Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7
Премьера

В этот день театр кипел уже с утра. Актеры репетировали, подгоняли костюмы, доучивали роли. Все билеты были распроданы, ожидался сам губернатор с семейством. Губернская знать последовала примеру городского главы и запаслась дорогими билетами: в ложи по тридцать рублей и в кресла – по десять. К тому же в городе с недавних пор стоял гусарский полк, и добрая половина мест была раскуплена офицерами. На огромной афишке, красующейся возле театра, среди прочего значилось, что в роли Офелии выступит вновь ангажированная актриса, госпожа Кастальская. Под этим сценическим именем выступала Анастасия, и Антип Игнатьевич предложил его Вере. Девушке было все равно, а ему по старой памяти приятно.
Несмотря на хорошие сборы, Антип Игнатьевич изрядно волновался и бледнел. Наскучавшаяся в Великий пост публика жаждала зрелища. Поймут ли трагедию, примут ли? Вот еще внутри театра что-то назревало, а предугадать срыв было невозможно. Вера не чаяла дожить до спектакля в здравом уме и твердой памяти: она едва не заболела и не слегла в постель. Один Сашка, казалось, был беспечен и весел, как всегда. Заглянув к Вере на обед, Сашка обнаружил сестрицу в полном расстройстве нервов. Она не могла ни пить, ни есть, лишь металась по комнате от одного костюма к другому, нашивала стразы и кружева, примеряла готовые башмачки. А то принималась повторять и без того уже затверженную роль и уверяла, что непременно, непременно что-нибудь забудет. Ее волнение пробрало и Сашку. Он тоже решил повторить несколько положенных ему фраз и умчался в театр.
У Веры для Офелии было три перемены костюма: придворный, траурный и «смертный», как она обозначила белое, простое, трогательное платьице, должное подчеркнуть невинность и беззащитность безумной героини. Кажется, все готово, отпарено, отглажено. Нанятая Верой девушка готовилась снести костюмы в театр. Юная актриса навязала на запястье свой талисман и присела на минутку, чтобы все припомнить и собраться с духом.
Уже темнело, и театр встретил Веру непривычным множеством огней. Антип Игнатьевич был неузнаваем в своей торжественности: он уже входил в роль и раздавал последние указания, трагически жестикулируя и играя низкими нотами сильного голоса. Увидев бледную как полотно Веру, он важно кивнул и изрек:
– Трепещи, дева, это полезно для начинающей, после же придет разумное спокойствие. Актер – это инструмент, улавливающий все мелкие подробности человеческих чувств. Наслаждайся, покамест не охладела ко всему.
Смиренно приняв благословение наставника, Вера скрылась в своей уборной, которую делила с Татьяной, девицей из балета. Она принялась обряжаться, стараясь не слушать ворчание соседки, чей выход был первый: балет давали перед «Гамлетом». Горничная уложила Вере волосы в высокую прическу для начальной сцены, потом помогла зашнуровать платье. Вот уже Татьяна в пышных юбочках ускакала за кулисы готовиться к выходу, но, забыв венок из искусственных цветов, вернулась с испуганными глазами.
– Какая публика! Ни дать ни взять Петербург! Зал полнехонек! – сообщила она и снова исчезла, добавив Вере трепета и страха.
К тому моменту как ей сообщили: «Ваш выход, госпожа Кастальская!» – Вера была ни жива ни мертва. Прежде чем выйти на сцену, девушка глубоко вздохнула и перекрестилась.
И Веры не стало. Появилась несчастная девушка, живущая в королевстве Датском и любящая принца. Труднее всего, казалось, будет поверить, что Антип Игнатьевич – это Гамлет. Однако как Вера преобразилась в Офелию, так и антрепренер переродился в датского принца. Он даже изрядно помолодел в парике и костюме, а движения его сделались по-юношески порывисты. Вера забыла о публике, о сегодняшнем дне, вся отдалась роли. Она не замечала, как зал очаровывался магией игры их актерского дуэта, как оживлялись зрители, когда на сцене появлялась Офелия. Гертруда, которую исполняла Натали, таила в глазах коварство, и неясно было, друг она или враг. И вот последняя смена костюма. Вера поспешила в уборную, где ее поджидала горничная. Следовало переодеться в «смертное» платье. Вера коротко велела:
– Расшнуровать, поскорее!
