Читать онлайн Любовный поединок, автора - Торнтон Элизабет, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовный поединок - Торнтон Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 64)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовный поединок - Торнтон Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовный поединок - Торнтон Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торнтон Элизабет

Любовный поединок

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

в тот вечер Джулиан поддался желанию навестить таверну «Соломенная крыша», он меньше всего помышлял о любовном приключении. Потягивая шампанское, он лениво взирал с галереи игорного дома на суету своих расфранченных клиентов, как вдруг со всей ясностью понял, как опостылело ему их общество. Их искусственные манеры, погоня за новизной и остротой ощущений, глупая самоуверенная болтовня, даже их порой экстравагантные наряды больше не забавляли его. Он испытывал лишь скуку, состояние, не свойственное для тридцатилетнего удачливого мужчины.
Границы его честолюбия простирались далеко за пределы игорного дома. Каждый свободный пенни Джулиан вкладывал в свою плантацию в штате Каролина. Новая жизнь в Новом Свете — вот цель его стремлений, но прежде следовало покончить с одним давним делом, в котором была задета его честь.
Тягостные мысли о сэре Роберте Уорде неумолимо всплыли в сознании, а за ними столь же неумолимо последовали воспоминания о его собственной семье, ее горькой участи и печальном конце. Скоро, пообещал он себе, очень скоро сэр Роберт получит по заслугам. Уж он об этом позаботится.
Один за другим Джулиан осушил несколько бокалов шампанского, надеясь загасить безумную ярость, овладевавшую им всякий раз, когда он вспоминал о сэре Роберте Уорде. Как только месть над сэром Робертом свершится, он будет свободен и займется собственными делами.
Пока он так размышлял, его взгляд упал на лорда Перси и его неизменную свиту—свору жеманных щеголей с накрашенными лицами и помадой на губах. Джулиан терпел их по одной-единственной причине. Они были заядлыми игроками, и деньги жгли им карманы.
И тут его словно осенило. Он почувствовал острую необходимость изведать вкус настоящей жизни, где мужчины похожи на мужчин, а с так называемыми джентльменами в роскошных одеждах с дамскими ужимками разговор короткий: все решает не шпага и не дуэльные пистолеты и десять шагов, а крепкая, увесистая пощечина.
У него даже зачесались руки, и он вспомнил, где наверняка найдет подходящую обстановку. В считанные минуты он велел присмотреть за клубом опытному первому помощнику и, наняв экипаж, приказал доставить его в таверну «Соломенная крыша».
К его удивлению, «Соломенная крыша» уже не была той грязной дырой, какой он ее помнил со времен последнего посещения. Здесь уже нельзя было встретить ни грубого лодочника, ни шустрого шулера, готовых наброситься на человека, случись тому как-нибудь не так посмотреть в их сторону.
Дракой пока не пахло, но зато он нашел развлечение позанятнее. Ему хватил о одного взгляда на Викторию Нобль, на то, как она словно невзначай касалась пальчиком мушки, чтобы угадать в ней мошенницу. Кому, как не ему, знать все их уловки? В свое время он разоблачил не одного шулера, применявшего подобные методы.
С той минуты, как он ее заметил, Джулиан с удовольствием наблюдал за нею, пытаясь определить, кто из джентльменов был ее тайным сообщником. Но прошло добрых полчаса, прежде чем он заметил, что девушка была отнюдь не мошенницей, а весьма хитрой шлюшкой, которая знала, как вызывать интерес у мужчин.
Ее подружка, имея бесспорно более привлекательную внешность, не таила за красивой мордашкой никакой тайны и не могла удержать на себе пристальный взгляд. В ней все было слишком очевидно. Она слишком явно выставляла себя напоказ. Мисс Нобль была более ловкой особой. Она наверняка узнала его и теперь разыгрывала перед ним свой маленький интригующий спектакль, зная, что ни один бывалый игрок не сможет оторвать от нее взгляда, надеясь разоблачить мошенничество. И эта расчетливая шлюшка выбрала именно его. Теперь он ее раскусил и понял, что никакая она не мошенница. Он увидел в ней забавную и соблазнительную женщину и желал узнать ее поближе. И чем ближе, тем лучше.
«Я только называю себя актрисой», — так она сказала, и любому понятно, что сей эвфемизм означает. К женщинам ее профессии он относился снисходительно. С его судьбой презирать их . было бы ханжеством. Он провел юность среди женщин легкого поведения, проституток, но , они были для него скорее подругами и советчицами, чем особами, с которыми можно приятно cj провести время. По правде говоря, доступные дамы благородных кровей, услаждавшие теперь его жизнь, не особенно отличались от проституток его молодости, и он тем более ценил этих последних.
