лицу, как будто он не решался что-то сказать Кортни.
– У нее были перерезаны запястья, – наконец вымолвил он, – нож лежал рядом. Она сама сделала это.
«Сама? – подумала Кортни. – Это значит…» Кортни яростно затрясла головой и вырвалась из рук отца.
– Это не может быть, – она шагнула в сторону соседней спальни. – Только не Сара! Только не самоубийство!
– Ты куда? – загремел отец. – Тебе нельзя туда. – Он вскочил и загородил ей дорогу. – Ты не должна входить туда. Ты спала больше суток. Сары там сейчас нет, там сейчас прибирают служанки. А ты ложись обратно в постель.
Кортни положила голову ему на плечо, стараясь справиться с отчаянием.
– Болит голова, – пожаловалась она.
Лорд Гарретт намочил платок и приложил его ко лбу дочери.
– Мы справимся с этим, – сказал он вполголоса, как бы пытаясь убедить сам себя. – Вот увидишь.
– Почему у меня такая путаница в голове?
– У тебя была истерика. Доктор Картрайт дал тебе настойку опия, и ты надолго уснула.
– Полиция была? – Он кивнул.
– Сара не могла убить себя, – настаивала она, – она…
Что-то в его блеклых глазах остановило ее.
– Это бесспорно, Корт. Она оставила записку.
Этого Кортни боялась больше всего, с того момента, когда обнаружила Сару, лежащую в крови. Опасения подтвердились, и отчаяние с новой силой охватило ее.
– Записка в полиции? – тихо спросила она.
Лорд Гарретт достал из кармана жилета листок бумаги и протянул ей.
– Некоторые вещи должны оставаться в семье, – сказал он.
Письмо жгло Кортни руку, сердце снова сжалось от боли, когда она увидела свое имя, написанное рукой Сары.


«Моя дорогая Кортни.
Прости меня. Я была легковерной дурой. Я доверилась человеку, который сломал мою жизнь. Сейчас я беременна. Когда я сегодня сказала ему об этом, он сначала злобно обругал меня, но потом разжалобился и поклялся позаботиться обо мне и ребенке. Но я не могу вынести этого позора. Ведь он не может жениться на мне. Он знает, что я никому и никогда не выдам его имени.
Не горюй обо мне. Я ухожу туда, где найду мир и покой.
Любящая тебя Сара».


Чувство гнева вспыхнуло в душе Кортни.
– Мир? А как быть с нами, отец? Где теперь наш мир?
– Все очень просто, – спокойно ответил лорд Гарретт. – Мы уже никогда не обретем ни мира, ни покоя.
Кортни чувствовала, что он уже словно стеной отгородился ото всего мира. Возможно, это был единственный способ избавиться от боли, от ужаса потери своего ребенка. Кортни и сама хотела бы того же, лишь бы избавиться от невыносимой боли, словно кто-то вонзил нож ей в сердце.
– Я послал письмо Маркусу, – сказал он.
– Если бы только я уехала из Лондона на день раньше. Только на один день, – у нее вырвался стон отчаяния. – Твои догадки были верны. Отец ребенка – американец?
Кортни была удивлена внезапной яростью, вспыхнувшей в глазах отца.
– Черт побери, откуда мне знать?
– Но я думала…
– Да, – прервал он ее, – он ухаживал за Сарой, но он не был женат. – Подумав, он сказал: – Зная его репутацию, я не удивляюсь.
– Кто этот человек? – резко спросила Кортни. – Как его зовут, и что вообще ты о нем знаешь?
Лорд Гарретт молча поджал губы.
– Ты отказываешься мне говорить?
– Этот человек способен на такое вероломство, которого ты даже не можешь себе представить. Я хочу защитить тебя, Корт. Больше тебе ничего не следует знать.
– Он должен заплатить за содеянное.
Лорд Гарретт покачал головой.
– Я отказываюсь говорить на эту тему. Я сам займусь этим.
– Нет!
– Кортни, сейчас, когда ты так возбуждена, бесполезно разговаривать на эту тему. Жизнь научила меня ничего не предпринимать и даже не разговаривать в состоянии гнева. Потом, когда боль поутихнет, мы сможем поговорить, – он поцеловал ее в лоб. – Я просил подать обед, а потом ты должна отдохнуть. Мы исстрадались, и надо немного поспать. За прошедшие сутки я почти не сомкнул глаз.
Ночь не принесла облегчения. Боль оставалась нестерпимой. Когда Диана на утро раздвинула занавески в спальне, голова у Кортни болела, а на сердце было невыносимо тяжело.
– Я слышала ночью стук экипажа. Что, приехал виконт Стансуорт?
– Да, миледи. Около четырех утра. Мак-Дугал говорит, что лошади были взмылены.
– Мак-Дугал? Это тот мужчина, с которым вы были тогда на кухне?
– Да, – рот Дианы искривился в улыбке. – Джеми Мак-Дугал. Он ухаживает за лошадьми Гарретта, миледи.
– Где сейчас виконт?
– В музыкальной комнате.
Кортни застонала, увидев в зеркале свое отражение, и поправила свою прическу.
– Он ел?
– Если едой считать ликер, то он ел, не переставая, все утро.
Кортни торопливо занялась утренним туалетом, так как хотела поговорить с Марком до того, как тот ляжет спать. Когда она вошла в музыкальную комнату, Марк стоял с бокалом в руке у камина и внимательно рассматривал портрет Сары.
