Читать онлайн Романтичная леди, автора - Торп Сильвия, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Романтичная леди - Торп Сильвия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.13 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Романтичная леди - Торп Сильвия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Романтичная леди - Торп Сильвия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торп Сильвия

Романтичная леди

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3
Жених

В то самое утро, когда родился остроумный план мисс Каролайн Крессуэлл, жениха мисс Линли можно было найти в библиотеке его дома в Суссексе. Поместьем Фэрингс владели многие поколения семьи Рэйвиншоу, но дедушка нынешнего владельца велел снести до основания старые строения и на их месте возвел величественное здание с невероятных размеров портиком и боковыми пристройками. Так как стоимость постройки волновала его меньше всего, для разработки проекта был приглашен самый известный архитектор того времени, и библиотека, в которой теперь сидел мистер Рэйвиншоу, являла собой роскошный образец элегантности и изящного декора. Высокие окна выходили на ухоженный английский парк, за которым простирались луга с группами деревьев, а за ними лесные угодья, полные дичи. Где-то уже на самой линии горизонта грядой возвышались холмы.
Владелец этого прекрасного дома и бескрайних угодий сидел у богато инкрустированного письменного стола, стоявшего в проеме между двумя окнами. Одной рукой он облокотился на спинку кресла, в то время как пальцы другой руки отбивали нетерпеливую дробь по полированной поверхности стола. Когда Летишия Фентон столь нелестно отзывалась об его характере, она только озвучивала мнение, сложившееся о нем среди широкого круга его знакомых. Хотя некоторые, относящие себя к числу его немногочисленных близких друзей, отнюдь не разделяли этой точки зрения. Действительно, железная воля мистера Рэйвиншоу и его способность игнорировать мнение света большинством воспринимались как проявление непомерного высокомерия. Обществу Гай Рэйвиншоу обычно демонстрировал только свой неподатливый нрав, но если он кого-то одаривал своей дружбой, то делал это искренне и безоговорочно.
Гай Рэйвиншоу не отличался особой мужской красотой, но в его смуглом лице с несколько резкими чертами и холодными серыми глазами чувствовалось неотразимое достоинство. Время от времени, когда смех смягчал строгую линию рта, истинные качества Гая Рэйвиншоу проявлялись совсем в ином свете, но немногие счастливцы имели возможность наблюдать за ним в такие минуты. В то апрельское утро мистер Рэйвиншоу нервно кривил губы, брови его сурово сошлись на переносице. Было видно, что у него вот-вот иссякнет всякое терпение.
Причиной его раздражения являлся элегантный молодой человек, сидевший напротив. Это был его двоюродный брат Пелем Рэйвиншоу – полная противоположность своему родственнику. Субтильный светловолосый молодой человек с живыми чертами лица, на котором легкомысленные и беспутные развлечения и беспорядочный образ жизни пока еще не оставили существенных отметин, своим обликом обманывал всех, с кем его сводила судьба, даже самых мудрых и опытных. Еще в раннем отрочестве Пелем обнаружил власть своего обаяния и с тех пор всегда пользовался им более или менее успешно. Мистер Рэйвиншоу, однако, не поддавался чарам своего кузена, и тот, зная это, даже не пытался пускать их в ход.
Угрюмая складка залегла вокруг его красивого рта, а когда он переводил взгляд на своего родственника, в его карих глазах читались злость и негодование. Старший из Рэйвиншоу отвечал на эту мрачную угрюмость холодной неприязнью.
– Выходит, – помолчав, желчно заметил он, – ты запамятовал слова, сказанные мной на прощание и нашу прошлую встречу?
Младший в ответ только молча недовольно заерзал на своем кресле.
Мистер Рэйвиншоу продолжил:
– Но я предупреждал тогда, сударь, что пришел на выручку в последний раз, и если впоследствии ты опять окажешься в подобной ситуации, тебе придется самому решать эту проблему, уже без моей помощи. Ты же знаешь, я не швыряю на ветер пустые угрозы.
– Проклятье! Если ты не поможешь мне, я окажусь в долговой тюрьме, – мрачно процедил Пелем. – Если только раньше не пущу себе пулю в лоб.
– Твои угрозы, – размеренно выговаривая каждый слог, парировал Гай, – не заставят меня и пальцем пошевелить. Твоя безвременная кончина освободила бы меня от бремени, которое с годами стало досаждать мне все больше и больше.
