Читать онлайн Вечная любовь, автора - Такер Шелли, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вечная любовь - Такер Шелли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.41 (Голосов: 97)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вечная любовь - Такер Шелли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вечная любовь - Такер Шелли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Такер Шелли

Вечная любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Три урока, касающихся грозного негодяя, назвавшегося Хоком Вэлбрендом, Авриль успела усвоить: на все ее вопросы он отвечал загадками; не терпел ни малейшего неповиновения и, наконец, был именно настолько могуществен и непреклонен, насколько — казался таковым.
Бежать от него к скалам было глупо. Еще глупее — вырываться, когда он вел ее обратно в дом переодеваться.
У него под глазом виднелись свежие царапины — знак почести, оказанной ее ногтями.
У нее руки были связаны спереди — знак почести, оказанной его физическим превосходством.
Теперь на ней было простое льняное платье бледно-лилового цвета с пурпурной вышивкой на груди и подоле.
— Миледи, я дал слово, что вам не причинят здесь никакого вреда. Если вы сами не станете создавать неприятностей, для нас обоих эта злополучная ситуация окажется много легче.
Авриль ничего не ответила. Она дышала часто и неглубоко, и с каждым вдохом в нее проникал, будоража все чувства, крепкий мужской запах ее похитителя. Никакие благие заверения нисколько не умерили ее страха — тем более теперь, когда oн вез ее куда-то в темноту верхом на быстром гнедом жеребце крепко обхватив загорелой рукой талию. Они скакали в лунном свете по тропинке, ведущей от его дома вниз по крутому склону.
Она больше не совершала ошибки, пытаясь спорить и сопротивляться. Приведя ее домой, он повернулся к ней спиной и дал ровно столько времени, сколько потребовалось, чтобы сосчитать до двадцати. За этот короткий срок она должна была одеться в одно из платьев, которые он ей принес. Этот приказ она выполнила быстро, бормоча себе под нос самые нелестные выражения в его адрес и отказавшись от его помощи, чтобы зашнуровать платье на спине.
Об этом она теперь сожалела… так как голой спиной чувствовала прикосновение его обнаженной груди, гладкой и теплой. Он прижимал ее так крепко, что она опасалась, как бы незатянутые шнурки не впечатались намертво ей в спину под этим тяжелым прессом мускулов. Было очевидно, что он больше не намерен не только отпускать ее от себя ни па шаг, по даже выпускать из виду.
Подавляя дрожь, Авриль заставила себя не обращать внимания на чувство неловкости и на неприятный жар. отчетливо ощутимый там, где их тела соприкасались, и становившийся с каждой минутой все сильнее.
Быть может, это странное ощущение возникло из-за влажности, свойственной островному климату, и насыщенного парами соли воздуха? Вероятно, лишь душная погода виной тому, что у нее слегка кружилась голова и кожу покрывала испарина, от которой платье липло к телу.
Или дело в том, что похититель так тесно прижимает ее к себе, что каждый изгиб ее тела «укладывается» в изгибы его фигуры?
Она с негодованием отвергла последнюю мысль. От волнения у нее все свело внутри. Она сосредоточила внимание на окружающей местности, вспоминая то, что он сказал ей чуть раньше: кем бы и чем бы вы ни были прежде, теперь это не имеет никакого значения. Самонадеянный болван! Будь он проклят со своими угрозами! Каковы бы ни были намерения Вэлбренда она не собирается оставаться здесь так долго, чтобы он успел привести их в исполнение. Гастон со своими людьми скоро найдет ее; или она сама отыщет способ убежать.
Способ вернуться домой, к своей малышке Жизели.
Вглядываясь в темноту, она едва различала дорогу, по которой они ехали, но и похититель, и его боевой конь, похоже, знали ее так хорошо, что могли бы скакать с закрытыми глазами. Они долго неслись галопом вдоль утесов, нависавших над морем на головокружительной высоте, пока тропа не стала шире, перейдя наконец в дорогу, ведущую в глубь острова. Вдали на севере, на берегу океана, Авриль заметила мерцающие огоньки.
