Читать онлайн Шопоголик и бэби, автора - Кинселла Софи, Раздел - 8. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шопоголик и бэби - Кинселла Софи бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.3 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шопоголик и бэби - Кинселла Софи - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шопоголик и бэби - Кинселла Софи - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинселла Софи

Шопоголик и бэби

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

8.

Вдвоем со Сьюзи мы провели потрясающий день. Все покупки мы погрузили в гигантский «рейнджровер» Сьюзи, она села за руль и привезла нас в одно симпатичное местечко на Кингс-роуд: там на детей никто не косится, в меню есть мягкое мороженое и так далее. (Никогда больше не выйду из дома без цветных карандашей – нет лучше средства, чтобы угомонить детей). Потом в «Стайнберге и Толкине» я купила винтажный кардиган, а Сьюзи – вечернюю сумочку; не успели опомниться, оказалось, что пора ужинать. И мы отправились в пиццерию на Парк-роуд. Местный джаз как раз готовился к выступлению, и близнецам разрешили постучать по всем барабанам.
Около десяти вечера мы перенесли спящих малышей в «рейнджровер», и Сьюзи везет меня домой. Приходится звонить Люку на мобильник, чтобы он помог занести наверх мои покупки.
– Ого! – говорит он, обозревая кучу пакетов. – Стало быть, все? Детская в полной боевой готовности?
– М-м… – Я вдруг вспоминаю, что стерилизатор так и не купила. Не говоря уже о подушке для кормления и мази от пеленочного дерматита. Ну и ладно. В запасе еще пятнадцать недель. Уйма времени.
Пока Люк пытается втащить в квартиру надувной бассейн, лошадок и шесть туго набитых сумок сразу, я быстренько уношу к себе коробку с набором для определения пола и прячу ее в ящике с бельем. Что там внутри, посмотрю, когда Люка не будет дома.
Сьюзи забегает в ванную, чтобы переодеть одного из близнецов. Когда я выхожу из спальни, она уже несет оба автомобильных кресла по коридору.
– Посиди с нами, выпей вина, – предлагает ей Люк.
– Никак не могу, – с сожалением отвечает Сьюзи. – Но если у вас найдется стакан воды – не откажусь.
Мы идем в кухню, где негромко звучит диск Нины Симон. На барной стойке откупоренная бутылка вина и два бокала.
– Я не буду… – начинаю я.
– Это не для тебя, – перебивает Люк, наполняя стакан водой из холодильника. – Венеция заезжала.
От неожиданности я цепенею. Венеция была здесь?
– Нам надо заполнить разные бумаги, – продолжает Люк. – Вот она их и завезла по пути домой.
– А-а, – после паузы отзываюсь я. – Спасибо ей… за заботу.
– Она только что ушла. – Люк подает Сьюзи стакан. – Вы с ней разминулись на пару минут.
Стоп! На часах десять. Она что, торчала тут весь вечер?
Поймите меня правильно: я не против. Ничуть. Венеция – просто знакомая Люка. Бывшая подруга. Красивая и платонически настроенная.
Сьюзи так буравит меня взглядом, что я отворачиваюсь.
– Бекки, может, покажешь мне заодно детскую? – каким-то не своим, слишком высоким голосом просит она. – Идем.
Потом буквально выталкивает меня в коридор и тащит в свободную комнату. Мы называем ее детской, хотя переезд в новый дом – уже вопрос решенный.
– Вот, значит, как. – Сьюзи закрывает дверь и в напряженном ожидании поворачивается ко мне.
Я пожимаю плечами, делая вид, будто совсем не понимаю ее.
– Это что, нормально? «Заехать» в гости к бывшему и просидеть у него весь вечер?
– А что тут такого? Почему бы им не пообщаться?
– С глазу на глаз? Под винцо? – Последнее слово Сьюзи выговаривает с отвращением, словно какой-нибудь баптист-проповедник.
– Сьюзи, они просто друзья! – настаиваю я. – Давние, близкие друзья. Отношения у них чисто платонические!
