Читать онлайн Возвращение надежды, автора - Торн Александра, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение надежды - Торн Александра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.6 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение надежды - Торн Александра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение надежды - Торн Александра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Торн Александра

Возвращение надежды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Эльке прильнула к Патрику. Колени были совсем слабые, а слезы, сдерживаемые так долго и с таким трудом, наконец прорвались и вмиг сделали его рубашку влажной. Она была сейчас как путник, многие годы блуждавший по свету и наконец увидевший свой благословенный дом.
В тот раз, на кухне, собственная страсть напугала Эльке. Сейчас же были только радость и облегчение. Он воплощал собой все, чего она жаждала и никогда даже не мечтала, что получит снова.
Чувство вины, которое возникло в тот день, когда она очнулась в постели Вельвит, и терзало ее до сих пор, куда-то чудесным образом исчезло. Оно растворилось в непередаваемом восторге объятий этого единственного человека, которого она любила.
Всего неделю назад пастор Бассе пытался утешить ее, говоря, что смерть Отто и преждевременные роды были частью Господнего плана. Тогда она не могла понять, зачем Создателю надо было проявлять по отношению к ней такую жестокость. Теперь же было совершенно ясно – эту радостную встречу тоже запланировал Он, в награду за страдания.
И действительно, появление Патрика было похоже на чудо. Вместе с ним в спальню Вельвит ворвались все мечты Эльке, которые, казалось, были навеки погребены в ее памяти.
– Плачь, плачь, дорогая, это правильно, – шептал Патрик ей на ухо. – Теперь ты со мной, любовь моя. Я никому не позволю снова причинить тебе боль. – Он еще сильнее прижал ее к себе.
Вот так вот стоять с ним, находиться в его объятиях, чтобы сердца бились в унисон, – это единственное, что ей было сейчас нужно.
Он любит ее. А как же иначе? Зачем бы он тогда стал говорить «любовь моя»?
Ну а как любила его она! Это было за пределами рационального, за пределами того мира, где властвовали категории правильного и неправильного.
Эльке захотелось откинуть голову назад, найти его губы и целовать долго-долго, скрепить этим поцелуем только что наметившийся хрупкий намек на счастье. Угрызения совести скоро вернутся, очень скоро, она это знала. И Эльке хваталась за Патрика, как утопающий хватается за соломинку. Конечно, она никогда не забудет Отто, не забудет потерю ребенка, но… все равно не надо темным воспоминаниям заслонять радостное будущее.
Она пробежала руками по сильному торсу Патрика, чтобы убедиться, что он не призрак, а состоит из плоти и крови.
Когда Эльке прошлась руками по его спине, Патрик с трудом подавил стон удовольствия. Его съедало лихорадочное желание, которое он не мог контролировать. Он хотел ее. Господи Боже, как он ее хотел, несмотря на ее слабость! Эта слабость говорила о страданиях больше, чем слова Нимитца.
Ее тело было сейчас тонким, как у девочки. Разве Вельвит не следит, чтобы она ела хотя бы три раза в день? А доктор Роте? Он что, потерял рассудок, настаивая, чтобы выздоровление проходило в публичном доме? Она должна находиться в своем собственном доме, под присмотром одной из подруг. Помнится, их была целая куча в ее гостиной.
И только тут, только сейчас Патрика как молнией пронзило: «Господи Боже, что я наделал?»
Тяжесть совершенной ошибки обрушилась на него.
«Как я мог уехать и оставить ее здесь? Зачем?
Как я мог лгать себе, что она ничего для меня не значит?
И самое главное, как я мог жениться на Шарлотте?»
Он уже знал, что эти горькие вопросы будут преследовать его до самой могилы.
«Шарлотта разыграла комедию, я ей подыграл, и вот, пожалуйста. Господь сыграл с нами со всеми страшную шутку, освободив Эльке как раз тогда, когда я дал клятву у алтаря. Я не имею сейчас права обнимать ее, утешать, ласкать – не имею права ни на что. Я принадлежу другой женщине».
