Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4
Неожиданная встреча

Руки генерала дрожали, когда он доставал из ящика новую сигару.
– Кто же была моя мать? – задала Вера мучивший ее вопрос.
Она страстно желала и в то же время боялась услышать ответ. Константин Яковлевич затянулся дымом и заговорил:
– Повторяю, что мое утверждение бездоказательно, оно основывается всего лишь на одном факте: на вашем изумительном сходстве. Когда я увидел вас впервые, то подумал, что схожу с ума. Она была столь же прекрасна: эти прекрасные темные волосы, нежное белое личико с огромными глазами, стройная шейка… Если бы с тех пор не минуло пятнадцати лет, я бы вполне обманулся. Однако она была старше, горести и печали иссушили ее душу и затуманили ясный взгляд. Она много страдала… Эту женщину звали Анастасией.
– Анастасия! – вскрикнула Вера, в изрядном волнении подскочив на кресле.
Она едва не выпалила, что однажды в ней уже увидели сходство с Анастасией, но вовремя остановилась. Тогда ей пришлось бы рассказать о театре, а это не вписывалось в придуманную историю.
– Но отчего вы думаете, что она мне мать? Разве у нее были дети? – только и спросила Вера.
– Так вы все же знаете что-то об Анастасии? – ответил вопросом на вопрос генерал.
Девушка в растерянности умолкла.
– Добро, послушайте тогда мою историю, – мягко предложил Будкевич, – а после, если пожелаете, расскажете свою. – И он начал свое повествование: – В ту пору я не был в отставке, покойная супруга моя была еще жива. Однажды дела службы задержали меня, и я возвращался домой поздно вечером. Проезжая по мосту через Фонтанку, возле самых перил я заметил одинокий женский силуэт. Что-то настораживающее было в неподвижности и опасной близости к краю этой хрупкой фигуры. Велев кучеру остановиться, я выбрался из экипажа и тихо приблизился к женщине. Была летняя белая ночь, светло как днем, и я вполне разглядел незнакомку. Она была одета в черное глухое платье, волосы убраны просто, на пробор. Ни шляпки, ни зонтика не было при ней. Женщина ничего не слышала и не видела вокруг. Она пристально смотрела в темную воду. По щекам ее текли слезы, но она не пыталась их отереть. Казалось, движущийся поток магнетизировал незнакомку, тянул к себе. Она, будто невольно, стала клониться через перила все ниже. Я не выдержал и, тотчас подойдя, стиснул ей плечи. Женщина испуганно вскрикнула и обернулась:
– Кто вы? Что вам надобно?
Так просыпаются от страшного сна и смотрят вокруг в изумлении, как посмотрела она.
– Что это? Почему я здесь? – бормотала незнакомка как сомнамбула.
Я понял, что она не вполне здорова.
– Позвольте отвезти вас домой, – предложил я. – Где вы живете?
Несчастная странно смотрела на меня и молчала. Я вынужден был несколько ее встряхнуть.
– Я хочу вам помочь! Скажите, где ваш дом?
Женщина прижала пальцы к вискам и жалко улыбнулась сквозь слезы:
– Да, да. Я помню… Я вспомню сейчас.
Она была в горячке. Я осторожно повел незнакомку к экипажу. Она постоянно оглядывалась, будто и впрямь силилась что-то вспомнить.
– Куда везти вас? – повторил я вопрос.
– В Коломну, – тихо ответила бедняжка, – дом мещанки Богатыревой.
Это было недалеко от моего дома, мы вмиг оказались на месте. Я помог даме спуститься на землю. Из дома выскочила пожилая женщина, по виду прислуга:
– Наконец-то! Ну слава Богу! Голубушка, матушка, как можно? Я уж искать вас собралась. Дите-то плачет, проснулось.
Мы прошли в дом. Незнакомка в изнеможении упала на стул. В доме царила бедность, горела сальная свеча. Я хотел было откланяться, но незнакомка умоляюще сложила руки:
– Не покидайте меня так скоро!
