Читать онлайн Полюби дважды, автора - Торнтон Элизабет, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Полюби дважды - Торнтон Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 78)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Полюби дважды - Торнтон Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Полюби дважды - Торнтон Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торнтон Элизабет

Полюби дважды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

Как только Лукас увидел, что Джессика вошла в дом, он развернул коляску и отправился восвояси. Он совершенно не обращал внимания на то, что творилось вокруг, — все его мысли занимала Джессика.
Она потеряла память. Когда монахини сообщили ему об этом, он не поверил. Вернее, не захотел верить. Он не скрывал своих подозрений и расспрашивал монашек со всей тщательностью. Они не видели никаких противоречий в истории Джессики, а ему эти противоречия просто бросались в глаза. Но не мог же он рассказать монахиням, как Джесс таяла в его объятиях, как будто и не было долгих лет, проведенных в разлуке. Он решил немедленно встретиться с ней и поговорить начистоту. С этой целью он прямо из Хокс-хилла направился в Челфорд, надеясь найти Джессику в конторе мистера Ремпеля, однако нашел он ее в «Черном лебеде», и разговор получился совсем не такой, какого он ждал. Точнее, совсем не получился.
Она потеряла память. Сейчас эта новость вызывала в нем совсем другие чувства, чем три дня назад, когда он почти овладел ею на кухонном столе в Хокс-хилле. И все эти три дня он беспрестанно размышлял об этом. Ведь за те годы, что она отсутствовала, он прочесал все графство, весь Лондон, разыскивая ее, но ему и в голову не приходило искать ее в монастыре сестер Девы Марии. И все это время он жил в ожидании того, что вот-вот констебль или кто-то из друзей постучит к нему в дверь и сообщит, что найдено ее тело. Поэтому, когда спустя три года она объявилась живая и невредимая и даже не сочла нужным хоть что-нибудь объяснить или рассказать ему о том, где она провела столько времени, он пришел в ярость. Однако если она действительно потеряла память, то это многое объясняло.
И ему, по-видимому, придется ей поверить: на это были причины. Во-первых, монахини не лгут. А во-вторых, Джессика стала совсем другой. Он и в самом деле с трудом узнал в этой разъяренной фурии прежнюю Джессику, ту, которую он очень хорошо знал. Раньше она смотрела на него как на божество, с нескрываемым восторгом и безоглядной любовью. Это началось с того дня, когда возле церкви девочки посмеялись над ней из-за того, что она не умела читать, о чем все узнали на уроках в воскресной школе. Он одним взглядом заставил их замолчать и попрятаться за спины матерей.
До этого дня он не обращал на Джессику никакого внимания. Она была для него просто соседской девочкой, которая бегает, когда и куда ей вздумается. В то время как другие двенадцатилетние девочки зубрили алфавит, постигали искусство вышивания и, самое главное, учились чувствовать и вести себя как маленькие леди, Джессика Хэйворд была полностью предоставлена самой себе. Вильям Хэйворд уже тогда был печально знаменит тем, что ни в грош не ставил мнение соседей. А уж отцом он был и вовсе никудышным, если не сказать хуже. Однако, по каким-то неведомым причинам, маленькая Джессика боготворила своего отца.
Было еще кое-что, чего Лукас не мог ни понять, ни объяснить — причины, по которым он решил ввязаться в это дело. Ведь он был тогда молодым двадцатилетним парнем, и ему было чем заняться. Но уже тогда в этом брошенном ребенке, в ее задумчивых серых глазах было что-то такое, что заставило дрогнуть его сердце. А может, это был результат воспитания. Хотя у Уайльдов никогда не было лишних денег, все, кто нуждался в помощи, всегда могли рассчитывать на доброту и сочувствие его отца.
Но каковы бы ни были причины его внезапного интереса к Джессике, Лукас занялся девочкой всерьез. Во-первых, он поговорил о малышке со своей матерью, а когда ее попытки убедить Хэйворда уделять больше внимания воспитанию и образованию Джессики окончились ничем, Лукас привлек к этому делу констебля. Страж порядка постарался настолько усложнить жизнь Хэйворда, что тот был счастлив отправить Джессику в школу мистера Дэйма в городе.
Поэтому было вполне естественно, что Лукас стал интересоваться ее успехами, а она, в свою очередь, начала превозносить молодого человека и смотреть на него как на своего кумира. Дальше — больше. Он с некоторым изумлением, но не возражая, наблюдал за тем, как растет ее преданность ему, несмотря даже на то, что иногда проявления этой преданности становились несколько утомительными. Однако все изменилось незадолго до того, как он ушел на войну, когда Джесс буквально загнала его в угол в его собственной конюшне.
