Читать онлайн Рандеву с мечтой, автора - Тиммон Джулия, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рандеву с мечтой - Тиммон Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.43 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рандеву с мечтой - Тиммон Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рандеву с мечтой - Тиммон Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Тиммон Джулия

Рандеву с мечтой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

Эдвард почувствовал произошедшую в Авроре перемену еще на улице, до ресторана. Она на что-то решилась, видимо чтобы забыть о прошлом или даже о настоящем. Воспользоваться удобным случаем хотелось до умопомрачения, но вездесущий голос совести и – более слабый – самолюбия советовали быть осторожнее.
Едва он заглушил двигатель, как Аврора сама наклонилась к нему, с готовностью обвила его шею руками и прильнула к его губам своими губами. Мягкие, горячие, сулящие заоблачную радость, с привкусом мяты и экзотических фруктов, они на несколько бесконечных мгновений парализовали разум, и тот, умолкнув, позволил насладиться фантастическим поцелуем. Но как только Эдвард очнулся от потрясения, в его голове застучала назойливая мысль: что-то в этом не то…
– Аврора, – прошептал он, переведя дыхание. – А как же… Уэстборн? – Болван! – тотчас выругал он себя. Другие надо было найти слова, не упоминать об этом слизняке…
Аврора взглянула на него широко раскрытыми непонимающими глазами, растерянно моргнула, вдруг прижала к лицу ладони, медленно опустила руки, приподняла подбородок и, отвернувшись, негромко засмеялась.
– Я переоценила свои возможности.
– О чем ты? – озадаченно спросил Эдвард, продолжая в мыслях поносить себя на чем свет стоит.
– Подумала, что понравилась тебе не меньше, чем ты мне.
Эдвард схватил ее за руку, однако она без суеты, но настойчиво высвободила ее.
– Ты понравилась мне больше, чем я тебе, можешь не сомневаться! – воскликнул он, неловко пытаясь исправить ошибку.
Аврора покачала головой и невесело улыбнулась.
– В таком случае ты не вспомнил бы в эти минуты о Ральфе.
– Не решай за других! – выпалил Эдвард, лихорадочно придумывая, как бы объяснить ей, что произошло. – Все люди разные. Кто-то бросается в омут удовольствий при первой же возможности, а кто-то несет ответственность – за себя и за тех, с кем общается.
Аврора взглянула на него так, будто он оскорбил ее, и тихо спросила:
– Я, по-твоему, отношусь к первой категории?
– Что? – не понял Эдвард.
– К тем, кто бросается в омут?
Он запустил руку в волосы, сознавая, что не исправляет оплошность, а лишь совершает новые.
– Нет же, нет! Ты совсем не такая, это же дураку понятно! Но сегодня… Видишь ли, мне показалось… – Он повернулся и снова взял ее руку столь уверенным жестом, что Аврора не стала сопротивляться, хоть и вся напряглась. – Послушай, ты нравишься мне так, как, по-моему, невозможно нравиться, – горячо прошептал он. – До того сильно, что у меня, такое чувство, выпрямились и скрутились в спираль мозговые извилины.
Аврора немного расслабилась. Ее губы тронула улыбка.
– Показали бы мне тебя месяц назад, сказав: скоро ты пойдешь с ней в театр, и я рассмеялся бы, – пламенно проговорил Эдвард. – Я ответил бы: это невозможно. И женщина эта не настоящая. Столь совершенных природа не рождает.
– Хватит, – пробормотала явно польщенная Аврора.
– Я вспомнил об Уэстборне лишь потому, что не хочу усугублять твои страдания, Аврора, – вкладывая в слова все свое обожание, произнес Эдвард. – Не желаю, чтобы ты раскаялась в том, что делаешь, чтобы чувствовала себя преступницей.
– Разве я сказала, что страдаю? – спросила Аврора, глядя вперед.
– Я это почувствовал, – ответил он, крепче сжимая ее руку.
– Положим, Ральф здесь совершенно ни при чем.
