Читать онлайн Возвращенный рай, автора - Таннер Дженет, Раздел - 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращенный рай - Таннер Дженет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращенный рай - Таннер Дженет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращенный рай - Таннер Дженет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Таннер Дженет

Возвращенный рай

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

21

Вилла дремала в одуряющей жаре раннего вечера. Огненный шар солнца уже спускался в море, по жара не спадала. Она распространялась волнами от белой каменной дорожки, удерживая в воздухе сладко-дурманящие ароматы цветущих тропических кустарников, которыми была обсажена дорожка.
Лили чувствовала раскаленный камень через подошвы своих туфель и желала как можно скорее заменить их на пару резиновых шлепанцев, мечтала сбросить с себя шерстяные брюки и надеть просторный ситцевый сарафан. Но неудобство от неподходящей одежды не шло ни в какое сравнение с ее нервозностью и взвинченностью. Вот она и дома и скоро увидит отца. Этого она хотела больше всего, только ради этого и приехала сюда, а теперь, когда встреча уже неизбежна, ей хотелось почему-то оттянуть ее. В памяти вдруг ярко всплыли обстоятельства их расставания, годы разлуки усугубили взаимное непонимание. Но не только это пугало ее во встрече с отцом, а сознание того, что скоро она столкнется с реальностью не в воображении, а своими глазами увидит его больного и все разрушительные последствия его недуга. И тогда не останется места даже для малейшей надежды: ничего, кроме необходимости примириться с неизбежностью утраты.
Местный мальчик с ее чемоданом шел вслед за ней шагах в двух. Лили взглянула на него: улыбающееся смуглое лицо становилось все серьезнее по мере приближения к вилле, как будто невидимая тень в ярком предвечернем свете предвещала здесь неизбежную смерть. Лили Брандт, дочь бывшего офицера немецкой армии, внучка Винсенте Кордоба, политика и землевладельца. В ее жилах текла кровь аристократов двух цивилизаций. Благородное происхождение обязывало обуздывать свои слабости. Она обязана это сделать и ради самой себя.
Лили поднялась по невысоким ступенькам и широко растворила слегка приоткрытую дверь.
– Привет! – крикнула она. – Вот и я!
Ее уверенный и ровный голос повис в воздухе как полуденная жара. А потом резко отдернулась занавеска, отделявшая кухню, и оттуда выскочила Петси с распростертыми объятиями, с радостной улыбкой на живом коричневом лице, не зная смеяться ей или плакать.
– Мисс Лили! О, мисс Лили! Слава Богу – это вы!
– Петси! – Лили обняла ее, чувствуя, как полные груди вмялись при ее прикосновении подобно перезрелым дыням. От няни, от ее теплой смуглой кожи исходил привычный запах, который она запомнила с детских лет. – Так рада видеть тебя!
– А я вас, мисс Лили! О, как я рада, как я рада! У Петси, которая крепко прижимала к себе Лили, из глаз покатились слезы.
– Лили, – кратко, но с оттенком неодобрения, произнес голос с легким немецким акцентом. – Значит, ты добралась благополучно.
Лили еще раз сжала Петси и повернулась к Ингрид, как всегда невозмутимой.
– Привет, Ингрид. – Она быстро чмокнула ее в обе щеки, но без теплоты, которую выказала, приветствуя Петси: та все еще топталась рядом, вытирая кончиком фартука слезы.
– Спасибо, Петси, вы свободны, – распорядилась Ингрид, отпуская негритянку. Потом повернулась к мальчику, который в нерешительности стоял в дверях.
– Отнеси, пожалуйста, вещи мисс Лили наверх, Кэмми. Ты знаешь, в какую комнату.
– В мою прежнюю комнату? – Лили вдруг ужасно испугалась, что Ингрид все переменила в ее отсутствие – ей очень бы не хотелось этого.
– Конечно, – живо отозвалась Ингрид. – Ну, думаю, что тебе не терпится принять душ и переодеться.
– Да… но прежде я хочу увидеть папу. Где он?
– Он в гостиной. – Ингрид предостерегающе подняла руку, чтобы остановить Лили, которая направилась было туда. – Должна сразу предупредить тебя – он действительно сильно болен. Пожалуйста, не говори и не делай ничего такого, что расстроило бы его.
– Понятное дело! – резко отозвалась Лили. – Неужели я стану это делать.
– Его бы шокировало…