После этого он никогда больше не мог смотреть на нее как на ребенка.
Он попытался деликатно охладить ее пыл. Он всегда обращался с ней именно так. Но Джессика не была бы Джессикой, если бы не воспользовалась подходящим случаем. Помнится, он говорил ей что-то о том, что когда-нибудь она встретит молодого человека своего возраста и влюбится в него… В этот момент она встала на цыпочки, обвила руками его шею и поцеловала. Он улыбнулся, когда ее губы коснулись его губ. Это был ее первый поцелуй, и Лукасу не хотелось испортить приятное впечатление. Тогда ему казалось, что именно он и должен быть первым, кого она поцелует, однако следующая мысль, внезапно возникшая в мозгу, смутила его самого — на самом деле он хотел быть ее первым мужчиной.
Осознание этого желания привело Лукаса в такое замешательство, что несколько секунд он плохо соображал. Потом он схватил девушку за плечи, чтобы оттолкнуть ее, но было уже слишком поздно. Непонятно, как Джессика ухитрилась это сделать, но в следующее мгновение она толкнула его, и они оба упали на сено. Его бы, конечно, это рассмешило, если бы не приближающиеся звуки голосов Адриана и Беллы. Они громко звали Лукаса. Молодой человек не только почувствовал себя неловко — он испугался.
Средь бела дня они с Джессикой были в конюшне одни, в пустом стойле на куче сена. Она лежала на спине в задравшейся юбке, а он оказался как раз между ее бедер, всем телом крепко прижавшись к ней. Увидев их в этот миг, никто бы не поверил, что пуговицы на его штанах все еще были застегнуты.
Когда дверь конюшни со скрипом приоткрылась, Джессика вобрала в легкие побольше воздуха, и Лукас с ужасом понял, что она задумала. Маленькая ведьма подстроила ему ловушку! Она собиралась закричать, чтобы Белла застала их вместе. Так она хотела отомстить Лукасу за любовь к Белле.
Он не растерялся и крепко зажал ей рот рукой. А спустя несколько мгновений, слыша удаляющиеся звуки шагов Беллы и Адриана, он так сильно встряхнул Джессику, что она, наверное, запомнила это на всю жизнь. Позже Лукас прочел ей ханжескую проповедь о том, как опасно возбуждать страсть в мужчинах. А когда Джессика, почти рыдая, стала возражать и убеждать его в том, что на самом деле Белла не любит его, что она ему совсем не пара и никогда не сделает его счастливым, он намеренно жестоко сообщил ей, что любит Беллу и будет любить ее всю жизнь.
Ему казалось, что он говорит чистую правду, а кроме того, ему и в голову не приходило, что Джессика могла оказаться гораздо умнее, чем он. На самом деле привлекательность Беллы заключалась не только в ее красоте, но прежде всего в том, что за ней давали немалое приданое, поэтому претендентов на ее руку было предостаточно. Однако по каким-то неведомым причинам из всех своих воздыхателей она выбрала его.
Это льстило его юношескому самолюбию и тщеславию. И теперь дело оставалось за ее отцом. Если Лукасу удалось бы склонить его на свою сторону, они с Беллой немедленно бы поженились. Правда, пока сэр Генри был категорически против их брака. Он желал для своей драгоценной доченьки супруга побогаче, чем какой-то студент, который живет сегодняшним днем и не имеет гроша за душой. Поэтому Лукасу пришлось попытать счастья на воине. Белла поклялась дождаться его, отступать было некуда, и он вступил в армию.
Но не образ Беллы хранил он в памяти, когда с боями выгонял французов из Испании. Его душу и сердце пленила беспризорная девочка с задумчивыми серыми глазами, которая призналась ему в своей безграничной любви. Она владела всеми его помыслами, но он запретил себе думать о ней. Ведь это была Джессика Хэйворд! Почти ребенок! Да его надо пристрелить за такие крамольные мысли! А вообще-то была Белла. Он предложил ей руку и сердце. И хотя они не были официально помолвлены, между собой они уже все решили. А человек чести не отказывается от данного слова. Поэтому, даже если он будет жалеть об этом до конца своих дней, он должен жениться на Белле.
Когда Лукас вернулся домой летом пятнадцатого года, после битвы при Ватерлоо, он был полон решимости поступить так, как велит совесть. К тому времени отец Беллы смягчился и был готов благословить их брак.