– Ни при чем?
– Он мне просто приятель, друг детства. Впрочем, слово «друг» здесь не слишком уместно.
– Как это? А я думал… – Эдвард покачал головой, вспоминая, как Уэстборн обхаживал Аврору вечером в прошлую субботу и с каким нахальным видом заявился к ней в воскресенье.
Аврора повернула голову, выглянула в окно и удивленно приподняла брови.
– Ты привез меня домой. Как мило! А я и не заметила. – Она взялась за ручку дверцы. – Если хочешь, пойдем попьем чаю. Я расскажу, откуда знаю Ральфа.
Не успел Эдвард глазом моргнуть, как Аврора высвободила руку и вышла из машины. Он проследовал за ней и, пока она готовила на кухне чай, сидел один в ее гостиной, очень напоминавшей музейный зал и вместе с тем на редкость уютной. Несколько раз он порывался встать и пойти на кухню – ждать не хватало сил, хотелось как можно скорее во всем разобраться. Но благоразумие неизменно одерживало верх над порывистостью. Аврора не случайно медлила: ей требовалось время, чтобы привести в порядок мысли. Или для чего-то еще. Сказать наверняка было пока невозможно.
– Я сразу подумала, что ты решишь: они влюбленная парочка, – спокойно заговорила она, наконец опустившись на диван перед столиком с чайными чашками. На ее лице не было и следа недавней пылающей страсти, лишь сильнее обычного горели карие глаза. – И неудивительно. Ральф последнее время совсем сошел с ума. Точнее, – она сложила руки перед грудью, взглянула вверх и улыбнулась, – самое последнее время, то есть всю прошедшую неделю, он не звонил и не показывался. Дай бог, до него наконец дошло.
Не притрагиваясь к чашке, Эдвард взволнованно сглотнул и нахмурил брови.
– Что дошло?
– Что о сближении между нами не может быть и речи, – пожав плечами, сказала Аврора. Ложбинка между ее грудями соблазнительно приподнялась и опустилась.
Эдвард заметил это краем глаза и, подавляя вспышку желания, поклялся себе, что, пока не выяснит все до конца, смотреть будет только на лицо Авроры.
– Мы, хоть и знаем друг друга всю жизнь, совсем разные. К тому же с некоторых пор я вообще не в состоянии сходиться с мужчинами, – медленно, словно превозмогая боль, произнесла Аврора.
Эдвард округлил глаза. Чего-чего, а подобных заявлений он никак не ожидал от нее услышать.
– Ральфу об этом прекрасно известно, – продолжала Аврора, опять спокойная, как старинная фарфоровая кукла в музейной витрине. – От матери.
Эдвард уже ничего не понимал. Каждая новая ее фраза ставила его в тупик.
– В каком смысле «от матери»? – спросил он, морщась.
– В прямом. – Аврора сделала глоток чая. – Пей, а то остынет. – Она кивнула на его чашку, но ему сейчас было не до чая.
– Подожди-подожди. – Он энергично покачал головой. – Ты знаешь Уэстборна всю жизнь, но не можешь назвать его другом. С мужчинами ты сходиться не в состоянии, и ему сообщила об этом мать. Я все правильно понимаю или что-то перепутал?
– Абсолютно правильно, – сказала Аврора. – Не торопись, я сейчас все объясню.
Эдвард кивнул, от волнения взял чашку, приподнял ее и опустил на место.
– Моя мама и Пэрис, мать Ральфа, дружат чуть ли не с самого детства. Поэтому волей-неволей и мне приходилось общаться с ним. Они бывали у нас по праздникам, заезжали в выходные, иногда и в обычные дни – словом, довольно часто. Потом я поступила в колледж и уехала из родительского дома. В тот период встречалась с Ральфом лишь пару раз, на каникулах, и то мельком. А сразу после выпуска… – Она замолчала, поджала губы и уставилась в пустоту перед собой, как будто забыла, о чем рассказывала и что перед ней сидит слушатель.
Эдвард чуть наклонился вперед.
