Читать онлайн Возвращение надежды, автора - Торн Александра, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение надежды - Торн Александра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.6 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение надежды - Торн Александра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение надежды - Торн Александра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торн Александра

Возвращение надежды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Эльке стояла обнаженная перед высоким зеркалом в своей спальне, изучая изменения, которые произошли за пять месяцев беременности. Ее груди стали больше и покрылись тонкими голубыми прожилками, а соски потемнели. Живот выпирал вперед, как миниатюрный холмик.
Никаких отклонений от нормы она не замечала, но подобными осмотрами занималась почти каждый день. Ей очень нравилось быть беременной.
Впервые в жизни она радовалась своему росту, не такому уж большому, всего метр семьдесят три, но все же она выглядела более стройной, чем низенькие женщины в ее положении. А надо признаться, сейчас она в свое платье едва влезала.
Вспомнив, что ее ждет Отто, Эльке поспешила одеться. Достала из гардероба чистую блузку и надела ее, оставив три нижние пуговицы незастегнутыми. А свою любимую серую юбку из саржи вообще с трудом смогла застегнуть.
Конечно, можно было бы затянуть корсет, но они с Отто решили, что корсет она носить не будет, чтобы не повредить ребенку. Как бы в подтверждение этих мыслей она почувствовала шевеление ребенка, и это в очередной раз ее восхитило.
В первый раз он шевельнулся месяц назад. И чем больше становился живот, тем сильнее были толчки. Теперь она могла почти с уверенностью сказать, в каком положении он там у нее находится.
Другие женщины, беременные первым ребенком, наверное, ворчали бы по поводу утраченной стройности. Она же радовалась. Что значит линия талии по сравнению с чудом зарождения новой жизни? Эльке никогда еще не чувствовала себя лучше и… счастливее.
С того самого утра, когда она сообщила Отто эту потрясающую новость, его поведение было образцовым. Большинство мужчин ведут себя в подобном положении достаточно сдержанно. Но не Отто. Он вел себя так, как будто был первым мужчиной на земле, зачавшим ребенка, и делал это так мило и естественно, что Эльке это совершенно не раздражало.
Он хлопотал над ней, как наседка над цыплятами. Она все еще продолжала работать в магазине, так он чуть ли не каждый час забегал навестить ее. Доктор сказал, что никаких оснований для беспокойства нет, но Отто был готов прекратить с ней супружеские отношения из боязни повредить ребенку.
Много ли мужчин на свете могут быть такими внимательными? – размышляла она, беря шаль с вешалки на стене. – И уж определенно не Патрик Прайд. Вспомнив его страстные поцелуи, она была почти уверена, что он на месте Отто, не задумываясь бы, потащил ее в постель.
Неожиданно при этой мысли у нее сладостно защемило в груди. Эльке в расстройстве покачала головой.
«Как я могла забыть, даже на секунду, что ношу ребенка Отто?»
Патрику небось ничего не стоило выбросить ее из головы. За все пять месяцев от него пришло всего одно известие. Он прислал Отто книги и короткое письмо, в котором говорилось, что он благополучно прибыл домой и что все нормально. В пакете также лежали три номера журнала Годи.
«Нет, – размышляла Эльке, – Патрик и думать забыл о том, что случилось между нами. И я буду последней дурой, если начну терять на него время».
Обернув вокруг плеч шаль, как бы ограждая себя от предательских мыслей, она вошла в гостиную, где ее ждал Отто.
В нем тоже за это время произошли кое-какие перемены. Отцовство, например, выпрямило его спину и приклеило к губам постоянную улыбку.
– Чего ты так долго, Liebchen? Я уже начал волноваться.
Эльке улыбнулась.
– Я ведь с трудом влезаю в свою одежду.
– Что же ты молчала? Мы немедленно должны купить тебе новую. И самую модную. Моя жена такая красивая, особенно сейчас. Мне завидуют все мужчины в городе.
«Отто сильно поглупел от любви», – подумала она с нежностью.
– По правде говоря, больше всего я сейчас похожа на корову. – Эльке взяла листовки аболиционистов, которые прислали на прошлой неделе из Бостона, сложила их в свою сумку и повернулась к Отто. – Сегодня тебе ехать со мной не обязательно. Ты и так всю неделю работал не покладая рук, так отдохни хоть в воскресенье. Я сама раздам все брошюры.
