Читать онлайн Полюби дважды, автора - Торнтон Элизабет, Раздел - 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Полюби дважды - Торнтон Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 78)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Полюби дважды - Торнтон Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Полюби дважды - Торнтон Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торнтон Элизабет

Полюби дважды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11

Услышав, что перед главным входом в Хокс-хилл остановился экипажей Лукаса, Джессика впала в панику. Какой же дурочкой она была, полагая, что ей удастся справиться с собой! Собственное тщеславие затянуло ее в эту трясину. Она хотела доказать Белле и Лукасу, что она им ровня, но оказалось, что это не так.
За последние две недели мать Лукаса и жена викария, прилагая массу усилий, делали все, чтобы научить ее тому, что необходимо знать девушке, впервые выезжавшей в свет. Но сейчас, в мгновение ока, все, чему она научилась, превратилось в беспорядочную кучу наставлений, советов и правил хорошего тона. Она опозорится, и все сразу увидят, что на самом деле она обыкновенная самозванка, а никакая не девушка из высшего общества. Посмеет ли она тогда посмотреть в глаза своим добрым наставницам? И почтенным сестрам? И Джозефу? И матери-настоятельнице? И…
— Это совершенно необходимо, — сказала сестра Бригитта, закалывая шпилькой последнюю прядь волос Джессики в изящную прическу. Потом она отступила на шаг, чтобы полюбоваться своим творением. — А теперь повернись, — приказала она.
Джессика отвела глаза от своего отражения в совершенно новом, единственном большом зеркале в Хокс-хилле и повернулась к сестрам. Никто не произнес ни слова, и девушка, обеспокоенная, затаила дыхание.
Рот сестры Долорес напоминал большую букву О. Потом монахиня перевела взгляд на сестру Эльвиру и нахмурила брови.
— А вам не кажется, что… — И она похлопала себя по плоской груди.
— Конечно, нет, — резко возразила сестра Эльвира. — Ты же не хочешь, чтобы наша Джессика выглядела как бедная родственница? Еще апостол Павел сказал: «В Риме поступайте как римляне».
— А я и не знала, что апостол Павел так сказал… — удивилась сестра Долорес. Сестра Эльвира рассмеялась.
— Ну, возможно, не совсем так, но что-то в этом роде. А теперь, Джессика, — обратилась она к девушке, — перестань наконец теребить платье.
Джессика отдернула руку от края своего корсажа, который пыталась подтянуть вверх, чтобы закрыть то, что ей казалось неприлично обнаженным.
— Ох, — простонала она, — вы слышали?
Все прислушались затаив дыхание.
— Ничего не слышу, — ответила наконец сестра Долорес. — Вот опять, — прошептала Джессика. — А где мальчики? Что они делают наверху? Мне хотелось бы это знать.
— Они уже давно спят, — попыталась успокоить ее сестра Эльвира. — Они спят как маленькие ангелочки. — Она вопросительно взглянула на сестру Бригитту.
Послушница кивнула.
— Кажется, все уже спали, когда я последний раз заходила к ним, — ответила она.
Однако это не убедило Джессику. Эти ужасные маленькие чудовища последние две недели не упускали ни одной возможности, чтобы не поиздеваться над ней. Они явно что-то задумали, и теперь она ждала подвоха.
Удар дверного молотка отвлек ее от мыслей о мальчиках, и она глубоко вздохнула, чтобы унять волнение.
Сестра Долорес благодарно улыбнулась.
— Это лорд Дандас, — сказала она. — Как великодушно с его стороны, что он предложил сопровождать Джессику на бал.
Они услышали в холле шаги Джозефа и почти сразу тихий разговор двух мужчин.
Джессика вздрогнула, почти подпрыгнула, когда сестра Эльвира положила ей руки на плечи. Маленькая монахиня пристально посмотрела на девушку.
— Джессика, — мягко произнесла она, — я хочу, чтобы ты забыла все те правила, которым тебя учили в последнее время. Больше не думай о них, я говорю тебе это совершенно искренне. Оставайся собой. Ты меня понимаешь?
Джессика не совсем поняла, но кивнула, чтобы не огорчать монахиню.
— И все же, — вмешалась сестра Долорес, — про главное не забудь…
— О нет, деньги для Хокс-хилла — самое главное и самое важное, — ответила Джессика, посмотрев сестре Долорес в глаза. — Не забуду, — пообещала она.
В комнате воцарилось молчание, но вскоре тишину нарушил веселый женских смех.
— Развлекайся! — приказала девушке сестра Долорес. — Прежде всего — это бал. Об этом тоже не забывай и развлекайся.
Джессика вышла из комнаты, сопровождаемая напутствиями и смехом, но по мере того, как она спускалась по ступенькам, ее веселье угасало. У подножия лестницы ее ждал Лукас. Он был великолепен — она никогда еще не видела его таким. Прекрасно сшитый темно-синий сюртук плотно облегал его широкие плечи. Светло-голубой жилет, украшенный геральдическими лилиями, показался Джессике верхом утонченности и элегантности. Лукас выглядел изящным и стройным.