– Аврора?
Она вздрогнула и взглянула на него с легким испугом в глазах.
– Тебе нехорошо? – Он коснулся ее руки – она была холодной, будто постоявшая в холодильнике банка колы.
– Нет-нет… Все нормально, – с отрешенным видом сказала Аврора.
– Что же произошло сразу после выпуска, – осторожно поинтересовался Эдвард, чувствуя, что именно с этим событием и связана самая серьезная в ее жизни беда.
Аврора глубоко вздохнула и обхватила чашку, будто вдруг озябнув и желая согреться.
– А после выпуска я повстречала одного человека, – медленно произнесла она, глядя вниз. – И вскоре стала с ним жить, а с Ральфом не виделась очень долгое время.
Последовало неловкое молчание. В голове Эдварда зажужжали вопросы. Что это был за человек? Почему ей так тяжко вспоминать о нем? Где он теперь? Чем ее обидел? Может, она до сих пор его любит? Не в силах забыть? Потому и дала себе слово не сходиться ни с кем другим? Каким надо быть болваном, чтобы отказаться от столь божественной женщины! Или отпустить ее? Или оскорбить…
За какие-то полминуты он вспомнил все, что успел о ней узнать, воспроизвел в памяти все ее слова с поразительной точностью. В первый вечер она почему-то упомянула о женщинах, которые в любые времена не боялись нарушать бессмысленные запреты. На следующий день показала свой дом, даже библиотеку и удивительную нишу. Шопен, Жорж Санд… Одна из наиболее передовых женщин своего времени… Равноправие во всех сферах общества… Свобода в любви… Голова, казалось, вот-вот взорвется от грохочущих, точно поезд на полном ходу, мыслей.
Аврора подняла глаза и спокойно проговорила:
– Я вернулась в Лондон и поселилась в этом доме два года назад. Пэрис тогда гостила у родственников под Эдинбургом, приехала домой только месяца три спустя. Мама в общих чертах рассказала ей мою историю.
Эдвард впился в нее взглядом, безмолвно спрашивая: что за историю?
Почти невозмутимо, с едва уловимыми нотками грусти Аврора продолжала, не «слыша» вопроса или пока не желая отвечать:
– Ральф крайне редко навещает мать, а если и заглядывает к ней, то на несколько минут, не больше. Поэтому-то о моем возвращении он долгое время не знал. А месяца полтора назад мы случайно столкнулись на Нил-стрит. Ральф как будто обрадовался. И на следующий же день помчался к матери, засыпал ее разного рода вопросами. Давно ли Аврора здесь? С кем? Где живет? Пэрис тут же позвонила моей маме, а та обо всем рассказала мне. – Она вздохнула, словно устав говорить про Уэстборна. – Сказать ему в лицо все, что я о нем думаю, я не могу – как-никак он сын Пэрис, в каком-то смысле все равно что родственник. Но представить себе, что мы с ним… – Она усмехнулась и покачала головой. – Нет, это просто нелепо.
– Если хочешь, я с ним поговорю, – предложил Эдвард, раздумывая, как лучше ей помочь.
Аврора приподняла руки.
– Нет-нет, спасибо. Я уж как-нибудь сама. К тому же я ведь сказала: по счастью, он не объявляется вот уже целую неделю. Наверняка все понял, не настолько же глуп.
С уст Эдварда чуть не сорвалась шутка: не желаешь прибегать к помощи мужчины все из тех же феминистских соображений? Но в голове вдруг ясно прозвучали ее слова: «У меня на этот счет свои личные соображения, даже комплексы. Мне важно чувствовать себя совершенно независимой, в том числе и материально». Он прикусил язык. Теперь, когда она объяснила, кем ей приходится Уэстборн, не оставалось сомнений: все ее горести и стремление жить одиноко и самостоятельно связаны с человеком, с которым она сошлась после выпуска. Имел ли право он, Эдвард Флэндерс, расспрашивать ее о прошлом, теребить раны в ее душе?
