Читать онлайн Игра или страсть?, автора - Торнтон Элизабет, Раздел - Глава 26 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игра или страсть? - Торнтон Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 33)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игра или страсть? - Торнтон Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игра или страсть? - Торнтон Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торнтон Элизабет

Игра или страсть?

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 26

Хотя Брэнду ужасно не хотелось оставлять Марион и всю семью в мрачном унынии, окутавшем Прайори, он не мог отложить выборы и должен был неделю спустя уехать в Брайтон.
В Брайтон приехал и Эш Денисон. Он с растущим изумлением слушал, а Брэнд пересказывал события прошедшей недели.
– Мы могли бы представить смерть мисс Каттер как несчастный случай, – сказал Брэнд, – но это означало бы, что тело Ханны так никогда и не нашли бы, а уж предположений и домыслов вокруг убийства Джона Форреста было бы хоть отбавляй. Поэтому мы рассказали судье правду – голые факты, разумеется, – что мисс Каттер призналась в убийстве Форреста и Ханны. Она якобы считала, что все против нее, и нападала без предупреждения.
– Мисс Каттер! – Эш сделал глоток вина. – Просто в голове не укладывается. Она всегда напоминала мне одну из моих тетушек, этакую безобидную полосатую кошку, которая только и знает, что дремать в кресле.
– Что ж, у этой кошки были когти, – сухо отозвался Брэнд.
– И судья поверил тебе?
– Не мне. Он поверил доктору Хардкаслу и моей бабушке. Их обоих беспокоила мисс Каттер. Она всегда была непредсказуема, но в последнее время сделалась какой-то странно мрачной и стала подозревать людей в том, что ей хотят причинить зло.
Мысли Брэнда вернулись к разговору с бабушкой. Она убивалась, виня себя в нападениях мисс Каттер. Именно бабушка первая заметила растущую неуравновешенность своей компаньонки, и именно она говорила с доктором о лечении, а не мистер Форрест, как подозревала мисс Каттер. Но георцогиня категорически отвергла предложение отправить мисс Каттер в сумасшедший дом, поэтому доктор прописал слабое успокоительное. Однако, как только мисс Каттер переставала принимать лекарство, случалась беда.
Брэнд согласился с такой точкой зрения, но не до конца. Как тогда объяснить убийство Ханны двадцать лет назад? Тогда мисс Каттер еще не страдала умственным расстройством. Однако его вполне устраивало, что все считали мисс Каттер сумасшедшей и имя Роберта оставалось в стороне от всей этой печальной истории.
– Как случилось, что ты вовремя оказался в коттедже? – поинтересовался Эш.
Брэнд внимательно посмотрел на него:
– Марион умудрилась убедить мисс Каттер разжечь камин. Я увидел дым из трубы и пошел разузнать.
Он не сказал Эшу, что это больше походило на кавалерийскую атаку. Он нашел Прайори практически безлюдным, но один из лакеев сообщил ему, что Марион и мисс Каттер ушли на прогулку. Он искал их в огороде, когда увидел дым, поднимающийся из трубы коттеджа. Он думал, сердце разорвется от страха за Марион. Но это ерунда по сравнению с тем, что он почувствовал, когда увидел на лестнице маленькую фигурку, объятую пламенем. Он испугался, что это Марион.
– Значит, ты уже догадался, что мисс Каттер и есть ваш злодей? Но как?
Брэнд улыбнулся:
– Собака была отравлена.
– Что?
– Это долго объяснять, а я предпочел бы услышать, чем закончилась история с Дэвидом Керром.
Эш бросил Брэнду небольшой сверток.
– Дэвид Керр сейчас на пути в Канаду.
Брэнд развернул сверток. Изумрудные серьги и кольцо Марион упали ему в руку.
– Керр сказал правду, – заметил Эш. – Он выручил за них жалкие гроши. Ювелир сохранил расписку.
– Нам повезло, что ювелир не продал их кому-то другому.
– Изумруды он хотел подарить своей возлюбленной. Пришлось заплатить ему гораздо больше, чем он заплатил Керру. А потом я спрятал драгоценности в вещах Керра.
Эш от души рассмеялся.
– Видел бы ты его лицо, когда сыщики с Боу-стрит вошли к нему и стали обыскивать комнату. Я сунул изумруды в один из ящиков комода. – Эш ухмыльнулся, вспомнив ту сцену. – А потом его оттащили к мировому судье на Боу-стрит и обвинили в краже фамильных драгоценностей моей матери. Ничто так не приводит человека в чувство, как угроза виселицы. Я сказал судье, что сниму обвинения, если мистер Керр заплатит мне за мамины драгоценности. Разумеется, у Керра не было денег, поэтому я согласился на долговую расписку.
