Читать онлайн В сердце моем, автора - Томас Мелоди, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В сердце моем - Томас Мелоди бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.3 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В сердце моем - Томас Мелоди - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В сердце моем - Томас Мелоди - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Томас Мелоди

В сердце моем

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2



– Послание от вашего лондонского адвоката только что пришло, сэр.
Дождь стучал в окна и барабанил по крыше. Кристофер, облачившись в домашний сюртук, проглядывал утренние газеты, когда его слуга появился в дверях библиотеки.
К своему неудовольствию, Кристофер почувствовал бешеное биение пульса, однако лицо его по-прежнему выражало полнейшую невозмутимость. Хотя он уже успел принять ванну и побриться, ощущение одеревенелости в больной ноге напоминало о бессонной ночи.
Накануне вечером они с сестрой обедали вместе с профессором Атлером и его сыном и пришли домой очень поздно, но в отличие от Брайанны Кристофер не смог сразу же отправиться спать. Почти всю ночь мучаясь бессонницей и ругая на все лады проклятую ногу, он мерил шагами кабинет.
– Сэр... – Слуга почтительно остановился напротив стола.
Отложив журнал, Кристофер небрежно взял конверт, как будто его содержимое не стоило ему целого состояния и не потребовало стольких мучительных усилий: Кристоферу Брайанту Донелли, гордому ирландцу, который в лондонском свете давно стал притчей во языцех, можно было вменить в вину отсутствие множества христианских добродетелей, но только не терпения, коим он был наделен в полной мере.
Наконец-то ему удалось добиться участия «Донелли энд Бейли Стил энд инжиниринг» в самом громком проекте столетия и вознести компанию на вершину успеха. Пожалуй, еще ни один человек не был столь решительно настроен оставить свой след в истории. Это желание давно пустило корни в душе Кристофера, и не существовало такой силы, которая была бы способна его остановить. Ему не могли помешать ни общественные предрассудки, ни проклятая нога, которая давно уже могла превратить его в калеку, если бы он позволил боли взять над собой верх.
Барнаби бесшумно повернулся и направился к двери: как и все остальные слуги в доме, он отлично угадывал настроение своего господина.
– Барнаби! – Кристофер окликнул слугу, прежде чем тот успел покинуть комнату. – Ты предложил посыльному чашку шоколада – ему ведь теперь придется довольно долго добираться до Лондона?
– Ну конечно, сэр. – Пожилой слуга ухмыльнулся, демонстрируя ряд неровных зубов. – После того как ваша сестра заметила мастера Уильямса у главного входа. Сейчас они беседуют на кухне.
Кристофер нахмурился:
– В самом деле?
– Да, сэр. Она так обрадовалась... – Внезапно Барнаби заметил во взгляде хозяина нечто такое, что заставило его мгновенно прервать свой оживленный монолог.
Но теперь Кристофер размышлял уже не о конверте, который держал в руках, а о Брайанне.
– Что-нибудь еще пришло с утренней почтой?
– Два соглашения из вашего представительства в Саутуорке.
– Я с ними уже ознакомился. Сегодня днем их можно будет отправить по назначению.
– Британский музей выражает вам свою благодарность за предоставленную им денежную помощь. Еще пришло письмо от вашего брата из Карлайла, а управляющие чугунолитейных заводов в Галлоуэе и Шеффилде прислали свои квартальные отчеты. – Неожиданно старик замялся. Профессиональная выучка требовала сохранять бесстрастное выражение лица, но горячая симпатия по отношению к молодой хозяйке все же взяла верх. Что делать, сердца – всех обитателей дома всецело принадлежали Брайанне. – Я уверен, с дневной почтой что-нибудь обязательно придет для мисс Брайанны.
Кристофер выронил из рук конверт, и он упал на стол рядом с пустой кофейной чашкой.
– Не стоит меня щадить, Барнаби.
Он поднялся и, хромая, сделал несколько шагов к шкафчику, где обычно хранил аперитивы, однако вовсе не затем, чтобы выпить чего-нибудь горячительного. В его доме не было ни единой бутылки спиртного. Донелли налил себе чистейшей родниковой воды, добытой из собственного источника.
– Я отнюдь не слепец и прекрасно вижу все, что здесь творится, как, впрочем, и ты.
– Да, сэр. Вам подать трость, сэр?
Не отвечая, Кристофер поднял бокал с водой и задумчиво принялся разглядывать великолепный хрусталь, сверкающий бесчисленными гранями. Удастся ли ему когда-нибудь обрести покой? Прошло уже шесть лет, черт возьми, а проклятое бедро продолжало чутко реагировать на любые изменения погоды. Лондонский климат, известный своим непостоянством, был одной из причин, по которым Кристофер ненавидел приезжать сюда. Но погода – далеко не все, что его сейчас волновало. Боже праведный, он никак не ожидал наткнуться на Александру Маршалл в музее! Эта мысль окончательно повергла его в уныние.
