Читать онлайн Добродетельная леди, автора - Торнтон Элизабет, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Добродетельная леди - Торнтон Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.1 (Голосов: 77)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Добродетельная леди - Торнтон Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Добродетельная леди - Торнтон Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торнтон Элизабет

Добродетельная леди

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Оукдейл-Корт оказался именно таким, каким Брайони хотела его видеть, – обветшалым, заброшенным и отчаянно нуждающимся в ремонте и обновлении. Сады заросли сорняками, отдельно стоящие постройки угрожали развалиться прямо на глазах. Ничто не могло подойти лучше для ее замыслов новой хозяйки. Ее глаза светились странным жаждущим огнем, когда она думала о задаче, стоящей перед ней. Управление домом и имением было тем, с чем Брайони Лэнгленд была знакома не понаслышке. Генрих VIII не мог обозревать великолепие своего Хэмптон-Корта более восхищенными глазами, чем маркиза Рейвенсворт смотрела на заброшенную груду кирпичей, которая должна была стать ее будущим домом.
Лорд Рейвенсворт все время выступал в роли экскурсовода и был несколько смущен, обнаружив полное запустение имения. Запах гнили, висящий в воздухе, был оскорблением для его носа и язвительным напоминанием о том, что он никогда не подумал потратить и гроша на содержание дома, поскольку посещал старую груду камней очень редко и в основном в компании разгульных приятелей и печально известных дам полусвета. Мысль о прошлых дебошах, происходивших в крошащихся стенах, вызвала у Рейвенсворта смущенный румянец. Наверное, было ошибкой привозить сюда Брайони, подумал он.
Водя Брайони по парадным покоям первого этажа, он настороженно наблюдал за ней. Леди была необычно молчалива, но он не винил ее за это.
– Что вы думаете? – нерешительно спросил он, когда Брайони опустилась на колени, чтобы рассмотреть грязные останки, бывшие когда-то ковром.
– Абиссинский, – ответила она с ноткой сожаления, – но совершенно безнадежный, как ни жаль. Моль, я думаю.
– Я не о ковре. Я о доме. Скорее всего не следовало приезжать сюда. Лучше собрать вещи и вернуться в город, вы не думаете?
Брайони была поражена:
– И оставить усадьбу до полного разорения? Вы же не хотите этого, Рейвенсворт?
Теперь она не вынесет, если он станет чинить препятствия на пути честолюбивых замыслов, которые она уже начала лелеять. Она бросила на него укоризненный взгляд. Его светлость почувствовал, что чем-то невольно расстроил ее, и заговорил успокаивающе.
– Нет, нет! Все будет, как вы захотите, моя дорогая. Если вы не возражаете против неудобств того, что до сих пор было жилищем холостяка. Теперь, когда я становлюсь человеком семейным, естественно, я кое-что изменю здесь.
– Разумеется, – довольно сухо согласилась она, подходя к похожему на пещеру камину, в котором возвышалась такая огромная куча золы, какая могла образоваться только за многие годы жертвоприношений. – Лучше прикажите прислуге вычистить эту золу. Она понадобится мне для сада. Кстати, Рейвенсворт, а где слуги? – Ее изящные брови вопросительно поднялись.
Его светлость странно посмотрел на свою маркизу.
– Где-то в доме должна быть пара уборщиков, – сдержанно ответил он, – и Денби, мой камердинер, скоро приедет из Лондона с остальным нашим багажом.
– Ваш камердинер? О, от него будет много толку, я уверена.
Рейвенсворт напрягся.
– Если бы я предполагал, что дом настолько непригоден для жилья, я бы ни за что не предложил уехать из Бата.
– О, вы и не предлагали, – сказала Брайони то, что его светлость счел намеренной попыткой разозлить его. Он проигнорировал ее замечание.
– Я немедленно найму еще слуг столько, сколько вы считаете нужным, чтобы привести имение в порядок.