– Отец заказывал его прошлой зимой, – сказал он, не оборачиваясь. – П-портрет хорош, верно? Х-художнику удалось п-передать обаяние невинности, сквозящее во всем ее облике. – Он поднял свой бокал в насмешливом приветствии.
– Не так уж она и невинна, – сказала Кортни, безуспешно пытаясь отнять у него бокал. – Она была беременна.
Было невыносимо смотреть на Марка, видеть его усталый и горестный взгляд, как бы ищущий объяснение необъяснимого.
– Д-да, гусенок, отец с-сказал мне.
– Ты думаешь, это американец?
Он пожал плечами.
– Сара часто переступала границы благоприличия, н-но я не п-подозревал, клянусь тебе, что это выходит за рамки обычного флирта.
Он с силой сжал бокал и раздавил его. Швырнув осколки в камин, он достал носовой платок и с проклятиями перевязал раненую руку.
– Но почему самоубийство? Она ведь знала, что может рассчитывать на нашу помощь. Она же наша сестра.
Он упал в кресло.
– Мы всегда держались друг за друга. Я не смогу часто бывать в Оуклей Корте. Мне надо много работать – с-сама знаешь – фабрика… – Он шумно вздохнул. – Ох, дьявольщина! К-какая ужасная потеря.
Марк прав, подумала Кортни. Они оба несут груз ответственности за то, что случилось с Сарой, ведь они всегда, с пеленок заботились о ней.
– Да, мы оба – ты да я, – улыбнулась она. – От того, что мы будем травить себе душу, Сара не вернется.
– Не вернется, – сказал Марк, – но в ее смерти есть и моя вина. Американец. Он занимается экспортом хлопка из Чарлстона, а я его покупаю для своих фабрик. Я их п-познакомил, – он постучал кулаком по ручке кресла. – Я должен был вмешаться, когда узнал, что она встречается с ним. Я п-пытался, но она сказала, чтобы я не совал свой нос в ее дела и что американец относится к ней со всем уважением. В конце концов, я сдался и оставил её в покое.
– А ты еще дразнишь меня гусенком, – упрекнула его Кортни. – Ты же понимаешь, что даже если бы мы следили за каждым шагом Сары, то все равно не смогли бы помешать американцу добиться своего. Он бы нашел способ.
Кортни села на пол у ног Марка, отбросила с его лба прядь волос, ощутив под пальцами влагу на его щеках. Накрыв его руки своими ладонями, она прижалась к ним подбородком, как бы говоря тем самым, что они вместе должны справиться с их общей бедой.
– Где этот человек теперь? – спросила Кортни.
– Когда я вчера получил от отца телеграмму, то заехал в клуб Блейка. Он покинул Лондон.
– Блейк! Это фамилия или имя мерзавца?
– Плюнь на него. Отец предупредил меня, чтобы я ничего не говорил тебе.
Кортни с вызовом посмотрела ему в лицо.
– Ну, давай. Секретничай с отцом и затыкай мне рот. У тебя ничего не выйдет. Ты забываешь, к кому обратилась Сара, когда ей стало плохо. Ко мне. Это мой долг перед ней. Блейк – моя забота. И хоть Сара сама свела счеты с жизнью, этот подлец довел ее до этого. И он заплатит за свое злодеяние.
– Что ты болтаешь? – Марк нахмурился. – Что ты собираешься делать?
– Мстить, – ответила Кортни, направляясь к двери.
– Корт, ты глупо ведешь себя. – Марк вскочил с кресла и вышел вслед за ней. – Корт, подожди минуту.
Расстроенный, он схватил ее за плечо:
– Гусенок, ты не слушаешь меня. Месть – не выход. Ты только подвергнешь себя опасности.
Она понимала, что Марк прав, но доводы рассудка ничего не значили для нее в этот момент. Она ничего не могла с собой поделать. Никого она не будет слушать до тех пор, пока не завершит начатое дело. Она не имела понятия, где искать Блейка, и что она будет делать, когда найдет его. Ее занимали только две мысли: первая, что он убил Сару, и вторая, что он должен за это заплатить. И только тогда ее покинет мучительная, отбирающая все силы ее души боль. Только тогда.
– Моя месть будет беспощадна, дорогой братец, – сказала она и вышла, оставив его в полной растерянности.
* * *
Все оставшееся время до похорон Сары отец Кортни из кожи вон лез, чтобы констебль, доктор и викарий ни о чем не проболтались. И Кортни видела его старания, которые, надо отдать ему должное, не прошли даром: ко дню погребальной церемонии подробности смерти Сары знали лишь те немногие, кто поклялся не разглашать тайну за пределами Оуклей Корта.
После отпевания Сары, состоявшегося в фамильном склепе, ее отец, Маркус и доктор Картрайт, замешкавшись снаружи, беседовали с викарием, а Кортни, прочитав у гроба Сары прощальную молитву, заговорила о сестре с Мойрой.
– Бедная, бедная девочка, – вытирала глаза носовым платком Мойра. – Такая хорошая! Она помогала деревенским, раздавала им одежду, еду, лекарства. Всегда была готова помочь бедным.
– Мне говорили, что она была очень похожа на нашу мать, – сказала Кортни и, немного помолчав, осведомилась: – В Брайтоне Сару навещали многие молодые люди? Многие за ней ухаживали?
– Бог с вами, миледи. Леди Сара была сама добродетель, и ваши намеки на ее легкомыслие совершенно напрасны.