– Ладно, Бекки, – говорит Сьюзи после многозначительной паузы. – Если ты так уверена…
– Да! Я полностью, всецело, абсолютно, на сто процентов…
Осекшись, я принимаюсь вертеть в руках подогреватель для бутылочек от Кристиана Диора. Щелкаю крышкой, открываю-закрываю, будто никак наиграться не могу. Сьюзи отходит к плетеной корзине для игрушек и рассматривает шерстяную овечку. Несколько минут мы молчим, не глядя друг на друга.
– Утешает только… – начинаю я.
– Что?
Чтобы собраться с духом, мне приходится несколько раз сглотнуть.
– Скажи… – я делаю еще одну попытку, надеясь, что голос звучит деловито и сдержанно, – а если бы я сомневалась – ну, просто так, гипотетически?
Сьюзи смотрит мне в глаза и произносит тем же деловым тоном:
– Она симпатичная?
– Не просто симпатичная. Потрясающая. У нее рыжие блестящие волосы, шикарные зеленые глаза и загорелые руки…
– Корова! – на автопилоте реагирует Сьюзи.
– А еще она умная, красиво одевается и нравится Люку…
– Люк любит тебя! – перебивает Сьюзи. – Бекки, запомни: ты его жена. Он выбрал тебя. А ей дал от ворот поворот.
Мне заметно полегчало. Особенно после «поворота».
– Но это еще не значит, что она за ним не охотится. – Сьюзи начинает вышагивать по комнате из угла в угол, задумчиво постукивая овечкой по ладони. – И вот что мы имеем. Вариант первый: Венеция – просто знакомая, поводов для беспокойства у нас нет.
– Верно, – старательно киваю я.
– Вариант второй: ее сегодняшний визит – пробный шар. Третий: она и вправду охотится за ним. Четвертый… – Сьюзи умолкает.
– Что с четвертым? – с замиранием сердца спрашиваю я.
– Отсутствует как таковой, – торопится объяснить Сьюзи. – Думаю, наиболее вероятен вариант номер два. Венеция явилась сюда, чтобы осмотреться. Изучить обстановку.
– И что же мне делать?
– Дай понять, что ты ее раскусила. – Сьюзи многозначительно вскидывает брови. – Без церемоний, но хитро, по-женски.
По-женски? Откуда в Сьюзи эта житейская мудрость и цинизм? Она рассуждает так, что ей бы юбку-карандаш надеть и попыхивать сигаретой в каком-нибудь нуар-фильме.
– Когда она тебе назначила прием? – продолжает она.
– В следующую пятницу. Будет плановое обследование.
– Ясно. – Сьюзи настроена решительно. – Иди на прием, Бекки, и смело застолби свой участок.
– Говоришь, застолбить участок? – с сомнением повторяю я. – Но как?
Не помню, чтобы я раньше что-нибудь столбила. Ну разве что пару сапожек на распродаже в «Барниз».
– Подавай четкие визуальные сигналы, – со знанием дела разъясняет Сьюзи. – Пусть видит, что Люк принадлежит тебе. Обними его, заговори о том, как вы прекрасно живете вместе… И главное, пресекай все ее поползновения. Да, и принарядись. Но так, чтобы не выглядеть расфуфыренной.
Значит, четкие сигналы. Прекрасно живем вместе. Принарядиться… Я справлюсь.
– Кстати, как Люк относится к ребенку? – будто невзначай осведомляется Сьюзи. – Радуется?
– Кажется, да. А в чем дело?
– О, ни в чем. Просто читала недавно о мужчинах, которым претит сама мысль об отцовстве. Вот они и заводят интрижки в порядке компенсации.
– Интрижки? – нервно переспрашиваю я. – И часто такое бывает?
– Э-э… примерно в половине случаев.
– В половине?!
То есть в десяти процентах, – спешно исправляется Сьюзи. – Точно не помню. Я уверена, Люк не такой. Но поговорить с ним как с будущим отцом не помешает. В статье сказано, что у многих мужчин рождение ребенка ассоциируется только со стрессами и трудностями, – значит, надо помочь им составить позитивные представления.
– Точно, – киваю я и старательно впитываю информацию. – Ладно, так и сделаю. Знаешь, Сьюзи… – Мне становится неловко. – Спасибо за то, что обошлась без всяких «я же тебе говорила». Ты ведь предупреждала, что от Венеции Картер надо держаться подальше… наверное, ты была права.
– Я бы ни за что не сказала «я же тебе говорила»! – ужасается Сьюзи.