Прислуга внесла заплаканного ребенка лет двух. Очаровательное дитя, что-то лепеча, тянуло ручонки к матери, и та приняла его, заливаясь слезами. Чувствуя неловкость положения, я вновь предпринял попытку уйти, однако несчастная женщина взяла себя в руки. Она распорядилась унести ребенка и поставить самовар. Я не ушел в эту ночь из маленького домика…
Судьба Анастасии была схожа с судьбами многих одаренных людей, рожденных крепостными и получивших образование и привычку жить, как господа. Она играла на домашнем театре богатого графа-театрала, к тому же была его внебрачным ребенком. Некий светский щеголь, придворный карьерист, соблазнил Анастасию и увез в Петербург. Здесь она родила младенца. Натурально, жениться на крепостной актрисе этот господин не мог. Он поселил бедняжку в Коломне, нанял в прислуги добрую женщину, Федосью Егоровну, изредка наведывался в скромный домик, чтобы поласкать младенца. Надежда поступить на сцену рухнула. Анастасия считалась в бегах, посему никто из антрепренеров не желал иметь с ней дела. Она чахла в одиночестве и безвестности, в постоянном ожидании человека, который сделал ее вовсе несчастной. Все надежды связаны были с ним. Анастасия наивно полагала, что ее любовник, занимавший значительное место при дворе, используя связи, добьется для нее вольной и женится на ней. По крайности, он обещал это, когда соблазнял уехать в Петербург. Однако возлюбленный Анастасии все реже стал посещать маленький домик, посылая вместо себя людей, а после и вовсе пропал. Бедняжка терзалась предположениями и все же ждала.
В тот день, когда я встретил ее на мосту, к несчастной актрисе явился неприятный господин, мелкий чиновник. Он сообщил ей, что тот, на кого она уповает, с кем связаны все помыслы бедняжки, женат уже более года. Надежды рухнули, рухнула жизнь. Рассудок бедной женщины помутился от горя. Она бежала из дома, желая лишь одного: заглушить боль ценою жизни. Именно в этот миг Господь привел меня на мост, чтобы удержать несчастную от гибельного шага.
Я стал бывать в их домике и, что греха таить, привязался к Анастасии и ее младенцу. Однако она чахла от тоски, и все чаще ее терзала мысль о ребенке. Милое создание, девочка по имени Вера, была ее единственной радостью.
– Что станется с ней, когда я умру? – спрашивала Анастасия, исступленно лаская крошку.
Увы, я тоже был несвободен, моя жизнь также была подчинена долгу, потому визиты к Анастасии были не так часты, как хотелось. Однажды я вынужден был надолго покинуть Петербург по делам службы, а вернувшись, не нашел в домике ни Анастасии, ни ее дитя. Не стану рассказывать, с каким трудом я отыскал Федосью Егоровну. Почтенная женщина поведала мне о том, что Анастасия покинула этот мир, а ребенка куда-то увезли.
– Вы добрый господин, любили ее. Вам я скажу, – добавила Федосья Егоровна крестясь. – Грех-то какой приняла на себя горемычная! Ведь она сама на себя руки наложила. Купила у Архиповны отраву, да и выпила. Уж как мучилась-то, Господи! – Она закрыла лицо передником и добавила: – Я призвала к ней батюшку. Про отраву-то скрыли, она ведь и без того долго болела. Исповедалась, сердешная, и отошла. Все звала своего погубителя. Он появился в доме уже после похорон. Верочку забрал, меня одарил щедро. Поплакал, тут ничего не скажешь. Девочку-то все целовал, а у самого слезы…
Федосья Егоровна ничего не знала о дальнейшей судьбе Верочки. Я и не стал более дознаваться. Анастасии уже ничем не поможешь, а ее дочь была в руках родного отца. Так для меня завершилась эта история. Постепенно все забылось, и тут вы являетесь в мой дом. Вообразите, что я пережил, увидев перед собой юную Анастасию…
Вера была потрясена и уничтожена. У нее не осталось сомнений, что именно Анастасия была ее матерью: крепостная актриса, невольница, погибший талант. А отец, стало быть, отказался от маленькой Веры, иначе почему она не с ним? Кто он, погубитель несчастной Анастасии? Девушка не хотела признаться себе, что в глубине души испытывала некоторое разочарование. Тайна позволяла ей воображать самые романтические истории ее появления на свет. Юная мечтательница давно ждала момента, когда ей откроется имя опекуна, а после и родителей. Она видела в грезах роковую любовь вроде Шекспира и Байрона. Впрочем, история Анастасии оказалась не менее романтичной, но она так прозаически завершилась…
– Не знаю, что и сказать вам, сударь, – нарушила Вера затянувшуюся тишину. – Должно быть, вы правы: Анастасия – моя мать. Однако никто ранее ни словом не обмолвился об этом, я жила в полном неведении все эти годы. Я не знаю, кто был мой отец, а теперь, думается, вовсе не узнаю.