Однако судьба распорядилась иначе. Адриан и Руперт вернулись домой несколькими неделями раньше, и то, что они рассказали ему, привело Лукаса в ярость. За все время его отсутствия Джессика была, по сути, затворницей. У нее не было ни близких, ни друзей. Лукас направился в Хокс-хилл, чтобы найти там Вильяма Хэйворда, а нашел лишь Джесс. Позже, в эту же ночь, Джессика нагородила своему отцу гору лжи, и Хэйворд попытался припереть Лукаса к стенке в «Черном лебеде».
Лукас был так зол, что ему хотелось придушить Джессику. Но это было до того, как он узнал, что ее отца убили по дороге домой, а сама она исчезла. В течение следующих трех лет он прошел все круги ада, пытаясь разыскать ее и гадая, что могло с ней случиться.
Наконец-то он узнал все, но не мог решить, что же ему теперь делать с Джессикой Хэйворд. Необъяснимое влечение, которое толкало их в объятия друг друга, никуда не исчезло. И Джессика уже не была ребенком. Да и Белла не стояла больше между ними. Возможно, Джессика не осознавала, что они оказались на краю бездны. Эта мысль вызвала у Лукаса усмешку.
Продолжая размышлять о Джессике, он доехал до дома. Во дворе конюшни его ждал Перри.
— У тебя гости, — сказал кузен, кивнув на экипажей с упряжкой лошадей, стоявший под высоким старым дубом. — Белла и Руперт, — добавил он совершенно, впрочем, напрасно, так как Лукас и сам узнал особую серо-голубую ливрею кучера Хэйгов. — Они приехали в Челфорд сегодня утром. Услышав новости о Джесс, побросали все дела и примчались сюда, чтобы… как это выразилась Белла?.. а, да, оказать поддержку. — Он хихикнул. — Какой вздор! На самом деле она в бешенстве. Я хотел тебя предупредить.
Как только Лукас соскочил с коляски, Перри же запрыгнул в нее и взял в руки вожжи.
— Ты что, не войдешь со мной в дом? — спросил Лукас.
— К черту! То есть я хотел сказать, спасибо — отказался Перри. — Я уже принес свои извинения. И, кроме того, там Адриан. Он очень старается развлечь гостей до твоего приезда.
Весело смеясь, он щелкнул кнутом, и коляска умчалась в облаке пыли.
Лукаса не удивило, что кузен не остался. Перри всегда сетовал, что они трое — Лукас, Руперт и Адриан — просто кучка старых чудаков, которые, собравшись вместе, только и говорят, что о войне или добрых старых временах.
«Старые чудаки», — вспомнил Лукас и усмехнулся. Перри никогда не видел их в сражениях, где они были бесстрашными воинами. А теперь посмотрите них! Адриан стал искателем удовольствий. Руперт сельским сквайром, всецело увлеченным выращиванием редких сортов роз. А сам Лукас… Похоже, он просто плыл по течению.
Заходя в комнату, он замешкался в дверях и, не замеченный, услышал их разговор. Предметом разговора была Джессика, и в основном говорила Белла.
«Действительно красивая женщина», — подумал! Лукас. Она умело подобрала платье, и оно было того же оттенка, что и ее ярко-голубые глаза. Черные локоны обрамляли безупречное лицо. Но ее красота больше не производила впечатления на Лукаса. Он уже давно знал, что за этой прекрасной внешностью скрывается пустая, тщеславная, недалекая женщина, но, поскольку она была женой Руперта, Лукас относился к ней с должным почтением.
Адриан первым заметил его.
— Я как раз рассказывал Белле и Руперту, — начал он, — что ты поехал в Хокс-хилл, чтобы предупредить монахинь о необходимости освободить усадьбу. Что тебя задержало?
Он пристально посмотрел на Лукаса, вздохнул и сказал:
— Понятно. Ты им не смог отказать. Интересно, почему это меня совсем не удивляет?
Лукас молча взглянул на кузена, проигнорировав колкость.
— Лукас! — воскликнула Белла. Она поднялась со стула и протянула к нему руки. — Мы приехали сразу же, как только узнали новости. Адриан говорит, что Джессика Хэйворд действительно монашка!
Лукас без всякого энтузиазма взял руку Беллы и запечатлел на ней вежливый поцелуй. Белла казалась невозмутимой, однако ее длинные тонкие пальцы дрогнули в его руке.
— Белла, — сказал он, — ты, как всегда, прекрасна. Нет, Джессика не монашка. — Он повторил им все, что рассказали ему сестры из монастыря Девы Марии. — Она не постриглась в монахини. Она была очень добра к детям, поэтому помогала сестрам в сиротском приюте.