– Знаю. А многие на твоем месте не упустили бы случай.
– И совершенно напрасно! И потом, может, права была ты. Может, Венеция не интересуется Люком и это был просто безобидный визит. – Она ставит на стол овечку и треплет ее по голове. – Но на твоем месте я обязательно заявила бы о своих правах. Для порядка.
– О, не волнуйся. Я ей покажу!
Сьюзи абсолютно права. Надо заявить Венеции: «Руки прочь от моего мужа!» Само собой, не открытым текстом.


В пятницу, готовясь к очередному походу в центр, я прихорашиваюсь, но так, чтобы не выглядеть расфуфыренной: надеваю джинсы для беременных «Сэвен» (потертые), сексуальный красный топик-стретч и новенькие убойные шпильки от Москино. Шпильки смотрелись бы, пожалуй, слишком нарядно, а с тертыми джинсами в самый раз. Когда мы приходим, в приемной пусто, ни одной знаменитости не видно. Тем лучше: не собьют мою психологическую настройку.
– Бекки, – Люк смотрит на мои пальцы: я судорожно вцепилась в его руку, – с тобой все хорошо? По-моему, ты нервничаешь.
– Да?.. Ну ты же понимаешь. Просто слегка волнуюсь.
Он сочувственно кивает:
– Естественно. Может, поделишься тревогами с Венецией?
Непременно. Так и было задумано.
Мы усаживаемся в пухлые кресла, я беру журнал, а Люк с шелестом разворачивает «Файнэншиал тайме». Я чуть было не углубилась в чтение «Гороскопа вашего ребенка», но тут вспомнила, что вчера Сьюзи советовала поговорить с Люком об отцовских обязанностях. Вот он, подходящий случай.
– Увлекает все это, правда? – начинаю я, откладывая журнал. – Ну, подготовка к родительским обязанностям.
– М-м-м… – Люк кивает и переворачивает страницу.
Что-то в голосе у него не слышно увлеченности. Господи, а если его страшит будущая жизнь среди памперсов, но он это скрывает и потому ищет утешения в объятиях другой женщины? Надо немедленно изобразить отцовство в самых позитивных красках, как Сьюзи советовала. Напомнить о хорошем, о чем-нибудь радостном, чтобы предвкушать его…
– Слушай, Люк! – На меня вдруг нисходит вдохновение. – Ты только представь, что наш малыш выиграл золотую медаль на Олимпиаде!
– Что, прости? – Люк отрывается от «ФТ».
– На Олимпийских играх! Наш ребенок завоевал золотую… ну или какую-нибудь еще медаль. А мы – его родители! – Я не свожу глаз с Люка, ожидая реакции. – Здорово, правда? Как мы будем гордиться им!
Ох, как меня захватила эта мысль! Прямо вижу себя на стадионе году этак в 2030-м. Сью Баркер берет у меня интервью, а я объясняю, что еще во время беременности поняла: моего малыша ждет большое будущее!
А Люк, похоже, озадачен.
– Бекки, я что-то пропустил? С чего ты взяла, что наш ребенок завоюет олимпийское золото?
– А вдруг возьмет и завоюет! Почему бы и нет? Люк, в своих детей надо верить.
– Логично, – кивает Люк и откладывает газету. – А в каком виде спорта?
– В прыжках в длину, – подумав, решаю я. – Или в тройном прыжке – он не такой популярный. Значит, победить будет легче.
– Или в борьбе, – предлагает Люк.
– В борьбе? – взвиваюсь я. – Не будет наш ребенок драться! Он же может покалечиться!
– А если ему суждено стать величайшим борцом мира? – Люк вскидывает бровь.
Какое-то время я озадаченно молчу, потом решительно отметаю борцовский вариант:
– Нет, не суждено. Я мать, мне виднее.
– Мистер и миссис Брэндон! – окликает нас администратор. – Пройдите в кабинет, Венеция готова принять вас.
Мне вдруг становится все нипочем. А вот и я. Пришла застолбить свой участок.
– Идем, милый.
Мы шагаем по коридору. На каблуках и от волнения меня пошатывает.
