Читать онлайн Шопоголик и сестра, автора - Кинселла Софи, Раздел - 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шопоголик и сестра - Кинселла Софи бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.08 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шопоголик и сестра - Кинселла Софи - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шопоголик и сестра - Кинселла Софи - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинселла Софи

Шопоголик и сестра

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

16

Плохи наши дела.
Неделя выдалась самой неудачной — с тех самых пор, как мы поженились.
Люка я почти не видела, он все время пропадал на работе. Каждый день проводил совещания с представителями «Аркодас Труп», что-то улаживал с клиентами-банками, да еще один из его старших бухгалтеров загремел в больницу с менингитом. Словом, полный кошмар.
А сегодня, вместо того чтобы наконец-то отдохнуть и готовиться к новой рабочей неделе, Люку еще лететь на Кипр, в отель Натана Батиста. В тот самый, которым Люк так не хотел заниматься.
И все из— за меня.
— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — нерешительно спрашиваю я, наблюдая, как он укладывает в чемодан рубашки.
— Нет, — коротко отзывается Люк. — Спасибо.
И вот так всю неделю. Или молчит, или цедит в час по слову, а сам на меня и не смотрит. А если и посмотрит, то так, что у меня сердце уходит в пятки и в животе екает.
Но я изо всех сил стараюсь настроиться на позитив и найти в случившемся хоть какие-нибудь плюсы. Размолвки между супругами — это ведь в порядке вещей. Так и мама говорит. Переживем Вторую Настоящую Ссору, разрядим напряжение, и снова все будет прекрасно…
Вот только не уверена, что Вторая Настоящая Ссора через два дня после Первой — это нормально.
А еще непонятно, почему ссора затянулась на целую неделю.
Я пыталась спросить совета у мамы по электронной почте, но получила ответ, что пассажиры круиза «Дух, Душа и Тело» отдалились от бренного мира и просят не тревожить их.
Люк застегивает молнию на чемодане и исчезает в ванной, даже не взглянув в мою сторону. А у меня опять ноет сердце. Еще несколько минут — и он уедет. Нельзя расставаться вот так. Просто нельзя, и все.
Появляется Люк и запихивает в карман чемодана пакет со своими туалетными принадлежностями.
— Знаешь, а у нас скоро первая годовщина свадьбы, — сипловатым голосом начинаю я. — Надо бы… как-нибудь ее отметить.
— Не уверен, что в это время буду дома, — отвечает Люк.
Судя по голосу, ему все равно. Наша первая годовщина для него — пустой звук. Вся кровь бросается мне в голову, вот-вот хлынут слезы. Мало того, что я мучилась целую неделю, так даже перед отъездом Люк не желает улыбнуться мне!
— Напрасно ты злишься, Люк… Знаю, я опростоволосилась… Но я же не хотела! Я уже извинялась миллиард раз!
— Помню, — говорит Люк все тем же усталым голосом.
— Ну что еще мне сделать?
— А что сделать мне, Бекки? — во внезапном раздражении переспрашивает он. — Сказать, что все это пустяки? Уверять, что мне совершенно не жаль после стольких трудов, потраченных на «Аркодас Труп», тащиться на какой-то забытый богом остров? — он рывком захлопывает чемодан, только щелкают замки. — Может, хочешь, чтобы я сказал, что безумно рад возиться с какой-то паршивой ночлежкой?
— Это не ночлежка! — яростно протестую я. — Можешь мне поверить! Натан Батист говорил, что в отеле все будет по высшему разряду. Видел бы ты его в том миланском магазине, Люк! Он выбирает только самое лучшее — лучшую кожу… кашемир…
— И уж конечно, самые качественные гидроматрасы, — ехидно подхватывает Люк. — Бекки, ты что, до сих пор не поняла? У меня свои принципы.
— У меня тоже! — Я шокирована. — И у меня свои принципы! Но это еще не значит, что я сноб!
— И я не сноб, — резко возражает Люк. — Просто у меня есть правила.