Глаша, так звали нанятую девушку, бросилась помогать Вере выбраться из траурного костюма. Она расшнуровала корсет, после разобрала прическу Веры и, распустив волосы, причесала их.
– Платье! – стоя в одной сорочке, потребовала Вера.
И тут произошло то, чего более всего боялась Вера, что снилось ей в кошмарах перед премьерой. Глаша громко вскрикнула и тотчас умолкла. Вера, до того стоявшая лицом к зеркалу, обернулась с самыми дурными предположениями.
– Что случилось?
Сердце ее упало.
Глаша держала на вытянутых руках истерзанное, изрезанное в лоскуты, искромсанное «смертное» платье Офелии. Поначалу юная актриса лишилась дара речи. Глаша смотрела на нее округлившимися от ужаса глазами.
– Как… как это могло случиться? – насилу выговорила Вера. – Где же была ты?
Глаша бросилась ей в ноги:
– Простите меня, барышня! Отлучилась на чуток, всего-то до буфетной и обратно. Мадемуазель Натали просили принести бокал вина.
Вера все поняла. Она бессильно опустилась на стул, ломая в отчаянии руки. Исправить платье нельзя, что же делать? И тут раздался голос капельдинера:
– Госпожа Кастальская, ваш выход!
Глаша с сочувствием и страданием взирала на несчастную актрису. Вера замерла, лихорадочно ища выхода, после встала и осмотрела себя в зеркале с ног до головы. На девушке была подаренная Прошкиным тончайшего полотна белая сорочка до пят. Нежные тонкие руки были голы, но декольте, украшенное модести (кусочком кружева), не посягало на скромность девицы.
– Все! – решительно произнесла отважная дева. – Иду как есть! А с тобой после разберусь.
Глаша ахнула и взялась за голову. Прихватив веночек и прутики, Вера прошествовала под изумленными взглядами до самой сцены. Когда она вышла на волшебный помост, стало вовсе не важно, что на ней. Это была уже не Вера, а несчастная помешанная, которая ничего не понимает и живет в своем мире. Пережитое потрясение усилило чувствительность Веры, последнюю сцену она провела на пределе человеческих сил. В зале плакали, особенно когда Вера тоненьким, срывающимся голоском пела куплеты безумной Офелии. Однако юная актриса не замечала этого, живя страданиями героини. Сцена завершилась рукоплесканиями в ее честь.
Антип Игнатьевич поймал Веру за кулисами и, растроганный до слез, поцеловал в лоб.
– А с рубашечкой ты славно придумала. Так невинно и трогательно.
Кажется, никто не заметил подмены костюма, будто так и должно быть. Натали бесилась, что мешало ей сосредоточиться, и едва не провалила финал.
Вернувшись в уборную, Вера ни слова не сказала кающейся Глаше, лишь упала на стул и застыла, будто из ее тела вынули сердце и она превратилась в куклу. Все силы были отданы спектаклю, и Вера чувствовала теперь внутреннюю пустоту и полное изнеможение. Она лишь махнула рукой, и Глаша тихо удалилась, оставив барышню в одиночестве. Татьяна давно уже сидела в буфетной и отмечала премьеру.
Спектакль закончился.
– На поклоны, сударыня! – крикнули из-за двери. – Поспешайте.
Одеваться было некогда. Вера набросила на плечи платок, чтобы прикрыть голые руки, и прошла на сцену, где уже толпились артисты. Ее выход сопровождался криками и рукоплесканиями. Особенно бесновалась молодежь из райка. Вера едва нашла в себе силы улыбнуться и согнулась в низком поклоне. Антип Игнатьевич ободряюще пожал ей руку, но при первой возможности Вера ускользнула за кулисы. Она успела разглядеть толпившихся у сцены гусарских офицеров, каких-то богатых господ в ложах, но знакомых лиц, кроме губернатора, среди них не было. Вернувшись в уборную, юная актриса вновь рухнула на стул.
Вера все сидела без движения, пока в дверь не постучали, требовательно и торопливо. В уборную просунулся Сашка:
– Вера, тебе тут прислали цветы, целую корзину. Сказывают, от Прошкина.
Он внес огромную корзину, полную роз. Где только добыл такую роскошь незадачливый поклонник? Среди цветов актриса нашла подарок – бархатную коробочку с уже известными бриллиантовыми сережками, с которых все начиналось. Капельдинер принес букет от губернатора с поздравлениями. Потом вновь и вновь несли цветы, и уж некуда было ставить. Сашка в растерянности посмотрел на благоухающий цветник и тихо произнес:
– Вера, это же целая армия поклонников! Как же мне справиться с ними со всеми?
