Читать онлайн Северный дьявол, автора - Уайтсайд Диана, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Северный дьявол - Уайтсайд Диана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.92 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Северный дьявол - Уайтсайд Диана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Северный дьявол - Уайтсайд Диана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уайтсайд Диана

Северный дьявол

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Рейчел закрыла глаза и запрокинула голову, нежась на солнце, словно ящерица. В Огдене, к счастью, погода была солнечной, хотя очень ветреной и холодной. Но тут были ярко-зеленые деревья и горы, увенчанные снежными шапками. Здесь было много такого, чем можно наслаждаться, приходя в себя после очередного обладания Лукаса и готовясь к следующему.
Она улыбнулась кое-каким особенно сладким воспоминаниям и твердо приказала себе сохранять непроницаемое выражение лица, а потом устроилась на скамье в просторном здании железнодорожного вокзала Огдена.
«Императрицу» отцепили от поезда «Юнион Пасифик» и перетащили к ожидающему составу «Сентрал Пасифик». Операция сопровождалась множеством коротких частых гудков, звоном колокола и стуком колес.
Когда они приехали, Лукаса приветствовали рослые, крепкие работники «Донована и сыновей». Он познакомил с ними Рейчел, а потом усадил ее на скамью. Ее охраняли люди «Донована и сыновей» из Юты, а Лукас продолжал разговаривать с остальными.
Она чуть нахмурилась, внимательно наблюдая за мужем.
Выражение его лица было очень суровым. Неужели они сказали нечто такое, что его разгневало?
Но нет, Лукаса встревожило что-то еще до Огдена. Его старые друзья – Малыш, Лоуэлл и Митчелл – о чем-то жарко спорили с Лукасом.
Поразмыслив, Рейчел пришла к выводу, что ее вины здесь нет. Да, в Вайоминге они поссорились из-за того, что она пошла убирать в поезде для иммигрантов. Но оба больше не заговаривали об этом. Рейчел не раскаивалась в том, что в Вайоминге поступила так, как того требует христианское милосердие.
– Рейчел, пройди со мной, пожалуйста.
Лукас остановился перед ней.
Рейчел приставила ладонь козырьком к глазам и, щурясь, посмотрела на него.
– Мы приглашены на ленч к моему старому другу Тэйлору в помещении «Донована и сыновей».
Что-то в его голосе насторожило Рейчел. Его голос стал резче.
– Рейчел?
Она видела, что Лукас настроен решительно.
Почему, собственно, не пойти? Пообедать в обществе, а не в вагоне весьма приятно.
Она протянула ему руку. Он взял ее и помог ей встать. В следующую секунду ее пальцы лежали на его локте и были прикрыты другой его рукой.
На душе у Рейчел стало тревожно. Никого, из мужчин с ними не было. Лоуэлл и Митчелл повернулись к ним спиной и смотрели на «Императрицу».
– Ты давно знаком с управляющим станцией? – осторожно осведомилась она.
– Почти десять лет. Мы с Тэйлором вместе служили в армии. Я помог ему получить место в компании Донована.
Значит, это человек, который многим обязан Лукасу и который готов ответить ему тем же.
Конечно же, ей холодно только из-за ветра, срывающегося с заснеженных вершин!..
Как только они дошли до нужной улицы, Тэйлор вышел им навстречу. Обветренный, коренастый мужчина выглядел честным человеком.
Рейчел шла по тротуару между двумя мужчинами – и у нее в животе холодело быстрее, чем на зимних вершинах. Она пыталась уговорить себя, что ей вовсе не обязательно просчитывать пути бегства. Ведь Лукас поклялся защищать ее ценой своей жизни!
Большое помещение компании «Донован и сыновья» оказалось всего в нескольких кварталах. Оно было похоже на крепость из-за толстых каменных стен, узких окон и окованных железом дверей. Мимо них непрерывным потоком быстро двигались мужчины, повозки, лошади и мулы, нагруженные тюками и ящиками.
Лукас привлек ее к себе, подальше от громадной телеги, тяжело груженной бочками и запряженной восемью мулами.