– Может быть, мы сможем завербовать армию Веллингтона? – немного резко поинтересовалась Брайони, теперь разглядывая добротную дубовую мебель эпохи короля Якова, покрытую многолетней пылью и сажей. Она протянула указательный палец и написала «Пожалуйста, вычисти меня» на особенно грязном письменном столе. Неестественно молчаливый Рейвенсворт в ярости наблюдал за ней, и она поняла, что ранила его сильнее, чем он мог вынести.
– Ну что ж, – сказала Брайони, одаряя Рейвенсворта примирительной улыбкой, – в действительности все не так плохо. Первым делом мы должны найти нашего управляющего и сказать ему, чего конкретно мы хотим.
Его светлость нервно откашлялся, ему явно было трудно смотреть прямо в глаза супруги.
– Полагаю, что он... м-м... уволился несколько месяцев назад. Это совершенно вылетело у меня из головы.
– Это меня не удивляет! – ядовито воскликнула Брайони, едва не уронив вазу, которую собиралась взять в руки, чтобы рассмотреть поближе. – Наверняка ваши мысли занимали гораздо более важные вещи. – В ее памяти пронеслись воспоминания о тех фривольных развлечениях, которые так интересовали ее брата Вернона и юных франтов, болтавшихся с ним в Ричмонде, которые принесли ей в свое время немало страданий. Она посмотрела на Рейвенсворта с чем-то вроде укоризненной насмешки. – Нет, милорд, я вовсе не удивилась, узнав, что вы пренебрегали своими обязанностями по отношению к зависящим от вас людям. Светский прожигатель жизни всегда занят более важными вещами – такими, как узел на галстуке или где лучше заказать новый сюртук, у Вестона или где-то еще. Как он может думать о жизни других, когда растрачивает свое состояние на такие пороки, как петушиные бои, эти вульгарные кулачные бои в салунах Джексона, игра на деньги в обязательных клубах для джентльменов или, что еще хуже, в притонах, не говоря уже о пьянстве по любому поводу и, разумеется, разврате.
До этого момента Рейвенсворт смиренно принимал все упреки. Однако когда Брайони произнесла столь обличительную речь, его чувства эволюционировали от шока до бурного негодования. И дело не в том, что Брайони перегнула палку, но она призвала его к ответу за то, что в той или иной степени делает каждый мужчина в Англии, а это было крайне несправедливо. Он признавал, что некоторые эпизоды из его прошлого лучше было бы забыть, но ничто не оправдывало такого жестокого нагоняя. Беда Брайони была в том, что она так невинна. Большинство женщин в ее положении закрыли бы глаза на прошлые опрометчивые поступки мужа. Черт, подумал он, как я смогу убедить ее, что готов измениться, уже стал другим с того самого момента как она впервые без спроса ворвалась в мою беззаботную жизнь?
– Брайони, – сказал он наконец, когда справился с собой, – я хочу, чтобы вы воздержались от раздувания погасших углей моего прискорбного прошлого. Теперь с этим уже ничего не поделаешь. Возможно, в свое время я и вызвал несколько неодобрительных взглядов, но мое поведение никогда не было, скажем так, скандальным. – Он одарил ее многозначительной улыбкой. – Даже вы, мадам жена, несколько раз оказывались на грани пристойности. Кроме того, я категорически возражаю, чтобы меня называли бабником. Избавьте меня хотя бы от этого обвинения. – Тут его светлость замялся и следующие слова подбирал с величайшей осторожностью: – На моем попечении еще никогда не было женщины. Вижу, это удивляет вас, но это правда, Брайони, клянусь. Вы единственная женщина, которая когда-либо нравилась мне до такой степени, чтобы предложить... Ну, эту часть наших отношений лучше забыть. Я виноват и прошу у вас прощения. Понимаете, я хочу быть абсолютно честным с вами. Я признаю, что в свое время перебесился, но не больше, чем любой другой мужчина. Чего мне не хватало, так это благоразумия. – Молчание Брайони и ее нетерпеливая поза заставили его еще более страстно продолжить: – Господи, Брайони, сам факт, что я решил навсегда связать себя с одной женщиной, должен же для вас что-то значить!
Ее глаза изобразили удивление.
