Читать онлайн Шопоголик и бэби, автора - Кинселла Софи, Раздел - 11. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шопоголик и бэби - Кинселла Софи бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.3 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шопоголик и бэби - Кинселла Софи - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шопоголик и бэби - Кинселла Софи - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинселла Софи

Шопоголик и бэби

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11.

Обязательно поговорю с Люком, никаких увиливаний. Буду отныне вести себя, как полагается взрослой, рассудительной женщине. Переполнившись решимостью, я сижу в постели и жду, когда вернется Люк. Уже после полуночи дверь открывается. От Люка пахнет дымом, спиртным и… духами «Аллюр». Господи.
Стоп. Без паники. Если от него духами несет, это еще не криминал.
– Привет! Как прошел ужин? – Я вкладываю в голос всю приветливость, на какую способна. Не хочу быть похожей на сварливую жену из «Жителей Ист-Энда».
– Прекрасно. – Люк сбрасывает пиджак. – Венеция была в ударе. Так радовалась.
– Да уж… представляю. – Я стискиваю руки под одеялом, чтобы Люк не заметил. – О чем говорили, кроме работы?
– Даже и не помню. – Люк ослабляет узел галстука. – О живописи, литературе…
– Да ты книг в руки не берешь! – вырывается у меня. Это правда. Люк ничего не читает – кроме книг о том, «как построить империю в бизнесе».
– Ну и что? – Люк недовольно косится в мою сторону. – Зато раньше читал.
О чем это он? О прошлом, когда мы еще не были знакомы? Намекает, что из-за меня совсем читать разучился?
– А еще о чем говорили? – продолжаю расспросы я.
– Бекки, честное слово, не помню.
Телефон писком сообщает, что пришла СМСка, и Люк сразу кидается читать ее, улыбается, пишет что-то в ответ и продолжает раздеваться. А я задыхаюсь от возмущения. Как он может? На моих глазах?!
– Что, опять на латыни? – вырывается у меня.
Люк оборачивается.
– Я случайно видела… – Сбиваюсь и умолкаю. Тьфу ты. Все, больше не буду притворяться. Я делаю глубокий вдох и смотрю Люку прямо в глаза. – Она посылает тебе СМСки на латыни, да? Это ваш тайный шифр?
– Что ты несешь? – Люк делает шаг вперед и хмурится: – Ты читала мои СМСки?
– Я твоя жена! О чем она тебе пишет, Люк? – От боли я почти кричу. – О латинских книгах? Или… еще о чем-нибудь?
– Что, что? – Он ошеломлен.
– А ты знаешь, что она охотится за тобой?
Венеция? – Люк издает отрывистый смешок. – Бекки, я понимаю, что у тебя буйная фантазия, но чтобы настолько… – Он стаскивает рубашку и бросает ее в корзину с бельем.
Это надо же быть таким непробиваемым! А я думала, Люк умнее.
Разволновавшись, я подаюсь вперед:
– Она за тобой гоняется! Неужели ты не видишь? Она разлучница! Хочет развалить нашу семью…
– Ничего подобного, – обрывает Люк. – Бекки, скажу честно: я в шоке. Никогда не думал, что ты настолько ревнива. Черт возьми, я имею право общаться с друзьями. И если она женщина, это еще не значит…
– Да при чем тут это! – пренебрежительно перебиваю я.
Все дело в том, что Венеция раньше была подругой Люка. И у нее роскошные рыжие волосы. Но об этом я даже не заикнусь.
– Просто… Просто… мы женаты, Люк. У нас должно быть все общее. Никаких секретов друг от друга. Вот я – вся на виду, как открытая книга! Хочешь – читай мои СМСки! – широким жестом предлагаю я. – Хочешь – загляни в ящики с бельем! Мне нечего скрывать! Ну давай, проверь!
– Бекки, поздно уже. – Люк потирает щеки. – Может, завтра?
Я сверлю его негодующим взглядом. То есть как это – завтра? Мы же не в «Монополию» играем, у нас важный разговор о состоянии нашего брака.
– Нет, ты посмотри!
– Ладно. – Люк вскидывает руки жестом капитуляции и бредет к моему комоду.
– У меня от тебя нет ни единого секрета! Можешь хоть все шкафы обыскать, всюду заглянуть… – Внезапно я чуть не ахаю.
Влипла. В верхнем левом ящике комода – «Набор для определения пола будущего ребенка».
– Э-э… всюду, кроме одного ящика, – поспешно уточняю я. – Верхний левый не трогай.
Люк останавливается:
– Запрещаешь?
– Нет. Но там… сюрприз. И в пакете из «Харродз» тоже, который на стуле, – спохватываюсь я. Не дай бог Люку попадется на глаза счет за новый ультрасовременный увлажнитель воздуха. Меня саму чуть удар не хватил при виде цены.
– Больше нигде сюрпризов нет? – спрашивает Люк.
– Ну-у… разве что парочка в шкафу. Заранее купила тебе подарки на день рождения, – вызывающе добавляю я.
В спальне тихо. Понятия не имею, о чем думает сейчас Люк. Когда он оборачивается, лицо у него какое-то чудное.
– Значит, мы абсолютно откровенны друг с другом, в нашем браке нет никаких секретов, разве что в ящике комода, пакете из «Харродз» и в шкафу?
Похоже, теряю я и преимущество высокой нравственности, и твердые позиции.
– Смысл вот в чем, – втолковываю я, – понимаешь, я не болтаюсь по ночам черт знает с кем и не занимаюсь неизвестно чем!
Боже, вот теперь я вылитая мегера из «Жителей Ист-Энда».
– Бекки… – Люк вздыхает и присаживается на кровать. – Венеция – не «черт знает кто». Для меня она – клиент и друг. Она хочет подружиться и с тобой.