– А, здравствуйте! – Венеция выходит из кабинета навстречу нам. Черные брюки и розовая кофточка без рукавов, перехваченная в талии классным лаковым черным ремнем из крокодиловой кожи. Венеция целует нас в обе щеки, обдавая запахом «Аллюр» от Шанель. – Как приятно снова видеть вас!
– Мы тоже очень рады, Венеция. – Я иронично приподнимаю бровь: мол, если ты нацелилась на моего мужа, даже не мечтай.
– Великолепно! Входите… – Она пропускает нас в кабинет.
Кажется, мою игру бровями она не заметила. Придется отказаться от тонких намеков.
Мы с Люком садимся, Венеция пристраивается на краешке стола, шпильки от Ив Сен-Лорана повисают у нее на пальцах. Для врачихи гардеробчик у мадам неплохой. Всякий позавидует.
Она открывает карточку и некоторое время изучает ее.
– Итак, Бекки, во-первых, анализы крови готовы. Все показатели в норме… вот только за гемоглобином надо бы последить. Как ты себя чувствуешь?
– Прекрасно, спасибо, – уверенно говорю я. – Прямо купаюсь в любви и счастье… У нас чудесная семья, мы ждем ребенка и никогда еще не были так близки с Люком. – Я беру Люка за руку. – Правда, милый? Ведь мы очень сблизились в последнее время? Духовно, интеллектуально, эмоционально и… и сексуально!
Вот тебе. Получи.
– Э-э… да, – чуть смущенно соглашается Люк. – Пожалуй.
– Приятно слышать, Бекки. – Венеция смотрит на меня как-то странно. – Но я спрашивала о твоем физическом состоянии. Голова не кружится? Не тошнит?
А, вот оно что.
– Нет, никогда. Я в полном порядке.
– В таком случае давай перейдем к осмотру. – Она указывает на кушетку, и я послушно встаю. – Ложись на спину, устраивайся поудобнее… ой, что это? Неужели растяжка? – весело добавляет она, когда я поднимаю топ.
Растяжка? – Перепугавшись, я хватаюсь за металлический поручень и пытаюсь подняться. – Не может быть! Я каждый вечер мажусь специальной мазью от растяжек, а утром еще лосьоном, и…
– Ох, обозналась! – перебивает Венеция. – Просто ниточка от кофты.
– Уф…
Обмякнув, я жду, когда пройдет шок, а Венеция тем временем ощупывает мой живот.
– Впрочем, растяжки обычно появляются откуда ни возьмись, – продолжает светским тоном Венеция, – так что и у тебя они еще будут. Последние несколько недель беременности – трудное время. Сколько я повидала пациенток, которые ходили вперевалку и жаловались, что до родов еще далеко…
Вперевалку?
– Не буду я ходить вперевалку, – смеюсь я.
– Увы, придется, – улыбается она. – Таким способом Природа заставит тебя сбавить темп. Я убеждена, что пациенткам, которые ждут первенцев, надо обязательно открывать глаза. Знаешь, беременность – это не приятная прогулка!
– Разумеется, – вставляет Люк. – В этом мы отдаем себе отчет, – правда, Бекки?
– Ага, – бормочу я.
Враки все это. Никакого отчета я себе не отдаю. Я же ясно высказалась: ходить вперевалку я не буду ни за что.
Тем временем Венеция обматывает муфтой тонометра мою руку и хмурится, глядя на экран:
– Давление чуть выше нормы… Не переутомляйся, Бекки. Постарайся отдыхать каждый день – или хотя бы не проводить целые дни на ногах. Не раздражайся по пустякам сохраняй спокойствие…
«Сохраняй спокойствие»? Когда мне вбивают в голову, что скоро я вся покроюсь растяжками и буду ковылять, как утка?
– А теперь давай послушаем…
Она смазывает мне живот каким-то гелем и достает допплеровский прибор, а я слегка расслабляюсь. Это мой любимый этап обследования. Лежишь себе и слушаешь, как сквозь фоновые шумы пробивается «бу-бух, бу-бух» маленького сердца. И вспоминаешь, что у тебя в животе – новенький человек.
– Все в полном порядке. – Венеция отходит к столу и что-то пишет в моей карточке. – Кстати, Люк, что я вспомнила: недавно виделась с Мэтью и он предложил собраться всем вместе. А еще нашла статью Джереми, о которой мы говорили. – Порывшись в ящике стола, она вытаскивает старый номер «Нью-Йоркера». – Долгий же путь он прошел от Кембриджа. Читал его книгу о Мао?