– Этот брак, насколько я помню, был навязан нам. У вас никогда не было ни малейшего намерения сделать меня своей женой. Обстоятельства дела таковы, что я неумышленно скомпрометировала вас, о чем искренне сожалею, Рейвенсворт. Это я должна просить у вас прощения.
Совесть Рейвенсворта жестоко терзала его.
– Брайони... моя дорогая... – начал он, запинаясь, – я как раз собирался поговорить с вами об обстоятельствах нашего брака. – Он рискнул заглянуть глубоко в проницательные глаза жены, и его благие намерения испарились. Как он посмеет рассказать этой невинной девушке, что сознательно устроил их брак? Честность была наивысшей добродетелью в ее глазах. Она будет презирать его за это. Он признается в своей лживости, когда представится более подходящий случай, втайне пообещал себе Рейвенсворт.
– Вы говорили... – напомнила ему Брайони, – что-то об обстоятельствах нашего брака?
Рейвенсворт быстро пришел в себя.
– Я только хотел сказать, что какими бы ни были обстоятельства нашего брака, я рад, что женился на вас. – Он взял ее испачканную руку и заговорил с искренней мольбой: – Брайони, все, чего я прошу, – это дать мне шанс доказать, что я могу быть мужем, достойным вашего доверия. Разве мы не можем договориться о перемирии и начать заново? Я никогда не дам вам повода пожалеть, что вы вышли за меня, – и это мое обещание, слово чести.
От этого страстного монолога Брайони буквально потеряла дар речи. Машинально она кивнула в знак согласия. Рейвенсворт не замедлил воспользоваться ее замешательством. Он решительно взял ее под руку и повел осматривать остальную часть дома, и хотя она видела много такого, что могла бы поставить ему в упрек, Брайони держала свои мысли при себе. По какой-то причине, которую она была не в силах понять, она чувствовала себя счастливее, чем когда-либо в жизни.
В Оукдейл-Корте был сложенный из красного кирпича главный дом в якобитском стиле с примерно шестьюдесятью просторными комнатами и огромное количество отдельных построек, включая величественные конюшни, стоявшие пустыми, если не считать восьми лошадей и кареты, на которой они приехали из Бата. Вкус Брайони в области архитектуры, отделки и меблировки помещения был вполне удовлетворен величественной простотой якобитских каминов и высоких потолков с открытыми балками. Новая хозяйка Оукдейл-Корта ценила простоту и удобство превыше всего.
Простота стиля, несмотря на размеры дома, очень нравилась ей. Брайони не осталась равнодушной к красоте псевдоклассической архитектуры Бата и больших домов в окрестностях Ричмонда, которые она посещала, но было что-то более подлинное, по ее мнению, в лишенных вычурности линиях Оукдейл-Корта. Он был таким непретенциозно английским и наводил на мысль о давней эпохе невозмутимых йоменов, которая сделала Англию процветающей и могущественной державой.
Комфорта, однако, было всего ничего, и Брайони поставила перед собой задачу обеспечить его в изобилии. Через двадцать четыре часа после ее первого осмотра обветшалого дома к ее маленькому отряду из шести конюхов и двух старых уборщиков, чьи дни активной службы давно миновали, добавилась целая армия слуг, чудесным образом доставленных Рейвенсвортом. На мгновение Брайони почти поверила, что Рейвенсворт понял ее буквально и прислал британскую армию. Но кое-какие осторожные расспросы успокоили ее. Всем трудоспособным мужчинам и женщинам в имении, кто был свободен от других занятий, его светлостью была обещана кругленькая сумма, если древний мавзолей будет приведен в порядок за месяц. Бедность – лучший стимул. Брайони, как и обещал Рейвенсворт, получила в свое распоряжение армию слуг, и под ее умелым руководством последствия многолетнего запустения были выметены вместе с дырявыми коврами и драпировками. Она была проницательной и строгой хозяйкой, немедленно прогонявшей всякого, кого подозревала в безделье. Она просто копировала методы управления своего отца. Было несколько жалоб, но те, кого прогоняла хозяйка, неизменно находили работу у хозяина. Этот джентльмен, как оказалось, был более снисходителен.