Я отворачиваюсь, собирая веером складки покрывала.
– Тебя не поймешь. Ты же сама захотела наблюдаться у Венеции!
– Да, но…
Не могу же я ляпнуть: «В то время я еще не знала, что она уводит чужих мужей!»
– Еще несколько недель – и она поможет появиться на свет нашему ребенку. Ты обязательно должна познакомиться с ней поближе. Чтобы не стесняться.
А я не желаю рожать в ее присутствии!
– Кстати, о ребенке… – Люк встает и направляется в ванную. – Венеция просила нас завтра прийти на прием. Она давно не видела тебя и уже волнуется. Я пообещал, что мы к ней заглянем. Хорошо?
– Замечательно, – угрюмо бурчу я и с тяжким вздохом валюсь на подушки.
В голове путаются мысли. А если я и вправду совсем сдвинулась на почве паранойи? А вдруг Люк ее ни капельки не интересует?
А еще она, по сути дела, лучший в мире акушер-гинеколог. Ладно уж. Как-нибудь пересилю себя и посмотрю, подружимся мы или нет.
В пятницу возле «Центра холистических родов» опять толпятся папарацци, и я сразу понимаю почему. «Девушка Бонда» и новое «лицо» «Ланкома» позируют вместе на крыльце – обе в клевых брючках на бедрах и топиках, будто нарочно обтягивающих аккуратные животики.
«Притормози, Бекки!» – окликает меня Люк, а я спешу присоединиться к ним. Но обе знаменитости скрываются за дверью раньше, чем я успеваю добежать до крыльца. На ступеньках я в надежде медлю, но объективы на меня так никто и не направляет. Фотографы разбредаются, и, по-моему, это оскорбительно. Могли бы для приличия и щелкнуть разок.
В приемной «девушка Бонда» опять опережает меня. Я слышу, как администратор спрашивает у нее:
– Вы уже получили приглашение на чаепитие в «Савое»? Прислать за вами машину?
– Нет, спасибо, – «Девушка Бонда» кивает ланкомовской модели: – Мы с Лулой приедем вместе.
У меня замирает сердце. Чаепитие в «Савое»? Мне приглашение не присылали! Может, его прямо сейчас и отдадут. Я с выжидательной улыбкой смотрю на девушку-администратора и уже тянусь за ежедневником, чтобы записать дату, но никаких приглашений мне не достается.
– Присаживайтесь, миссис Брэндон, – улыбается она. – Венеция скоро вас примет.
– М-м… и это все? – Я мнусь возле стойки. – Больше… ничего?
– Если вы принесли мочу на анализ, больше от вас ничего не понадобится, – улыбается администратор.
Но я совсем не о том спрашивала! Помедлив еще несколько секунд на всякий случай, отхожу к креслам и сажусь, стараясь не выдать разочарования. Меня не пригласили. Все знаменитости будут пить чай, сплетничать о беременности и рассказывать, где купили дизайнерские обновки, а я – сидеть дома одна-одинешенька.
Люк озадаченно смотрит на меня.
– Бекки, что с тобой?
– Ничего, – у меня вдруг начинает дрожать нижняя губа. – Только… она не пригласила меня на чай. Они поедут в «Савой»… все вместе… и без меня…
– Бекки, еще неизвестно, состоится это чаепитие или нет. Я уверен, то есть я хотел сказать… – Люк осекается, не найдя слов. – Слушай, даже если тебя не пригласили, разве это так важно? К врачу ходят не ради чая.
Я открываю рот, но тут звенит мелодичный голос:
– Бекки! Люк!
О боже. Это она.
Венецию я не видела уже несколько недель. Честно говоря, в голове у меня она успела здорово измениться: стала выше ростом, с длинными ведьминскими космами, горящими зелеными глазами и… с клыками. А оказывается, она по-прежнему тоненькая, симпатичная, в стильной черной водолазке.
– Как я рада вас видеть! – Она целует меня и улыбается, будто лучшей подруге. – Прости, Бекки, мне так стыдно, что я пренебрегла своими обязанностями. – При этих словах Венеция переглядывается с Люком, точно ведет с ним тайный разговор.
Или меня одолела паранойя?
– Ну, проходите! – Она пропускает нас в кабинет, все мы рассаживаемся. – Итак, Бекки, как ты себя чувствуешь?
– Спасибо, прекрасно.
– Толчки регулярные? – Венеция открывает папку.
– Да, все время ощущаю. – Прижимаю ладонь к животу, а его обитатель, как нарочно, опять уснул.
– Дай-ка мне посмотреть.
Я иду укладываться на кушетку, а Венеция тем временем моет руки.
– Я тут слышал краем уха про какой-то чай, Вен, – легко и непринужденно начинает Люк. – Отличный рекламный ход!
Я изумленно смотрю на него, а он подмигивает.
Обожаю Люка! Временами.
– А-а, это, – отзывается Венеция. – Верно. Чай для пациенток, которым рожать раньше, чем тебе, Бекки. Но ты уже включена в список приглашенных на следующее чаепитие!
Врет и не краснеет. Не было меня в списке, это же ясно.
Пока она ощупывает мой живот, я никак не могу расслабиться. Не отрываясь смотрю на ее руки: тонкие, белые, на среднем пальце правой руки – массивное «кольцо вечности» с бриллиантиками. Интересно, чей это подарок.
– Ребенок достаточно крупный. Пока предлежание тазовое – это значит, что его головка вот тут, у тебя под ребрами. – Венеция сосредоточенно хмурится, прощупывая ребенка. – Если он не перевернется, о родах придется поговорить отдельно, но пока еще рано судить. – Она заглядывает в мою карточку: – Срок всего тридцать две недели. Малыш еще десять раз успеет перевернуться. А теперь послушаем сердцебиение…
Она берется за допплеровский прибор, размазывает по моему животу гель и прикладывает зонд. Мгновение – и по комнате разносится глухой стук.