Он не сознавал, что стонет, пока Эльке не подняла голову и не посмотрела в его глаза. На ее глазах блестели слезы. Она смотрела на него с нежностью и заботой. Она беспокоилась за него. Несмотря на все испытания, которые ей довелось пережить, она беспокоилась за него.
Патрик наклонился и начал нежно ласкать губами ее рот. Губы Эльке задрожали, затем раскрылись. Он впитал в себя ее дыхание, проникся его вкусом и припал к ее рту еще сильнее.
Последний раз, когда они целовались, это можно было отнести к действию «Штайнхагера». Сейчас у него никаких оправданий не было.
Только монстр может использовать свое преимущество над женщиной в такой ситуации, но он и был таким монстром. Его руки перебирали пряди ее волос, а губы он прижимал все сильнее и сильнее. Его язык проник в шелковистую внутренность ее рта. Это был поцелуй в сотни раз более опьяняющий и возбуждающий, чем тот первый.
Когда ее язык соединился с его языком, по позвоночнику Патрика пробежала дрожь. Страсть, которую он пробудил в ней тогда, семь месяцев назад, возвратилась снова, только на этот раз он знал ее истинную причину, знал всем своим сердцем, умом и душой так же, как и своим томящимся телом.
Эльке хотела его, жаждала его так же, как он ее. Все поцелуи, какие ему приходилось переживать в прошлом, включая и те, с Шарлоттой, растаяли в его сердце. Их растопил этот восхитительный отклик Эльке.
Он увидел за ее плечом постель и представил, как несет ее туда, сбрасывает эти легкие одежды и, прежде чем овладеть телом, жадно ее разглядывает.
Фантазия сжигала его мозг, а податливое тело Эльке говорило, что она тоже желает этого. Господи, как он ее хотел! Его плоть кричала, молила о воссоединении тел, которое бы навеки соединило их души.
Но об этом и мечтать было сейчас грешно. Ведь не было ни малейшей надежды, что после такого он сможет жить дальше.
Патрик начал расцеплять пальцы один за другим, медленно и неохотно отпуская ее.
Она посмотрела на него с таким доверием, что у него сжалось сердце.
– Извини, пожалуйста, что я на тебя так набросилась, – мягко проговорила Эльке. – Но ты так неожиданно появился.
Она сделала шаг назад и теперь стояла и смотрела на него. Ее рот, розовый и влажный от поцелуев, резко контрастировал с бледным лицом. Бесподобные голубые глаза окаймляли темные круги. Кажется, она не замечала, что ее халат распахнулся и открыл кружевную ночную рубашку, несомненно, одну из принадлежащих Вельвит, так как он не мог вообразить, что практичная Эльке может иметь нечто столь фривольное и дорогое.
Она не вздрогнула, когда его взгляд пробежал по Прозрачному материалу. Ее пленительные соски были сейчас отчетливо видны. Не обращая внимания на тревожные команды, которые подавал его мозг, чтобы он вел себя как джентльмен, взгляд Патрика спускался все ниже и ниже, до темного заветного треугольника между бедрами.
О, да поможет ему Господь! Он вообразил себя упавшим на колени, поднявшим ее рубашку и глубоко и жадно пившим ее женственность.
– Господи, как ты прекрасна!
Она улыбнулась озорной улыбкой, напомнившей Эльке, которую он встретил много лет назад.
– Значит, тебе нравятся худые женщины?
– Ты мне нравишься любая, какая есть, – сказал Патрик хриплым голосом.
Он бы отдал все за то, чтобы провести остаток своей жизни с ней. Состариться рядом с ней.
– Я так скучала без тебя! Как ты меня нашел?
– Да чтобы найти тебя, я бы пошел на край земли! Слава Богу, ты оказалась много ближе. Я остановился в отеле, и Чарльз Нимитц сказал мне, где ты.
– Ты бывал уже в этом заведении прежде?
– Да.
