Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9
Князь

«Если Вольский женился, надежды нет», – думала Вера, роняя тихие слезы и силясь справиться с новым ударом. Прошла еще неделя. Стельковский более не задавал вопросов, видя, что Вера страдает. Он по-прежнему был учтив и обходителен, но не более. Однако это уже не раздражало Веру. Она потеряла интерес ко всему, что не касалось театра. Бенефис поглотил все ее помыслы. Хлопоча о костюмах, заучивая роль, она забывалась, погружалась в иной мир, где не было бедной покинутой Веры и где кроткая Дездемона любила без памяти своего супруга.
Пропал интерес к верховым прогулкам. Все чаще юная актриса отказывалась от свидания с гусарским поручиком, который уже был влюблен не шутя. Преследуя Веру уважительным вниманием, он ни разу не дал повода усомниться в его благородстве, однако взгляд его пылал, а случайные прикосновения были горячи и пронизаны магнетизмом. Бывало, Стельковский в задумчивости останавливал взор на гибком стане Веры, на ее роскошных волосах, на обнаженных плечах, и ноздри его трепетали, а щеки рдели нескромным румянцем. Вера женским инстинктом угадывала, что скоро произойдет окончательное объяснение, когда молодой гусар уже не сможет держать страсть в себе. Теперь она боялась неизбежного, хотя недавно желала этого и даже немножко подбадривала юношу.
Но более Вера боялась Алексеева. Ему удалось внушить девушке страх и чувство опасности. Актриса понимала, что не затем явился сюда Иван Иванович, чтобы сообщить ей о женитьбе Вольского. За его неожиданным появлением стояло твердое намерение, которое Вера пока не могла разгадать. Ну не жениться же на ней и в самом деле прибыл Алексеев. Он бывал на спектаклях, но не беспокоил более визитами. А Вера жила в постоянной тревоге, которая не проходила даже во время репетиций и представлений.
Поговаривали о скором прибытии петербургского гостя, и Антип Игнатьевич вконец загонял актеров. Вечером же, как обычно, шли спектакли. Работали до изнеможения. Вера исхудала, глаза ее лихорадочно блестели, выдавая внутреннее беспокойство. Все чаще Вера замечала возле театрального подъезда злосчастного Шишкова, который не подходил к ней, но провожал страстным и мрачным взглядом, тоже не сулившим ничего хорошего. Юная актриса стала бояться в одиночку уходить из театра.
Вот и теперь за ней должен был зайти Стельковский, чтобы проводить до дома. На сей раз поручик явился ранее обычного. Вера едва смыла краску с лица и еще не успела снять легкомысленный костюм. Гусар не походил на себя: он был крайне возбужден и более обычного щедр на комплименты и вздохи. От него изрядно пахло шампанским и дорогими духами.
– Я еще не готова, Павел Николаевич, – с неудовольствием заметила Вера. – Разве вам Глаша не сказала?
– Я не мог ждать! Я должен был выразить восхищение, а то меня б разорвало. Как вы хороши были нынче в этом наивном наряде, как играли!
Стельковский осыпал руки Веры поцелуями. Девушка невесело усмехнулась:
– Играла! Вольно же вам смеяться надо мной.
– Смеяться? – вскричал поручик. – Несравненная, вы не знаете себе цены! О, эти глаза, эти ручки, ножки, эти плечи!
Актриса удивленно отстранилась. Стельковский определенно был не в себе. Он упал перед ней на колени, не опасаясь испачкаться. Кажется, и следа не осталось от невозмутимо-спокойного, учтивого гусара! Вот диво. В чертах его читалась решимость и страсть. Девушке все труднее было сдерживать пыл влюбленного поручика. На счастье или на несчастье, отворилась дверь и явилась ухмыляющаяся, раскрашенная Натали. Вмиг оценив обстановку, актриса жеманно произнесла, стреляя глазками в гусарского офицера:
– Веринька, душенька, одолжи твою лебяжью пуховочку, если не жалко.
Вера сердито отстранила руки Стельковского и подала попрошайке требуемую вещь. Однако Натали не спешила уходить. Она обольстительно улыбнулась и, протягивая слова, произнесла в нос:
– Господин гусар, вы не там ищете. Уж как бы я была благодарна за ваши подарки да ухаживания. За постоянство-то ваше грех не воздать.
Стельковский холодно кивнул жеманнице и ничего не ответил, однако Натали все не уходила. Вера вскипела:
– Позволь тебе напомнить, что у тебя есть своя уборная!