Тэйлор повысил голос, чтобы быть услышанным по другую сторону двери:
– Я отнесу телеграммы в офис, чтобы их отправили.
Лукас кивнул в знак благодарности, не пытаясь перекричать шум, и повел Рейчел подлинному внутреннему коридору, идущему от большого внутреннего двора в глубину здания. Здесь от центрального квадрата отходил небольшой закуток: две его стороны составлял коридор, а еще две – конюшни для частных лошадей. Несколько коз лениво жевали сено. Через окна конюшни она могла разглядеть рабочие помещения «Сентрал Пасифик».
Охранник стоял там, где закуток открывался на центральный двор, – с этого места он мог следить за конюшнями и за главным складом, расположенным чуть дальше.
Это было хорошо защищенное, тихое место.
У нее вдруг учащенно забилось сердце.
Лукас открыл дверь в углу закутка и провел ее внутрь.
Это были небольшие жилые апартаменты. Здесь стояла кровать, комод, стол и кресло, а также висела вышивка со словами «Отче наш». С потолка свисала масляная лампа. Туалет и небольшая сидячая ванна находились в крохотной комнатушке рядом. Все сверкало чистотой.
Единственное окно выходило на загон для коз.
Помещение было вдвое меньше комнат на Уступе Коллинз.
– Что это за место, Лукас?
– Я хочу тебя здесь оставить, Рейчел, на время моего отсутствия. – Его аквамариновые глаза холодно блестели, словно высокогорные ледники. – Дорогая моя, прошу тебя, поживи здесь, пока я съезжу в Неваду. Ты для меня дороже жизни, и я поклялся тебя оберегать.
– А если я откажусь?
Он сжал зубы.
– Не упрямься!
Она всмотрелась в его лицо. Неужели перед ней тот мужчина, которому она доверяла. Неужели Лукас предал ее?
– Нет! Ты не можешь запереть меня здесь!
Складки у его губ стали глубже.
– Здесь ты будешь в безопасности. Коллинз не сможет тебя похитить. Тэйлор выставит охрану. Жена Тэйлора будет жить с тобой в конторе.
У Рейчел перехватило дыхание.
– Но… как же «Синяя птица»? Я же нужна тебе, чтобы говорить с Хамфрисом!
– Неужели ты серьезно считаешь, будто человек, который в течение года был в сговоре с Коллинзом, изменит свои планы, как только ты придешь к нему в контору? Я не могу взять тебя с собой туда, где Коллинз будет тебя разыскивать!
Рейчел содрогнулась и вскрикнула. Его логика была такой же непреклонной, как и его взгляд. Слезы подступили к ее глазам, но она яростно их сморгнула. Она медленно повернулась на месте, разглядывая тесное жилище. Ее юбка шуршала по полу.
– Как ты можешь требовать, чтобы я провела здесь хоть какое-то время? Я здесь умру, Лукас!
– Ты можешь выходить из дома при условии, что будешь оставаться на территории станции.
– Когда меня держал взаперти Коллинз, я хотя бы могла видеть океан и дальний горизонт! – возмущенно бросила она ему.
– Ты от него сбежала. Какой-нибудь негодяй мог бы похитить тебя, если бы узнал, где ты находишься. Я не хочу рисковать твоей жизнью.
Она схватила его за лацканы грубого пальто.
– Лукас, вся жизнь состоит из опасностей! Я готова рисковать.
Он отвел ее руки.
– А я не готов.
Боже правый, почему он не желает ее понять? Она отступила на шаг, наткнулась на кресло и снова повернулась к нему:
– Ведь ты сделал бы то же самое, если бы через год началась эпидемия холеры или кори, когда все уже закончилось и опасность со стороны Коллинза миновала?
Лукас замялся, но по выражению его лица был с ней согласен.
Ей хотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым.
– Лукас, если ты намерен прятать меня при приближении любой опасности, я не смогу свободно дышать. Я не могу так жить, ни одна женщина не смогла бы.
– Ты же знаешь, я делаю все, что в моих силах.