– Прекрасный сильный пульс.
Венеция кивает мне, а я – ей, хотя лежа неудобно. Несколько минут мы втроем слушаем размеренный ритм сердца. Удивительно. Все мы зачарованы этим звуком, а малыш и не подозревает, что мы его слышим.
– Твой ребенок. – Венеция смотрит на Люка. – Не верится, да? – Она протягивает руку и поправляет ему галстук, а меня передергивает от досады: как она смеет? Это же наша особая минута. Каждый знает: галстук должна поправлять жена.
– Знаешь, Венеция, – вежливо говорю я, пока она отключает прибор, – мне очень жаль, что ты рассталась с любимым. Сочувствую.
– Да, – Венеция разводит руками, – так уж вышло. – И она мило улыбается. – А вообще как себя чувствуешь? Ничего не болит? Изжога бывает? Геморрой не мучает?
Ужас! Она нарочно перечислила все самое противное.
– Нет, – решительно заявляю я. – У меня все прекрасно.
– Тебе везет. – Венеция жестом предлагает мне сесть. – Ближе к концу беременности нагрузка на организм заметно возрастет. Появятся угри, варикозные вены, половая жизнь станет затруднительной, если вообще возможной…
Ох. Мерзкая корова.
– Ну, с этим у нас никаких проблем. – Я беру Люка за руку и пожимаю ее. – Правда, милый?
Так ведь до родов еще далеко, – ничуть не смутившись, улыбается Венеция. – У многих моих пациенток после родов надолго пропадает либидо. Увы, некоторые мужчины находят изменившиеся формы супруги непривлекательными…
Непривлекательными? Она правда назвала меня уродиной или мне послышалось?
Венеция обматывает мне руку муфтой тонометра, смотрит на шкалу и качает головой:
– Давление опять подскочило, Бекки!
Кто бы сомневался, черт возьми! Я выразительно поглядываю на Люка, а он будто ничего не замечает.
– Дорогая, обязательно скажи про боль в ноге, – говорит он. – Помнишь, ты недавно жаловалась?
– Боль в ноге? – настораживается Венеция.
– Пустяки, – отмахиваюсь я. – Кольнуло просто.
На прошлой неделе я ходила на работу в новеньких босоножках от Маноло, с каблуком высотой сантиметров двенадцать. Зря, наверное: домой я едва доползла, а Люку потом пришлось массировать мне икру.
– Все равно надо выяснить, в чем дело. – Люк жмет мне руку. – Осторожность не повредит.
– Разумеется! – Венеция отталкивает кресло и встает. – Посмотрим ногу, хорошо, Бекки? Перейди еще раз на кушетку.
Ох, не нравится мне этот хищный блеск в ее глазах. Я нехотя стаскиваю чулки с лайкрой и ложусь.
– Так, так… – Венеция берет меня за ногу, придирчиво осматривает ее, потом начинает мять. – Похоже, вот тут начинается варикоз вены!
Я в ужасе смотрю на свою гладкую кожу. Врет она все. Никаким варикозом тут и не пахнет.
– Ничего не вижу, – притворяясь спокойной, говорю я.
– Просто не замечаешь, а я умею выявлять варикоз на самых ранних стадиях. – Венеция треплет меня по плечу: – Вот что я тебе советую, Бекки: начинай-ка носить антиварикозные компрессионные чулки. – Она берет со стола пакет и вытаскивает из него пару каких-то длинных белых носков в мелкую сеточку: – Примерь.
– Ни за что! – отшатываюсь я в страхе. До этих страшилищ дотронуться противно, не то что надеть. Никогда не видела большей гадости.
– Бекки, милая, – вмешивается Люк, – если Венеция советует носить их…
– Да нет у меня никакого варикоза! – выкрикиваю я. – Люк, это же от туфель! Ты что, забыл?
– Вот оно что, – подхватывает Венеция, – может, ты и права. Посмотрим, в чем ты ходишь…
Оглядев мои новенькие танкетки, она грустно качает головой:
– На поздних стадиях беременности такая обувь недопустима. – Порывшись в нижнем ящике шкафа, она вытаскивает пару кошмарных коричневых шлепанцев из резины. – Это ортопедическая модель. Как они тебе?
Я в смятении смотрю на жуткую обувку.
– Вместо варикозных чулок?
– Нет, что ты, – улыбается она. – Носить надо и то и другое. На всякий пожарный.
Стерва. Ох и стерва.
– Примерь их, милая, – ободряюще кивает Люк. – Венеция просто заботится о твоем здоровье.
«К чертям такую заботу! – хочется заорать мне. – Ты что, не видишь, к чему она клонит?»
Но я не могу. Выхода у меня нет. Оба выжидательно смотрят на меня. Пытка неминуема.
Медленно, чтобы не вырвало, натягиваю первый антиварикозный чулок, затем второй.
– Подтяни повыше, – командует Венеция, – до самых бедер.
Влезаю в резиновые страшилища, а мои уютные танкеточки хочу положить в большущую сумку от Марка Джейкобса – бледно-желтую, самый писк моды.
– Это твоя сумка? – В круглых, как бусины, глазах Венеции снова появляется блеск, а меня сковывает ужас. Нет, не надо. Умоляю, только не сумку! – Для беременной она слишком тяжелая, – заявляет Венеция, отбирает у меня сумку и взвешивает ее в руке, озабоченно хмурясь. – Ты знаешь, что это лишняя нагрузка для позвоночника? Кстати, я целый год работала вместе с физиотерапевтом, – продолжает она, обращаясь к Люку, – видел бы ты, как калечат людей эти баулы!