Соперница состроила Вере гримасу и вновь обратилась к гусару:
– Так что же, господин хороший, неужто опыту и зрелости предпочтете высокомерие и гордыню?
Стельковский поднял бровь и, принужденно кашлянув, ответил:
– Не в моих правилах обижать женщин, но иногда я изменяю принципам! Оставьте нас, сударыня, вы вполне понимаете, что лишняя здесь.
Жеманница не осердилась, а расхохоталась:
– Ах полно уж, успокойтесь! На мой век хватит обожателей. – И, обернувшись к Вере, добавила: – Твой братец, например, или господин Шишков.
Вера вспыхнула и готова была зашвырнуть в Натали чем-нибудь тяжелым, однако та исчезла за дверью. Наступила неловкая пауза. Появление Натали и ее вульгарное приставание к гусару словно пробудило Веру. «Однако! – дерзко подумала она, пристально глядя в лицо смешавшегося поручика. – Передо мной на коленях стоит красивый, безумно влюбленный мужчина, внимания которого я так желала. Что же теперь мне мешает упиться его любовью и верностью? Теперь, когда Вольский…»
И Вера, еще не понимая, что делает, смело обвила руками шею пылкого гусара и подставила уста для поцелуя. Стельковский с тихим стоном сжал Веру в объятиях и страстно прильнул к ее губам. Сознание девушки затуманилось, дыхание пресеклось, а поцелуи становились все требовательнее и жарче. Все труднее было сохранять самообладание, тело жаждало ласки…
Сквозь туман безумия Вера едва расслышала громкий голос этой несносной Натали. Она обращалась к кому-то, стоя за дверью:
– Пожалуйте сюда. Туточки они с господином гусаром!
Вера еще не успела понять, что происходит (а Стельковский, ничего не слыша и не видя, продолжал лобзать ей грудь и плечи), как в уборной неожиданно возникло новое лицо. Широкие поля черной шляпы скрывали черты мужчины, а плащ был плотно запахнут. Мужчина застыл на мгновение, став невольным свидетелем пикантной сцены, и из уст его вылетел только один хриплый возглас:
– Проклятие!
Медленным движением незнакомец стянул шляпу с белокурой головы, и Вера вскрикнула, узнав пронзительно-родные черты Вольского. Несколько мгновений он смотрел на девушку кричащими от боли глазами, затем губы его брезгливо дернулись. Так ничего и не произнеся, Вольский вышел вон.
Вера рванулась из рук гусара, бросилась было следом, но на пороге рухнула без чувств. Последнее, что ей запомнилось, – это застывшая в жадном любопытстве физиономия Натали…
* * *
Антип Игнатьевич рвал и метал: до бенефиса остались считанные дни, а Вера слегла в нервной горячке. Он беспрестанно посылал к ней узнать о ее самочувствии, но приступить к репетициям девушка смогла не прежде, чем вполне пришла в себя и смогла думать о чем-либо еще, кроме Вольского. Лицо ее распухло от слез, она едва держалась на ногах, когда впервые за несколько дней попросила есть. Сашка все это время не отходил от ее постели. Он все пытался дознаться, что же произошло тогда в театре. Натали разнесла по всей труппе подробности немой сцены в уборной Веры, свидетельницей которой она случилась. Но на все расспросы Сашки сестрица только пуще рыдала и мотала головой. Он сжалился и отступился, догадавшись, что упомянутый незнакомец в плаще – это не кто иной, как Вольский.
Несчастный Стельковский просил дозволения навестить больную. Он жаждал объясниться с ней и помочь, если это возможно. Однако Вера не желала даже слышать его имени. В спектаклях провели необходимые замены – к торжеству Натали и к вящему неудовольствию публики. Прошел слух, что ожидаемый гость уже в Коноплеве, и Антип Игнатьевич вовсе потерял покой и сон.
Когда ему доложили, что Вера пришла в себя и даже попросила есть, антрепренер явился к болезненному одру собственной персоной.
– Душенька, катастрофа! Фома Львович уже справлялся, готовы ли мы представить новую пьесу для князя. А что я мог ему ответить? Что бенефициантка слегла накануне представления? Выручай, душенька, не дай пропасть. Ведь молитвами и заботами Фомы Львовича еще не разорились. Завтра же, слышишь, Вера, – и голос его обрел твердость, – завтра я жду тебя в театре. Не то… лучше бы нам было не родиться на свет!
– Я приду, – безжизненно прошелестела Вера в ответ. – Позвольте мне сегодня еще побыть дома.