Девушка равнодушно смотрела на красноречивое свидетельство успеха. Покачав головой, она тускло произнесла:
– Полно, Саша, не с кем воевать. Поди, я устала.
Не был сил даже переодеться. Явился Антип Игнатьевич, весьма довольный и потирающий руки.
– Полный сбор! Успех! Все билеты раскуплены в кассе, лишь Фоме Львовичу я послал персонально. Душенька, ты чудо! Истинная Кастальская. Губернатор доволен, будем давать «Гамлета» весь месяц. Фома Львович вдругорядь ожидает гостя из Петербурга, надо расстараться.
– Целый месяц! – в ужасе прошептала Вера. – Я не смогу, Антип Игнатьевич.
– Да что ты, что ты, Вера! Такие сборы, как же можно упустить? Ты уж не выдай, душенька, на тебе все держится. Зритель пойдет на тебя.
В своем воодушевлении Антип Игнатьевич и не приметил ни теней под глазами Веры, ни ее потухшего взгляда. Представить себе, что те затраты сил и нервов, которые понесла юная актриса во время представления, она понесет еще хотя бы раз, Вера не могла. А целый месяц!
– Воля ваша, я не смогу, – упрямо повторила она.
– Ну полно, полно, душенька! Ты устала. Отдохни, после поговорим. – И он отправился принимать поздравления и переодеваться.
Надо отдать должное антрепренеру, он тоже не ударил лицом в грязь и провел свою роль из всех своих недюжинных возможностей. Теперь, в отличие от Веры, он испытывал удовлетворение и торжество.
Едва закрылась за ним дверь, как распахнулась вновь и на пороге оказался невысокий щуплый офицерик в красном ментике с огромным букетом в руках. Он смело взошел в уборную и рухнул на колени перед растерявшейся актрисой:
– Божественная! Офелия, помяни меня в своих молитвах, нимфа! – И он взялся целовать ее колени.
Вера вскочила со стула, освободившись из рук чересчур пылкого обожателя, и уронила цветы, которые он высыпал ей на колени.
– Кто вы? – только и сумела она спросить.
Гусар вскочил и, шаркнув ногой, поклонился:
– Рекомендуюсь – корнет Шишков. Божественная! – Он вдругорядь бухнулся об пол. – Поедем со мной! Едем в ресторацию. Я потрясен! Я вне себя!
– Это сейчас видно, – ответила Вера, не имея сил тотчас выставить навязчивого поклонника. – Однако позвольте мне одеться.
– Ты согласна, моя богиня? Едем в «Париж»! – настаивал корнет.
Обращение «ты», бесцеремонность, с которой Шишков ворвался в уборную, в другое время возмутили бы Веру, но теперь она страшно устала и желала бы одного: забыться. «Что ж, – подумала она невесело, – падать так падать. Надобно принимать участь артистки со всеми сопутствующими обстоятельствами».
– Подождите меня у подъезда, я скоро буду, – безжизненно произнесла она.
– Непременно! – воскликнул гусар и на прощание ухитрился запечатлеть горячий поцелуй на ее руке.
Вера неспешно оделась, велела капельдинеру снести корзины цветов к ней в номер и направилась к выходу.
– Вера, ты домой? – перехватил ее Сашка.
В окружении балетных девиц он направлялся вспрыскивать премьеру в ближайший трактир.
– Нет, – сказала Вера и дерзко посмотрела в глаза братцу.
Сашка забеспокоился. Отослав девиц вперед, он задержал сестрицу.
– Что с тобой, Вера? Ты сама не своя. Куда ты идешь?
– В ресторацию, – коротко ответила девушка.
– С кем?
– С гусарским корнетом Шишковым.
Сашка ахнул. Он заглядывал под шляпку, пытаясь поймать ее взгляд, но Вера отворачивалась.
– Что случилось, сестрица? Тебя обидели?
– Я артистка, поклонник пригласил меня в ресторацию, что в этом необычного?
Сашка преградил ей путь:
– Ты никуда не пойдешь. Я провожу тебя домой.
– Меня ждут, – предупредила Вера, пытаясь обогнуть Сашку.
– Опомнись, Вера. Поначалу ресторация, а после что? Или ты полагаешься на благородство гусара?