Виктория Нобль, если таково было ее настоящее имя, нимало не походила на женщин, которых он знал в юности. В ней было нечто, присущее лишь ей одной, и он оценил в ней это. С высот своего богатого опыта общения с женщинами он вынужден был признать, что Виктория Нобль была весьма лакомым кусочком и могла очень скоро заделаться любовницей какого-нибудь богатого светского джентльмена.
За этой мыслью тут же последовала другая: этим джентльменом вполне мог стать и он сам.
Не то чтобы она обладала редкостной красотой или особой прелестью форм. Черты ее лица отличались утонченностью, но поистине хороши были ясные голубые глаза. Линии тела ласкали взор мягкой женственностью, без излишней худобы, но и без чрезмерной пышности. Замечательнее всего были ее темные волосы, хотя и не по моде уложенные. Длинные и блестящие, они рассыпались по плечам мягкими волнами. Он, не задумываясь, смог бы назвать дюжину женщин, способных затмить эту девушку красотой, и лишь одного недоставало им всем: в них не было и десятой доли ее обаяния.
Он смотрел на нее, и им все сильнее овладевало опасное чувство, что он видит сразу нескольких женщин. Сейчас, в белом вышитом белье, она походила на девственницу, предназначенную в жертву на алтарь Афродиты. Чуть раньше, когда он поймал в ее взгляде волнение страсти, она вызвала в его воображении образ восточной рабыни, цель и смысл жизни которой — услаждать своего господина и повелителя. Потом она вздернула подбородок, окинув его сверху вниз презрительным взглядом, — и вот перед ним аристократка, царица модного светского салона. Мужскому уму оставалось лишь гадать, каким восхитительным созданием она обернется в следующую минуту. Одно он знал точно: другой такой женщины он раньше не встречал.
Знал он и другое. Она должна принадлежать ему, и цена была ему безразлична, сколько бы она ни запросила. Ухмыляясь, он потянулся к бутылке кларета и жестом предложил ей.
Серена не стала отказываться. Ею владела единственная мысль — использовать любой предлог, чтобы оттянуть ту минуту, когда он позовет ее в спальню. Сейчас они сидели у камина в маленьком отдельном кабинете, примыкавшем к спальне. Он попросил ее снять накидку, и она повиновалась. Тема игорного дома была исчерпана, и она напряженно подыскивала в уме другую нейтральную тему.
— Расскажи о себе, — попросил он.
Боже, если бы она только могла исполнить его просьбу! Тогда было бы сразу покончено со всем этим фарсом. Но это было невозможно, ибо тогда он выгнал бы ее прочь, и ей пришлось бы спуститься вниз, туда, в таверну, заполненную солдатами. Кроме того, как она могла обнаружить себя теперь? Как она объяснит свое присутствие в таком месте и без лакея? Если Джулиан узнает о ней всю правду, он без колебаний сдаст ее солдатам.
— Мне особенно нечего рассказывать. — Серена потягивала вино, желая выиграть время и быстренько сочинить какую-нибудь правдоподобную легенду.
— Кто ваши родители?
— Я сирота.
Такой ответ казался самым простым: несуществующие имена и прочие подробности она бы наверняка перепутала.
— В таком случае единственным для вас источником средств к существованию остается использование того, чем вас одарила природа. Глядя на вас, я бы сказал, что вы не могли сделать лучшего выбора.
Серене захотелось ударить его.
— Благодарю вас, — отвечала она, выдавив улыбку.
Этажом выше хлопнула дверь и раздался глухой топот сапог.
— Как вы думаете, что там происходит? — спросила Серена, не отрываясь глядя на потолок.
— Что? А, таверна заполнена до отказа. Мне еще повезло, что я нашел для нас комнату.
Серена метнула взгляд на дверь, ведущую в спальню, и ощутила, как где-то глубоко в ней зашевелился страх. Этого она не допустит, успокаивала она себя. Как-то она слыхала, что уличная женщина сначала убедится в способности джентльмена оплатить ее услуги, а уж потом расстегивает первый крючок на корсаже. Серена просто назовет астрономическую сумму, и этим все закончится. Когда торг зайдет в тупик, что неизбежно случится, она сможет с достоинством удалиться. Но прежде, предупредила она себя, надо убедиться, что опасность быть схваченной миновала. Как только солдаты уйдут, она прикажет хозяину вызвать наемный экипаж и вернется домой как ни в чем не бывало.
Нельзя поддаваться панике! Пока она сидит в кабинете и Рэйнор не пытается увести ее в спальню, бояться ей нечего.
— Почему бы нам не расположиться поудобнее? — улыбнулся Рэйнор и под ее встревоженным взглядом отстегнул шпагу и отбросил ее в сторону. Потом он скинул камзол и взялся за пуговицы жилета. Жилет последовал за камзолом.
— Помоги мне, — позвал он, поднося руку к верхней пуговице сорочки.