Лили не стала дальше слушать Ингрид и торопливо прошла мимо в направлении гостиной. Когда она его увидела, шаги ее невольно замедлились. Несмотря на все свои страхи и на то, что она ждала всего, чего угодно, то, что она увидела, все-таки поразило ее.
Отто полулежал на подушках в раскладном кресле, одетый в голубую шелковую рубашку и полотняные брюки. Но даже в полусидячем положении одежда висела на нем, и Лили показалось, что он совсем высох и стал тенью былого Отто. Когда-то сильное и красивое лицо осунулось, выглядело болезненным, на бледной коже ярко выделялся синевато-багровый шрам.
Лили замерла от ужаса, но любовь и беспокойство взяли верх, она подбежала к отцу, обхватив его руками, поцеловала в щеку, почувствовала, какая она холодная.
– Папа… О, папа!
– Лили… любимая! – Его голос дрогнул.
Они расплакались оба, потом Лили присела на корточки, держа его руки в своих.
– Папа, какой ты хороший!
– Что ты, – сказал он печально. – Из меня получился ужасный родитель. Спроси Ингрид. – Он сделал движение рукой в сторону жены, которая прошла за Лили в гостиную, но остановилась поодаль, давая возможность Лили побыть с отцом наедине.
– Я вижу, что болезнь не мешает тебе наслаждаться вином, – заметила Лили, кивнув в сторону бокала возле его локтя и беря легкий и шутливый тон.
– Не мешает. Слава Богу, я еще могу пропустить стаканчик! – вздохнул он. – Ах, Лили, до чего я докатился! Я всегда думал, что умру сразу. Не ожидал, что со мной произойдет такое.
– Не говори так, папа. Ты не умрешь!
– Увы, Лили. От этого не уйти. – Он произнес это в философском тоне, и она не сумела возразить ему. Все мысли о том, как заставить его усиленно лечиться, вылетели у нее из головы. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: слишком поздно.
– Ну… хорошо ли ты долетела? – спросил он.
– Да… прекрасно. – Такие вопросы не имели никакого значения, но они, по крайней мере, сглаживали неловкость момента.
– А как тебе удалось так быстро договориться об отлучке с работы?
– Мне положен отпуск, и я просто сказала, что беру его. Меня заменят. В этом нет проблем.
– Хорошо. А воздушное такси встретило тебя в Барбадосе?
– Да, новый пилот. Он показался мне приятным.
– Тогда все в порядке. Я не хочу, чтобы ты… – Он замолчал. Ему так много надо было сказать ей, но не сразу: к тому же он уже чувствовал себя очень уставшим.
– Папа, – сказала она, читая его мысли. – Если ты беспокоишься о моих встречах с Джорге, то напрасно. Между нами давным-давно все кончено. Теперь я повзрослела и поумнела.
Тени вокруг его глаз сгустились.
– Разве это меняет дело?
– Да, – твердо произнесла Лили. – Тогда я была неопытной. Я не знала того… – что мне известно теперь.
– Лили. – Его пальцы, походившие теперь на когти – настолько они исхудали, – сжали ее руку. – Ты по-прежнему мало что знаешь. Нам надо поговорить…
Возбуждение в его голосе встревожило Лили. Оно не осталось незамеченным и Ингрид.
– Отто, не сейчас, – вмешалась она. – Лили надо с дороги принять ванну, переодеться во что-то легкое, а тебе надо отдохнуть.
– Ради всех святых! Я только и делаю, что отдыхаю! Но мне это совсем не помогает.
– Сегодня ты уже перенапрягся, – твердо заявила Ингрид, не сдаваясь. – Ты волновался из-за Лили – не отрицай, потому что я знаю. Ну вот, она здесь, жива и здорова. Не случилось ни авиакатастрофы, ни угона самолета, ни задержек, ни встречи с Джорге. Ты можешь выпить еще стаканчик и расслабиться. Для откровенных разговоров по душам завтра будет сколько угодно времени.
– Папа, Ингрид права.
Лили поцеловала его руки и выпустила их, поднимаясь.
– Я приехала сюда, по крайней мере, на две недели, а будет необходимо – задержусь и еще. Видишь, времени у нас – хоть отбавляй.
Произнося эти слова, она уже знала, что это неправда. Их время может оказаться чрезвычайно ограниченным. Но один день вряд ли что-нибудь изменит.
– Увижу тебя за ужином… или раньше, если я управлюсь, а ты не будешь отдыхать. Ужин по-прежнему в восемь?
– Конечно. Здесь ничего не меняется. – Он имел в виду – и Лили это поняла – не только время приемов пищи.
Она улыбнулась ему, скрыв переполнившие ее эмоции за маской невозмутимости.
– Береги себя. И никаких безумств – когда меня нет поблизости!
Отто устало улыбнулся ее шутке. Малейшее движение стоило ему теперь больших усилий.
– Даю тебе слово, любимая.