Донелли осушил бокал с водой и повернулся к слуге:
– Скажи Брайанне, что с началом театрального сезона мы отправляемся в оперу. Я не допущу, чтобы с ней обращались как с прокаженной.
– Но ведь вы не любите оперу, сэр!
Когда Донелли только начинал появляться в обществе, профессор Атлер любезно предложил ему места в ложе, отведенной для руководства музея, но до сих пор он не спешил ими воспользоваться.
– Если Грейси потребуется что-нибудь для Брайанны, дай мне знать. У моей сестры есть еще неделя в запасе.
– Да, сэр. – Барнаби понимающе кивнул. – Мисс Брайанна еще ни разу не была в опере, сэр.
Кланяясь, слуга покинул кабинет. Сжимая в руке пустой бокал, Кристофер прислушался к звукам грозы. Буря, обрушившись на лондонские предместья, бушевала с неистовством отвергнутой любовницы, и слава Богу, что в его камине мирно потрескивал огонь, пока он, опершись о полированную каминную полку и задумчиво уставившись на пламя, продолжал размышлять.
Брайанна – младший ребенок в семье – выросла в окружении пятерых преданных ей братьев. В свои семнадцать лет она была преисполнена любви к жизни, и людская злоба ее не коснулась. Но беззаботное существование в Карлайле в атмосфере всеобщей привязанности и заботы – неиссякаемый золотой фейерверк волшебных сказок – мало чем напоминало грубую реальность лондонской жизни для девушки, не обладающей титулом и к тому же наполовину ирландки. Сам Кристофер с полным безразличием сносил пренебрежение и холодность света, но отлично понимал, что его сестра являлась слишком нежным и хрупким созданием, чтобы подвергать ее подобному испытанию. Если Кристофер намеренно бросал вызов сильным мира сего, хладнокровно вступая в поединок с врагом, как в те времена, когда он еще находился на военной службе, то Брайанна хотела лишь одного – чтобы все окружающие любили ее.
Возможно, он совершил ошибку, уговорив Брайанну поехать в Лондон вместе с ним, но она смотрела на него такими восторженными глазами, видя в нем своего защитника... Любой мужчина на его месте почувствовал бы себя непобедимым. Увы, он отлично знал, что это далеко не так.
Кристофер обвел глазами кабинет. Каждый предмет здесь, в особняке, каждое дерево в саду, каждая рыба в пруду – все на три тысячи акров вокруг принадлежало ему и было приобретено на его средства. Он роскошно обставил комнаты в доме изысканной мебелью в стиле чиппендейл в соответствии с последними веяниями моды, а стены обтянул китайским шелком, так что теперь внутреннее убранство усадьбы поражало своим великолепием. Деньги позволили Донелли приобрести землю и дом, а еще он намеревался подарить своей сестре незабываемый светский сезон в Лондоне.
– Брат! – Оживленный голос Брайанны вывел Кристофера из задумчивости. – Неужели это правда? – Сестра, яркая, как радуга, облаченная в переливающуюся тафту желтого и фиолетового цветов, вбежала в комнату. Ее пышный кринолин напоминал сверкающее облако. – Мы действительно идем в оперу?
– Да, чертенок. – Лицо Кристофера мгновенно просветлело, когда он увидел, в каком восторге пребывает его сестра.
– Могу я надеть свое новое платье с глубоким декольте? Кристофер поставил бокал на каминную полку.
– А разве я купил тебе платье с глубоким декольте?
– Ну конечно, ты же покупал все мои платья, – откликнулась Брайанна. – И все они – последний крик моды.
При взгляде на иссиня-черные локоны и яркие голубые глаза девушки никто бы не усомнился в ее родстве с Кристофером. В отличие от остальных членов обширного семейства Донелли брат с сестрой унаследовали от отца дерзкий ирландский взгляд, но на этом их сходство кончалось. Рост Кристофера по крайней мере на два дюйма превышал шесть футов, в то время как макушка его сестры едва доставала ему до плеча.
Вздернув подбородок, Брайанна изучающе взглянула на брата;
– Ты ведь не потому вывозишь меня в свет, что жалеешь, верно?
– Я?! – Кристофер насмешливо поднял брови. – Да ты самый настоящий дьяволенок в женском обличье. С чего бы это мне тебя жалеть?
– Я знаю, мое присутствие нарушило все твои планы... Кристофер встал напротив сестры.
– Ты вовсе ничего не нарушила.
– В самом деле? – Брайанна скрестила руки на груди. – Но ты долгие годы предпочитал оставаться один и буквально готов был растерзать всякого, кто подойдет к тебе ближе чем на ярд.
Кристофер нежно отвел черные локоны со лба сестры.
– К тебе это вовсе не относится, Брайанна.
– Можешь поклясться?
– Клянусь честью. Я сделаю все, чтобы твое пребывание в Лондоне доставило тебе удовольствие. У тебя будет чудный сезон, обещаю.