Она закусила губу. Сердце ее болезненно сжалось.
Лукас доказал, что он настоящий северный дьявол, но он не оправдал ее надежд.
– Лукас, если ты это сделаешь, я никогда больше не смогу тебе доверять.
– Знаю. Но твоя жизнь мне дороже, чем твое отношение ко мне.
Забыв о гордости, Рейчел упала на колени, Слезы затуманили ей глаза.
– Лукас, умоляю тебя…
Он издал короткий хриплый стон.
– Рейчел, просто постарайся понять и простить меня.
В следующую секунду он исчез – и дверь за ним громко захлопнулась.
Рейчел воззрилась на нее – этот звук пронзил ее, словно ее собственная мука.
Катулл сказал об этом удивительно верно:
Любовь и ненависть кипят в душе моей.Быть может: «Почему?» – ты спросишь. Я не знаю,Но силу этих двух страстейВ себе я чувствую и сердцем всем страдаю.
type="note" l:href="#n_1">[1]
Рейчел свернулась клубочком на полу и зарыдала. Она не знала, как долго плакала.
Когда слезы иссякли, Рейчел судорожно вздохнула и, подняв глаза, увидела свое отражение в зеркале. На нее смотрела сломленная женщина.
Она возмущенно посмотрела на собственное отражение. Черта с два.
– Черта с два! – произнесла она. И повторила: – Черта с два!
Лукас считает ее настолько беспомощной, что решил запереть в клетку, словно канарейку. Она докажет ему, что он ошибается. Сбежит отсюда и доберется до «Синей птицы», чтобы расстроить планы мерзких мошенников.
Прежде всего, надо забыть о том, что она «сломленная» женщина.
Рейчел обрадовалась, обнаружив в комоде несколько чистых носовых платков, высморкала нос, вымыла лицо. Никто к ней не заходил.
Она проверила свою наличность, наученная горьким опытом жизни на Уступе Коллинз. На столе стояли сандвичи и фрукты, их можно, было захватить с собой. Еще у нее осталось золото и драгоценные камни, зашитые в корсет, она так и не избавилась от привычки носить их с собой. Обменивать драгоценный камень на железнодорожный билет не очень ловко, но вполне реально.
Рейчел сложила еду в корзинку, в которой, видимо, ее принесли, разрезала стежки на корсете, где прятала один из небольших рубинов, бросила его в корзинку.
Что ж, пора бежать.
Рейчел на цыпочках прошла к двери. Постояв несколько минут и прислушавшись, приоткрыла дверь и выглянула.
Никого.
Видимо, им не пришло в голову, что она решится на побег. К ней даже не приставили охрану.
Рейчел выскользнула наружу, пробежала по коридору и осторожно выглянула из закутка. Охранник наблюдал за тем, как в центре двора разворачивают фургон, запряженный большим количеством мулов. Если она сбежит прямо сейчас, то у нее будет шанс добраться до конюшен незамеченной.
Рейчел прошептала молитву, подобрала подол, подхватила корзинку и не оглядываясь быстро пошла по коридору. Что может сделать охранник, если заметит ее, чего еще не сделал Лукас. Пристрелить? Рейчел сочла бы это милосердием.
Она вбежала в конюшню, двери которой выходили на служебные помещения «Сентрал Пасифик» и железнодорожный вокзал, и прислонилась к стене, обливаясь потом. Лошади, высунув морды из стойл, с любопытством ее разглядывали.
Рейчел прислушалась, сердце у нее бешено стучало.
Ей необходимо добраться до железнодорожного вокзала. Предупредить Уильяма Донована об опасности.
Она ни за что не будет жить с Лукасом Грейнджером.


Лукас ухватился за причудливо украшенную бронзовую полку для багажа и устремил взгляд в окно на равнодушные груды камней, называемые холмами. Если он очень постарается, то сможет убедить себя в том, что подсчитывает, сколько людей и какое вооружение понадобятся для нападения на «Синюю птицу». И возможно, в этом ему поможет суровая местность.