– Да, да, конечно, – отвечала Кортни, сжимая руки Мойры. – Она была такая нежная, такая чувствительная молодая женщина, моя лучшая подруга. Я очень любила ее, и моему горю нет предела. Поэтому ты должна доверять мне и помочь найти того, кто воспользовался ее добротой и доверчивостью. Пожалуйста.
– Я была около нее все время, – отвечала веснушчатая девушка. – Клянусь. Это был приказ виконта – не отходить от нее. И только однажды, когда она была в саду с этим американцем…
– Продолжай, – подбодрила Кортни, сжимая кулаки и чувствуя, что истина вот-вот раскроется.
Мойра нахмурилась.
– Мошенник он, несмотря на все его хорошие манеры. Я видела все по его глазам, – она высморкалась.
– Он очень нравился леди Саре, и все-таки выходить в сад на свидание в ночной рубашке – это непорядок. Я так и сказала леди Саре.
Кортни зазнобило. Может быть, и не стоит докапываться до всех деталей. Не обязательно же ей знать все до мельчайших подробностей. Однако она решила продолжить расспросы.
– А что, они были в какой-нибудь компрометирующей позе?
– Не знаю, не могу утверждать наверное. Я видела их издалека.
– Тогда почему ты решила, что это он?
– Леди Сара сама призналась мне, что она встречалась с ним в саду. И она была рассержена на меня, что бывало с ней очень редко. Хотя и бывало. – Мойра всхлипнула. – Ее одежда была измята. И вела она себя как-то странно.
– Что ты имеешь в виду?
– Она велела приготовить ванну и не позволила мне быть при ней. Когда я стала искать ее одежду, она сказала, что сожгла ее.
– Сожгла? – повторила Кортни.
Неужели этот подонок изнасиловал Сару, и она была вынуждена сжечь белье, чтобы скрыть следы своего позора?
– Мистер Брэндэн Блейк из тех, кто любит попользоваться женской добросердечностью. Сдается мне, что это он во всем виноват.
Итак, Брэндэн Блейк. Это имя не выходило у Кортни из головы, когда она, наклонившись над урной с прахом Сары, осыпала ее лепестками белых роз. Теперь она знала полное имя злодея. Брэндэн Блейк.
«О, Сара! – подумала Кортни с ужасающей ясностью. – Ты навсегда ушла от меня. Бедная моя, маленькая, дорогая девочка. Прости меня, что я не пришла раньше. Прости меня, что я не откликнулась на твою мольбу о помощи. Прости».
Глаза Кортни наполнились слезами, но она старалась сдержать их. Она словно онемела от горя. Что пользы плакать? Ей казалось, что душа ее так же мертва, как обескровленное тело ее сестры. Пустая оболочка – вот все, что осталось.
Они обе мертвы.
И в то же время она чувствовала, как ее охватывает жажда мести, несравненно более сильная, чем любовь, которую она питала к балету. Кортни ни за что не свернет с выбранного пути. Она разыщет Брэндэна Блейка, заставит его признаться во всем и уж потом решит, как ему отомстить.
– Пойдемте, миледи, – пыталась увести ее от могилы Мойра, – пойдемте. Начинается дождь. Вы заболеете.
И только тут Кортни заметила, как мрачен был туманный день, стоявший за решетчатым окном. Она вспомнила, что такая же погода была и в день ее возвращения домой. Почему она тогда не обратила внимания на это роковое предзнаменование!
– Пойдемте, миледи, а то я схожу за графом, чтобы он увел вас отсюда.
Кортни покачала головой:
– Оставь меня, Мойра. Я хочу побыть с сестрой.
– Но ведь граф…
– Оставь меня ненадолго, очень тебя прошу!
Девушка печально кивнула и направилась к выходу.
– Только уж, пожалуйста, миледи, выходите поскорее. Здесь так сыро. Вы промокли до костей, да еще и без зонта… Так недолго заболеть, – бормотала Мойра, выходя из склепа.
Кортни преклонила колени перед гробом, сжимая в руках молитвенник. Как ныло у нее сердце! Казалось, оно вот-вот разорвется.
Прошла минута – или целая вечность? Минуты мало, чтобы выразить все те чувства, что испытывала тогда Кортни. Не хватит на это и вечности. Ни за краткий миг, ни за целую жизнь не заполнить пустоты, зиявшей в ее душе…
Она пыталась вспоминать только хорошее: детскую улыбку Сары, ее смех, звонкий, как колокольчик. Рояль всегда будет напоминать ей о том, как скользили по клавиатуре тонкие, красивые пальцы Сары. И, может быть, когда-нибудь она сумеет забыть мертвую Сару со скрещенными на груди окровавленными руками и скрюченными пальцами.
Кортни огляделась вокруг. Каменные стены этого вместилища смерти источали сладковатый запах тлена. Пронзительный вопль отчаяния вырвался из ее груди. Кортни забилась в рыданиях, дав волю чувствам. У нее больше не осталось сил, чтобы справиться с испепеляющей душу болью.
Слезы градом катились по ее щекам. В желудке опять начались спазмы. Душевная боль ощущалась почти как физическая. Теперь она понимала поэта, сказавшего что-то о разбитом сердце. Ей казалось, что ее сердце разорвалось пополам.
«Он за все заплатит, – пообещала себе Кортни. – Я разыщу его. Твой совратитель не ускользнет от возмездия. Я отомщу за тебя. Клянусь».