У Серены пересохли губы. Пора было заводить разговор об оплате. Стукнула другая дверь, на этот раз на их этаже. Топот сапог приближался. Казалось, солдаты прочесывали дом. Что, если они искали ее? Что, если ее внешность была им известна? Она поднялась и замерла, прислушиваясь, глаза ее были широко раскрыты.
Глаза этой девушки бездонны, думал Рэйнор, они ввергают мужчину в соблазн изведать ее тайны. Она сирена, она искушена в древнем как мир искусстве, против которого простой смертный беспомощен. Неуверенными маленькими шажками она подходит к нему. Конечно, ее застенчивый беспомощный вид, ее растерянность всего лишь игра, но какая умелая игра! Она была — и он не мог не признать этого — прирожденной актрисой, способной стать всем, чего захочет мужчина.
— Встань на колени, — приказал он тихо. Она опустилась к его ногам, воплощение женской покорности. Он привлек ее к себе. — Расстегни мне рубашку.
О, она знала, что делает! Никакого жеманства, никакой ложной скромности и глупого щебета. Она не спешила, в ее движениях была тягучая чувственность, возводящая его желание к пре дельной точке. Дышать стало трудно, он даже зажмурился, потому что вид склоненной женской фигуры возбуждал его невыносимо.
Когда раздался стук в дверь, Джулиан открыл глаза и грубо выругался.
— Если этот чертов хозяин…
— Именем Его Величества, откройте! — послышался резкий приказ, и снова зазвенела щеколда под ударами кулака.
Недоуменно подняв брови, Джулиан неохотно поднялся и направился к двери.
— Подожди, я сейчас, — бросил он через плечо.
Рэйнор распахнул дверь как раз в тот момент, когда молодой солдат уже собрался высадить ее.
— В чем дело, юноша? — свысока осведомился Джулиан.
Нед Мейсби уставился на полуодетого джентльмена, самого изысканного из всех, кого ему приходилось видеть. Быстрый взгляд, брошенный через плечо этого джентльмена, открыл ему причину такого беспорядка в его одежде. От смущения молодой человек нервно сглатывал и кадык на его тонкой шее двигался вверх-вниз.
— Прошу прощения, но у нас есть основания подозревать, что один из этих, из якобитов, прячется здесь, в таверне.
Джулиан сдержался, хотя сказать мог бы многoe. Он мог бы сказать, что, сражаясь на поле и боя, он мечтал не о таком мире, когда побежденных противников, людей чести и благородного происхождения, будут безжалостно травить, словно лис на охоте. Преследование властями якобитов было позором для всех здравомыслящих англичан. Сам он сражался на стороне победителей, однако и не думал кичиться этим.
— Якобит? — любезно переспросил он. — И я соответствую описаниям?
Нед смущенно усмехнулся и попытался перевести все в шутку.
— Так-то вроде нет, но, будь вы шотландцем, тогда другое дело. Наш-то парень оттуда, с севера, он там один из главных.
— В таком случае, вы без труда разыщете его, — ответил Джулиан на безупречном английском.
Пальцы Рэйнора, сжимавшие дверную ручку, ослабили хватку, и, когда дверь еще немного приоткрылась, глаза у Неда полезли на лоб. Сидевшая на полу девушка распускала шнуровку, стягивавшую лиф платья.
Одного гневного взгляда Джулиана оказалось достаточно, чтобы с лица молодого солдата похотливую улыбочку как ветром сдуло. Сглотнув, он эффектно отсалютовал и удалился, бормоча извинения.
Джулиан закрыл дверь, задвинул щеколду и на мгновение замер в нерешительности, нахмурив брови.
Серена сидела вполоборота к нему и дрожащими от волнения пальцами затягивала шнуровку; лицо ее выражало смешанное чувство страха перед тем, что ждало ее в спальне, и облегчение оттого, что опасность миновала. Она так убедительно играла роль шлюхи, что ввела в заблуждение и отъявленного распутника, и похотливого солдата из войска Его Величества.
— Что случилось? — спросила Серена. — Отчего вы хмуритесь?
— Вам нечего бояться, — отбросив черные мысли, ответил ей Джулиан. — Вы не знаете наших бравых солдат. Выдумывают себе предателей там, где их и в помине нет.
Предатели, вот как Рэйнор думает о якобитах. Она была права, не доверяя этому человеку. Он бы не стал помогать изгнаннику-якобиту. Да теперь им его помощь и не нужна. Из слов солдата она поняла, что Флинну вместе с «пассажиром» удалось уйти. Настало время уходить и ей.
— Начнем сначала? — произнес Джулиан, возвращаясь к своему стулу. — Надеюсь, больше нам никто не помешает. Нет, не вставай. Мне нравится видеть тебя покорной, у моих ног.
Он поднял бокал с вином и отпил глоток.