Город, подумала она, и искорка надежды затеплилась в ней. Если удастся сбежать от Вэлбренда, вероятно, там она сможет найти помощь.
Однако вскоре надежда угасла, так как на развилке они свернули в сторону, берег остался далеко за спиной. Теперь они неслись по направлению к горам, возвышавшимся впереди на горизонте подобно безмолвным темным фигурам гигантских стражников. Чуть позже, когда они въехали в лес, Вэлбренд перевел коня на легкий галоп.
Здесь воздух был прохладнее и благоухал густым хвойным ароматом. Кусты, усыпанные спелыми ягодами, протягивали ветви через дорогу; лопающиеся под конскими копытами плоды испускали острый пикантный запах. Авриль слышала уханье филинов и шорохи в кустах, где, видимо, шныряли какие-то зверьки.
Она старалась думать только о побеге и о доме. О милом, улыбчивом личике Жизели. О том, чтобы найти Жозетт целой и невредимой.
Но оттого, что густые ветви вечнозеленых деревьев почти полностью скрадывали лунный свет, страх снова навалился на. нее, схватил за горло, не давая свободно дышать.
— К-к-уда мы едем? — выдавила она.
— В альтинг-веллир, — коротко ответил он. — Место, где заседает наш совет старейшин — альтинг.
Вскоре лес стал редеть, и впереди показался открытый луг, ротором их ожидала большая группа мужчин — по крайней мере человек двадцать собрались у подножия выступающих посреди луга скал, таких высоких, что вершины их терялись во тьме. По склону одной скалы — казалось, прямо с небес — сверкающим каскадом низвергался водопад, образующий у подножия чистое озеро, над которым клубился серебрящийся в лунном сиянии туман.
При виде загорелых воинов, на большинстве из которых, как и на Вэлбренде, были лишь облегающие штаны, у Авриль от потрясения и страха пересохло в горле — целое море загорелых мускулов.
В стороне от них, у основания скальной стены, стояла цепочка мужчин, каждый из которых держал при себе истерично рыдающую женщину.
До этой минуты Авриль не догадывалась, что на острове были и другие похитители.
— Ради всего святого, что это? — Ледяной ужас охватил ее, она попыталась освободиться от стальной хватки похитителя. — Что вы собираетесь…
— Не бойтесь, — низким голосом сказал Вэлбренд. — никто не причинит вам вреда.
Он, несомненно, полагал, что эти слова должны ее успокоить. Но низкий рокот его голоса передался ей через прижатую к его широкой груди спину и усугубил поднявшуюся панику.
— Нет, я вам не верю! Я…
— Авриль, успокойтесь, — скомандовал он, еще крепче прижимая ее и одновременно останавливая коня у кромки луга где уже была привязана дюжина других лошадей. — Вы получите ответы на все свои вопросы, все будет хорошо. Я постою рядом с вами и…
— Это меня нисколько не утешает! — Выругавшись, Хок перекинул ногу через круп коня и одним легким движением спрыгнул на землю.
— Мы опоздали, миледи. Поторопитесь! — Он протянул вверх руки, чтобы помочь ей сойти, но как раз в этот момент Авриль заметила знакомую фигурку в группе мужчин и женщин.
— Жозетт! — Игнорируя его помощь, она, несмотря на связанные руки, сама соскочила с коня, однако не успела сделать и шага, как Вэлбренд схватил ее за плечо и рванул назад.
Авриль попыталась вывернуться, не зная, услышала ли ее Жозетт сквозь шум водопада и гомон толпы.
— Пожалуйста, позвольте мне подойти к ней…
— Вы не можете предстать перед мужчинами Асгарда в платье, которое вот-вот спадет с вас, — нетерпеливо сказал он и, быстро перебирая пальцами, не обращая больше внимания ни на какие протесты, затянул шнуровку у нее на спине.