– А как же драгоценная честь семьи Рэйвиншоу? – презрительно усмехнувшись, поинтересовался Пелем. – Хорошенький скандальчик разразится, если ты позволишь своему наследнику гнить в тюрьме, поскольку ты, черт побери, из-за своей треклятой скупости откажешься оплатить мои долги.
Руки Гая непроизвольно потянулись к ручкам кресла, как если бы он приготовился подняться, и такое пламя гнева полыхнуло в его серых глазах, что даже дерзость Пелема была на мгновение умерена испугом. Но старший проявил осмотрительность и заставил себя успокоиться, а когда заговорил снова, его голос звучал столь же нарочито спокойно, как и прежде:
– Не стоит тебе делать слишком уж большую ставку на мою лояльность семье, Пелем. Бывают времена, когда цена ее становится слишком высока. На протяжении десяти неблагодарных лет я помогал тебе выкарабкиваться из всяческих историй и предотвращал сокрушительные скандалы, коим ты являешься причиной. Послушай, мне слишком опротивело все это. Там, где дело касается меня, твоя карта бита.
Он поднялся во весь рост, величаво выпрямился и подошел к камину.
Мода того времени предписывала мужчинам носить плотно облегающие длиннополые сюртуки, панталоны в обтяжку и высокие блестящие ботфорты, доставляя неудобства представителям сильного пола. Но все эти детали мужского туалета великолепно смотрелись на Гае Рэйвиншоу. Он был выше среднего роста и очень крепкого телосложения, так что неприязнь худосочного Пелема, испытываемая к своему родственнику, уходила корнями в примитивную зависть.
– Безрассудство и буйные выходки твоей необузданной юности я мог еще прощать, – продолжил мистер Рэйвиншоу, – но это только малая часть твоих прегрешений. Все это превращается в какой-то порочный круг, ты – лгун, вор и обманщик, причем в тебе нет ничего, что искупало бы, хотя бы частично, твои грехи. Тебя, мой дорогой, никогда не волновало ничего, кроме удовлетворения собственных эгоистичных желаний. До сих пор ты вполне успешно морочил обществу голову, представляя себя совершенно в ином свете, но меня не обманешь никаким притворством.
Покраснев от злости как рак, Пелем вскочил, не выдержав уничижительного обвинения и высокомерного тона. От злости кровь бросилась ему в лицо, на щеках выступили багровые пятна. Как всякий человек, он не слишком любил слушать неприятную правду и готов был обрушить на Гая поток возмущенных слов, но под презрительным взглядом холодных серых глаз слова, которые он собрался произнести, замерли у него на губах. Гай не относился к числу тех, кого он мог легко обмануть!
– Совершенно верно! – язвительно заметил Гай, как если бы прочел мысли кузена. – Не стоит тратить впустую твои высокопарные речи. Прибереги свои театральные способности для кредиторов, которых ты, возможно, и сумеешь ввести в заблуждение.
– Маловероятно! – угрюмо возразил Пелем. – Черт возьми, Гай, ты же не можешь отказать мне. Разве не по твоей вине я оказался в таком бедственном положении?
– По моей вине? – Несказанное удивление стерло все остальные чувства с лица мистера Рэйвиншоу. – Боже милостивый! Теперь уже я ответствен за твое собственное расточительство?
– Только из-за тебя на меня хлынули долговые расписки с требованием немедленной уплаты, – ярился Пелем. – До объявления о твоей проклятой помолвке мне достаточно стабильно выделяли кредит.
На минуту в комнате воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только веселым потрескиванием огня в камине и щебетанием птиц за окном.
Молодые люди смотрели друг на друга с неприкрытой яростью. Пелем весь кипел от гнева, сжимая спинку стула, с которого он поднялся. Его кузен сохранял внешнюю невозмутимость, но в лице Гая Рэйвиншоу появилось нечто такое, что явно испугало бы более внимательного соперника.
– Так вот что тебя гложет! – наконец медленно проговорил Гай. – Мне следовало бы догадаться! Смерть моего брата сделала тебя моим наследником, но твоя склонность к самообману, нет, скорее даже к самообольщению, оказалась безмерно глубже, нежели я предполагал. Неужели ты возомнил, будто я осудил бы себя на пожизненное одиночество, лишь бы обеспечить тебе безбедное существование?