— Теперь ты, — сказал он. Она протянула руку за бокалом, но Джулиан покачал головой.—Нет, из моих рук. Придвинься ближе.
И снова Серена оказалась прижатой к его чреслам. Она не знала, куда девать свои руки, но он подсказал ей.
— Положи руки мне на бедра, — предложил он, и Серена повиновалась. Ее пальцы ощущали напряженную игру мышц мужчины. Однако от ее чуткого слуха не ускользали топот и крики солдат, прочесывавших дом в поисках якобитов.
Он поднес край бокала к ее губам и слегка наклонил.
— Пей.
Вино полилось в рот и потекло по ее подбородку. Захлебываясь, она сделала глоток.
— Позволь мне, — прошептал Джулиан.
Его рука обвила ее шею, он прижался к губам Серены и раздвинул их своим языком.
Она боролась с подступившим к горлу кашлем, а язык Рейнора настойчиво проникал все глубже в ее рот, ища остатки вина. Когда она попыталась вырваться, его мощные бедра стиснули ее, и она поняла, что борьба бесполезна. Серена уперлась руками ему в грудь, желая оттолкнуть его, но ладони соскользнули под его распахнутую сорочку. Пальцы ощущали крепкое мускулистое тело, пылающее жаром вожделения. Собрав все силы, она пыталась оттолкнуть его и вырваться из этих пламенных объятий.
Джулиан отпустил ее так внезапно, что она не удержалась и упала на пол. Отпрянув, Серена отползла в угол комнаты и поднялась на колени. Оба тяжело дышали.
Джулиан нахмурился, подошел и остановился прямо перед ней.
— Что это за новые игры?
— Никаких игр, — быстро вывернулась Серена. — Вы слишком торопитесь, я так не привыкла. — Она осторожно встала и начала медленно пятиться назад. — Мы еще не договорились о… моем вознаграждении.
— Вознаграждении? — Он тихо рассмеялся. — Душечка, я уже решил для себя, что за женщину с вашими неоспоримыми талантами никакая цена не будет слишком высокой.
На такой поворот событий Серена никак не рассчитывала и, уж конечно, ему не поверила. Мужчины не выносят в женщинах жадности. К такому выводу она пришла после того, как ее брат Джереми дал отставку своей любовнице за то, что она была чересчур падкой до денег и украшений. Какую же цену заломить ей?
Серена прижалась спиной к двери спальни.
Одной рукой она машинально схватилась за ручку, другой, словно ища опоры, за косяк. Облизав пересохшие губы, она проговорила:
—Я… Я хочу иметь собственный дом.
Рэйнор склонил голову набок.
— У меня никогда не было женщины на содержании, — задумчиво сказал он. — Знаешь ли, я впервые вижу в этом смысл. Прекрасно, у тебя будет дом.
Он шагнул к ней, но Серена только крепче прижалась к двери.
— И… собственный выезд?
Джулиан стоял так близко, что она ощущала на своем лице его дыхание.
— Мое слово.
Глаза его светились неукротимым огнем.
Он бросился к ней, Серена вскрикнула и метнулась в спальню; захлопнув за собой дверь, она навалилась на нее плечом, в то время как пальцы лихорадочно нащупывали ключ.
Одним ударом Джулиан распахнул дверь и отбросил Серену назад. Он стоял на пороге, свет бил ему в спину, и, глядя на его темный силуэт, она почувствовала, что теряет рассудок. Опасный. Дерзкий. Неистовый. Для него это была лишь игра.
Джулиан сделал обманный выпад влево, и она рванулась к двери, пытаясь увернуться от протянутых рук. Он поймал ее, схватил за платье и разорвал его до талии. Одной рукой он сжал ее за предплечье и швырнул на кровать.
В спальне не было даже свечи, но огни во дворе таверны тускло освещали комнату через окно. Рэйнор торопливо сбрасывал последнюю одежду. Серена поняла, что настало время открыть ему свое настоящее имя, хотя все в ней восставало против этого. Собрав остатки мужества, она высокомерно сказала:
— Вы должны знать, что я не шлюха. Я высокородная дама.
Он рассмеялся своим особенным смехом, который она уже была готова от души возненавидеть.
— Я вижу, — ответил он, — и собираюсь сыграть роль Завоевателя. Дорогая, все эти игры весьма забавны, но их пора кончать. Сейчас я хочу обнять женщину нежную и страстную, а не призрак, рожденный игрой воображения.
Серена попыталась вникнуть в его слова, но ни капли здравого смысла так и не обнаружила. В уме ли этот джентльмен, не на шутку встревожилась она и вскрикнула:
— Только троньте меня и будете жалеть об этом до конца своих дней! Разве вы не поняли? Я из благородной семьи. Я…
Он навалился на нее, и они покатились по кровати. С легкостью усмирив ее тяжестью своего тела, Рэйнор приподнялся над ней.
