Читать онлайн Шопоголик на Манхэттене, автора - Кинселла Софи, Раздел - 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шопоголик на Манхэттене - Кинселла Софи бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.37 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шопоголик на Манхэттене - Кинселла Софи - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шопоголик на Манхэттене - Кинселла Софи - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинселла Софи

Шопоголик на Манхэттене

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

17

Принять решение быстро не получилось. Две недели я слонялась по квартире, выпила несчетное количество чашек кофе, советовалась со своими родителями, со Сьюзи, с Майклом, с моим бывшим начальником Филипом, с новым агентом с телевидения Кассандрой… в общем, со всеми знакомыми. Но в конце концов, я ведь знаю. Я точно знаю, что велит мне сердце.
Люк так и не позвонил, и, честно говоря, мне вряд ли стоит рассчитывать, что мы снова когда-нибудь увидимся. Майкл говорит, он работает без сна и отдыха по семнадцать часов в день, одновременно пытаясь и спасти свою компанию, и поддерживать контакты в Штатах. Кажется, он до сих пор не может отойти от шока, который испытал, узнав, что Алисия строила против него козни и Лондонский банк был готов предать его и перейти к ней. Шока от того, что «беззащитен, имея дело со всякого рода дерьмом», как красноречиво пояснил Майкл.
— В этом-то и весь парадокс: быть любимцем публики не очень выгодно, — поведал он мне на днях, — Однажды ты проснешься и обнаружишь, что публика уже заигрывает с твоим соседом. И ты просто не знаешь, что делать. Ты больше не нужен, и тебя выбрасывают на обочину.
— Так, значит, Люка выбросили? — спрашиваю я, сплетая пальцы.
— Выбросили? — восклицает Майкл. — Да его вышвырнули, а потом еще пнули под зад, чтоб летел дальше.
Несколько раз я поднимала трубку с непреодолимым желанием поговорить с Люком. Но так и не решилась. Теперь это его жизнь, а мне надо разобраться со своей. Со своей новой жизнью.
У двери слышится шорох. Я оборачиваюсь и вижу Сьюзи, заглядывающую в мою пустую комнату.
— Ох, Бекки, — удрученно говорит она. — Мне это не нравится. Положи все обратно, наведи тут беспорядок, как обычно.
— Зато теперь здесь все по фэн-шую, — пытаюсь пошутить я. — И тебе наверняка привалит удача.
Она входит, направляется к окну, потом разворачивается.
— Комната стала меньше. Без твоих вещей она должна бы казаться больше, правда? Но почему-то… она похожа на опустевшую коробку.
Тишина. Я смотрю, как паучок взбирается по стеклу.
— А ты уже решила, что будешь делать с комнатой? — наконец спрашиваю я. — Найдешь новую соседку?
— Вряд ли. Куда торопиться? Тарки говорит, можно пока использовать ее в качестве моего офиса.
— Правда? Кстати, о Таркине. Не он ли прокрадывался вчера ночью к тебе в комнату? И сегодня утром?
— Нет! — мотает головой Сью. — То есть… да. — Она краснеет под моим взглядом. — Но это было в самый последний раз. Самый последний.
— Из вас получится такая славная пара.
— Не говори так! — в ужасе восклицает она. — Мы не пара.
— Ладно, ладно. Как скажешь. — Я смотрю на часы. — Знаешь, нам пора.
— Да, пожалуй. Ох, Бекки… У Сьюзи слезы в глазах. Я крепко сжимаю ее руку, и мы молчим. Потом я беру пальто.
— Лучше ничего не говори. Пошли.


Мы идем к бару «Король Георг», что в конце нашей улицы. Проходим общий зал, поднимаемся по деревянным ступеням и попадаем в зал для частных вечеринок. Здесь шторы из красного бархата, барная стойка и множество длинных столов, расставленных вдоль двух стен. У третьей стены соорудили временный подиум, а в середине поставили несколько рядов пластиковых кресел.
— Привет! — Навстречу нам спешит Таркин. — Проходите, выпейте чего-нибудь. — Он поднимает свой бокал. — Рекомендую красное — весьма недурно.
— С баром договорились? — спрашивает Сьюзи.
— Конечно. Все уже организовано.
— Бекки, все расходы наши. — Сьюзи кладет ладонь на мою руку, когда я тянусь за кошельком. — Это наш прощальный подарок.
— Сьюзи, ты не обязана…
— Я так хочу, — твердо заявляет она. — И Тарки тоже.
— Давайте я принесу вам выпить, — предлагает Таркин и добавляет вполголоса: — А народу немало пришло, а?
Когда он уходит, мы со Сьюзи озираемся. Вокруг расставленных столов прогуливаются люди, разглядывая аккуратно разложенную одежду, обувь, диски, безделушки. У многих в руках каталоги, размноженные на ксероксе, и люди, рассматривая вещи, делают пометки в каталогах.
Я слышу, как девушка в кожаных штанах говорит:
— Посмотрите, какое пальтишко! Ах, а какие ботиночки от «Хоббс»! Я точно на это поставлю.
В другом конце комнаты две девушки прикидывают на себя брюки, пока их парни терпеливо держат бокалы.
— Откуда столько народу? — удивленно спрашиваю я. — Это вы их всех пригласили?
— Ну, я прошлась по своей записной книжке, — говорит Сьюзи. — И по книжке Таркина. И Фенни…
— Тогда все понятно, — смеюсь я.
— Привет, Бекки! — Это Фенелла и ее подруга Мила. С ними еще две девушки, лица которых мне тоже знакомы. — Я собираюсь торговаться за твой кардиган! А Тори будет биться за то платье с меховой отделкой, а Аннабель уже присмотрела миллион вещей! Мы вот подумали, нет ли тут аксессуаров?
— Вон там, — Сьюзи указывает в угол комнаты.
— Спасибо! — благодарит Мила. — Еще увидимся!
Девушки уходят, и я слышу, как одна из них говорит:
— Мне позарез нужен хороший ремень… Тут подходит Таркин вместе с каким-то блондином в голубой рубашке и с огромным золотым кольцом на пальце.
— Бекки, позволь представить тебе Каспара, моего друга, который работает на аукционе «Кристи».