Ей показалось, что воздух стал тяжелым и густым. Кортни закашлялась. В горле у нее пересохло. Она дышала хрипло. Задыхаясь от кашля, она поднялась на ноги.
Неожиданно появилась Мойра.
– Что, что случилось?! – закричала она, когда Кортни с криком упала в ее объятия…
– Боже мой, что с вами, миледи? Ваши глаза того и гляди выскочат из орбит.
На вопли Мойры сбежались остальные. Тут все поплыло вокруг Кортни, и она потеряла сознание.
– Позвольте мне взглянуть на нее, – услышала она голос доктора Картрайта. – Подержите ее голову.
Кортни с трудом понимала, что происходит вокруг нее. Она почувствовала только, что доктор открыл ей рот и влил какую-то жидкость. Через несколько минут хрипы прекратились, дыхание стало почти нормальным, и ее перенесли в дом.
Невзирая на протесты сестры, Марк отнес Кортни на диван в большой комнате.
– У тебя п-пепельно-серый цвет лица, отец, – сказал Марк, – не худо бы выпить. Как насчет глотка бренди, джентльмены?
Лорд Гарретт и доктор Картрайт, поздоровавшись друг с другом, уселись напротив Кортни.
– Станешь тут пепельно-серым, – проворчал лорд Гарретт. – Твоя сестра вгонит меня в могилу своей болтовней о погоне за тем американцем. А тут еще эти ее приступы астмы.
– Она поправится, – заверил доктор Картрайт. – Я дал ей настойку опия. Все, что ей нужно, – это покой. Я уверен, что всему виной сырость в склепе, ну и, конечно, то, что случилось недавно. Она нуждается в покое…
– В покое? – Лорд Гарретт повернулся к Кортни. – Так ты хочешь пуститься в погоню за Блейком? – резко спросил он.
– Какая нелепость, – заметил Марк, – это невозможно…
– Ты знаешь свою сестру, – прервал его лорд Гарретт, – когда ей что-нибудь втемяшится в голову, она не успокоится, пока не доведет дело до конца. И все-таки, американцем должен заняться я. Ты слышишь меня, молодая леди? И не думай даже гоняться за этим человеком. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас впутывался в эту историю. Блейк – мое дело. Понятно? – обратился он к Марку.
– Ну ладно. Т-только я не совсем понимаю тебя, хотя и– уважаю твои желания, – нехотя согласился Марк. – Корт…
Кортни пристально и недовольно посмотрела на них и встала.
– Как вы смеете говорить обо мне так, как будто меня нет в комнате, как будто мое мнение ничего не значит. Что за заговор?
– Я знаю лучше тебя, что тебе следует делать. Ты многого не знаешь, поэтому не вмешивайся и слушай, что я тебе говорю.
– Я слушала тебя, когда ты утверждал, что Сара прекрасно живет в Оуклей Корте. Может быть, ты хоть теперь согласишься, что иногда бываешь неправ?
Лорд Гарретт с укором посмотрел на Кортни и глубоко вздохнул. Кортни сердилась на себя больше, чем на отца. Она поняла, что ее слова больно задели его, и пожалела об этом. Торопливо извинившись, она вышла из комнаты.
Марк вышел вслед за ней.
– Т-ты не совсем здорова. Т-ты должна побыть здесь, чтобы мы могли п-позаботиться о тебе. Мойра попросила миссис Чивер приготовить тебе чай.
– Я не хочу засиживаться в мужской компании и распивать чаи, – ледяным тоном отвечала она, поднимаясь по лестнице.
– Ко-кортни, – позвал ее Марк, – у тебя с каждым днем все больше портится характер.
Промолчав, Кортни поднялась в свои комнаты.
«Я этого не потерплю! – говорила она себе. Она положила молитвенник на секретер и заходила взад-вперед, как зверь в клетке. – Портится характер? А у кого он тут не испортится?» Отец под любым предлогом будет стремиться удержать ее в Оуклей Корте. Он готов объявить ее больной, хотя до этого страшного приступа она не жаловалась на здоровье. Но она не останется. Раз отец решил сам заняться Блейком, даже не посоветовавшись с ней, она сбежит из этого дома.
Она могла представить себе заранее, как отец «разделается» с Блейком: он не будет делать ровным счетом ничего, только бы сохранить доброе имя Сары. Может быть, Марк и смирился бы с этим, но только не она! Она-то уж не позволит проклятому американцу уйти от расплаты за свое преступление. Она будет преследовать его до последнего вздоха, пока не сотрет с лица земли.
Как же некстати, однако, этот приступ. Без сомнения, всему виной этот дом. Надо было давно бежать от удушающей атмосферы этого дома. Решено: она уедет верхом на лошади.
Кортни уже много лет не садилась на лошадь, но привычка к верховой езде сохранилась. Пахло лавандой. Сара любила ее. Кортни нашла несколько мешочков в своих ящиках и туалете.
Она переоделась и направилась к конюшне. Великолепная идея. Езда верхом, несомненно, снимет напряжение.
Клубы густого тумана поднимались к небу. Дождь прекратился, но воздух был так влажен, что, казалось, дождь вот-вот начнется снова.