— Нет, сноб! — Остановиться я уже не могу. — Подумаешь, человек занимался мотелями! Я поискала информацию про Натана Батиста в Интернете — он много сил отдает благотворительности, помогает людям…
— А одному человеку даже сломал челюсть, — подсказывает Люк. — Об этом ты тоже читала?
На несколько мгновений я умолкаю, но быстро нахожусь:
— Это же когда было! Он понес наказание… перевоспитался…
— Бекки, прошу тебя. — Люк вздыхает и подхватывает портфель. — Может, хватит об этом?
Он выходит из комнаты, я бегу за ним.
— Нет, не хватит. Люк, нам надо поговорить. Ты же всю неделю на меня даже не смотрел.
— Я был занят. — Он сует руку в портфель, достает пачку ибупрофена и выщелкивает на ладонь пару таблеток.
— Неправда… Ты просто хотел наказать меня.
— Ты меня обвиняешь? — Люк проводит пятерней по волосам. — Неделя выдалась чертовски жаркой.
— Тогда разреши, я помогу тебе! — хватаюсь я за соломинку. Спешу по пятам за Люком в кухню, где он наливает себе стакан воды. — Для меня наверняка найдется работа. Я могу побыть твоим секретарем… провести исследования…
— Ради бога! — прерывает меня Люк и глотает таблетки. — Хватит с меня! Твоя «помощь» — напрасная трата моего времени, ясно?
Я вспыхиваю, глядя на него в упор. Наверное, он полистал розовую папку с моими идеями. И понял, что это полное барахло.
— Ладно, — наконец говорю я. — Хорошо… больше я не буду тебе надоедать.
— Сделай одолжение.
Он уходит в кабинет и принимается хлопать там ящиками стола. А я стою, как прибитая к полу, и кровь шумит у меня в ушах. Из коридора слышится звонок — принесли почту. Иду в холл, нахожу на коврике у двери пакет. Плоский пакетик «Джиффи», адресован Люку, штамп смазан. Поднимаю его и смотрю на адрес, надписанный черным маркером. Почерк вроде бы знакомый, а чей — непонятно.
— Тебе почта, — кричу я. Люк выносит из кабинета кипу папок и втискивает их в портфель. Потом забирает у меня пакет, рвет его и вытаскивает компьютерный диск вместе с письмом.
— А! — Люк улыбается, впервые за целую неделю. — Превосходно.
— От кого это?
— От твоей сестры, — отвечает он.
Мне будто с размаху вдарили под ребра.
От моей сестры? От Джесс? Я недоверчиво перевожу взгляд на пакет. Так это почерк Джесс?
— А почему… — я изо всех сил стараюсь, чтобы голос звучал спокойно, — почему это Джесс пишет тебе?
— Она переделала для нас рекламный диск, — отвечает он, пробегая глазами письмо. — Молодчина девчонка. Получше наших хваленых компьютерщиков. Надо будет послать ей цветы.
Голос у него такой теплый, почти ласковый, глаза задумчивые. Я смотрю на него, а в горле вдруг встает ком.
Значит, Джесс — молодчина? Джесс умница… а я дурында.
— Джесс тебе помогла, да? — сдавленным голосом спрашиваю я.
— Да. И здорово помогла, честно говоря.
— Ты бы обрадовался, будь здесь она, а не я. Наверное, тайком хочешь, чтобы мы поменялись местами.
— Не болтай чепухи. — Люк складывает письмо и засовывает обратно в пакет.
— Если Джесс вся из себя чудесная, может, поживешь с ней? — сама слышу, как угрожающе нарастает мой голос. — А что такого? Соберись да и поезжай… будет с кем поболтать о компьютерах…
— Успокойся, Бекки, — удивленно просит Люк.
Но меня уже понесло. Не остановить!
— Да чего там, все в порядке! Со мной можешь быть откровенным, Люк! Если ты предпочитаешь занудную скрягу, у которой ни вкуса, ни чувства юмора, — дело твое! Женись на этом сокровище, что уж мелочиться! А весело-то как будет! Уверена, с ней ты точно не соскучишься…
— Бекки! Прекрати сейчас же! Несколько минут он молчит, комкая конверт. Я боюсь шевельнуться.