Брайанна порывисто обняла брата и прижалась щекой к его груди.
– Я знаю, ты и вправду сделаешь все для меня. Мама так много рассказывала о Лондоне, когда я была маленькой, и тогда мне казалось, что... все будет по-другому.
Кристофер мягко коснулся ее подбородка. – Может, тебе лучше вернуться в Карлайл?
– Нет. – Брайанна высвободилась из его рук. – Я хочу увидеть Лондон, побывать везде, где ты бывал.
Он подошла к столу и принялась рассеянно перебирать бумаги. Кристофер знал, что ей хотелось спросить, почему никто не прислал приглашения для нее. Для высших слоев общества она была изгоем, парией. Брайанна не решалась задать вопрос, и Кристофер, прекрасно понимая, что творится у нее на душе, заметил, как она помрачнела.
Взгляд ее задержался на журнале, который читал Кристофер, перед тем как Барнаби заставил его прервать это занятие. Взяв журнал в руки, Брайанна удивленно подняла брови:
– Я и не знала, что ты интересуешься работами леди Александры.
Мягко отобрав у сестры журнал, Кристофер бросил на нее обеспокоенный взгляд.
– Я выделяю средства музею, – объяснил он, протягивая руку, чтобы задернуть шторы. – И мне известно все о научной работе, которая ведется в его стенах. Кстати, это мне напомнило об одном деле, которое необходимо закончить до ленча.
– Это ведь она была вчера в музее, да?
– Да, Брайанна. Это была Александра Маршалл. «Любимая дочь мерзавца Уэра».
Брайанна сердито поджала губы.
– А я думала, что у нее на носу должна быть отвратительная бородавка. Она совсем не похожа на дьявольское отродье. Тебе не кажется, что она Гораздо красивее Рейчел?
– Нет, мне так не кажется.
– Рейчел уверена, что вы с ней поженитесь: она мне об этом сказала после того, как вы танцевали в прошлое Рождество, помнишь?
– Остановись, Брайанна. – На этот раз Кристоферу не удалось скрыть своего раздражения. – Увидимся за ленчем. И держись подальше от кухни – ты ведь, кажется, не служанка в этом доме...
Брайанна повернулась, всколыхнув облако фиолетовой . тафты; ее голубые глаза твердо встретили его взгляд. По выражению этих глаз никак нельзя было сказать, что их обладательнице всего семнадцать.
– Ты очень хороший человек, Кристофер, что бы ты из себя ни строил.
Брайанна упорхнула, и вместе с ней исчезло ощущение праздника. В досаде на свою несдержанность, Кристофер устало присел на краешек стола и скрестил руки на груди. Теперь, когда ему удалось вознести «Ди энд Би» на вершину успеха, можно было подумать и об официальном объявлении о помолвке, хоть Брайанна и убеждена, что он об этом не помышляет. С годами люди не становятся моложе, и с недавнего времени Кристофер начал задумываться о детях. Последние десять лет, будь они прокляты, он не позволял себе подобных мыслей.
Он снова посмотрел на статью Александры Маршалл. Его первым побуждением было бросить журнал в огонь, чтобы увидеть, как сгорит проклятая бумага. Сегодняшнюю ночь он провел, расхаживая по комнате из угла в угол, чтобы унять боль в ноге, и все это время пытался выбросить из головы мысли об Александре, но так и не смог этого сделать.
«Хотя почему бы и нет?» Донелли поднял голову и принялся изучать лепные украшения на потолке. Он едва узнал Александру в той женщине в музее. В ее зеленых, как океан, глазах не ощущалось былого огня, который он так хорошо помнил, и вряд ли кто-либо назвал бы ее красавицей в привычном смысле этого слова. Но за одни ее пухлые губки ей следовало бы присвоить ученую степень доктора адского пламени и предложить почетное место президента «Академии адских поцелуев для развратных аристократов».
Взяв в руки журнал, Кристофер поднес его ближе к лампе. Он сказал Брайанне правду, так как не читал статью Александры в январском номере. К счастью или к несчастью, он успел лишь перевернуть страницу, когда вошел Барнаби с письмом; и вот теперь у него появилась возможность не спеша просмотреть текст. Подающая надежды леди-археолог назначена хранителем восточных древностей. Еще ни одна женщина не была удостоена подобной чести.
Дочь лорда Уэра добилась наконец исполнения своего самого заветного желания.


Ледяная вода сомкнулась над головой Александры. Она плыла все дальше и дальше в темную глубину, чувствуя, как кровь яростно пульсирует в венах. Наконец, достигнув дна, она с силой оттолкнулась от него и через несколько мгновений вынырнула на поверхность.
Не раскрывая глаз, Александра глубоко вдохнула свежий холодный воздух. Утреннее купание было единственной данью легкомыслию, которую она себе позволяла. Подобная оригинальная привычка, особенно в морозные дни, в глазах общества добавляла еще один штрих к ее репутации эксцентричной особы. Для Александры же это был всего лишь способ отдохнуть и снять напряжение. Общественное мнение не слишком ее заботило. Двадцать восемь лет для женщины – достаточно зрелый возраст, чтобы не оглядываться на оценки окружающих и разрешить себе немного эксцентрики.