– Отлично сработано. – Брэнд сунул пальцы в конверт и вытащил листок бумаги.
Глаза Эша удовлетворенно блеснули.
– Расписка на сумму в десять тысяч фунтов, подписанная и засвидетельствованная. Если он вздумает вернуться в Англию или навредить леди Марион, то немедленно будет отправлен в долговую тюрьму. Это еще не все. – Эш взял сверток из рук Брэнда и вытащил два сложенных листка бумаги. – Приходские записи, как ты просил. Вот беспринципный гаденыш, а? – Эш рассмеялся. – Но не более беспринципный, чем мы, когда дело того стоит.
– Он недостоин даже презрения. Будь моя воля, я бы отдал его под суд. Смертную казнь скорее всего заменили бы ссылкой.
– Я полагаю, Марион была бы против?
– Я не хотел подвергать ее этому испытанию.
Он проглотил вздох. Все, что казалось таким простым до ужасных событий прошлой недели, теперь усложнилось. Марион только что похоронила давно потерянную тетю. В Прайори все были в трауре. Если следовать условностям, то в течение последующих шести месяцев ни о какой свадьбе не может быть и речи.
Это его совсем не устраивало. Три человека, которые по большому счету были сами виноваты в своей смерти, три человека, которые не заслуживали уважения, оплакивались теми, кому больше всех следовало презирать их.
– Как все это отразится на выборах, Брэнд? – спросил Эш.
– Что?
Эш потянулся за бутылкой кларета и вновь наполнил свой бокал.
– Полагаю, что тела, усеивающие Прайори, – единственное, о чем могут говорить сейчас твои избиратели.
Брэнд сдержал резкий ответ. Быть может, ему стоит взять пример с Эша. Возможно, и есть что-то извращенно забавное в этой ситуации. И быть может, склонность Эша обращать в шутку любые неприятности – как раз то, что нужно, чтобы стряхнуть с себя хандру.
– Насчет этого ты прав. Больше они ни о чем не могут говорить. Им интересны не мои будущие действия в парламенте, а кровавые подробности убийств мисс Каттер.
Они потягивали кларет в удрученном молчании. Эш поднялся.
– Ну и черт с ним, – сказал он. – Если тебя не изберут, это не конец света. Пойдем-ка в бар и раздавим бутылочку бренди. Это лучше, чем хандрить здесь. Если, конечно, твои избиратели не возражают против того, чтобы их кандидат пил на людях.
Брэнд тоже встал.
– Честно говоря, мне начхать на то, что думают мои избиратели. Кстати, – сказал он, – сколько я тебе должен за избавление от Керра?
Эш переступил с ноги на ногу.
– Мне пришлось заплатить его долги и дать некоторую сумму, чтобы начать новую жизнь в Канаде.
– Сколько? – стоически спросил Брэнд.
– Три тысячи, – ответил Эш.
– Три тысячи фунтов? – Брэнд был потрясен.
– Нет. Три тысячи гиней. Он умеет торговаться.
Брэнд вытаращил глаза, потом покачал головой и обнял Эша за плечи.
– Тогда две бутылки бренди, – сказал он и рассмеялся.
Настроение Марион было ничем не лучше, чем у Брэнда. Со времени его отъезда в Брайтон все трапезы Прайори стали походить на поминки, а сотрапезники – на стаю ворон. Поднимаясь по лестнице в свою комнату после одного из таких обедов, Марион была так раздражена, что хотелось рвать на себе волосы. Она чувствовала себя лицемеркой, одеваясь в черное, и даже не подумала бы надеть траур, если бы не скорбь герцогини. Три далеко не лучших человека пришли к плохому концу. Им некого винить, кроме самих себя.
Ханну в конце концов похоронили по-христиански, но зло, которое она привела в движение, все еще продолжало жить. Флора сказала Фебе, а та, в свою очередь, Марион, что Теодора упаковывает свои сундуки и уезжает жить к отцу. Новость не была неожиданной, потому что Теодора последние дни почти не выходила из своих комнат, а Роберт, похоже, поселился в доме Брэнда. Хотелось бы Марион, чтобы Брэнд был здесь. Без него семья распадалась на части, а она не знала, как это остановить.
Она долго сидела на краю кровати, перебирая в мыслях все, что Брэнд рассказал ей о Роберте, Теодоре и Флоре. Она не понимала, почему для нее это имеет такое большое значение.