— Знаю, ты не любишь Джесс, — наконец говорит он, подняв голову. — Но послушай, что я тебе скажу. Твоя сестра — хороший человек. Честный, надежный и трудолюбивый. Для нас она не пожалела времени, — он постукивает по диску, — сама вызвалась нам помочь и не попросила ни платы, ни благодарности. Вот оно, истинное бескорыстие! — Он делает шаг ко мне и безжалостно заканчивает: — Ты могла бы многому поучиться у своей сестры.
От потрясения меня бросает то в жар, то в холод. Открываю рот, хочу возразить — но не могу издать ни звука.
Люк смотрит на часы:
— Мне пора. Когда вернусь — не знаю.
— Люк… мне так жаль. — Ко мне наконец-то вернулся голос, пусть даже слабый и жалкий. — Прости, что разочаровала тебя. — Но если хочешь знать… ты меня тоже расстроил. Ты изменился. Во время свадебного путешествия ты был совсем другим. Забавным, добрым, спокойным…
Мне вдруг отчетливо вспоминается Люк, каким он был недавно. Сидел на коврике для йоги, в выцветших штанах и с серьгой в ухе. Улыбался мне под солнцем Шри-Ланки. Держал меня за руку…
Сердце ноет от невыносимой тоски. Покладистый, жизнерадостный парень, с которым я ездила по всему миру, ничуть не похож на сурового мужчину, который сейчас стоит передо мной.
— Ты изменился, — повторяю я со всхлипом, по щеке стекает слеза. — Стал таким, как раньше, давным-давно. Ты же обещал, что больше никогда таким не будешь. — Я с досадой смахиваю слезу. — Не думала, что наша жизнь окажется вот такой, Люк.
В кухне тихо.
— И я не думал, — признается Люк. В голосе слышна привычная насмешка, но лицо строгое. — Пора идти. Пока, Бекки.
Он отворачивается, а через несколько секунд хлопает входная дверь.
Я держусь из последних сил. Но слезы уже прорвались, хлынули по щекам, ноги задрожали. Опускаюсь прямо на пол и утыкаюсь лицом в коленки. Ушел. И даже не поцеловал меня на прощанье.


Не знаю, сколько я просидела на одном месте. Просто обнимала собственные колени да изредка вытирала лицо рукавом. Наконец слезы иссякли, дышать стало легче, и я понемногу успокоилась. Но тянущая пустота в груди осталась.
Нашему браку конец. И года не продержались.
С трудом поднимаюсь на затекшие ноги, медленно бреду в пустую столовую. Посреди столовой гордо расположился наш резной деревянный стол из Шри-Ланки.
На глаза вновь наворачиваются слезы. С этим столом связано столько мечтаний! Какие упоительные картины я себе рисовала! Чего только не подсказывало воображение: мягкий свет свечей, я раскладываю по тарелкам сытное рагу, Люк нежно улыбается мне, за столом собрались все наши друзья…
И вдруг меня охватывает страстное, непреодолимое желание поговорить со Сьюзи. Услышать ее сочувственный голос. Она-то знает, как быть. Она всегда все знает.
Почти бегу к телефону и суетливо набираю номер.
— Алло! — Голос высокий, женский — но это не Сьюзи.
— Привет, — растерянно говорю я. — Это Бекки. С кем я…
— А это я, Лулу! Привет, Бекки! Как дела? Ее ликующий голос ударяет мне по нервам, как острая терка.
— Прекрасно, — отвечаю я. — А Сьюзи случайно нет рядом?
— Она как раз устраивает близнецов в машине! Мы едем на пикник в Маршем-Хаус. Слышала про него?
— Э-э… Нет. Не слышала.
— О, ты непременно должна там побывать!… Космо, зайка, только не в холщовых штанишках!… Это национальный заповедник. Дети его обожают. Там разводят бабочек!
— Ясно, — мямлю я. — Рада за вас.