– Вместительные сумки сейчас на пике моды, – решительно заявляю я.
– Ох уж эта мода! – заливается серебристым смехом Венеция. – Мода вредит твоему здоровью, Бекки. Возьми лучше другую – сумку, из запасов моего физиотерапевта. – Она открывает дверцу шкафа и достает поясную сумку из какой-то дерюги цвета хаки. – Гораздо эргономичнее для позвоночника! Для надежности можно даже прикрыть ее рубашкой…
– Здорово! – восклицает Люк, забирает у Венеции моего желтого Марка Джейкобса и ставит на пол, подальше от меня. – Это так мило с твоей стороны, Венеция.
Мило? Да он совсем не въезжает! Ни чуточки.
– Не стесняйся, Бекки. – Венеция похожа на кошку: поймала мышку, мучает ее и злорадствует. – Посмотрим, подойдет ли она тебе.
Трясущимися руками я перехватываю живот поясом сумки, застегиваю пряжку и сверху прикрываю сумку рубашкой. А потом поворачиваюсь и смотрю на свое отражение в большом зеркале на двери.
И чуть не плачу. Это не я, а карикатура: ноги в белой сетке, как раздутые стволы деревьев, ступни в старушечьих шлепанцах и целых два живота, один над другим.
– Прекрасно выглядишь, Бекки! – Венеция вскакивает со стула и легко потягивается, как на занятиях йогой, демонстрируя длинные гибкие руки. – Ах, Люк, как удачно прошло наше совещание! Ты так интересно рассказывал про эти ссылки на веб-страницы…
С несчастным видом, шаркая ногами, я плетусь к своему месту и жду, когда они закончат обсуждать бизнес Венеции. Но они увлеклись новым буклетом и спорят, можно ли улучшить его дизайн.
– О, прости, Бекки! – вдруг вспоминает обо мне Венеция. – Тебе, наверное, скучно. Осмотр закончен, так что тебе незачем ждать…
– Ты ведь, кажется, обедаешь со Сьюзи и Джесс? – напоминает Люк. – Может, прямо сейчас и поедешь? А нам с Венецией надо еще кое-что уточнить.
Я будто в землю врастаю. Не хочу оставлять Люка здесь с этой женщиной! Интуиция запрещает мне категорически. Но если я заикнусь об этом, Люк будет считать меня ревнивой и подозрительной и мы снова поссоримся…
– Ну ладно, – наконец бормочу я, – пойду.
– Только переложи в новую сумку все необходимое. – Венеция указывает на моего Марка Джейкобса и грозит мне пальцем. – И чтоб больше я тебя с ней не видела!
Так бы и пристрелила гадину. Но спорить бесполезно: Люк все равно с ней заодно. Молча выгребаю из сумки кошелек, телефон, ключи, косметику. Запихиваю все в уродище из дерюги и вжикаю молнией.
– Пока, милая, – Люк целует меня, – я позвоню позднее.
– Пока. Всего хорошего, Венеция. – Я не смею взглянуть ей в глаза. Выхожу из кабинета и тащусь к выходу.
У стойки администратора взволнованная блондинка с микроскопическим животиком щебечет: «Как мне повезло попасть к самой Венеции!»
Да уж, повезло, свирепо думаю я. Радуйся, пока она не выставит тебя полной идиоткой в присутствии твоего мужа.
У самой двери я вдруг вспоминаю, что утром, пока Люк был в душе, ему звонили и я ответила на звонок. И вовсе не потому, что я ревнивая и подозрительная, а просто…
Ладно, скажу уж, так и быть: я думала, что звонит Венеция. А оказалось, что это Джон из «Брэндон Коммьюникейшнс». На радостях я совсем забыла передать Люку, что он звонил. Надо сказать, пока не поздно.
Я иду обратно через приемную, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды блондинки и ее мужа. Погодите, вот выйду отсюда – и сразу же избавлюсь от чертовых чулок.
Женщина в голубой форме медсестры идет по коридору впереди меня и останавливается у кабинета-Венеции, стучит дважды и толкает дверь.
– Ох, простите! – доносится до меня ее голос. – Я не хотела вам мешать…
Кому мешать? Чему мешать?!
С бьющимся сердцем делаю несколько шагов и успеваю заглянуть в дверь, которую уже прикрывает сестра.
И вижу их. Сидят рядышком, негромко и весело болтают. Венеция по-хозяйски обнимает Люка за плечи. Пальцы другой руки переплетены с пальцами Люка. Вид у обоих довольный и безмятежный.
Как будто они пара.
Не знаю, как я добралась до ресторана, где назначила встречу Сьюзи и Джесс. Брела, должно быть, как зомби. Вспоминала сцену в кабинете – и боялась, что меня сейчас вырвет.
Они были вдвоем. Вдвоем.
– Бекки!
Каким-то чудом я протолкнулась в стеклянные двери и теперь стою посреди зала, а кругом болтают посетители и снуют официанты.
– Бекки, ты что? – Сьюзи спешит ко мне. Заметив мои белые ноги, ужасается: – Что это на тебе? Что стряслось? Бекки… ты говорить можешь?
– Я… Нет. Мне надо сесть. – Ковыляю вслед за ней в угол, где за столом уже ждет Джесс.
– Что случилось? – ахает Джесс, едва взглянув на меня. Вскакивает и помогает мне сесть. – С тобой что-нибудь? Или с ребенком?
– Я их видела..! – выговариваю я.
– Кого?
– Люка и Венецию. Вдвоем.
– Вдвоем? – Сьюзи зажимает рот ладонью. – И что они… делали?
– Сидели на столе и болтали. – Язык ворочается с трудом. – Она обнимала его за плечи. он держал ее за руку.