– Сегодня побудь, а уж завтра…
Антрепренер ушел, наказав Сашке непременно привести Веру в театр. Девушка жестом выслала братца и предалась горьким раздумьям. Надо жить, твердила она себе. Пока человек жив, надежда есть. И пусть она никогда не увидит Вольского (определенно не увидит, потому что он никогда не простит изменницу), жить все же надо. Чтобы сыграть в бенефисе, не подвести Антипа Игнатьевича и труппу. Чтобы не оставить Сашку в одиночестве на растерзание Натали. Маменьке надобно помочь, вовсе недостойные дети забыли о Марье Степановне.
Невольно мысли перескакивали на больной предмет. Если верить этому гадкому Алексееву, Вольский женат. Но для чего он приехал сюда и явился в театр? Предположение, что Андрей видел ее в пошлой роли, обожгло Веру. Выходит, Алексеев солгал. Вольский тоже искал Веру и нашел… в объятиях гусара! О, мука!
После болезни она поднялась с постели постаревшей, как ей казалось, на десять лет. Но это и впрямь лишь казалось. По счастливому свойству юности Вера не могла вечно пребывать в печали. Она запретила себе вспоминать мучительный эпизод и самого Вольского, запрятав глубоко в душе всякие помыслы о возлюбленном.
И вот приблизился решительный час. Уже была изготовлена довольно безвкусная, на взгляд Веры, афиша, которая гласила, что такого-то дня, такого-то часа состоится блестящий бенефис несравненной, талантливейшей госпожи Кастальской в роли Дездемоны. Антип Игнатьевич терзал подопечных бесконечными повторами одних и тех же сцен, желая приблизиться к совершенству. Высокий гость прибыл, в его честь губернатор дал бал, о котором говорил весь город и сплетничали в театре.
И тут разыгрался еще один скандал, угрожающий и без того шаткой репутации Веры и чуть было окончательно не сокрушивший ее истерзанный дух. Вера по-прежнему боялась в одиночку возвращаться домой из театра. Она уступила просьбам Стельковского и позволила ему иногда провожать ее. Поручик был в отчаянии, терзался муками совести и готов был искупить вину любой ценой.
В тот роковой вечер он, как обычно, поджидал Веру после спектакля, отбиваясь от грубых шуток и откровенных предложений актрис и танцовщиц, которые были вовсе не прочь заполучить в любовники столь блестящего кавалера. Неизменный букет цветов вызывал игривые усмешки. Вера довольно хмуро приняла подношение, однако поблагодарила и подала Стельковскому руку.
У подъезда театра было довольно пустынно: публика почти разъехалась. Дул холодный ветер, даром что май на дворе. Из-за колонны вдруг вышел Шишков. Щуплый корнет едва держался на ногах. С угрожающей решительностью он двинулся навстречу Вере и ее кавалеру. Шишков был изрядно пьян, решимость его пугала Веру. Стельковский крепче сжал ее руку. И тут вдруг корнет, достав откуда-то пачку ассигнаций, протянул их Стельковскому и зло проговорил:
– Извольте получить выигрыш, господин поручик. Ваша взяла!
Ничего не понимая и чувствуя новую беду, Вера испуганно взглянула на побледневшего офицера. Она ожидала вспышки гнева, вызова на дуэль, но более всего боялась услышать объяснение дерзкому поступку Шишкова. Стельковский же преступно молчал. Денег не брал, но и отпора наглецу не давал. На его лице читалась нерешительность. Шишков громко произнес:
– Что же вы, сударь? Я признаю поражение в давешнем споре и отдаю свою часть.
Выходившие из театра актеры с любопытством посматривали в их сторону. Сашки же, как назло, в театре не было. Вера не выдержала.
– Что происходит? – спросила она, обращаясь к кавалеру. – Какие деньги предлагает вам корнет, за что?
Сердце ее тревожно заныло в дурном предчувствии, которое подтвердилось тут же. Шишков предварил объяснение Стельковского:
– Ваш любовник, сударыня, спорил вместе со мной, что добьется вашей благосклонности. Он выиграл, я расплачиваюсь. За Кутеповым и Давыдовым должок.
Вера почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног. Почему же Стельковский молчит и уводит взгляд? Отчего не накажет наглого лжеца, не прогонит? Ужасная догадка заставила вновь почувствовать боль.
– Это правда? – прошептала Вера, глядя в лицо бледного поручика. – Что же вы молчите? Вы заключили пари, что обольстите меня?