— Брось свои игры. Я Джулиан. Ты Виктория. Я твой покровитель. Ты моя любовница. Милая, покорись мне.
«Куплена, куплена», — вертелось у нее в голове. Но ведь это она сама своим видом и поведением подцепила его на крючок. Рэйнор не хотел ее оскорбить или унизить. Он лишь хотел взять то, на что, как ему казалось, имел право.
Он не торопил ее, не навязывал ей свои ласки. Он просто сжал ее в своих сильных объятиях, и в его взгляде, устремленном на нее, было нечто неизъяснимое.
— Джулиан, — прошептала она, называя Рэйнора по имени в надежде смягчить его, — меня зовут не Виктория Нобль.
— А я и не сомневался в этом, — ответил он и поцеловал ее.
Его губы были нежны; язык, лаская, скользил меж ее зубов, не вторгаясь глубоко, не угрожая, но приглашая ее ответить на поцелуй. На мгновение ее охватило любопытство. Никто и никогда так не целовал ее. Поцелуй был подобен погружению в пряное вино. В нем были и дурман, и сладость — аромат этого мужчины.
Затрепетав, Серена выскользнула из его объятий и устремила на него взгляд. Рэйнор вопросительно поднял брови. Стоило ей лишь назвать свое имя, и он отпустил бы ее. Она ни секунды не сомневалась в этом.
Но Серена не торопилась с признанием. Сложные чувства боролись в ее душе. Ей было двадцать три года, и еще ни один мужчина не обнимал ее так, не целовал, не смотрел на нее так, как он. Любовь и замужество прошли мимо нее. Ее руки искали многие, но, узнав, что приданого за нею нет, исчезали. Ей никогда не узнать любовных объятий, никогда не ответить поцелуем на поцелуй. Быть незамужней тетушкой — на лучшее рассчитывать не приходилось. Так большой ли это грех — похитить у судьбы несколько поцелуев? Он так красив, этот мужчина. Имея такого любовника, всякая женщина могла бы гордиться собой. Но ей не был нужен любовник. Всего лишь несколько упоительных поцелуев.
— Поцелуй меня, Виктория, — попросил он. Виктория. Как все было бы просто, будь она только Викторией. Виктория могла делать что угодно и стать кем угодно. Для Виктории преград не существовало. В ее голове шумело выпитое вино, и она прикрыла глаза, пытаясь овладеть собой.
Ощутив губами прикосновение его рта, Серена обхватила ладонями его плечи, удерживая его. Под ее чувствительными пальцами мощные мускулы вздымались и опадали. Раз, всего лишь раз она поддалась искушению провести рукой по этой теплой гладкой коже. Не прерывая поцелуя, она скользнула ладонью по его широким плечам, сильной шее, утонула в густой шапке волос. Она чувствовала, как глубоко внутри просыпалось сладострастие, не подвластное ее воле, пугающее и одновременно желанное.
Его губы блуждали по ее лицу; зубы нежно прикусывали кожу. Она улыбалась от удовольствия и хотела, чтобы это длилось вечно. О том, что поцелуи могут быть такими, она и не ведала. Он заигрывал с нею. Не желая отставать, она пробежала губами по его плечам, вдыхая аромат его тела. Это был запах свежего ветра и беспутных ночей, чего-то темного и запретного.
Она закрыла глаза; легкие, как шепот, поцелуи нисходили от уголков ее губ к округлой груди. Когда его губы сомкнулись вокруг нежного соска, с ее уст сорвался слабый, неясный крик. Он застонал и потянулся к ней, целуя жадно, словно одержимый, требуя покориться полностью и безраздельно.
Внезапная волна наслаждения захлестнула ее, лишила разума, и тело уже не повиновалось ей. Пальцы то впивались в его плечи, то бессильно разжимались. Ей казалось, она сейчас задохнется. Голова шла кругом. Серена была уверена, что теряет сознание. Где-то в затуманенном мозгу еще билась какая-то тревожная мысль, но она не могла воспринять ее, не могла и не хотела.
Его руки, блуждая по ее телу, срывали одну за другой ее одежды, но это ей уже было безразлично. Она в нетерпении металась по кровати, жаждущая еще большей близости. Трепеща от страсти, она обвила руками его шею и в беспамятстве осыпала поцелуями его лицо и плечи.
Когда Серена почувствовала, как его пальцы осторожно проникают туда, между ее ног, она вскрикнула и приподнялась, словно внезапно проснувшись.
— Что случилось, Виктория?
Его разгоряченное дыхание обдавало ее кожу. Руки ласково вернули ее обратно на кровать. У бедра она ощутила требовательный, изнывающий от желания его член и, словно очнувшись от сна, испуганно огляделась.