Он повернулся, чтобы поприветствовать Руперта, и только тогда его улыбка засияла неподдельной теплотой. Руперт был светлым блондином, в то время как его жена — жгучей брюнеткой. Он был высок и строен, но слегка сутулился. В армии он слыл отважным солдатом, Лукас же высоко ценил его дружбу. Оставив мундир, Руперт одевался как сельский джентльмен и производил впечатление преуспевающего землевладельца. Однако внешность бывает обманчива. Руперт был создан для богатства и удовольствий.
— Надеюсь, с тобой все в порядке? — спросил Руперт.
— А что могло со мной случиться? — удивился Лукас.
Руперт вгляделся в лицо друга.
— Ну ты так внезапно исчез, не сказав никому ни слова, — пробормотал он, смутившись.
— Неожиданно возникли неотложные дела, — коротко ответил Лукас. Когда брови Руперта от удивления поползли вверх, он со смехом добавил: — На этот вопрос я точнее отвечу тебе, когда здесь не будет дамы.
— А-а-а! — протянул Руперт, и в его глазах зажегся огонек понимания. — Видимо, придется тебе остановиться на одной женщине, Лукас!
Адриан перебил его:
— Я был бы тебе очень благодарен, если бы ты не вмешивался. Не надо подсказывать ему такие идеи.
— Ты что, против его женитьбы? — удивился Руперт.
— Как его друг — нет. Но как его наследник — да, — заявил Адриан и рассмеялся.
Как только хохот затих и Лукас сел, Белла нетерпеливо поинтересовалась:
— Мы все были поражены, услышав, что Джессика Хэйворд вернулась. Что за игру она затевает, Лукас? Что она задумала?
— Дай человеку перевести дух, Белла, — Руперт с улыбкой остановил жену. — Нам всем не терпится услышать историю Джессики. А теперь сядь и дай Лукасу собраться с мыслями.
Сделав несколько глотков бренди, Лукас рассказал своим друзьям все о жизни Джессики в монастыре сестер Девы Марии в Лондоне. Закончил он эту историю, поведав о несчастном случае с каретой, вследствие чего Джессика потеряла память.
Когда он замолчал, Белла скептически заметила:
— И ты ей веришь?
Лукас не знал, почему этот вопрос вызвал у него раздражение. Ведь и у него с самого начала возникали сомнения. Но ответил он Белле, тщательно скрывая свое настроение:
— Монахини подтвердили историю Джессики. Кроме того, это очень правдоподобно. В противном случае зачем ей понадобилось торчать в монастыре целых три года?
— Зачем? — Белла горько усмехнулась. — Затем, что она погрязла во лжи и боялась ее последствий. Затем, что она прекрасно понимала, что стоит ей показаться здесь, как ее начнут преследовать. — Белла глубоко вздохнула. — Я бы могла еще продолжать и продолжать.
— Тогда зачем она сейчас вернулась? — Лукас не понимал возражений Беллы.
— У Джессики Хэйворд всегда были стальные нервы и железная воля. — Белла почти кричала. — Да она просто заигрывает с тобой, Лукас, потому что знает, что у тебя теперь титул и положение. Она хитрая маленькая ведьма, и, если ты не будешь осторожен, она добьется успеха там, где в прошлый раз потерпела поражение.
Адриан хихикнул, и Белла резко повернулась к нему.
— Что такое? — гневно спросила она.
— Джессика Хэйворд, — ответил он, — уже не та девочка, которую мы знали. И она не влюблена до безумия в сэра Галахэда
type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
. — Он кивнул в сторону Лукаса. — Более того, она невзлюбила его настолько, что, когда они столкнулись в Хокс-хилле, она наставила на него заряженное ружье и выстрелила. К счастью, она забыла взвести курок.
Белла, от возмущения задыхаясь, ловила ртом воздух. Руперт издал короткий смешок.
— На самом деле все обстоит еще хуже, — мрачно произнес Лукас. — Час назад она обвинила меня в том, что я убил ее отца.
Воцарились долгое молчание, а потом Руперт вдруг расхохотался. Однако, поймав на себе осуждающий взгляд Лукаса, так же резко прекратил смеяться.
— Извини, дружище, — сказал он, хотя в его голосе не было и тени сожаления или раскаяния, — но разве не этого ты всегда хотел излечить ее от любовной лихорадки? Похоже, ты в этом преуспел. И я не пойму, почему у тебя такой мрачный вид. Ведь никто не подозревает тебя в убийстве, что бы там ни говорила Джессика.