— Ой, здравствуйте! Большое спасибо, что так здорово все организовали! Очень вам признательна.
— Не за что, не за что, — улыбается Каспар. — Я просмотрел каталог. По-моему, все слишком прямолинейно. У вас нет списка минимальных цен?
— Нет. Никаких минимальных цен. Все должно быть продано.
— Хорошо, — соглашается он. — Тогда я пойду займусь делом.
Они с Таркином исчезают. Я отпиваю вина. Сьюзи ушла проверить, что там на столах, и я стою в одиночестве, наблюдая, как прибывает народ. В дверях снова мелькает Фенелла, я машу ей рукой, но она тут же растворяется в толпе вопящих подружек.
— Привет, Бекки, — раздается несмелый голос за моей спиной.
Я разворачиваюсь и упираюсь взглядом в Тома Вебстера.
— Том! — в полном шоке вскрикиваю я. — А ты как здесь оказался? Откуда ты узнал?
— Сьюзи позвонила твоей маме, и она мне рассказала об этой затее. Наши родительницы кое-что тут заказали. — Он достает из кармана список. — Твоя мама хочет заполучить твою машинку для капуччино. Если она выставлена на продажу.
— Конечно. Я попрошу ведущего аукциона, чтобы он постарался продать ее именно тебе.
— А моя мама хотела бы купить ту шляпку с перьями, что была на тебе в день моей свадьбы.
— Хорошо. — При упоминании о его свадьбе мне становится жарко. — Ну, как тебе семейная жизнь? — спрашиваю я, внимательно разглядывая свои ногти.
— О… нормально, — не сразу отвечает он.
— Ты счастлив, как и ожидал?
— Ну, знаешь… — он неуверенно смотрит в свой бокал, — было бы странно рассчитывать, что сразу же все будет идеально. Да?
— Наверное.
Мы оба неловко молчим. Слышу, как кто-то в другом конце комнаты восхищается:
— «Кейт Спейд»! Смотрите, совсем новая!
— Бекки, прости меня, — вдруг говорит Том. — Прости за то, что мы так гадко обошлись с тобой на свадьбе.
— Ничего! — отвечаю я слишком поспешно.
— Нет, не ничего, — качает он головой. — Твоя мама расстроилась. Мы знаем друг друга с детства. С того самого дня мне откровенно не по себе.
— Правда, Том, Я и сама в этом виновата. Я должна была сразу признаться, что Люк не пришел, — печально улыбаюсь я. — Все было бы намного проще.
— Но ведь тебя Люси донимала, и я понимаю, почему тебе пришлось… — Он замолкает на полуслове. — А знаешь, Люк вроде парень неплохой… Он сегодня придет?
— Нет, — помедлив, отвечаю я и заставляю себя улыбнуться, — Не придет.


Минут через тридцать люди начинают рассаживаться. В дальнем углу комнаты пятеро или шестеро друзей Таркина сидят с мобильниками в руках. Как поясняет Каспар, они держат связь с теми, кто будет делать ставки по телефону.
— Некоторые услышали о распродаже, но по тем или иным причинам не смогли прийти. Мы достаточно активно распространяли каталоги, так что многие заинтересовались. Одно только платье от Веры Ванг привлекло немалое внимание.
— Да, — отвечаю я, расчувствовавшись. — Не сомневаюсь.
Я оглядываю зал, радостные, полные ожидания лица людей, которые в последний раз перед началом торгов рассматривают вещи на столах.
Какая— то девушка перебирает мои джинсы, кто-то пробует застежку на моем крошечном белом чемоданчике. Мне трудно поверить, что завтра уже ни одна из этих вещей не будет моей. Все они будут в шкафах других людей. В их комнатах.
— Вы в порядке? — спрашивает Каспар, перехватив мой взгляд.
— Конечно. А что, разве я должна переживать?
— Знаете, я провел немало таких распродаж, — мягко говорит он. — Я знаю, каково это. Люди бывают очень привязаны к своим вещам, будь то антикварный шифоньер восемнадцатого века или… — он заглядывает в каталог, — или розовое пальто с рисунком «под леопарда».
— Да это пальто мне никогда особенно не нравилось, — смеюсь я. — И потом, не в этом дело. Я хочу начать все заново и думаю… нет, я уверена, что так будет лучше. Ну, начнем, пожалуй?
— Хорошо. — Он стучит по своей импровизированной кафедре и громко произносит: — Леди и джентльмены! Во-первых, приветствую вас от имени Бекки Блумвуд. У нас много дел, поэтому не стану вас задерживать. Хочу только напомнить, что двадцать пять процентов сегодняшних сборов пойдут в различные благотворительные организации, как и все, что останется после выплаты долгов Бекки.
— Надеюсь, они не рассчитывают на многое, — откликается сдержанный голос в задних рядах, и все смеются.
Я вытягиваю шею и от удивления открываю рот. Это Дерек Смит. В одной руке у него бокал с пивом, в другой — каталог. Он улыбается мне, и я в ответ робко машу рукой.
— А он как сюда попал? — шепчу я Сьюзи.
— Я позвала, конечно! Он сказал, это потрясающая идея. И еще сказал, что если Бекки Блумвуд начинает думать, то выдает поистине гениальные идеи.
— Правда? — Я снова бросаю взгляд в сторону Дерека Смита и смущенно краснею.
— Итак, — продолжает Каспар, — представляю лот номер один. Пара оранжевых босоножек в очень хорошем состоянии, почти не ношенные. — Он ставит босоножки на стол, и Сьюзи сочувственно сжимает мою ладонь. — Заявки?
— Пятнадцать тысяч фунтов, — вскидывает руку Таркин.
— Пятнадцать тысяч фунтов, — слегка удивленно объявляет Каспар. — Заявка в пятнадцать тысяч…
— Не принимается! — перебиваю его я. — Таркин, ты не можешь заявить пятнадцать тысяч!
— Почему?
— Цены должны быть реалистичными. Иначе тебе запретят участвовать в аукционе.
Под моим строгим взглядом Таркин тушуется.
— Ладно… тогда тысяча.
— Нет! Можешь поставить… десять фунтов, — твердо говорю я.
— Ну хорошо. Десять фунтов. — Он вяло опускает руку.
— Пятнадцать, — раздается голос с галерки.