Александра быстро плыла, рассекая воду. Ее утренний ритуал близился к завершению. Теперь ей оставалось лишь пересечь пруд, снова нырнуть и вынырнуть уже в оранжерее, чтобы там выбраться из воды. В огромном резервуаре вода обращалась в пар при помощи подогреваемых кусков застывшей лавы, которые когда-то привез ее отец с острова Борнео. Постоянное тепло в оранжерее поддерживало жизнь тропических растений. Этому кусочку джунглей, бережно скрываемому под стеклянным куполом, не страшна была лондонская гроза, бушевавшая снаружи.
Если не считать камеристки, которая каждый раз ждала ее у воды с полотенцем наготове, Александра совершала свое ежедневное утреннее купание в совершенном одиночестве, как, впрочем, почти все в своей жизни.
– Боже мой, миледи! – Служанка помогла ей освободиться от мокрого купального костюма и быстро соорудила экзотический розовый тюрбан на ее голове, полностью скрывший влажные от воды волосы. – Сегодня вы две минуты пробыли под водой. Я уж думала, что на этот раз вы непременно утонете. И кто бы тогда доложил новости его сиятельству? Уж точно не я, право слово.
Александра отняла от лица полотенце.
– Папа сегодня опять не в духе?
– Я слышала, как его сиятельство напустился на какого-то молодого человека и спуску ему не давал. Наживет он себе апоплексический удар, миледи, как пить дать.
– У нас посетители? Так рано?
– Вот именно. Думаю, несчастный джентльмен уже жалеет, что пришел.
Александра мысленно взмолилась, чтобы это не оказался кто-нибудь из музея или еще один газетный репортер. Получив престижную должность в музее, она, сама того не желая, стала объектом неусыпного внимания журналистов, и поэтому теперь, поплотнее запахнув капот, поспешила поскорее покинуть оранжерею.
Лондонский особняк лорда Уэра выглядел величественным и неприступным. Ровный ряд высоких окон, украшая белокаменный фасад, придавал дому строгий вид. Высокая чугунная ограда отделяла обиталище лорда от улицы. Даже пруд и оранжерея – предмет неустанных забот Александры – не могли смягчить сурового вида сада, от которого так и веяло холодом.
Александра решила не ждать, пока высохнут волосы: критически взглянув на себя в зеркало, она не стала ничего делать с ними и ограничилась лишь тем, что стянула их лентой. Черная лента неплохо гармонировала с повседневным, ничем не примечательным платьем, как, впрочем, и все предметы ее гардероба.
Переведя взгляд со своего отражения на кровать с пологом, этот символ мавзолея, в котором навеки запечатана ее жизнь, Александра глубоко вздохнула. Отец хотел бы вновь поехать в Египет в следующем году, и какая-то часть ее существа испытывала радость оттого, что ему пока не удалось создать консорциум для финансирования экспедиции. Александре не хотелось оставлять музей, чтобы последовать за ним; по крайней мере не сейчас, когда ей необходимо вступить в борьбу, чтобы защитить себя и восстановить свою репутацию.
Проведя большую часть ночи за разбором своих записей, Александра была потрясена ужасным открытием: все похищенные или подмененные ценности в музее связаны с ней, и это бросало на нее тень подозрения. Теперь ей крайне нужен союзник в совете попечителей, но не отец, а кто-то другой. Все, на что она может рассчитывать, – собственная способность мыслить и анализировать факты. Вместо того чтобы впадать в панику, ей следует встретиться с теми членами совета, которые поддержали ее кандидатуру, когда шла речь о предоставлении ей должности в музее. Возможно, они войдут в ее положение и согласятся выслушать. Отец назвал бы подобный маневр интриганством, для нее же это жест отчаяния.
Александра собралась с мыслями и встряхнулась. «Для женщины, которая изучает свое отражение в зеркале, у меня слишком рассеянный взгляд, – решила она. – Что же увидел Кристофер, когда взглянул на меня вчера в музее?»
Когда-то она взяла за правило не слишком часто смотреться в зеркало, чтобы не расстраиваться лишний раз. В ее внешности не было ничего запоминающегося; даже волосы какие-то светло-коричневые, ничем не примечательные. Узкий корсет в сочетании с широким кринолином современной манере одеваться – делали фигуру Александры длинной и сухопарой. Она никогда не замечала, чтобы мужчины обращали на нее внимание.
На мгновение ее охватил гнев и живот свело судорогой. Как назло, исключение составлял разве что Ричард Атлер – он так старательно изображал галантного кавалера, что подчас это становилось просто смешным. И вообще, Ричард не в счет, ведь они выросли вместе, он ей как брат, и даже мысль о физической близости с ним отдавала кровосмесительством.
