Читать онлайн Полюби дважды, автора - Торнтон Элизабет, Раздел - 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Полюби дважды - Торнтон Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 78)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Полюби дважды - Торнтон Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Полюби дважды - Торнтон Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торнтон Элизабет

Полюби дважды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

10

Утром Джессика столкнулась с открытым бунтом, который устроили маленькие чудовища, выбрав весьма неподходящий момент, чтобы еще больше вывести ее из себя. Голова у нее просто раскалывалась от боли, и вообще весь предстоящий день обещал быть ужасным. Она снова разговаривала с констеблем, который рано утром появился в Хокс-хилле, чтобы расследовать происшествие с повозкой. Джессика валилась с ног от усталости и нервного перенапряжения и была уже на пределе сил, когда мальчики решили взбунтоваться, отказываясь от еды.
— Будете есть то, что я вам приготовила, — заявила она в ответ на их отказ и громкие протесты, — а нет, так останетесь сидеть за столом до Судного дня.
Очень скоро она пожалела об этих словах, поняв, что совершила грубейшую педагогическую ошибку, но это только усилило ее головную боль.
«Никогда не произноси пустых угроз», — вспомнила она одно из главных педагогических правил, которым ее учила, повторяя тысячу раз, умудренная жизненным опытом сестра Эльвира.
Но было поздно. Мальчики, вперив взгляды в еду на тарелках, угрюмо молчали. Пип-заводила, тощий мальчуган восьми лет, медленно скрестил руки на груди. Это был знак, требовавший от остальных следовать его примеру. И вот уже шестеро маленьких бунтовщиков скрестили руки на груди, а на их физиономиях появилось мрачное выражение несогласия.
Джессика попыталась сменить тактику.
— Ну, мальчики, — заискивающе попросила она, — ужин стынет… Если не будете кушать, никогда не станете такими сильными… как Джозеф.
— Я не ем лягушек, — с презрением заявил Пип. — Они скользкие… и вообще мерзкие… Джессика готова была рвать на себе волосы.
— Это же не лягушки! — воскликнула она. — Сколько раз мне повторять. Это сосиски. Ты же любишь сосиски, не так ли, Пип? Вы все их любите. Сосиски, запеченные в тесте.
— А почему ты сказала — «лягушка в дырке»? — возразил Мартин, младший брат Пипа.
— Потому что так называется это блюдо — «лягушки в ямке», или сосиска, запеченная в тесте, — теряя последнюю надежду убедить детей поужинать, объясняла Джессика.
— По-моему, это совсем не похоже на сосиски, — поддержал Пипа его дружок.
— Дело в том, что я порезала их на кусочки. — Но когда ответа не последовало, Джессика почти сдалась. — Ну ладно, — миролюбиво сказала она, — забудем про лягушек… Я хотела сказать — про сосиски в тесте. Допивайте молоко и ешьте хлеб с маслом, а потом отправляйтесь играть с ребятами.
— Это плохое молоко — у него какой-то подозрительный вкус, — заметил Пип.
— Это молоко с фермы, — возразила Джессика. — Оно свежее и полезное, в нем много сливок, и только.
— Все равно оно мне не нравится, — буркнул Пип.
— И у масла тоже подозрительный вкус, — поддержал брата Мартин.
Подбоченившись, Джессика смотрела на своих противников с явным отвращением. Раньше они жили в хибарах, их ругали, били и морили голодом, а теперь у них хватало наглости отыскивать недостатки в полезной и питательной пище, которую она с любовью готовила для них! Неблагодарные негодники! Нет ничего удивительного в том, что их родители отказались от них без капли сожаления!
Ох, это была нечестная, кощунственная мысль, но сознание этого не улучшило настроения Джессики.
— Прекрасно, — с нажимом сказала она, — в таком случае вы будете сидеть здесь до тех пор, пока… пока я вас не отпущу. — А потом продолжила так, словно эта мысль только что пришла ей в голову: — Потому что вам, наверное, не хочется поиграть с другими мальчиками, помочь Джозефу строить новую повозку, а сестрам — прополоть морковь и свеклу…
— Нет, если нам придется съесть эту гадость, — нагло ответил Пип.
И подумать только, что именно этих мальчиков выбрали среди многих других и направили в Хокс-хилл, поскольку мать-настоятельница считала, что они подают самые большие надежды! Будь ее, Джессики, воля, она бы отправила их обратно в Лондон с первым же дилижансом.
Но нет, им все равно не справиться с ней! Чтобы показать ребятам, что она твердо держит слово, Джессика отвернулась и подошла к большой каменной раковине, засучила рукава и принялась мыть посуду. Уж она постарается, чтобы они просидели за столом до скончания века. Одно она знала точно: уступи она сейчас, ей больше никогда с ними не сладить.
«Бз-з-з-з… « — послышалось рядом.
Джессика резко взмахнула рукой, и из горшка, который она полоскала, выплеснулась вода ей на фартук. Девушка поставила горшок на место и медленно повернулась.
— Кто посмел? — спросила она пугающе тихим голосом. Маленькие чудовища знали, что она боится пчел и ос.
На нее уставились шесть пар невинных глаз.