Когда Гарсиа удалился на свой катер, стоявший на якоре у причала, Джорге по взлетной полосе направился к домику, где размещалась контора «Эр перпетуа». Он надеялся, что новый пилот все еще там, но летчик уже ушел. В конторе, однако, находился Мануэль, листал бумаги. Он, ухмыляясь, взглянул на вошедшего Джорге.
– Все идет гладко? – с ходу спросил Джорге.
– Ать-два, никаких проблем.
– Хорошо. – Джорге взял в руки бланк, посмотрел на него, положил обратно. – Вижу, пассажира встретил новый пилот.
– Так точно. – Ухмылка Мануэля стала шире. Он знал, что за пассажир прилетел и что это означало для Джорге, но ничего не сказал. Его не касалось, чего Джорге добивался от дочери старика, как и от прочих женщин, хотя его иногда забавляла эта слабость Джорге; он восхищался – и завидовал – многим его победам. Джорге все еще умел подойти к дамам, а следовать его примеру Мануэль не надеялся, хотя был на десять лет его моложе. У Джорге были повадки охотника на крупную дичь, который бьет наповал, и у бедняг было не больше шансов устоять, чем у хромого льва, попавшего на мушку крупнокалиберного ружья. Ну, что же, успехов ему!
– Как новый пилот? – спросил Джорге. – Задавал ли еще какие вопросы?
– Нет, но сегодня я его и не видел. Он летал за дочерью старика, а я…
– Да, – прервал его Джорге. – Знаю, чем ты занимался. Приглядывай за ним, Мануэль. Сразу же сообщи мне, если появится что-то важное.
– Угу, будет сделано.
– Я пошел. И так потратил уйму времени с этим ослом Гарсиа. Иду домой.
Но домой он не пошел, вернее, пошел, но не намеревался надолго оставаться там. Он собирался посетить виллу и возобновить свои связи с Лили. И оба, он и Мануэль, мимо которого ничто не проходило, знали об этом.