Выйдя из задумчивости, Александра поймала в зеркале встревоженный взгляд своей камеристки.
– Не надо на меня так смотреть, как будто ты только что опустила меня в могилу. На свете есть вещи и похуже, чем остаться навсегда в одиночестве.
– Я не слепая, миледи. Вы опять не ложились всю ночь – так недолго и заболеть. – Служанка застегнула на шее своей хозяйки медальон, который накануне стал причиной вспышки гнева лорда Уэра. Александра привычным жестом спрятала серебряную вещицу за корсаж. – Я ведь почти с самого вашего рождения с вами, мне ли не знать, когда вас что-то тревожит.
– Я работала в летнем домике, Мэри.
– Вам нужно подумать о себе, миледи.
Александра действительно провела ночь в старом каретном сарае позади усадьбы, который она полностью переделала пять лет назад, превратив его в свое тайное убежище. Как будто перенесенный из романов Чарльза Диккенса, маленький домик с соломенной крышей стоял в самой гуще деревьев, окружавших особняк. Она часто просиживала здесь ночи напролет, погрузившись в чтение любимых книг.
Александра вздохнула:
– Сегодня весь день я только этим и занимаюсь, Мэри, так что довольно нравоучений.
Лорд Уэр не выносил, когда его заставляли ждать, поэтому Александра поспешила покинуть комнату и быстро спустилась по лестнице. В дверях обеденного зала она остановилась, чтобы перевести дыхание и разгладить складки на платье. Как обычно, ее отец сидел во главе пышно накрытого стола и с удовольствием поглощал ломтики ветчины. Его серые глаза ни на мгновение не оторвались от газеты, которую он продолжал читать, когда дочь села за стол рядом с ним.
– Ты опять опоздала.
«А вот и утренний приветственный гимн».
– Извини, пожалуйста, папа. – Александра не стала пускаться в объяснения и оправдываться тем, что ей пришлось ждать, пока высохнут волосы, тем более что опоздала она вовсе не из-за этого.
Лорд Уэр был одет в однобортный черный бархатный сюртук, а под ним в шелковую рубашку с высоким стоячим воротником.
– Ты уже видела эту дрянь? – Потрясая газетой, как грозным оружием, он резко сунул ее дочери под нос и тут же возмущенно швырнул на стол. Затаив дыхание, Александра с ужасом взглянула на злополучный листок, опасаясь увидеть там самое худшее.
Страницу светской хроники украшала фотография Кристофера Донелли. Хотя Александра сразу почувствовала на себе действие его чар, выражение ее лица ни капли не изменилось, показывая лишь вежливое равнодушие.
– Грязный ирландский ублюдок пожертвовал десять тысяч фунтов в новый музейный фонд. Он хочет проникнуть туда, куда ему вход заказан, вот и лезет из кожи вон. Это станет для нас самым настоящим бесчестьем, помяни мое слово.
Сумма была чудовищно велика, тут уж не поспоришь. Немудрено, что пронырливый ирландец, унаследовавший «Ди энд Би Стил энд инжиниринг» и сразу заставивший заговорить о себе, вызвал вспышку необузданного гнева у ее отца.
На мгновение Александра почувствовала укол совести оттого, что негодование и ярость отца не встретили в ее душе ответного отклика. Опустив глаза, чтобы не выдать своих чувств, она добавила сливки в кофе и с удовольствием сделала глоток любимого напитка.
– Сэр Донелли всего лишь обычный человек, – ей вдруг захотелось успокоить отца, – а ты член палаты лордов, пользующийся всеобщим уважением. Почему же тебя это так задевает?
Лорд Уэр резко подался вперед, и стул под ним жалобно заскрипел. Александра встревожено посмотрела на отца: его лицо было мертвенно-бледным. Лорд Уэр всегда довольно чувствительно относился к классовым различиям, настаивая на соблюдении необходимой субординации, но столь бурная реакция на статью о Кристофере Донелли явно не имела отношения к проблемам социального неравенства.
Александра отставила чашку с кофе.
– Папа, что случилось?
– Я не могу добиться финансирования ни одного проекта в музее. Кроме того, мое членство в клубе приостановлено...
– О, папа...
– Банк отказывается выдать мне заем по закладной на этот дом в нынешнем году. Я сохранил за собой родовое поместье Уэр, но исключительно потому, что оно не подлежит отчуждению. А теперь меня поставили перед фактом. – Лорд Уэр ткнул пальцем в газету. – Совершенно случайно я узнаю о том, что Донелли вошел в совет попечителей музея, и, заметь, узнаю не от Атлера, а из этой проклятой газеты.
Александра отодвинула в сторону тарелку с едой. Собственные проблемы мгновенно отошли для нее на второй план. Она ни на секунду не поверила, что ее отец неожиданно стал объектом чьего-то преследования. Банки продают и покупают закладные, это вполне естественно; если бы отец не влез в такие большие долги, прежде всего по причине своих многочисленных экспедиций в последние годы, он бы не оказался сейчас в затруднительном положении.