Прохладный ветерок коснулся ее щеки, когда она открыла дверь в конюшню. Кортни слегка испугалась от неожиданности, увидев наглую физиономию Мак-Дугала, чистившего скребницей гнедую кобылу. Лошадь заржала и встала на дыбы при ее приближении, но Мак-Дугал, словно не замечая Кортни, продолжал заниматься своим делом, не удостоив ее даже кивком головы. Он вел себя так, как будто Кортни вообще там не было.
– Я хотела бы прокатиться верхом, – сказала она. – Будьте добры оседлать для меня одну из лошадей.
Мак-Дугал, казалось, не слышал ее. Его движения были быстрыми и сноровистыми, и только закончив работу, он, наконец, бросил через плечо взгляд на Кортни.
Кортни показалось, что она уловила искру ледяного презрения в его глубоко сидящих глазах, но он сразу же взял себя в руки.
– Чудная, – сказал он, кивком головы указывая на кобылу. – Любит грозу. Гроза ее успокаивает.
Он бросил щетку и вытер фартуком руки.
– Что вы здесь делаете?
Кортни пропустила мимо ушей его вопрос и подошла к лошади.
– Она великолепна!
– Купили ее около месяца назад. Горячая девочка. Вырастили в Ирландии.
Она похлопала лошадь по шее и с удивлением заметила, что она потная.
– Вы что, ездили на ней?
– Кому-то ведь надо, верно? Она зажиреет и одрябнет, если ее не выезжать регулярно, – его голос понизился до сиплого шепота, – совсем как женщина.
Кортни сделала шаг назад.
– Мне не нравятся замечания подобного рода, мистер Мак-Дугал, и я считаю их неуместными. Я хочу покататься, так что будьте добры подготовить лошадь для меня.
– Вы что, миледи, не видите, что творится снаружи? Взгляните на небо!
– Я не спрашивала вашего мнения, мистер Мак-Дугал, но раз уж вы настаиваете, отвечу: я собираюсь покататься в манеже.
Он усмехнулся, но взгляд его оставался недружелюбным.
– Ну что ж, раз вы так хотите, дам вам лошадь, которую вы не скоро забудете.
Кортни сразу оценила зловещий смысл его слов и незавидное положение, в которое она попала.
– Возможно, возможно, вы правы, – быстро проговорила она, собираясь уйти, – пожалуй, лучше ездить верхом на открытом воздухе. Я подожду, пока погода не наладится.
Выходя, она услышала за спиной громкий смех Мак-Дугала.
Вернувшись к себе, Кортни разделась и принялась обдумывать свой побег. Отец заперся у себя. Снаружи до нее доносились голоса Маркуса и Дианы – они обсуждали, как лучше следить за Кортни. Совсем как терьеры, подкарауливающие лису.
«Вот и разрушились все мои планы», – думала она, сочиняя письмо с просьбой об увольнении, адресованное мсье Бонифацию. Послав Мойру с письмом на деревенскую почту, Кортни стала обдумывать детали побега. Денег мало, а до получения расчета пройдут недели. Не хватает денег даже на покупку билета на пароход из Ливерпуля.
Вспомнив об украшениях матери, она нащупала на шее цепочку с маленьким ключиком, таким же, как у Сары. Отперев большую, отделанную бархатом шкатулку, стоявшую на бюро у Сары, Кортни извлекла оттуда изумрудное ожерелье. Затем она вынула гарнитур из жемчужных подвесок с серьгами и нитку превосходного розового жемчуга. Там были еще часы-медальон с выгравированными инициалами матери. Сквозь стекло виднелся локон золотых волос, почти таких же, как у Сары. Кортни взяла и часы.
Медлить более было нельзя. Она зашила украшения и деньги в подкладку старого пальто Сары, в котором та работала в саду, уложила вещи в свой чемодан и приготовилась покинуть Оуклей Корт, как только все уснут. В последний момент она вспомнила про щетку для волос, принадлежавшую их матери. Сара, несомненно, хотела, чтобы она досталась сестре, и Кортни сунула ее в сумку.
Предстояло преодолеть еще несколько препятствий. Она знала, что Чивер, кучер отца, никогда не повезет ее без разрешения лорда Гарретта. Не могло быть и речи о том, чтобы нанять тот же самый экипаж, на котором она ехала сюда. Оставалась единственная возможность – нанять Джеми Мак-Дугала.
Кортни понимала, что должна быть осторожна с этим подозрительным типом. Но за приличное вознаграждение он, наверное, отвезет ее, куда она попросит.
Чтобы не помешали служанки, Кортни пригласила их вечером на чашку горячего шоколада, подсыпав в него снотворное. Вскоре Мойра и Диана крепко уснули.
Собираясь путешествовать под вымышленным именем, Кортни надела серое дорожное платье и две муслиновые нижние юбки, которые она заранее выкрала у служанок из прачечной. Натянув на ноги хлопчатобумажные чулки, она обулась в ботинки, надела пальто и, прихватив дорожную сумку, на цыпочках выскользнула из дома.
Стараясь держаться в тени, она прокралась по боковым тропинкам к сторожке Мак-Дугала и приложила ухо к двери. Тишина. Она заглянула в окно. В тусклом свете свечи она увидела обнаженного Мак-Дугала, лежавшего на кровати. Нижняя часть его тела была прикрыта простыней. Кортни отвернулась и нервно сглотнула.
Затем она тихонько постучала в дверь. Минуту спустя заскрипели пружины кровати, дверь отворилась, ее втянули внутрь, швырнули на кровать, и Мак-Дугал навалился на нее.
