Читать онлайн Путы любви, автора - Таннер Сюзан, Раздел - ГЛАВА 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Путы любви - Таннер Сюзан бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.62 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Путы любви - Таннер Сюзан - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Путы любви - Таннер Сюзан - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Таннер Сюзан

Путы любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 11

Посыльные сновали между Тараном и Чилтоном, так как Овеин с презрением относился к мирным намерениям своего племянника.
В каждом послании говорилось о необходимости расплаты и порицались рассуждения Бранна. Нельзя доверять одному из самых сильных графов Шотландии, когда речь идет о безопасности члена рода Майданов. Тем более, когда это молодая и красивая девушка. Убили Кервина, и ни один человек не наказан за это злодеяние. Разве этого не достаточно, чтобы не доверять Макамлейду? Страстные убеждения старого воина разжигали в Бранне желание отомстить. Райланды всегда брались за оружие, чтобы достичь желаемого. Бранн должен поступить так же.
Раздумывая над намерениями своего лорда, жившего на севере, король Англии Генри торопливо, с опозданием решил принять участие в этом неразумном деле. В своем послании, шедевре дипломатии, в адрес суверенного правителя Шотландии он призывал к быстрому и мирному решению этой междоусобицы. В результате в Атдаир срочно направили краткое послание.
В замке у границы волынщик играл старинную балладу. Слушающие ее представляли себе дикие болота, горы, земли, поросшие вереском, сильных и бесстрашных воинов, думали о доблести и сладости победы. В льющейся мелодии странным образом сплетались красота и жестокость, но такова Шотландия. Едва ли было музыкой то, что звучало. Но звуки эти подходили гораздо больше Атдаиру, чем сладкозвучные мелодии лютней и лир.
– Она околдовала его! Да, своими кошачьими глазами и рыжими волосами, как у лисы. Дары дьявола! – пробормотал Дункан.
Фибх спросил:
– Что ты сказал, мой господин?
– Это она, дьявольское оружие, пришла околдовать моего сына. Да! Сатана завидует человеку, который преодолевает все земные опасности.
Оглядевшись, чтобы удостовериться, что их разговор не привлекает внимания Лаоклейна, Фибх заметил:
– Не говори так.
Дункан повысил голос:
– Руод привез ее сюда. Он договорился с чертом, а сейчас ждет смерти брата, чтобы стать хозяином Атдаира. Награда сатаны.
Его голубые глаза стали хитрыми, когда Фибх перекрестился.
– Да, Руод привез ее сюда, но, может быть, его заставят и отвезти ее отсюда. И черт будет проклят!
Неистовый стук, грохот засовов заставил его вскочить, он закричал, как будто от испуга, что это сам сатана явился мстить, услышав его проклятия. Но вошел почти окоченевший от холода мужчина и произнес имя лорда Атдаира. Охрана была наготове. Охранник держал руку на своем мече, но пришелец быстро прошел мимо и только взглянул на него. У него было довольно молодое честное лицо, короткая густая борода. Он безошибочно подошел к человеку, которого искал. Остановившись перед Лаоклейном, он низко поклонился:
– Я прибыл из Эдинбурга, ваше сиятельство. Меня прислал Джеймс. Дело неотложное, и он просит поторопиться с ответом.
– Поднимись и дай твое послание. Посыльный просунул руку в перчатке под теплую куртку и вынул свиток. Лаоклейн взял его твердой рукой. Королевскую печать разбил легким ударом ножа. Посланник удивленными глазами посмотрел на девушку, стоявшую рядом с Макамлейдом. Вот она, из-за нее столкнулся английский двор с шотландским. Теперь, когда он увидел ее, он понял, почему это произошло. По своей красоте и манере держаться она соперничала с фаворитками королевского двора. Если бы Джеймс увидел ее, то самая последняя из его любовниц больше не смогла бы оказывать на него влияния.
Лаоклейн свернул бумагу. Он внимательно посмотрел на посланника, выражение его лица не изменилось.