– Еще нет. – Люк подходит к столу и берет журнал. – Спасибо, почитаю, когда будет время.
– У тебя, наверное, ни минуты свободной, – сочувственно говорит Венеция, наливает из кулера стакан воды и предлагает Люку. – Как идут дела в новых филиалах?
– Неплохо, – кивает Люк. – Без накладок не обходится, конечно…
– Но это же замечательно – у тебя в клиентах сам «Аркодас»! Финансовая диверсификация – верный путь к успеху. Темпы экспансии «Аркодаса» феноменальны, я читала о них в «ФТ». Заявления Йена Уилера впечатляют.
Эй, а как же я?
Обо мне забыли. Лежу на спине, как перевернутый жук. Я громко откашливаюсь, и Люк оборачивается.
– Прости, милая! Все хорошо? – Он торопливо подходит и подает мне руку.
– Извини, Бекки, – подхватывает Венеция. – Сейчас принесу тебе воды. У тебя, кажется, обезвоживание. Не забывай восполнять потери жидкости. Ты должна выпивать не меньше восьми стаканов воды в день. Вот, держи.
Я с улыбкой беру стакан:
– Спасибо!
Глотаю воду, и в голову вдруг закрадываются мрачные мысли. Слишком уж Венеция обходительна с Люком. Чересчур словоохотлива. А эти ее намеки на мои растяжки. Вдобавок то и дело встряхивает космами, как модели, рекламирующие шампунь по телевизору. Разве врачи так себя ведут?
– Хорошо! – Венеция снова садится за стол и пишет в моей карточке. – Вопросы есть? Может, вы хотите о чем-нибудь побеседовать?
Я смотрю на Люка, но он отвлекся: вытаскивает из кармана телефон. Слышно зудение виброзвонка.
– Прошу прощения, я выйду ненадолго. Продолжайте без меня. – Люк встает, выходит и прикрывает за собой дверь.
Вот мы и остались вдвоем. Можно поговорить по-женски. Все тело покалывает от напряжения.
Так и есть – в боку определенно колет.
– Ну, Бекки? – Венеция демонстрирует в улыбке идеальные зубы. – Тебя что-нибудь тревожит?
– Вообще-то нет, – любезно отвечаю я. – Я же сказала – у нас все в порядке. У меня все хорошо… у Люка тоже… отношения у нас – лучше не бывает. Я уже говорила, что ребенка мы зачали во время медового месяца? – не удержавшись, добавляю я.
– Да, о вашем чудесном медовом месяце я наслышана, – кивает Венеция. – Люк рассказывал, что во время поездки в Италию вы побывали в Ферраре.
– Точно. – Я мечтательно улыбаюсь. – Это было так романтично! Мы оба дорожим этими воспоминаниями.
– Когда мы с Люком ездили в Феррару, мы не могли оторваться от изумительных фресок. Да он тебе наверняка рассказывал, – добавляет она. А глаза такие невинные, широко распахнутые.
Мы с Люком в Ферраре до фресок не добрались: весь день просидели в одном ресторанчике на открытом воздухе, пили «просекко» и смаковали обалденную еду. Люк даже не упоминал, что раньше бывал там с Венецией. Но я в этом ни за что ей не признаюсь.
– А мы фрески так и не увидели, – небрежно отмахиваюсь я и изучаю собственные ногти. – Но Люк, конечно, рассказывал мне о них. Говорил, что их слишком уж переоценивают.
– Переоценивают? – Венеция явно поражена.
– Угу. – Я смотрю на нее в упор. – Они того не стоят.
– Но… он же сделал массу снимков! – с недоверчивым смешком восклицает Венеция. – Мы обсуждали их часами!
– Вот и мы проболтали об этих фресках ночь напролет, – парирую я. – О том, что напрасно их так превозносят.
Бриллиант на моем обручальном кольце красиво искрится на солнце.
Я – жена Люка. Знаю я, какого он мнения о фресках.
Венеция открывает рот – и снова захлопывает. Вид у нее растерянный.