– Отто, неужели ты хочешь рассказать ей все о семье Санчес, даже и о своих деловых связях с этой семьей? – спросила Ингрид.
Лили была наверху, а по доносившемуся урчанию в водопроводных трубах можно было догадаться, что она принимает душ или ванну.
Отто перевел уставший взгляд на лицо Ингрид, и она содрогнулась, видя его явное бессилие.
– Да, Ингрид, думаю, я это сделаю. Не хочу, чтобы она что-то обнаружила, когда меня не станет и я не смогу дать ей нужные объяснения. К тому же будет лучше для ее собственной безопасности, если она все узнает сейчас. Лили упрямая, а ты знаешь, что представляет собой Джорге и другие. Они могут сделать все что угодно, если заподозрят опасность. Она должна знать, что они ни перед чем не остановятся…
Ингрид покорно кивнула. Возможно, он прав. И, по крайней мере, это может привести к тому, что Лили уедет и никогда больше не вернется в Мандрепору. Ингрид всем сердцем надеялась, что так оно и будет – и не только в силу причин, которые имел в виду Отто. Каждая встреча с Лили была для нее очень неприятной. Лили – так потрясающе похожая на Магдалену – опять напоминала ей, причиняя острую боль, о непрожитых годах жизни с Отто, которые были украдены у нее.
Обида захлестнула Ингрид при мысли об этом. Она ждала его в Германии в течение всех долгих лет войны, молилась, чтобы он остался невредимым. Пережила разрушение своего дома, гибель его дома от бомбежек, убеждала себя быть отважной. Их дома превратились в кучи щебня и мусора. Пока Отто оставался живым, она могла еще мириться с этим. Каждую ночь, ложась спать, она засовывала под подушку в качестве талисмана кольцо, которым она была помолвлена с ним, страстно мечта о дне, когда война, наконец, закончится, он возвратится, наденет это кольцо ей на руку в кирхе, и она никогда больше не снимет его с пальца – кольцо, которое будет означать, что она стала его женой.
Но все пошло наперекосяк: вместо того чтобы выйти победительницей, Германия оказалась униженной, Отто не вернулся домой триумфатором, а бежал в Южную Америку. Но и тогда она с нетерпением ждала, что он вызовет ее к себе, и не дождалась. Наконец до нее дошли ошеломляющие новости. Отто познакомился с венесуэльской девушкой – дочерью человека, который помогал ему в побеге, и полюбил ее. Известие просто убило Ингрид. Она отказывалась верить, что Отто мог так поступить с ней после всего, что было между ними. В тот день, когда до нее дошла эта новость с его женитьбе, она хотела покончить с собой. Потом на месте горя стало зарождаться исцеляющее чувство гнева, в ней вспыхнула яростная ненависть к женщине, которая отбила у нее любимого человека. Пусть она молода и красива, думала Ингрид, пусть она околдовала его, одинокого, в чужой стране, она все равно не сможет дать ему настоящего счастья. Когда-нибудь она надоест ему, и вот тогда Ингрид не упустит своего.
На деле получилось не совсем так. Когда месяцы стали растягиваться в годы, Ингрид надоело тратить свою жизнь впустую. Она познакомилась с МОЛОДЫМ врачом, и хотя он не мог заменить ей Отто, она все же решилась принять его предложение и выйти за него замуж. Любопытно, что когда она услышала о смерти Магдалены, то не почувствовала ничего, кроме чувства сожаления о зря потерянных годах. Теперь она была вполне счастлива в супружеской жизни, а то, что Отто остался один, – ну и что? Получил по заслугам.
Только через десять лет она опять подумала всерьез об Отто. Ее муж погиб в автомобильной катастрофе и однажды, упаковывая вещи, чтобы переехать на квартиру поменьше, она наткнулась на кольцо, надетое ей Отто на помолвке, и это всколыхнуло в ней воспоминания и тоску о прошлом. Ингрид вдруг ужасно захотелось увидеть Отто опять, каждый день без него казался ей невыносимым днем, и это после стольких упущенных лет! Она написала ему письмо, он ответил, пригласил на Мандрепору. Она поехала, исполненная надежд и мечтаний, как в юные годы, и когда снова увидела Отто, поняла, что никогда не переставала любить его.