Он все еще разговаривал с Джозефом и не заметил ее. Джозеф увидел Джессику первым и так и не смог закрыть рта после окончания фразы. Лукас обернулся, чтобы взглянуть туда, куда смотрел Джозеф, и от изумления тоже замолчал.
Глаза Лукаса обежали изгибы женского тела и задержались на впадинке между нежными холмиками грудей. А потом взгляд мужчины встретился со взглядом девушки. Джессике понадобилось время, чтобы осознать, что блеск в глазах Лукаса означал подлинный восторг. Она позволила себе вздохнуть с облегчением. Теперь непременно все будет хорошо.
Джессика изящно присела в реверансе, и он поклонился в ответ. В тот самый момент на лестнице появились монахини, возбужденно переговариваясь, и Джессика быстро проскользнула мимо Лукаса к Джозефу, который накинул ей на плечи темный бархатный плащ.
— Ох, Джозеф, — тихо сказала она, — у тебя не найдется мудрых слов, которые подбодрят меня перед Этим испытанием?
— Пожалуй, найдутся, — задумчиво произнес он.
— И что же ты скажешь мне? — прошептала она. Он шутливо погрозил ей пальцем.
— Помни, веди себя достойно и… будь настороже.
Он одарил ее своей беззубой доброй улыбкой, и у Джессики на сердце стало легко и покойно. Она кивнула, и все направились во двор. Лукас шел первым, направляясь к своему экипажу, за ним следовала Джессика, за которой семенили монахини, мать Лукаса, жена викария и Джозеф.
Уже наступили сумерки, и Джессике казалось, что она слышит пение соловья, устроившегося высоко в ветвях старого дуба. Беспокойство утихло. Этот вечер, которого она так давно ждала и к которому так тщательно готовилась, нужен был ей для того, чтобы…
Вдруг она явственно услышала скрип окна. О да, она знала, что ей не удастся уйти из дома незаметно. Эти маленькие чудовища только и ждут подходящего момента, чтобы насолить ей, да еще на глазах у всех.
— Сестра Марта! Сестра Марта! — послышалось сверху. Это был голос Пипа.
Изобразив на лице улыбку, Джессика повернулась и посмотрела наверх, на окно спальни Пипа, и поразилась, увидев в каждом окне мальчиков. Лица шалунов озаряли радостные улыбки.
— В честь сестры Марты — ура! — во всю мощь своих легких прокричал Пип, подавая знак друзьям.
— Ура! Ура! Ура! — раздалось из окон верхнего этажа.
— Я присоединяюсь к ним, — прошептал Лукас на ухо девушке.
— Спасибо, — краснея, ответила Джессика. — Они — настоящие ангелочки, — прошептала она, садясь в экипажей.
По дороге в Хэйг-хаус она почти успокоилась. Лукас был предельно вежлив и внимателен, он показывал ей интересные места, мимо которых они проезжали, и Джессика забыла про свои страхи. Лукас, улыбаясь, рассказал, как дулась Элли, которой пока не разрешалось танцевать на балу, — ее считали совсем девочкой, и она обиделась. В остальном все было хорошо.
Проехав через реку по старому мосту, они оказались на монастырской дороге и вскоре попали в вереницу экипажей, спешащих на бал в Хэйг-хаус.
— А вот и дом Руперта, — сказал Лукас, и Джессика высунулась в окошко экипажа, чтобы увидеть достопримечательное сооружение, о котором слышала, что оно едва ли не самое знаменитое и старинное в округе.
Дом возвышался на крутом холме, у подножия которого текла река, и в сумерках окна его светились, словно огни маяка.
При виде этого великолепного дома все опасения Джессики вновь ожили, и она нервно вздрогнула. Лукас наклонился к девушке и успокаивающе погладил ее по руке.
— Я уверен, — произнес он, — что ты станешь королевой бала.
Его улыбка была теплой и ободряющей. Шло время, танцы продолжались. Джессика пока не стала королевой бала, но к моменту первого перерыва испытывала легкое головокружение от сознания своего успеха. Партнеры, правда, не осаждали ее, но их было достаточно, чтобы она устала, и теперь с удовольствием переводила дух, наблюдая за бойким деревенским танцем, который вел хозяин дома.
Девушка сидела между матерью Лукаса и Анной Ренкин, своими наставницами и постоянными спутницами в течение последних двух недель, которые сопровождали девушку сегодня на ее первом в жизни балу. Они были добрыми и внимательными, Джессике они нравились, но в то же время женщины Эти были своего рода тиранами — особенно Анна. Но именно благодаря настойчивости Анны Джессика могла танцевать на сегодняшнем балу.
Анна наклонилась к девушке.
— Ты знаешь, Джесс, что эти розы названы в честь Беллы? — спросила она, указывая на огромную вазу, полную благоухающих цветов.