Месяц назад это признание ее бы расстроило. Теперь же, зная девушек Вельвит, она была рада, что он находил у них утешение. И еще Эльке представила, как многие из них влюблялись в него, и не могла удержаться от предательского укола ревности. Подумать только, как легко он возбудил в ней эмоции, как хорошие, так и плохие.
– И что именно рассказал тебе Чарльз?
– Достаточно, чтобы знать, что ты прошла через ад.
– Тогда, значит, ты знаешь насчет убийства? – Ее голос изменился, и он увидел в ее глазах решимость и твердость духа.
О, эта твердость еще ей понадобится, когда… он скажет правду!


Шарлотта мерила шагами комнату, юбка задевала все предметы, что попадались по дороге.
– Вам надо быть осторожнее, иначе испортите свое лучшее дорожное платье, – проворчала Элла Мэй, округляя глаза.
– Испорчу и ладно. Патрику придется купить у Ворта новое. Это все из-за него, между прочим. Никогда! Никогда еще в своей жизни я не была так унижена. Если бы папа только увидел, как Патрик обращается со мной, он бы отхлестал его кнутом. Я в этом уверена.
Шарлотта наконец остановилась у окна и посмотрела на улицу, где, поднимая клубы пыли, проезжали крестьянские повозки. Ее всю затрясло, и она зажмурила глаза, чтобы не видеть этой сцены.
Она представляла себе Техас романтическим уголком, где на каждом углу красавцы мужчины, лихие герои как на подбор. Она мечтала свить здесь свое семейное гнездышко. Она представляла, как будет флиртовать – в меру, конечно, – на что она была такая мастерица в Натчезе, представляла себя в центре местной светской жизни – балы, приемы, которые планировала давать в чудесном особняке Патрика.
Судя по тому, что ей удалось увидеть, мужчины и женщины здесь о моде и представления не имеют, и, по-видимому, никакого высшего общества, в котором можно блистать, здесь и в помине нет. В этом Фредериксбурге она уже возненавидела все – от его пыльных улиц и грубых обитателей до странного, похожего на корабль, отеля и комнат, которые этот нелепый владелец провозгласил лучшими.
Шарлотта не обращала внимания на то, что комнаты были идеально чистыми. Вот зеркало, что висело над туалетным столиком, – оно было потрескавшимся и мутным. Кроватные спинки железные вместо того, чтобы быть никелированными. А какие существа могут обитать в матрасах, об этом страшно подумать. Шарлотта содрогнулась. Если это лучшее, то как же выглядит в этом отеле все остальное?
– Как Патрик мог взять и вот так оставить меня? – жалобно простонала она. – Что может подумать мистер Нимитц?
– Я видела, как вы смотрели на него, – отозвалась Элла Мэй, – поэтому не говорите мне, что вас интересует, что он может подумать.
Шарлотта холодно посмотрела на Эллу Мэй. С тех пор как Патрик подарил ей свободу, эта девчонка стала невозможно наглая.
– А меня всегда интересует мнение людей. Мы, Деверю, имеем свои взгляды на жизнь. Впрочем, тебе этого не понять.
Элла Мэй занималась распаковыванием чемоданов, доставая все необходимое для ночлега. С шумом закрыв шкаф, она повернулась к Шарлотте.
– Вам бы лучше помнить, что вы уже больше не Деверю. Вы теперь миссис Прайд, и мне известно, как вы этого достигли. Поэтому не надо сейчас жаловаться. Я думаю, у него тоже есть свои жизненные принципы.
Ну, это уже слишком! Шарлотта сделала глубокий вдох и вытянулась во весь рост. Однако все попытки выглядеть достойно провалились. Ее нижняя губа некрасиво задрожала, и сердце забилось. Очень сильно.
– Почему ты так со мной разговариваешь?
– А почему вы так себя ведете, мисс Шарлотта? – спросила Элла Мэй более примирительным тоном. – Я знаю, вы огорчены. Но и мистер Патрик тоже был огорчен, когда выбежал из отеля. Значит, ему было очень нужно.
Огорчена? Это слово даже приблизительно не может означать тех чувств, какие сейчас испытывала Шарлотта.