Ночь за ночью всю их первую неделю в имении Брайони мгновенно засыпала, едва ее голова касалась подушки на огромной кровати в ее отдельной спальне. Его светлости не так везло, хотя он был не меньше измотан. Он тоже делал свою часть работы по приведению земельного владения в порядок. Усилия Брайони ограничивались усадьбой. У Рейвенсворта было больше тысячи акров, требующих присмотра, и к тому же новый управляющий. Он дал разрешение тратить значительные суммы на ремонт и новые машины для сбора и обработки следующего урожая. Окунувшись с головой в наведение порядка там, где многие годы царило печальное запустение, он с удивлением обнаружил, что никогда в жизни не был так счастлив. Мужчине, который всерьез собирался произвести на свет десяток крепких, здоровых сыновей и одну или двух дочерей, похожих на их прекрасную маму, нужно хорошо обустроенное место, где можно поселиться. То, что Брайони была совершенно вымотанной и слишком уставшей, чтобы сказать даже пару слов за ужином, было главным препятствием к исполнению желаний его светлости. Его терпение, никогда не бывшее в числе его главных достоинств, начинало истощаться. Ворочаясь без сна на своем одиноком ложе, он спрашивал себя, сколько еще он сможет выдержать, отказывая себе в удовольствии оказаться в одной постели с Брайони. С ее стороны было бы несправедливо, а значит, абсолютно против ее характера держать его на расстоянии, когда он так старался вести размеренную, строгую жизнь. По совести говоря, а Брайони гордилась своей совестливостью, она должна понять, что он заслужил награду.
Как и следовало ожидать, их соседка, леди Адель, появилась довольно скоро и в самый неподходящий момент. Брайони, одетая в старое кашемировое платье и видавшую виды соломенную шляпу, проводила много времени в саду, выпалывая сорняки. Когда она рвала, тянула и копала, не обращая внимания на ошметки грязи, прилипающие к юбке и даже каким-то образом, размазывающиеся по лицу, Брайони с радостью обнаружила, что под буйными зарослями сорняков цветут несколько полезных растений. Она растерла в руках веточку лимонной мелиссы и вдыхала сладкий аромат, когда группа всадников появилась из-за угла дома и направилась к ней. Впереди скакал ее муж, выглядящий по своему обыкновению так, будто только что вышел от портного. Брайони с завистью посмотрела на него. Как все-таки хорошо иметь камердинера, чья единственная обязанность – следить, чтобы его хозяин выглядел должным образом. Ее камеристкой была новая помощница кухарки, костлявая неуклюжая женщина, чьими услугами приходилось пользоваться только в случае крайней необходимости. Брайони редко просила ее помощи.
Когда Рейвенсворт заметил компрометирующий вид жены, он галопом обогнал своих спутников и резко остановился в нескольких футах от нее. Брайони выпрямилась и положила руку на ноющую спину.
– Вы выглядите как огородное пугало, – вполголоса гневно произнес Рейвенсворт. – Где садовники? Я выгоню их за пренебрежение своими обязанностями. Такое занятие не подходит даме.
– Зачем вы привезли их сюда? – раздраженно парировала Брайони, глубоко смущенная, что ее обнаружила в таком досадном положении целая толпа безупречно одетых людей, которые выглядели так, словно только что сошли со страниц модного журнала.
Она заметила среди них Адель в черной с рыжим амазонке последнего фасона и поспешила спрятать свой убогий наряд за лошадью Рейвенсворта.
– Отведите их в дом. Я скоро присоединюсь к вам в гостиной, – бросила она ему.
Рейвенсворт развернул лошадь, чтобы выполнить просьбу Брайони, но несносная Адель опередила его.
– Как поживаете, леди Рейвенсворт? – проворковала она, ее сгорающий от любопытства взгляд обшаривал Брайони. – Хью просто не устает петь вам дифирамбы. Ну, надо же, а вы с самого приезда стали вечно занятой хозяйкой. Ваша изобретательность достойна всяческих похвал, но, по-моему, я уже говорила вам об этом в Бате?