— Сьюзи перезвонит тебе через пару минут, хорошо?
— Спасибо, — с облегчением благодарю я. — Это было бы замечательно. Просто скажи… что мне очень нужно с ней поговорить.
Подхожу к окну, прижимаюсь лицом к стеклу и стою, глядя на снующие внизу машины. Светофор на углу включает красный глаз, и весь транспорт останавливается. Потом зажигается зеленый свет, и машины разом срываются с места. И снова красный, и опять все стоят.
Сьюзи не звонит. А прошло уже гораздо больше двух минут.
Нет, не позвонит она. Она живет в другом мире. В мире холщовых штанишек, пикников и заповедников, где разводят бабочек. Там нет места ни мне, ни моим дурацким проблемам.
От разочарования у меня болит голова. В последнее время мы со Сьюзи постоянно ссорились. Но я думала… надеялась…
С трудом проглатываю вставший в горле ком.
Может, позвонить Дэнни?… Правда, я оставила ему целых шесть сообщений, а он ни на одно не ответил.
Ну и пусть. Не беда. Подумаешь. Просто придется выплывать самой.
Со всей решительностью, на какую способна, я направляюсь на кухню. Сейчас я… приготовлю себе чашку чая. Вот именно. С этого и начну. Щелкаю кнопкой чайника, бросаю в кружку пакетик с заваркой и распахиваю холодильник.
Молока нет.
И мне сразу хочется снова рухнуть на пол и залиться слезами.
Но я делаю глубокий вдох и поднимаю подбородок. Отлично. Схожу за молоком. Заодно и запасы пополню. Подышать свежим воздухом и отвлечься будет очень кстати.
Хватаю сумочку, второпях мажу губы блеском и выбегаю из квартиры. Выхожу за ворота, поворачиваю и шагаю по улице мимо лавки древностей, забитой золоченой мебелью, прямиком к гастроному на углу.
В магазине мне становится легче. Тепло, уютно, аппетитно пахнет кофе, сыром и дежурным супом. Продавцы в длинных фартуках из полосатого тика — точь-в-точь настоящие французские сыровары.
Вешаю на руку плетеную корзинку, иду в молочный отдел и для начала беру две пинты экологически чистого нежирного молока. Тут мой взгляд случайно падает на баночку дорогого греческого йогурта. Пожалуй, стоит побаловать себя — глядишь, и воспряну духом. Укладываю в корзинку и йогурт, а заодно прихватываю несколько видов шоколадного мусса. И тянусь за фигурной баночкой деликатесной «пьяной вишни».
«Напрасная трата денег, — вдруг раздается у меня в ушах чей-то до боли знакомый голос. — Ты же терпеть не можешь вишню, вымоченную в бренди».
Голос прямо как у Джесс. Мистика. Вообще-то «пьяную вишню» я люблю. Изредка.
Раздраженно встряхиваю головой и сую банку в корзину, а потом перехожу к следующей витрине и западаю на пиццу-фокачча с оливками и анчоусами.
«Дорогущая дрянь, — заявляет тот же голос. — Дома можешь влегкую состряпать точно такую же за двадцать пенсов».
«Заткнись, — мысленно отрезаю я. — Нет, не могу. Так что отвяжись».
Пицца тоже отправляется в корзинку. А потом я швыряю туда все подряд: упаковки белых персиков и миниатюрных груш, сыры нескольких сортов, трюфели из черного шоколада, французский клубничный тортик…
А голос Джесс зудит у меня в голове, не умолкая ни на секунду:
«Швыряешь деньги на ветер. А как же режим экономии? Думаешь, все это расточительство вернет тебе Люка?»
— Перестань! разозлившись, требую я вслух. Господи, так и свихнуться недолго. С вызывающим видом сую в переполненную корзинку три банки русской черной икры и волоку покупки к кассе. Там я с трудом взваливаю корзину на прилавок и начинаю искать в сумке кредитку.
Девушка за прилавком проворно разгружает мои покупки и улыбается.