Будкевич определенно намеревался сказать что-то еще, но колебался. Вопросительно взглянув на него, юная гувернантка поднялась с кресел. Константин Яковлевич тоже встал, чтобы проводить барышню до двери. И когда уже Вера присела на прощание в книксене, генерал смущенно проговорил:
– Не судите строго мою жену. Она еще довольно молода и легкомысленна, но вовсе не злодейка. Я, как видите, тоже не образец добродетели, к тому же много старше ее…
Девушке было неловко слышать признание генерала, и она поспешила откланяться, пробормотав:
– Я всего лишь гувернантка, ваше превосходительство. Мое ли это дело?
Она и двух шагов не прошла, как из коридорного мрака вынырнула разъяренная генеральша. Она больно вцепилась в ее руку и потащила девушку на свою половину.
– Что вам надобно от моего мужа, негодная интриганка? – обрушилась Зинаида Семеновна на Веру, едва за ними закрылась дверь. – Что вы делали в его кабинете? На меня доносили?
– Константин Яковлевич сам пригласил меня, чтобы… – Вера смешалась.
– Ну? – остановила свой бег по комнате молодая генеральша.
Девушка оказалась в затруднительном положении, однако тотчас нашлась:
– Чтобы поблагодарить за детей. Его превосходительство доволен мной и благодарил.
– И только? – подозрительно сузила глаза Зинаида Семеновна. – А что вы скажете, если я откажу вам от места?
Оправдывались худшие опасения Веры: генеральша из ревности готова гнать ее из дома.
– И как вы объясните мое исчезновение мужу? – спросила она без энтузиазма.
– А сие не ваша забота, мадемуазель! Найду что сказать, будьте покойны. – Пригрозив, генеральша вдруг успокоилась. – Надеюсь, вы не упомянули о векселе?
– Ничуть.
– И можете поклясться, что мой супруг не строит вам куры? – продолжала допрос хозяйка.
– Помилуйте, Зинаида Семеновна! В чем вы меня подозреваете?
Возмущение девушки было искренне и, верно, несколько успокоило генеральшу. Она опустилась в кресло, огляделась вокруг себя и с внезапной грустью произнесла:
– Ну вот я верная, покорная жена. Вы должны быть довольны. Только не пойму, что вам за выгода от этого?
Вера вновь почувствовала укол жалости и чувство вины.
– Никакой выгоды. Позвольте мне удалиться, я устала…
Зинаида Семеновна жестом отпустила ее, и, уходя, Вера видела, с какой тоской женщина смотрит на свою роскошную постель.


В воскресенье долго рядились, нанимать извозчика до Павловска или прокатиться по железной дороге, открывшейся в прошлом году. Дети наперебой кричали, что непременно, непременно по железной дороге, это же чудо из чудес! Впрочем, все были наслышаны об этом удивительном изобретении и весьма любопытствовали.
– Дорого! Дорого обойдется, – ворчала молодая хозяйка.
– Однако не дороже твоей новой шляпки, душенька, – высказался ее супруг.
Генеральша была готова вспылить, но, обозрев всех присутствующих за утренним столом, умолкла. Перед генералом лежал календарь с расписанием и ценами на железной дороге.
– Если взять билеты не в первый класс по пять рублей, а, скажем, во второй – по три рубля шестьдесят копеек…
– Непременно в первый класс! – возразила генеральша и надула губки: – Не пристало нам среди купцов да мещан толкаться.
– Решено! Пообедаем в трактире или ресторации, еще билеты на концерт… – Генерал завершил подсчеты в уме, чтобы не смущать жену и детей внушительной суммой, весьма ощутительной для скудного семейного кошелька.
Мысленно проведя все финансовые операции, Будкевич призадумался, но отступать было поздно. Три пары распахнутых детских глаз выражали крайнее нетерпение и радость. Отец везет их в Павловск! По железной дороге, на огненном коне! Мальчики давно уже бились над рисунками, пытаясь воссоздать образ железного монстра на бумаге. Воображение им подсказывало, что паровоз – это нечто среднее между Змеем Горынычем и Сивкой-Буркой. Вера ничем им помочь не могла, ибо сама была полной невеждой в этом вопросе. Чудеса науки и техники мало волновали ее фантазию. Эта область деятельности более пристала мужчине, так думала она.