Аврора взглянула на него, явно намереваясь задать какой-то вопрос.
Эдвард показал всем своим видом, что готов посвятить ее во что угодно.
– А… – Она вдруг несколько неестественно засмеялась и отвела взгляд в сторону. – Не знаю, стоит ли заговаривать об этом…
Эдвард с уверенностью кивнул.
– Стоит. Если хочешь что-нибудь спросить, смело спрашивай.
Аврора медленно перевела на него взгляд, испытующе посмотрела ему в глаза, будто желая в чем-то удостовериться, почти незаметно кивнула каким-то своим мыслям и сказала тише, чем всегда, но обычным ровным голосом:
– По словам Ральфа, ты меняешь подружек как перчатки, но я ему не верю.
– Что-что?! Этот… посмел такое заявить?! Да ты хоть знаешь… – Он качнул головой, говоря себе, что не имеет смысла рассуждать о подонке Уэстборне.
Аврора подняла руку.
– Успокойся, пожалуйста. Я ведь сказала, что не поверила ему. Просто подумала: ты должен знать, кого принимаешь в своем доме в качестве гостя.
– Этот гость пусть только еще нарисуется! – выпалил Эдвард. – Он горько пожалеет, честное слово!
– Собираешься объяснить ему что к чему на языке кулаков? – спросила Аврора, с опаской глядя на его плечи.
– Тебе его жалко?
Она задумчиво кивнула.
– Во-первых, да, в каком-то смысле жалко. По сути, все его подлости, приспособленчество и трусость от бессилия. Что у него есть? Только смазливое лицо да неплохие манеры. Он прекрасно это сознает.
– Хорошо, обещаю, что сначала объясню ему по-хорошему.
Аврора чуть расширила глаза.
– Естественно, не упоминая о тебе, – тут же прибавил Эдвард.
– Вообще-то можешь и упомянуть, – пробормотала Аврора. – Ничего такого, о чем придется пожалеть, я, по-моему, не сделала.
– В любом случае до кулаков, надеюсь, не дойдет, – сказал Эдвард, представляя, с каким удовольствием раскрасил бы Уэстборну физиономию.
Лицо Авроры погрустнело.
– Ненавижу грубую силу, побои… – Она содрогнулась, будто представив, что сама подворачивается под горячую руку Эдварда.
Его охватило неодолимое желание тотчас убедить ее в том, что женщину он никогда пальцем не тронет, но Аврора приоткрыла рот, собравшись сказать что-то еще. Эдвард замер в ожидании.
– А та девушка? – произнесла она, глядя не прямо на собеседника, а чуть в сторону.
– Девушка? – Он растерянно повел бровью.
– Та, с которой ты танцевал, – не вполне уверенным тоном пояснила Аврора. – Она…
– А, Камилла! – воскликнул Эдвард, вдруг понимая, что наговоры Уэстборна и нахальное поведение Камиллы прекрасно дополняют друг друга и весьма невыгодно для него искажают действительность. – Она бывшая подружка моего дальнего родственника, который почти год назад переехал во Францию. Камилла продолжает ко мне приезжать и все это время отчаянно вешается мне на шею… Ты наверняка видела, хоть совсем и не смотрела на нас.
Аврора молча кивнула. Эдвард потер висок, раздумывая, стоит ли немного схитрить или лучше рассказать все честно, и, как в большинстве подобных случаев, предпочел правду.
– Камилла ведь, если взглянуть на нее со стороны, вполне симпатичная и веселая.
– Да, – без тени чисто женского стремления очернить соперницу тут же согласилась Аврора.
– Признаться, я все раздумывал, стоит ли завязывать с ней серьезные отношения, нужно ли это нам обоим. Потом вдруг появилась ты – и все вопросы отпали.
Аврора взглянула на него с благодарностью. За то, что не солгал, и за такое признание.
– Я очень рад, что прислушался к голосу разума и не поддался уловкам Камиллы. Полюбить ее я никогда бы не смог. – Он сглотнул и вдруг, сдаваясь под напором тревоги и любопытства, неожиданно для себя спросил: – А ты, Аврора?