Отвратительная, презрительная усмешка тронула губы Пелема.
– Боже мой, какой же ты лицемер! – воскликнул он. – Пожизненное одиночество! Да все прекрасно знают, что, если бы Теренс не умер, ты никогда, будь я проклят, не сделал бы предложение ни Дженнифер Линли, ни кому бы то там еще.
Гай выслушал это обвинение с хладнокровием. Его гнев, похоже, начал угасать, тогда как Пелем все больше распалялся. Четко очерченные брови Гая едва заметно поползли вверх, и слабый отблеск ироничной улыбки изогнул его губы.
– Видишь ли, мой друг, – он словно процеживал слова, – я совершенно спокойно перенес бы, если мой брат Теренс или его сын унаследовали бы мое состояние, но совсем иное дело, когда рок поставил тебя на его место. Неужели ты действительно ожидал, будто я с этим смирюсь? Мое чувство долга все-таки слишком велико, чтобы совершать дурацкие поступки.
– Дьявол вас всех разбери с вашим чувством долга! – Пелем уже с трудом держал себя в руках. – На сегодняшний день я все еще остаюсь твоим наследником. Уж я-то знаю, какие пойдут разговоры, если ты допустишь, чтобы меня бросили в долговую яму, при этом и пальцем не пошевелив, дабы помочь мне.
– Разумеется, я тоже знаю, какие пойдут разговоры! – насмешливо передразнил его Гай. – В обществе меня назовут бессердечным чудовищем, жестоким тираном, а тебя несчастной жертвой, но тебе-то какое утешение от этих сплетен? Что касается лично меня, я чересчур часто становился жертвой подобных заблуждений света и слишком привык к этому, чтобы беспокоиться на сей счет. В чем только меня не обвиняли!
– Но мисс Линли это может не понравиться! Смею надеяться, твоя невеста не обладает твоей, будь она проклята, спесивой самонадеянностью.
– Пелем, это угроза? – вкрадчивым голосом поинтересовался Рэйвиншоу. – Если да, ответ у меня для тебя остается все тем же. Но если только я узнаю, что ты хоть чем-нибудь досадил мисс Линли или доставил ей хоть малейшее беспокойство, долговая тюрьма покажется тебе, милый мой, истинным раем по сравнению с тем, что тебя тогда ожидает. Надеюсь, я ясно выразился?
Он говорил очень спокойно, не отходя от камина и не меняя позы. Яркий румянец схлынул с лица Пелема, и он нервно облизал губы, прежде чем с вызовом бросил в ответ:
– Ты ясно показал только одно: ты негодяй! Думаешь, если в твоих руках кошелек, можешь оскорблять меня?
– Нет, я так не думаю. Я знаю, что имею на это право, – презрительно фыркнул Гай, – и наши финансовые отношения тут вовсе ни при чем. А теперь будь так любезен удалиться и больше не приходи ко мне сетовать на денежные проблемы. Отныне я отказываюсь в очередной раз взваливать это бремя на себя. Тебя, дорогой, явно необходимо проучить, и, может, хоть этот урок пойдет на пользу.
Несколько долгих мгновений Пелем с негодованием смотрел на кузена. Мертвенную бледность опять сменил лихорадочный румянец. С оптимизмом предельно эгоистичной натуры он умудрялся не терять уверенности, что своими угрозами Гай всего лишь намеревался попугать его, но только дело дойдет до сути, кузен снова спасет. Как всегда, произойдет неприятная сцена разбирательства, с этим, несомненно, ничего не поделать. Может даже, кузен потребует от него на какое-то время покинуть Лондон. Но ничего более страшного не могло случиться с его драгоценной персоной. Однако приговор все же прозвучал.
– Проклятье, Гай, ты не можешь отказать мне в помощи! – воскликнул он, и в голосе уже послышалась паника. – Без тебя у меня нет никакой надежды оплатить долги. Это будет в последний раз, клянусь честью! Я больше никогда не побеспокою тебя, но, ради бога, дай мне еще один шанс!
Мистер Рэйвиншоу отрицательно покачал головой.