– Как тебя зовут?
– Балтаир, милорд.
– Тогда, Балтаир, поешь и отдохни. Будь готов отправиться в путь на рассвете. У тебя будет мой ответ.
Многие посмотрели с любопытством, но только Дункан заговорил:
– Опять ты понадобился Джеймсу?
– У Джеймса секретное дело ко мне. Что должно быть сделано, я сделаю.
– На границе было бы спокойно, если бы не набег Райланда, а затем его отступление, – с вызовом сказал Дункан. Он хитро взглянул на Дару.
Злость вспыхнула в Лаоклейне. Он сдерживал себя.
– Было бы глупо с твоей стороны думать, что отступление лорда Райланда – это его последний шаг. Он собирает силы вместе с Овеином из Тарана, и едва ли они признают поражение, пока хоть один из них будет жив.
– Нужды бы не было, если бы не девчонка! Она – проклятие нашего дома.
– Замолчи! – Рев Лаоклейна был подобен грому, прогремевшему в комнате с высоким потолком. Он остановил движение, разговоры и волынку. – Леди Дару привезли сюда силой и держат здесь тоже насильно. Вини тех, кто виновен, если не можешь сдержать свой поганый язык. Ты будешь отрицать это, говорить, что это неправда?
– Нет, но и твоя ослиная ярость не заглушит мою правду! Отошли эту лисицу в ее логово, и ее род больше никогда не причинит нам горя!
В тишине, последовавшей за этим взрывом старика, угрожающе прозвучал злой рев Гервалта. Ответ Лаоклейна был более убедительным, чем гневным.
– Дара Райланд теперь моя, что бы ни случилось. Если кто-нибудь надумает отобрать ее у меня, он погибнет.
Он протянул руку. Дара, повинуясь, встала рядом с ним. Ее холодная хрупкая рука лежала в его руке. Она со своей гордой осанкой казалась маленькой рядом с ним, высоким и широкоплечим. Он был воплощением власти. Он решал: уничтожить ее или защитить.
Тем, кто смотрел на них, казалось, что они находятся в согласии, но на самом деле между ними все еще продолжалась борьба. В них кипела страсть, они были своенравны, и оба были людьми с сильной волей. Соперничество крови и верности – шотландской и английской– было отброшено в сторону, но мира между ними не было.
Их спальня в эту ночь не была раем – нельзя было пренебречь приказом Джеймса.
Уступив ее мольбам, Лаоклейн дал Даре прочитать послание.
Она постепенно цепенела, когда ее глаза быстро пробегали по документу, написанному в решительном тоне.
– Он тепло приветствует тебя и просит вернуть меня в Чилтон. Это не подлежит обсуждению.
Он встал у камина, плечом уперся в его обшивку. Она села на скамью рядом с ним. Голова наклонилась над свитком, лежавшим у нее на колене, а Лаоклейн видел только ее волосы теплого бронзового цвета.
– Джеймс говорит мне только о том, чего хотят твой брат и дядя. Только о том, о чем ты умоляла, за что ты дралась некоторое время тому назад. Неужели твое сердце не изменилось? Ведь Чилтон – это не все, чего ты желаешь?
Дара взглянула на него:
– Ты бы хотел этого, милорд?
– Я не желаю лживых заверений.
– Их не будет. Ты доказал всю власть надо мной, тебе нужна была не моя преданность. – Ее взгляд снова упал на свиток, который она от волнения мяла. – Я не меньше тоскую по своему брату. Я так люблю его и не могу, чтобы его любовь ко мне погибла. А мое унижение убьет ее.
Она замолчала, волнуясь. Дара знала, что между ними нет больше согласия, как это было раньше. И все же она не могла сказать ему о том, чего ждала от него. Ведь Лаоклейн ничего не обещал ей, не брал на себя никаких обязательств, но упорствовал в своем решении держать ее у себя, несмотря на последствия. Она становилась день ото дня все ранимее и, несомненно, привязывалась к нему.
– У тебя нет стыда.