– Я даже и подумать не могу, что ты поедешь одна. Кроме того, мне полезно подышать свежим воздухом. – Отто надеялся скрыть от нее страх, терзающий все его нутро.
С тех пор как Эльке узнала о выдвижении Авраама Линкольна на пост президента, она решила раздавать аболиционистские листовки и брошюры всем своим клиентам. По воскресеньям же, когда булочная была закрыта, она развозила их по округе. Первое время он за нее не беспокоился, потому что ее сопровождала еще одна женщина. Кроме того, убеждал он себя, с лошадью и кабриолетом Эльке управляется лучше многих мужчин, и уж определенно лучше его.
Тем не менее большинство населения в округе были уроженцами Юга. Фермеры и владельцы ранчо были настроены в пользу рабовладения. Либерально настроенные немецкие поселенцы Фредериксбурга были в меньшинстве.
Друзья Эльке один за другим отказались от воскресных поездок по округе. Отто умолял ее сделать то же самое.
– Liebchen, – говорил он, – этих людей ты изменить не сможешь. Так зачем подвергать себя ненужному риску?
– А где риск? Я не вижу никакого риска, – отвечала она. – Ты слышал, доктор говорил, что ничего страшного не будет, если я раз в неделю совершу небольшую прогулку в кабриолете.
– Да не о поездках я говорю. Ты слышала, как спорят наши клиенты? Ты видишь, на чьей они стороне? Эти листовки многим могут не понравиться.
– А я все не перестаю думать, как бы я себя чувствовала, если бы была черной. Понимаешь, беременной, но черной. Нет, Отто, я не смогу жить спокойно, если не буду делать все от меня зависящее для того, чтобы каждое дитя, белое или черное, росло свободным.
И хотя слова Эльке приводили его в отчаяние, но никогда Отто не любил ее больше, чем в эти минуты.
– Ну хорошо, если это для тебя так важно, я тоже буду ездить вместе с тобой, чтобы быть уверенным в твоей безопасности, – ответил он, напуская на себя бравый вид, хотя сам в это время умирал от страха.
Вот уже несколько недель, как он ездит по воскресеньям с ней по округе, мобилизуя для этого каждый грамм храбрости, который был в состоянии выработать его организм. Слава Богу, Эльке была сейчас довольно рассеянной и не замечала, чего это стоит ему.
Отто постоянно казалось, что за ними кто-то следит. Он жил в постоянном страхе, что этот кто-то притаился сейчас за вон той скалой. Вот он внезапно выскакивает, и… Бог знает, что тогда.
Но в этих страхах Эльке он не признавался. Он и так уже сказал ей больше, чем нужно.
В это утро он молился в церкви, чтобы Господь ниспослал ему мужества. Но Он еще его не услышал. Колени Отто были совсем слабые, когда он следовал за Эльке вниз по лестнице и потом обходил булочную до того места, где оставил лошадь и кабриолет.
– Сегодня чудесный денек, как раз для поездки, – сказала она, взбираясь с его помощью на сиденье.
– Да, денек хороший, – согласился Отто, вглядываясь в августовское небо и выискивая в нем хоть какие-нибудь признаки приближающейся грозы, а лучше всего урагана.
А потом они поехали, и Эльке, беззаботно улыбаясь, смотрела прямо перед собой, в то время как Отто, полумертвый от страха, вцепившись в вожжи, правил кабриолетом.
«Но все равно я всегда буду рядом с этой храброй женщиной и моим ребенком в ее чреве, даже если это меня убьет».
Патрик завязал шелковый галстук и протянул руки, чтобы Джона, старый слуга их семьи, помог ему влезть в новую черную визитку.
– Вы выглядите прекрасно! – воскликнул Джона, и его черное лицо расплылось в белозубой улыбке. – Сегодня все леди будут ваши, сэр.
«Все не все, но уж одна леди это точно», – подумал Патрик, усмехнувшись.
Патрик и оглянуться не успел, как они с Шарлоттой стали парой. Все как будто сговорились, чтобы их свести. После того первого ужина она появлялась везде, где бывал он, от охоты на лис до балов.
– Я вам больше не нужен, сэр? – спросил Джона.
– Нет, спасибо за помощь, – ответил Патрик, кивком отпуская старого слугу.