— Что случилось, Виктория? — снова спросил Джулиан и коснулся губами сначала ее глаз, потом рта.
— Я…
Она не Виктория. Она Серена. Серена! Она устремила на него неподвижный от ужаса взгляд.
— Иди ко мне, — прошептал он и, обхватив ладонью ее волосы, мягко потянул вниз.
— Я не Виктория, — дрожащим голосом отозвалась она.
Ее все еще била дрожь после пронесшейся над нею бури чувственного вожделения, и она пыталась прийти в себя. Из-под ресниц выступили слезы раскаяния и стыда. Как могла она, Серена Уорд, зайти так далеко? Как могли несколько сладострастных поцелуев привести к подобному падению? Она, обнаженная, лежит в неопрятной комнате таверны в постели с незнакомым мужчиной. Джулиан снова провел рукой по волосам между ее ног, и в ней всколыхнулся животный ужас.
Ее руки взлетели ему на плечи, сдерживая его.
— Джулиан, прошу тебя, — умоляла Серена, — прошу…
— Так скоро, любовь моя? — в его голосе слышалось удовлетворение.
— Я… не могу… — тихо, но отчетливо произнесла Серена.
На миг ей показалось, что ее слова возымели над ним действие. Рэйнор приподнялся над ней, опираясь на выпрямленные руки. Она услыхала его глубокий шумный вздох, и в следующий миг все надежды разлетелись вдребезги, и его тело накрыло ее.
Ее хриплый крик потонул в его поцелуе. Она отбивалась, пытаясь вырваться, сбросить его с себя, ногтями терзая его плечи. Жалкое сопротивление не помогло ей, но лишь усилило его желание. Накрепко прижав ее к себе, он ускорил телодвижения, погружался в нее все глубже, растворяя ее в неведомом океане, царстве ощущений.
Спустя некоторое время Джулиан нехотя оторвался от нее и лег рядом.
— Такой, как ты, у меня никогда не было, — сказал он. — Ни одна женщина еще не вызывала столь сильного желания обладать ею.
Дрожа от боли и унижения, Серена закрыла глаза, чтобы не видеть его. Как она была глупа, решив, что сможет использовать его в своих целях. Какой опрометчивостью было назваться Викторией, разыгрывать из себя шлюху и после всего этого думать, что она в безопасности. Ничего общего с Викторией у нее не было. Она выросла в другом обществе. Ее имя Уорд, Уорд, и если бы ее бедная мать могла ее сейчас увидеть, она бы восстала из могилы.
Какая чудовищная несправедливость! Она вовсе не хотела заходить так далеко. Она ведь пыталась ему все объяснить, но он и слушать ничего не пожелал. Удерживать Джулиана Рэйнора в порыве страсти все равно, что сдерживать морской прилив. Серена не знала о мужской страсти самого главного, не знала, что несколько страстных поцелуев неминуемо заводят в пучину наслаждения. Она поняла это слишком поздно и дорого заплатила за свое неведение.
Рэйнор легко коснулся ее щеки губами.
— Ты не жалеешь?
Ей хотелось его избить, но не было сил. Да и что проку? Самое худшее уже случилось. Теперь ей было нужно лишь одно: забиться в какой-нибудь угол, где бы ее никто не трогал, и обдумать последствия свершившейся катастрофы.
— Нет, — бесчувственно произнесла она. Он поцеловал ее обнаженное плечо.
— Поспи. Позже поговорим.
Серена молча отвернулась от него на бок, прислушиваясь к его дыханию, надеясь дождаться, когда он заснет, и уйти.
Серена вздрогнула, почувствовав прикосновение руки к своей груди. Поглаживания не прекратились. Серена открыла глаза и, в ужасе вскрикнув, вскочила. Он лежал, откинувшись на подушки, и на его губах играла ленивая довольная улыбка. За окном было светло, но это был слабый свет занимавшейся зари.
Стиснув зубы, она сорвалась с кровати и кинулась подбирать разбросанную по полу одежду. Не обращая внимания на повреждения, причиненные одежде нетерпеливыми мужскими руками, она принялась торопливо натягивать ее на себя, опасливо поглядывая на развалившегося на кровати Рэйнора.
Джулиан зевнул и, широко раскинув руки, потянулся. На его мощном торсе заиграли мускулы; он заложил руки за голову и внимательно наблюдал за нею. Вчера Серена с первого взгляда почувствовала в нем угрозу, но сейчас ничего опасного в нем не было. В расслабленной позе, с дурацкой улыбочкой, он напоминал сытого кота.
— Ты была девственной, — произнес он с нескрываемым удовольствием.
Серена, склонившаяся над нижней юбкой в поисках завязок, вскинула голову.
— И вы довольны? — воскликнула она, не веря своим ушам. В ее кругу даже последние повесы и распутники были порядочны по отношению к девушкам.