Поднимаю глаза и жду реакции. А Сьюзи и Джесс – продолжения.
– Они… целовались? – решается спросить Сьюзи.
– Нет, смеялись. Казались такими счастливыми. Мне… просто пришлось убраться оттуда.
Джесс и Сьюзи переглядываются, а я жадно пью воду.
– И поэтому ты… надела белые чулки? – осторожно спрашивает Сьюзи.
– Конечно, нет, что ты! – Я со стуком ставлю стакан, меня снова захлестывает унижение. – Венеция заставила! Отняла туфли и сумочку, а потом велела напялить эти страшилища, чтобы опозорить перед Люком!
Сьюзи ахает.
– Вот корова!
– А я теперь их снять не могу! – Я чуть не плачу. – Так и придется ходить!
– Погоди, сейчас помогу. – Сьюзи отставляет стакан и тянется к чулку. Джесс наблюдает, сведя брови.
– Бекки, а они точно не приносят никакой пользы?
– Ни малейшей! Она просто издевалась надо мной! Сказала, что мода вредит здоровью!
На Джесс это не действует.
– Но мода и правда ему вредит.
– Неправда, неправда! – взрываюсь я. – Мода полезна! Благодаря ей становишься такой стройной, не сутулишься, чтобы пиджак лучше сидел, следишь за собой, чтобы не опуститься и не впасть в депрессию… – перечисляю я и загибаю пальцы. – Л высокие каблуки – лучший тренажер для икроножных мышц!
– Бекки, выпей вина, – примирительно предлагает Сьюзи и придвигает свой бокал. – Один глоток ребенку не повредит. А ты, может, успокоишься.
– Ладно, спасибо. – Я благодарно отпиваю вина.
– Мой акушер советовал мне выпивать по бокалу каждый вечер, – говорит Сьюзи. – Он француз.
Делаю еще глоток, и судорожное сердцебиение понемногу утихает. Надо было ехать рожать во Францию. Или куда угодно, лишь бы подальше от Венеции Картер. Может, плюнуть на всю эту возню с больницами и все-таки родить в магазине? По крайней мере, там мне никто не будет действовать на нервы. И бесплатная одежда обеспечена.
Ставлю бокал и горестно смотрю то на Сьюзи, то на Джесс.
– Не знаю, что мне делать. Говорить с Люком я уже пробовала. Он твердит, что я все выдумываю и что они просто дружат. Но друзья такими счастливыми не выглядят!
– А как именно он ее держал за руку? – Сьюзи сосредоточенно хмурится. – Может, по-дружески? Венеция охотно прикасается к окружающим?
Я задумываюсь. Вспоминаю, как она трепала меня по плечу, проводила ладонью по руке. И нехотя соглашаюсь:
– Вообще-то да.
– Может, в этом и дело! Наверное, у нее просто такая привычка.
– А другие доказательства у тебя есть? – вмешивается Джесс.
– Пока нет. – Я тереблю обертку от хлебной палочки, гадая, сказать им или нет. – Недавно я следила за ним.
– Что, что? – ахает Сьюзи. – А он тебя видел?
– Видел. Я притворилась, будто брожу по магазинам.
– Бекки… – Сьюзи запускает пальцы в волосы. – А если ты все-таки ошиблась? Пусть они держались за руки, но это еще не преступление. Нельзя из-за этого рушить доверие между тобой и Люком.
– Так что же мне делать? Что?
– Ничего, – решительно заявляет Сьюзи. – Бекки, я точно знаю: Люк тебя любит. Он не сделал бы ничего предосудительного, понимаешь? Вот если бы он врал тебе… Или если бы ты застала их целующимися…
– Верно, – живо кивает Джесс. – По-моему, ты все не так поняла, Бекки.
– Но… – Я умолкаю, навивая обертку на палец.
Не знаю, как это объяснить, но у меня скверное предчувствие. Звонки и даже ужины тут ни при чем. Дело не в том, что сейчас они вместе, а в этой Венеции. У нее глаза хищницы.
Но этого не объяснишь: Сьюзи и Джесс решат, что мне почудилось.
– Ладно, – наконец говорю я, – не буду я ничего предпринимать.
– Тогда сделаем заказ. – И Сьюзи протягивает мне меню.
– Здесь есть еще комплексное меню. – Джесс кладет поверх папки лист с отпечатанными строчками. – Оно экономнее, если взять только по два блюда и не выбирать всякие деликатесы вроде трюфелей.
Я чуть было не возражаю, что если трюфели – мое любимое блюдо, то какая разница, сколько они стоят? Но если честно, я с ней согласна. Никогда не понимала, в чем прелесть дорогущих трюфелей.
Боже. Не хватало еще во всем соглашаться с Джесс!
– Может, заодно посоветуешь мне, как не уступать Пулу? – спрашивает Сьюзи, передавая мне корзинку с хлебом.
– Ох, что у тебя случилось? – Я сразу воспрянула духом.
– Ее пригласили в телепередачу, – с отвращением объясняет Сьюзи, – а сценаристы придумали, чтобы по ходу дела она навещала нерадивых матерей и учила их готовить полезную пищу. И Лулу предложила мне роль первой нерадивой матери.
– Не может быть!
– И уже сообщила мою фамилию работникам телестудии! – Голос Сьюзи звенит от возмущения. – Представляешь, они звонили мне и спрашивали, правда ли, что я кормлю детей только консервами и что никто из них не умеет говорить!
– Какая наглость! – Я намазываю булочку маслом. Принимать близко к сердцу чужие проблемы – лучшее средство от собственных.
Втроем мы замечательно перекусили, у меня заметно поднялось настроение. Мы дружно согласились, что Лулу настоящая гадина (правда, Джесс с ней не знакома, но я подробно описала ее). Потом Джесс рассказала о своих трудностях. Она сообщила Тому о поездке в Чили, и они рассорились.