– Не все ли равно? – равнодушно ответила Вера.
Сашка испугался. Сестрица натурально была не в себе. Он оглянулся вокруг, ища поддержки, но артисты уже оставили театр. Тут юноша обнял Веру и жалобно прошептал:
– Не бросай меня сейчас, Вера. Помнишь масленичные колядки, я с Натали?
Вера подняла на него глаза, полные слез:
– Помню.
– Отведи меня домой, не отпускай с ними. Ты обещала меня беречь.
Девушка вопросительно глядела на него, силясь понять, правду говорит братец или шутит. Сашка был печален и жалок. Хитрый юноша немножко сыграл на чувствах сестрицы, но, как всегда, попал в цель. Вера очнулась от сомнамбулизма и взяла Сашку под руку:
– Идем. Только нельзя к подъезду, там меня ждут.
Юнец прекрасно знал все ходы в театре и вывел Веру через хозяйственные склады, где громоздились декорации, доски, банки с красками и прочая строительная чепуха, оставшаяся от ремонта. Дома Вера свалилась на постель и тотчас уснула мертвым сном, не успев раздеться. Сашка неумело ослабил ей шнуровку, укрыл одеялом и, загасив свечу, тихо выскользнул из номера…
Вера проспала всю ночь не шелохнувшись и только в полдень насилу продрала глаза. Она долго вспоминала, что было накануне и почему она не раздета. Глаша трижды подходила к двери и тихо стучала, присылали от Антипа Игнатьевича справиться о ее здоровье, но девушка ничего не слышала. И теперь словно очнулась от многолетнего сна, но и сил заметно прибавилось, и снова закипела в ней жизнь. Вера кликнула Глашу и велела принести сытный завтрак. Она не сразу вспомнила о давешнем визите гусарского поручика, о своем согласии на ресторацию. А вспомнив, устыдилась до слез и никак не могла понять, что с ней было.
Покуда она завтракала с отменным аппетитом, Антип Игнатьевич, не дождавшись вестей от питомицы, явился к ней сам. После приветствия и отказа разделить трапезу он сообщил:
– Нынче, Вера, так и быть, отдыхаем, а завтра – снова в бой! Билеты распроданы, какие сборы! За одно представление тысячу двести рубликов получили!
Вера испугалась:
– Уже завтра? Я… я не смогу.
Она сбивчиво рассказала о своем состоянии после спектакля (о Шишкове же умолчала), о долгом сне, похожем на смерть. Антип Игнатьевич внимательно слушал ее, а после заговорил мягко, но наставительно:
– Тебе, душенька, должно научиться рассчитывать свои силы. Артист – это прежде всего ремесленник, актерство – ремесло. Коли ты будешь так расходоваться, то скоро тяжко заболеешь или сойдешь с ума. Это не жизнь, душенька, а всего лишь ее подобие, театральное действо, игра. Со временем ты научишься подражать чувствам, а не переживать их. Цель артиста – не жить на сцене, а заставить зрителя поверить, что живешь. Мы лицедеи, комедианты. Умение плакать и смеяться – это наше ремесло. Вообрази, некоторые представления мы повторяем по двадцать, тридцать раз! Коли не поменять манеру, то тебе не сыграть двадцать раз одно и то же, верно?
Юная артистка слушала внимательно и ответила кивком головы. Нет, не нравится ей это ремесло! В грезах все было иначе. Это все равно что надевать чужие маски, кривляться, повторять одно и то же сотни раз на потребу толпы. Это обман!
И все же как пленительна эта возможность жить в другие эпохи, среди героев, и самой быть великой, божественной… Антип Игнатьевич по-своему расценил ее молчание:
– Жалованья прибавлю, бенефис – изволь. На случай болезни введем подмену, пусть малышка Коко репетирует твои роли. Но зритель теперь пойдет на тебя, попомни это, душенька. Уж не выдай, не разори старика. Коли так дальше пойдет, выкуплю помещение. Теперь отдыхай, дитя мое, ну а завтра с утра – изволь на репетицию пожаловать. Будем готовить новые роли.
С этим он удалился. Однако не успела Вера отпить кофе, в номер ввалился Сашка, слегка опухший, взъерошенный, с клочками сена в волосах.
– На кого ты похож, Саша? – ахнула Вера. – Где ты спал?
– В каретном сарае, кажется, – ответствовал братец.