Когда никто из мальчиков не ответил, она повернулась к раковине и спокойно принялась за работу.
«Бз-з-з-з… « — снова раздалось поблизости.
Они действительно маленькие чудовища, но, может быть, она заслужила их месть?
Дело в том, что Джессика сегодня переволновалась. Ночная история с повозкой и бессонница, потом приезд констебля… Но когда в Хокс-хилле появился Лукас, она потеряла остатки самообладания и готова была броситься на него с кулаками… О нет, поцелуй тут был ни при чем… Все началось со вчерашнего жаркого спора с констеблем Клэем, а его сегодняшнее посещение поместья только усугубило плохое настроение Джессики. После ночного поджога Джозеф съездил в город и оставил для Клзя записку, и тот, прочитав ее, сломя голову примчался в Хокс-хилл.
Грузный старый Клэй (он был старше сестры Долорес) своим весом, казалось, задавит лошадь, на которой приехал. Джессике стало жаль несчастное животное. Но, даже подтрунивая над Клэем, девушка на самом деле сильно расстроилась из-за того, что констебль совершенно не интересовался убийством ее отца, да и сожжение повозки его не волновало.
И у него тоже с самого утра было плохое настроение.
— Я думал, что всех вас зарезали прямо в постелях, — гремел он, слезая с лошади. — А вы вызвали меня из-за какой-то сожженной колымаги! Это безобразие! Детские забавы! У вас в голове шуточки, а у меня столько важных дел! Не знаю, право, за что хвататься в первую очередь, а приходится терять время на бессмысленные глупости!
Сестры и Джозеф сдержались, но Джессика и не подумала. Оставшись с констеблем наедине, она сказала все, что о нем думает, и еще многое такое, о чем следовало умолчать.
Вот почему девушку буквально все лишало душевного равновесия. Поэтому она не могла сладить не только с мальчишками, но и сама с собой.
«Бз-з-з-з», — опять послышалось сзади.
Эти мальчишки неисправимы! Нет, они просто маленькие шалуны, а после того, что им пришлось вытерпеть за их короткую жизнь, это неплохой признак.
— Сестра Марта! — завопил Мартин. — Здесь оса!
Она обернулась.
— Правда? — небрежно спросила она, словно оса, на самом деле ничуть ее не волновала. — А где? — Осы, конечно же, не было.
Джессика покачала головой. — Я могу понять шутку, но ложь — это грех, и вы не должны лгать.
— Но, сестра Марта… — начал Пип, однако в тот момент дверь скрипнула и открылась. Мальчики вскочили со своих мест.
В кухню вошел рассерженный Лукас.
— Я только что из Челфорда, — прогремел он. — Я разговаривал с констеблем Клэем и узнал, что ты обвиняешь меня…
— Лорд Дандас! — резко оборвала его Джессика. Лукас взглянул на мальчиков.
— Выметайтесь отсюда! — приказал он, открывая перед ними дверь.
Обрадовавшись, ребята медленно продвинулись к двери, но громкий голос Джессики заставил их замереть у стены.
— Сядьте на место! — решительным тоном скомандовала девушка, а когда мальчики подчинились, она повернулась к Лукасу. — Они никуда не пойдут, пока не съедят все, что лежит у них на тарелках, — сказала она. — Если вы хотите поговорить со мной, то можете подождать в маленькой гостиной.
— Я подожду здесь, — заупрямился Лукас.
Никто не пошевелился. Никто ничего не сказал. Шестеро угрюмых мальчиков опять уставились в свои тарелки. Джессика вернулась к раковине.
Молчание нарушил Лукас.
— Что за проблемы с ужином? — спросил он, стараясь разрядить обстановку. Отвечать вызвался Пип.
— Мы не едим лягушек, — сказал он, брезгливо смотря на еду.
— Это сосиски! — не выдержала Джессика. — Сосиски! Сколько раз повторять вам?! «Лягушка в ямке» — это только название сосисок, запеченных в тесте. И это не значит… ну ладно, ешьте поскорее, и без глупостей.
И снова никто не пошевелился. Помолчав немного, Лукас насмешливо скривил губы. Наконец, окинув взглядом мрачные лица мальчишек, лорд Дандас сказал Пипу:
— Дай-ка мне свою тарелку.
Пип немедленно выполнил просьбу Лукаса, и тот, подцепив вилкой большую порцию «лягушек в ямке», отправил еду в рот. Тщательно пережевывая, чмокая и чавкая, он с полным ртом произнес: — Кто сказал, что это сосиски!
— Сестра Марта, — хором ответили мальчики.
— Сестра Марта? — Брови Лукаса от удивления поползли вверх. Глядя на Джессику, он совершенно серьезно возразил: — Ну что ж, на этот раз сестра Марта ошиблась. На самом деле это лягушки.
От такой наглости Джессика остолбенела. Теперь уж мальчуганы точно не будут ужинать.
— Я знаю, — уверенным тоном продолжал Лукас, — потому что все время ем лягушек. Между нами говоря, они очень полезны.
Мальчишки затаили дыхание. Лукас проглотил порцию «лягушек» и принялся за вторую.