Они поженились, и Ингрид так и не вернулась больше в Германию. Так что, в конце концов, она чудесным образом получила все, чего хотела. В ее теле осталась лишь одна заноза, существовал только одни человек, который мешал ей забыть о годах унижения и муки. Этим человеком была Лили.
Все утверждали, что Лили – вылитая мать, и Ингрид была уверена, что, когда Отто смотрел на дочь, он видел Магдалену. Ингрид возмущала избалованность Лили: Отто как будто хотел перенести на дочь всю свою любовь, которую он не растратил с Магдаленой. Ингрид отчаянно ревновала – к теплоте их отношений, к молодости и живости Лили, что, казалось ей, издевательски подчеркивало ее собственную погубленную юность и постоянно напоминало о женщине, которая похитила то, что должно было стать лучшими годами жизни Ингрид.
Ома лишь обрадовалась, когда Лили уехала в Нью-Йорк, ХОТЯ к стыду своему и знала, что это причиняет Отто горе. Наконец Отто принадлежал ей одной, только ей, и призраки прошлого исчезли. Но эти счастливые денечки проскочили слишком быстро. Вмешалась жестокая судьба. Скоро она опять потеряет Отто, теперь навсегда. И вот Лили возвратилась, чтобы на тот небольшой остаток времени, что у них остался, отбросить, пусть и очаровательную, тень.
Ингрид подошла к Отто, остановилась за креслом, положила по-хозяйски руки на его плечи, чувствуя через мягкий шелк рубашки выпирающие ключицы.
– С ней будет все в порядке, – успокаивающе произнесла она, прикоснувшись губами к его щеке, завидуя его любви и желая так же любить его дочь. – Она молодая и сильная. Больше этого не повторится.
– Видит Бог, я надеюсь, что ты права, – произнес Отто, и оба они поняли, что говорили не только о связи Лили с Джорге, но и о других вещах, которые перенести еще труднее и которые давно уже должны были затеряться в далеком прошлом.
* * *
Ги де Савиньи ужинал один – простое блюдо из рыбы и манго, которое приготовила ему служанка. Поужинав, он сложил грязные тарелки в раковину, открыл еще одну баночку легкого пива и вышел с ней на террасу. Над пальмовыми ветвями поднялась луна, такая огромная и яркая, что по освещению ночь почти не уступала дню, а все еще перегретый воздух был насыщен музыкальным гулом тысяч москитов и трещанием кузнечиков в траве под верандой.
Ги подтащил кресло, чтобы сесть лицом к саду, и удобно растянулся в нем, положив ноги на перила веранды. Надо, подумал он, написать несколько писем домой, но его не тянуло этим заниматься. Из головы не выходили события сегодняшнего дня.
Все еще не верилось, что ему так повезло и он познакомился с дочерью Отто… завязал с ней почти приятельские отношения. Конечно, может быть это была простая любезность, когда она приглашала его на виллу. Но что бы она ни имела в виду, она его пригласила, и Ги не собирался пропускать такую возможность. Он хотел сам увидеть все реликвии, о которых рассказывал ему Билл. Тогда он точно убедится в том, что Отто Брандт является Отто фон Райнгардом.
Эту возможность послало ему небо. Да и девушка тоже недурна собой. Тем более приятно. Совсем не такая, какой он представлял себе дочь старого нацистского преступника.
Ги неожиданно почувствовал некоторое сожаление. При других обстоятельствах он вполне бы мог увлечься ею. Он опять подумал о девушке, вспоминая ее живые привлекательные черты, ее голос и даже представив ее в своих объятиях. Очень жаль. Не часто его привлекали девушки так сильно, как эта. Но ничего не поделаешь – она дочь немца, и если немец окажется Отто фон Райнгардом, и говорить нечего. Она не захочет иметь с ним ничего общего, если он выдаст ее отца властям, но и он тоже не захочет иметь никакого отношения к плоти и крови нацистского чудовища, который предал смерти его отца, его дядю, а потом выкрал фамильные сокровища.
На какое-то мгновение Ги захотелось даже, чтобы немец оказался другим, не Отто фон Райнгардом. Но он резко одернул себя. Он ищет именно фон Райнгарда. Ищет давно, а фамильные сокровища хочет вернуть на их прежнее место.
И не позволит, чтобы этому помешали миловидное личико и пара красивых ножек.