– С тех пор как тебе минуло шестнадцать, я только и делал, что давал шанс за шансом, – решительно сказал он, – но теперь у меня кончилось терпение. Измени свой образ жизни, и тогда я смогу изменить свое мнение, но до тех пор избавь меня от пустых обещаний. Мы оба знаем – ты вовсе не намерен их выполнять. Твои долги я больше оплачивать не стану. Это мое последнее слово.
В доказательство сказанному он вернулся к столу, взял письмо из груды корреспонденции, ожидающей его внимания, и сел читать, больше не обращая никакого внимания на кузена. Пелем постоял мгновение, прикусив нижнюю губу и впившись пристальным взглядом в широкую спину кузена, затем, осознав всю тщетность дальнейшего спора, оскорбленно бросился вон из комнаты, с такой силой хлопнув дверью, что в окнах зазвенели стекла.
Мистер Рэйвиншоу дочитал письмо до конца и задумался, подперев подбородок сжатым кулаком. Прочитанное письмо соскользнуло вниз. Опять пальцы раздраженно забарабанили по столу. Беседа с родственником полностью вывела его из себя, но это было не главное.
Он все чаще и чаще терял хладнокровие, вызывая удивление у друзей и испуг у слуг. Несмотря на резкость, свойственную его характеру, он, как правило, не проявлял несдержанности, поскольку не отличался ни раздражительным, ни злобным нравом. На сей раз скверное настроение являлось прямым следствием проявления упорного и своевольного характера, вынуждаемого обстоятельствами к действиям, противным его душевному настрою. Попросту говоря, мистер Рэйвиншоу не испытывал ни малейшего желания жениться.
Гай не мог не осознавать этого, но до сего дня считал, что остальные пребывают в неведении. Злобные реплики Пелема показали ему, как он заблуждался. Если обо всем догадался Пелем, что мешало остальным так же легко прийти к тем же самым выводам. Каким образом и когда возникло его отвращение к супружеству, Гай не знал, хотя его тетя Августа, дама, известная больше своими откровенными высказываниями, нежели тактичностью, утверждала, что оно появилось из-за беспрестанного преследования со стороны женщин, слишком многочисленных, чтобы упоминать каждую из них.
– Все прошедшие пятнадцать лет, – бывало, утверждала леди Динсмор, придавая своим словам больше страстности, чем даже ей самой того хотелось, – Гай оказывался в роли одного из самых завидных женихов Англии. Число женщин, заигрывавших с ним, оказалось слишком велико, и он превратился из милого и мирно настроенного молодого человека в закоренелого женоненавистника.
Мистер Рэйвиншоу имел брата на семь лет младше, который очень удачно женился на достойной юной девушке из приличной семьи и с хорошим приданым. Даже когда первый ребенок молодой четы умер, не прожив и нескольких дней после рождения, Гай, хотя и сочувствовал горю родителей, сильно не взволновался. Теренс и Джейн были молоды, у них могли родиться еще и другие дети. Вот чего уж он никак не ожидал, так это несчастного случая с братом на охоте, оставившего Джейн вдовой и превратившего этого гадкого Пелема в прямого наследника всего состояния Рэйвиншоу.
Тогда-то и осознал Гай, что его собственное намерение оставаться холостяком следует отставить в сторону, ведь владелец подобного состояния имел обязанности, которым следовало возобладать над желаниями. Вскоре и заботливые мамаши дочерей на выданье тоже осознали это, и попытки привлечь его внимание и вызвать в нем интерес, сошедшие на убыль за долгие годы, были возобновлены с удвоенной энергией. При каждом удобном случае перед ним проходили вереницы молоденьких девушек. Все как одна они успели получить приличное воспитание, а судьба одарила их в различной степени богатством, или красотой, или тем и другим сразу.
Мистер Рэйвиншоу наблюдал за этой гонкой без особого энтузиазма, так как половину жизни мысль безвозвратно связать себя узами брака вообще не посещала его. Нельзя сказать, что он избегал женщин. Самые разные актрисы, и балерины, и даже горничные время от времени пользовались его покровительством, но девушки из приличных семейств, едва выпорхнувшие из классной комнаты, нисколько не привлекали Гая. А жизнь требовала, чтобы именно из их числа он подобрал себе невесту.
Гай все еще не сделал свой выбор, когда леди Линли стала вывозить свою третью дочь и ухитрилась, хотя и без особой надежды на успех, представить ее мистеру Рэйвиншоу. Дженнифер, все еще не пришедшая в себя от известия о смерти Роланда, не предпринимала ни малейшей попытки привлечь внимание Гая и именно поэтому заинтересовала его.