Какое ей дело, что там на уме у Патрика, какие еще огорчения! Она, молодая жена, вдали от любимого дома, забыта, брошена своим мужем в этом убогом отеле. И никого нет рядом, кроме этой наглой служанки.
А отель! Нелепый, в форме корабля. Она сыта уже этими кораблями по горло. По пути сюда они ей всю душу вывернули. При мысли об этом на глазах у Шарлотты появились слезы.
Элла Мэй подала ей носовой платок.
– Ну хватит, мисс Шарлотта. Все, что я сказала, пустяки. Не надо плакать.
– Я не из-за тебя плачу, глупая, а из-за мужа, – простонала Шарлотта. Затем, всхлипывая, бросилась на кровать.
Ну вот, теперь весь день глаза будут красными и опухшими. А Патрику все равно. Мужчина, который всего через несколько минут после приезда мог взять и уйти, бросив свою жену на произвол судьбы! Да еще в медовый месяц! У такого мужчины нет сердца.
Она била кулаками по подушкам и колотила ногами по одеялу.
– Как он мог так со мной поступить? – выкрикивала Шарлотта в промежутках между всхлипываниями.
Если бы она смогла настоять, чтобы они остались жить в Виндмере, как ее женатые братья и сестры. Там всегда была бы рядом мама. Она бы сейчас вытерла ей слезы платком, смоченным розовой водой, приказала бы подать успокоительный чай с настоем ромашки и сидела бы с ней, пока она не заснула.
Вспомнив, что мать сейчас в нескольких сотнях миль езды, Шарлотта зарыдала еще сильнее. Она и не думала, что будет так скучать по своей семье. Она скучала по Виндмеру. Как бы ей хотелось сейчас оказаться снова в своей комнате, снова в своем доме, среди любящих братьев и сестер. Если бы только можно было повернуть календарь назад!
– Вы сейчас доведете себя до того, что и вправду заболеете, – объявила Элла Мэй, поднося к носу Шарлотты флакон с нюхательной солью.
Шарлотта оттолкнула руку служанки.
– Я заболею, если ты будешь продолжать держать перед моим носом эту дрянь! – Она перевернулась на бок, не обращая внимания на кринолин. – Если ты действительно хочешь мне помочь, пойди и найди моего мужа.
Элла Мэй испугалась, можно ли оставить Шарлотту одну, в таком состоянии.
– Если вы уверены, что сможете побыть здесь одна…
К ее удивлению, Шарлотта вскочила на ноги, как марионетка на веревочке.
– Он не мог далеко уйти. В этом городе вообще нельзя далеко уйти. Я уверена, мистер Нимитц тебе поможет. А я тем временем разденусь и лягу в постель.
– Вы хотите, чтобы я вам помогла? Шарлотта поспешно расстегнула блузку, сняла ее и подставила спину.
– Только расшнуруй корсет. Остальное я сделаю сама. Когда найдешь мистера Прайда, скажи, что я уже выплакала все глаза.
«Ах вот оно что, – подумала Элла Мэй, покидая комнату несколько минут спустя. – Шарлотта хочет, чтобы мистер Патрик почувствовал себя неискупимым грешником за то, что оставил ее одну. С тех пор как они встретились, она играет на бедном мистере Патрике, как на банджо. Но это вовсе не мое дело», – напомнила себе Элла Мэй, хотя мистера Патрика ей было жалко. К тому же она была ему бесконечно благодарна.
Элла Мэй, сколько себя помнит, всегда была в услужении у мисс Шарлотты. Она была домашней рабыней. Узнав, что мистер Прайд увозит мисс Шарлотту с собой в Техас, она страшно испугалась, что теперь ей предстоят общие работы на хлопковых полях, а возможно, она даже будет продана из этого единственного дома, который знала.
Свобода пришла, как чудо. От одной только мысли о ней у Эллы Мэй захватывало дух. И всем этим она обязана мистеру Патрику. Он заслуживал много лучшего, чем мисс Шарлотта. Ему нужна совсем другая жена, которая бы любила его таким, какой он есть.