Она изумленно взглянула на него и в растерянности моргнула.
Следовало остановиться, совладать с безумным порывом, но Эдвард уже ничего не мог с собой поделать. Если бы выяснилось, что и Аврора не сможет полюбить его, он без промедлений оставил бы ее и удалился бы зализывать раны.
– Кому принадлежит твое сердце? Все тому же человеку? С которым вы сошлись после выпуска?


Вопрос отдался в голове Авроры раскатистым эхом, и ей показалось, что его задал не Эдвард, а некто со стороны – голос самой судьбы. Расставшись с Мэттом, она поклялась себе, что расскажет кому-либо о пережитых несчастьях лишь в том почти невозможном случае, если встретит мужчину, который сумеет понять и помочь. Чем больше времени проходило с тех страшных дней, тем в подобную встречу все меньше верилось. И вот вдруг настала минута, когда слова полились с языка, а душу переполнило необъяснимое чувство – беспокойство, смешанное с долгожданным облегчением.
– Нет, как это ни удивительно, мое сердце ему давно не принадлежит, – проговорила она, глядя вниз, на свои руки. – Если бы я осознала это раньше, может, избежала бы катастрофы. Догадаться было нетрудно – грубая сила рано или поздно убивает нежность.
– Грубая сила? – Эдвард, слушавший, затаив дыхание, вдруг подался вперед, будто с намерением оградить ее от любого зла. – О чем ты?
– О Мэтте, о его способах выражать любовь, – сказала Аврора с тоской в голосе, но чувствуя, что с каждым произнесенным словом отдельные умершие частички души наполняются новыми жизненными соками.
– Он что, бил тебя? – выражая всем своим видом, что в подобное безумие невозможно поверить, спросил Эдвард.
Аврора глубоко вздохнула.
– Поначалу, разумеется, нет. На первом этапе наших отношений Мэтт был самой галантностью и обходительностью. Дарил цветы, то и дело интересовался, удобно ли мне, уютно, весело. Наверное, от этих-то его старомодных ухаживаний я и потеряла голову. Казалось, он в буквальном смысле будет всю жизнь носить меня на руках. – Она криво улыбнулась. – В двадцать два года не хочется верить, что чудес на свете не бывает, и задумываться о том, что, если с тебя будут вечно сдувать пылинки, это надоест и тебе и тому, кто возьмется это делать. Поразмыслить о многом другом тоже все некогда… – Перед ее глазами нарисовался образ улыбающегося и тут же содрогающегося от гнева Мэтта. По спине пробежал морозец.
Эдвард напряженно смотрел на нее, ожидая продолжения. Вид у него был такой, будто, едва она закончит свой рассказ, он вскочит с места, достанет Мэтта хоть из-под земли и сотрет его в порошок.
– Через некоторое время после того, как мы стали жить вместе, он стал изводить меня вспышками необоснованной ревности, – продолжила Аврора. – То платье купила слишком обтягивающее, то нежно смотрела во время ужина на его начальника, то работать мне не стоит, чтобы не крутиться на глазах у чужих мужчин. Все в таком духе.
– А раньше он позволял тебе носить узкие платья? – осторожно поинтересовался Эдвард.
– Раньше позволял, – ответила Аврора. – Наверняка он сгорал от ревности с самого первого дня, но ловко маскировал свою злобу. А она копилась и копилась… – Ее снова передернуло.
Эдвард перегнулся через столик и пожал ее руку. За долю секунды до того, как их пальцы соприкоснулись, Аврора предельно напряглась, вдруг подумав: он ведь тоже мужчина и, несомненно, сильнее Мэтта, но, как только почувствовала удивительную нежность этой крупной руки, от неожиданного удовольствия опустила ресницы. Захотелось переплести свои пальцы с его – крепкими и плотными. И не расцеплять их до тех пор, пока не пройдет глубоко засевший внутри страх.