Лукас посмотрел на Адриана, потом перевел взгляд на Руперта.
— Если бы я стрелял в Вильяма Хэйворда, — возмущенно заявил он, — то уж никак не в спину. Это подлость и настоящее предательство!
Наступила очередная длинная пауза, а затем Руперт произнес в свойственной ему непринужденной манере:
— Я размышлял об этом. Убивший Вильяма Хэйворда мерзавец заслуживает лишь нашего презрения.
Белла раздраженно возразила:
— Убийца Вильяма Хэйворда избавил мир от негодяя, а если вы со мной не согласны, то вы — настоящие лицемеры.
Закончив таким образом обсуждение убийства Вильяма Хэйворда, Белла вернулась к теме, которая занимала ее куда больше.
— Итак, Джессика Хэйворд остается в Хокс-хилле? К тому все идет, да, Лукас? — с нескрываемой иронией спросила она.
— Я не могу выгнать монахинь, — спокойно ответил лорд Дандас. — Эти женщины много работают, они готовы на самопожертвование ради блага ближнего, и я считаю, что их присутствие будет нам только полезно. — Он беспомощно пожал плечами, подбирая слова. — Кроме того, если я их выгоню, они без труда найдут другой дом в округе, а потому пусть остаются в Хокс-хилле. Все равно он пустует и постепенно разрушается. Мне до него дела нет.
Белла решительно встала и начала натягивать перчатки.
— Это становится похожим на сплетни, и мне это неприятно. — Она кисло улыбнулась Лукасу. — Может, монахини и окажутся полезными для нашего небольшого общества, но они не вхожи в наши дома. Это же относится и к Джессике Хэйворд. Правда, она никогда и не была вхожа, а уж после скандала, который она учинила, ни одна уважающая себя леди не откроет ей двери своего дома. Бедняжка, я могу ей только посочувствовать.
Все джентльмены вежливо встали. Лукас смахнул пылинку со своего рукава.
— Двери этого дома всегда будут открыты для Джессики, — мягко сказал он, посмотрев на Беллу ясным взглядом. — Во-первых, потому, что моя матушка всегда любила Джессику, и, когда она вернется из Лондона, я знаю, она захочет увидеться с ней. А во-вторых, я не верю, что Джессика наврала отцу. По-моему, Вильям Хэйворд сам сочинил эту историю, чтобы заставить меня раскошелиться.
— Раньше я не слышала от тебя подобного толкования этой истории, — натянуто улыбаясь, сказала Белла.
— Разве? — несколько съязвил Лукас. — Возможно, я не всеми мыслями делился с тобой, однако у меня было время подумать, и теперь это толкование кажется мне вполне вероятным.
Руперт хмуро разглядывал пуговицу, которая оторвалась от его сюртука.
— Мне всегда нравилась Джессика, — тихо проговорил он, — да и жалко мне ее было всегда. С таким папашей ей жилось не сладко. — Он поднял глаза на Беллу и улыбнулся. — Я знаю, что, когда у тебя будет время поразмыслить об этом, дорогая, ты придешь к выводу, что Лукас прав. — Он повернулся к Лукасу. — Двери нашего дома будут тоже всегда открыты для Джессики.
Лукас взглянул на Беллу. Она улыбалась, но эта улыбка не могла обмануть Лукаса. Он почти физически ощущал внутреннюю борьбу, которую вела Белла, пытаясь обуздать свою ярость. Наконец, справившись с собой, она произнесла:
— Если Джессика действительно изменилась, как ты утверждаешь, то я, конечно, сделаю все от меня зависящее, чтобы помочь ей. — Затем резко добавила, обращаясь к Руперту: — Пойдем, дорогой. Я обещала кухарке составить меню на сегодня. Ты же знаешь, что эта глупая женщина ничего не может сделать без указаний.
Лукас и Адриан стояли на дороге и смотрели, как коляска Руперта исчезает за поворотом.
— Итак, ты убежден, что Джессика действительно потеряла память? — задумчиво спросил Адриан.
— Да, я убежден, — ответил Лукас.
Понимая, что Лукасу не хочется, да и неприятно развивать эту тему, Адриан все же продолжил:
— Если ты собираешься создать Джессике хорошую репутацию, то тебе не обойтись без помощи какой-нибудь добродетельной женщины.
— Какой, например? — встрепенувшись, осведомился Лукас.
— Что скажешь насчет жены викария? По-моему, она-то нам и нужна, — предложил Адриан.
— Я об этом подумаю. А почему ты такой серьезный? — спросил Лукас.