Она взглянула на него и пожала плечами, сказав:
– Ничего не стоящая похвала.
Его лицо напряглось.
– Не имеет значения. Ты потеряна для Англии и твоего брата.
– Ты не повинуешься своему королю?
Он улыбнулся ее недоверию и с усмешкой сказал:
– Я не выпускаю из рук того, что принадлежит мне. Несмотря ни на какие авторитеты. Не бойся, Джеймс поймет мое оправдание.
– Ты уверен? Твое неповиновение вызовет войну на границе. Он не может желать этого. А я не хочу бойни Овиена, невозможно описать то, что он натворит. Будет гораздо лучше, если я уйду до того, как они придут.
– Ты не можешь, ты дала обещание. Кровопролития не избежать, даже если ты уйдешь. Я буду искать тебя, и конец будет тот же самый.
Она побледнела, услышав это зловещее предостережение.
– Почему? Я тебя не люблю. Неужели ты продолжаешь борьбу из-за гордости?
– Разве это не причина для мужчины?
– Нет! – Она вскочила. – Некоторые дерутся за честь, правду и справедливость.
Он схватил ее за руки.
– Все это не больше чем гордость.
Его поцелуй был крепким, и их желание, сначала нерешительное, вылилось в страсть. Забыв о своей преданности разным королям, разделявшей их, Дара и Лаоклейн потянулись друг к другу, пренебрегая всем, кроме настоятельного желания их тел. От его прикосновения желание вспыхнуло и наполнило ее, подобно вину, которым наполняют сосуд.
Обнаженная, ощущая прохладу простыни, она изогнулась навстречу его губам, теплым и сладким. Тихими беспомощными стонами она ободряла его. Ее рука нежно ласкала его лицо. Порыв безрассудства. Она билась в его объятиях, пока, наконец, последнее болезненное содрогание не соединило их в одно целое.
Но даже в таком состоянии они не могли отойти от реальности. Они были врозь, хотя их тела соприкасались. Нет, прильнули друг к другу. Она ощущала тяжесть его ноги на своей, тугие мышцы на мягком шелке ее бедра. В полумраке комнаты его лицо скрывало все его секреты. Оно было непроницаемым. По нему можно было лишь судить о власти, которой он обладал, но нельзя было понять, что сделало его таким безжалостным. Даре хотелось нарушить тишину, но нужные слова не приходили на ум.
Наконец он заговорил:
– На рассвете я должен ехать в Эдинбург. Посыльного в этом деле быть не может. Я оставляю Гервалта охранять тебя. Я ему доверяю как самому себе.
Дара посмотрела на оружие на камине и над ним. Оружие, бывшее свидетелем битв.
– Так же, как ты веришь этим клинкам?
Он последовал за ее взглядом и кивнул головой:
– Здесь они на месте. Эти клинки постоянно сопровождали меня последние годы.
– Когда пришли в Атдаир твой отец и братья? – она задала вопрос осторожно, но ей действительно было интересно узнать его прошлое.
– Они сражались за Джеймса III до его смерти. Потом Джеймс IV разделался со своими врагами, убрав самых богатых и титулованных. Некоторых отправили в ссылку, других лишили средств. Дункан не простил мне помощь, которую мне удалось оказать нашему королю, хотя он об этом и не говорит. Он все еще не может забыть о Галлхиеле.
– Галлхиел, – Дара тихо произнесла слово, как бы пробуя его. Лаоклейн испытал особый прилив чувств, когда услышал, как она произносит название замка. Не только Дункан с болью вспоминал его.
– Галлхиел, – повторил он. – Рассказывают, из далекой страны приехал норвежец. Выбрал самый красивый замок, до которого надо было добираться целый день, если ехать от моря. Убил хозяина, взял в жены его дочь, и она родила ему двух сыновей. Когда он вернулся на море, его старший сын плавал вместе с ним. Младший же остался на берегу. От него пошел наш род. Вот откуда наше имя.
– А что норвежец?