Она перевела взгляд на его лицо. Эдвард смотрел на нее так, будто она рассказала ему, что служит в Ми-6 или что сделала операцию по изменению пола. Словом, нечто такое, что больше походит на выдумку.
– Признаться честно, в каком-то смысле я могу понять его ревность, – пробормотал он, морща лоб. – Если поставить себя на его место и представить, что ты можешь увлечься другим… Но чтобы… – Он убрал руку, сжал пальцы в кулак и, гневно расширяя ноздри, стукнул им по колену. – Ладно, не буду тебя перебивать. Пожалуйста, рассказывай дальше. Если, конечно, не передумала.
Передумала ли она? Странное дело, но ей казалось в эту минуту, что если не поделишься с Эдвардом всем, что, по счастью, осталось в прошлом, то не будет будущего.
– Все началось как будто с сущей мелочи, на пустом месте. Даже неудобно о таком рассказывать… Как-то раз, возвращаясь из гостей домой, мы полушутя заспорили о комплекции актрис, популярных в пятидесятые годы прошлого века. Джине Лоллобриджиде, Софи Лорен и других. Я сказала, что при всей их несравненной красоте для нынешних времен они были бы полноваты, а Мэтт, поскольку был в дурном настроении, заявил: почему же? В самый раз. Меня это немного задело. – Она опустила голову и взглянула на свои обтянутые юбочной тканью стройные бедра. – Я сказала: в таком случае я, наверное, не в твоем вкусе. Глупо, конечно. Можно было не обратить на эту ерунду внимания. Но я не сдержалась. А Мэтт многозначительно промолчал в ответ. Тогда я стала всерьез размышлять, не нравятся ли ему полненькие женщины и устраиваю ли его я. И, когда до дома было рукой подать, взяла и сказала: многим современным мужчинам по душе такие, как я. – Она пристально взглянула собеседнику в глаза. – Смешно, правда?
– Если предположить, что за этим последовало, как-то не до смеха, – сказал Эдвард. Его кулак до сих пор лежал на колене, и костяшки пальцев были белые от напряжения. – С другой стороны, тебя можно понять: ты ведь этого придурка любила, хотела быть для него самой желанной и красивой.
Аврора покачала головой.
– Не надо его обзывать. Теперь все в прошлом. К тому же он тоже меня любил и всячески это доказывал… Только вот…
Эдвард усмехнулся.
– В суд надо подавать на таких влюбленных! Сразу же, без всяких выяснений!
Аврора печально улыбнулась.
– У нас и так почти дошло до суда. Но гораздо позднее… А в тот первый вечер… – Ей стало трудно дышать, она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов и лишь после продолжила: – Когда мы вошли в дом, он запер дверь на все замки, даже на цепочку. Замков у него было четыре штуки, и, чтобы открыть один, приходилось удерживать ручку другого, а ключи в двух остальных поворачивать против часовой стрелки.
– Он был что, того? – с ненавистью к врагу, которого он в глаза не видел, спросил Эдвард.
Аврора усмехнулась.
– Не знаю. Может, немножко. Мэтт был юристом, вечно всех подозревал. – Она на миг замолчала и перенеслась в воображении в тот жуткий вечер. Сердце обдало холодом, в груди все съежилось. – В общем… он схватил меня за волосы, резко дернул, я, естественно, упала… Охваченный яростью, он потащил меня в гостиную, приговаривая: и каким же это мужчинам ты нравишься? Много их? И все такое. – Ей стало вдруг зябко и до ужаса жалко себя. Она опустила глаза и поджала губы. Тут случилось то, чего она втайне от самой себя жаждала всей душой: Эдвард встал со стула, быстрым движением руки отодвинул столик, сел с ней рядом, обнял ее и прижал к своему могучему плечу.