Шкатулка Ханны стояла в верхнем ящике комода. Марион по натуре не была импульсивна, но в эту минуту она приняла решение: Теодора должна знать, что Роберт не изменял ей с Ханной. Что это Ханна преследовала его, а не наоборот.
Она достала шкатулку из ящика комода и вышла из комнаты.
* * *
Теодора была удивлена, увидев ее, но не проявила враждебности.
– Какой сюрприз, – проговорила она. – Я была уверена, что все, затаив дыхание, ждут, когда я уеду.
– Нет, – возразила Марион. – Думаю, я единственная знаю, что вы уезжаете.
– О, они знают, уж поверьте мне. Слуги наверняка всем разболтали об упакованных сундуках.
Марион, не дожидаясь приглашения, села на стул. Теодора вздохнула и села на маленький диванчик. Смотрела она вопросительно, но не слишком ободряюще. Марион прокашлялась.
– Мне нравился мистер Форрест. Я понимаю, какой потерей стала для вас его смерть.
Глаза Теодоры неприятно сузились.
– Никто этого не понимает и не может понять. Он был единственным человеком, на которого я всегда могла положиться. Если, кроме пошлых банальностей, вам больше нечего сказать, можете уходить.
В этом беда Теодоры, подумала Марион. Она, казалось, сошла прямо со страниц греческой трагедии. Марион не собиралась уходить, не сказав, зачем пришла.
– У меня есть кое-что для вас, – сказала она. Теодора села и взяла шкатулку, которую протягивала ей Марион.
– Что это?
– Памятные вещицы Ханны. Она была одержима вашим мужем и собирала сувениры, как влюбленная школьница. Только Ханна лгала, придумывая то, чего не было на самом деле, либо чтобы получить желаемое, либо чтобы убедить себя, что она неотразима для мужчин. Думаю, мы уже никогда не узнаем, что происходило в ее голове. Достаточно знать, что Роберт невиновен.
Теодора просматривала вещи в шкатулке.
– А где письма Роберта к ней? Марион покачала головой:
– Не было никаких писем. Ханна была не вполне нормальна. Ее последняя работодательница, миссис Лав, живет в Брайтоне. Она может рассказать вам, что Ханна и там сеяла смуту среди сыновей ее друзей. – Ее голос упал. – У Роберта ничего не было с Ханной. Он не писал ей писем. Все это было игрой, в которую она играла, плодом ее воображения.
Не успела она договорить, как Теодора с решительным стуком захлопнула крышку и сунула шкатулку в руки Марион. Глаза ее сверкали.
– Можете вернуть это Роберту и скажите ему, что меня не так легко одурачить. У него был шанс вымолить мое прощение, а теперь слишком поздно.
Она прошагала к двери и широко распахнула ее настежь. Марион пошла за ней, но остановилась в дверях и посмотрела в эти прекрасные сверкающие глаза.
– Вы же знаете, что я говорю правду. Теодора была холодна как лед.
– Я уже дала вам ответ, и мне больше нечего сказать. Марион покачала головой:
– Как, должно быть, одиноко быть греческой богиней. – И, собрав все свое достоинство, вышла из комнаты.
Возвращаясь к себе, она буквально кипела. Подумать только, она растрачивала сочувствие на такую бессердечную гарпию! Роберт – вот кого надо пожалеть. Это он был отвергнут, а не Теодора.
Ее мысли тут же устремились к Брэнду. Его нет всего два дня, а она уже чувствует пустоту в душе. Что мешает им быть вместе? Обстоятельства рождения? Но эта отговорка так же неубедительна, как и та, что использует Теодора, чтобы наказать своего мужа. Неужели у них с Теодорой есть что-то общее?
Марион присела на край кровати, мысли в голове путались. Свечи прогорели, в комнате стало прохладно, а она все сидела и думала, думала.
Так Эмили и нашла ее. Она посмотрела на почти догоревшие свечи-, ощутила прохладу воздуха и быстро подошла к сестре. Опустившись на колени, взяла холодные руки Марион в свои.
– Марион, дорогая, – обеспокоенно сказала она. – Что случилось? Ты такая бледная.
Марион грустно улыбнулась:
– Я уже давно хочу тебе кое-что рассказать. – Она похлопала по кровати. – Иди, сядь рядом со мной. Это о маме с папой.
На следующий день Брэнд общался с местными жителями, угощал их пивом и улыбался до боли в скулах.
Результаты голосования на отдаленных участках еще не были известны, но Брэнд не думал, что его шансы велики. Шокирующие события в Прайори оказали воздействие не только на избирателей, но и на членов его партии.