– Он больше не возвращался. Но, говорят, его жена осталась верна ему до смерти.
– Такое постоянство – редкость, – сказала она медленно, задумавшись о рассказанном.
Его рука нежно ласкала ее лицо, затем он прикрыл ею подбородок Дары, поднимая ее лицо к своим глазам.
– А ты, дорогая, ты будешь такой верной?
Она видела его напряжение и ответила:
– Да, я не так-то легко покоряюсь. Мою верность нельзя завоевать, ее надо заслужить.
Он нагнулся вперед, их губы почти касались.
– А как ее заслужить?
– И такой она останется, – прошептала она, когда их губы встретились.
Серо-голубой рассвет морозного утра. Дара смотрела в открытое окно и видела, как Лаоклейн садился на игреневого коня. Длинная шерстяная накидка закрывала бриджи и куртку на подкладке из мягкой кожи. Поля шляпы прикрывали его лицо, загорелое даже зимой. Его конь в черной с серебром попоне. Рука Лаоклейна, державшая поводья, была в черной латной рукавице.
Гервалт стоял рядом с ним. Хотя Дара не слышала их слов, она поняла, о чем они говорили.
– Гервалт, я даю тебе еще одно поручение.
– Не бойся, Лаоклейн. Я сделаю все. Моя жизнь тебе залогом.
Лаоклейн улыбнулся:
– Я этого не требую.
– А я бы и не позволил тебе этого, – спокойно ответил Гервалт. – Бог в помощь и скорее возвращайся.
– Я больше доверяю себе, чем Богу, друг. Он повернулся без лишних церемоний, за ним последовал посланник Джеймса. Поднятой рукой Лаоклейн приказал отправляться своим верховым. Их одежды были такими же темными, как и одежды их хозяина. Всадники поскакали на север и вскоре слились с бесцветным горизонтом.
Далеко от места их назначения, на юге, Таран расквартировывал воинов, вдвое больше обычного. На их оружии был герб графа Чилтона. Их лица выражали их настроение. Они были готовы к атаке. Они не были мрачны и с желанием ожидали ее. Воины жили на границе и привыкли иметь дело со смертью. Они стоически принимали тот факт, что она может настичь их, как и их врагов. Стоило больше бояться поражения и бесчестия, чем знакомого призрака.
В самом доме злость была безудержной. Овеин перестал притворяться, что он обеспокоен судьбой Дары. Он хорошо помнил ее как девчонку с плохими манерами, не умеющую себя вести, непослушную, с взъерошенными волосами и развевающимися юбками, неуправляемую, с острым язычком. Овеину хотелось лишь одного: увидеть поражение шотландцев, увидеть как можно больше убитых. Его слепая жгучая ненависть к шотландцам преобладала над мыслью о безопасности племянницы и о мести за смерть племянника.
Лорд Блекдин молча слушал, как Бранн сердито предупреждал дядю:
– Сначала мы узнаем, где находится Дара, и обеспечим ей безопасность. Когда это будет сделано, у нас останется достаточно времени для отмщения.
– Я не буду смотреть, как спасаются негодяи, пока ты рыщешь по залу в поисках девки!
Бранн вскочил так резко, что сзади него рухнул стул. Он руками ударил по длинному столу. В его глазах горела ярость.
– Та, кого ты называешь девкой, моя сестра! Это ради нее мы едем на Атдаир. Я не буду подвергать ее опасности из-за твоих чертовых ошибок!
Овеин произнес с отвращением:
– Ты готов отдать все за нее, даже свою жизнь. Неужели ты позволишь убийце Кервина убежать невредимым ради спасения девчонки? Она не отдаст свою жизнь, чтобы отомстить за смерть брата?
– Отдаст ли она или нет… Я не отдам ее жизнь, и ты тоже! Не раздражай меня больше, дядя. Иначе я поеду один!
Овеин забавлялся со своим золотым кольцом-печаткой с гелиотропом. Наконец он ответил, глядя на своего племянника прищуренными глазами:
– Я отдал приказ своим людям. Ты не уедешь отсюда без меня. Во всяком случае, живым!