– Сначала он думал, что я шучу, – Джесс рассеянно крошит булочку, – потом – что я проверяю его чувства. И сделал мне предложение.
– Предложение? – восторженно восклицаю я.
– Но я, конечно, велела ему не глупить, – продолжает Джесс. – А теперь… мы не разговариваем. Такие дела. – Голос звучит деловито, а глаза грустные. Она залпом выпивает чуть ли не полбокала, что на Джесс совсем не похоже.
Мы со Сьюзи переглядываемся, она тревожно хмурится.
– Джесс, а ты уверена насчет Чили? – осторожно спрашиваю я.
– Да. Обязательно поеду. Я должна. Второго такого шанса мне не представится.
– А Том может тебя навещать, если захочет, – подхватывает Сьюзи.
– Вот именно. Если бы только он перестал слушать свою мать! – Джесс раздраженно качает головой. – Дженис истеричка. Шлет мне целые страницы распечатанной из Интернета белиберды, твердит, что в Чили опасно, что там нестабильная политическая ситуация, эпидемии и противопехотные мины.
– Что, правда? – пугаюсь я.
Конечно, нет! Бред какой-то. – Джесс отпивает вина. – Ну может, мины кое-где и попадаются. Да еще зафиксирована небольшая вспышка холеры. Мины? Холера?
– Джесс, ты уж там поосторожнее, – умоляю я, взяв ее за руку. – Чтобы с тобой ничего не случилось.
– Да, побереги себя, – вторит Сьюзи.
– Обязательно. – У Джесс даже шея розовеет. – Со мной все будет хорошо. Спасибо. Словом… – Джесс умолкает, отдергивает руку и ждет, когда отойдет официант, который принес нам кофе. – Бекки, мне нравится твоя заколка.
Она явно хочет сменить тему.
– Спасибо. – Я любовно поглаживаю заколку. – Прелесть, правда? От Миу Миу. Она вошла в портфель средств трастового фонда для малыша.
Тишина. Джесс и Сьюзи смотрят на меня во все глаза.
– Бекки, как же может заколка войти в портфель трастового фонда, пусть даже заколка от Миу Миу? – нерешительно спрашивает Сьюзи.
– Это же Потенциальный Антиквариат! – с победной улыбкой провозглашаю я.
– А что это такое? – Сьюзи озадачена.
Ха! Видите? Я опередила время!
– Это потрясающая новая тактика инвестирования, – разъясняю я. – Простая как апельсин! Покупаешь что-нибудь, сохраняешь упаковку, а через пятьдесят лет продаешь на аукционе за бешеные деньги!
– Ясно, – говорит Сьюзи с сомнением. – а что еще ты купила?
– М-м… – Я задумываюсь. – Несколько вещей от Миу Миу. Еще фигурки Гарри Поттера, коллекционных Барби-принцесс, отпадный браслет из «Топ-шопа»…
– Бекки, браслет из «Топ-шопа» – это не инвестиция, – говорит ошарашенная Джесс.
Ничего до нее не дошло.
– Сейчас – может быть, – терпеливо объясняю я. – Но со временем будет. Вот увидите, его еще покажут в «Погоне за антиквариатом»!
– Бекки, а чем плох обычный банк? – допытывается Сьюзи.
– Не буду я вкладывать деньги ребенка в какой-то паршивый банк, как делают все! – возмущаюсь я. – Ты забыла, что я эксперт по финансовым вопросам? Это моя работа.
– Теперь уже нет.
– Это все равно что езда на велосипеде, – важно говорю я. Правда, кататься на велосипеде я не умею, но об этом молчок.
– И что все это значит? – спрашивает Джесс. – Ты уже потратила все деньги, какие у тебя были?
– О, у меня еще целая куча осталась! – Я отхлебываю кофе и вдруг замечаю неподалеку от нас на стене картину в абстрактном стиле. Просто большой синий квадрат масляной краски на холсте и этикетка с ценой – 195 фунтов. – Вы только посмотрите! – указываю я на картину. – Как думаете, может, мне…
– Нет! – хором кричат Джесс и Сьюзи. Ну как это называется? Я ведь даже договорить не успела.


Когда я возвращаюсь домой вечером, в квартире пусто и темно. Люка нет. Он с ней.
Нет. Не может быть. Прекрати. Делаю себе бутерброд, сбрасываю туфли и сворачиваюсь калачиком на диване, прихватив пульт от, телевизора. Пока я скачу по каналам в поисках «Родильных историй», на которые подсела (только в самые страшные моменты жмурюсь), звонит телефон.
– Привет, – торопливо говорит Люк. – Бекки, совсем забыл сказать: я на вручении Финансовой премии. Буду поздно.
– Ясно. – Теперь и я вспомнила про премию. Люк даже меня звал с собой, но мне не захотелось целый вечер торчать среди нудных старых управляющих фондами. – Хорошо. Тогда до встречи. Люк…
Я умолкаю, сердце гулко бухает. Не знаю, что я хотела сказать и как.
– Я спешу. – Люк даже не заметил мою напряженную паузу. – До встречи.
– Люк… – снова начинаю я, но он уже отключился.
Некоторое время смотрю в пустоту и представляю себе идеальный разговор: Люк спрашивает, что случилось, я говорю «ничего», а он не верит – неправда, говорит, я же чувствую. В конце концов он уверяет, что любит меня, что Венеция страшная уродина, и спрашивает, не слетать ли нам завтра в Париж.