— Все солдаты и борцы-профессионалы ежедневно съедают огромные порции, и не только «лягушек». Питание — основа будущей силы и здоровья. Только так становятся солдатами, борцами и вообще сильными мужчинами. Капризные мальчишки никогда сильными не станут. И не станут они сильными еще и потому, что копаются в своих тарелках вместо того, чтобы развивать свои мышцы, как это делаем мы с Джозефом, работая за них. Так что принимайтесь за ужин, ребята, не то хилыми так и останетесь.
Мальчики неохотно взяли вилки и стали тыкать ими в сосиски, но никто ничего не ел. Джессика бросила на Лукаса торжествующий взгляд. В ответ он только усмехнулся.
— И еще, — добавил Лукас неожиданно, — кто первый закончит ужин, может покататься на моем жеребце. Естественно, после того, как я поговорю с мисс… э… сестрой Мартой.
— Покататься на жеребце! — Пип воткнул вилку в тесто, выковырял сосиску и сунул ее в рот. — А вообще-то не так уж и плохо, — попробовав, одобрил он стряпню Джессики и снова воткнул вилку в кусочек сосиски.
Остальным мальчишкам больше уговоров не потребовалось. В несколько минут они смели еду с тарелок и устремились к двери, но Джессика строго напомнила им об обязанностях. В два счета они убрали со стола, подмели пол и наконец с криком и визгом вылетели из кухни.
Джессика с отчаянием посмотрела на открытую дверь. До нее только сейчас дошло, что они с Лукасом остались одни. Если бы она подумала об этом раньше, то убежала бы вместе с мальчишками. Она быстро глянула на Лукава.
— Это подкуп, — недовольным тоном произнесла она. — Мы здесь не пользуемся такими методами.
— А какое это имеет значение? — удивился Лукас, подходя к девушке. — Я помог тебе сохранить лицо, Джесс. Ты должна меня отблагодарить за это.
Она бы так и сделала, если бы на него не сердилась. Тем временем он почти вплотную приблизился к ней, и она, все больше нервничая, попятилась, внимательно следя за тем, чтобы кухонный стол оставался между ними.
— В следующий раз они будут ждать награды… — прошептала она.
— Прекрати увиливать! — неожиданно крикнул он. — Ты же знаешь, почему я здесь.
— Если вы имеете в виду констебля Клэя… — Губы Джессики задрожали.
— Ты прекрасно знаешь, что речь вовсе не о констебле Клэе! — взорвался Лукас. — Ты обвиняешь меня в том, что я убил твоего отца. Не пытайся отрицать. Клэй все мне рассказал.
Неужели она зашла так далеко? Охваченная негодованием, она наговорила констеблю множество всяких глупостей.
— Он неправильно понял меня, — она попыталась оправдаться. — Я говорила только, что он не должен закрывать это дело, пока не найдет убийцу. Но он слишком хорошо знает и вас, и ваших друзей и всегда будет ратовать за вас. Даже сегодня прямо от нас он отправился к вам, — с горечью закончила она.
Лукас, оперев руки на стол, наклонился к ней.
— Ты ведь еще обвинила меня и в том, что я сжег вашу повозку и свернул шею тощему цыпленку… — прошипел он.
Джессика подняла руки к горлу и судорожно сглотнула.
— Я… я… — с трудом выдавила она, — я только хотела заставить его вести себя как подобает блюстителю закона. Он обязан подозревать всех, а не принимать за чистую монету все, что говорят его друзья…
Глаза Лукаса сузились, н их острый взгляд остановился на лице девушки.
— Джесс, что заставило тебя изменить мнение обо мне? — Его глаза гневно сверкнули. — Я видел вчера вашу повозку. Ты с Джозефом возвращалась из Челфорда. Ты тоже видела меня вчера на склоне холма. Дело в этом, да?
— Вы слышите? — вдруг тихо спросила она, не обращая внимания на слова Лукаса. Молодой человек выпрямился.
— Ты о чем? — не сразу понял он, «Бз-з-з-з… « — послышалось прямо над столом.
— Оса! — в панике закричала Джессика. — Вот она! Ох, Лукас, помогите мне!
Она замахала руками у себя перед носом, обежала стол и попала прямо в объятия Лукаса. Она так стремительно бросилась к нему, что Лукасу не удалось избежать столкновения, и они оба рухнули на пол.
Оса пожужжала у них над головами и вылетела в дверь, которая медленно открылась.
— Есть кто-нибудь в доме?! Здесь кто-нибудь есть?! — довольно громко, но вежливо спросили от двери.
Голос принадлежал женщине, которая вчера целовалась с Лукасом — Джессика сразу узнала ее.
Лукас помог Джессике подняться с пола и, посмотрев на вошедшую, недовольно воскликнул:
— Белла?! Какого черта ты тут делаешь?!
Джессика полагала, что при встрече с Беллой она испытает неловкость и смущение, но уж никак не стыд. Но вот встреча состоялась, причем внезапно, и Джессика почувствовала себя ужасно еще и из-за того, что ее увидели катающейся по полу в объятиях Лукаса. Это было хуже самого жуткого ночного кошмара. Однако чувство стыда, которое она сейчас испытывала, оказалось для нее совершенно новым — она стыдилась того, что ей стыдно.