В этом нет ничего страшного, говорил себе Брэнд. Он всегда сам пробивал себе дорогу в этом мире. Он всегда был одиноким волком.
Чья-то рука легла на его плечо, заставив отвернуться от группы избирателей, которых он пытался склонить на свою сторону. На него с улыбкой смотрел друг.
– Эш! Что ты здесь делаешь? – Он знал, что Эш не интересуется политикой, но все равно был очень рад его видеть.
– У меня не было выбора.
Брэнд посмотрел туда, куда указывал Эш. Марион, Эмили, Клэрис и герцогиня стояли на тротуаре. Они улыбались, кивали и махали ему. Только бабушка была в траурной одежде. Остальные же были одеты во все цвета радуги.
Мрак в его душе рассеялся, и широкая улыбка расплылась по лицу.
Но это было не все. Эш тронул его за руку, и Брэнд перевел взгляд на платформу. Туда только что поднялся Эндрю. Освальд стоял позади него.
– Его светлость герцог Шелборн! – крикнул главный распорядитель.
По толпе пронесся приглушенный шум.
– Это что же, лорд Эндрю?
Эндрю услышал замечание и тут же парировал:
– Титулы не имеют значения! Главное – это характер человека и его талант! Я призываю вас голосовать за моего брата, потому что знаю: он прекрасно справится. Если не верите мне, посмотрите на владения Фицаланов. Мы процветаем.
– Процветаете, да? – съязвил кто-то из слушателей. – А как насчет Джона Форреста? Спросите, процветаетли он?
Вопрос выбил Эндрю из седла, но вместо него ответил Роберт.
– Джон Форрест, – крикнул он, – был моим работником! Я платил ему жалованье. Он ведал моей конюшней. Если вы ищете виновного, то вашей целью должен быть я, а не мой племянник.
Констебль Хинчли присутствовал здесь для поддержания порядка, но он не мог остаться в стороне.
– Если бы не мистер Гамильтон, – прокричал он, перекрывая гул голосов, – было бы еще одно убийство! Я не могу сказать больше, потому что ведется расследование, но мы с сэром Бэзилом знаем то, что знаем, и я голосую за мистера Гамильтона.
Раздались одобрительные возгласы, свист, насмешки. Прямо как во время потешного сражения между «кавалерами» и «круглоголовыми», подумал Брэнд и улыбнулся.
– Мне придется остаться до горького конца, – сказал он Эшу. – Это может продлиться несколько часов. Передай, пожалуйста, Марион и остальным, чтоб не ждали. Я увижу их в отеле завтра утром. Эш уставился на Брэнда:
– Горький конец? Даже так?
– Полагаю, да, – ответил Брэнд, не переставая улыбаться.
Эмили все откладывала возвращение в карету, потому что хотела поговорить с Эндрю. Когда он подошел, она схватила его за руки и улыбнулась:
– Ты был великолепен! Я так горжусь тобой, что могла бы тебя поцеловать!
Он вскинул бровь.
– Что же тебя останавливает?
Она ощутила какую-то легкую дрожь, не тревоги, а скорее женского волнения, но тут же приказала себе успокоиться. Это же Эндрю. Он для нее как брат. Она ведет себя как глупая школьница.
Эмили положила руки ему на плечи, привстала на цыпочки и прижалась губами к его губам. Он обхватил ее и крепко прижал к себе. Ее тихий потрясенный возглас был заглушён его поцелуем. А целоваться этот парень умел.
Через секунду поцелуй закончился, и он отодвинул ее от себя. Она залилась краской и не знала, куда смотреть.
– Что это значит? – сердито спросила она.
– О, просто заявляю свои права, – ответил он с несносной бесцеремонностью. – Подумал, что тебе пора знать, как обстоит дело между нами.
Она прерывисто выдохнула и сказала первое, что пришло в голову:
– Но, Эндрю, разве ты не понимаешь, что мы еще слишком молоды?
Он легонько провел пальцем по ее щеке.
– Да, любовь моя, но мы ведь станем старше, не так ли? И зашагал прочь.
Только тогда она заметила, что люди смотрят разинув рты. Она влетела в карету и откинулась на спинку сиденья.
– Что тебя задержало? – поинтересовалась Марион.
– А-а, Эндрю, – ответила Эмили и отвернулась к окну, чтобы скрыть глупую улыбку, которую не могла удержать. – Всего лишь Эндрю.
Герцогиня заметила эту улыбку. Она почувствовала, что со спокойной душой может передать все свои тревоги об этих несносных Фицаланах в другие руки. Ее время прошло, пришел черед Марион и Эмили.
Это была странная мысль, но она утешала. Она давала надежду.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Игра или страсть? - Торнтон Элизабет