Стельковский кусал губы и дважды открывал рот, чтобы сказать что-то в оправдание, но, кроме невнятных возгласов, ничего не исторг. Несчастная актриса все поняла. Не помня себя, она швырнула наземь букет и побежала прочь от соперничающих офицеров, ухмыляющихся актеров, любопытствующих прохожих. Не разбирая дороги, Вера бежала по темным улицам, покамест не рухнула где-то на дороге, споткнувшись о рытвину и больно ударив колени. Она попыталась встать, но в то же мгновение была сбита с ног неизвестно откуда взявшейся лошадью и потеряла сознание…
Над Верой склонилась незнакомая дама в чепце. Увидев, что девушка открыла глаза, она что-то приказала прислуге, и в речи ее отчетливо слышался иностранный акцент. Резко пахло одеколоном, которым, верно, ей растирали виски, приводя в чувство, рядом лежало опахало. Юная актриса почувствовала, что шнуровка корсета ослаблена, колени не болят, но в голове царит полный сумбур. Вера приподнялась с подушек и огляделась вокруг. Ее поразила роскошь и великолепие, которые были редки в провинциальном Коноплеве. Мраморный камин уставлен бронзами, на столиках – этрусские вазы, севрский фарфор. Диван и кушетка, на которой лежала Вера, были обиты малиновым бархатом. По стенам висели картины. Очевидно, это была гостиная богатого, по-столичному роскошного дома. Но чей же это дом?
Разгадка явилась в образе высокого худощавого мужчины в архалуке, с благородной наружностью и сединой на висках. Вере он показался знакомым. Когда же мужчина склонился над ней, она узнала губернаторского гостя.
– Вам легче, дитя мое? – с неподдельной тревогой и необъяснимой нежностью спросил князь.
– Благодарю вас, сударь, мне хорошо. Где я?
Князь продолжал разглядывать девушку с тревожным волнением.
– Вы в моем доме. Лошадь сбила вас с ног, но, кажется, вреда не причинила. Не болит ли голова?
– Нет, благодарю вас. – Она попыталась встать. – Мне пора домой.
Вспомнив, что предшествовало падению на дороге, Вера потеряла всякий интерес к приключению. Тяжело было чужое присутствие рядом, необходимость разговаривать. Князь мягко тронул ее за плечо:
– Не торопитесь, ночь на дворе. Куда вы пойдете в такую пору? Поспите здесь, а утром уйдете.
Вера смутилась:
– Но я доставила вам столько хлопот!
Князь ответил:
– Это была моя лошадь и мой ротозей-кучер. Так что я в долгу у вас. Вы и впрямь хорошо себя чувствуете?
– Да.
– Ну, тогда устраивайтесь поудобнее, будем ужинать!
Князь сделал знак даме в чепце, и та вышла. Вера подчинилась мягкой властности хозяина. Несомненное благородство и ласковый прием обезоружили ее и расположили к князю. Внесли ужин и установили на столике, придвинутом к кушетке, на которой лежала Вера.
– А пока мы трапезничаем, вы расскажете мне свою историю, – продолжил князь. – Согласитесь, нечасто в такой поздний час на темной пустынной улице юные девицы прыгают под копыта лошади.
– Я нечаянно споткнулась, – смущенно пробормотала Вера.
Она села на подушках, поправила платье и почувствовала небольшое головокружение. Заныли разбитые колени. Князь смотрел внимательно, и от него не ускользнула легкая гримаса боли на ее лице.
– Вам все же нехорошо, – утвердительно произнес мужчина. – Постарайтесь поменьше двигаться. Но поесть придется: это придаст вам силы.
Едва они приступили к легким, но изысканным кушаньям, Вера полюбопытствовала:
– Мне сказывали, вы из Петербурга, как же это ваш дом?
– Кто вам сказывал? Вы меня знаете? – В голосе князя явственно читалось беспокойство.
Вера пришла в замешательство. Признаться, что с комедиантами на Масленицу представляла у губернатора потешки? Ни за что! Князь должен видеть только ее торжество в роли Дездемоны!
– Вас все в городе знают, – пролепетала юная актриса, не очень веря в убедительность своих слов.
Однако князя они успокоили. Он ответил:
– Я родом отсюда, и это мой наследственный дом. Еще есть имение в восьми верстах от Коноплева. Но, дитя мое, я слушаю вашу историю. Бьюсь об заклад, она не менее занимательна, чем нынешние романы для девиц. Как вы попали сюда? Ваш облик и манеры говорят о том, что ранее вы занимали более достойное положение. Я не ошибся?