– Еще раз извините! – Люк входит в кабинет, убирая телефон, и Венеция с места в карьер начинает:
– Люк, ты ведь помнишь фрески в…
– Ох! – Я хватаюсь за живот. – Ой-ой! Люк в тревоге спешит ко мне:
– Бекки, милая! Что с тобой?
– Да вот, колет немножко. Ничего страшного, – я бросаю на Венецию победный взгляд, а она хмурится, будто не понимает, что со мной.
– А раньше у тебя бывали такие боли? – спрашивает она. – Какие они?
– Уже прошло. – Я изображаю блаженство. – Кольнуло разок – и все.
– Если будет колоть снова – скажи мне, – просит она. – И постарайся не нервничать. Если давление немного повысилось – не беда, но доходить до крайностей не стоит. Прежний врач объяснял тебе, что такое преэклампсия?
– Конечно, – говорит Люк, смотрит на меня, и я киваю.
– Хорошо. Словом, береги себя. Звони мне в любое время. И напоследок… – Венеция открывает настольный органайзер: – Давайте все-таки назначим день, чтобы встретиться всем вместе. Скажем, десятого… или двенадцатого? Конечно, если меня не вызовут принимать роды.
– Может, двенадцатого? – сверившись с коммуникатором, предлагает Люк. – Тебе подойдет, Бекки?
– А как же! – жизнерадостно отзываюсь я. – Мы обязательно придем.
Чудесно. Остальных я сама обзвоню. Приятно будет снова увидеть всех спустя долгие годы. – Венеция вздыхает и откладывает ручку. – Честно говоря, нелегко это – снова пробиваться в Лондоне. У моих давних друзей своя жизнь, многие разъехались. Вдобавок по вечерам и в выходные я не всегда бываю свободна, а Джастин часто ездит за границу. – Ее улыбка уже не такая ослепительная.
– Джастин – близкий друг Венеции, – объясняет мне Люк.
Близкий друг. А я и забыла про него.
– Вот как, – вежливо говорю я. – А чем он занимается?
– Он финансист. – Венеция указывает на снимок в рамке. На снимке мужчина занудного вида, в строгом костюме. Венеция смотрит на него, и лицо ее проясняется. – Он такой упорный и целеустремленный – совсем как Люк. Когда он готовится к очередной сделке, я чувствую себя лишней. Но что я могу поделать? Я люблю его.
– Да? – удивляюсь я. И спохватываюсь: неделикатно получилось. – То есть я хотела сказать – замечательно!
– Из-за него я вернулась в Лондон. – Венеция не сводит глаз с фотографии. – Я познакомилась с ним на вечеринке в Лос-Анджелесе и сразу влюбилась. Попалась на крючок и втюрилась по уши.
– И поехала за ним в такую даль? – изумляюсь я. – Ради него?
А зачем еще существует любовь? Чтобы делать глупости и не слушать доводов рассудка. – Венеция поднимает голову, ее зеленые глаза сияют. – Знаешь, Бекки, чему меня научила работа? Ценить любовь. Человеческую любовь. Я вижу ее каждый раз, когда подаю матери новорожденного младенца, когда на экране бьется сердечко, которому всего восемь недель, и будущие родители смотрят на него. Когда пациентки возвращаются ко мне во второй или в третий раз. Дети рождаются от любви. И знаете что? Все прочее не имеет значения.
Ух ты. Я прониклась.
Оказывается, она вовсе не охотится за Люком. Она влюблена в этого зануду в костюме! Если честно, ее маленькая речь совсем меня растрогала.
– Ты абсолютно права, – сипло выговариваю я, вцепившись в руку Люка. – Только любовь имеет смысл в нашем безумном, беспорядочном мире, который мы называем… миром.
Коряво как-то получилось, но какая разница? Главное, что насчет Венеции я ошиблась. Никакая она не хищница, а просто приветливая, красивая и любящая женщина.
– Надеюсь, что и Джастин к двенадцатому вернется. – Она бережно ставит снимок на прежнее место. – Буду рада вас с ним познакомить.
– И я! – Изображать энтузиазм мне не понадобилось. – Жду с нетерпением!
– До скорой встречи, Вен. – Люк целует Венецию. – Спасибо тебе большое.