День, как по заказу, выдался жарким и сухим. Дамы и барышни вооружились зонтиками, спасаясь от нещадного солнца, все облачались в светлое платье. Даже курточки и картузы мальчиков были из светлого полотна. До места отправления добрались на извозчике, и путешествие началось! Мальчики с восторгом во всех деталях рассматривали паровоз, который возглавил цепь из двенадцати вагонов разных классов, норовили постучать камешком по чугунным рельсам. Прозвенел звонок к отправлению, паровоз загудел и выпустил облако пара. Запоздавшие пассажиры спешили занять свои места в открытых и закрытых вагонах. Тронулись. Вера ни на миг не спускала глаз с юных путешественников, которые готовы были от восторга вывалиться из окон. Дети гомонили, кричали, пытаясь подражать реву паровоза. Зинаида Семеновна морщила носик и терла виски, генерал с любопытством следил за убегающими пейзажами.
Время пролетело незаметно, дорога вовсе не утомила. Ветерок овевал разгоряченные щеки путешественников. Вот проехали Царское Село, еще четверть часа – и конечный пункт путешествия Павловск. Веселая толпа рассыпалась по платформе. Пестрый поток понес путешественников к знаменитому вокзалу.
Афиша Павловского вокзала возвещала о выступлении московских цыган в семь часов пополудни.
– Я предполагал оркестр, но что ж, цыгане так цыгане! – изрек генерал.
– Стоило тащить за собой детей, чтобы дикарей слушать! – недовольно фыркнула Зинаида Семеновна. – Вся эта ваша затея, mon amie, несколько странная. Мы вернемся в ночь, дети в такое время спать должны.
Вера не могла не признать справедливость ее слов, однако вступилась за генерала:
– Иногда дозволяется отступать от правил, чтобы доставить детям удовольствие.
Многочисленная по случаю воскресенья публика представляла собой пестрое собрание людей разных сословий и состояний. Здесь были великосветские дачники – постоянные обитатели летнего Павловска, но более всего прибывших по железной дороге: молодежи, чиновников, даже мещан. Всех манила прохлада знаменитого парка. Зинаида Семеновна кокетливо крутила зонтиком и глядела по сторонам. Вере было не до созерцания: все ее внимание поглощали дети, у которых от свободы разгорелись глаза и возбуждение достигло предела.
Решено было до начала концерта погулять по роскошному парку, осмотреть дворец, павильоны, статуи. Угостившись холодной сельтерской и мороженым, путешественники направились в парк. Вере не доводилось видеть такой красоты, соединяющей природный замысел с творением человеческих рук. Они бродили по аккуратным дорожкам, вдыхали свежий запах деревьев, трав и цветов. Генерал показывал детям творения Камерона, Храм дружбы, Вольер, Колоннаду Аполлона. Они останавливались на выгнутых мостиках с кружевными чугунными перилами и смотрели на свое отражение в воде. Полюбовались скульптурами Терпсихоры и Аполлона Бельведерского, обошли вокруг чудесного павловского дворца.
Жара не была столь ощутима в соседстве с водой и зеленью. Веру не покидала ощущение, что она попала в волшебную сказку Шарля Перро. Она веселилась с детьми на лужайках, играла с ними в прятки и горелки, несмотря на презрительные гримасы чопорной Зинаиды Семеновны. Генерал, казалось, помолодел на десять лет, он с умилением любовался Верой и детьми. Генеральша подмечала это, но не смела выражать недовольство.
Вскоре все проголодались и отправились обедать в ресторацию, устроенную предприимчивым иностранцем прямо в вокзале. Многолюдие и духота подействовали на всех отрезвляюще. У Веры пропал аппетит, покуда дожидались заказанных кушаний. Уставший более всех Коля задремал на коленях у отца. Вера почувствовала небольшую дурноту и попросилась выйти на воздух. Получив дозволение, она направилась к выходу. Мимоходом обозрев пеструю публику, девушка вздрогнула: знакомое лицо мелькнуло в толпе. Это было невероятно. Чье лицо, Вера не могла вспомнить, а озираться по сторонам ей представлялось неприличным. Она выбралась на волю, терзаясь вопросом, кто же попался ей на глаза. Площадка перед вокзалом была уставлена скамейками и пюпитрами для оркестра. На одну из них девушка присела, ловя свежий ветерок.
– Вера! – неожиданно позвал ее низкий грудной голос.