Недоразумение с членством в клубе тоже в порядке вещей: чаще всего это происходило по вине каких-нибудь мошенников, пытающихся пустить в оборот клубные деньги. Но Александра не стала разубеждать отца.
– Может быть, тебе все же следовало посещать собрания попечителей в прошлом году? – осторожно сказала она.
Лорд Уэр с силой ударил кулаком по столу, заставив Александру вздрогнуть.
– Запомни мои слова хорошенько: Донелли вошел в совет попечителей вовсе не из любви к древностям – у него свои цели, и не зря он сейчас ошивается в Лондоне.
– Еще одно пожертвование в фонд Британского музея никак не отразится на твоей роли в совете попечителей. Абсурдно, что ты все еще так сильно ненавидишь Донелли, – наверняка он приехал в Лондон, чтобы ввести в свет свою сестру. Совершенно естественно, что он пытается использовать все свои связи...
– Так ты с ним виделась?
Александра хотела снова приняться за еду, но внезапно почувствовала, что не сможет больше проглотить ни куска.
– Вчера в музее... – Она исподлобья взглянула в глаза отцу, который недоверчиво уставился на дочь, потрясенный ее признанием. Гнев и уязвленная гордость заставили его покраснеть.
– Так вот почему ты здесь, в моем доме, за моим столом, защищаешь его!
Захваченная врасплох этим неожиданным обвинением, Александра принялась сбивчиво оправдываться:
– Я никого не защищаю, папа. Мистер Донелли вернулся в Англию много лет назад – стал бы он ждать столько лет, чтобы обрушить на твою голову громы и молнии?
– До сих пор я был уверен, что у тебя гораздо больше здравого смысла, дочь моя. – Лорд Уэр раздраженно бросил салфетку на стол и поднялся. Его могучая фигура, казалось, заполнила собой все пространство комнаты. – Ты никогда не знала, что представляет собой Донелли, не знаешь и теперь. Попомни мои слова, ему ненавистна даже земля, по которой мы с тобой ступаем. Да-да, мы оба.
Не в силах вымолвить ни слова, Александра молча провожала отца взглядом, пока он гордо шествовал к выходу из комнаты. Прошло несколько долгих минут, прежде чем она со смущением обнаружила, что находится в центре пристального внимания слуг, столпившихся у буфета в ожидании приказаний.
Нервно скомкав полотняную салфетку, Александра молча уставилась в свою тарелку.
– Еще кофе, мэм?
– Спасибо, Альфред.
Она едва заставила себя прикоснуться к чашке: ей было неловко и досадно, что отец так грубо вел себя в присутствии слуг. Продолжая угрюмо хранить молчание, она обвела глазами стол. Кристофер Донелли насмешливо смотрел на нее с газетной полосы; и вдруг все, что она поклялась себе забыть навсегда, вновь ожило в ее памяти, как будто и не было тех долгих лет, которые она провела живя столь замкнутой жизнью.
Кончики губ Александры невольно поползли вверх, изобразив подобие улыбки. Так много людей с восторгом приняли бы известие о том, что Кристофер потерпел поражение; но его не так-то просто было уничтожить. Что до нее, то она искренне желает ему успеха.
Придвинув газету поближе, Александра бережно разгладила смятые листы. Почти десять лет прошло с тех пор, как Кристофер ушел из ее жизни, так ни разу и не обернувшись. Девять лет, шесть месяцев и две недели. Срок Александра не подсчитывала до вчерашнего дня, когда они случайно столкнулись в музее.
Кристофер Донелли был единственным мужчиной в ее жизни, которого она по-настоящему любила. Свободно владеющий пятью иностранными языками молодой офицер, Кристофер получил назначение в Танжер, где служил под началом ее отца. Британская дипломатическая служба в Марокко была призвана защищать интересы короны в этой стране, где, как в плавильном котле, слилось воедино множество различных культур. Именно здесь Александра, которой тогда только исполнилось семнадцать, впервые встретила и страстно влюбилась в блестящего красавца офицера. Вскоре они тайно поженились.
И тут же Божья кара настигла их обоих. Кристофер, пользовавшийся всеобщим уважением и имевший безупречную репутацию, был изгнан с позором прежде, чем их тайный брак получил широкую огласку.
Замужество Александры закончилось с рождением сына. Молодая женщина с трудом переносила беременность, и младенец появился на свет преждевременно. Он не прожил и одного дня. К тому времени его матери едва исполнилось восемнадцать.
Погрузившись в воспоминания, Александра безотчетно сжала в руке серебряный медальон, спрятанный за корсажем. Теперь ее удел – одиночество.
В свои восемнадцать лет она не смогла воспротивиться воле отца, пожелавшего аннулировать ее брак. Но, будучи замужем или считаясь незамужней, Александра набралась дерзости смело заявить о своем намерении бежать вместе с Кристофером, когда он вернется за ней. Отец не сказал тогда ни слова. Целых восемь месяцев – столько потребовалось Александре, чтобы восстановить силы, – она жила в ожидании. Ее дорожные сундуки были всегда собраны и стояли наготове.