Видит Бог, Большое Соленое озеро – это достаточно неприятное зрелище. На его берегу скапливается столько высохшей соли, что она становится похожа на снежные заносы. Но даже недавние бураны не уменьшили содержания щелочи в воздухе, который раздирал людям легкие, – эти места получили название Великая американская пустыня.
Внутренний голос шептал ему, что, если бы Рейчел была здесь, он играл бы с ней в шахматы, или смеялся, или резвился в постели…
Он лягнул ни в чем не повинный стул, оказавшийся рядом, и резко повернулся. Он обменял ее любовь на ее безопасность и должен позаботиться о том, чтобы эту безопасность гарантировать.
Поезд со скрежетом затормозил у полустанка «Мыс», так что новая порция щелочи заклубилась над «Императрицей», прилетев с Большого Соленого озера, находившегося всего в нескольких сотнях футов.
Лукас спрыгнул на платформу, говоря себе, что делает это из-за сентиментальности. В конце концов, именно здесь встречались две железные дороги, соединяя континент. Щелочная пыль моментально обожгла ему легкие.
Как ни странно, поезд задержался на Мысу. Больше того, машинист перевел паровоз на выжидающий режим, так что двигатель шумел едва слышно. Кондуктор не стал давать никаких объяснений, сказав только, что это дело железной дороги. Говорили, что на поезд должен сесть какой-то гость компании, и теперь целый состав вынужден был дожидаться его приезда.
Лукас с наслаждением проклял всех предков эгоистичного и высокомерного незнакомца. Гораздо легче было думать о нем, а не о будущем без Рейчел или с холодной как лед Рейчел, сидящей за столом напротив него.
Наконец с востока подошел еще один локомотив, двигавшийся на большой скорости. Кондуктор стал поспешно загонять пассажиров в вагоны, тех немногих, кто не побоялся леденящего ветра, несущего жгучую пыль.
Лукас задержался на платформе, не сомневаясь в том, что успеет зайти в «Императрицу» за считанные секунды, как только удовлетворит свое любопытство. Он инстинктивно чувствовал, что это очень важно, хотя не мог бы сказать почему.
Их паровоз начал разводить пары, готовясь мчаться дальше.
Новый локомотив тормозил, возвестив о своем прибытии гудком и звоном колокола. Кондуктор помог высадиться стройной даме с каштановыми волосами и гордой осанкой королевы.
«Рейчел? Здесь? Невозможно».
Его сердце пропустило удар.
«Боже правый, это была она».
Его сердце стремительно возобновило биение.
«Как, к дьяволу, он теперь сможет обеспечить ее безопасность? И как сумеет уберечь свое сердце?»
Она прошествовала по платформе, неся в руке маленькую корзинку, и остановилась прямо перед ним.
Лукас инстинктивно выпрямился во весь рост и посмотрел на нее сверху вниз.
– Как, к дьяволу, ты сюда попала? – спросил он.
– Сказала управляющему участком, что мы с мужем совершали свадебное путешествие, во время его деловой поездки. Он оставил меня в Огдене отдыхать, но уже через час я затосковала. Увидев, что я плачу, управляющий мне поверил и предоставил в мое распоряжение инспекционный поезд, чтобы я смогла к тебе присоединиться.
Ее возмущенный взгляд пронзил его насквозь, такому выражению лица позавидовал бы сам генерал Шерман.
– Я еду на копи «Синяя птица», – объявила она. – Если ты попробуешь мне помешать, найду другой путь.
Отсюда до «Синей птицы» не было ни одного места, где бы он мог ее оставить. Он мог бы отвезти ее обратно в Огден, но это даст Коллинзу еще больший запас времени для того, чтобы подстроить гибель Донована. Ему придется взять Рейчел с собой и спрятать под охраной тех дополнительных людей из «Донована и сыновей», которых он привез из Огдена.
– Понятно. Пошли.
Он взялся рукой за поручень вагона. Она осталась на платформе.
– Все по вагонам! – крикнул кондуктор. Паровоз загудел, возвещая о скором отъезде. Лукас выгнул бровь:
– И?