— Двадцать! — выкрикивает девушка с передних рядов.
— Двадцать пять, — говорит Таркин.
— Тридцать!
— Трид… — Таркин встречается со мной глазами, краснеет и умолкает.
— Тридцать фунтов. Кто-нибудь готов дать больше?… — Каспар ястребом оглядывает зал. — Раз… два… три, продано! Девушке в бархатном пиджаке. — Он записывает что-то на листке бумаги и передает босоножки Фенелле, которая отвечает за распределение проданных вещей.
— Твои первые тридцать фунтов! — шепчет Сьюзи.
— Лот номер два! Три кардигана с вышивкой из «Джигсо», не ношенные, с ценниками. Начальная ставка…
— Двадцать фунтов! — говорит девушка в розовом.
— Двадцать пять! — кричит другая.
— Тридцать от участника по телефону, — объявляет мужчина с задних рядов.
— Тридцать фунтов по телефону… Кто больше? Помните, леди и джентльмены, часть денег идет на благотворительность…
— Тридцать пять! — Девушка в розовом поворачивается к своей соседке: — Ведь каждый из них в магазине стоит больше, а они совершенно новые!
Господи, она права. Подумать только, тридцать пять фунтов за три кардигана — это же мелочь. Мелочь!
— Сорок! — выкрикиваю я прежде, чем успеваю подумать. Весь зал смотрит на меня, и я краснею. — То есть… кто хочет дать сорок?
Аукцион все идет, и просто невероятно, сколько денег я уже выручила. Моя коллекция обуви ушла как минимум за тысячу, ювелирный набор от «Динни Холл» продан за двести фунтов. А Том Вебстер предложил шестьсот за мой компьютер.
— Том, не стоило заявлять такую большую сумму, — волнуясь, говорю я, когда он подходит, чтобы подписать чек.
— За новый «Макинтош»? — удивляется Том. — Да он стоит намного больше. К тому же Люси давно твердит, что хочет иметь свой компьютер. — Он слегка улыбается. — Жду не дождусь, когда скажу ей, что купил его у тебя по дешевке.
— Лот номер семьдесят три. Я знаю, что он вызовет всеобщий интерес. Платье для коктейлей от Веры Ванг.
Каспар медленно поднимает чернильно-лиловое платье, и по залу разносится восторженное «ах!».
Если честно, я не в силах видеть, как его продадут. Слишком больно. Слишком недавно все это было. Мое шикарное платье кинозвезды. При одном взгляде на него у меня всплывает в памяти каждый миг, как на замедленной кинопленке. Танцы с Люком в Нью-Йорке, коктейли, счастье и восторг. И крах всех надежд на следующее утро.
— Простите, — тихо говорю я и встаю.
Быстро выхожу из комнаты, сбегаю по лестнице и окунаюсь в вечернюю свежесть. Прислоняюсь к стене, слушаю доносящиеся из бара голоса вперемешку со смехом и стараюсь сосредоточиться на положительных моментах происходящего.
Спустя несколько минут ко мне присоединяется Сьюзи.
— Как ты? — Она вручает мне бокал вина. На-ка, выпей.
— Спасибо, — с благодарностью говорю я и делаю большой глоток. — Все нормально. Просто… кажется, я только сейчас понимаю, на что решилась.
— Бекки… Бекки, ты можешь в любой момент передумать. Ты всегда можешь остаться. Ведь сегодня, если повезет, с долгами будет покончено. Найдешь работу, останешься жить со мной…
Искушение так велико, что борьба с ним доставляет почти физическую боль. Какой соблазн. Вернуться домой, выпить чаю и снова зажить своей старой жизнью.
Но я качаю головой:
— Нет, с прошлым покончено. Теперь я знаю, чем хочу заниматься, Сьюзи, и я это сделаю.
— Ребекка, — окликает меня знакомый голос. Из бара выходит Дерек Смит. У него в руках деревянная миска, одна из рамок Сьюзи и огромный атлас, который я купила, поддавшись романтическому порыву и решив, что однажды мне обязательно захочется бросить мещанскую жизнь и стать заядлой путешественницей.
— Привет, — говорю я и киваю на его ношу: — А вы неплохо потрудились.
— Да, весьма неплохо. Красивая вещица, — отвечает он, любуясь миской.
— Она была в одном из номеров «Эль Декор». Очень стильная.
— Правда? Обязательно скажу об этом дочери. А вы, значит, завтра летите в Америку?
— Да, днем. После того, как навещу вашего приятеля Джона Гэвина.
Дерек Смит ухмыляется.
— Уверен, он вам очень обрадуется. — Он протягивает мне руку. — Ну, удачи вам, Бекки. Пришлите мне весточку, как устроитесь.
— Обязательно, — обещаю я. — И спасибо вам… за все.


Мы долго стоим со Сьюзи на улице. Люди постепенно расходятся, унося с собой добычу и рассказывая друг другу, сколько они за это заплатили. Вот молодой человек выходит из бара, сжимая в руках мой миниатюрный уничтожитель бумаг и несколько бочонков лавандового меда. Девушка волочет большой мешок для мусора, набитый одеждой. Кто-то купил мои открытки-приглашения с блестящими кусочками пиццы.,. Я уже начинаю замерзать, когда сверху нас зовет Таркин:
— Эй, последний лот. Хотите посмотреть, как его будут продавать?
— Пошли, — говорит Сьюзи, затушив сигарету. — Это нельзя пропустить. А что у тебя под последним номером?
— Понятия не имею, — отвечаю я, поднимаясь по лестнице. — Наверное, маска для фехтования.
Мы возвращаемся в зал, и я жалею, что не осталась на холодной улице. Каспар держит мой шарфик от «Денни и Джордж». Мой любимый шарфик от «Денни и Джордж». Струящийся серо-голубой шелковый бархат с набивным бледно-голубым рисунком и переливающимися бусинками.
Я стою, не в состоянии отвести от него глаз, к горлу подкатывает комок, и в памяти явственно всплывает день, когда я его купила. Как я жаждала его купить. Как Люк дал мне взаймы недостающие двадцать фунтов. И как я сказала Люку, что покупаю шарф для своей тетушки.
Как он смотрел на меня всякий раз, когда я надевала этот шарфик.