Ужин на вилле закончился. Петси убрала со стола. Лили, Ингрид и Отто сидели в гостиной и разговаривали о том о сем.
Отто съел очень мало, без интереса потыкал вилкой в блюда, которые ставили перед ним на поднос, и Лили наблюдала за ним с состраданием. Она представляла себе, как трудно будет ей видеть его больным, но в действительности все оказалось гораздо хуже. Было бы легче снести это зрелище, думала она, если бы раньше он не был таким сильным. А теперь контраст получался слишком разительным, просто надрывалось сердце видеть железную волю, все еще заметную в совершенно одряхлевшем теле. У Лили слезы навертывались на глаза. Она отвернулась и увидела между ставнями веранды силуэт высокого человека. Она ахнула, и в тот же момент Ингрид заговорила, слегка повысив ГОЛОС С оттенком неприязни.
– Джорге! Какой сюрприз!
– Разве? – раздался насмешливый выговор нараспев, который Лили так хорошо запомнила. Голос, который она слышала в своих грезах.
Он вошел в салон ленивой, грациозной походкой, в которой было что-то кошачье. Свет от люстры подчеркнул рельефно черты его лица – он выглядел старше, развратнее и еще опаснее, чем всегда.
– Я слышал, что приехала Лили, – заметил он. – И заскочил взглянуть на нее.
– Тебе этого не следовало делать. – Отто подался вперед в своем кресле, гнев и тревога придали ему некоторую силу. – Лили не желает тебя видеть. Ты знаешь об этом.
– Не волнуйся, папа. Не беспокойся за меня. – Лили поднялась со своего места и стала за ним, мягко положив руки на его плечи. – Я польщена, Джорге, что ты потрудился прийти, но, как сказал папа, делать этого не стоило. Я действительно не хочу тебя видеть.
Джорге равнодушно пожал плечами.
– Жаль слышать это, Лили, – произнес он с той же показной распевностью. – Я считал, мы что-то значим друг для друга.
– Что ты хочешь этим сказать? Он посмотрел в сторону Отто.
– Несомненно, здесь должны произойти перемены. Нам придется обсудить, как организовать дела по-новому.
Лили просто задохнулась от жестокости этих слов, но Ингрид тут же вскочила на ноги и гневно подошла к Джорге вплотную.
– Как ты смеешь? – гневно выкрикнула она. – Как ты смеешь врываться сюда без приглашения и так расстраивать Отто?
Джорге вроде бы и улыбался, но его лицо при этом оставалось невозмутимым.
– Рано или поздно с фактами придется считаться, нравится вам это или нет.
– Но сейчас для этого не время и не место. Думаю, будет лучше, если ты уйдешь, Джорге.
Джорге пожал плечами.
– Как желаете. Это ваш дом – пока что. Мне только жаль, что вы показали себя такими негостеприимными к старому другу и деловому партнеру. Но пусть будет по-вашему. Лили, скоро я поговорю с тобой наедине.
– Неужели ты не можешь понять, Джорге, что мне нечего тебе сказать? – Лили возмутило его высокомерие и полное неуважение к отцу. Ей было стыдно, что она допустила его в свою жизнь. – Ингрид говорила и от моего имени. Я приехала в Мандрепору, потому что заболел папа. Это – единственная причина. И я была бы признательна, если ты оставишь в покое его… и меня.
Джорге хрипло рассмеялся, его голосовые связки были изнурены обилием бесшабашных вечеринок и выкуренных сигар.
– Моя дорогая Лили, ты всегда прекрасна – особенно когда сердишься. Этот пламень – неотразим! Я жду с нетерпением, когда бизнес начну вести с тобой.
Он двинулся, вышел из освещенного люстрой круга, артист, который знал, что он прекрасно отыграл сцену ухода, и не желал портить впечатление продолжением диалога. Лили не успела ответить ему в той же броской манере – мгла поглотила его.
– Какая свинья – что он себе позволяет! – кипятилась Ингрид. Лили не вспомнила, что она когда-либо видела мачеху так вышедшей из себя, обычно та сохраняла безупречное спокойствие и выдержку. – Он никого и ничто не уважает. Когда-нибудь найдется человек, который продырявит его, как это сделали с его отцом – прострелит насквозь – он это вполне заслужил.
– Ингрид, пожалуйста, не надо. – Отто произнес это натянутым голосом: ладонями Лили чувствовала напряжение в жесткой линии его плеч. – Перестань об этом, а? Пусть его приход не испортит первого вечера Лили после возвращения.
– Он уже испортил его.
– Нет, пока нет. – Теперь, когда Джорге ушел, Лили почувствовала свою слабость и нестойкость в отношениях с ним, но ради отца решила не показывать, насколько она этим расстроена. – Меня возмутили его слова, но, по крайней мере, я увидела его и должна признаться, что раньше с ужасом думала об этой встрече. А теперь – ну, что же, все позади, не так ли? Худшее пройдено.
– Лили, – Отто потянул ее за руку, заставив обойти вокруг кресла и встать перед ним. – Не думаю, что все осталось позади. Ты слышала, что он сказал. Он хочет поговорить с тобой наедине.