Спустя несколько минут она уже сидела в кресле с высокой спинкой напротив Беллы в маленькой гостиной и наблюдала за тем, как острый взгляд Беллы отмечает любое пятнышко и недостаток в комнате, и каждый раз, когда глаза Беллы на чем-то останавливались, Джессика вздрагивала. Справа от нее сидел Лукас, а слева — сестры Эльвира и Долорес и, занятые разговором, не обращали на Джессику никакого внимания, она же смотрела на все глазами Беллы и… стыдилась. Она стыдилась своих натруженных ладоней, заштопанной рабочей одежды, стыдилась этой гостиной с потертым ковром и неказистой мебелью, которую им подарили соседи, стыдилась чашек и тарелок с отбитыми краями, уродливого печенья, которое помогали ей печь мальчишки. Все здесь было ветхим, поношенным и линялым, но прежде она этого не замечала и вообще не придавала этому никакого значения.
Она смотрела на Беллу и не могла не отметить, насколько та выглядела безупречно. Ни один волосок не выбивался из аккуратной прически, нежная кожа была чиста, без малейшего изъяна. Белое муслиновое платье и короткий голубой жакет отличались модным кроем, а духи, которыми пользовалась Белла, были очень дорогими. Джессика прекрасно понимала, что все это великолепие лишь внешняя оболочка, и тем не менее не могла избавиться от стыда, который испытывала из-за собственной убогости.
В гостиной Белла завладела вниманием всех. Она задала несколько небрежных и поверхностных вопросов, касающихся Хокс-хилла, но вскоре перевела разговор на себя. Она бросалась именами известных и славных людей, как мальчики бросаются объедками. Было видно, что Белла решила произвести на всех неизгладимое впечатление. Джессика все это понимала, но тем не менее ничего с собой поделать не могла — в присутствии Беллы она чувствовала себя униженной.
Джессика не могла удержаться и от того, чтобы время от времени не посматривать на Лукаса. Ей очень хотелось понять, какое впечатление производит на него Белла, тем более что Лукас не спускал с нее глаз, и Джессику мучил вопрос: по-прежнему ли он влюблен в нее? Заноза, видимо, уже глубоко проникла в ее сердце, и девушка быстро отвела глаза, когда Лукас повернул голову, чтобы взглянуть на нее.
Тем временем Белла в разговоре снова вернулась к Хокс-хиллу, но на этот раз ее пытливый взгляд остановился на сестре Эльвире. Она внимательно разглядывала маленькую монахиню, ее пухлое личико, небольшие глазки с редкими ресницами, полную фигуру в выцветшем черном одеянии, но вскоре с явным пренебрежением отвернулась. Джессика, замечая все, думала о бесконечных днях непосильного труда сестер, об их самоотверженности и преданности детям, о том, что они умеют радоваться любому, даже самому скромному успеху, об их непоколебимой вере в мудрость и милосердие Господне, и жгучее чувство обиды вспыхнуло в сердце девушки. Белла хотела, чтобы она почувствовала себя маленькой и ничтожной и добилась своего. Возможно, все, что делала Джессика, и было ничтожным. Но она не потерпит оскорбления монахинь.
Неожиданно глаза Беллы остановились на ней, и Джессика буквально окаменела.
— Как я уже говорила, — продолжала Белла своим умело модулированным голосом, — мы все искренне желаем способствовать успеху Хокс-хилла, внося посильную лепту в развитие его начинаний. — Она сделала драматическую паузу. — И я пришла к мысли, что нужно устроить благотворительный бал.
— Благотворительный бал… — медленно повторила сестра Эльвира.
— О, это не будет стоить ни пенни, — поспешно заверила Белла испуганных монахинь. — Я уже говорила с мужем, и он тоже считает, что это великолепная идея. Конечно, бал состоится у нас, и мы разошлем приглашения. — Она рассмеялась. — Мы, разумеется, не будем настаивать, чтобы все обязательно пришли, однако у входа, когда гости будут показывать свои приглашения, им предложат внести определенную сумму на благотворительные цели. После бала все деньги будут переданы в Хокс-хилл.
— У нас постоянно не хватает денег, — озабоченно закивала сестра Долорес. — Думаю, это в самом деле прекрасная идея. Вы очень добры, что подумали об этом.
Сестра Эльвира спрятала руки в широкие рукава своей черной одежды и погрузилась в раздумья.
Лукас наклонился вперед, поставив локти на колени и крепко сжав кулаки.
— И когда вы собираетесь устроить этот бал? — спросил он, не сводя с лица Беллы изучающего взгляда.
— Как только все организуем, — поспешно ответила она. — Чем быстрее, тем лучше, разумеется. Руперт, как всегда, устраивает бал для своих арендаторов, ты же знаешь об этой давней традиции… Так вот наш бал должен состояться раньше.
— А почему не позже? — поинтересовался Лукас.
— А почему мы должны ждать? — возразила Белла.
Лукас быстро глянул на Джессику, а потом снова повернулся к Белле.
— Я не уверен, что Джессика успеет подготовиться к столь большому событию, — заметил он.