Перед глазами все расплывается, и я быстро-быстро моргаю, стараясь взять себя в руки.
— Бекки… не продавай его, — шепчет Сьюзи, взволнованно глядя на меня. — Оставь его себе на память.
— Лот номер сто двадцать шесть, — объявляет Каспар. — Очень красивый шарф из шелкового бархата.
— Бекки, скажи ему, что ты передумала!
— Я не передумала, — отвечаю я, не поворачивая головы. — Теперь нет смысла держаться за него.
— Кто готов купить этот изысканный аксессуар от «Денни и Джордж»?
— «Денни и Джордж»! — оживляется девушка в розовом. Возле нее огромная кипа одежды, и я просто не представляю, как она потащит все это домой. — Я коллекционирую их аксессуары! Тридцать фунтов!
— Тридцать фунтов, — повторяет Каспар.
Он оглядывает изрядно опустевшее помещение. Люди выстраиваются в очередь, чтобы забрать свои покупки или за выпивкой в бар, и очень немногие остались на своих местах, да и те в основном заняты разговорами.
— Есть еще желающие купить этот шарф?
— Да! — раздается голос от стены, и девушка в черном поднимает руку. — Мой клиент по телефону ставит тридцать пять фунтов.
— Сорок, — быстро говорит девушка в розовом.
— Пятьдесят, — отвечает девушка в черном.
— Пятьдесят? — переспрашивает девушка в розовом. — Это кто ставит? Мигги Слоэн?
— Покупатель желает остаться анонимным. Девушка в черном ловит мой взгляд, и на секунду сердце перестает биться.
— Уверена, что Мигги. Ну уж дудки. Шестьдесят фунтов!
— Шестьдесят фунтов? — спрашивает сидящий рядом с ней парень, который все это время с тревогой посматривал на кучу барахла возле нее. — За какой-то шарфик?
— Не за какой-то, а за шарфик от «Денни и Джордж», невежда! Да он в магазине не меньше двухсот стоит. Семьдесят! Ой, дурочка, не моя ведь была очередь, да?
Тем временем девушка в черном что-то вполголоса говорит в телефон. Потом кивает и смотрит на Каспара:
— Сто!
— Сто? — подскакивает девица в розовом. — Ты серьезно?
— Сто фунтов, — спокойно констатирует Каспар. — Принимаю сумму в сто фунтов за шарф от «Денни и Джордж». Еще заявки будут?
— Сто двадцать! — выкрикивает та, что в розовом.
Повисает пауза, девушка в черном опять вполголоса говорит по телефону.
— Сто пятьдесят! — объявляет она.
По комнате пробегает заинтересованный шепоток, публика, толпившаяся у бара, возвращается на свои места.
— Сто пятьдесят фунтов, — провозглашает Каспар. — Сто пятьдесят фунтов за лот номер сто двадцать шесть, шарф от «Денни и Джордж».
— Это же больше, чем я за него заплатила! — шепчу я Сьюзи.
— Последняя цена от покупателя по телефону, дамы и господа, сто пятьдесят фунтов.
Напряженная тишина. Мои ногти впиваются в ладони — так сильно я сжала кулаки.
— Двести! — вызывающе заявляет девица в розовом, и кто-то изумленно ахает. — И скажите своей так называемой таинственной покупательнице, мисс Мигги Слоэн, что я побью любую ее ставку.
Все оборачиваются к девушке в черном, она шепчет в трубку, потом кивает и громко произносит:
— Мой покупатель отказывается.
Я разочарована, но быстро улыбаюсь, чтобы скрыть это.
— Двести фунтов! — говорю я Сьюзи. — Неплохо!
— Раз… два… три, продано. — Каспар ударяет молотком. — Леди в розовом.
В зале раздаются аплодисменты, и Каспар радостно улыбается. Он собирается передать шарфик Фенелле, но я его останавливаю:
— Подождите. Я хочу сама его отдать. Если вы не против.
Несколько секунд я ощущаю в своих руках знакомую тонкую ткань. Он все еще пахнет моими духами. Я чувствую, как Люк повязывает его мне на шею.
Девушка в шарфике от «Денни и Джордж».
Все. Делаю глубокий вдох, подхожу к девушке в розовом и с улыбкой вручаю ей шарфик.
— Носите с удовольствием. Он особенный.
— Я знаю, — тихо отвечает она. Мы смотрим друг на друга, и я верю, что она понимает.
Потом она вскакивает, поднимает шарфик, как трофей, и победоносно кричит:
— Вот тебе, Мигги!
Я отворачиваюсь и иду обратно к Каспару. У него совершенно изможденный вид.
— Отлично, — говорю я, присаживаясь рядом с ним. — Спасибо вам большое. Вы славно потрудились.
— Не за что, — устало улыбается Каспар. — Мне даже понравилось. Хоть какое-то разнообразие среди антикварного фарфора. — Он кивает на свои заметки. — Думаю, выручка получилась неплохая.
— Вы просто молодчина! — хвалит Сьюзи и протягивает Каспару бокал пива. — Бекки, тут хватит, чтобы расплатиться со всеми на свете! Знаешь, это только еще раз подтверждает, что ты была права. Шопинг — это капиталовложение. Сколько ты заработала на одном только шарфике от «Денни и Джордж»?
— Э-э… Около… шестидесяти процентов?
— Шестьдесят процентов прибыли! И это меньше чем за год! Видишь? Это даже выгодней, чем рынок ценных бумаг! — Она достает сигарету. — Может, мне тоже продать свои вещи?
— У тебя же ничего нет. Ты все повыкидывала.
— Ах да, — огорчается Сью. — И зачем только я это сделала?
Я запрокидываю голову и закрываю глаза. Отчего-то вдруг наваливается страшная усталость.
— Значит, вы завтра уезжаете? — спрашивает Каспар, прихлебывая пиво.
— Да, завтра я уезжаю, — отвечаю я, уставившись в потолок.
Завтра я уеду из Англии. Навсегда. Я оставляю тут все и начинаю там жизнь сначала. Даже не верится, что такое возможно.
— Надеюсь, не с самого утра? А то сейчас уже…
— Слава богу, нет. Мой самолет в пять вечера.
— Это хорошо, — кивает он. — Значит, времени еще много.