— Разумеется, доволен, хотя, признаться, не ожидал этого. Ведь ты совершеннолетняя? О, это не упрек, поверь мне. Я счастлив, что ты выбрала именно меня, когда решила взяться за это ремесло.
— Выбрала вас? Я вас не выбирала! Вы сами налетели на меня, словно молния, когда я меньше всего этого ожидала.
Она закусила губу, силясь сдержать поднимавшуюся волну гнева. Флинн всегда говорил ей, что язык ее погубит. Благоразумнее всего было быстро, не поднимая шума, уйти, прежде чем вполне объяснимое желание осыпать его проклятиями возьмет над ней верх.
— Что за мысли завелись в твоей хорошенькой головке? — язвительно протянул Джулиан, глядя на нее в упор. — Того, что потеряно, не вернешь. Ты выбрала свой путь, и я не вижу причин менять его; напротив, у тебя есть все основания| идти по нему дальше.
Серена чуть не задохнулась от ненависти и даже не нашлась, что ответить. Он знал, что лишил ее невинности. И сейчас должен был на коленях умолять ее о прощении. Предложить ей руку. А она с негодованием отвергла бы его предложение и со смехом удалилась.
Джулиан понял ее молчание по-своему и мягко продолжал:
— Я лучше тебя знаю жизнь, у меня больше опыта. Я знаю, что ждет тебя в будущем, впрочем, тебе самой это известно не хуже меня. Девушка твоего круга почтет за счастье стать женой учителя танцев или лавочника. Такое существование едва позволяет сводить концы с концами. Некоторых женщин это устраивает, но только не тебя, иначе ты бы со мной здесь не оказалась. Рано или поздно, но этот день бы настал.
Рэйнор потянулся и, не сводя глаз с Серены, продолжал:
— В твоем положении есть свои преимущества. Став моей любовницей, ты будешь окружена роскошью. Дорогая, я намерен заплатить весьма щедрую цену за честь, которую ты мне оказала, отдав свою невинность. Кроме того, природа щедро одарила тебя всем тем, что необходимо для положения, которое я предлагаю. — Он игриво приподнял бровь. — А теперь иди сюда. Я научу тебя наслаждениям, которые получают мужчина и его любовница.
Серена утратила всякий контроль над собой. Это была ошибка, которую она попыталась исправить сначала усилием воли, а когда это не помогло, Серена обратилась к молитве, потому что была весьма религиозна.
Когда она наконец смогла разжать зубы, то несколько раз вздохнула, чтобы успокоиться. Желая выиграть время и усмирить гнев, она повернулась к нему спиной и принялась зашнуровывать платье, пытаясь прикрыть грудь, что ей никак не удавалось — ведь лиф на спине был разорван. Когда шнурок лопнул и сзади раздался короткий смешок, она не выдержала и накинулась на него, словно мстительная фурия.
— Несчастный тупица! — закричала она, приближаясь к кровати. — Я вам не уличная девка! Я еще вчера вечером вам сказала, что я из аристократической семьи!
— Именно это мне в тебе и нравится, — заметил он. — У тебя манеры знатной дамы, но добродетели не больше, чем у… Ну, скажем просто, что в постели ты не дама, но такой ты и должна быть.
— Добродетели не больше, чем у шлюхи! — взвизгнула она. — Вы это хотели сказать?
— Душенька, не надо так кипятиться. Твой нрав только делает тебе честь. Ты отвечаешь всем моим требованиям.
— Как я могла не быть добродетельной, если я была девственна? Это невозможно!
— Я имел в виду склонность натуры. Поверь, я и в мыслях не держал упрекать тебя. Ведь мы одного поля ягоды.
Серене хотелось заставить этого человека страдать так же, как по его вине страдала она. Ей хотелось видеть, как он затрепещет от страха, узнав, что у нее есть братья, готовые отомстить за ее поруганную честь. Больше всего ей хотелось видеть его ползающим на коленях, униженным, умоляющим о пощаде. Сознание собственного бессилия причиняло ей невыносимую боль. Чтобы не потерять рассудок, она дала волю гневу.
— Кто вы такой, Джулиан Рэйнор? Игрок и распутник! Такой, как вы, заслуживает моего внимания не больше, чем вор или убийца. Будь вам известно мое имя, вы бы трепетали от страха. Вы думаете, я какая-нибудь нищая и беззащитная проститутка? Так знайте, я дочь баронета. Вы окружите меня роскошью? — Она насмешливо, уничтожающе расхохоталась. — Мой отец и братья убьют меня собственными руками.
Ее злобный выпад подействовал на него отрезвляюще, как она и ожидала. Улыбка слетела с его лица, он побледнел. Рэйнор приподнялся с подушки, уставился на нее и переспросил:
— Дочь баронета?