«Но то, что делают белые, не моя забота, – убеждала себя Элла Мэй, спускаясь по лестнице в холл. – Я должна заниматься своими делами и не распускать язык. Если лишусь работы, то и свобода не поможет».
Чарльз Нимитц стоял за регистрационной конторкой – там же, где она в последний раз видела его.
Заметив Эллу Мэй, он поднял голову:
– Что-то не так с комнатами? Мне показалось, что миссис Прайд плачет.
«Еще бы, – подумала Элла Мэй, – в истерике мисс Шарлотта разбудит и мертвого».
Оставив без внимания вопрос мистера Нимитца, она, в свою очередь, спросила:
– Я ищу мистера Прайда. Вы, случайно, не знаете, куда он мог пойти?
К ее удивлению, Нимитц слегка покраснел.
– Знаю. Но не думаю, что это следует сейчас обсуждать.
– По-моему, вам лучше сказать это мне, чем миссис Прайд.
Десять минут спустя Элла Мэй уже шла по тротуару тихой улочки, осматривая здания, ища дом, который ей описал мистер Нимитц.
Кто бы мог предположить, что такой достойный джентльмен, как мистер Прайд, побежит сломя голову в публичный дом всего через несколько минут по приезде в город. Видно, с тех пор как они сели тогда на клипер в Новом Орлеане, он не получал от мисс Шарлотты никаких удовольствий. Ну, были у нее какие-то неприятности с желудком. Ну и что? Это не повод, чтобы не делать время от времени с мужем джигти-джиг. В конце концов, это ее обязанность.
Элла Мэй тут же пообещала себе, что если когда-нибудь мужчина появится у нее, то к другой женщине он не побежит. В этом она была уверена. Нет уж, ни в коем случае! Ее постель будет скрипеть каждую ночь, а если нужно, и днем.
Она прошла еще один квартал и подошла к месту, которое описал мистер Нимитц. Солидное здание, ничего не скажешь. Видно, на таком деле можно неплохо заработать. Элла Мэй прошла по дорожке до входной двери и смело постучала. Никакой неловкости она не ощущала – это ведь был еще один эпизод в цепи приключений, которые начались с тех пор, как они покинули Натчеэ.
К ее удивлению, дверь открыл черный человек – высокий, широкоплечий, с таким же достойным выражением на лице, как и у мистера Патрика.
– Ой, – сказала она, уставившись на него, – кем же вы здесь будете?


Эльке рассказывала Патрику обо всем, что произошло после его отъезда в Натчез. А он старался не думать о времени.
«Шарлотта, конечно, сейчас злая, как тысяча чертей, но об этом будем беспокоиться позже. Я нужен Эльке, а все остальное значения не имеет. Я никогда не мог дать ей то, что хотел – любовь, понимание, заботу, страсть. Я должен теперь все это отдавать Шарлотте. Я дал клятву у алтаря провести с ней остаток своей жизни, быть для нее хорошим мужем. Впрочем, что эти несколько часов, какое значение они могут иметь, когда такое случилось», – убеждал он себя, крепко держа руку Эльке, пока она выкладывала все, что накипело на сердце.
– Это все из-за меня, – произнес он, когда она наконец закончила свой рассказ. – Если бы я не написал это письмо…
– В том, что случилось, твоей вины нет! Это все я.
– Не говори так. Даже не думай. Слишком много всего случилось не так. Поэтому мы оба связаны по рукам и ногам этими «если бы только».
– Что ты имеешь в виду?
– Очень легко смотреть назад и думать: вот это я бы сделал иначе и это тоже. Если бы только я не написал это злосчастное письмо! Если бы только ты не захотела сделать мне приятное. Знаешь, говорят, дорога в ад вымощена добрыми намерениями. Не следует забывать и Детвайлеров.
– Я и не забуду. Никогда.
– И я тоже не забуду. Когда-нибудь найду способ, заставить их заплатить за то, что они сделали. Но сейчас я не хочу терять время и говорить о них, когда у нас и без того есть что обсуждать. Какие у тебя планы на будущее?