Девушка вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла нарядная красивая Луша. Цыганка засмеялась испугу давней подруги и присела напротив.
– Чудное дело! – воскликнула Вера. – Луша, ты ли это? Как ты здесь?
– С хором нынче выступаю. Я в хор свой прежний вернулась, к Илье.
– А Яшка?
Луша тряхнула головой, так что зазвенели серьги и мониста.
– Бросила я его! Надоел, ревнивый больно.
Вера никак не могла прийти в себя. В голове ее вертелся единственный вопрос, который она не решалась задать: что Вольский? Неужто между ним и Лушей возродилась старая любовь? Как будто угадывая ее метания, цыганка усмехнулась:
– Видала твоего любезного. Как сбежала от Яшки, к нему бросилась перво-наперво.
Вера молча слушала, чувствуя, как сердце наполняется жгучей болью и ревностью.
– Видеть меня он не пожелал, долго я караулила его у нашего дома. Авдотья сжалилась, впустила. Однажды приехал, я упала в ноги к нему: не казни, дай слово вымолвить!
– Как… что он? – еле выговорила Вера. – Не забыл?
– Уж как гневался из-за нашего побега! «Ты, – говорит, – чертовка, египетское племя, счастья меня лишила. Сказывай, где Вера, или на улицу выброшу!» Вот как ласково приветил.
– И ты сказала? – замирая, спросила Вера.
– Куда было деваться, подруженька? Уж очень хотела ему потрафить. Да и что я знала-то? Расстались в Коноплеве, а где ты о ту пору могла быть, Бог ведает. Ты ведь не одна осталась, с барчуком хорошеньким.
Юная гувернантка вдруг взволновалась, как бы ее не захватили хозяева в беседе с цыганкой, однако желание узнать хоть немного о любимом возобладало над беспокойством.
– А дальше? – нетерпеливо спросила она.
Луша любовалась произведенным эффектом.
– Что дальше? Не нужна я ему, да и только. Совсем с ума съехал от любви к тебе. Помчался искать. Однако до того я упросила его отвести меня в хор и слово замолвить. Илья не куражился, взял меня назад. Вот я и здесь…
– А Вольский? – выдохнула Вера.
Луша пытливо вгляделась в ее лицо:
– Али не нашел? Стало быть, ты здесь, а он в Коноплеве тебя искал.
Глаза Веры заполнились слезами.
– Нашел, Луша! Лучше бы не искал… Я в актрисах была… Скажи, а после ты видела его?
Дикарка пожала плечами:
– Как уехал за тобой, больше не появлялся у нас. Я уж было порадовалась, что у вас все сладилось. Нет, слухи дошли: на какой-то миллионше жениться надумал. А после и говорить о нем перестали. Верно, и нет его в Москве. Да будет о нем. Ты-то что?
– В Петербурге, гувернанткой служу, – небрежно ответила Вера, вся поглощенная рассказом цыганки. – Скажи мне, Луша, как на духу: он женился?
Цыганка усмехнулась:
– Так я тебе что толкую: намеревался. Женился иль нет, не могу сказать, не знаю.
Вера вздохнула горестно и поникла. Луша помолчала.
– Ну признаюсь: была у него еще однажды, – сказала вдруг.
Еще сильнее сжала сердце Веры неведомая рука. Стараясь говорить равнодушно, она спросила:
– И на сей раз он снизошел до тебя?
Луша рассмеялась, определенно забавляясь отчаянием подруги:
– Снизошел. Попросил прощения и велел забыть его на-вовсе. – Она вмиг погрустнела. – А как его забудешь?
Обе девушки тяжко вздохнули и задумались.
– Спросила его, нашел ли тебя в Коноплеве, – добавила, очнувшись, Луша, – ответил: «Нет, не нашел». Вот ведь как…
– Мадемуазель! – услышала Вера сердитый голос генеральши.
Она испуганно глянула на Лушу, та все поняла.
– Ну что ж, прощай, барышня. Даст Бог, еще свидимся.
Зинаида Семеновна с негодованием следила за приближающейся гувернанткой и тут же напустилась на нее:
– О цыганке поговорим после. Все пообедали, только вас ждут!
– Я не голодна, – извиняясь, ответила Вера.
– Поздно ломаться, кушанья стынут. – Она развернулась и пошагала к ресторации, всем своим видом показывая крайнее раздражение.