От легких, словно перышко, прикосновений его пальцев к ее голой спине внутри у нее что-то сжалось и как-то странно защекотало внутри живота — ощущение, почти такое же…
Нет! Потрясенная, она оборвала себя, не додумав мысль до конца, и смущенно повторила про себя: «Нет! Напряжение, которым заряжен воздух между мной и Вэлбрендом, — следствие страха. Нервозности. Гнева. Жаркой погоды. Это ощущение не имеет ничего общего с… с…»
Подобное чувство не посещало ее с момента гибели Жерара. Более чем за три минувших года она лишь изредка мимоходом обращала внимание на какого-нибудь мужчину. Неужели возможно, чтобы она ощутила его теперь по отношению к мужчине, который держал ее в заложницах?
— Вы закончили? — спросила она. От напряжения голос прозвучал резко.
— Да, — ответил Вэлбренд с таким же напряжением в голосе. Он благополучно добрался до последней тесемки.
Похоже, негодяю было не в новинку зашнуровывать дамское платье.
— Пошли! — Он подтолкнул ее вперед, и они двинулись сквозь толпу, при этом он крепко держал ее за плечо.
Мужчины расступились, давая им проход, их восклицания, судя по интонации, были приветственными. Вэлбренд отвечал на приветствия короткими кивками: похоже, он был не в лучшем расположении духа.
— Наше место там, в конце шеренги, — угрюмо показал он, ведя ее мимо выстроившихся пар. — Вы будете говорить только тогда, когда вас спросят…
— Жозетт! — закричала Авриль, увидев, что подруга заметила ее, и попыталась вырваться от Вэлбренда.
Жозетт ответила ей взглядом, в котором читалось облегчение.
— Авриль! — Лицо Жозетт было бледным, глаза заплаканными, в остальном с ней, кажется, ничего дурного не произошло. Темноволосый молодой мужчина — тот самый, что похитил девушку в Антверпене, — сдержал ее порыв.
Вэлбренд, в свою очередь, крепко держал Авриль подле себя.
— Миледи, мы и так достаточно долго заставили себя ждать. — Он продолжал тащить ее к концу шеренги. — Старейшины вот-вот выйдут.
Однако Авриль вырывалась до тех пор, пока Вэлбренд не сжал ее руку повыше локтя так, что приток крови прекратился и рука онемела. Авриль решила, что благоразумнее повиноваться, до поры.
Ее утешало то, что Жозетт ведет себя явно лучше остальных пленниц. Маленькая мавританка безудержно рыдала, не в силах взять себя в руки. Пышная итальянка со светлыми вьющимися волосами на чем свет стоит проклинала своего похитителя, которому стоило немалых трудов удерживать ее подле себя. Следующей стояла высокая рыжеволосая девушка, рядом с которой по какой-то причине не было мужчины. Зажмурившись, она молилась по-английски.
Пять остальных женщин либо бормотали что-то бессмысленное, либо завывали, либо пребывали в шоке, тараща глаза на происходящее. Авриль заметила, что не только у нее связаны руки.
Бросив взгляд на загорелых мужчин, полукругом обступивших похитителей с их жертвами, она отметила, что у всех — великолепные ровные ослепительно белые зубы. Когда мужчины улыбались, зубы сверкали в лунном свете. Авриль показалось, что из нее выкачали весь воздух.
А вдруг похитители должны поделиться своей добычей с этой ордой? Быть может, женщин изнасилуют прямо здесь, в лесу, под покровом ночи — вдали от города?
Или принесут в жертву, следуя какому-нибудь языческому полуночному ритуалу?
У Авриль кровь отхлынула от лица. Какое-то мгновение она держалась на ногах лишь благодаря тому, что Вэлбренд крепко сжал ее под руку. В голове у нее стало мешаться, в полубреду вспыхивало лишь обещание, которое он ей дал. Никто не причинит вам вреда, сказал он. Никто не собирается причинять вам вреда.