Джессика обвела взглядом бальную залу. Стены от пола до потолка были задрапированы белым атласом, создававшим контрастный фон для букетов ярко-малиновых роз. Всюду сновали ливрейные лакеи, одетые в ярко-малиновые сюртуки и белые атласные панталоны. На головах у них красовались пышные 6е-лые напудренные парики.
— Это новый сорт роз, который вывел сам Руперт, — продолжала Анна. — Он обожает заниматься Этим делом.
Джессика понимала, что Анна проверяет ее умение вести легкую светскую беседу, поэтому, улыбаясь, ответила:
— Как это мило…
Больше ничего она сказать не могла, хотя прекрасно сознавала, что от нее ждут соответствующего восторга и, разумеется, похвалы хозяйке. Однако все, что она думала о Белле, вряд ли понравилось бы ее покровительницам, и Джессика промолчала. Говорить можно было только о Руперте.
— Но, — судорожно ища вдохновения, продолжила она, — меня это не удивляет. Белла, должно быть, очень счастлива, что имеет такого преданного и любящего мужа.
Обе компаньонки Джессики улыбнулись, довольные ее ответом, и вернулись к прерванному разговору о беременности старшей дочери Анны. Джессика не возражала — она знала, что светские разговоры нужны для знакомства и поддержания беседы с посторонними, друзья же, как всегда, вольны сплетничать, или говорить о собственных делах, или даже не обращать внимания друг на друга. Это не должно никого беспокоить и тем более обижать.
Эта мысль заставила ее поднять взгляд на галерею, где Лукас провел большую часть сегодняшнего вечера. На этот раз его там не оказалось. О, если бы только он появился в бальной зале, она была бы готова съесть Эти розы Беллы вместе с шипами и таким дурманящим сладким запахом. Сегодня он танцевал только один танец, и это был вальс, которым они с Беллой открыли бал.
О нет, Джессика, разумеется, не ожидала, что он будет ухаживать за ней. Мать Лукаса предупредила ее, что джентльмен не должен танцевать с одной дамой более двух раз за один вечер. Но ведь мог же Лукас попросить ее хотя бы на один танец? Возможно, он не заметил, что она одета не в какое-нибудь поношенное платье, а в настоящее творение самой модной лондонской портнихи, подол которого к тому же монахини украсили чудесной вышивкой — белой виноградной лозой…
Сестры так волновались, когда готовили это платье и одевали Джессику на бал. Она знала, с каким нетерпением они ждут ее возвращения и рассказа обо всем, что происходило на балу, особенно же жаждут услышать, о чем она разговаривала с лордом Дандасом. Они потребуют передать им буквально каждое его слово. Ведь сестра Эльвира и сестра Долорес были такими романтичными! И они явно путали Лукаса с благородным принцем. Ха! Они бы пережили настоящее потрясение и разочарование, если бы узнали о том, что Лукас целовался с Беллой. Правда, они бы пережили такой же восторг, узнай, что Лукас целовал и ее.
— Ты всегда шевелишь губами, когда о чем-то думаешь? — совсем рядом прозвучал насмешливый голос, и Джессика, вздрогнув от неожиданности, подняла глаза на Лукаса.
Он, как всегда, приблизился бесшумно и, как всегда, в самый неподходящий момент. Она как раз вспоминала, как он целовал ее, и теперь при виде его сердце девушки учащенно забилось, во рту у нее вдруг пересохло, а щеки окрасил румянец смущения.
Брови Лукаса удивленно приподнялись.
— Может быть, ты молилась и я появился некстати? — сказал он, и глаза его насмешливо сверкнули. — Но больше молиться не надо, моя прекрасная леди. Лукас Уайльд — к вашим услугам.
Она неожиданно поняла, что он заигрывает с ней и что она должна ответить ему в том же духе.
Анна Ренкин кашлянула, мать Лукаса легко толкнула ее в бок. Джессике нужно было что-то сказать, как-то ответить молодому человеку, и она встала и сделала такой изящный реверанс, к которому не смог бы придраться даже сам король Георг. А потом она произнесла первое, что ей пришло на ум:
— Говорят, что Господь отвечает на молитвы самым таинственным образом. Теперь я убедилась, что это так.
После этих слов воцарилась тишина, а, потом Лукас откинул голову назад и весело рассмеялся. Анна Ренкин тихонько хихикнула, миссис Уайльд улыбнулась.
— Неплохо сказано, Джессика, — похвалила девушку мать Лукаса. — Ты способная ученица.
Лукас, все еще с улыбкой на губах, обратился к миссис Уайльд:
— С вашего разрешения, матушка, я хотел бы проводить Джессику на террасу, чтобы она немного подышала свежим воздухом.
— Ты не против, Джессика? — осведомилась миссис Уайльд.
— Благодарю вас, милорд, — ответила Джессика, радуясь тому, что ей удалось выбраться из затруднительного положения и связать несколько слов в мало-мальски приличную фразу. — Ничто не доставит мне большего удовольствия.