Дети мрачно сидели за столом. Им не разрешалось выходить, поэтому они обрадовались появлению гувернантки. Полусонный Коля ей улыбнулся. Сердце Веры дрогнуло: если ей придется покинуть дом генерала, что станется с ними? Нехорошее предчувствие не оставляло Веру до самого конца загородной прогулки.
Чудесное пение цыган вызвало подлинный восторг публики. Слушая голос Луши, Вера вспоминала вечера в домике Вольского, и бедное сердце ее тосковало и металось. Грезы любви, забытые насильственно, вновь пробудились и терзали юную странницу своими сладкими обманами. Цыгане пели варламовские романсы и старинные цыганские песни, русские народные и модные водевильные куплеты. Публика вопила и рукоплескала. Когда же Луша завела чувственно-надрывное «Друг милый, друг милый, сдалека поспеши», Вера тихо расплакалась, не пытаясь скрыть своих слез. Томление и тоска цыганки пронзили ее душу, нашли в ней созвучный отклик. Верно, именно потому, что предмет тоски и грез их был один и тот же.
Генеральша недовольно покосилась на Веру, но промолчала. Она была занята переглядываниями с молоденьким красавцем кавалергардом и орудовала веером подобно кокеткам галантного века. Генерал этого не замечал, весь поглощенный концертом и пением Луши. Однако слезы Веры его тронули, он тревожно поглядывал на девушку, протянув ей платок. Маленький Коля заботливо отирал неудержимые слезы, струящиеся по щекам гувернантки. Таня беспокойно вертелась и с испугом смотрела то на Веру, то на мачеху. Старший, Алеша, мрачно опустил голову и сжимал кулаки, тоже вообразив, что Вера плачет из-за обиды, нанесенной ей генеральшей. Сама страдалица ничего этого не замечала, иначе непременно взяла бы себя в руки.
Цыган беспрестанно вызывали, требовали петь еще и еще. Однако генерал скомандовал пускаться в обратный путь. Вот-вот должен раздаться звонок к отправлению поезда на Петербург. Вера, поднявшись с места, послала Луше прощальный взгляд. Цыганка поймала его и едва заметно кивнула.
Обратный путь прошел в молчании. Дети устали и хотели спать, взрослые были заняты своими мыслями и впечатлениями. Вернувшись домой, все враз отказались от ужина, мечтая лишь о постелях. Генерал выбрал момент, чтобы шепнуть Вере:
– Незабываемая поездка, не так ли?
Бдительное око жены настигло его без промедления.
– О чем вы шепчетесь, позвольте узнать? – грубо вмешалась она.
– Пустяки, душенька. Пора отдыхать. – Он направился на свою половину.
Вера, отправив детей в комнату, спешила их укладывать, однако на лестнице ее остановила Зинаида Семеновна.
– Надеюсь, завтрашний день будет последним днем вашего пребывания в моем доме, – прошипела она.
– Но отчего, мадам? – устало спросила Вера для того лишь, чтобы что-то сказать.
– Теперь у меня нет желания объясняться, завтра поутру зайдете ко мне за расчетом.
Вера слабо пожала плечами и продолжила путь. Дети уснули мгновенно, даже не дослушав главу книги о рыцаре Айвенго. Девушка могла наконец остаться наедине с собой. Тоска душила ее, тоска по Вольскому, о котором так живо напомнила Луша. Угрозы генеральши не были столь гнетущи, как представление о женитьбе Андрея. Вера воображала его отчаяние после сцены в театральной уборной, его разочарование, ревность. Женитьба – естественный порыв забыться, вытеснить боль и тоску, отомстить ей и себе…
Ночью он приснился ей, такой близкий и родной. Вольский из сна грустно улыбался и растерянно теребил мочку уха. Вера тянулась к нему, звала, плакала, но он не слышал. Вот рядом с ним оказывается женщина. Это его жена. Но, силы небесные!
Вера видит, как они сплетаются в объятиях и сливаются в поцелуе. Женщина вдруг оборачивается к Вере и торжествующе хохочет ей в лицо. Девушка вскрикивает от ужаса: в объятиях Вольского она видит Зинаиду Семеновну!
– Нет! Нет! – кричит бедняжка и просыпается от собственного голоса.
Вся дрожа от пережитого, Вера оглядывается вокруг. Никакой Зинаиды Семеновны не было, не было и Вольского. Застонав от тоски, девушка вновь окунулась в забытье, теперь уже без сновидений.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100