Он подождал, пока Джона уйдет, а затем посмотрелся последний раз в зеркало, которое висело в золоченой раме в простенке у кровати. На него смотрел элегантно одетый мужчина, совсем не похожий на того, кто в тяжелых кожаных штанах и пропитанной потом рубашке объезжал ранчо.
Патрик уже начал привыкать к этой одежде. А над его новым костюмом портной старался так, как будто решался вопрос жизни и смерти.
Патрик спустился в холл и, заметив одобрение в глазах матери, понял, что усилия портного не пропали даром.
– Вот таким же красивым был отец в твоем возрасте, – сказала она, беря его за обе руки.
– Ну, мама, – проговорил он, чувствуя непонятный дискомфорт.
Они проследовали на веранду, чтобы там подождать, когда подадут экипаж, который отвезет его к Деверю.
Патрик, несомненно, хотел повидаться с родителями, но постоянная опека мамы постепенно начала его утомлять. Она обращалась с ним так, как будто он никуда и не уезжал.
– Не понимаю, что это значит «Ну, мама»? – сказала Элизабет, поправляя его галстук. – А кроме того, я не единственная, кто считает тебя красивым. Мать Шарлотты сказала мне, что ее дорогая дочь чуть не падает в обморок каждый раз, когда тебя видит.
– Тогда у нее под рукой всегда должна быть нюхательная соль, потому что мы с Шарлоттой видимся чуть ли не каждый день.
– Ты произнес это таким тоном, как будто она тебе уже надоела. Так вот, я даже слышать не желаю ни о чем подобном. На всем Юге нет более прелестной девушки. Любой мужчина будет у ее ног, стоит ей только шевельнуть мизинцем. Советую не забывать об этом.
Патрик по опыту знал, что с матерью лучше не спорить. Эта хрупкая леди с бархатной южной речью обладала железной волей. И все же его не переставало удивлять, почему Шарлотта положила глаз именно на него. Среди претендентов на ее руку были гораздо более привлекательные мужчины.
И самое главное, он так до сих пор и не мог разобраться в своих чувствах к ней. И это его волновало.
Здравый смысл подсказывал ему, что более желанной женщины он не найдет, даже если проедет вдоль всей Миссисипи. Женственности, очарования, шарма, грации – всего этого в Шарлотте было в избытке. Она родилась и воспитывалась в богатой семье, в ее обществе он получал наслаждение…
«Тогда что же мне мешает попросить ее руки?» – уже в который раз спрашивал он себя.
«Потому что ты любишь Эльке», – тихо прошептал ему в ответ внутренний голос.
В те редкие вечера, что Патрик проводил дома, он писал ей письма, десятки писем – вежливые, в которых просто осведомлялся о ее здоровье и всем прочем, и откровенные, где признавался в своих истинных чувствах. Он писал эти письма и тут же сжигал. Если бы Эльке хотела, чтобы он ей написал, она бы сама написала, хотя бы поблагодарила за присланные журналы.
– Ты меня слышишь, сынок? – Голос матери возвратил его к действительности.
– Извини, что ты сказала, мама?
– Мне кажется, твои мысли сейчас где-то за тысячу миль отсюда.
«Не тысячу, – подумал он, – а много ближе. Всего лишь во Фредериксбурге».
– Я просто просила тебя передать привет Деверю.
– Ну, разумеется, мама. Я только удивляюсь, почему вы с папой не едете на этот ужин?
Элизабет взяла его за подбородок, как когда-то в детстве. Только теперь для этого ей пришлось стать на цыпочки.
– Твой отец, между прочим, говорит то же самое. Иногда вы, мужчины, бываете такими бестолковыми. Мы не идем на этот ужин, потому что не хотим мешать вам с Шарлоттой. Уверена, вам есть о чем поговорить. Я полагаю, ее родители не будут возражать, если вы после ужина немного прогуляетесь по саду.
– И все же зачем это все, мама?
– Господи, глупый мальчик. Ее мать, Гортензия Деверю, и я уже давно мечтаем породниться. – Мать ласково улыбнулась. – Ну, теперь понял зачем? Затем, что мы надеемся на вашу свадьбу.
К счастью, прибытие экипажа положило конец этому щекотливому разговору. Садясь в экипаж, Патрик чувствовал, что ситуация выходит из-под контроля.