Когда Лукас, предложив руку Джессике, увел девушку, Анна заняла освободившееся кресло, чтобы оказаться поближе к миссис Уайльд.
— А теперь попробуйте убедить меня в том, что здесь не начинается любовный роман, — с насмешкой обратилась она к матери Лукаса.
Розмари проводила глазами молодую пару, которая с трудом пробиралась сквозь толпу гостей.
— Не знаю, Анна. Право, не знаю, — тихо ответила женщина.
— Неужели вы так ничего и не заметили?! — удивленно воскликнула Анна. — Неужели наш общий труд пойдет насмарку? Мы с вами, да и сестры тоже, немало потрудились, чтобы Джессика могла занять подобающее ей место рядом с лордом Дандасом!
Розмари с улыбкой повернулась к Анне.
— Я не сомневаюсь в чувствах Лукаса, дорогая Анна, — сказала миссис Уайльд. — Меня беспокоит Джессика. Я совсем не уверена, что она любит моего сына. Она очень сдержанна и старается не проявлять своих чувств.
— Ну что вы, — возразила Анна. — Она любит Лукаса. Да любая девушка в ее положении… Он нравится ей, это очевидно. Кроме того, всем известно, что любовь приходит после свадьбы. И мы с вами тоже знаем это.
— Да, вы правы, Анна, — кивнула Розмари, которой не хотелось больше обсуждать эту тему. Ее взгляд остановился на Элли, и женщина продолжила: — У меня такое впечатление, что Элли доставит мне больше хлопот, чем я могла бы ожидать. Это уже показали две прошедшие недели. Она ведет себя с Джессикой крайне грубо.
Анна взглянула на подопечную Лукаса и глубоко вздохнула. Девушка, которую окружала толпа молодых людей, не спускала глаз с Лукаса и Джессики. Элли была миловидной и симпатичной девушкой, но на этот раз выражение ее лица нельзя было назвать приветливым.
— Полагаю, Лукас вскружил голову Элли, — тихо заметила Анна.
— Я и не представляла, насколько это серьезно, — так же тихо отозвалась миссис Уайльд, — пока Лукас не стал проявлять интерес к Джессике. Радость жизни и прекрасное настроение вдруг куда-то исчезли, и Элли превратилась в угрюмое, вечно недовольное, сварливое существо. Честно говоря, я не знаю, что мне делать.
Анна сжала руку Розмари, подбадривая свою давнюю приятельницу.
— Рози, — сказала она, — Элли очень молода. Это скоро пройдет.
— Дай-то Бог — вздохнула мать Лукаса. — Чем скорее, тем лучше. Но боюсь, неприятностей нам не избежать.
На террасе, опираясь о каменную балюстраду, Лукас любовался Джессикой, вставшей между ним и широко распахнутой, ярко освещенной дверью. В свете, падающем из бальной залы, девушка в воздушном муслиновом платье, с золотистыми локонами, выбившимися из искусной прически, казалась ему неземным созданием. Он испытывал непреодолимое желание вынуть шпильки из ее волос и запустить пальцы в этот золотистый водопад. И не только этого он желал! Ему хотелось большего!
Но девушка, казалось, не обращала внимания на своего спутника. Она разглядывала большой шатер, разбитый на лужайке, где вскоре должны были подать ужин, дорожки, освещенные разноцветными лампионами, и гулявшие по ним пары, подобно ей и Лукасу вышедшие в парк подышать свежим воздухом.
— Что-нибудь случилось, Джесс? — обеспокоенно спросил Лукас. — Почему у тебя такой странный взгляд?
— Какой взгляд? — весело бросила она.
— Я не знаю, как это сказать, но я много раз обращал внимание на этот твой странный взгляд, — пытался пояснить Лукас. — Иногда ты смотришь задумчиво и изучающе, иногда в твоих глазах я вижу тоску.
Она сделала над собой усилие и рассмеялась, но почему-то смех не зазвучал весело.
— Мне интересно разглядывать Хэйг-хаус, — сказала она. — Я с любопытством смотрю на все и всех. Разве это странно для человека, который потерял память?
— Ты ищешь что-то знакомое, не так ли, Джесс? — строил догадки молодой человек. — Что-то такое, что ты сможешь узнать? Что поможет тебе вернуть память? Может, чье-то лицо напомнит тебе о прошлом? А может — место? Или ощущение, что ты когда-то уже здесь побывала или видела это?
Его проницательность удивила Джессику. Именно все это она и искала. Так всегда происходило с ней, когда она видела новые лица и новые места, переступала порог незнакомого дома. Она отчаянно искала кончик нити, ухватившись за который смогла бы вы браться из лабиринта неизвестности, куда попала не по своей воле. Но это было не все. Она искала человека, которому принадлежал ее Голос.