Кортни пыталась было протестовать, но его губы, кислые от выпитого вина, впились в ее губы, она ощутила у себя во рту его язык. Ошеломленная этим неожиданным нападением, она чувствовала, как сердце яростно бьется в груди, Мак-Дугал старался задрать ей юбку. Ни один мужчина в жизни еще не смел так вести себя с ней. Ни один! А на этом и одежды даже не было. В ужасе она укусила его язык. Мак-Дугал отдернул голову и сел, голый как Адам.
– Диана, черт побери! Что это за игры?
– Я не Диана, – холодно ответила Кортни, выбираясь из-под него и оправляя свою одежду.
– Какого дьявола… – уставившись на нее, он изумленно воскликнул, – леди Аскуит!
Ее лицо залилось краской.
– Оденьтесь.
Мак-Дугал захихикал и медленно стянул простыню с кровати, задев ее грудь.
Кортни побледнела. Может быть, ей следовало передумать? Что-то было в этом человеке…
– Вот это да, миледи! Какая приятная неожиданность!
При звуках его голоса у нее пробежал холодок по спине.
– Когда вы давеча сбежали от меня, я подумал…
– У меня к вам предложение, – прервала его Кортни. Его наглые глаза раздевали ее, и она покраснела. – Не обольщайтесь, сэр. Это предложение иного рода.
Он снова попытался схватить ее, но она отшатнулась и, глядя на него высокомерно, сказала ледяным тоном:
– Я прошу вас отвезти меня в Лондон. Вот и все, что мне от вас нужно.
– А почему вы не попросите Чивера?
– Потому что он скажет отцу о моей просьбе.
– С чего же вы взяли, что я буду молчать и не скажу графу? Он хочет, чтобы вы оставались в доме до полного выздоровления. Забудьте эту глупую мысль о преследовании Блейка.
– Я вижу, Диана слишком много болтает.
– Я не могу везти вас. Я потеряю место.
Она понимала, что он торгуется, и решила пригрозить, что расскажет графу об их отношениях с Дианой. Лорд Гарретт придерживался строгих правил в отношении слуг и часто выгонял тех, кто нарушал эти правила.
– Если вы откажетесь везти меня, – начала она, – я расскажу отцу о ваших проделках с Дианой, и вы останетесь не только без места, но и без рекомендаций.
Он двинулся к ней. Ей показалось, что он может ударить ее, и она сделала шаг назад. Но он остановился.
– Ты обыкновенная сука, да?
– Думайте что угодно, – согласилась она, – но мне нужна ваша помощь. Пожалуйста, поторопитесь.
Она подождала снаружи, пока он одевался.
– Я вам хорошо заплачу, – сказала она, – этого будет достаточно для того, чтобы возместить вам ваши убытки, и вы сможете прожить неплохо, пока не подыщете другое место.
– Я не найду другого места без рекомендации…
– Я приготовила для вас рекомендации.
Он ухмылялся, стоя в дверном проеме, прислонясь к косяку. Его светлые волосы блестели в лунном свете, бровь была игриво изогнута.
– А вы – часть платы?
Кортни посмотрела на него. Он был одет в дорожный костюм.
– Возможно, некоторые женщины считают вас неотразимым, мистер Мак-Дугал, но наше с вами соглашение чисто коммерческое.
– Да? А я что-то ничего не слышал о деньгах.
– Вы получите больше, чем получаете за год, если будете хранить молчание.
В ответ он насмешливо ухмыльнулся, и от его улыбки ей стало не по себе.
– Вы не оставите никакой записки? – спросила она.
– Нет. Но они не такие дураки, чтобы не догадаться о нашем сговоре.
– Ну, тогда я уже буду на пути в Америку.
– В Америку?
И снова Кортни передернуло от его наглого любопытства. Губы его кривились в мерзкой ухмылке.
– Что-то маловато у вас багажа для такой дальней поездки. Да и одеты вы, как дешевая проститутка.
– Я решила скрывать свое настоящее имя, и поэтому поеду налегке. Новую одежду куплю в Америке.
В его взгляде промелькнуло что-то неприятное, настораживающее.
– Но я не обязана объяснять вам все это, мистер Мак-Дугал.
– Похоже, что вы все продумали. Но что прикажете делать с экипажем, скажите пожалуйста?
– Оставьте в резиденции графа в Мэйфэйре.
– Ладно, – немного подумав, ответил Мак-Дугал.
Пожав плечами, он направился к конюшне. Вскоре он выехал оттуда на легкой двухместной повозке, которой слуги пользовались для поездок к воскресной службе.
– Почему вы взяли эту повозку? Уж не хотите ли вы сделать все, чтобы мне было как можно неудобнее?
– На ней нет герба Лоуденов, – ответил он, – потому что мы не Должны объявлять всем разбойникам с большой дороги, что леди Аскуит изволит путешествовать по Лондонскому тракту ночью. А иначе нас ограбят. Мало того, уж если какой-нибудь молодец сцапает вас, так не преминет вложить свой кинжал в ваши ножны.
Кортни была рада тому, что в темноте он не мог заметить, как вспыхнуло ее лицо. Этот мужлан не просто дерзок, он вызывающе груб. Страшно было подумать, на что он способен, представься ему такая возможность.
– Мистер Мак-Дугал, ваши шутки неуместны.
Помогая ей вскарабкаться в повозку, он коснулся пальцами ее талии; она не могла не заметить этого и оттолкнула его локтем.