Из телевизора несутся бравурные звуки, я вздрагиваю и смотрю на экран. Наверное, машинально щелкала кнопками и набрела на какой-то никому не известный деловой канал. Пытаюсь вспомнить номер канала «Жизнь», но тут мой взгляд притягивает тучный дядька в смокинге. А ведь я его знаю – это Алан Проктор из «Форленд Инвестментс». Рядом с ним сидит Джилл из «Управления активами». С какой радости они в телевизоре?
Смотрю и глазам не верю. Церемонию вручения Финансовой премии показывают в прямом эфире! По какому-то кабельному каналу, который все равно никто не смотрит, но все-таки! А вдруг я и Люка увижу!
– …Ведем прямую трансляцию из Гросвенор-Хауса, с церемонии вручения Финансовой премии, – говорит ведущий. – Место проведения церемонии изменилось с прошлого года, так как увеличилось количество…
Решаю развлечься и набираю номер Люка. Камера тем временем показывает панораму бального зала, а я жадно вглядываюсь в экран, где люди в смокингах сидят за столами. Вон потягивает вино Филип, мой давний редактор из «Удачных сбережений». И девушка из «Ллойда», которая вечно ходит на пресс-конференции в одном и том же зеленом костюме…
– Бекки, алло, – вдруг слышится в трубке голос Люка. – Все в порядке?
– Просто хотела узнать, как там дела на церемонии.
Я все жду, когда по телевизору покажут Люка. Чтобы сказать: «А я тебя вижу!»


– Да тут все по-старому, – помедлив, говорит Люк. – Тесный зал в «Дорчестере»… Жуткая толкучка.
В «Дорчестере»?
Я изумленно смотрю на телефон. Меня вдруг бросает в жар, а потом начинает бить озноб. Крепко прижимаю трубку к уху, но шума и голосов в ней не слышно. Или Люк сейчас не в зале?
Он врет.
– Бекки, ты меня слышишь?
– Я… э-э… да. – От потрясения у меня кружится голова. – Ты с кем рядом сидишь?
– Рядом с… Мел. Ну, пора закругляться, милая.
– Ладно, – тупо бормочу я. – Пока.
Камера как раз наехала на Мел. Она сидит между двумя толстяками в костюмах. За столиком ни одного пустого места.
Люк обманул меня. Он где-то в другом месте. С кем-то.
Огни и шум церемонии действуют мне на нервы, я жму на кнопку и выключаю телевизор. Сначала просто сижу, уставившись в почерневший экран, а потом как в тумане тянусь к телефону и неожиданно набираю мамин номер. Мне обязательно надо с кем-нибудь поговорить.
– Алло!
От знакомого и надежного маминого голоса я чуть не разрыдалась.
– Мам, это я.
– Бекки! Как ты, детка? Как малыш? Толкается?
– С ним все в порядке. – Я машинально прикладываю ладонь к животу. – У меня тут… сложности.
– Какие? – тревожится мама. – Неужели опять эти проходимцы из «Мастеркард»?..
– Нет-нет! Это… личное.
– Личное?
– Да. В общем… – Прикусываю губу и уже начинаю жалеть, что позвонила. Все равно ничего не смогу ей объяснить. Да и расстраивать не хочу. Тем более что она же меня предупреждала.
Может, спросить у нее совета, но всей правды не рассказывать? Пишут же люди в газету о проблемах якобы своих друзей, а на самом деле это их самих застукали в купальнике жены.
– Тут у меня… одна знакомая по работе, – сбивчиво говорю я. – Кажется, она собирается… перейти в другой отдел. Она уже договорилась с тамошним начальством тайком от меня, ходит с ним обедать, а я только что узнала, что она мне врала… – По моей щеке стекает слеза. – Можешь мне что-нибудь посоветовать?
– А как же! – бодро отзывается мама. – Детка, это ведь просто сослуживица. Они приходят и уходят. Через пару недель ты ее забудешь и заведешь новых друзей.
– Ясно, – бормочу я.
Честно говоря, толку от таких советов – ноль.
– Скажи лучше, ты уже купила контейнер для памперсов? – продолжает мама. – Я тут видела в «Джоне Льюисе»…
– Понимаешь, мама… – я предпринимаю еще одну попытку. – Эта сотрудница мне очень нравится. А я даже не знаю точно, встречалась она с другими тайком от меня или…
– Дорогая, ты о ком говоришь? – волнуется мама. – Я ее знаю?
– Просто… знакомая, с которой мне нравится общаться. Нам весело, у нас… совместный проект… и вообще нам все удавалось. Я думала, мы счастливы вместе… – В горле встает гигантский ком. – Подумать страшно, что я ее потеряю.
– Да никуда она не денется! – смеется мама. – Ну перейдет в другой отдел, и что такого? Все равно можно иногда вместе пить кофе…
– Иногда? – переспрашиваю я с досадой. – Что же в этом хорошего?
Слезы так и заструились, стоило мне представить, как мы с Люком встречаемся в кафе и неловко пьем кофе, а Венеция нетерпеливо барабанит когтями по столу.
– Бекки! – Мама встревожена. – Милая, что с тобой?
– Ничего. – Я шмыгаю носом и утираю глаза. – Просто… расстроилась немного.
– Эта девушка так много значит для тебя? – Мама явно озадачена. Слышу, как папа допытывается: «Что там стряслось?» В трубке шуршит – это мама оборачивается к нему. – Бекки звонит, – шепчет она. – Кажется, у нее гормоны. Бедненькая…
Ну вот опять. При чем тут гормоны? У моего мужа роман на стороне.
– Бекки, послушай, ты говорила об этом с подругой? Спрашивала ее напрямик, собирается она перейти в другой отдел или нет? Ты уверена, что не ошиблась в выводах?
Пытаюсь представить, как устраиваю Люку допрос сегодня же, когда он вернется. А если он разозлится и примется уверять, что был на церемонии награждения? Или, еще хуже, скажет, что любит Венецию и уходит от меня к ней?