— Дорогой Лукас, я приеду сюда и помогу ей. — Белла улыбнулась Джессике. — Этот бал даст нам возможность ввести ее в общество Челфорда.
Джессика внимательно следила за разговором. Она давно поняла, что что-то затевается, но только не это! Ее первоначальное удивление щедрым предложением Беллы сменилось настоящим шоком. Они рассчитывают, что она будет на балу?! Но она никуда не поедет без сестер, а они, как известно, балов не посещают — даже благотворительных. Этот бал станет для нее сущим кошмаром. Если она когда-то и умела танцевать, то теперь все забыла. Она не знала, как вести себя в обществе, как поддерживать светскую беседу, как… Она понятия не имела, что ожидает девушку на балу, и это приводило ее в ужас. А кроме этого, ей нечего надеть.
Белла все это понимала и сладким голоском предложила свою помощь.
«Да, и поросята, оказывается, могут летать… « — с горечью подумала Джессика.
Лукас обратился к сестре Эльвире.
— Я бы не советовал сразу соглашаться, — предупредил он.
— Но почему? — спросила Белла с легкой улыбкой.
— По причине, о которой я уже говорил, — Джессика не готова к такому большому событию, — спокойно напомнил лорд Дандас. — Три года она провела в монастыре и не знает правил светского общества. Этот бал должен стать ее дебютом, первым выходом в свет. К такому событию всегда готовятся, и тебе, Белла, это хорошо известно. После бала следует ожидать, что Джессика займет подобающее место в обществе. — Он бросил быстрый взгляд на Джессику и резко сказал: — А она пока не готова, вот и все.
Стыд, который Белла, подмечавшая все видимые и скрытые недостатки, заставила Джессику испытать, нельзя было сравнить с горечью, охватившей девушку при этих словах Лукаса. Казалось, от острого взгляда лорда Дандаса ничего не может укрыться. И Джессика представила себе, как в своем поношенном платье, в неуклюжей повозке с Джозефом на передке она отправляется с визитом к элегантным дамам, а потом принимает их в невзрачной гостиной Хокс-хилла, и поняла, что Лукас прав. Более того, он облек в слова ее собственные мысли, полные тревог и сомнении. Теперь Джессика точно знала, какой она видится Лукасу, и едва удержалась, чтобы не броситься вон из гостиной, убежать подальше от него и этой безупречно одетой Беллы или… кинуться с кулаками на этого противного молодого человека.
Белла широко распахнула свои большие глаза и уставилась на него невинным взглядом.
— Послушай, Лукас, — запротестовала она, — я ведь хотела устроить так, как будет лучше для Джессики. На балу все увидят и поймут, что мы не в обиде друг на друга, не говоря уже о деньгах для Хокс-хилла.
Лукас недрогнувшим голосом произнес:
— Я больше не собираюсь обсуждать с тобой, что лучше для Джессики. Я сказал «нет», и разговор окончен.
В глазах Беллы сверкнуло негодование.
— В таком случае бал состоится без Джессики. Но запомни мои слова — это вызовет ненужные толки.
Как все ужасно! Они не только говорят о ней так, словно ее и нет в гостиной, но им даже в голову не приходит спросить, что она сама думает об этом. Теперь у нее осталось не больше желания посетить благотворительный бал, чем слетать на Луну.
Слова протеста дрожали у нее на губах, но она не могла произнести ни звука. При одной мысли о том, что и Белла, и Лукас считают ее деревенской дурочкой, в сердце Джессики вспыхнула настоящая ярость. Возможно, ее не обучали светским манерам ни в прежней жизни, ни в монастыре сестер Девы Марии, но она была не столь уж невежественной, чтобы не знать правил, определяющих хорошее поведение. В этом отношении жизнь в монастыре предъявляла столь строгие требования, что Лукас даже не мог себе этого представить.
И что-то еще происходило с ней. Она больше не ощущала себя сестрой Мартой. Она превратилась в Джессику Хэйворд из поместья Хокс-хилл. Она опять стала дочерью Вильяма Хэйворда. И теперь для нее наступило время действовать.
— Конечно же, я пойду на бал, — внезапно заявила она. — Это благотворительное мероприятие, а не бал в мою честь, поэтому никто не может ожидать, что я стану душой этого приема. А кроме того… — она вспомнила слова Джозефа о кораблях и безопасной гавани, — я же не собираюсь вечно прятаться в Хокс-хилле.
Сестра Эльвира наконец-то прервала свое молчание.
— Миссис Хэйг права, — сказала она. — Начнутся разговоры, если Джессики не будет на балу, особенно учитывая, что мероприятие это устраивается с единственной целью — собрать побольше денег на нужды приюта, — Она обернулась к Джессике и ободряюще улыбнулась ей. — И Джессика тоже права. Настало твое время, дорогая. Как мудро с твоей стороны, ты ведь поняла это раньше меня.
— Значит, мы обо всем договорились, — ласково улыбаясь, промолвила Белла, и в ее глазах зажглись искорки триумфа.