Она ждала, но Кристофер так и не вернулся. И до вчерашнего дня она надеялась, что десять лет – срок для того, чтобы забыть.
Дождь за окном наконец закончился.
– Альфред! – Когда слуга бесшумно появился в дверях, Александра отложила салфетку и, встав из-за стола, попросила его найти Мэри. – И приготовьте, пожалуйста, экипаж. Я буду в летнем домике.
Настала пора заняться устройством собственных дел, подумала она. Нужно собрать записи и найти адреса тех попечителей, кому следует нанести визит.
– Но, миледи, – замялся Альфред, – ландо еще не успели доставить, а зимний экипаж понадобится его сиятельству. Лорд Уэр по вторникам посещает клуб.
Вспомнив гневную обвинительную речь отца по поводу его финансовых затруднений, Александра решилась проявить настойчивость.
– Вы можете справиться о его планах, пока будут готовить карету, – холодно проговорила она, направляясь в сторону холла.
«К этому времени нас с Мэри уже здесь не будет».
Александра только что покинула лондонскую резиденцию председателя Коллегии врачей. Сидя в карете, укутавшись в просторную накидку, она была полна решимости продолжать начатое. Попытка встретиться с сэром Дональдом Оуэнзби не увенчалась успехом: вместе со своей матерью он отправился в путешествие на континент и до сих пор не вернулся. Александра вычеркнула его из списка и с огорчением обнаружила, что у нее остался лишь один визит из четырех, намеченных ею на сегодня. Два, если считать последнюю фамилию, наспех нацарапанную ею перед выходом излома.
Лорд Уэллзби с супругой проживали на Гросвенор-сквер. У них было девять взрослых детей, с которыми Александре время от времени доводилось встречаться в последние годы. Чета Уэллзби активно занималась благотворительностью и принимала деятельное участие в работе Лиги общественного благоустройства.
Стройная липовая аллея вела к фешенебельному георгианскому особняку из красного кирпича. Александра вышла из экипажа, и холодный ветер мгновенно принялся играть складками ее плаща и прядями тщательно причесанных волос. Она облегченно вздохнула, услышав, что леди Уэллзби готова ее принять.
Александру и ее камеристку пригласили войти, и слуга помог им раздеться.
– Здравствуйте, Александра. Какой приятный сюрприз! Когда же мы виделись в последний раз?
Слова приветствия замерли у Александры на губах. Пожилая дама была одета в черное, и лишь седые волосы прикрывал белый чепец. Тем не менее Александра не заметила в дверях похоронного венка.
Присев в реверансе, она растерянно произнесла:
– Я приношу свои извинения, если пришла к вам не вовремя.
– Не беспокойтесь, моя дорогая, – мягко сказала леди Уэллзби, подхватывая гостью под руку и увлекая ее в сторону гостиной. Драпировки на стенах и тяжелые бархатные занавеси на окнах – сочетание красного и кремового цветов – были идеально подобраны к полосатой мебельной обивке. – Мне так сейчас нужна компания. Я отменила свои обычные приемы по четвергам в этом месяце и буквально умираю от скуки.
– Мой визит к вам носит не столько светский, сколько деловой характер, – заметила Александра.
– Ни одна женщина не станет говорить о делах, когда настанет время пить чай. – Леди Уэллзби сделала знак слуге. – Не хотите ли перекусить, дорогая?
– С удовольствием. – Александра уселась, положив сумочку на колени.
Когда слуга ушел, леди Уэллзби заговорила снова:
– Три месяца назад скончался дядя моего мужа. Это было избавлением для несчастного, он ужасно страдал. Лорду Уэллзби пришлось на прошлой неделе уехать, чтобы уладить кое-какие имущественные дела и отдать необходимые распоряжения. У покойного не осталось сыновей или других родственников мужского пола, так что моему супругу придется взять на себя некоторые обязательства. Конечно же, мы постараемся устроить дела его несчастных кузин и найти для них подходящие партии.
Плечи Александры бессильно поникли. Пройдут дни, возможно, даже недели, прежде чем лорд Уэллзби снова появится дома.
– Как, должно быть, ужасно потерять отца, – тихо сказала она.
Слуга вернулся, держа в руках серебряный поднос с китайскими чашками.
– Ну, вам по крайней мере не стоит беспокоиться о том, что вы окажетесь без средств к существованию, дорогая. Ваш отец единственный сын в семействе, а вы его наследница, следующая графиня Уэр. Это большая редкость, чтобы дочь наследовала титул, но я не сомневаюсь, что ваш отец позаботился об этом.