Глядя на лицо Бранна, готового на убийство, вмешался Мерлион:
– Это бесполезная ссора. Мы все хотим смерти этого шотландца, только она принесет освобождение леди Даре. Ваши разногласия не принесут ему вреда, а вам – очень много.
Бранн резко сказал:
– Да, но если он принесет вред Даре, я забуду, что он брат моего отца.
Мерлион одобрил это без рассуждений, он сам вынес то же решение. Как настоящий дипломат, а этому искусству его обучили при королевском дворе, он перевел беседу на другую тему:
– Нам нужно нанести удар быстро, Генри не будет откладывать, даже с простым предупреждением. Он пошлет войска преградить нам путь, если узнает, что мы не обращаем внимания на его приказы.
Бранн кивал с одобрением. Дядя смотрел на этих двух молодых мужчин, его глаза поблекли, но взгляд их был проницательным.
– Блекдин, я должен понять твою роль в этом деле. Говорить о дружбе и преданности благородно, но ты рискуешь своей жизнью и всем, что имеешь, участвуя в ссоре, которая к тебе не имеет никакого отношения. Какую награду ты получишь? Золото?
– Нет, Райланд. Она гораздо ценнее. Это – твоя племянница.
– Так… – Это единственное слово, которое он произнес, протянув его, чтобы не показать своей реакции.
Сделав шаг вперед, старик вытащил небрежно нарисованную карту и положил ее перед всеми.
– Неподходящее время для войны, похоже, мы замерзнем. – Квадратный палец пополз по еле заметной чернильной полосе. – Этот ручей бежит под стеной и снабжает водой замок. Если мы перекроем его, блокада закончится с успехом гораздо раньше.
– Если Генри и Джеймс дадут нам достаточно времени.
– Не беспокойся, Блекдин, у нас будет время. Джеймс будет стараться избежать войны как можно дольше. Генри тоже, по той же причине. Он не осмелится послать войска через шотландскую границу, это было бы открытым объявлением войны!
– Не будь слишком уверен, – вмешался Бранн. – Джеймс благоволит Макамлейду и, если он будет в опасности, то ему быстро окажут помощь. Что же касается Генри, да, ты прав, он не пошлет своих людей в Шотландию.
– Да! – с презрением произнес Овеин. – Эти чертовы шотландцы слишком гордые, чтобы признать себя уязвимыми. Атдаир никогда не обратится за помощью, и, если мы перейдем границу тихо и ночью, никто не догадается об опасности. Любому их соседу, кроме Кермичилов, нужно ехать день, чтобы добраться до Атдаира. А у меня есть идея, которую мы можем использовать для нашего блага.
Взгляд Овеина скользнул с нахмуренного лица Бранна на терпеливое лицо Мерлиона. Он слегка улыбнулся. Он покажет этим юнцам, на что способен настоящий воин. Скоро они увидят, что ни один шотландец не выдержит бешеной атаки под началом Райланда из Тарана.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Путы любви - Таннер Сюзан



Скучно не как не могу осилить
Путы любви - Таннер Сюзандомино
12.08.2013, 22.07





Роман приятный. Ощущение, что прочитала 2 романа :)
Путы любви - Таннер СюзанКиса
6.05.2014, 7.23





Роман тяжелый ... Остался неприятный осадок и горечь. И написан коряво - возможно виной перевод. Дочитала до конца только из-за привычки дочитывать начатое. Многое бесило: как муж, искренняя любя жену, оставляет её после потери ребёнка, уезжая ко двору, и там старается изменить ей? А она, став этому свидетельницей, спит с ним?! И хоть автор и пыталась в последней главе как-то исправить глупость всего романа, всё же это не помогло. Роман можно оценит на 3 из-за тупости гл героя и безвольности героини.
Путы любви - Таннер СюзанСтасия
2.06.2014, 2.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100