Вспомнив об этом, она внутренне содрогнулась. Ведь именно об этом только что сказал Лукас. Если бы Эти слова произнес кто-нибудь другой, в ней немедленно проснулись бы подозрения. Казалось, Лукас читает ее мысли — как и Голос.
Усилием воли она заставила себя отбросить прочь все сомнения. Ее Голос никогда не поступает столь прямо и откровенно. Он позаботится о том, чтобы не вызвать у нее подозрений. Если только не решится испытать ее. Но это не Лукас. Она отказывалась верить в то, что это мог быть Лукас.
— Ответь мне, Джесс. Почему ты молчишь? — Вопрос Лукаса вернул девушку к действительности.
Она изобразила радостную улыбку и весело сказала:
— Я на балу, не так ли? На первом балу в своей жизни… Я отказываюсь говорить сегодня о серьезных вещах.
Джессика вдруг показалась Лукасу невероятно хрупкой и беззащитной. Никогда еще он не видел ее такой. Огромные серые глаза девушки, смотревшие прямо ему в лицо, говорили больше, чем хотелось бы ей самой. Этот красноречивый взгляд вызывал в молодом мужчине сильнейшее желание заключить девушку в объятия и унести подальше от этого дома, от этой толпы людей, туда, где никто не смог бы причинить ей вреда. Лукасу хотелось заверить ее в том, что у нее непременно будут другие воспоминания, счастливые и радостные, если только она позволит ему позаботиться о ней.
— Ты совершенно права, Джесс, — ответил он с улыбкой. — Не стоит тратить вечер на серьезные разговоры, тем более портить настроение самой милой, самой прелестной девушке на этом балу.
То ли его слова, то ли тон голоса, то ли мягкость его взгляда позволили Джессике расслабиться, и неожиданно она почувствовала уже знакомое легкое головокружение. Она была счастлива.
— Ах, как бы мне хотелось, чтобы сестры и мальчишки могли побывать здесь, — задумчиво проговорила она.
— Почему? — удивился Лукас. Она одарила его одной из своих редких застенчивых улыбок, которая тронула его до глубины души.
— Потому, — ответила она, — что они во всем мне помогали, даже танцы разучивали вместе со мной. А вы вообще представляете, как это сложно, когда вашими партнерами бывают монахини или маленькие мальчики?
— Как тебе удалось уговорить мальчишек танцевать с тобой? — Лукасу трудно было в такое поверить.
— О, я, говорят, способная девушка. Увидев однажды, умею воспользоваться уроком, — гордо заявила Джессика. — Так вот, уговаривать не пришлось, подкуп — вещь неплохая, хотя на практике оказалась дорогой. Пенни за танец — и вопрос решился сам собой. Правда, сейчас я должна по шиллингу каждому из них. Не скрою, у нас были определенные трудности, когда мы разучивали вальс, Монахини считали, что неприлично обниматься с мальчишками. В конце концов Джозеф все уладил.
— Джозеф?.. — в изумлении пробормотал Лукас. — Как?..
— Ох, довольно просто. Он протанцевал вальс с сестрой Эльвирой, — сообщила Джессика и улыбнулась, вспоминая комичность ситуации. — Это было очень забавно, все громко хохотали, а мальчики превратили урок в настоящее развлечение. Потом никто уже не мог думать о вальсе как о серьезном бальном танце — для нас он стал шуточным представлением.
В полном недоумении Лукас покачал головой.
— Иногда я думаю, что Хокс-хиллом управляют достопочтенные монахини Девы Марии, но временами мне кажется, что там хозяйничают веселые и немножко сумасшедшие женщины, — задумчиво промолвил лорд Дандас.
— О, нам тоже иногда так кажется, — ответила Джессика.
Улыбка вдруг исчезла с лица мужчины, и девушка тоже стала серьезной. Он отошел от балюстрады и протянул руки к Джессике.
— Джесс, — произнес он с волнением в голосе, — давай посмотрим, что такое вальс на самом деле…
Она хорошо помнила тот день, когда он застал ее со шваброй в объятиях, вальсирующей на кухне, и то чувство неловкости, которое охватило ее, когда она отказала ему станцевать с ним вальс. А все из-за того, что он всегда появлялся некстати, застигая ее врасплох и заставляя краснеть от смущения. Но сегодня вечером все было иначе. На этот раз на ней не было грязного передника, и она не прижимала к груди тряпку на деревянной палке. Сегодня на ней было платье, ничуть не хуже сшитое и не менее красивое, чем на других девушках, оно даже могло соперничать с платьем Беллы, да и молодые люди, с которыми она танцевала, были благородными джентльменами.
Будучи уверена в своих силах, не боясь опозориться, Джессика с ослепительной улыбкой сделала шаг навстречу мужчине и оказалась в его объятиях. Отбросив перчатки, Лукас одну руку положил ей на талию, другую же протянул, ища ладонь девушки. От его прикосновения Джессика почувствовала, как в глубине ее тела зарождается тепло, готовое вспыхнуть пламенем. Улыбка медленно угасла, и она едва расслышала его слова:
— Положи левую руку мне на плечо, а правую вложи в мою ладонь.