– Доктор Роте говорит, что через несколько дней я смогу переехать домой. Я собираюсь снова открыть булочную.
– Я не хочу, чтобы ты работала. Я буду заботиться о тебе.
Эльке улыбнулась ему так сладостно и нежно, что Патрик содрогнулся. Вместо навязывания своей заботы лучше бы рассказал ей о Шарлотте. Но он все не знал, как начать. Да и в самом деле, как, черт возьми, сказать женщине, которую любишь, что ты женат?
Эльке покачала головой:
– Нет, Патрик, этого не следует делать. И кроме того, без дела сидеть я все равно не смогу. Мне нужно работать хотя бы для того, чтобы отвлечься. Ты понимаешь, что я имею в виду?
Она чувствовала себя сейчас чудесно. Утром Эльке и представить себе не могла, что когда-нибудь ей будет так радостно и покойно. А все дело в том, что Патрик был рядом. Он не сказал, что любит ее. То есть прямо не сказал. И действительно, говорить об этом сейчас слишком рано. Но он сказал! Жестами, взглядами, улыбками – десятками способов, которые красноречивее любых слов.
– Ты еще не рассказал мне о своей поездке. Все прошло, как ты хотел?
К ее удивлению, услышав вопрос, Патрик побледнел и потупил глаза.
– Более или менее. Она сжала его руку.
«Что же это я все о себе да о себе. Даже не подумала, что и у него могут быть какие-то неприятности. По глазам вижу, встреча с отцом прошла не так, как хотелось. Хорошо, хоть мать приехала к нему погостить».
– Представляю, как тебе не терпится возвратиться к себе на ранчо. Когда ты собираешься уезжать?
– Завтра. Но я не уеду, пока не буду уверен, что у тебя есть все необходимое.
Эльке собиралась ответить, чтобы Патрик ни в коем случае не задерживался здесь из-за нее, что у нее есть все, что нужно, что у них еще будет масса времени, чтобы… но тут раздался стук в дверь.
– Патрик, здесь женщина. Она хочет вас видеть, – сказала с порога Вельвит.
«Господи, неужели мать Патрика пришла за ним в публичный дом?» – удивилась Эльке.
Она надеялась произвести на нее хорошее впечатление. Теперь остается только молиться, чтобы миссис Прайд смогла понять все обстоятельства.
– Пожалуйста, пригласи ее войти, – крикнула Эльке.
Дверь отворилась, и пораженная Эльке увидела молодую красивую черную девушку.
– Мистер Патрик, сэр, я очень рада, что нашла вас. Миссис Прайд места себе не находит там, в отеле.
Эльке отпустила руку Патрика.
– Боже мой, это я виновата. Извинись за меня перед своей матушкой, что я задержала тебя здесь так надолго.
– Матушкой? – в замешательстве произнесла девушка. – Миссис Прайд не мать мистера Патрика. Мисс Шарлотта его жена.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение надежды - Торн Александра



роман, не плохой моя оценка по10 бальной шкале 8,5
Возвращение надежды - Торн Александраюляша
27.01.2012, 12.44





Чудесный,трогательный роман.Читайте его продолжение"Бесстрашная".
Возвращение надежды - Торн АлександраНатали
7.12.2012, 17.55





Да такое редко случается в жизни, но роман очень понравился, советую почитать, теперь буду читать продолжение "Бестрашная"
Возвращение надежды - Торн АлександраАнна Г.
15.09.2014, 14.53





Читала много лет назад, когда была в отпуске и отдыхала на даче. С тех пор, если мне хочется поднять себе настроение беру в руки эту книгу. Очень нравиться!!!
Возвращение надежды - Торн АлександраВасилиса
9.02.2015, 0.10





А мне понравился. Читайте.
Возвращение надежды - Торн АлександраЁлка
12.06.2016, 14.10








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100