Очень затянуто, кроме того интрига с главной героиней какая-то надуманная
Игра или страсть? - Торнтон ЭлизабетItis
5.08.2012, 23.10





Да! Роман слабоват. Подумаешь проблема! Саршая сестра родилась до свадьбы родителей, но другие 2 абсолютно законнорожденные. Чего старшей в свои 27 лет бояться шантажа...Да и главная злодейка старуха компаньонка не вызывает доверия. Читайте перед сном.
Игра или страсть? - Торнтон ЭлизабетВ.З.,65л.
17.01.2013, 13.42





Спокойный рассудительный ЛР с элементами детектива. Далеко не лучшая работа Торнтон. Действительно проблема чересчур надумана, даже для того времени. В 27 лет об этом заморачиваться уже нету смысла, ну да ладно. А так, в целом, герои как всегда адекватные и всего в меру - и любви, и страсти. Можно скоротать вечер: 7/10
Игра или страсть? - Торнтон ЭлизабетNeytiri
10.06.2014, 16.13





Приятно читать романы Торнтон. В них нахожу все, что хотелось бы видеть в любовных романах! Не пытаюсь быть критиком или пересказывать сюжеты. Прекрасно провела время и это здорово! Читайте!
Игра или страсть? - Торнтон ЭлизабетАля
31.07.2015, 0.23





Хороший роман.
Игра или страсть? - Торнтон ЭлизабетВредина
4.05.2016, 15.53








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100