Вскоре после этого она удалилась, сопровождаемая шелестом юбок и облаком духов. Лукас вышел вместе с ней, но через несколько минут вернулся. Бросив на Джессику неодобрительный взгляд, он заявил что желает переговорить с сестрами с глазу на глаз Оскорбленная до глубины души, Джессика с гордо поднятой головой покинула гостиную.
Джессика смочила тряпку в ведре с водой, отжала ее и аккуратно намотала на длинную деревянную палку, чтобы протереть последний кусок каменного кухонного пола. Наверху творилось нечто невообразимое. Ребятам давно уже пора было спать, но они отказывались ложиться в постели. Они ненавидели Хокс-хилл и вообще все поместье. В молоке было слишком много сливок, масло было слишком жирным. Они, правда, любили животных, но ненавидели ухаживать за ними. И сестрам, и Джессике все было ясно — мальчики тосковали по видам, звукам и запахам единственного дома, который знали, — они скучали по Лондону.
Почему она понадеялась, что переселение в Хокс-хилл пройдет гладко, что все будет иначе, чем тогда, когда они с монахинями забирали детей из их родных лачуг, пригодных разве что для скота? Ведь малышей пугало все новое и непонятное, с чем им приходилось сталкиваться в жизни. И в этом не было ничего удивительного.
У нее самой было много общего с этими детьми — ведь ни одна женщина не испугалась бы приглашения на бал. Однако испугалась она или нет, не столь уж важно, главное — пути назад нет. Гордость не позволит Джессике отступить. О, если бы она тогда промолчала!
Но теперь все должно измениться. Лукасу объявили об этом сестры в беседе с глазу на глаз. Они уже попросил мать-настоятельницу прислать в Хокс-хилл молодых послушниц для помощи в хозяйстве, чтобы освободить Джессику хотя бы от части ее обязанностей, и протесты девушки не принимались во внимание. Дел, правда, было чрезвычайно много. Небольшой доход, который Джессика получала от своего скромного капитала, решили потратить на новые платья. Теперь она ездила в город исключительно в легкой двухместной коляске, которую лорд Дандас любезно предоставил в пользование монахиням. Сестры заручились поддержкой Анны Ренкин, жены викария, которую просили обучить Джессику танцам и вообще стать ее наставницей во всем, что касалось хороших манер, как они понимались в обществе Челфорда. Список неотложных дел все увеличивался и увеличивался, времени же становилось все меньше.
Джессика понимала, что не имеет права ошибиться. Она не позволит Лукасу смотреть на нее как смешную девчонку и объект сострадания. Она обязательно должна оказаться на высоте!
Взрыв смеха в комнате наверху заставил ее поднять голову. Она была уверена, что дети вскоре забудут про Лондон. Уже далеко не все оставалось здесь незнакомым и, как им казалось, враждебным. Они любили монахинь, а это кое-что да значило. Больше других ребята любили молоденькую сестру Бригитту и уже не за горами тот день, когда мальчики назовут Хокс-хилл своим домом.
Но где же в таком случае дом Джессики Хэйворд.
Она расправила тряпку и нацепила ее на конец длинной палки. Сделав реверанс перед шваброй, девушка стала считать шаги:
— Раз, два, три… Раз, два, три… — и пустилась вальсировать по кухне.
Она кланялась, кружилась, обворожительно улыбалась своему симпатичному партнеру и смущенно опускала длинные пушистые ресницы, когда он говорил ей комплименты. Она почувствовала, что у нее слегка закружилась голова, но это было чудесное ощущение…
Негромкие аплодисменты прервали ее фантазии. Испуганная наглым вторжением в мир воображения, она замерла на месте, а потом медленно повернулась двери. На пороге стоял Лукас, чьего внезапного появления всегда можно было ожидать.
— Что вам нужно? — довольно грубо спросила Джессика и, чтобы скрыть свое смущение, повернулась к нему спиной и понесла тряпку и ведро в дальний угол кухни.
Он внимательно наблюдал за ней.
— Разве сестра Эльвира ничего тебе не сказала? Я должен научить тебя вальсировать. Вальс — один из обязательных танцев на любом балу, — пояснил он.
Джессика оглянулась и сердито посмотрела на молодого человека.
— Сестра Эльвира ничего мне не говорила, — мрачно заявила она.
— Должно быть, она забыла, — понимающе кивнул Лукас. — Но ничего страшного…
Ей было мучительно стыдно за грязный передник и свой неряшливый вид, что особенно бросалось в глаза в сравнении с безукоризненной внешностью Лукаса Уайльда. Быстро сняв передник, она повесила его на кухонную дверь.
— Анна Ренкин любезно согласилась научить меня танцевальным па, — пробормотала Джессика, все еще стоя спиной к нему. — Так что вам не стоит беспокоиться.
Когда она наконец обернулась, Лукас уже стоял на расстоянии нескольких дюймов от нее. Этот человек умел двигаться бесшумно и быстро, как дикая пантера. Джессика замерла, прижавшись спиной к стене, — ведь она не сможет сдвинуться с места, не коснувшись его!
— О беспокойстве и речи быть не может, — улыбнулся он, — у тебя отлично получалось со шваброй. А теперь давай посмотрим, как получится с настоящим кавалером.
Его явная насмешка привели Джессику в ярость.