— О, тортик — объедение! — говорит она, аккуратно упаковывая его в коробку. — А уж персики! А икра! — Моя добыча явно впечатлила ее. — Устраиваете званый ужин?
— Нет. — Я вдруг теряюсь. — Не званый ужин. Просто я… я…
И вдруг понимаю, что добавить мне нечего.
Стою и молчу, как дура. Смотрю, как кассир подсчитывает стоимость целой кучи дурацкой, баснословно дорогой и никчемной жратвы, и заливаюсь краской. Что я делаю? Зачем столько всего накупила? Мне это не нужно. Джесс права.
Джесс права.
При этой мысли я морщусь и отворачиваюсь. Не хочу даже думать о Джесс.
Но я ничего не могу с собой поделать. От мыслей, которые вьются в голове тучей, как жирные черные мухи, никуда не сбежишь. И тут как гром с ясного неба слышится строгий голос Люка: «Твоя сестра — хороший человек… Честный, надежный и трудолюбивый… Ты могла бы многому поучиться у своей сестры…»
Я могла бы многому поучиться у своей сестры.
Меня словно пронзает молния. Голова идет кругом, сердце несется вскачь.
Боже мой. Вот он.
Вот ответ.
— С вас двести тридцать фунтов и семьдесят три пенса, — с улыбкой объявляет кассирша.
Я недоуменно таращусь на нее.
— Мне… мне надо идти, — наконец бормочу я. — Сейчас же…
— А покупки! — восклицает девушка.
— Мне они не нужны.
Спотыкаясь, я покидаю магазин, по-прежнему сжимая в кулаке кредитку. На тротуаре делаю несколько глубоких вдохов, будто запыхалась.
Наконец— то все встало на свои места. Я должна напроситься к Джесс в ученицы.
Как к Йоде.
Стану ее подмастерьем, и она посвятит меня в тайны экономии. Объяснит, как быть хорошей — какой меня хочет видеть Люк. И мало-помалу я пойму, как уберечь наш брак.
Иду по улице, постепенно ускоряя шаг, пока не перехожу на бег. Вслед мне удивленно оборачиваются, но мне все равно. Я еду в Камбрию. Сию же минуту.


Бегом преодолев расстояние до дома, по инерции взлетаю вверх на три лестничных марша и понимаю: легкие раскалились так, что до нашего пентхауса такими темпами мне ни за что не дотянуть. Несколько минут сижу, отдуваюсь, как древний паровоз, а потом вызываю лифт. Дома я первым делом несусь в спальню, выволакиваю из-под кровати ярко-красный чемодан и принимаюсь швырять в него все подряд — футболку… какое-то белье… бирюзовые босоножки на шпильках, со стразами на ремешках… В конце концов, какая разница, что я возьму с собой? Я просто хочу помириться с Джесс. Наконец захлопываю крышку чемодана и стаскиваю его с кровати. Срываю с вешалки пиджак, выкатываю чемодан из квартиры, запираю дверь на оба замка. В последний раз смотрю на нее — и решительно шагаю в лифт. Отныне все будет по-другому. У меня начинается новая жизнь. Я уезжаю, чтобы узнать самое важное для…
Ой. Щипцы для волос забыла.
Машинально жму на кнопку «стоп». Лифт, который уже приготовился к спуску, кряхтит и останавливается.
Нет, без щипцов мне никак не обойтись. И без лака для волос.
А бальзам для губ «Киль»? Да я без него не выживу.
Ничего не поделаешь, стратегию «неважно, что я возьму с собой» надо срочно пересмотреть.
Сломя голову несусь к двери квартиры, отпираю и устремляюсь в спальню. Там вытаскиваю из-под кровати еще один чемодан, тускло-зеленый, и принимаюсь набивать его.
А если вдуматься, мне, пожалуй, понадобится увлажняющий крем. И одна из новых шляпок — вдруг попаду на свадьбу? Заодно беру и дорожный трик-трак — на случай, если заскучаю в поезде (и познакомлюсь с кем-нибудь, кто научит меня в него играть).