Александра смущенно поставила блюдце на чайный столик. Меньше всего ей хотелось сейчас выслушивать лекцию о праве первородства и майоратном наследовании. Готовясь к деловому разговору, она тщательно продумала и отрепетировала свою речь, но обычная болтовня за чаем застала ее врасплох, и ей пришлось проявить немалое самообладание, чтобы поддержать эту ничего не значащую беседу. Леди Уэллзби с удовольствием посудачила о том, что начало светского сезона, обычно связанного с майской выставкой в Королевской академии искусств, в этом году из-за пожара будет ознаменовано грандиозной премьерой в опере. Александра не испытывала ни малейшего интереса к предмету разговора, но она прекрасно понимала, как, должно быть, рада случаю вволю поболтать бедная леди Уэллзби, вынужденная соблюдать траур и потому лишенная возможности принимать у себя гостей. Александра искренне симпатизировала почтенной даме и честно пыталась поддержать беседу, не показывая, что скучает.
Большие напольные часы пробили пять пополудни, прежде чем она смогла перейти к цели своего визита. Леди Уэллзби выслушала ее молча, никак не выражая своих чувств, и к концу речи Александра совсем смешалась.
– Наверное, то, что мне по-настоящему нужно, – это совет, как лучше поступить в данных обстоятельствах, – неловко заключила она, ощущая всю неуместность своего откровенного рассказа.
– Ах, моя дорогая! – Леди Уэллзби отвела взгляд и похлопала Александру по руке. – Я всегда вас обожала. Я хорошо знала вашу матушку, когда мы вместе жили в Александрии. Ваш отец безумно любил ее. Она была очаровательна. У вас ее глаза.
Городу, в котором родилась, Александра была обязана своим именем. Отец всегда говорил с нежностью об этом месте, возможно, потому, что там он оставил свое сердце. В Александрии была похоронена его жена.
Леди Уэллзби вздохнула:
– Но я должна сказать вам, что мой муж никогда бы не поддержал вашу кандидатуру, если бы не интриги вашего отца.
Александра нервно сложила руки на коленях, прекрасно сознавая, что у нее за спиной безмолвно стоит Мэри.
– Я не понимаю...
– Добиваясь, чтобы совет попечителей поддержал вас, лорд Уэр использовал самые грязные способы, он даже не брезговал угрозами и шантажом. И меня вовсе не удивляет, что вы оказались недостаточно компетентной, чтобы выполнять свою работу.
Александра молча выпрямилась, не веря своим ушам.
– Надеюсь, вы понимаете, что будет лучше, если лорд Уэллзби останется в стороне? Он ведь считается другом вашего отца.
– Я признательна вам за прямоту, леди Уэллзби. – Александра резко поднялась с кресла. – Никто больше не осмелился быть со мной откровенным.
Леди Уэллзби встала вслед за ней.
– Так вы ничего не знали? Я имею в виду насчет вашего отца?
– Я искренне полагала, что мне была оказана подобная честь потому, что на всех экзаменах я показала самые лучшие результаты. Мои труды в области изучения восточных древностей и культурного наследия Могольской империи хранятся в государственном архиве. Мое членство, в университетском ученом совете носит неформальный характер, ведь я женщина. Женщинам не принято присуждать ученую степень.
– Да, это несправедливо, – согласилась леди Уэллзби. – Но подобное занятие вовсе не пристало таким, как мы с вами, дорогая. Вам бы следовало выйти замуж и окружить себя преданными сыновьями.


– Как только она могла сказать такое вам, миледи?! – возмутилась Мэри, когда обе женщины уже сидели в карете.
Александра устремила неподвижный взгляд в окно.
– Она не желала мне ничего плохого...
– Вы честно заслужили свою должность, этого у вас не отнять.
Александра повернулась и посмотрела в глаза камеристке. Как ни странно, она думала сейчас не о должности, а о своем сыне.
– И что вы теперь собираетесь делать, миледи?
На смятом листке, который сжимала в руке Александра, оставалось еще одно имя. Но пожалуй, имело смысл подумать над другим, более перспективным планом и попытаться самой найти вора.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману В сердце моем - Томас Мелоди



Прочитайте, дуже добра книга ;)
В сердце моем - Томас МелодиЯна
10.03.2012, 15.22





Отличная книга!Советую!
В сердце моем - Томас МелодиСария
9.08.2013, 12.14





Несуразный роман, сюжет непродуман до конца, много лишних деталей, диалоги нелепы: 5/10.
В сердце моем - Томас Мелодиязвочка
10.08.2013, 0.25





Если бы было более оптимистичное окончание романа, мне кажется, он в целом смотрелся бы намного лучше! Почитать можно, он неплохой, но вот окончание... я немного разочарована...
В сердце моем - Томас МелодиИрина
19.10.2013, 15.50





Отличная книга.Хотелось бы почитать другие книги автора, кроме серии "Семья Донелли". Серия очень понравилась, это моя любимая книга.
В сердце моем - Томас Мелодиnatali
20.12.2015, 21.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100