Он скинул шинель и, взяв из рук Веры чашку с кофе, стал жадно пить. После, отставив чашку, легкомысленно сообщил:
– Ну и наделал же вчера шуму в ресторации твой Шишков!
– Вовсе он не мой! – возмутилась Вера.
– Не мой же, – огрызнулся Сашка морщась. – Ох, мне бы рассольнику!
Вера послала горничную за рассолом, а пока взялась за кувшин:
– Подставляй руки!
Она умыла его как маленького, утерла, причесала вихры, а после с молчаливым укором смотрела, как он пьет принесенный рассол. Сашка с удовольствием подчинялся ей, рассказывал при этом о давешнем скандале в ресторации «Париж». Корнет Шишков, прождав Веру более часа, явился в приятельский кружок, уже вспрыснувший премьеру изрядным количеством шампанского, и был осмеян.
– Где же твоя нимфа, Шишков? – потешались над ним. – Браво, Шишков, холостой выстрел! Да, брат, орешек тебе не по зубам, смирись.
Разгоряченный неудачей и шампанским, корнет стал уверять, что актриса дрянь, не стоит его мизинца, и что не пройдет и двух недель, как она сдастся без боя. Он даже готов биться об заклад со всеми желающими. Тут и составилось пари на дюжину шампанского.
– Будь осторожна, Вера, гусар весьма распален, – завершил свой рассказ Сашка. – Кажется, ты наживешь себе мстительного врага, когда он проиграет пари. Он и обшикать может, и друзей подговорить, чтобы устроили скандал на спектакле. Так часто бывает, мне сказывали.
Девушка не верила своим ушам. Гусарский корнет ставит на кон ее честь, и все с воодушевлением поддерживают его. Возможно ли это? Не бредит ли Сашка после вчерашней пирушки?
– Как ты это знаешь? – запоздало удивилась злосчастная актриса.
– Мы были там же вначале, потом отправились по трактирам, далее не помню…
Вера с сожалением посмотрела на юношу:
– Грешно тебе, Саша. Остановись, что ты с собой делаешь?
Лукавый братец приласкался к ее плечу:
– Не брани меня, Вера, я и так уже наказан: голова вот-вот треснет.
– А что такое бенефис? – спросила Вера, вернувшись мыслями к насущному.
Сашка объяснил:
– Это представление пьесы в пользу актера. – И восхитился: – Неужто наш старец предложил тебе бенефис? Ты уже выбрала, что будешь играть? Возьми и меня!
Вера не успела ответить: в дверь постучалась Глаша и внесла огромный букет роз. К давешним благоухающим корзинам цветов прибавилась еще одна.
– Что это? – холодно спросила Вера у горничной.
Та покраснела и еле выговорила:
– Господин гусар велели передать-с. Они внизу, дожидаются ответа-с…
Вера обнаружила в букете записку, в которой значилось:
Божественная! Подарите несчастному один миг свидания. На коленях умоляю. Если не велите принимать, буду ждать вашего появления сколько придется. Ночь так ночь!
«Совсем спятил, – подумала Вера. – Или пари его так раззадорило?»
Сашка взял записку из ее рук и прочел.
– Надобно мне спуститься и поговорить с ним! – намерился было он.
– Нет, – твердо сказала Вера, – я сама спущусь. А ты, – обратилась она к горничной, – если еще раз возьмешь у чужого все равно что, я тебя прогоню.
Глаша опустила голову и присела, не смея возражать. Завязав шляпку и набросив на плечи мантильку, Вера спустилась в зал, однако там настойчивый воздыхатель не обнаружился. Пришлось выйти на улицу. Бравый гусар расположился напротив трактира, возле лавки сапожника. Он пристально смотрел на дверь, верно, ожидая Глашу с ответом. Завидев вместо горничной ее госпожу, он смешался и не сразу нашел верный тон.
– Простите за дерзость, – пробормотал корнет, избегая спокойного, внимательного взгляда Веры. – Я потерял голову совершенно…
– Боитесь проспорить дюжину шампанского? – холодно спросила девушка.
Шишков покраснел и смешался еще более:
– Вздор! Вовсе нет.
Вера решила воззвать к его протрезвевшей совести:
– Опомнитесь, сударь, ваше поведение недостойно благородного человека.
Однако гусар уже вошел в роль и, пощипав тощенький ус, насильственно ухмыльнулся:
– Актриса, которая открыто живет со своим любовником, учит меня благородству? Не много ли на себя берете, мадемуазель?