– Одна я с ним не останусь. И точка.
– Любимая, не все так просто. Ты знаешь, что из себя представляет Джорге. Он добьется своего не мытьём, так катаньем. Ясно, что легко ты от него не отделаешься. Это не в его характере. С другой стороны… ну, ты слышала, что он сказал.
Он замолчал, совсем обессилев.
Лили встала на колени рядом с креслом.
– Папа, что он хотел этим сказать?
– Хватит, Лили, – живо вмешалась Ингрид. – Твой отец очень устал. Я не допущу, чтобы он расстроился еще больше.
– Все в порядке, – вставил Отто. – Мне уже лучше, Ингрид. Лили должна знать правду о Мандрепоре… и о Джорге, и о других.
– Но не сегодня. Для тебя, Отто, и так это слишком большая нагрузка. Давайте отложим на завтра. А сейчас я позову Бейзила и велю ему уложить тебя в постель. – Она говорила быстро, почти назидательным тоном, и когда она заторопилась из салона в поисках Бейзила, Отто беспомощно поднял руки, которые тут же упали на колени, покачал головой, глядя на Лили и пытаясь кисло шутить.
– Видишь, до чего дошло, Лили? Отто фон Райнгард вынужден поступать так, как велит ему женщина! – Слова выговорились невнятно по причине усталости или от воздействия лекарств, которые он только что принял. Лили озадаченно посмотрела на него.
– Что ты сказал?
– Ингрид командует мною без зазрения совести.
– Нет… я не о том. Ты сказал Отто фон… что-то такое… ну, во всяком случае, не Брандт.
– Разве? – Сетуя, что он проговорился, Отто сослался на расслабляющее воздействие лекарств и тем замял свою оплошность. – А, это старая родовая фамилия. Ребенком я носил ее. Но уже не вспоминал многие годы…
– О, папа! – Лицо Лили приняло выражение любви и сострадания. – Я собиралась спросить тебя, пока Ингрид нет в комнате, что же такое тут у вас творится, но, наверное, она права. Сегодня ты уже очень устал. Да что там, завтра же ведь я тоже буду здесь, и ты сможешь рассказать мне все, что захочешь.
– Да, Лили, да. Должен сознаться, что сейчас я чувствую себя не очень…
Дверь отворилась, и в салон ворвалась Ингрид, за которой еле поспевал верный Бейзил.
– Он пришел, Отто. Теперь ты хорошенько поспи, а я займу Лили, – заявила она.
– Да, да. Очень хорошо. Тогда спокойной ночи, дорогая. И – несмотря ни на что – приятно видеть тебя дома!
Он коснулся губами ее щеки. Лили отошла в сторону, испытывая чувство острого сожаления, и наблюдала, как Бейзил поднимает его как ребенка из кресла и помогает выйти из комнаты.
– Я и подумать не могла, что он болеет так сильно, – задумчиво сказала она Ингрид, когда те отошли на достаточно большое расстояние. – Это ужасно. Вам бы следовало сообщить мне пораньше.
– Я уже говорила тебе: он этого не хотел. – Ингрид налила себе новую чашку кофе. Лицо ее оставалось удивительно спокойным. – А теперь, когда сюда заявился Джорге и устроил тут скандал, думаю, тебе понятно почему.
Лили охватило чувство вины: она знала, что ее прошлое поведение тоже послужило причиной сегодняшнего инцидента. Но сверх этого было что-то и еще, что-то такое, чего она не понимала.
– Что именно папа хочет рассказать мне? – спросила она.
Некоторое время Ингрид хранила молчание, и Лили видела, как она раздумывает: отвечать ли ей, взвешивая «за» и «против». Потом та покачала головой.
– Нет, Лили, это он должен рассказать сам, когда отдохнет. Это не мой дом – меня все это совершенно не касается.
– Но ты же его жена. Тебе должно быть известно, о чем идет речь.
– Да, мне известно. Но все равно, меня это не касается. Это связано с делами, которые появились задолго ДО моего приезда на Мандрепору и имеют отношение ТОЛЬКО к тебе и к нему.
– Предположим, что он недостаточно восстановит силы пли разум его недостаточно просветлеет ни до завтра, ни до послезавтра? Допустим, что он так и не сможет рассказать мне об этом?
– Если такое случится, я сделаю это вместо него. Но сначала он должен попытаться рассказать это сам. – Ингрид произнесла это решительным тоном, и Лили поняла, что больше приставать бесполезно.
– Ингрид, – обратилась к ней Лили. – Ты не обидишься, если я тоже пойду лягу? Я и сама очень устала. У меня сегодня тоже тяжелый день.
Она не добавила, что ей не хочется засиживаться здесь, вести пустячные разговоры с женой своего отца, что в ее присутствии она чувствует себя неловко и поэтому хотела бы остаться одна.
– Конечно, не обижусь, – ответила Ингрид. – Я привыкаю проводить вечера в одиночестве, что, может быть, и неплохо, если в будущем меня все равно ждет именно такая доля.
Лили ничего не могла придумать, что ответить на это. Она подошла к ней, поцеловала мачеху в щеку с гораздо большей теплотой, чем обычно. Ингрид хотя бы окружила отца уютом и покоем в последние годы его жизни. Лили знала, что уже за это она будет ей вечно признательна.


