Читать онлайн Только про любовь, автора - Трамп Ивана, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Только про любовь - Трамп Ивана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.67 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Только про любовь - Трамп Ивана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Только про любовь - Трамп Ивана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Трамп Ивана

Только про любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Коваши, в том числе Милена, заплатили вступительный взнос в пять крон и стали членами лыжной секции: дна не хотела отпускать мужа и дочь одних на выходные. В пятницу после обеда они вместе с другими членами секции сели перед спортивным комплексом в автобус (потребовалось два автобуса, чтобы разместить восемьдесят человек желающих) и отправились на базу, называвшуюся «хата», до которой было полчаса езды. Находилась она в горах недалеко от границы со Словакией. Это была веселая компания, в основном состоявшая из семей, которые катались вместе на лыжах уже много лет. Даже новички находили знакомых, так что по дороге разговоры переходили порой в общие песни. Катринка тоже пела вместе со всеми. Пели традиционные польки или популярные песни Карела Готта и Иржи Корна. Если Катринка забывала слова, то мама шепотом подсказывала их.
Маленьких детей было мало, особенно таких, как Катринка, и в основном это были мальчики. Дети постарше были обоего пола, так же как и взрослые. Для большинства лыжи были развлечением. Но были и члены местной лыжной команды, которые тренировались вместе с секцией по выходным. Были и такие, в их числе и Милена, кто просто поехал с кем-нибудь за компанию.
За несколько миль до базы дорога кончилась. Автобусы въехали на стоянку, в дальнем конце которой была маленькая будка с телефоном, и все пассажиры продолжили путешествие пешком.
– Мы пойдем пешком? – спросила Катринка, с испугом наблюдая, как все окружающие надевают рюкзаки. В них были запасы еды, одежда, книги и игры, чтобы скоротать время. У некоторых были с собой гитары и губные гармоники, даже несколько балалаек. Коваши и все те, кто приехал сюда впервые, должны были нести еще и лыжи.
– Это недалеко, – убежденно сказал Иржка, хотя даже ему расстояние показалось внушительным. Нужно было пройти по снегу семь километров в гору. Он помог Катринке справиться с рюкзаком, потом надел свой.
– Ну что, дойдем?
Катринка пристально посмотрела в снежную даль. Сколько мог видеть глаз, засыпанная девственно-чистым снегом дорога рассекала сосновый лес, а затем терялась за поворотом перед круто поднимавшейся горой.
– Я не вижу «хаты», – заметила Катринка, уклоняясь от ответа на вопрос.
Оказывается, не все так весело, как она представляла. Этот переход всегда был трудным. А в плохую погоду – ужасным. По телефону в будке базу предупреждали о том, что группа в пути, что было мерой предосторожности, и если группа не появлялась через определенное время, высылалась поисковая партия.
Накануне шел снег, и сейчас он был выше колена. Ота позвонил на базу, и группа начала восхождение. Растянувшаяся цепочка людей в лыжных свитерах и остроконечных шерстяных шапочках сливалась с серым фоном в слабеющем свете. Впереди, освещая дорогу фонариком и протаптывая тропинку, шел Ота. За ним все остальные. Ота был прямо-таки могучего телосложения, в прекрасной физической форме. Если бы не тяжелый рюкзак, он бы просто не знал усталости. Время от времени он оглядывался, чтобы убедиться, что группа не отстала.
– Хорошо, – кричал он. Его голос был полон энергии и всех подбадривал: – Уже недалеко!
– Что будет, если пойдет снег? – спросила Милена.
– Ад, – ответила Ольга, которая шла рядом с ними. Ее мускулистые ноги были обтянуты лыжными брюками, на плечах – свободная стеганая куртка, а на голове красовалась морская кепка. Ольга напоминала персонаж с детских кубиков.
– Далеко еще? – спросила Катринка. В ее голосе послышались первые жалобные нотки. У нее начали уставать ноги в ботах.
– Такая большая девочка, как ты, не хочет же, чтобы ее несли? – спросила Ольга.
Еще как хочет! Но не хочет в этом сознаться, по крайней мере Ольге. Хотя Ота часто ворчал на нее за что-нибудь, Катринке казалось, что именно Ольга оценивает ее, выискивая недостатки в ее характере. Она обернулась к отцу, надеясь, что он подхватит ее на руки и посадит на плечи. Он часто так делал, когда она уставала. Но в этот раз с него достаточно было лыж. Он улыбнулся ей.
– Умница, Катринка, – сказал он, подбадривая ее. – Мы почти на месте.