– Не распускайте руки, мистер Мак-Дугал. Лучше подумайте, как добраться до Лондона без приключений. Мои условия ясны. Если вы не способны или не хотите понять, что наша сделка – это всего лишь коммерческое соглашение, то лучше расторгнуть ее сейчас же. – Она собрала остатки своей храбрости. – Не думайте, что вы незаменимы.
Говоря это, она все же надеялась, что он примет ее условия и ей не придется отказываться от своего плана. Внимательно посмотрев на нее, Мак-Дугал закрыл дверь экипажа.
Кортни вздохнула с облегчением. Повозка двинулась, и ее откинуло назад. Мак-Дугал выбрал резвых лошадей, а экипаж, несмотря на его преклонный возраст, был вполне удобен. Измученная и утомленная, она вскоре задремала.
Ей опять снилась Сара и та ужасная яма. Но на этот раз, потянувшись к сестре, Кортни вздрогнула и проснулась.
Тишина. Ее охватило какое-то неясное предчувствие. Повозка не двигалась. Еще не вполне очнувшись ото сна, Кортни отодвинула занавеску и протерла запотевшее окно. Сплошная мгла. У нее забилось сердце, она хотела задвинуть щеколду, но не успела: дверь распахнулась.
– Выходи! – Мак-Дугал так дернул ее, что она упала на колени. – Где деньги?
– Какие деньги? – спросила Кортни дрожащим голосом.
– Кончай валять дурочку. Я знаю, что у тебя есть деньги.
– Вот, – она достала несколько бумажек из кармана, – у меня есть несколько фунтов, но у моего поверенного…
Он швырнул эти деньги ей в лицо так, что она отпрянула.
– Где ты их прячешь? В твоих вещах их нет, – злобно прорычал он, – они при тебе.
Он двинулся на Кортни. Ее охватила дрожь.
– Не подходите ко мне! Не подходите, – заикаясь лепетала она.
Запах тухлой рыбы стоял в воздухе. Значит, где-то близко было море, Кортни почувствовала, как к горлу подступает удушье. Не хватало только приступа астмы.
– Вы что, принимаете меня за дуру? Неужели я пустилась бы в путешествие в вашем обществе, имея при себе что-нибудь ценное? Деньги у моего поверенного в Лондоне.
Она повернулась и побежала, но он был проворнее. Схватив ее за шиворот, он подтащил ее к себе так, что его бедро оказалось между ее ног.
– Горазды вы рассказывать сказки, миледи! Кортни вскрикнула, когда твердый член Мак-Дугала коснулся ее ягодиц.
– У моего приятеля уже кончилось терпение. Я заставлю тебя разговориться. – Он резко повернул ее к себе лицом.
Блеск оскаленных зубов придавал ему вид хищного животного.
– Ну, где деньги?
Страх пронзил Кортни, когда она увидела очертания дюн позади Мак-Дугала. Склон не очень крутой. Что ей делать? Не двигаться или сопротивляться? В Мак-Дугале чувствовалась большая физическая сила. Что он сделает с ней: ограбит, изнасилует, или, может быть, даже убьет?
Мысль о смерти на этом пустынном берегу ужаснула ее. Надо было прислушаться к голосу рассудка и получше узнать этого человека, прежде чем довериться ему. Это случилось потому, что в ослеплении своего горя она потеряла всякую осторожность. Но если сейчас она не соберет все свое самообладание, то наверняка станет жертвой этого мерзавца.
– Я не могу разговаривать в таком положении. Отпустите меня, и мы обсудим ваши требования.
Он осмотрелся вокруг.
– Почему бы и нет? Вокруг никого нет.
С насмешливым хихиканием он выпустил ее из своих рук. Мысленно моля Бога о помощи, она тяжело, со всей силой ударила Мак-Дугала ногой в пах и бросилась бежать.
Оглянувшись на бегу, она увидела, что он стоит на одном колене и сыплет проклятиями.
– Ну, ты мне заплатишь, сука! Убью! – донеслось до нее, пока она бежала к краю утеса.
– Остановись, дура, – кричал он, вскочив на ноги, – рассчитайся со мной, как положено.
– Я не имею дела с подонками, – прокричала она в ответ с напускной храбростью.
Она неслась стрелой, но он догнал ее и схватил за ногу. На бегу она потеряла башмак, упала и кубарем покатилась вниз по склону дюны.
У подножия холма Кортни попыталась было подняться на ноги, но мягкий песок засасывал ее ноги все глубже, а ее плащ зацепился за что-то так, что она не могла сдвинуться с места. «Коряга», – догадалась она. Пока она пыталась высвободиться, Мак-Дугал снова набросился на нее, схватив за шиворот и сдергивая пальто. Он швырнул ее на землю, ее нижние юбки задрались, ноги обнажились, и сквозь чулки их коснулась ночная прохлада.
С бешено колотящимся сердцем она отталкивала его, пытаясь одернуть юбку. На какое-то мгновение он замешкался, глядя на нее с вожделением. Охваченная паникой, задыхаясь, она пыталась подняться на ноги, но он перевернул ее на спину и так придавил, что она не могла пошевелиться.
– Мне еще тогда захотелось набить твое брюшко до отвала своей колбасой, когда ты пришла на кухню, такая недотрога, а глаза-то голодные, – говорил он, разрывая на ней трусы.
– Пусти меня! – закричала она, впиваясь ногтями в его щеку.