– Если не хочешь, если тебе больно, не рассказывай дальше, я и так все понял, – проговорил он с отчаянным желанием утешить и кипучей злостью на ее обидчика. – Скажи мне, где этот гад теперь, назови хотя бы его фамилию и город, в котором он живет, и, клянусь, ему больше никогда не придет мысли обижать женщин…
Аврора уткнулась носом в его плечо. Глаза затуманила расплывчатая пелена слез. Захотелось разрыдаться, как беспомощному ребенку, для которого плач единственный способ выразить досаду, печаль и страх. Но она сдержалась, лишь минуту помолчала, проглатывая слезы.
– Не надо его трогать. По-моему, это неправильно – бить обидчика тем же, чем он ранил тебя. Наверняка его так или иначе уже наказала жизнь. Или еще накажет.
– А я другого мнения! – воинственно произнес Эдвард, крепче прижимая ее к себе. – Виноватого, если это в твоих силах, надо проучить, чтобы ему было неповадно бесчинствовать в будущем!
– Нет, Эдвард, – с благодарностью, но твердо произнесла Аврора. – Пообещай, что не станешь его разыскивать, вообще о нем забудешь.
– Забыть? Это, извини, не в моих силах, – мрачно проговорил Эдвард, сдаваясь с огромной неохотой. – А разыскивать… Если ты не скажешь его фамилии и где он, найти его, увы, будет почти невозможно… Почти! – Он поднял указательный палец.
– Эдвард, пообещай! – попросила Аврора, не желая даже представлять, как он станет мстить Мэтту и чем все это закончится.
– Ладно, – скрепя сердце ответил Эдвард. – Давай договоримся так: пока просто оставим этот вопрос открытым.
– Тогда я больше слова не скажу и никогда не буду с тобой откровенничать, – спокойно, но категорично произнесла Аврора. – Не хочу, чтобы подобные беседы оборачивались новыми бедами.
– Хорошо-хорошо, – пробормотал Эдвард примирительным тоном. – Только знай: теперь у тебя есть надежная защита. Больше ни с кем не вступай в бессмысленные споры. Если кому-то надо будет что-то разъяснить или доказать, сразу зови меня.
Аврора засмеялась.
– Договорились. – Она вдруг с поразительной ясностью почувствовала, что Эдвард Флэндерс и есть ее почти нереальная возможность, тот человек, который вытянет ее из тьмы прошлого и примет такой, как есть, со всеми проблемами. Следовало лишь рассказать все до конца теперь же и больше к этому не возвращаться. – В тот первый вечер я как будто взглянула на мир иными глазами. Понимаешь, о шумных семейных сценах, тем более о побоях, я знала лишь понаслышке или из книг, из кино. Мне и в голову не приходило представлять себя на месте жертв. А в тот злополучный вечер я стала ею сама и вдруг осознала, насколько мужчина сильнее женщины. Физически. Это явилось для меня жутким потрясением.
– Почему ты не уехала сразу же? – спросил Эдвард.
Аврора взяла его за руку и почувствовала, что так ей куда легче.
– Потому что верила, что он моя единственная в мире любовь и надо беречь ее, несмотря ни на что.
Эдвард что-то пробормотал себе под нос, видимо ругательство, о чем Аврора догадалась по интонации.
– К тому же за рукоприкладством, разумеется, последовала трогательная сцена раскаяния, – с иронией сказал он.
– Угадал, – негромко ответила Аврора. – С цветами, шампанским и клятвами…
– В том, что такое больше в жизни не повторится! – воскликнул Эдвард.
– Именно, – подтвердила она. – Но прошло какое-то время, и на меня снова обрушилась вспышка безумного гнева. Вместе с побоями. Знаешь, что в этом самое страшное и парадоксальное? Когда тебя бьет любимая рука, ты, хоть и смертельно обидно и больно, сто раз подумаешь, прежде чем схватить, скажем, утюг и ударить обидчика по голове. Ведь и голова его тоже любимая – об этом, как ни странно, не забываешь ни на миг. Интересно, это особенность женщин?
Эдвард осторожно убрал руку с ее плеч, взял за подбородок, повернул к себе лицом и посмотрел ей в глаза так, будто перед ним была икона.