Он говорил тихо, но Джессика подчинилась, не думая сопротивляться. Ее руки по локоть закрывали белые перчатки, но девушке казалось, что руки у нее полностью обнажены. Мужская рука, большая и сильная, уверенно сжимавшая ее хрупкие пальчики, вызывала внутреннюю дрожь и еще какое-то странное ощущение, назвать которое Джессика не умела.
— А теперь посмотри на меня, Джесс, — хриплым шепотом потребовал он.
У нее перехватило дыхание, но она послушно подняла глаза на Лукаса. Затуманенный взгляд его полуприкрытых глаз гипнотизировал ее, лишая остатков воли. Чувствуя странную сонливость, она прикрыла веки.
— Только не забывай дышать, — предостерег ее Лукас и, усмехнувшись, увлек за собой.
Музыки не было, да и не нужна она ей была вовсе. Джессика двигалась свободно и уверенно. Она всем телом ощущала упругие мышцы мужчины, в объятиях которого чувствовала себя естественно и безопасно. Его сильные ноги касались ее юбки, когда они двигались в ритме, который могли слышать только они. Чей-то смех долетел издали, но она не обратила на это никакого внимания.
Мужчина коснулся губами ее уха, шепча:
— Пока хватит, — и крепкие руки медленно отпустили ее.
Она открыла глаза и, приходя в себя, посмотрела в его смеющееся лицо.
— Ах, Джесс, не смотри на меня с таким укором, — попросил он. — После ужина будет еще один вальс. Прощу, оставь его за мной.
Туман, царивший у нее в голове, развеялся не сразу. Поняв наконец смысл его слов, она встрепенулась и сказала:
— Но я уже обещала этот вальс другому. Мне очень жаль, Лукас…
— Что ты сделала? — переспросил он, словно не понял ее.
Джессика молча смотрела на него.
— Ты должна отменить свое обещание, — твердо заявил Лукас.
— Я не могу, ведь я обещала… — возразила Джессика, опуская глаза.
— Кому? — внезапно вспылил Лукас, но быстро взял себя в руки. — Думаю, это Перри. Он сделал это, чтобы досадить мне, потому что я предупредил его… Я предупредил их всех. Первый вальс я был обязан танцевать с хозяйкой бала. Но второй…
— Мне очень жаль, — вздохнув, повторила Джессика, — но это не Перри. Надо было предупредить и меня.
— Тогда кто же это, черт возьми? — разгневался Лукас.
— Один из лондонских друзей Беллы, — спокойно ответила Джессика.
Его звали Родни Стоун, и он первым танцевал с ней в этот вечер. Он был злегантен и учтив, он выделялся среди мужчин, особенно среди жителей Челфорда, и Джессике льстило его внимание. Она с удовольствием внесла его имя в свою бальную карточку, когда он попросил ее оставить за ним второй вальс.
— Кто он, черт возьми? Как его зовут? — требовал Лукас, не обращая внимания на ее слова.
— Вам необязательно знать это, — вспылила Джессика, подозрительно посматривая на рассерженного Лукаса.
— Ты так считаешь? — холодно осведомился он и пояснил: — Мне же надо ему сказать, что ты по ошибке обещала ему мой вальс.
Она едва не задохнулась от возмущения.
— Как это по ошибке?! Вы этого не сделаете! — воскликнула девушка.
— Еще как сделаю! Вот увидишь! — пообещал он.
— Это бестактно, невежливо и… и… против всех правил… — прошептала она, запинаясь.
— Каких еще правил?! — взорвался Лукас.
— Правил хорошего тона, — ответила Джессика. — Эти правила ваша матушка и Анна Ренкин всю неделю вбивали мне в голову, а теперь…
— У меня есть собственные правила, — заявил он не терпящим возражений тоном.
— Лукас, — умоляюще попросила Джессика, стараясь смягчить его улыбкой, — я не могу нарушить обещания, но…
— Ради всего святого, Джесс, — перебил он ее. — Я же не прошу тебя разорвать помолвку. Это всего лишь вальс.
— Да, но… — она пыталась подыскать подходящее объяснение, — но ведь будут еще другие танцы, и я буду счастлива танцевать с вами…
— Я не деревенский попрыгунчик, — резко бросил Лукас.
— Вам не нравятся эти танцы? Но почему? — удивилась Джессика, стараясь скрыть свою обиду.
— Фигуры деревенских танцев всегда казались мне скучными… — мрачно пояснил Лукас.
— Тогда почему вы не попросили меня оставить за вами второй вальс? — допытывалась Джессика, предчувствуя неладное.
— Потому, моя маленькая притворщица, что я никак не ожидал, что ты… — Он вдруг замолчал.
— Вы считали, что я буду в одиночестве подпирать стену… — догадалась Джессика, и плечи ее безжизненно опустились.