– У нас будут отдельные постели, даже если мне придется спать в гостиной.
Лукас напрягся, глубоко уязвлённый ее словами. Почему-то он продолжал считать, что они смогут построить совместное будущее благодаря общему энтузиазму в спальне.
– Отдельные постели? Почему?
Взгляд ее золотистых глаз был ледяным.
– Потому что ты не джентльмен и не ценишь жену.
Она ставит его настолько низко? За то, что он сделал все, что мог, чтобы защитить ее? Получить рану в живот было бы не так больно, как услышать столь незаслуженный упрек.
На секунду мир стал тускло-серым.
Ее поезд пронзительно загудел, возвещая о своем отбытии. Звеня колоколом, он застучал колесами и дал задний ход: сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Их кондуктор спешил к ним, глядя на часы.
– Все по вагонам!
Лукас гордо выпрямился, приняв решение не показывать ей, какую боль она ему причинила.
– Поступай как знаешь. Удерживать я тебя не намерен.


Уильям Донован шагал к своему особняку в Сан-Франциско, держа жену за руку. Авраам и Сара Чанг, их слуга и его жена, вышли их встречать. Уильям тут же отправил их делать покупки в китайском квартале. Это будет первый китайский Новый год Виолы, который она встретит в своем собственном доме. Праздник должен удаться на славу.
Дом был небольшим. Уильям владел им уже много лет. Его следовало сменить на более просторный, чтобы растить в нем будущих детей. Однако у этого дома были свои преимущества: он стоял в центре города, на первом этаже находилась его контора, и его телеграфист Дженкинс держал Уильяма в курсе всех дел, сообщая ему информацию о его предприятиях.
Сейчас там было необычно тихо: только редкие постукивания, доносившиеся из-за закрытой двери, свидетельствовали об усердии Дженкинса. Сейчас у Дженкинса был короткий дневной перерыв.
Не то чтобы Уильям в этот момент обращал особое внимание на дела «Донована и сыновей»: жена не сводила с него своих огромных темно-синих глаз, ее изящные пальчики медленно двигались вверх по его руке. Ветер, завывавший на улице, украсил ее щеки румянцем, подчеркнув сладкую чувственность губ, которые доводили его до экстаза. Святые угодники! Ни один мужчина не остался бы равнодушным к такой женщине.
– Жаль, что нет вестей о Лукасе Грейнджере. Он обещал прислать мне каблограмму, но не прислал. Не знаю, что и думать.
Уильям кивнул. Ощущение безоблачного счастья сменилось беспокойством. Лукасу не свойственно нарушать данное обещание. Когда он вышел в отставку, армия потеряла будущего генерала. Видимо, с ним что-то случилось.
– Зато, – тихо проговорила Виола, – это дает нам больше времени, чтобы…
Он тотчас же переключил внимание на центр его вселенной.
– Чтобы отточить технику нашу супружеского блаженства? – предположил он.
Она изумленно ахнула, а потом рассмеялась и шутливо ударила его по щеке.
– Ты настоящий ирландский дьявол, тебя нельзя выпускать на люди! Тебе повезло, что я тебя обожаю.
Она потянулась к нему, чтобы поцеловать. Он обнял ее за талию и привлек к себе.
– Мы могли бы подняться наверх.
– Тогда ты опоздаешь на встречу с Хантингтоном, – напомнила она ему.
– Пожалуй, ты права. Надо переговорить с этим глупцом, у него только и забот что о железной дороге. Имей он такую жену, как ты, давно забыл бы о железной дороге. Встречусь с ним, а потом будем с тобой наслаждаться. – Уильям нежно погладил ее щеку. – Как ты хочешь провести эти минуты, милая?
Виола открыла глаза, полные страсти. Его королева фей подарила ему, ирландскому парню, свою любовь.
Виола разжала руки, обвившие его шею, и поправила ему лацкан. Ее пальцы дольше необходимого задержались там, гладя ему грудь.
– Мы могли бы выбрать имена нашим детям, – промолвила Виола.