– Это твоя особенность, особенность твоей души! – сказал он, всматриваясь с изумлением и восторгом в каждую ее черточку. – Нет-нет, в это невозможно поверить… Он бил тебя! Как жаль, что мы еще не знали друг друга, что я и не догадывался, не мог вообразить…
Аврора, опьяненная светом его горящих ласково-встревоженных глаз, вдруг подумала о том, что, если бы знала об ожидающей впереди награде, наверное, добровольно согласилась бы преодолеть все выпавшие на ее долю трудности. Но тут вспомнила о главном, что могло отпугнуть Эдварда, и, сама того не замечая, прижала руку к животу.
– То, что он бил меня, то, что во мне до сих пор живет страх – я и теперь, бывает, вижу во сне, как пытаюсь сбежать, но слишком долго вожусь с проклятыми замками и Мэтт меня догоняет, – все это не самое главное… – убито пробормотала она. – Худшее случилось позже. Вот тогда я чуть не подала на него в суд, но в итоге отказалась от этой затеи… – Она замолчала и отвернулась, почувствовав, что начинают дрожать губы. Нет, только не это! – мелькнула в голове тревожная мысль. Превратиться в размазню на глазах у самого замечательного в мире мужчины. А может, это наша последняя встреча? Тогда он и запомнит меня такой – с красным от слез носом и опухшими веками. Нет уж! Она дала себе слово, что немедленно успокоится и только после этого закончит свой рассказ. Без полуобморочных состояний и истерик.
Эдвард, который после ее последних слов как будто не дышал, ласково провел пальцами по ее до сих пор прижатой к животу руке и порывисто сжал ее, словно говоря: я с тобой. Аврора так растрогалась, что снова чуть было не пустила слезу, но сумела совладать с чувствами и сдержала данное себе обещание.
– Последний раз был самый страшный, – проговорила она, не глядя на Эдварда, чтобы ее не сбивали с толку его выразительные глаза. – Пришлось вызвать врача. Я была беременна, три недели… Ребенка в тот вечер потеряла. – Она помолчала, собираясь с духом. – Возможно, детей у меня больше никогда не будет…
Эдвард так сжал ее руку, что Аврора чуть не вскрикнула – не от боли, больно не было. От неожиданности. Он тут же отпустил ее и вскочил с дивана.
– Нет, так это оставлять нельзя! – выпалил он. – Теперь я точно его найду, выясню сам и фамилию и адрес. Убить не убью, но покалечу – это уж наверняка!
– Нет! – Аврора вскинула руки. – Умоляю, не надо!
– Надо, милая, надо! – наклонившись к ней и пытаясь уверить ее в своей правоте взглядом горящих глаз, пылко проговорил он. – Ты просто кое-чего недопонимаешь, потому что не можешь увидеть себя со стороны! Ты воплощение божественной красоты, утонченности, всего, что создано для восхищения! Тот, кто хотя бы в мыслях поднимает на подобное руку, дрянь, преступник! А этот твой… бывший любимый… совершил недопустимое, слышишь?! И поплатится! – Он резко выпрямился и раздул ноздри. – В конце концов, это теперь мое дело. Я поступлю, как считаю нужным, выполню свой долг, а ты…
– Если бы я оставила свою историю при себе, ты жил бы преспокойно, – пробормотала Аврора, суматошно придумывая, что теперь делать.
– Преспокойно я в любом случае не жил бы! – воскликнул Эдвард, мрачно усмехаясь. – Безоблачная жизнь только у дураков или у тех, кому совершенно на все наплевать! К тому же ты уже поделилась со мной, и очень правильно сделала. Я должен преподать ему урок, понимаешь?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Рандеву с мечтой - Тиммон Джулия

Разделы:
1234567891011

Ваши комментарии
к роману Рандеву с мечтой - Тиммон Джулия



Не ахти! 5 баллов
Рандеву с мечтой - Тиммон ДжулияКира_Т
7.10.2012, 17.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100