Совершенно не подозревая об истинной причине спокойного безразличия мисс Линли и принимая его за внешние признаки безмятежного и нетребовательного нрава, мистер Рэйвиншоу решил, что больше не нуждается в дальнейших поисках невесты.
Ведь не станет же мисс Линли ожидать от него романтичных порывов? Она примет его предложение так, как оно и будет сделано, из чувства долга, сознания своих обязательств и уверенности, что этот брак устраивает их обоих.
Шли дни, приближался назначенный день свадьбы, и мысль о перспективе взять в дом пусть даже покладистую жену, какой, вероятнее всего, должна оказаться в будущем Дженнифер, стала его настойчиво угнетать. Обручившись, они по-прежнему оставались далеки друг для друга, поскольку понятия леди Линли о правилах приличия не допускали их пребывания наедине. Один-единственный раз, когда Гай пригласил свою невесту покататься на лошадях, присутствие конюха позволило им вести лишь безличную светскую беседу. Дженнифер стеснялась таинственного и непостижимого мужчины, которому так скоро предстояло стать ее мужем, а тот не имел ни малейшего понятия, как завоевать ее доверие и симпатию. Оба вздохнули с облегчением, когда прогулка подошла к концу и они могли позволить себе вернуться к привычным занятиям.
Под предлогом необходимости лично проследить за приготовлениями к прибытию молодой жены мистер Рэйвиншоу нашел прибежище в Суссексе, но воспоминание о единственном, не слишком удачном предвестии их будущей совместной жизни не покидало его.
Детство Гай провел в поместье Фэрингс, к которому он был привязан очень сильно по сравнению с другими владениями его семьи, и ему не хотелось сейчас его покидать. В какой-то момент стало очевидно: возвращение в Лондон далее откладывать невозможно. Сознание того, что отъезд из поместья подразумевал приближающийся конец его ничем и никем не ограниченной свободы, изводило Гая, все больше ухудшая и без того не слишком хорошее настроение.
В этом опасном состоянии духа его и застал кузен Пелем. Мистер Рэйвиншоу не слишком обрадовался его появлению, но приветствовал с приличествующей любезностью, хотя не собирался изменять решение отказать тому во всякой дальнейшей помощи. Ни вероятные последствия этого шага для Пелема, ни уверенность, что молодой человек постарается вызвать сочувствие в обществе, обсудив, с кем только представится возможность, жестокосердный поступок своего богатого родственника, нисколько не беспокоили Гая. Тем не менее, этот разговор с младшим кузеном в немалой степени взволновал его. Гай Рэйвиншоу всегда испытывал крайне неприятное чувство, если ему приходилось терпеть неудачу, не важно в чем. И он прекрасно понимал, что в случае с Пелемом он самым печальным образом потерпел крах.
На какое-то время Гай погрузился в эти невеселые мысли, затем нетерпеливо и недовольно передернул плечами и снова принялся разбирать почту.
Младший же мистер Рэйвиншоу тем временем вызвал камердинера и приказал тому упаковывать вещи.
– И не возись с этим весь день, – добавил он раздраженно. – У меня нет никакого желания оставаться в этом доме ни минутой дольше.
Самюэл Мик служил у Пелема достаточно долго, чтобы знать – произнеси он любое слово в ответ, гнев хозяина перекинется уже на него. Поэтому Самюэл только молча поклонился и принялся исполнять приказание, осторожно, по-кошачьему передвигаясь по комнате. Этот худой, бледный человек неопределенного возраста, с узкими плечами, немного сутулящийся, производил впечатление воплощенной услужливости, близкой к холопскому раболепию. На самом же деле Мик был вовсе не тем, кем казался. Исполнительный, далекий от щепетильности, хитрый и коварный махинатор, он в ряде случаев доказывал свою полезность хозяину действиями, не всегда относящимися к числу обычных обязанностей лакея. Полная осведомленность о существующем губительном положении дел своего молодого господина предполагала и знание причины, побудившей Пелема Рэйвиншоу посетить своего богатого родственника. Теперь ему не составило труда сделать неутешительный вывод о неудаче, сопутствовавшей этому визиту. «Прискорбно, – отметил про себя он, – но не столь уж неожиданно». Мистер Мик никогда не был склонен недооценивать Гая Рэйвиншоу и не раз брал на себя смелость предупреждать своего господина, что однажды тот зайдет слишком далеко и терпение его кузена лопнет.