И «ангельскую сумочку» я тоже беру. А когда мельком вижу себя в зеркале, в ушах вдруг раздается голос Люка: «Надеюсь, сумка этого стоит, Бекки».
Я замираю. Меня вдруг начинает подташнивать.
Еще немного — и я решу оставить сумку дома.
Но это же смешно. Разве я могу бросить без присмотра свое главное сокровище?
Вешаю сумочку на плечо и смотрюсь в зеркало, вспоминаю, в каком была восторге, когда впервые увидела ее. Это же не что-нибудь, а «ангельская сумочка», с вызовом напоминаю я себе. Вещица, о которой мечтает чуть ли не весь мир. Из-за таких сумок вспыхивают драки. Жаждущие лезут в списки всеми правдами и неправдами.
Но сумочка что-то потяжелела. Очень странно. Сумки ведь не тяжелеют сами по себе.
А, ясно. Там зарядное устройство для мобильника. Вот в чем дело.
Ну все, хватит. Выхожу. И сумку беру с собой.
Спускаюсь на первый этаж, выкатываю чемоданы на улицу. Очень кстати мимо едет свободное такси. Я поднимаю руку, и машина останавливается.
— Вокзал Юстон, пожалуйста, — говорю водителю срывающимся голосом. — Я еду мириться с сестрой, которую недавно нашла, а потом снова потеряла.
На лице таксиста — ноль эмоций.
— Вас к самому зданию вокзала подвезти, дорогуша?
Ну вы только подумайте! Ни капли сострадания у этих таксистов.
Нигде ни одной пробки, улицы свободны, и мы подъезжаем к Юстону через десять минут. Ковыляя через весь зал и волоча за собой два чемодана, я чувствую себя героиней старого черно-белого фильма. Не хватает только клубов пара, пронзительных паровозных свистков, и одета я должна быть по-другому — в облегающий твидовый костюмчик и меховую горжетку. И поправлять круто завитые локоны.
— Один билет до Камбрии, будьте добры, — волнуясь, прошу я, просовывая в окошечко кассы пятидесятифунтовую купюру.
Вот сейчас незнакомец с элегантно-впалыми щеками должен пригласить меня на коктейль или вынуть из моего глаза соринку. Вместо этого кассирша в оранжевой нейлоновой форме смотрит на меня как на идиотку.
— До Камбрии? А до какой станции?
Хм. А мне-то откуда знать? Есть ли станция в деревне, где живет Джесс?
Внезапно у меня перед глазами точно вспыхивает молния. Адрес на конверте…
— До Норт-Коггентуэйта. Пожалуйста, в оба конца. Но с открытой датой. — Я смело улыбаюсь кассирше. — Еду мириться с. сестрой, которую недавно…
Женщина в окошке равнодушно перебивает меня:
— С вас двести семьдесят семь фунтов. Что? Сколько-сколько? Да за такие деньжищи можно в Париж слетать!
— Э-э… вот, пожалуйста, — и я протягиваю остатки денег, вырученных за те злосчастные часики от Тиффани.
— Девятая платформа. До отхода поезда — пять минут.
— Ясно. Спасибо.
Я начинаю торопливо пробиваться сквозь толпу к девятой платформе, но, когда впереди появляется гигантский поезд дальнего следования, невольно замедляю шаг.
Живой поток обтекает меня со всех сторон, люди окликают друзей, обнимаются, тащат багаж, стучат в двери вагонов. А я не двигаюсь с места. Сердце бьется, ладони, сжимающие ручки чемоданов, взмокли. До сих пор мне казалось, что идет увлекательная игра. Но сейчас выяснилось, что все это — взаправду. Поверить не могу, что я решилась на такое.
Неужели я на самом деле еду за сотни миль в совершенно незнакомое место — только чтобы повидаться с сестрой, которая меня смертельно ненавидит?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Шопоголик и сестра - Кинселла Софи

Разделы:
* * *12345678910111213141516171819202122232425

Ваши комментарии
к роману Шопоголик и сестра - Кинселла Софи


Комментарии к роману "Шопоголик и сестра - Кинселла Софи" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100