— Я думаю о Белле. Она ведь может запросто уничтожить твою Джессику, — ответил кузен.
— Мою Джессику? — хмуро переспросил Лукас. Адриан хохотнул и обнял Лукаса за плечи.
— Лукас, даже слепой видит тебя насквозь. А я не слепой. Можно дать тебе дружеский совет? — Он тепло улыбнулся двоюродному брату.
— Брось, Адриан! — Серьезно глядя на друга, отозвался Лукас.
Несмотря на нежелание кузена продолжать разговор, Адриан сказал:
— Просто постарайся сделать так, чтобы история не повторилась.
По пути домой Белла говорила о всякой чепухе, стараясь не выдать того, чем в действительности был занят ее ум. Она сдерживалась от проявления своих чувств прежде всего из-за кучера, ибо простолюдины, по ее глубокому убеждению, имели привычку излишне болтать и сплетничать. А Белла не хотела, чтобы в округе пошли разговоры о том, что она, Белла Хэйг, переживает из-за возвращения Джессики Хэйворд. Однажды ее уже выставили на посмешище. Второй раз она этого не потерпит.
Как только они вышли из коляски и кучер уехал на конный двор, Белла сказала:
— Не понимаю, почему мы каждое лето должны торчать в этом захолустье, когда можем поехать в Брайтон с принцем-регентом? Он меня лично спросил, собираемся ли мы туда этим летом.
Голос Руперта звучал тихо и кротко, когда он отвечал жене:
— Мне так же жаль, как и тебе, моя дорогая, но мы не можем разочаровать наших людей. Они ждут, что мы будем присутствовать на их традиционном летнем балу.
— Но почему они не могут организовать его в августе? — сердито возразила Белла.
— Потому что они будут слишком заняты — уборочная страда! А кроме того, это традиция, которая соблюдается в нашей семье вот уже несколько поколений, — ответил Руперт.
Белла поджала губы. Она вынуждена была признать, что Руперт оказался довольно снисходительным и терпимым мужем, но в одном он был тверд. Когда они приехали в Беркшир, то должны были жить в доме, который принадлежал семье Хэйг вот уже два столетия. В этом доме Руперта вырастил и воспитал его дед. Сам Руперт глубоко чтил традиции.
Беллу это раздражало. Последний дом ее отца, который был куда лучше, чем эта груда рассыпающихся кирпичей, был продан. И теперь, вот уже почти полгода, ее вынуждают терпеть комнаты размером со шкаф, дымящие трубы и штукатурку, которая отваливается всякий раз, как хлопает дверь.
И хотя у них есть деньги, чтобы перестроить этот дом от крыши до фундамента, Руперт и слышать об этом не хочет. Он постоянно напоминает ей, что дом в Лондоне принадлежит ей и она может делать с ним все, что захочет. Здесь же ничего трогать не надо. Они не скупились на расходы, и дом на площади Гросвенор стал одним из красивейших особняков в столице. Однако деньги, вложенные в этот дом, принадлежали не ей. После свадьбы самым большим потрясением для нее стало известие о том, сколь богатым человеком является Руперт Хэйг. Конечно, и раньше было известно, что в семействе Хэйг есть деньги, но спартанская жизнь, которую вели Руперт с дедом, не позволяла даже приблизительно определить количество этих денег. Белла не могла понять, почему люди предпочитают жить скромно, владея огромным состоянием.
Когда они вошли в парадный зал, ее губы напоминали уже тонкую линию. Она ненавидела это мрачное помещение, с отделанными темным дубом стенами и маленькими оконцами. Другие жили в просторных особняках, украшенных греческими колоннами и отделанных белым мрамором, но совершенно бесполезно говорить об этом с Рупертом. Он, как всегда, ответит, что это дом в стиле Тюдоров и что именно Этим он отличается от других домов, а греческие колонны и белый мрамор — это уже чересчур. Что он в этом понимает?! Если это не чересчур для принца-регента, значит, и для нее не чересчур.
Когда Руперт сообщил жене, что собирается пойти в оранжерею, чтобы повозиться со своими розами, она спросила его, не будет ли он так любезен и не зайдет ли сперва к ней в комнату, чтобы они смогли поговорить наедине. Она дождалась, пока он закроет за собой дверь, прежде чем закричала в ярости:
— Я не поверила собственным ушам, когда ты сказал, что двери нашего дома будут всегда открыты для Джессики Хэйворд! И это после того, что она мне сделала!
Руперт присел на подлокотник кресла.