Вообще-то было две «хаты», «Русь» и «Орлик». Это были два больших деревянных сельских дома с ломаными крышами на сорок-пятьдесят человек каждый, которые на небольшом расстоянии друг от друга прилепились к покрытым снегом горам. В обоих были большие кухни, столовые и комнаты для отдыха. Спальни были с побеленными стенами, печки топились углем. В каждой было шесть кроватей (на одну или две семьи) и шкафы, где хранились личные вещи до следующего приезда. Санузлы были в конце коридоров. Ковашей вместе с другой семьей, Луканскими, поселили в «Орлике». У Луканских было две дочери. Олинка и Илона, шести и семи лет. Обе девочки катались на лыжах уже год, и с высоты своего опыта они сомневались в возможностях Катринки.
– Сколько тебе лет? – спросила старшая сестра, Илона.
– Четыре, – ответила Катринка, прыгая на кровати, чтобы согреться. Иржка затопил печку, но в комнате по-прежнему был ледяной холод.
– Но в декабре мне будет пять. В конце, – добавила Катринка, чтобы быть точной.
– Держу пари, что она не умеет кататься, – прошептала Илона младшей сестре. – Уверена, что она врет.
– Я умею, – сказала Катринка.
– Ну, девочки, – вмешалась их мама, – не спорьте. Скоро и так все выяснится.
– Перестань прыгать на кровати, Катринка, – попросила Милена, решив не вмешиваться в спор. Этой зимой двум семьям предстояло провести вместе много выходных.
«Я им покажу», – думала Катринка.


Еду здесь готовили себе сами. Этим вечером, как, впрочем, и в другие вечера, повсюду царила веселая неразбериха. Запахи сосисок, гуляша и капусты перемешивались со смехом, детскими играми, громкими беседами взрослых и ссорами малышей. После обеда играли в шахматы, шашки или карты. Кто умел, играл на гитаре, гармонике и балалайке, другие пели или танцевали перед огнем. Настроение было бодрое, праздничное. Утомленная Катринка заснула на коленях у отца, и Иржка отнес ее наверх в постель. Проснувшись, Катринка не сразу сообразила, где она и почему две незнакомые девочки спят рядом с ней. Было холодно, а она не любила зябнуть. Одна из девочек, Олинка, открыла глаза и, увидев Катринку, показала ей язык. Катринка вспомнила. И сразу же ее заполнило счастье, охватило волнение, как всегда перед началом приключения. В ответ она тоже высунула язык и вдобавок скосила глаза.
Часом позже она была на склоне горы для начинающих, но не с папой, как она ожидала, а с одним из инструкторов, молодой женщиной по имени Яничка, которая не собиралась верить Катринке на слово насчет ее опыта.
– Мы посмотрим, что ты умеешь делать, – сказала она, проверяя кожаные крепления на лыжах Катринки, чтобы убедиться, что они достаточно эластичны. Меньше всего ей хотелось, чтобы эта маленькая сорвиголова закончила свой первый урок со сломанной ногой.
К досаде Катринки, на лицах сестер Лукански, которые были в первой группе, было ясно написано: «Я же тебе говорила». Катринка хотела опять показать им язык, но не стала. Яничка обязательно заметит, и это только приведет к новым осложнениям. Как бы там ни было, сестры скоро потеряли к ней интерес, а Катринка перенесла свое внимание туда, где новички учились подниматься наверх на лыжах, стараясь не упасть и не опрокинуть друг друга. Они выглядели неуклюжими и несчастными, лыжи не слушались их. Катринка была уверена, что она при первой попытке выглядела лучше.
Для нее это был пройденный этап, она взобралась по небольшому склону с относительной легкостью, заслужив одобрительный взгляд Янички. А когда она удачно съехала вниз, точно остановившись в конце склона, инструктор улыбнулась и попросила ее повторить. После того как Катринка еще раз вскарабкалась на гору, съехала и остановилась, Яничка взяла ее за руки и повела к другой группе.
– Милан, – окликнула она молодого человека, которому было едва за двадцать. – У меня есть кое-кто для тебя, – сказала она, ведя Катринку. – Она умеет кататься.
Катринка оглянулась через плечо и заметила, что Лукански наблюдают за ней. Она снова еле удержалась от того, чтобы показать им язык.
– Как тебя зовут? – спросил Милан. Катринка ответила.
– Значит, ты умеешь кататься? – На него это не произвело особого впечатления. – Ладно, посмотрим.
Катринка вздохнула. Она уже знала, что всегда есть кто-нибудь, кого нужно убеждать.
Все выходные до поздней весны Коваши проводили на лыжной базе, уезжая туда на автобусе в пятницу вечером и возвращаясь в Свитов в воскресенье вечером.
Катринка училась кататься, быстро переходя из одной группы в другую. Иржка с новыми друзьями осваивал новые трассы, а Милена, стараясь заглушить тревогу о Катринке, сидела в «хате» и читала, вышивала по канве или вела беседы с теми, кто по той или иной причине оставался дома. Иногда в солнечную погоду она гуляла по сосновым склонам подальше от подъемников, которые перевозили лыжников от одной горы к другой, наслаждаясь покоем, свежим воздухом, светлым и чистым, как глаза Катринки, небом и видом покрытых снегом гор Словакии, который внезапно открывался в просветах, между деревьями. На переднем плане пологие холмы, а за ними – острые вершины, исчезающие в тумане. Дважды она согласилась поучиться кататься на лыжах. Но все время ей было страшно и холодно. Она не любила кататься на лыжах, хотя и пыталась полюбить их. В конце концов, она, как все, уже могла дойти на лыжах до автобуса, вместо того чтобы спускаться с горы пешком.
– Если и сломаешь что-нибудь, то не беда, – сказала ей как-то Ольга, в голосе которой слышалось что-то похожее на презрение.
– Оставь ее, – попросил Ота, который хоть и любил порой подшутить, но имел доброе сердце. – Зато вы, милейшая, не умеете обращаться с иглой, – добавил он, восхищенно показывая на вышивку Милены, которая была близка к завершению.
– Я терпеть не могу вышивать, – вмешалась Катринка. Все рассмеялись, и напряжение спало.
– Ольга завидует тебе, – позже сказал Иржка Ми-лене. – У нее добрая душа, но ее не назовешь прелестной женщиной. – Он дотронулся до ярких волос Милены. – Что еще ей остается, кроме зависти? – спросил он.
Открылась дверь, и вошли Лукански, родители и дети. Иржка убрал руку.
– Тише, – призвала своих Лукански, – Катринка спит.