— Я правда не ожидал, что ты будешь пользоваться успехом. Вот и все, что я имел в виду, — сказал он.
Джессика оглянулась на большую стеклянную дверь, выходившую на террасу, и подумала о том, что, если не считать мистера Стоуна, она на самом деле весь вечер провела, танцуя с друзьями Лукаса и Перри. Только теперь она поняла, что все это устроил Лукас и сделал он это ради нее. Он был хорошим человеком, но она предпочла бы одиночество. Никогда больше она не позволит, чтобы ее жалели.
— Джесс, — мягко произнес он, легонько касаясь ее плеча. — Не надо, прошу…
Вдруг кто-то громко позвал его по имени, и Лукас не успел закончить фразу. На террасе появилась Элли, и Джессика не узнала, что он хотел сказать ей. Рука мужчины упала с ее плеча. Лукас повернулся к двери и улыбнулся своей подопечной.
— В чем дело, Элли? — спросил он.
Элли уже успела смахнуть с ресниц предательские слезы. Она нежно улыбалась, и улыбка эта предназначалась исключительно Лукасу. Элли никогда не улыбалась и не разговаривала с Джессикой, она полностью игнорировала мисс Хэйворд. Сознание этого доставляло Джессике своеобразное удовольствие.
— Пора ужинать, — напомнила Элли, касаясь рукой своих черных локонов. Прежде чем вновь повернуться к Лукасу, она бросила на Джессику враждебный взгляд. — Вы обещали сопровождать меня.
— Разумеется, так я и сделаю, — небрежно заметил он. — Мисс Хэйворд, — обратился он к Джессике официальным тоном, — мне будет очень приятно сопровождать вас, если вы, конечно, свободны и не возражаете…
Он опять сделал это, чтобы она не оказалась в одиночестве, но вместо благодарности Джессика вдруг почувствовала отчаяние. Сердце сжалось в груди и внезапно провалилось в глубокую яму.
— Джессика? — услышала она обеспокоенный голос Лукаса.
Она кивнула, отвечая на его приглашение. Тем временем Элли уже что-то громко говорила, пытаясь привлечь к себе внимание Лукаса.
— Об этом мы поговорим потом, — остановил он Элли, предлагая руку Джессике.
Была поздняя ночь, и бал подходил к концу. К Белле, в одиночестве стоявшей на галерее, приблизился Лукас.
— А где же Руперт и Адриан? Я рассчитывала увидеть вас вместе, — отозвалась она.
— О да, — рассеянно ответил Лукас, поглядывая вниз на бальную залу. Отсюда он мог без препятствий наблюдать за Джессикой и молодым человеком, который «украл» у него вальс. Они уже заняли свое место среди остальных пар.
— Так где же они? — раздраженно переспросила Белла. Она не привыкла к тому, что ее не замечают.
— М-м-м-м… Кажется, они отправились в бильярдную, — буркнул Лукас без всякого уважения.
Он неотрывно следил за молодым человеком, обнимающим Джессику за талию. Щеголь! Безбородый фат с лицом порочного мальчишки!
Белла поднесла к губам узкий бокал на высокой ножке.
— Джессика становится… весьма привлекательной девушкой, ты не находишь? — спросила она между двумя глотками шампанского.
Лукас перевел взгляд с мужчины на Джессику.
— Я, пожалуй, употребил бы другое определение вместо «привлекательная», — медленно произнес он.
Белла прошествовала мимо него и остановилась на противоположном конце галереи. Лукас понимал, что таким образом она пытается отвлечь его внимание от Джессики, и он не собирался оскорблять ее. В этот вечер он был необоснованно груб с Беллой и теперь решил исправить свою ошибку. Он улыбнулся и подошел к своей бывшей возлюбленной.
Темные локоны Беллы были собраны назад и скреплены венком из прекрасных белых роз; роскошное платье блестело от вплетенных в ткань золотых нитей. Кокетливо склонив голову набок, женщина смотрела на него сквозь полуопущенные ресницы. Она была красива, очень красива, и могла произвести впечатление на кого угодно, только не на Лукаса Уайльда — слишком хорошо он знал ее.
— Так какое же определение ты бы употребил, Лукас? — не скрывая иронии, осведомилась она.
Он бросил быстрый взгляд вниз, на зал, где лондонский щеголь кланялся Джессике, она же присела в реверансе. Это был официальный реверанс, значительно более официальный, чем было принято в Челфорде. Джессика вела себя как фрейлина королевы. Эту роль она сыграла бы вполне успешно. При этой мысли Лукас улыбнулся.
— В мире нет женщины, — тихо произнес он, — которой я восхищался бы больше.
Он не преувеличивал, и в этом не было ничего удивительного. Он всегда восхищался смелостью Джессики. С юных лет она отличалась благородством и отвагой. Она всегда держала данное слово и твердо выполняла собственные решения. На этот раз Джессика решила принять вызов Беллы — и вот она здесь.