Гортензия Деверю смотрела на дочь с хмурым беспокойством.
– Ты уверена, что правильно поступаешь?
– Уверена, – решительно кивнула Шарлотта. Очаровательная в своем пеньюаре, она сидела в кресле, пока горничная Элла Мэй укладывала ей волосы.
Стоило хотя бы немного пообщаться с ее матерью, даже просто посмотреть на нее, и становилось ясно, откуда это все у Шарлотты, кто ее направляет. Шарлотта была последним ребенком Гортензии, ну и, разумеется, самым любимым. К тому же они и внешне были очень похожи.
– Посидите спокойно, мисс Шарлотта, – проворчала Элла Мэй. – Как же я могу уложить ваши волосы, когда вы все время дергаетесь?
– Не знаю, просто не знаю, зачем я позволяю тебе идти на это? – сказала Гортензия, не обращая внимания на замечание служанки.
– Ты думаешь, папа догадывается?
– Твой отец очень доверчивый человек. Он и представить себе не может, что ты способна на такое. Если все сорвется, у тебя будут настоящие неприятности.
– Ерунда, – фыркнула Шарлотта и беззаботно пожала плечами. – Единственная неприятность – это потеря невинности. Ну и что, из-за этого ждать?
– Если бы отец слышал твои речи, он бы запер тебя под замок на всю ночь. – Гортензия сцепила пальцы. Ни за одного из своих детей она не беспокоилась так, как за Шарлотту. – У тебя было столько предложений. И я не понимаю, почему ты охотишься за человеком, который, кажется, и чувств-то твоих не разделяет?
– Он разделяет мои чувства. Только еще не знает об этом. И ты, по-видимому, ослепла, мама, если не видишь, почему я хочу его.
– О том, что он красивый, спорить не буду, мне всегда нравились высокие мужчины. Он хорош в любой одежде.
– И без одежды, надеюсь, тоже.
Гортензия вскочила на ноги.
– Если бы ты была моложе, я бы сейчас вымыла твой рот мылом.
– Я предпочитаю шампанское.
Гортензия прикусила губу. Сама испортила Шарлотту, и вот теперь приходится расхлебывать. Она думает, что может иметь что угодно и кого угодно, включая Патрика Прайда. Это не так, но говорить ей об этом уже поздно.
– Ты ведешь себя ужасно.
– Ничего ужасного нет, мама. Просто я влюблена. Дико, безумно влюблена.
– Мне кажется, это просто слепое увлечение, и ничего больше. А обо мне ты вообще не думаешь. Я так по тебе буду скучать, мне так будет не хватать тебя, когда ты уедешь в Техас.
– Зато, когда начнется война, я буду в безопасности. С этим ты не можешь не согласиться.
Гортензия закрыла глаза и шумно вздохнула. Шарлотта сделала ход козырной картой. Мысль о том, что будет с ее детьми, случись война, не давала ей покоя ни днем, ни ночью.
– Если бы я была не согласна с тобой, разве я бы взялась помогать тебе сегодня вечером?
– Я все боялась, что ты откажешься.
– Дело в том, что я просто хочу оградить тебя от неприятностей. Правда, я уверена, что Патрик будет о тебе заботиться. – Гортензия посмотрела на часы в золоченой бронзе. – Кстати, он будет здесь с минуты на минуту. Я тебя покидаю, чтобы ты могла закончить приготовления. И, ради Бога, будь сегодня осторожна.
Мать ушла, и для Шарлотты наступил блаженный момент одевания к семейному ужину с Патриком Прайдом.
«И пусть подождет, ничего в этом страшного нет. Зато мой выход произведет еще большее впечатление. А кроме того, разве он не заставлял меня ждать все это время?»
Неприлично, совершенно неприлично, что он до сих пор еще не сделал ей предложение. Она представляла, о чем судачат уже ее подруги: «На этот раз Шарлотта забралась слишком высоко». Или того хуже: «Слишком долго Шарлотта ждала прекрасного принца, вот и дождалась. Так старой девой и останется».
Да, он появился – этот нужный ей мужчина, и она сделает все возможное, чтобы его удержать. А Патрику и нужно-то очень немногое, всего лишь маленький толчок, и она знала, как его сделать. Тем не менее мать права в одном – это опасно. Сладостно опасно.