В ее комнате ничего не изменилось. Лили разделась при лунном свете, который ярким потоком вливался в незакрытые ставнями окна, взобралась на кровать на четырех стойках, поправила сетку от москитов, которая ниспадала с балдахина, образуя внутри божественную прохладу.
Ребенком она любила эту кровать, которая как будто сошла со страниц книги сказок. Для нее кровать представляла собой то заколдованный замок, то таинственный остров, то пиратский бриг. Здесь сосредоточивался весь мир одинокого невинного ребенка, здесь никто не мешал ей мечтать, воображать себя кем-либо, изливать свою душу. Но здесь ей приходилось плакать – по матери, а много лет спустя из-за Джорге, который закрутил ее, а потом обманул; и теперь, когда она была так возбуждена, почему-то наиболее ярко всплывали перед нею именно эти, печальные воспоминания.
Лили подтянула тонкую батистовую простыню до груди, положила поверх нее руки и закрыла глаза. Но сон не шел, как не приходил он каждую ночь с тех пор, как она получила письмо от Джози. А перед глазами опять проносилась сцена, которая разыгралась сегодня на первом этаже, она повторялась снова и снова, словно кинокадры, которые прокручивают много раз подряд.
Зачем Джорге надо было приходить сегодня вечером? – спрашивала она себя. Она разволновалась и разогнала сон окончательно. Почему бы ему не оставить ее в покое? Но такое поведение несвойственно Джорге. Он старался ухватить то, что считал выгодным для себя, ведя свою излюбленную игру – перемежая скотскую жестокость с опьяняющей лестью, пока жертва не превращалась в подобие куклы в руках опытного кукольника. Джорге целиком выкладывался, чтобы получить желаемое… он добивался и ее. Нет… не совсем правильно. Он не хотел ее… он хотел просто попользоваться ею, чтобы ублажить свою похоть и тщеславие, а потом отбросить, когда ему заблагорассудится. Она знала эту его черту, ненавидела его за нее, и все же ее неотразимо влекло к нему так же, как и прежде. Несколько лет назад она знала, что поступает неправильно, но не могла остановиться. Но тогда она была молодая, впечатлительная, романтически настроенная и не знала столько, сколько знает теперь. Она не должна слишком сильно винить себя. Даже теперь, когда Лили стала старше и мудрее, она больше всего боялась, что не сможет сопротивляться и позволит, чтобы все началось сначала. Джорге послала ей сама судьба. В этом она убедила себя, когда ей было шестнадцать лет. И эта мысль звучала музыкой в ее сознании. Она не знала, что происходило раньше и что произойдет потом. А если бы она и знала… было бы это… могло бы это быть иначе? Лили не знала. Она знала только одно, что даже теперь, лежа без сна на своей прежней кровати, она незримо чувствовала присутствие Джорге – порочного, но вместе с тем обладающего мощным животным магнетизмом, – он занимал все ее мысли, превращая опять в такую же игрушку, какой она была для него прежде.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Возвращенный рай - Таннер Дженет

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1234567891011121314151617

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

1819202122232425262728

Ваши комментарии
к роману Возвращенный рай - Таннер Дженет


Комментарии к роману "Возвращенный рай - Таннер Дженет" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1234567891011121314151617

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

1819202122232425262728

Rambler's Top100