– Пока, Бекки, – с теплой и дружеской улыбкой говорит мне Венеция. – Ох, совсем забыла! Не знаю, интересно тебе это или нет, но вчера мне звонила журналистка из «Вог».
Они готовят большой материал «Мамули-красотули» о самых стильных беременных Лондона, а меня попросили назвать им несколько имен. И я сразу подумала о тебе.
– Из «Вог»? – замираю я.
– Соглашаться совсем не обязательно. В планах у редакции – снимки самой будущей мамы в детской, интервью, прическа и макияж… Обещают для съемки предоставить дизайнерскую одежду для беременных. Но я даже не знаю, увлекают тебя такие затеи или нет.
От волнения я дышу глубоко и часто. Увлекают ли меня такие затеи? Хочу ли я стильный макияж, дизайнерскую одежду и фотографии в «Вог»?!
– По-моему, она согласна, – объявляет Люк, с легкой усмешкой наблюдающий за мной.
– Прекрасно! – Венеция касается его руки. – Предоставь это мне, я обо всем договорюсь.
Ребекка Брэндон
Квартал Мейда-Вейл, 37
Мейда-Вейл
Лондон
31 августа 2003 г.
Дорогая Фабиа,
Пишу Вам, чтобы еще раз признаться в любви к Вашему роскошному и прекрасному дому. Среди домов он – Кейт Мосс! (Не по размерам, конечно.) Он настолько хорош, что заслуживает появления на страницах «Вог», верно?
Кстати, хочу попросить Вас о маленьком одолжении. По случайному совпадению я как раз даю интервью «Вог». Нельзя ли заодно провести в доме съемки?
Еще я хотела узнать, нельзя ли принести в дом на время съемки несколько личных вещей и сказать, что мы с Люком уже живем там? В конце концов, к моменту выхода журнала со статьей так и будет. Значит, все правильно!
Если я могу сделать для Вас что-нибудь в ответ или раздобыть модные вещи – я с удовольствием!
С наилучшими пожеланиями,
Бекки Брэндон.
Деламейн-роуд, 33
Мейда-Вейл
Лондон
Факс
1/9/03
От: Фабии Паскали
Для: Ребекки Брэндон
Бекки,
1. Сумка «Силверадо» от Хлээ, бежевая.
2. Лиловый кафтан, расшитый бисером, от Мэтью Уильямса, размер 8.
3. Туфли «Принцесса» от Олли Брикнелла, зеленые, размер 39.
Фабиа
Оксшоттская школа для девочек
Марлин-роуд
Оксшотт
Суррей
От школьного библиотекаря миссис Л. Харгривз
3 сентября 2003 года
Дорогая Бекки,
Как приятно получить весточку от тебя после стольких лет! Разумеется, я помню тебя. Разве можно забыть девочку, из-за которой в 1989 году вся школа помешалась на «сумочках дружбы»!
Очень рада была узнать, что твои фотографии появятся в «Вог». Ты права, для меня это неожиданность. Хотя можешь мне поверить: педагоги школы никогда не бились в учительской об заклад, заявляя: «Бекки Блумвуд ни за что не попасть в "Вог"!»
Конечно, я куплю этот номер журнала, но вряд ли директор школы разрешит приобрести по одному официальному памятному экземпляру для каждой ученицы, как ты предлагаешь.
С наилучшими пожеланиями,
Лорна Харгривз,
библиотекарь.
P. S. Кстати, «Пятый класс в Мэлори-Тауэрс» Энид Блайтон все еще у тебя? А то уже набежали большие пени.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Шопоголик и бэби - Кинселла Софи

Разделы:

***

1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.16.17.18.19.20.21.22.

Ваши комментарии
к роману Шопоголик и бэби - Кинселла Софи



Уважаемая писательница! Понимаю, что эта книга так похожа на конец истории Бекки...Но, пожалуйста, выпустите хоть ещё одну книгу!!! Я с ними почти сроднилась, они везде со мной, до сих пор перечитываю их в свободное время! Спасибо за замечательные позитивные эмоции, за ту радость, когда читаешь Ваши книги! Я ОЧЕНЬ надеюсь, что Вы подарите читателям ещё один неповторимый подарок! :-)
Шопоголик и бэби - Кинселла СофиЮлия
9.10.2014, 13.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100