«Я ведь не могу нарушить обещания», — вспомнил он слова Джессики, наблюдая, как девушка протягивает руку партнеру.
— Главное, как я полагаю, — задумчиво произнесла Белла, — состоит в том, чтобы как можно скорее восстановить репутацию Джессики. Конечно, ей пока не хватает светского лоска, но со временем она многого сможет достичь.
Лукас промолчал, так как то, что ему хотелось сказать, не предназначалось для ушей Беллы Хайг, жены его ближайшего друга. Белла явно злилась, ибо Джессика до сих пор не совершила никакой глупости. Белла не приняла всерьез сестру Эльвиру, не поняла, сколь умна и опытна пожилая монахиня, которая не выпустит из-под своего крыла не подготовленного к жизни птенца.
О, если бы сестра Эльвира могла сбросить фунтов пятьдесят и стать моложе лет на тридцать, Лукас вполне мог бы влюбиться в нее.
— Что тебя так развеселило? — спросила Белла сердито.
— Ох, ничего особенного, — с улыбкой ответил он. — Я думал о Джесс. Сегодняшний вечер стал для нее настоящим триумфом.
— Триумфом? На самом деле? — изображая удивление, отозвалась Белла. — За ней кто-то ухаживал? Ее пытались развлекать только твои друзья, Лукас. Не будь здесь тебя, на Джессику никто не обратил бы внимания. Кажется, она не очень изменилась за последние три года. Она так и осталась неуклюжей деревенской девчонкой.
— Ты никогда не умела разбираться в людях, Белла, в этом твоя беда, — сказал Лукас. — Светский лоск — дело наживное, этому легко научиться. А вот благородству и гордости научиться нельзя. И не важно, во что ты одет — в роскошные платья или в лохмотья. Совершенство бросается в глаза, его нельзя не заметить. Разве только если закрыть глаза.
Уязвленная Белла с силой сжала в пальцах тонкую ножку бокала, но у нее хватило ума промолчать. Она не могла себе позволить нажить врага в лице Лукаса. Он пользовался в Челфорде слишком большим уважением и влиянием. С его мнением считался и дорожил им ее супруг.
Из-под опущенных ресниц Белла пристально наблюдала за Лукасом.
— Разумеется, — проговорила она, — я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь Джессике. Только это я хотела сказать тебе, Лукас.
Он небрежно смахнул с рукава невидимую пылинку.
— Конечно, Белла, — и с улыбкой заверил он ее — именно это я имел в виду. А теперь позволь мне откланяться. Меня ждут в бильярдной.
Она снова осталась одна. Потягивая шампанское сквозь стиснутые зубы, Белла старалась сохранять спокойствие.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Полюби дважды - Торнтон Элизабет

Разделы:
Пролог1234567891011121314151617181920212223242526272829

Ваши комментарии
к роману Полюби дважды - Торнтон Элизабет



хорошо, даже очень хорошо! жизненно, захватывает так , что не оторвешься. спасибо переводчику огромное, что сохранил стиль, только есть опечатки
Полюби дважды - Торнтон Элизабетлюдмила
20.12.2012, 5.07





Безумно понравилось! Роман в лучших традициях Торнтон. Прочла взахлеб. Интригующий детектив, бесподобная любовная линия. Давно что-то такое я хотела прочесть. Он любил ее, потерял, не знает что с ней, на него накатывают "черные дни" тоски по ней, он то злится, то мучается, страдает, ищет ее, а когда находит уже ни за что и ни когда не отпустит, всегда будет рядом. Мне понравился Лукас, хотя не всегда я его понимала и была с ним согласна. Джесс - не так зацепила, но тоже интересный персонаж. Меня увлекли ее поиски себя, поиски убийцы; ее сомнения, страхи, недоверие и неуверенности. Я ее поняла...Роман пополнил коллекцию любимых: 10/10
Полюби дважды - Торнтон ЭлизабетNeytiri
14.05.2014, 22.16





очень хороший и захватывающий роман.понравилось.
Полюби дважды - Торнтон Элизабетчитатель)
6.06.2014, 12.15





Не разделяю восторга, но читать, имея свободное время, можно. Как не старалась, не прониклась особой симпатией к Ггероине, а это 50% интереса к книге. Лукас понравился больше, хотя очень смущала его далеко не братская любовь к девочке - подростку: 4 года на войне, будучи обрученным с местной красавицей, думал о 14-летней и желал ее(?!). Переборщила, по моему мнению, автор с мистикой и телепатией, да так, что иногда казалось, что по героине психушка плачет. Перебором для меня в сюжете есть и тема филантропии (монашки, образцовая наставница, приют для бездомных, походы по трущобам...). Нет, я не против темы любви к ближнему. Просто не приемлю избыток поучительных, назидательно- приторных моментов. 7 баллов.
Полюби дважды - Торнтон ЭлизабетОльга
3.09.2015, 16.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100