Обе перспективы никуда не годятся, даже думать о них тошно.
– Трудное дело, – наконец говорю я.
– Ах, Бекки, ведь ты всегда предпочитала делать вид, будто проблем не существует, так?
– Ага. – Я тупо вожу ногой по ковру. – Точно.
– Но ты уже взрослая, детка, – мягко продолжает мама. – Пора учиться распознавать проблемы и решать их. Ты сама знаешь, как тебе поступить.
– Правильно. – Я глубоко вздыхаю и чувствую, как меня покидает напряжение. – Спасибо, мама.
– Береги себя, дорогая. Не изводись понапрасну. Папа передает тебе огромный привет.
– До встречи, мама. Пока. И спасибо тебе.
В приливе решимости я отключаю телефон.
Я только что убедилась: матери и вправду лучше знают, что нужно их детям. Благодаря маме я впервые отчетливо увидела картину в целом. И поняла, как должна поступить. Нанять частного детектива.
Оксфорд
Оксфордский университет
Кафедра классических языков
Миссис Р. Брэндон
Квартал Мейда-Вейл, 37
Мейда-Вейл Лондон
3 ноября 2003 г.


Уважаемая миссис Брэндон,
Благодарю Вас за телефонный звонок, содержание которого моя секретарь передала мне с максимально возможной достоверностью.
Искренне сочувствую, если у Вашего мужа действительно, как Вы выразились, «роман на латыни». Прекрасно понимаю Ваши чувства и охотно переведу любые текстовые сообщения, которые Вы мне пришлете. Надеюсь, это Вам поможет.
С уважением,
Эдмунд Фортескью,
преподаватель классических языков.
P. S. Кстати, если любовников называют «латинскими», это еще не значит, что они общаются на латыни. Очень надеюсь, что это хотя бы отчасти успокоит Вас.
«Денни и Джордж»
Лондон, Ковент-Гарден, Флорал-стрит, 44
Миссис Р. Брэндон
Квартал Мейда-Вейл, 37
Мейда-Вейл
Лондон
4 ноября 2003 г.


Уважаемая Ребекка,
Благодарим Вас за письмо и приносим сожаления по поводу Вашего разлада с акушером-гинекологом.
Мы приятно удивлены тем, что с нашим магазином у Вас связано так много радостных воспоминаний, что Вы даже считаете его «идеальным местом для рождения малыша». К нашему глубокому огорчению, мы не в состоянии временно превратить наш магазин в родильную палату даже для самой давней и преданной покупательницы.
Мы оценили Ваше предложение назвать ребенка Денни Джорджем Брэндоном, но, боюсь, на наше решение оно не повлияет.
Удачных Вам родов.
С наилучшими пожеланиями,
Франческа Гудмен
директор магазина.
КОРОЛЕВСКИЕ АВИАЛИНИИ Главный офис, Престон-Хаус
Лондон, Кинсуэй, 354
Миссис Р. Брэндон
Квартал Мейда-Вейл, 37
Мейда-Вейл Лондон
4 ноября 2003 г.


Уважаемая миссис Брэндон,
Благодарим Вас за письмо.
Очевидно, Вас ввели в заблуждение. Если Вы родите во время полета рейсом «Королевских авиалиний», Ваш ребенок вовсе не будет иметь «пожизненное право на бесплатные перелеты эконом-классом». В равной степени это касается и Вас, «как сопровождающее лицо».
Наши бортпроводницы не имеют опыта родовспоможения и отнюдь не «помогли появиться на свет сотням ребятишек». Замечу, что политика компании запрещает нам брать на борт пассажирок, срок беременности которых превышает 26 недель.
Надеюсь, Вы и впредь будете летать самолетами «Королевских авиалиний».
С уважением,
Маргарет Макнэр,
менеджер службы поддержки клиентов.
КЕННЕТ ПРЕНДЕРГАСТ
Финансовые консультации
Прендергаст де Витт Коннел
Лондон, Хай-Холборн, 394, Форвард-Хаус
Миссис Р. Брэндон
Квартал Мейда-Вейл, 37
Мейда-Вейл
Лондон
5 ноября 2003 г.


Уважаемая миссис Брэндон,
Благодарю Вас за письмо.
Меня встревожило известие о Вашем «новом гениальном плане». Настоятельно не рекомендую Вам вкладывать остатки средств из фонда ребенка в так называемый «Потенциальный Антиквариат». Возвращаю поляроидный снимок бикини из эксклюзивной коллекции «Топ-шопа», поскольку не могу дать совет насчет него. Подобные приобретения не относятся к числу «беспроигрышных вариантов»; вряд ли кому-нибудь удастся получить прибыль, «если он просто накупит побольше вещей».
Советую Вам обратить более пристальное внимание на традиционные объекты инвестиций – например, ценные бумаги и акции предприятий.
С уважением,
Кеннет Прендергаст,
консультант по семейному инвестированию.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Шопоголик и бэби - Кинселла Софи

Разделы:

***

1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.16.17.18.19.20.21.22.

Ваши комментарии
к роману Шопоголик и бэби - Кинселла Софи



Уважаемая писательница! Понимаю, что эта книга так похожа на конец истории Бекки...Но, пожалуйста, выпустите хоть ещё одну книгу!!! Я с ними почти сроднилась, они везде со мной, до сих пор перечитываю их в свободное время! Спасибо за замечательные позитивные эмоции, за ту радость, когда читаешь Ваши книги! Я ОЧЕНЬ надеюсь, что Вы подарите читателям ещё один неповторимый подарок! :-)
Шопоголик и бэби - Кинселла СофиЮлия
9.10.2014, 13.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100