— Да. — Я сажусь прямо и стряхиваю оцепенение. — Еще есть время уладить пару дел.


— Бекки! Мы так рады, что ты здесь! — вопит Зелда, едва увидев меня. Я встаю с дивана в холле, где ожидала ее, и улыбаюсь. — Все с таким нетерпением ждут твоего появления! Почему ты надумала прийти?
— Ну, даже сама не знаю, — вежливо отвечаю я, — Просто… решила.
— Что ж, давай я сразу проведу тебя в гримерную… мы в цейтноте, как всегда, так что вашу рубрику передвинули на несколько минут…
— Ничего. Чем раньше, тем лучше.
— Должна сказать, ты чудесно выглядишь. — Зелда разочарованно разглядывает меня. — Ты что, похудела?
— Пожалуй… немного.
— Ах… стресс, — говорит она со знанием дела. — Стресс, молчаливый убийца. Мы на эту тему будем делать передачу на следующей неделе. Итак! — восклицает она, проталкивая меня в гримерку, — это Бекки…
— Зелда, мы знаем, что это Бекки. — Хлоя, которая занималась моим гримом с того дня, как я впервые появилась в студии «Утреннего кофе», закатывает глаза, и я проглатываю смешок.
— О, конечно! Извини, Бекки, я забыла, что ты не просто гость! Итак, Хлоя, я прошу сегодня не слишком стараться — нам не нужно, чтобы Бекки выглядела здоровой и счастливой. Она переходит на шепот: — И пожалуйста, используйте водостойкую тушь. Вообще все водостойкое. Увидимся!
С этими словами Зелда вылетает из комнаты. Хлоя провожает ее недобрым взглядом и поворачивается ко мне:
— Уж я в лепешку разобьюсь, но сегодня вы будете выглядеть лучше, чем когда-либо в жизни. Очень счастливой и очень здоровой.
— Спасибо, Хлоя, — благодарю я и сажусь в кресло.
— И никакой водостойкой туши, надеюсь?
— Ни за что, — твердо заявляю я. — Только через мой труп.
— Тогда они непременно вас убьют, — шутит одна из девушек, и мы все покатываемся со смеху.
— По крайней мере, они вам хорошо заплатят. — Хлоя накидывает мне на плечи пелерину и начинает наносить тон.
— Заплатят они, конечно, хорошо. Но согласилась я совсем не поэтому.
Полчаса спустя я сижу в зеленой комнате, туда же входит Клэр Эдвардс. На ней бутылочно-зеленый костюм, который ей совсем не идет, и либо мне кажется, либо кто-то постарался сделать ее слишком бледной. А уж под софитами цвет ее лица будет просто нездоровым.
Я тут же думаю о Хлое и прячу улыбку.
— О, — смущается Клэр, увидев меня. — Привет, Бекки.
— Привет, Клэр. Давно не виделись.
— Да. — Она сплетает пальцы в замок. — Я очень огорчилась, узнав из газет о твоих несчастьях.
— Спасибо, — беспечно отвечаю я. — Не было бы счастья, да несчастье помогло, да, Клэр?
Она густо краснеет и отводит глаза. А мне становится стыдно. Она ведь не виновата, что меня уволили.
— Я правда очень рада за тебя, — уже добрее говорю я. — И мне кажется, ты хорошо справляешься.
В комнату врывается Зелда.
— Все готово к вашему появлению. Значит, так, Бекки, — она кладет ладонь мне на плечо, когда мы выходим, — я знаю, тебе будет тяжело. Мы готовы к тому, что тебе может понадобиться время… чтобы прийти в себя… и опять же, если тебе станет совсем невмоготу, поплачь… не сдерживайся.
— Спасибо, Зелда. Буду иметь это в виду.
В студии уже сидят Рори и Эмма. Я смотрю на мониторы и вижу, что они увеличили ту неудачную фотографию из Нью-Йорка, оттенили ее красным и сделали большой заголовок: «Роковая тайна Бекки Блумвуд».
— Привет, Бекки, — говорит Эмма, когда я сажусь на диван, и сочувственно похлопывает меня по руке. — Как ты? Платок не нужен?
— Э-э… нет, спасибо. — Я перехожу на шепот: — Возможно, позже понадобится.
— Ты такая храбрая. Наверное, трудно было решиться на это? — Рори щурится в свои бумажки. — А правда, что твои родители отреклись от тебя?
— Выходим в эфир через пять секунд, — кричит Зелда из-за камер. — Четыре… три…
— Рады видеть вас снова, — серьезно говорит Эмма в камеру. — Сегодня у нас особенная гостья. Многие из вас следили за развитием событий в жизни Бекки Блумвуд, нашего бывшего финансового эксперта. Стараниями газеты «Дейли уорлд» выяснилось, что Бекки сама находится в очень нестабильном финансовом положении.
На экране появляется фотография, где я на фоне магазинов, а потом нарезка из газетных заголовков, фоном звучит песня «Эй ты, транжира».
— Итак, Бекки, — начинает Эмма, когда смолкает музыка, — прежде всего позвольте выразить вам наше глубочайшее сочувствие по поводу постигшей вас неудачи. Буквально через минуту к нам присоединится Клэр Эдвардс, которая объяснит, что нужно было предпринять, чтобы предотвратить эту ужасную катастрофу. Но прежде, чтобы ввести в курс дела наших зрителей… не могли бы вы сказать, какова общая сумма ваших долгов?
— С удовольствием, Эмма. На данный момент мой долг равен… — Я делаю паузу и чувствую, как вся студия замерла в надежде услышать нечто ужасное. — Нулю.
— Нулю? — Эмма поворачивается к Рори, как бы проверяя, верно ли она меня расслышала. — Нулю?!
— Мой менеджер отдела кредитов, Джон Гэвин, сможет вам подтвердить, что сегодня утром, в девять тридцать, я полностью расплатилась с банком. Я оплатила все свои долги, до единого.
Улыбка сейчас не совсем к месту, но я не могу удержаться, вспомнив выражение лица Джона Гэвина, когда я вручила ему несколько пачек наличных. Я ждала, что он будет вне себя от злости и недовольства, но, надо отдать ему должное, после первых двух тысяч Гэвин заулыбался и стал подзывать других работников банка, дабы и они смогли полюбоваться на это чудо. В конце концов он очень тепло пожал мне руку и сказал, что теперь понял, что имел в виду Дерек Смит, когда рассказывал ему обо мне.