Когда торжественная, впечатляющая процессия старейшин появилась у подножия скалы, замолчала даже итальянка. Их было четырнадцать. На каждом — богато расшитая мантия на шелковой подкладке, застегнутая на груди огромной золотой брошью. Ни один из старейшин, как ни странно, не выглядел стариком.
В сущности, все они были немногим старше Вэлбренда, а ему, по ее разумению, не больше тридцати.
Когда последний из старейшин занял свое место, все мужчины, как один, поклонились им. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь всплесками водопада, находившегося в нескольких десятках шагов от места действия.
Потом один из старейшин вышел вперед и обратился к собравшимся. Судя по тону, речь его была торжественна и серьезна. Сердце у Авриль стало биться чуть медленнее. Ей даже удалось сделать глубокий вдох.
Церемония казалась излишне пышной — не говоря уж о том, что в ней не было бы никакой надобности, если бы их действительно собирались изнасиловать. И ни у кого из старейшин не было никакого оружия для исполнения обряда жертвоприношения.
Авриль силилась вникнуть в смысл слов, однако, к великому разочарованию, не могла понять, о чем говорит старейшина и какое его речь имеет отношение к ней и остальным пленницам. Язык звучал так странно для ее уха, что она даже не могла определить, к какой группе он может принадлежать. Грубый, гортанный, однако не лишенный стройности и даже некоторой музыкальности интонаций. Германский? Славянский?
Первый оратор закончил свою речь и отступил назад. Вперед вышел другой — с блестящей серебряной чашей в руке. Подняв ее над головой, он начал бесстрастно что-то декламировать, голос возносился в ночное небо. Потом старейшина осенил чашей водопад, луну и каждую из женщин, после чего извлек свободной рукой откуда-то из-под мантии пригоршню зерен и рассеял их по земле.
Сердце Авриль билось неровно, то замирая, то бешено колотясь.
— Что это оз…
— Тише!.. — хрипло прошептал Вэлбренд. Старейшина с чашей вернулся на место, вперед выступил третий, сидевший в самом центре. Это был блондин с коротко остриженными волосами и окладистой бородой. Он держался с уверенным достоинством лендлорда, а может, и короля. На шее у него висела золотая цепь с огромным темно-синим драгоценным камнем.
Не произнеся ни слова, он направился к дальнему концу шеренги похитителей и их пленниц и со строгим видом начал поочередно рассматривать каждую пару. На поляне стало так тихо, что Авриль слышала, как хлопают крылья птицы, взлетевшей в лесу.
Задержавшись на мгновение возле девушки-англичанки, старейшина двинулся дальше, пока не дошел до них с Вэлбрендом. Когда взгляд его чистых светло-голубых глаз на секунду остановился на Авриль, у нее дух захватило: тонкими чертами лица, золотистыми волосами и этими небесно-голубыми глазами он был так похож на ее похитителя!
Авриль не отвела глаз, не моргнула, она ответила ему таким же испытующим взглядом. Ей было безразлично, кто он: oна не собиралась кланяться ни ему, ни кому бы то ни было из здешних мужчин. Высоко вздернув подбородок, она приказала себе смотреть прямо в глаза своему будущему, каково бы оно ни было.
Но, к ее удивлению, старейшина приподнял уголок рта — чуть-чуть, так, что не стой он всего в шаге от нее, она бы этого и не увидела, — и взгляд его едва заметно смягчился. На какое-то мгновение выражение лица стало, можно сказать… одобрительным.
Чуть ли не добрым.
Это впечатление длилось всего лишь миг, потому что, когда он перевел взгляд па Хока, лицо его снова стало бесстрастным, между ним и Хоком словно повисла ледяная завеса. Спустя секунду Хок опустил глаза и склонил голову. Мышцы его загорелого лица напряглись. Все тело казалось скованным. Авриль не могла понять отчего.
Если эти мужчины действительно родственники, подумала она, то едва ли родственники любящие.
Повернувшись на каблуках, голубоглазый старейшина сделал знак одному из своих тринадцати собратьев подойти. Второй из выступавших приблизился, неся в руке маленькую, старинную на вид шкатулку, и оба вернулись к дальнему концу шеренги мужчин с их пленницами.