Уильям вопросительно выгнул бровь. Выбирать имена детям, которые еще не зачаты?
– Ну и как бы ты их назвала? Я бы их назвал в честь наших родных и друзей.
Виола нахмурилась. Уильям с трудом сдержался, чтобы не схватить ее и не разгладить морщинки поцелуями.
– А чье имя носишь ты? По-моему, оно нетипично для ирландца-католика.
Уильям презрительно фыркнул:
– Еще бы! Ведь это имя короля-протестанта, который нанес поражение и отправил в изгнание последнего католического короля! А меня назвали в честь компаньона моего деда во время восстания девяносто седьмого года, который несколько раз спас ему жизнь. В моей семье считали, что для них важнее то, что он был патриотом Ирландии, а не то, что он был протестантом.
– А тебе не хочется, чтобы твой сын носил твое имя?
Донован пожал плечами.
– Только не первенца. Его можно назвать Джозефом в честь моего отца или Джеральдом – в честь деда. Или Морганом, в честь моего лучшего друга.
Виола округлила глаза:
– Так ведь это не английские имена!
– Главное, чтобы имя было выбрано с любовью, – проговорил Уильям, желая узнать ее мнение.
В ее семье детям давали шекспировские имена, предпочтительно такие, которые встречаются в знаменитых литературных произведениях, или те, что носили их предки.
– А как насчет чего-то ирландского? – Она возмущенно топнула ножкой. – Что-то, что напомнило бы твоему сыну, что он – Донован, чья семья родом из графства Корк, а не просто еще один мальчишка, родившийся в Северной Америке?
Неужели она имеет в виду одно из самых распространенных имен – Патрик или Майкл?
– И что ты можешь предложить?
– Для начала – Брайен. В честь Брайена Бору, верховного короля, победившего викингов. Или Брендан – в честь святого Брендана-мореплавателя. Оно будет очень подходящим, если твой сын унаследует твою страсть к бродяжничеству, – ехидно добавила она.
Он громко расхохотался, выдавив из себя между приступами смеха:
– Или Доналом в честь двух великих регентов Средневековья!
– Или Руарком, или…
– Ты называешь слишком много имен! Давай не растеряем их в этом нашем соперничестве.
Он открыл дверь конторы, заглянул внутрь и убедился, что Дженкинс все еще отсутствует. Комната была небольшой: в ней только и хватало места для большого письменного стола, вместительного вращающегося кресла и простого стула. А еще там стоял маленький стол. Как и вся остальная мебель в доме, они были превосходного качества. Узкая койка, типичная для комнаты телеграфиста, но обычно отсутствующая в других конторах, была придвинута к стене за дверью.
В помещении было много окон – они выходили на обе стороны юго-западного угла дома, – и сейчас в них врывался приятный ветерок.
Уильям сел за большой стол с бесконечными ячейками и ворохом бумаг. Где тут пачка пустых бланков? В ней уже почти ничего не осталось. Проклятие, о чем думает этот тип? Он злоупотребляет алкоголем. Уильям однажды уже сделал ему выговор.
Он вручил Виоле пачку бланков и карандаш:
– Ну, записывай.
– Все?
– Конечно. Надо оберегать интересы наших будущих отпрысков! – торжественно проговорил он.
Виола хмыкнула:
– Ну тогда и ты записывай.
– Разумеется.
Он окинул стол взглядом, но еще одной пачки бланков не увидел. Ну что ж, можно воспользоваться и обратной стороной старых каблограмм.
– Генри, в честь твоего брата. Или Ричард, в честь твоего отца.
– Очень сентиментальный выбор! – одобрительно отозвалась она. – Но ты не упоминал о дочерях.
– И ты тоже.
– Может, Бриджет. А что, Дженкинс всегда ест за рабочим столом? И всегда по-свински?
Она подняла желтый бланк – написанный карандашом текст был покрыт пятнами жира.
Уильям нахмурился, вытирая пальцы носовым платком, ему тоже попались такие бланки. Он вытащил пачку телеграмм из ячейки с отметкой «разн.», то есть «разное», решив, что их скорее всего должны были игнорировать.