Интересно, что же наговорил душка Смити?
— Так что, как видите, я вовсе не в затруднительном положении. Даже наоборот, у меня все прекрасно, как никогда.
— Понятно, — говорит Эмма растерянно.
Я знаю, что сейчас Барри орет что-то в ее наушник.
— Но даже если ваши проблемы с деньгами временно разрешились, ваша жизнь все равно разрушена. — Она снова сочувственно наклоняется ко мне. — У вас нет работы… от вас отвернулись друзья…
— Как раз напротив. Сегодня я улетаю в США, где меня ждет новая работа. Это, конечно, большие перемены… и наверняка это будет нелегко. Но я уверена, что буду там счастлива. А что до моих друзей… — Голос чуть дрогнул, и я делаю крошечную паузу. — Именно друзья помогли мне разобраться со всем этим. Именно они поддержали меня.
Боже мой, ну что это. У меня все-таки наворачиваются слезы. Незаметно моргаю и улыбаюсь Эмме.
— Так что я не могу назвать свою историю неудачей. Да, я действительно запуталась в долгах, меня действительно уволили с работы. Но я с этим разобралась. — Я поворачиваюсь к камере: — Хочу обратиться ко всем, кто попал в похожую ситуацию… Вы сможете из нее выбраться. Действуйте. Продайте всю свою одежду. Найдите новую работу. Вы можете начать все сначала, как сделала это я.
В студии стоит тишина. Но вдруг за одной из камер послышались хлопки. Я в шоке оборачиваюсь и вижу Дэйва, нашего оператора. Он улыбается мне, и я читаю по его губам: «Молодец». Потом к нему присоединяется Гарет, потом кто-то еще… и вскоре вся студия аплодирует, за исключением Рори и Эммы, которые замерли в недоумении, да еще Зелды, которая что-то яростно орет в микрофон.
— Что ж! — приходит в себя Эмма. — Мы сейчас прервемся ненадолго, но вскоре продолжим нашу… трагическую… — она замолкает на полуслове, вслушиваясь в свой наушник, — историю о Бекки… и ее… э-э… победе…
Снова звучит музыкальная заставка, и Эмма раздраженно смотрит в сторону кабинки режиссера.
— Господи, неужели нельзя определиться!
— Ну, пока. — Я встаю. — Мне пора.
— Куда? — пугается Эмма. — Ты не можешь уйти!
— Конечно, могу. — Я тянусь к своему микрофону, и звукорежиссер Эдди подбегает, чтобы отцепить его.
— Молодчина, — тихо шепчет он. — Наплюй на них. Барри там волосы на себе рвет.
— Эй, Бекки! — в ужасе кричит Зелда. — Ты куда?
— Я уже сказала все, что хотела. А сейчас мне пора на самолет.
— Ты не можешь сейчас уйти! Мы еще не закончили!
— Я закончила, — говорю я и беру сумку.
— Но у нас телефоны раскалились! — Зелда подскакивает ко мне. — Операторы не справляются! Все хотят… — Она смотрит на меня так, словно впервые видит. — Мы же понятия не имели… Кто бы мог подумать…
— Зелда, мне пора.
— Стой, Бекки! — во все горло вопит Зелда, когда я открываю дверь студии. — Мы с Барри сейчас поговорили и…
— Зелда, — мягко перебиваю я. — Слишком поздно. Я ухожу.


В Хитроу я приезжаю к трем часам. Я все еще под впечатлением прощального обеда в пабе со Сьюзи, Таркином и моими родителями. Честно говоря, мне до смерти хочется расплакаться и вернуться обратно. Но в то же время я никогда еще не была так уверена в себе, как сейчас. Я знаю, что поступаю правильно.
В середине зала стоит стеллаж с бесплатными газетами. Проходя мимо, я по привычке беру «Файнэншиал таймс». К тому же с номером «ФТ» мне могут предложить лететь бизнес-классом, а не экономическим. Сгибаю газету, собираясь сунуть ее под мышку, как вдруг замечаю заголовок: «Брендон пытается спасти компанию. Стр.27».
Слегка трясущимися руками разворачиваю газету и начинаю читать.
Люк Брендом, бизнесмен и специалист финансового пиара, продолжает борьбу за удержание инвесторов, после того как репутация его компании серьезно пострадала от предательства нескольких ведущих специалистов. Боевой дух некогда самого успешного агентства упал из-за активно распространявшихся слухов о туманных перспективах компании, что и вызвало волнение в рядах сотрудников. Сегодня, на совещании с инвесторами, Люк Брендон намерен просить поддержки для полной реструктуризации компании, которая затронет…
Я дочитываю статью до конца и рассматриваю фотографию Люка. Он выглядит уверенным в себе — как всегда, но я вспоминаю слова Майкла о том, что Люка вышвырнули на обочину. Его мир рухнул, так же как и мой. Но, скорее всего, его мать не станет ему звонить, успокаивая и говоря, что все будет хорошо.
На какое-то мгновение мне становится его жаль. Мне даже хочется позвонить ему, ободрить. Но это ни к чему. У него своя жизнь, у меня -своя. Я складываю газету и решительно иду к стойке регистрации.
— Багаж есть? — спрашивает девушка в униформе.
— Нет, — отвечаю я. — Еду налегке. Только я и моя сумка. — Я как бы между прочим поправляю «ФТ». — А свободных мест в бизнес-классе нет?
Она делает сочувствующее лицо:
— Сегодня нет, извините. Но я могу дать вам место у запасного выхода. Там попросторнее. Давайте взвесим вашу сумку.
— Конечно.
И только я наклоняюсь, чтобы поставить сумку на дорожку, как слышу сзади знакомый голос:
— Подожди!
У меня внутри все подпрыгивает, будто я рухнула с огромной высоты. Не веря своим ушам, я оборачиваюсь, и… это он.
Это Люк, он шагает через зал ожидания к моей стойке регистрации. Как всегда стильно одет, только лицо бледное и осунувшееся. Судя по темным кругам под глазами, последние несколько дней он почти не спал и пил много кофе.