— Прежде всего я думал о тебе, — сказал он. — Как это будет выглядеть, если ты станешь демонстрировать свою неприязнь к этой девушке? Люди скажут, что ты до сих пор любишь Лукаса и ревнуешь его к Джессике.
— Меня не волнует, что скажут люди! — не сдерживаясь больше, кричала Белла.
— Думаю, это не так, — возразил Руперт. — На самом деле ты придаешь большое значение тому, что о тебе говорят окружающие, для меня это тоже важно.
Его спокойный тон воспламенил ее еще больше.
— Ты не прав! Я не придаю этому вообще никакого значения! — злобно прошипела Белла.
— Неужели? — Он уже не улыбался, голос его стал жестким. Лицо Руперта окаменело, словно высеченное из гранита. — Ну что ж, зато я придаю. И сейчас я говорю серьезно, Белла. Я не желаю, чтобы наше имя было вываляно в грязи. Я не желаю, чтобы моя жена вела себя вульгарно. Я не призываю тебя сделать Джессику своей лучшей подругой, но хочу, чтобы твои поступки шли на пользу репутации нашей семьи.
Белла была потрясена больше, чем сама могла предполагать. Руперт редко разговаривал с ней таким тоном, но когда это случалось, муж напоминал ей ее отца. Отбросив воспоминания, она вздернула подбородок. Никто не смеет разговаривать с ней подобным образом!
— Джессика Хэйворд сделала мне гадость, — заявила она, — и я не собираюсь прощать ей этого.
Руперт встал.
— Я не призываю тебя простить ее — сказал он — Просто веди себя с ней прилично, вот и все, о чем я прошу.
Возле двери он обернулся и послал ей одну из своих самых милых улыбок.
— Я говорил тебе, что вывел новый сорт роз? — спросил он, — Я назвал его «Арабелла» в твою честь. Это роза ярко-малинового цвета, и более прекрасных цветов я в своей жизни еще не видел. Харди тоже. Они действительно напоминают мне тебя.
У нее внутри все кипело от ярости. Неужели он думает подкупить ее тем, что назвал розу ее именем?
Оставшись одна, она села на диван и сцепила руки так, что побелели костяшки пальцев. Всего несколько часов назад она была в Лондоне, и была счастлива. А теперь — только взгляните на нее! Она вся напряжена, как натянутая тетива.
С ней всегда такое происходило в Челфорде. В Лондоне она была совсем другая, но здесь она замечала тончайшие нюансы, которые убеждали ее в том, что она никогда не сможет стать одной из здешних дам. Отец предупреждал ее, что происхождение имеет большое значение в провинциальном обществе, но высокое социальное положение и красота могут помочь ей подняться до уровня местной аристократии. Ну а уж если не она — знатная дама, то кто тогда? Она тщательно следит за собой, Она всегда одета по последней моде. Она знакома с лучшими людьми. О ее приемах говорят в городе. И все-таки в доме у Лукаса Беллу не покидало ощущение, что Джессика Хэйворд, девчонка, которая из-за своего темного прошлого не заслуживает доброго слова, стоит выше ее.
Белле казалось, что даже собственный муж предал ее.
Она закипала от одной мысли об этом. Ей причинили зло. Но тогда почему никто не вступился за нее? Она честно ждала Лукаса четыре года. Это время тянулось невыносимо долго. Четыре года, в течение которых все ее подруги одна за другой выходили замуж. Все уже стали поговаривать, что она останется старой девой. Но она любила Лукаса. И чем больше проходило времени, тем труднее ей было что-либо изменить в своей жизни. Люди могли говорить что угодно — будто она провела свои лучшие годы в ожидании Лукаса, могли смеяться над ней, однако она не сдавалась.
А потом разразился скандал, в результате которого ее выставили на всеобщее посмешище. И этого она никогда не забудет и не простит.
Ее отец разгневался даже сильнее, чем она. Он всегда был против ее брака с Лукасом, отдавая предпочтение Руперту. И хотя Руперт никогда бы не унаследовал графский титул, его происхождение было безупречным. К тому же у него были деньги, и он был героем войны. Поэтому Белла, женщина настолько красивая, что могла заполучить любого мужчину, какого бы ни пожелала, приняла его предложение.
И вот какая награда ждала ее?