— Лукас, позвольте мне пройти, — холодно потребовала она.
Улыбка исчезла с его лица, и он сделал шаг в сторону. Она прошла к буфету и принялась доставать оттуда тарелки. Лукас глубоко вздохнул.
— Ты видела вчера меня и Беллу. Ведь дело в этом, да? — спросил он, глядя на ее спину.
Она повернулась, презрительно фыркнула и опять принялась за работу.
Но Лукас решил продолжить:
— Она, наверное, знала, что вы с Джозефом наблюдаете за нами, поэтому поцеловала меня. Не стоит ревновать, Джесс. Это была шутка, клянусь тебе.
То, что он так легко читает ее мысли, еще больше разгневало девушку. Она вскинула голову и вздернула подбородок.
— Вам не нужно объяснять мне свое поведение, — ледяным тоном отозвалась она.
— Господи, да ты только и ждешь, чтобы я тебе все объяснил! — воскликнул Лукас, но когда Джессика промолчала, он не вытерпел: — Я знаю, ты обиделась, когда я сказал, что ты не готова появиться на балу, который собирается устроить Белла. Но поверь, я думал о тебе, исключительно о тебе…
— Я благодарна вам за заботу, — мягко ответ Джессика, но, когда он шагнул к ней, она быстро отступила назад.
Лукас нахмурился и спросил:
— А теперь в чем дело?
— Вы приехали сюда не для того, чтобы учит меня танцевать вальс, — сказала девушка. — Сестра Эльвира не забыла бы сказать мне, что вы приедете. Так зачем вы здесь? — резко осведомилась она.
Он неуверенно улыбнулся и пожал плечами.
— Я здесь вовсе не для того, чтобы дурно поступить с тобой, Джесс, как ты, кажется, думаешь. Когда она не улыбнулась в ответ, он продолжил: — Мы так и не закончили разговор, который Белла грубо оборвала. Констебль сказал, что ты задала ему множество вопросов…
Джессика выпрямилась и пристально посмотрел на него.
— Кто-то убил моего отца, — тихо произнесла она. — Как я смогу выяснить, кто сделал это, если не буду задавать вопросов?
— Ты сказала констеблю Клэю, что прежде всего подозреваешь меня, — возмутился Лукас.
— Я подозреваю всех, — заявила Джессика, глядя ему прямо в лицо.
Глаза Лукаса сузились и превратились в щелочки. Тон его голоса стал резким:
— Я не убивал твоего отца.
— Возможно, да, но вы знаете, кто сделал это. — Слетевшие у нее с языка слова удивили ее саму, но ей также показалось, что они смутили Лукаса. Она не осознавала, какие мысли роятся у нее в голове, пока не открыла рот и не высказала их вслух. Эти мысли уже не в первый раз приходили ей в голову, но потом почему-то отступали на задний план.
Глаза Лукаса грозно сверкнули, и он заговорил сухо, с нажимом:
— Мы уже говорили об этом, Джесс, но ты так ничего и не поняла.
Теперь, когда она наконец привела в порядок свои мысли, слова нашлись сами собой:
— Все словно сговорились хранить молчание. Никто не собирается отвечать на вопросы о смерти моего отца: ни констебль, ни адвокат Ремпель, ни вы, ни ваши друзья. Вы даже не хотите, чтобы я их задавала. Только Перри дал мне прямой ответ, так как он ни к чему не причастен — в день убийства его здесь не было.
— Ты опять за свое, — устало произнес Лукас. — Все еще стремишься навлечь на себя неприятности, задавая бесконечные вопросы…
— А вы не стали бы задавать вопросы, если бы убили вашего отца?! — в сердцах воскликнула она.
— А тебе никогда не приходило в голову, что он заслужил такую смерть? — неожиданно зло спросил Лукас.
Что-то сжалось у нее в груди, и слезы хлынули из глаз.
Лукас тихо чертыхнулся.
— Прости, прости меня, — он не знал, как перед ней извиниться. — Я не должен был так говорить…
— Мой отец вовсе не был таким плохим, каким вы его представляете, — сказала она, глотая слезы обиды и унижения. — Может, он не был лучшим из людей, но я никогда не поверю, что он был отпетым негодяем…
— Ты потеряла память и ничего не знаешь, — напомнил ей Лукас.
— Неправда, кое-что мне рассказал констебль, — возразила Джессика.
Лукас насторожился. Неожиданно повернувшись, он шагнул к двери черного хода, но Джессика последовала за ним.
— Лукас, кто убил моего отца? Кто? — настойчиво спрашивала она, не отступая от него ни на шаг.
— Боже мой, неужели ты никогда не успокоишься? — Он схватил ее за плечи и грубо встряхнул. Одного рывка его сильных рук хватило, чтобы ее прическа распалась и все шпильки посыпались на пол. — Джесс, оставь прошлое в покое. Слишком многим хорошим людям это может навредить…
Джессика вскинула голову и посмотрела ему прямо в лицо.
— Лукас, кого вы защищаете? — прошептала она. От гнева и отчаяния глаза его стали почти черными.