— Куда это ты собралась? — вопрошает он, приблизившись. — Ты что, переезжаешь в Вашингтон?
— Что ты тут делаешь? — растерянно спрашиваю я вместо ответа. — Ты разве не должен быть на совещании с инвесторами?
— Я там и был, пока Мел не зашла к нам с чаем и не сказала, что видела тебя по телевизору.
— Ты что, удрал с совещания?! — Глаза у меня, наверное, не меньше блюдец. — Что, прямо в разгар совещания?
— Она сказала, ты уезжаешь из Англии. — Его жесткий взгляд скользит по моему лицу. — Это правда?
— Да, — отвечаю я, крепче сжимая сумку. — Уезжаю.
— Вот так просто? Даже не сказав мне?
— Да, вот так. — Я наконец опускаю сумку на резиновую дорожку. — Так же как и ты вернулся в Англию, не сказав мне. — От моего резкого тона Люк вздрагивает.
— Бекки…
— Возле окна или ближе к проходу? — перебивает нас девушка.
— У окна, пожалуйста.
— Бекки…
Его мобильный телефон издает пронзительную трель, и Люк раздраженно его выключает.
— Бекки… я хочу поговорить.
— Только теперь ты захотел поговорить? Отлично. Очень вовремя. Как раз когда я улетаю. — Я хлопаю рукой по газете. — А как же твое совещание?
— Подождет.
— Будущее твоей компании подождет? — Я удивленно поднимаю брови. — Не слишком ли это… безответственно, Люк?
— У моей компании вообще не было бы будущего, если бы не ты, — едва не кричит он, и у меня неожиданно начинает покалывать во всем теле. — Майкл мне все рассказал. Как ты раскусила Алисию, как предупредила его, как ты обо всем догадалась. Господи, да если бы не ты, Бекки…
— Он не должен был тебе ничего рассказывать. Я просила его молчать. И он обещал.
— А он рассказал! И теперь… — Люк осекается. — И теперь я не знаю, что сказать, — уже спокойнее говорит он. — Одним «спасибо» мало что выразишь.
Мы молча смотрим друг на друга, и я первой отвожу взгляд.
— Не надо ничего говорить. Я это сделала только потому, что терпеть не могу Алисию. И все.
— Так… ваше место тридцать два, — бодро сообщает девушка. — Посадка начнется в шестнадцать тридцать. — Она еще раз смотрит на мой паспорт, и выражение ее лица меняется. — Ой, так это вы работаете в «Утреннем кофе»?
— Раньше работала, — отвечаю я, вежливо улыбаясь.
— А, ну да, — смущается она.
Она отдает мне паспорт и посадочный талон, ее взгляд скользит по номеру «ФТ» и задерживается на фотографии Люка. Она оглядывает Люка с ног до головы.
— Подождите-ка! Вы — это он? — тычет она пальцем в фото.
— Я им был, — отвечает Люк после некоторой паузы. — Пойдем, Бекки. Позволь мне хотя бы угостить тебя чем-нибудь.
Мы сидим за столиком, по бокалу аперитива у каждого. Я вижу, что телефон Люка то и дело мигает всякий раз, когда кто-то пытается до него дозвониться. Но Люк, кажется, даже не замечает этого.
— Я хотел тебе позвонить, — говорит он, глядя в бокал. — Ни дня не проходило, чтобы я не собрался тебе позвонить. Но я знал, как ты воспримешь, если я позвоню и скажу, что у меня на разговор всего десять минут. Твои слова о том, что у меня нет времени на отношения, не выходят у меня из головы. А в последнее время, можешь поверить, у меня и десяти минут свободных не было. Ты даже не представляешь, что там творилось.
— Майкл мне примерно рассказал.
— Я ждал, пока все более или менее разрешится.
— И выбрал сегодняшний день, — не могу я сдержать легкой улыбки. — Когда все твои инвесторы съехались на встречу.
— Да, время не самое подходящее, тут я с тобой соглашусь. Но откуда я знал, что ты собираешься удрать из страны? Майкл же мне ни словом не обмолвился. А я не мог просто сидеть и ждать, пока ты уедешь. — Люк хмурится и машинально передвигает стакан, словно что-то выглядывая на поверхности стола. Я за ним наблюдаю. — Ты была права, — вдруг говорит он. — Я словно помешался на этой идее устроить все в Нью-Йорке. Меня как будто… замкнуло. Я не мог думать ни о чем, кроме этой сделки. Господи, я же все загубил, да? Тебя… нас… дело…
— Брось, Люк, — неловко отвечаю я. — Терновый венец не одному тебе впору. Я тоже была хороша, такую свинью подложила.
Люк мотает головой, потом осушает стакан и в упор смотрит на меня:
— Бекки, ты должна кое-что знать. Как ты думаешь, откуда ребята из «Дейли уорлд» взяли информацию о твоих финансовых делах?
— Приходила какая-то девица… из налоговой инспекции. Она заявилась к нам домой и обыскала мою комнату, пока Сьюзи… — я замолкаю, видя, как он качает головой.
— От Алисии.
От удивления у меня будто слова кончились.
— От Алисии? — наконец удается выдавить мне. — А откуда ты… как она…
— Когда мы обыскивали ее офис, нашли банковские документы на твое имя в ее столе. И письма. Понятия не имею, откуда она их взяла. Сегодня утром мне наконец удалось вытянуть из редактора «Дейли уорлд», что их информатором была Алисия. Они только написали то, что она им преподнесла на блюдечке с голубой каемочкой.
Я смотрю на него, холодея. Вспоминаю тот день, когда я приходила к нему в офис. Сумку, в которой у меня были все письма. Как Алисия стояла у стола Мел, и вид у нее был такой, словно ее застукали за чем-то непотребным.
Я так и думала, что забыла что-то тогда. Господи, как я могла быть такой дурой?
— Ее целью была не ты, — говорит Люк. — Она сделала это, чтобы испортить репутацию мне и моей компании, чтобы отвлечь меня от моих планов. Конечно, вряд ли кто-то в этом признается, но я уверен, что так называемый «внутренний источник», от которого они все узнавали обо мне, — это тоже Алисия. — Он замолкает ненадолго, потом продолжает: — Понимаешь, Бекки, я запутался. На самом деле это не я пострадал из-за тебя. Это ты пострадала из-за меня. Какое-то время я сижу неподвижно, не в силах произнести ни слова. Ощущение такое, словно с моих плеч медленно поднимают большой груз.