Рождество Коваши праздновали с родителями Иржки, а потом на неделю уехали в «хату». По совету Черни они накануне завезли запасы еды. Совет пригодился, потому что в рождественское утро пошел снег. Еще неделю они провели там на Пасху. Эти длительные поездки были тяжелы для Иржки. Иногда ему удавалось уговорить Милену заглянуть в ванную, и там они быстро и молча занимались любовью, не обращая порой внимания даже на то, что горячая вода выплескивалась на пол. Иногда им стучали в дверь и просили поторопиться, что портило Милене все удовольствие. Но не ему. Для Иржки чье-то присутствие за дверью делало их любовь недозволенной, опасной и от этого еще более волнующей.
Несмотря на неудобства, Иржка не собирался уходить из секции. Катринке исполнилось пять. Иногда, как и все дети, она жаловалась на холод, на усталость, даже хотела остаться на выходные с дедушкой и бабушкой, но было ясно, что ей нравится заниматься спортом и у нее есть успехи. Даже если она не добьется того, на что так надеялся Иржка, занятия в лыжной секции будут для нее отличной школой. Иржка каждый день сталкивался с молодыми людьми без цели и надежды в жизни. А его дочь училась быть дисциплинированной, трудолюбивой, бороться за победу и видеть цель. Он был убежден, что эти качества и ее врожденный ум, энергия и добродушие помогут ей в жизни.
Милена видела в будущем Катринки не возможности, а опасность. Когда дочь уходила кататься на лыжах, Ми-лене постоянно казалось, что обратно ее принесут с переломанными руками и ногами, треснувшими ребрами, вывихнутыми пальцами, проломленным черепом. И это была не паранойя, она отдавала себе в этом полный отчет. Она была в «хате» в тот день, когда со склонов принесли пострадавших с бледными, трясущимися губами, стонущих от боли. Иржка мог смеяться над ее страхами, но Милена знала, что опасность реальна.
Милена не жаловалась. Это было не в ее духе. Иржка видел тревогу на лице жены и иногда не мог удержаться от вопроса, хочет ли она, чтобы дочь выросла такой же робкой?
– Разве это так плохо? – возражала она. – По крайней мере, будет цела и невредима.
Иржка обнимал ее, брал на руки.
– Ты все время боишься. Смелый человек, по крайней мере, чувствует себя в безопасности. Разве это не так?
Нет, не так. Какой смысл, думала он, давать ребенку жизнь, чтобы не уберечь его от всех бед?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Только про любовь - Трамп Ивана



отличная книга.читала р не могла оторватся.Так переживала за гг-ю...rnпрекрасная работа.
Только про любовь - Трамп ИванаMarya
8.02.2015, 20.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100