— Джесс, — медленно заговорил он, — а что будет, если я признаюсь в этом убийстве? Ты отведешь меня к констеблю, чтобы меня повесили на городской площади? Ведь так поступают с убийцами?
К горлу подступил ком, и Джессике показалось что сейчас она задохнется. В своих мыслях она никогда не заходила так далеко. Девушка покачала головой. С Лукасом она никогда бы так не поступила.
— А если я убийца, — беспощадно продолжал он — ты не боишься, что я могу убить и тебя? Посмотри на мои руки, видишь, какие они сильные? Я запросто могу свернуть тебе шею. Ты должна держаться подальше от меня, а не доводить меня до крайности.
Голос его стал низким и хриплым, он гипнотизировал девушку. Она посмотрела на руки Лукаса, на крепкие длинные пальцы, а потом взглянула в глаза молодому мужчине. Когда его пальцы сомкнулись на ее горле, она вся содрогнулась.
— Ты даже не можешь позвать на помощь, верно, Джесс? — говорил он. — Слишком поздно. Одно небольшое усилие — и для тебя все будет кончено.
Большие пальцы погладили ее горло, а потом приподняли подбородок. Он наклонил голову так, что его лицо оказалось рядом с ее лицом. Слезы повисли у нее на ресницах и медленно покатились по побелевшим щекам…
— Джесс… — вдруг прошептал он, — Джесс… — И прижался губами к ее губам.
Она была очарована его нежностью, захвачена врасплох мягким прикосновением его губ. И у нее не возникло желания бороться с ним, наоборот, ей хотелось утешить его. Она больше не думала о том, что он может быть убийцей. Она хотела причинить ему боль и добилась своего. Но Бог свидетель, никогда в жизни она не чувствовала себя в большей безопасности, чем сейчас. Она вскрикнула, сдаваясь, и обвила руками его шею, отвечая на поцелуй.
Он прижал ее к себе, прильнув к ней всем телом так, чтобы она ощутила возбужденную плоть. И Джессика изогнулась, требуя ласки. Он коснулся ее груди, нежно прижимаясь к ней губами, пробуждая в девушке страсть, которую испытывал сам. Потом его язык проник в нежную сладость ее рта, двигаясь в возбуждающем ритме…
Неожиданно он отпустил ее, отступив на шаг, и Джессика едва не упала.
— Такой поцелуй многое означает для мужчины, — с недоброй улыбкой сказал он. — А то, что ты видела, когда я был с Беллой, не заслуживает внимания, тем более ревности, уверяю тебя, Джесс.
Он опять обнял ее, прижал к себе и поднял, словно пушинку.
— И не нужно меня благодарить за урок мужской анатомии. Считай, что это доставило мне особое удовольствие. — Все еще нехорошо усмехаясь, он отпустил ее и вышел из кухни.
После его ухода Джессика долго приходила в себя. Потом, резко отбросив швабру, она выбежала из кухни, поднялась в свою комнату и с громким стуком захлопнула дверь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Полюби дважды - Торнтон Элизабет

Разделы:
Пролог1234567891011121314151617181920212223242526272829

Ваши комментарии
к роману Полюби дважды - Торнтон Элизабет



хорошо, даже очень хорошо! жизненно, захватывает так , что не оторвешься. спасибо переводчику огромное, что сохранил стиль, только есть опечатки
Полюби дважды - Торнтон Элизабетлюдмила
20.12.2012, 5.07





Безумно понравилось! Роман в лучших традициях Торнтон. Прочла взахлеб. Интригующий детектив, бесподобная любовная линия. Давно что-то такое я хотела прочесть. Он любил ее, потерял, не знает что с ней, на него накатывают "черные дни" тоски по ней, он то злится, то мучается, страдает, ищет ее, а когда находит уже ни за что и ни когда не отпустит, всегда будет рядом. Мне понравился Лукас, хотя не всегда я его понимала и была с ним согласна. Джесс - не так зацепила, но тоже интересный персонаж. Меня увлекли ее поиски себя, поиски убийцы; ее сомнения, страхи, недоверие и неуверенности. Я ее поняла...Роман пополнил коллекцию любимых: 10/10
Полюби дважды - Торнтон ЭлизабетNeytiri
14.05.2014, 22.16





очень хороший и захватывающий роман.понравилось.
Полюби дважды - Торнтон Элизабетчитатель)
6.06.2014, 12.15





Не разделяю восторга, но читать, имея свободное время, можно. Как не старалась, не прониклась особой симпатией к Ггероине, а это 50% интереса к книге. Лукас понравился больше, хотя очень смущала его далеко не братская любовь к девочке - подростку: 4 года на войне, будучи обрученным с местной красавицей, думал о 14-летней и желал ее(?!). Переборщила, по моему мнению, автор с мистикой и телепатией, да так, что иногда казалось, что по героине психушка плачет. Перебором для меня в сюжете есть и тема филантропии (монашки, образцовая наставница, приют для бездомных, походы по трущобам...). Нет, я не против темы любви к ближнему. Просто не приемлю избыток поучительных, назидательно- приторных моментов. 7 баллов.
Полюби дважды - Торнтон ЭлизабетОльга
3.09.2015, 16.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100