Шарлотта уже сгорала от нетерпения.
– Корсет затяни как можно туже, – приказала она Элле Мэй.
– Но мисс Шарлотта, если я затяну туже, вы не сможете есть…
– Туже, – потребовала Шарлотта, сбрасывая пеньюар на пол и хватаясь для устойчивости за спинку кровати.
– Если хотите, чтобы было еще туже, то придется сломать ваши кости, они, по-моему, уже начали трещать, – объявила Элла Мэй.
Шарлотта была вынуждена согласиться. В глазах у нее прыгали звездочки. Она даже моргнула несколько раз, чтобы они исчезли.
Посмотрев вниз, Шарлотта убедилась, что ее талия стала еще тоньше. Правда, до невозможных тридцати трех сантиметров, рекомендованных журналом Годи в качестве эталона, было еще далеко, но уж сорока трех сантиметров, не больше, она все-таки добилась.
Девушка едва могла дышать, ну а насчет того, чтобы есть, не могло быть и речи. Хочешь быть красивой, надо потрудиться и пострадать.
А вот Патрик, наверное, на одевание тратит не больше часа. Ему всего-то и надо, что умыться, побриться, надеть костюм и пройтись расческой по волосам. Вот и все. И на тебя молятся все девушки. А она, чтобы быть готовой, должна провести за своим туалетом целый день: купаться, полироваться, наряжаться, прихорашиваться.
– Вы что, заснули, мисс Шарлотта? Вас что-то начало шатать, – спросила Элла Мэй.
– Со мной все хорошо. Принеси скорее шелковое платье.
Элла Мэй возвратилась с платьем и стала аккуратно натягивать его через голову Шарлотты, стараясь не потревожить прическу. Затем последовала мучительная процедура застегивания маленьких жемчужных пуговок вдоль всей спины.
Когда служанка закончила, Шарлотта подошла посмотреть на себя в зеркало.
«Я была абсолютно права, заказав это изумрудное платье у Чарльза Ворта», – подумала она, радуясь, как оно идет к ее глазам и волосам.
Декольте здесь было глубже, чем те, какие она носила прежде. Оно открывало пространство между ее кремовыми грудями во всей его красе. Юбка с кринолином имела в окружности не меньше десяти метров. Когда Шарлотта шла, она медленно покачивалась, открывая взорам ее точеные лодыжки.
– Вы так прекрасно выглядите, мисс Шарлотта, – сказала Элла Мэй. – Но зачем вам было надевать это новое платье на простой семейный ужин?
Шарлотта посмотрела на нее и загадочно улыбнулась.
– Это наживка, разве ты не понимаешь? Сегодня вечером я собираюсь поймать крупную рыбу.
– Если бы вы сказали это, когда была здесь ваша мама, она бы заперла вас в вашей комнате.
Шарлотта поглядела на озабоченное лицо служанки и рассмеялась.
– Не беспокойся, мама все знает. А теперь сходи вниз и посмотри, там ли мистер Прайд.
После ухода Эллы Мэй Шарлотта подошла к туалетному столику и осторожно нанесла на губы немного помады. Затем надела серьги с топазами и ожерелье, камни которого так шли к ее глазам.
– Ты никогда не выглядела лучше, – сказала она себе.
Но возьмет ли сегодня приманку такая большая рыбина? Все-таки метр девяносто.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение надежды - Торн Александра



роман, не плохой моя оценка по10 бальной шкале 8,5
Возвращение надежды - Торн Александраюляша
27.01.2012, 12.44





Чудесный,трогательный роман.Читайте его продолжение"Бесстрашная".
Возвращение надежды - Торн АлександраНатали
7.12.2012, 17.55





Да такое редко случается в жизни, но роман очень понравился, советую почитать, теперь буду читать продолжение "Бестрашная"
Возвращение надежды - Торн АлександраАнна Г.
15.09.2014, 14.53





Читала много лет назад, когда была в отпуске и отдыхала на даче. С тех пор, если мне хочется поднять себе настроение беру в руки эту книгу. Очень нравиться!!!
Возвращение надежды - Торн АлександраВасилиса
9.02.2015, 0.10





А мне понравился. Читайте.
Возвращение надежды - Торн АлександраЁлка
12.06.2016, 14.10








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100