— Прости меня, — говорит Люк. — Прости за все, что тебе пришлось пережить…
— Нет, Люк, — вздыхаю я, — ты в этом не виноват. И даже Алисия не виновата. Возможно, она снабдила их фактами. Но прежде всего, я сама увязла в долгах, и если бы у меня не сорвало крышу от нью-йоркских магазинов, им бы не о чем было писать, разве не так? Это было ужасно, унизительно. Забавно, но та статья принесла мне пользу. Благодаря ей я наконец-то кое-что поняла и сделала выводы.
Я беру свой бокал, замечаю, что он пуст, и ставлю обратно.
— Будешь еще? — спрашивает Люк.
— Нет, спасибо.
Мы молчим. Далекий голос просит пассажиров рейса на Сан-Франциско пройти к выходу двадцать девять.
— Я знаю, что Майкл предложил тебе работу, — говорит Люк. — И, насколько я понимаю, ты приняла предложение. — Он медлит, и меня почему-то охватывает дрожь. — Бекки, пожалуйста, не уезжай в Вашингтон. Пойдем работать ко мне.
— К тебе? — удивленно переспрашиваю я.
— В «Брендон Комьюникейшнс».
— Ты в своем уме?
Люк откидывает со лба волосы, и его лицо вдруг становится таким молодым, таким беззащитным.
— В своем. Я почти всех уволил. Мне нужен такой человек, как ты, на руководящей должности. Ты разбираешься в финансах. Ты журналистка. Ты умеешь работать с людьми, компанию мою ты знаешь…
— Люк, легко найти другую такую, как я, — перебиваю я. — Даже лучше! Человека с опытом работы в пиаре, с…
— Ладно, я наврал — прерывает он меня. — Это неправда. Мне не нужен такой человек, как ты. Мне нужна ты.
Он смотрит мне в глаза, и вдруг я отчетливо понимаю, что он говорит не о «Брендон Комъюникейшнс».
— Бекки, ты мне нужна. Я не понимал этого, пока ты была рядом. С тех пор как ты ушла, я не перестаю думать о том, что ты мне сказала. О моих амбициях. О наших отношениях. Даже о моей матери.
— О твоей матери? — с испугом переспрашиваю я. — Э-э… я слышала, ты пытался встретиться с ней…
— Она не виновата, что не смогла приехать. Что-то там не сошлось, ей не удалось вырваться. Но ты права, я должен проводить с ней больше времени. Узнать ее лучше, чтобы у нас с ней были настоящие хорошие отношения, как у тебя с твоими родителями. — Он поднимает глаза и хмурится при виде моего откровенного изумления. — Разве ты не это имела в виду?
— Именно это! — торопливо соглашаюсь я. — Конечно.
— Вот я и говорю. Ты — единственный человек, который может сказать мне правду в глаза, даже если я не хочу знать этой правды. Я должен был довериться тебе с самого начала. Я был… не знаю. Самоуверенным болваном.
Я потрясена его суровостью к самому себе. — Люк…
— Бекки, я знаю, что у тебя своя работа, и я это уважаю. Я бы не стал даже просить, если бы не считал, что и для тебя это будет хорошим решением. Но… прошу тебя, — он кладет теплую ладонь на мою руку, — вернись. Давай начнем все сначала.
Я беспомощно смотрю на него, и сердце рвется на части.
— Люк, я не могу пойти работать к тебе. Я должна поехать в Штаты. Я не могу упустить такой шанс.
— Я знаю, тебе кажется, что это удивительная возможность. Но ведь я тебе тоже предлагаю огромные возможности.
— Это не одно и то же, — отвечаю я, сжимая пустой бокал.
— Я могу предложить то же самое, что и Майкл. — Он наклоняется ко мне, заглядывает в глаза. — Даже больше…
— Люк, — перебиваю я, — Люк, я не приняла предложение Майкла.
Его лицо меняется от удивления.
— Нет? Тогда почему?… Понимаю, — наконец произносит он. — Меня это не касается.
У него такой угнетенный вид, что мне больно на него смотреть. Я хочу ему рассказать, но не могу. Мне страшно говорить об этом, страшно, что не смогу доказать ему и себе, что сделала правильный выбор. Я боюсь рисковать, потому что боюсь передумать.
— Люк, мне пора, — говорю я сдавленным голосом. — А тебе… пора возвращаться на совещание.
— Да, — после долгой паузы соглашается Люк. — Ты права. Меня ждут. Я ухожу. — Он встает и сует руку в карман. — Напоследок… Не забудь взять это.
Он медленно достает из кармана длинный голубой шарф из шелкового бархата, усыпанный переливающимися бусинками.
Мой шарфик. Мой шарфик от «Денни и Джордж».
Я чувствую, как от лица отливает кровь.
— Откуда ты… Ты был тем таинственным покупателем на телефоне? Но… ты же отказался. Шарф купила другая… — Я умолкаю и смотрю на него в недоумении.
— Пусть это останется моим секретом.
Он с нежностью повязывает шарфик мне на шею, смотрит на меня несколько секунд, потом целует в лоб, разворачивается и уходит, растворившись в толпе ожидающих.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Шопоголик на Манхэттене - Кинселла Софи

Разделы:
* * *1 234 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Ваши комментарии
к роману Шопоголик на Манхэттене - Кинселла Софи



ghbrjkmyj b c xedcndjv .vjhjv?vyt dct gjyhfdbkfcm?rfrz ghtktcnm!Dct pfvtxfntkmyj?bcrhtyybq hjvfy!!:fkm xnj ytn nfrjuj hjvfyf pltcm yf cfqnt?f nfr dct pfvtxfntkmyj!
Шопоголик на Манхэттене - Кинселла СофиNfnmzyf
22.06.2013, 16.06





Всего день назад прочла первую часть, хочу сказать книга идёт легко и интересно читается. Рекомендую. Правда ну ооочень хочется в магазины... Подождут. Я ещё эти вещи не носила).
Шопоголик на Манхэттене - Кинселла СофиЭрика
26.07.2015, 0.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100