Она сделала несколько глубоких вдохов и заставила себя расслабиться. Конечно же, слова о том, что ее ничуть не волнует то, что скажут люди она бросила Руперту в запальчивости, под влиянием момента. На самом деле ее это очень даже волновало. И еще она очень заботилась о том, чтобы каждый, кто проявлял к ней хоть малейшее неуважение, понес наказание. Лукас поплатился тем, что потерял ее навсегда. А Джессика Хэйворд…
Джессика Хэйворд всегда была для Беллы бельмом на глазу. Правду говоря, она была странной девушкой, постоянно совала нос не в свои дела и не желала знать свое место. Но Белла не могла никому сказать правду, так как выставила бы себя в плохом свете. Из-за Джессики Хэйворд она, Белла Клиффорд, первая невеста в графстве, получила жуткую взбучку от своего отца, сэра Генри.
Он заметил, что кто-то в доме ворует фарфор и столовое серебро, и посчитал виновным одного из лакеев, хотя это было делом рук Беллы. Она была слишком напугана, чтобы признаться отцу, поэтому лакея обвинили, признали виновным и отправили в колонию отбывать срок за преступление. Однако Джессика Хэйворд каким-то образом узнала правду и разболтала все сэру Генри. В результате он устроил взбучку своей единственной дочери и разорил единственного ювелира в Челфорде, который скупал у Беллы серебро. А чтобы Джессика Хэйворд держала рот на замке, он заплатил ее отцу приличную сумму, которую Вильям Хэйворд тут же пропил и проиграл в карты.
Если бы сэр Генри назначил дочери достаточное содержание, ей бы не пришлось воровать серебро и фарфор в собственном доме. Хотя она это, разумеется, не считала воровством. В конце концов, она все равно рано или поздно унаследует все эти вещи. Стоило ли делать из мухи слона?
После этой истории она старалась держаться подальше от Джессики Хэйворд. А заодно придумывала и рассказывала всем подряд всякие гадости про Джессику, чтобы настроить людей против нее. Пока Лукас был на войне, это было легко — Джессику некому было защитить.
Но потом Лукас вернулся… и Джессика Хэйворд расправилась с Беллой, применив то же оружие. Не было еще человека, который, проделав такое с Беллой Клиффорд, остался бы безнаказанным.
Немного успокоившись, она вытянулась на шезлонге и закрыла глаза. Прошло немало времени, пока ее надутые губы сложились в улыбку. Белла открыла глаза. Она сделает так, как просил ее муж. Она откроет Джессике Хэйворд двери своего дома, но если та воспользуется приглашением, то горько пожалеет об этом.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Полюби дважды - Торнтон Элизабет

Разделы:
Пролог1234567891011121314151617181920212223242526272829

Ваши комментарии
к роману Полюби дважды - Торнтон Элизабет



хорошо, даже очень хорошо! жизненно, захватывает так , что не оторвешься. спасибо переводчику огромное, что сохранил стиль, только есть опечатки
Полюби дважды - Торнтон Элизабетлюдмила
20.12.2012, 5.07





Безумно понравилось! Роман в лучших традициях Торнтон. Прочла взахлеб. Интригующий детектив, бесподобная любовная линия. Давно что-то такое я хотела прочесть. Он любил ее, потерял, не знает что с ней, на него накатывают "черные дни" тоски по ней, он то злится, то мучается, страдает, ищет ее, а когда находит уже ни за что и ни когда не отпустит, всегда будет рядом. Мне понравился Лукас, хотя не всегда я его понимала и была с ним согласна. Джесс - не так зацепила, но тоже интересный персонаж. Меня увлекли ее поиски себя, поиски убийцы; ее сомнения, страхи, недоверие и неуверенности. Я ее поняла...Роман пополнил коллекцию любимых: 10/10
Полюби дважды - Торнтон ЭлизабетNeytiri
14.05.2014, 22.16





очень хороший и захватывающий роман.понравилось.
Полюби дважды - Торнтон Элизабетчитатель)
6.06.2014, 12.15





Не разделяю восторга, но читать, имея свободное время, можно. Как не старалась, не прониклась особой симпатией к Ггероине, а это 50% интереса к книге. Лукас понравился больше, хотя очень смущала его далеко не братская любовь к девочке - подростку: 4 года на войне, будучи обрученным с местной красавицей, думал о 14-летней и желал ее(?!). Переборщила, по моему мнению, автор с мистикой и телепатией, да так, что иногда казалось, что по героине психушка плачет. Перебором для меня в сюжете есть и тема филантропии (монашки, образцовая наставница, приют для бездомных, походы по трущобам...). Нет, я не против темы любви к ближнему. Просто не приемлю избыток поучительных, назидательно- приторных моментов. 7 баллов.
Полюби дважды - Торнтон ЭлизабетОльга
3.09.2015, 16.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100