Не успела Серена сполна насладиться зрелищем его растерянности, как она начала осознавать, что жестоко ошиблась, сгоряча выложив ему правду о себе. Стараясь не думать о возможных последствиях, она сжала губы, ища глазами свою накидку. Когда Джулиан сорвался с кровати, от неожиданности она оступилась и ударилась о туалетный столик. Только сейчас она поняла, что характером Рэйнор ей под стать, но если она бушевала и давала волю чувствам, он был холоден, как лед, выдержан и потому еще более опасен.
Джулиан схватил ее за плечи и потащил к окну.
— Кто вы? Отвечайте! — потребовал он. Гордо вскинув голову, Серена послала ему надменный, презрительный взгляд; тогда он встряхнул ее с такой силой, что у нее застучали зубы.
— Я узнаю ваше имя или, клянусь, буду держать вас взаперти, пока не доберусь до истины.
Это была не пустая угроза. Она знала, что именно так он и поступит. Он вызовет представителей власти для опознания, и правда выплывет наружу.
— Серена Уорд, — торопливо прошептала она, когда Джулиан собрался встряхнуть ее еще раз. — Мое имя Серена Уорд.
Воцарилась долгая, леденящая душу тишина.
— Дочь сэра Роберта Уорда?
Она кивнула, мучительно напрягая ум в поисках ответов на вопросы, которые, как она ожидала, вот-вот обрушатся на нее потоком. Что она здесь делает? Почему позволила принять себя за женщину легкого поведения? Почему вовремя не остановила его?
Его глаза сверкали от бешенства. Он шумно вздохнул, выпустил ее и принялся одеваться; его движения были быстры и точны. Рэйнор молчал, и, обуреваемая дурным предчувствием, она стояла, затаив дыхание, точно загнанный зверек, боясь малейшим движением привлечь к себе внимание.
Одевшись, он твердым шагом направился в соседнюю комнату, надел камзол и пристегнул шпагу. Серена, как и он, не произнося ни слова, подняла накидку и расправила ее на плечах.
Далее события развивались стремительно. Таща ее за собой, он сбежал с лестницы, и через миг они уже были на улице. Порыв ветра обдал ее холодом, от которого ее не могла защитить легкая накидка. Кругом не было ни единого деревца, ни травы и цветка, даже птицы не пели — ничто не говорило о скором приходе лета. Стоял апрель, но в душе у Серены царила лютая зима.
Поблизости не было видно ни одного солдата. Рэйнор окликнул экипаж и почти силой втолкнул ее внутрь. Серена развернулась, чтобы дать ему пощечину, но он перехватил ее руку и склонился над ней с преувеличенной оскорбительной вежливостью.
— Вам не придется упрекать Джулиана Рэйнора в неблагодарности, — произнес он и обратился к кучеру: — Дама укажет вам адрес.
С этими словами он повернулся на каблуках и направился обратно в таверну.
Серена разжала пальцы и уставилась на листок бумаги, который Рэйнор всунул ей в руку. Это был чек Английского банка на сумму в пятьдесят фунтов, выписанный на предъявителя. Она посмотрела вслед Рэйнору, потом снова на чек. Глаза Серены сузились в гневные щелки. Расплатившись, Рэйнор довершил ее унижение.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовный поединок - Торнтон Элизабет



Классный роман.
Любовный поединок - Торнтон ЭлизабетЛуиза.
27.04.2014, 13.45





набор глупостей
Любовный поединок - Торнтон Элизабетелена
27.04.2014, 21.39





В точку!!! Набор глупостей!!! Крайне ужасно для г-жи Торнтон. Такое чувство, что и не она вовсе. Не ее стиль, да и язык тяжелый и топорный(может это огрехи перевода). В этом романе нелепо все!!! Начиная со встречи героев и заканчивая их воссоединением. Первая половина хоть как-то шла, но вторая.....это нечто. Во-первых, появилось чувство, что вырваны куски текста; далее следовали нелепые диалоги, глупые детские поступки. И любви я не увидела. Не раскрыты характеры героев. Странная героиня. Непонятный герой. А диалоги...диалоги во второй половине оставляют желать лучшего. И вообще повествование после ссылки какое-то сумбурное, резкое. Не читала, а мучила: 2/10
Любовный поединок - Торнтон ЭлизабетNeytiri
29.04.2014, 21.53





Фу как всё грубо.Бред какой-то.
Любовный поединок - Торнтон ЭлизабетНаталюша
18.05.2014, 14.29





Бред! Не дочитала...
Любовный поединок - Торнтон Элизабетchobik
25.11.2014, 9.33





Роман классный. Не обращаю внимания на комментарии. Читала и получала удовольствие.
Любовный поединок - Торнтон ЭлизабетАнна
29.07.2015, 2.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100