Князь внимательно всматривался в лицо Веры, ожидая ответа, и это весьма смущало ее. Изрядно проголодавшись после спектакля, девушка уписывала ужин с недурным аппетитом, и собеседник ее сжалился:
– Однако вы можете все рассказать, когда насытитесь.
Столичный гость и ранее почему-то вызывал у нее доверие, а теперь Вера испытывала к князю неизъяснимую симпатию. Когда принесли кофе, князь спросил позволения курить и задымил трубкой с длинным чубуком.
Вдыхая табачный аромат, Вера начала свое долгое повествование. Собеседник ее слушал молча, внимательно, не пропуская ни единого слова. Такое внимание располагало к доверительному рассказу, и Вера поведала о своей жизни все, начиная со Слепнева и семьи Свечиных и завершая нынешним днем. Повествование о доме княгини Браницкой вызвало волнение слушателя. Князь поднялся со стула и стал ходить по комнате. Как ни увлечена была Вера рассказом, она заметила, что князь взял что-то с камина и убрал в небольшое бюро, стоявшее в углу.
– Ваша светлость, – между тем спросила Вера, – вам, может быть, знакома Ольга Юрьевна? Не доводилось ли вам встречаться с ней в Петербурге?
Князь глубоко вздохнул и ответил с легкой насмешкой:
– Имел честь. Однако продолжайте.
Вера послушно продолжила. Если князь погружался в задумчивость, она приостанавливала свой рассказ, тогда мужчина взглядывал на нее все с тем же тайным волнением и просил не прерываться. Вера рассказала о себе все, исключая, натурально, секреты Браницкой. Когда же в рассказе своем девушка дошла до театра, князь удивленно поднял брови:
– Невозможно! Так вы и есть та самая госпожа Кастальская, которую мне не терпелось увидеть в ролях Шекспира?
– Да, – смущенно подтвердила Вера. – Но Антип Игнатьевич сказывал, что двадцать лет назад уже была госпожа Кастальская.
– Знаю, – ответил изрядно взволнованный князь.
– Вы ее видели? – заволновалась сама рассказчица.
Казалось, теперь князь смутился, что мало вязалось с его властным обликом.
– Слишком много вопросов, дитя мое. Помилосердствуйте. Я и без того взволнован вашим рассказом. Сия история достойна пера Вальтера Скотта или Виктора Гюго. Однако вам пора отдыхать, а мне надобно кое-что обдумать. Я предполагаю решительно вмешаться в вашу судьбу, чтобы вернуть ей положенный ход. – Он вызвал даму в чепце: – Фрау Анна, приготовьте покои для барышни и все необходимое.
Немка важно кивнула и скрылась. Князь обратился к Вере:
– Ждите, за вами придут, помогут устроиться на сон. Я откланиваюсь до завтра.
С этими словами князь вышел, а Вера осталась наедине со своими вопросами и недоумениями. Отчего этот незнакомый человек принимает в ней участие? Отчего он смотрел так нежно и тепло? Отчего так бледнел и стискивал зубами янтарный мундштук? Какие-то догадки бродили в ее голове, но никак не связывались в одно целое. Любопытство, новые впечатления, ожидание чего-то значительного переполняли Веру, вполне вытеснив неприятности и беды последних дней. Князь волновал ее воображение, не терпелось узнать о нем что-нибудь.
Тут взгляд Веры упал на бюро, куда хозяин что-то спрятал на глазах у собеседницы. После непродолжительной внутренней борьбы Вера поднялась с кушетки, опасливо оглянулась на дверь и, приблизившись к бюро, дрожащей рукой открыла его. Среди прочего она обнаружила миниатюрный портрет работы Соколова, изображающий прекрасную юную даму с надменным и гордым лицом. Взяв портрет в руки и вглядевшись как следует в черты акварельной красавицы, Вера ахнула: она узнала в ней свою бывшую благодетельницу, Ольгу Юрьевну Браницкую. Испугавшись этого открытия, Вера положила миниатюру на место и закрыла бюро. Едва она водворилась на прежнее место, дверь открылась и важная дама в чепце кивнула, приглашая Веру следовать за собой.
Засыпая, Вера не могла ни о чем думать, кроме как о своем неожиданном открытии. Казалось, она вот-вот найдет ответы на все вопросы, обрушившиеся на ее голову в одночасье. Однако усталость взяла свое и сон овладел ею ранее, чем появилась догадка.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100