– Телеграфисты обычно преданны работе и не покидают своего поста ни днем, ни ночью, – заметил он, передавая ей свой носовой платок. – Но все каблограммы, которые он давал мне, были безупречно чистыми.
Виола фыркнула:
– Тебе следует с ним переговорить. Такая неряшливость легко привлечет самых гадких паразитов.
Уильям рассеянно кивнул – у него по спине побежали мурашки. Он держал в руке телеграмму, отправленную Грейнджером из Омахи меньше недели назад.
Виола сразу заметила, как изменилось настроение мужа.
– Что это, Уильям?
Она перегнулась через его плечо и прочла сообщение: «Коллинз и Хамфрис замыслили на «Синей птице» предательство».
Почему ему не сообщили? Тут не обошлось без Дженкинса. Возможно, его подкупили.
Уильяма охватила ярость.
– Какой же он вонючий подонок! – вскричала Виола.
Тихие шаги раздались за ближайшим окном. Ветер пошевелил бумаги в мусорной корзине.
Уильям молча прикоснулся к локтю Виолы. Та едва заметно кивнула. Благодарение Богу, она была близко от двери и могла убежать. Если с ней что-то случится…
Хорошо, что кинжал при нем. В Сан-Франциско джентльмены не носят оружия. Не принято. Поэтому Уильям носил его тайком.
Большой камень влетел в южное окно. В следующую секунду еще один разбил западное.
Уильям нырнул под письменный стол, утащив Виолу с собой и прикрыв ее своим телом.
Раздался выстрел, следом еще один. Они раскололи стену как раз в том месте, где находилась бы его голова, останься он сидеть в рабочем кресле.
Наступила тишина, которую нарушало лишь неравномерное пощелкивание телеграфного аппарата.
Его нож был наготове, чтобы немедленно пустить его в ход, если этот трус все-таки покажется.
– Тебе это с рук не сойдет, Дженкинс! – крикнул Уильям, прикинув расстояние до двери. Если только ему удастся отвлечь ублюдка на какое-то время, достаточное для того, чтобы Виола оказалась в безопасности…
В ответ Уильям услышал хриплый смех.
Дженкинс стоял у западной стены дома. Возможно, если он следит за этим окном…
Он взглянул на Виолу, спрашивая ее позволения. Крепко сжав губы, она едва заметно кивнула.
Он приложил пальцы сначала к своим губам, потом – к ее. Она одарила его беглой, но искренней улыбкой и перекрестилась. Он извлек из-под рубашки крестик, поцеловал его и бесшумно выкатился из-под стола, готовясь начать охоту за убийцей.
– Зачем ты это делаешь? – громко спросил он.
Дженкинс с горечью рассмеялся:
– Ты так и не узнал меня, верно, Донован? – Кажется, он перешел к южному окну? На этой стороне сада звуки были приглушенными. – Ты купил дело моего отца, оставил его ни с чем, он запил с горя и утонул по дороге из салуна домой. Я здесь, чтобы отомстить тебе!
– Джонсон из «Перевозок Хангтауна»? Ты изменил имя?
Уильям попытался вспомнить события прошлого.
– Изменил. Взял фамилию отчима, когда мать вышла замуж вторично. Фамилию этого негодяя, чтобы ты не смог меня узнать!
Уильям кивнул, вспомнив болтливого мужчину с вечно ноющей женой.
– Джонсон согласился на честную сделку. Иначе откуда бы он взял деньги, чтобы пять лет болтаться по салунам, не проработав ни дня?
– Ты называешь моего отца ничтожеством?
Несколько выстрелов раскололи штукатурку над письменным столом. Уильям мысленно обругал себя за болтливость: язык без костей.
Жильцы соседних домов подняли наконец тревогу. Но чтобы организовать команду разведчиков, нужно время, а Дженкинс может ускользнуть.
– Прошу тебя как мужчина мужчину – отпусти мою жену. Она тут ни при чем.
Уильям занял позицию между двух окон, держа наготове смертоносный кинжал.