– Вы льстите мне, леди Сен-Клер, – спокойно ответила Брайони, собравшись с духом.
– Правда? Я не хотела, – сказала дама, бросая насмешливый взгляд на Рейвенсворта, нетерпеливо сидевшего на лошади.
Как квакершу Брайони учили обращаться к лучшему в каждом человеке, к божественной искре в нем, но когда она с неприязнью смотрела на отвратительную красавицу, которая выставляла ее на посмешище, она поняла, что есть смысл в пуританской догме Нэнни, что человек – червь и ничего хорошего в нем нет. Она открыла рот, готовясь произнести резкую отповедь слишком самоуверенной даме, но обеспокоенное лицо Рейвенсворта заставило слова замереть на ее губах. Она вспомнила, как он говорил о людях, которые будут жадно следить за ее реакцией на его бывшую любовницу, а Брайони не хотела смущать его перед посторонними. Это удовольствие она оставит для более приватного разговора. Она стянула садовые перчатки и постаралась придать лицу гостеприимное выражение, когда обратилась ко всей компании:
– Добро пожаловать. Как видите, новая хозяйка Оукдейла страстная садовница. – Она улыбнулась и пошла мимо них с таким видом, будто была одета по последней парижской моде. – Рейвенсворт примет вас, пока я приведу себя в порядок. Я прикажу подать в гостиной шерри и печенье. А, лорд Графтон, как поживаете? – спросила она, заметив графа. Брайони храбро добралась до входа в кухню и с натянутой улыбкой исчезла за дверью. Когда она оказалась внутри, выражение ее лица стало хмурым. Она побежала по лестнице для слуг, зовя Нелл прийти и помочь ей немедленно. За несколько минут она привела себя в порядок и переоделась в простое серое платье, которое ей очень шло, но было слишком скромным, чтобы хотя бы отчасти конкурировать с поразительно красивым нарядом ее соперницы. У Брайони было только одно оружие, которое она использовала очень редко, поскольку Рейвенсворт был против. Но этот конкретный случай, сказала она себе, требует привлечения всех ресурсов. Она распустила волосы, чтобы они каскадом рассыпались по ее плечам. Перемена в ее внешности была поразительной. Бросив последний удовлетворенный взгляд в зеркало, она отправилась в гостиную с приятной улыбкой на губах.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Добродетельная леди - Торнтон Элизабет



Мне нравятся с таким сюжетом романы,но вторая половина этого романа неинтересная,непонятная.Сначала ГГ-й поступил подло и она дулась но как-то быстро забыла,а потом она чуть-чуть соврала и...трагедия!!Она винит себя за это,он винит ее за это,а что он сам не лучше поступает-неважно.Даже не знаю что поставить..
Добродетельная леди - Торнтон ЭлизабетТая
26.04.2012, 16.28





согласнп с Тая, концовка вообще о других ГГ написано.
Добродетельная леди - Торнтон ЭлизабетМарго
8.01.2013, 0.50





Как и у Таи, у меня противоречивое впечатление об этом романе. Г-героиня появляется как клоун, пытается быть суперчестной, но убеждается, что без брехни не проживешь.Г-герой чрезмерно горд и вспыльчив. Есть элементы юмора местами. Но читается легко и интересно.
Добродетельная леди - Торнтон ЭлизабетВ.З.,65л.
30.04.2013, 9.52





Прочла роман на одном дыхании. были моменты когда читаешь и наслаждаешься , а были и такие, в которых немного не понимаешь связь междy действиями главных героев.поставлю 5.
Добродетельная леди - Торнтон ЭлизабетЮлия
17.05.2014, 11.33





Nu çto za kritika hotela poçitat otbili ohotu
Добродетельная леди - Торнтон ЭлизабетAnya
15.05.2015, 1.33





МУТЬ.ОДИН ИЗ ХУДШИХ РОМАНОВ.2 БАЛЛА
Добродетельная леди - Торнтон ЭлизабетВредина
3.05.2016, 21.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100