Возвращение в Лондон прошло в том же самом состоянии плохо сдерживаемой ярости. Пелем всю дорогу провел в размышлениях над несправедливостью судьбы, которая выделила ему лишь крохи мирских благ, в то время как осыпала ими Гая сверх всякой меры. Он пытался найти хоть какой-нибудь выход, чтобы восстановить свое положение и одновременно отомстить кузену. Зависть и жалость к себе сменялись настоящим ужасом. Надвигающаяся беда вырисовывалась перед ним во всем ее отвратительном виде, и на этот раз, казалось, не существовало никакого способа, чтобы избежать ее.
По дороге Пелем останавливался пообедать и вернулся в свое жилище, которое снимал на Дюк-стрит, уже ближе к вечеру. Оказавшись снова в Лондоне, он прекратил размышлять о своих неудачах, переоделся и отправился искать развлечений, способных отвлечь его от тяжелых мыслей. В конечном счете эти поиски привели к укромному игорному дому в окрестности Сент-Джеймса, где его радостно встретил, правда, со слегка нетрезвым энтузиазмом, темноволосый молодой человек, лениво развалившийся в кресле у засыпанного картами стола.
– Пел! Где, дьявол тебя побери, ты прятался все эти два дня? Будь я проклят, если уж не начал думать: а не покинул ли он совсем страну?
Пелем рассмеялся и опустился на свободный стул.
– Может, так оно и случится, если удача отвернется от меня. Я ездил в Суссекс, Лин, повидать твоего будущего зятя.
– Неужели? – Сэр Реджинальд Линли метнул на него любопытный взгляд. – Я-то думал, он намеревается возвратиться в Лондон на этой неделе.
– Так оно и есть, но у меня к нему возникло срочное дело, не терпящее отлагательства. – Пелем немного поколебался, но добавил, криво усмехнувшись: – Мне следовало бы пощадить себя, поскольку я, как обычно, наткнулся лишь на проповеди и упреки. Знаешь, Лин, бесспорно, я желаю тебе успеха в установлении близких отношений с этим типом, но вот тебе мой совет: никогда не обращайся к нему за помощью, даже если попадешь в беду.
К их игральному столу подошли незнакомые люди, прежде чем сэр Реджинальд успел что-нибудь ответить, и Пелем переменил тему.
Но начавшийся разговор не был, однако, забыт.
Спустя несколько часов, при первых признаках серого рассвета, молодые люди покинули заведение и Пелем вернулся к нему снова. Он почувствовал некоторое беспокойство своего приятеля при упоминании имени Рэйвиншоу, и это разбудило в нем любопытство.
– Полагаю, мне следовало бы хорошенько подумать, прежде чем обращаться к Гаю за сочувствием или помощью, – вздохнув, заметил он. – Но право, Лин, я дьявольски влип и был глуп настолько, чтобы думать, будто его обручение с твоей родственницей могло бы хоть немного смягчить его нрав. – Он сделал паузу, затем добавил, как будто пораженный внезапной мыслью: – Интересно, а если мисс Линли… Но нет! Я не имею никакого права просить ее об этом.
Сэр Реджинальд бросил на приятеля глубокомысленный взгляд. Ему пришлось опереться на руку своего спутника, дабы не потерять равновесие, но он не был слишком пьян, чтобы не уловить смысл этого незаконченного высказывания.
– Думаешь, Дженни справится там, где ты претерпел неудачу? – поинтересовался он. – Осмелюсь предположить, она попыталась бы, если бы я поспросил ее, поскольку она умница, а вовсе не ханжа с постной физиономией. – Он хихикнул. – Да и как бы она могла быть такой, имея подобного братца! Но дело-то… Видишь ли, завтра она уезжает из Лондона, не знаю, сможет ли она попросить за тебя.
– Уезжает из Лондона? – не скрывая некоторого удивления, повторил за ним Пелем. – Это как это? Сейчас, когда до свадьбы сталось меньше месяца?