Поколебавшись, Дженкинс ответил:
– Хорошо.
Уильям посмотрел на любимую и кивнул в сторону двери. По лицу Виолы текли слезы, не проронив ни слова, она выскользнула из комнаты.
На дорожке под окном захрустел гравий.
Уильям продолжал выжидать. Дыхание его было спокойным, пульс бился ровно, как всегда бывало во время боя.
Голова Дженкинса возникла в западном окне – темный силуэт на фоне заходящего солнца. Он наставил на Уильяма тяжелый армейский «кольт».
– Будь ты проклят, Донован! За свою подлость ты поплатишься жизнью, и твой род прекратится.
Уильям метнул свой верный кинжал. Он вонзился Дженкинсу в горло.
Предатель рухнул, умерев раньше, чем его голова ударилась о мощеную дорожку.
Из сада донесся звук быстрых шагов. Уильям мгновенно повернулся, потянувшись за оружием, спрятанным рядом с причинным местом.
Шаги замедлились и стали приближаться осторожнее. Их звук почти не был слышен за шумом, который подняли соседи, призывая полицию.
Уильям покачал головой. Ах уж эта неискушенность законопослушных граждан!..
– Виола, – окликнул он жену, – можешь войти. – Он выпрыгнул из окна на садовую дорожку.
Виола вышла из-за угла с дробовиком в руке. Она остановилась и хмуро посмотрела на валяющийся труп.
– Ты его убил? – разочарованно произнесла она. – А я хотела передать его полиции, а потом смотреть, как его повесят.
– Но ты забыла, что он в тебя стрелял!
Уильям невесело улыбнулся и накрыл тело предателя. Его жена была готова на любую жестокость, если тем, кого она любила, грозила опасность.
Виола фыркнула, но не стала протестовать, когда он обнял ее за талию. В следующую секунду она прильнула к нему. Будь проклят этот жалкий предатель, который так ее напугал!
– Я чуть не умерла от страха, когда увидела тебя под столом среди осколков и поняла, что он стоит за окном, – призналась Виола.
Уильям прижат ее к себе.
– Я тоже, любимая.
Соседи спешили к их дому.
– Надо сегодня же отправиться в «Синюю птицу», – заметила Виола.
У Уильяма сердце пропустило один удар – и он напряженно застыл.
– Нам?
– Конечно. Тебе, мне и еще всем твоим лучшим людям, какие только найдутся. – Она совершенно правильно поняла его полное ужаса молчание. – И не говори мне никаких глупостей насчет того, чтобы оставить меня в Сан-Франциско. Я просто отправлюсь за тобой следующим же поездом.
– Я тебя запру.
– Только попробуй.
Он попытается уговорить ее изменить решение по дороге, хотя вряд ли у него это получится. Миссурийский мул более рассудителен и послушен, чем Виола.
– По крайней мере до Рино, конечно, – деловито добавила она. – Вряд ли ты разрешишь мне сражаться рядом с тобой. – Чтобы надеяться на это, надо быть оптимисткой.
Уильям тихо хмыкнул. Он неправильно понял Виолу. Просто она не хотела с ним расставаться. Впрочем, как и он с ней. Виола прекрасно понимала, что не должна отправляться туда, где будет только помехой. Он постарался, чтобы его согласие прозвучало как можно любезнее:
– Я буду рад быть с тобой вместе в Неваде, Виола.
Она теснее прижалась к нему с тихим вздохом облегчения. В этот момент появились соседи.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Северный дьявол - Уайтсайд Диана

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Ваши комментарии
к роману Северный дьявол - Уайтсайд Диана



Милый роман американского типа. Все интересно и захватывающе. Особенно рекомендуется для чтения там, где и происходит основное действие - в поезде.
Северный дьявол - Уайтсайд ДианаВ.З.,65л.
17.01.2013, 13.51





Любовь. Вот к чему ведет только избранных эта жизнь. И как жаль тех, кто отвергает ее.
Северный дьявол - Уайтсайд ДианаДи.
24.03.2013, 12.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100