– Тихо, ведьма, – пробормотал он в ярости. – Сейчас ты получишь то, чего давно хотела. Никто не сделает этого лучше меня.
Он попытался раздвинуть ей ноги, но она так сильно напрягла свои бедра, что он ничего не мог поделать. От его смеха кровь стыла у нее в жилах, в то время как он все старался раздвинуть ее ноги, расстегивая свои штаны.
– Давай, ори, – засмеялся он, – когда она закричала не своим голосом. – Никто тебя не услышит. Я мог бы убить тебя. Но если ты будешь паинькой, я дам тебе то, чего ты давно хотела. – Его член касался ее бедер, в то время как он пытался обнажить ее грудь. – Мне нравится, как ты орешь, это меня возбуждает.
Кортни колотила его по груди, по лицу, по чему попало.
– У меня еще ни с кем такого не бывало, – продолжал он, не отпуская ее. – Кончай вопить. Тебе это понравится.
Кортни, отвернувшись, старалась спрятать от него свои губы и высвободиться из его объятий. Что-то острое впивалось ей в спину. Она подумала, что вот-вот потеряет сознание, ее тошнило от отвращения. Но она должна взять себя в руки не поддаваться страху.
– Ты заплатишь за это! – выкрикнула она, – мой отец повесит тебя. Мой брат достанет тебя из-под земли и…
Насмешливо захихикав, Мак-Дугал впился своим ртом в ее губы, его пальцы сдавили ей горло. Она задыхалась, сердце билось так громко, что заглушало шум прибоя.
«Умираю, – подумала она, – умираю в грязи и унижении, неизвестно где… Мне уже не уехать из Англии, не найти Брэндэна Блейка…»
В сознании Кортни мелькнула вспышка света, и ее будто накрыло облаком. Ей казалось, что Мак-Дугал повис где-то в воздухе над ней, как будто ангел, сошедший на землю, чтобы спасти ее, оторвал его от нее. Он раскачивался взад и вперед, как танцор-марионетка на веревочках, то взметая к самой луне, то шлепаясь на землю.
Легкие Кортни, казалось, вот-вот разорвутся. Задыхаясь, она пыталась ловить воздух ртом. В глазах стояли слезы. Она вытерла их рукавом и моргнула, ощущая, что один ее глаз так заплыл, что превратился в узенькую щелку. А где же Мак-Дугал? Притаился где-нибудь поблизости и ждет, когда я кинусь бежать, чтобы снова начать охотиться за мной, как собака за кроликом?
Ладно, черт с ним. Пусть катится…
Звук шагов? Она попыталась всмотреться в темноту единственным здоровым глазом.
Оказывается, здесь было двое мужчин. В лунном свете она разглядела силуэт Мак-Дугала и руки великана, сдавившего ему горло. В тот же миг Мак-Дугал упал на песок, как мешок с тряпьем.
Незнакомец пнул ногой неподвижное тело Мак-Дугала. Затем поднял пальто Кортни, отряхнул его от песка и, протянув ей руку, помог ей встать на ноги.
Не замечая ни холода, ни своей наготы, Кортни вдруг осознала, что незнакомец пристально смотрит на нее. Слезы потекли по ее щекам, и она прикрыла грудь руками.
Незнакомец молча набросил на Кортни пальто.
– Этот подонок мертв? – спросила она, удивляясь своему бесцветному голосу.
– Почти.
– Надо было убить его.
– Какая кровожадная девушка, – Кортни уловила акцент – глубокий, гортанный ирландский акцент.
– Этот мерзавец, – пролепетала она срывающимся голосом, – пытался изнасиловать и убить меня.
– Ну ладно, ладно, – он поправил пальто на ее плечах, – сейчас все в порядке. Вы в безопасности. Но как вы сюда попали?
– Я приехала в экипаже. Он там, наверху. Она указала на дорогу.
– Но как вы оказались в компании этого подлеца?
– Он – он похитил меня – из Лондона.
– Из Лондона? А что вы делали в Лондоне?
Кортни торопливо придумывала, что бы ответить.
– Я – я была гувернанткой, – сказала она, поеживаясь под его пристальным и недоверчивым взглядом.
– Гувернанткой? Ну ладно. Вы дрожите, мы поговорим после, а сейчас давайте-ка глотнем виски.
Она присмотрелась к незнакомцу. Он весил не менее ста пятидесяти фунтов. Когда он направился к воде, она удивилась его бесшумной, как у пантеры, походке.
Уж не попала ли она из огня да в полымя, со страхом спрашивала себя Кортни.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сегодня и всегда - Уилсон Кэрил

Разделы:
Пролог1234567891011121314151617181920

Ваши комментарии
к роману Сегодня и всегда - Уилсон Кэрил



роман бесподобный!!! интересный, захватывающий...
Сегодня и всегда - Уилсон Кэрилкоролек
3.08.2010, 20.59





Роман можно почитать. Ставлю 8
Сегодня и всегда - Уилсон КэрилЛале
24.03.2013, 20.57





интересный роман, но тянет только на 9
Сегодня и всегда - Уилсон КэрилВасилиса
11.01.2014, 17.16





Согласна с корольком,роман бесподобный,держит интригу до конца. Но остается чувство горечи после прочтения. Тяжеловат для любовного романа.
Сегодня и всегда - Уилсон Кэрилсвет лана
28.08.2014, 20.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100