– С каким любовником? – растерялась Вера, начиная дрожать.
– Штафирка, мальчишка, актеришко, с которым выделите номер! Разве не любовник?
– Это мой брат, – тихо произнесла Вера, чувствуя, как падает сердце и страх овладевает ее душой: она совершенно беззащитна перед грубостью и наглостью.
Корнет деланно расхохотался:
– Сказывайте младенцам, авось и поверят, но я человек опытный.
– Вы попрежде глупый и пустой человек! – дерзко ответила девушка, умирая от страха.
Шишков побледнел и сжал эфес сабли так, что пальцы его побелели. У Веры душа ушла в пятки, она огляделась по сторонам и не увидела никого, кто мог бы вступиться за нее. На углу стоял нищий во фризовой шинели, незначительный человечек, лицо которого все же показалось Вере знакомым. Однако ей было не до бродяги: лихой гусар, настроенный весьма решительно, бросился в атаку:
– Будь вы мужчиной, я нашел бы способ проучить вас! Однако вы ответите за свои слова!
Вконец струсив, юная актриса инстинктивно переменила тактику. Она приняла глубоко тронутый вид и со слезой в голосе произнесла:
– Помилуйте, чем я досадила вам? За что вы пытаетесь обидеть беззащитную девушку? Я знаю, вы благородный и честный человек, иных и не бывает в гусарах, отчего же вы преследуете меня? К кому же теперь идти за защитой бедной сироте, коли самые благородные мужи, призванные быть опорой, посягают на честь и достоинство несчастной девицы, волею злой судьбы сделавшейся актрисой?
Она трогательно поднесла к глазам кружевной платочек, и сердце молодого гусара дрогнуло. Он готов был пасть к ее ногам, и Вера не знала, что лучше: его негодование или пылкая преданность?
– Я буду вашим защитником! – горячо шептал корнет, сжимая ее запястье.
Вокруг уже толпились любопытные. Определенно назревал скандал, грозящий окончательно погубить репутацию Веры.
– Оставьте барышню, корнет, иначе я вынужден буду вас вызвать! – раздалось вдруг рядом.
Вера с благодарностью обернулась и узрела пред собой другого гусарского офицера, высокого стройного блондина с синими глазами. Девушка дрогнула: офицер напомнил ей Вольского. Иллюзия была столь сильна, что Вера тотчас расположилась сердцем к своему избавителю.
Тем временем Шишков сник, оставил в покое руку девушки и довольно злобно поглядывал на блондина, который продолжал:
– Наше пари, Шишков, вовсе не дает вам права подвергать барышню домогательствам подобного сорта. Я отказываюсь от условий пари, считайте его расторгнутым!
Офицер небрежно отвернулся от Шишкова и не без изящества поклонился Вере:
– Позвольте рекомендоваться: поручик Стельковский. Имел счастие видеть вас в «Гамлете».
Незадачливый корнет вынужден был ретироваться, что-то проговорив сквозь зубы, но Вера не испытала облегчения. Снова она попала из огня да в полымя. Что этот Стельковский? Он чем же лучше? Однако сердечко томилось и ныло от напоминания: густой светлый хохол, ухоженные руки. Светский шик, вот только усы… Усов у Вольского не было.
– Не годится такой хорошенькой барышне гулять по улице в одиночестве. Позвольте, провожу вас, – предложил свою руку Стельковский.
Вера встрепенулась:
– Не затрудняйтесь, я уже дома.
Однако Стельковский, как и давешний поклонник, отличался настойчивостью.
– Я должен быть уверен, что вы в безопасности.
Уже не было сил сопротивляться, и Вера позволила проводить ее до двери номера под любопытствующие взгляды постояльцев. В память ее впечаталась уличная картинка: расходится кучка зевак, а нищий во фризовой шинели так и стоит на углу. Где она могла видеть его, где? Да полно, должно быть, это его постоянное место, потому и запомнился.
Распрощавшись с изысканным кавалером, девушка вошла в номер и вспугнула своим появлением Сашку с горничной. Глаша порскнула в двери мимо госпожи, а Сашка залился румянцем и, приняв независимый вид, силился оправдаться. Вера не слушала его. Она развязывала ленты шляпки и устало твердила:
– Куда деться? Куда уйти от всей этой грязи, от низости? Куда?..




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100