– Ну, в общем, ты же знаешь, как это бывает. – Сэр Реджинальд, казалось, немного смутился и попытался, хотя и не слишком толково, объяснить причину ее отъезда. – Куча приглашений на балы, вечера, приемы и вся эта кутерьма, волнение перед близкой свадьбой! По словам матушки, девочка совсем замучилась, и ее отсылают в Вестбридж. Совсем ненадолго. Лучшего нельзя и придумать!
Пелем издал какой-то нечленораздельный звук в знак согласия, отметив со злорадным восхищением, что, очевидно, отвращение к приближающемуся браку, не было отличительной прерогативой одного жениха. Он не удивился. Без всякого сомнения, малютка невеста выказывала протест, а ее осторожная мать отсылала дочь из Лондона, пока та не возьмется за ум. Заполучив в одночасье такой приз, как Рэйвиншоу, леди Линли не преминула решительно разделаться с угрозой своим планам.
– М-матушка отвезла бы Дженни в Вестбридж сама, – продолжил свои объяснения Реджинальд после значительной паузы, – но она не может уехать из Лондона сейчас, ведь у нее на попечении тетушка Луиза, которая впадает в настоящую истерику при каждом звуке. Ты слышал об ужасающих ночных событиях в доме моего дяди? Возмутительное нарушение закона, если кто-то интересуется моим мнением! Уму непостижимо, куда мы катимся!
Пелем ответил, что он узнал об этом преступлении по возвращении в Лондон, но казалось, его больше заинтересовал предполагаемый отъезд мисс Линли.
– Разве, – поинтересовался он, – она поедет совсем одна?
– Ну да, и что тут такого странного? – Реджинальд Линли воинственно возвысил голос. – Черт побери, там пути-то всего каких-то несколько часов. С ней будет горничная, и поедут они в карете моей матери с нашими собственными слугами. Матушка хочет заставить меня сопровождать ее, но я-то не вижу в том никакой нужды. Так ей и сказал. Не вижу никакой опасности для Дженни, ничего с ней не случится – средь бела дня к тому же! Только одна остановка для смены лошадей, и как раз в «Красном льве» в Барнете, где нас все знают с тех пор, как я себя помню. Забавное бы я представлял собой зрелище, если бы протащился за ними всю дорогу до Вестбриджа по такому пустячному делу!
Пелем согласился с ним, и некоторое время они брели в полном молчании. Внезапно молчание прервал Реджинальд, который, очевидно, прокручивал в мыслях их беседу:
– Не вижу, чтобы от Дженни была сейчас тебе большая польза. Ее никогда не оставляют одну с Рэйвиншоу, а это не тот вопрос, который она смогла бы поднять при матушке. Подожди до свадьбы, и, если к тому времени твое дело не решится, мы попросим ее подумать, как она смогла бы нам помочь. Смею заметить, Рэйвиншоу тогда скорее согласится. Молодая жена, сам понимаешь… как бы угодить ей! Не сомневайся, Пел, Дженни именно тот человек, который поможет тебе выпутаться из твоей проблемы.
Пелем скривился в презрительной усмешке, представив своего кузена в роли любящего молодого мужа, но Реджинальд не заметил его ухмылки, а когда Пелем заговорил, в голосе его не прозвучало ничего, кроме удовлетворения.
– Да, она именно тот человек, который мне поможет, – повторил он тихо, – ты прав, Лин, я полагаю, именно она и поможет мне!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Романтичная леди - Торп Сильвия



Просто и приятно.По стилю немного напоминает Дж.Остин.Есть несколько оригинальных сравнений в описаниях, нет повторов. Читала без восторга, но с удовольствием. Спасибо автору, переводчику и библиотеке.=Елена=
Романтичная леди - Торп СильвияЕлена Арк.
9.05.2012, 6.09





С удовольствием прочитала этот роман.Приятный сюжет.Читайте и наслаждайтесь.
Романтичная леди - Торп СильвияРАЯ
1.04.2013, 9.42





легкий,затрагивающий
Романтичная леди - Торп Сильвиялина
1.04.2014, 14.35





Хороший,приятный роман.И не более.
Романтичная леди - Торп СильвияMarina
24.04.2014, 7.33





Роман только неплох и переводчику большой минус: не Летишия, а Летиция - довольно распространенное имя, чтобы не знать.
Романтичная леди - Торп СильвияНатали
29.05.2014, 21.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100