Установившись напротив молодого воина с льняными волосами и испуганной, не перестававшей рыдать мавританки, верховный старейшина обратился к ним с очередной серьезной и торжественной речью. Из толпы выступил человек, встал за спиной у девушки и, склонившись к ее уху, стал что-то тихо говорить,
Не прошло и минуты, как она перестала плакать.
Авриль наморщила лоб. Что это значит: этот человек переводит ей слова старейшины? Что же такого тот сказал, что у девушки моментально высохли слезы? Жозетт, стоявшая в середине шеренги, наклонилась вперед и, повернув голову, озадаченно взглянула на Авриль. Та лишь пожала плечами и недоуменно покачала головой.
По мере того как старейшина продолжал говорить, лицо мавританки прояснялось все больше, а недоумение Авриль росло. Воспользовавшись тем, что всеобщее внимание привлечено к этой паре, Авриль чуть повернулась к стоявшим полукругом мужчинам, впервые получив возможность пристально рассмотреть обитателей острова, и постаралась понять, кто они, что собой представляют, а главное — где все это происходит.
По их скромным, простым одеждам мало что можно было узнать. Некоторые мужчины были блондинами, зато другие — с черными как смоль волосами — походили на испанцев. У большинства волосы свободно падали на плечи — они не стригли и не завязывали их. У нескольких были бороды, причем кое у кого такие густые, что они либо разделяли их надвое, либо заплетали в косички. Похоже, все они любили украшения, хотя украшения, как и одежда, были простыми. Браслеты на предплечьях. Броши. Нагрудные цепи. Подвески.
Эти последние привлекли ее особое внимание, так как у многих мужчин оказались одинаковыми: медальон в форме перевернутого топора или молота.
У Авриль екнуло сердце. Святые угодники, это выглядит почти как… Но нет, не может быть. Это не может быть молотом Тора. Этого символа вот уже несколько столетий никто не видел.
Все еще не веря собственной догадке, Авриль обернулась к своему похитителю и стала изучать его профиль. И вдруг все встало на свои места. Она вспомнила страшные сказки, бытующие еще со времен ее прапрапрабабушки.
Сказки о набегах жестоких мужчин, приплывающих по морю.
Светловолосые бородатые воины дерзко и молниеносно нападали на города — большие и маленькие. Грабили церкви. Жгли дома. Их многотысячные орды прокатывались по всему континенту. Как-то они захватили даже Париж, поднявшись по Сене с моря.
На своих ладьях, увенчанных головами дракона!
В памяти Авриль всплыли драконьи головки, украшавшие столбики на кровати Хока. Лес и ночное небо закружились перед глазами. Слова старейшины, продолжавшего произносить речь, втыкались в нее ледяными гвоздями. Неудивительно, что она не узнала их странный язык.
Они говорили на норманнском, древненорманнском. Эта кучка людей, должно быть, прячется здесь многие века. С тех пор, как их выгнали с континента. Не нанесенный ни на какие карты остров — прекрасное убежище для ненавидимых и преследуемых. Здесь они по старинке построили свои длинные комнаты-дома. Носят одежду, какую носили их предки. Поклоняются Древним богам.
И ведут образ жизни морских пиратов, совершая набеги на побережье. Они крадут женщин, чтобы те согревали им постели.
— Святая Дева Мария! Так вы викинги, — сдавленным голосом произнесла она, стараясь вырвать руку, которую крепко держал Вэлбренд. — Вы — викинги!
— Вы разгадали нашу тайну, — хрипло прошептал Хок. Он старался придать своему голосу спокойную уверенность.
— А вы надеялись, что не разгадаю? — На удивление храбрая маленькая женщина безуспешно пыталась освободить руку. — Я не стану чем-то вроде рабыни в оковах, предназначенной для того, чтобы согревать твою постель, норманн…
— Действительно, не станете, — охотно согласился он. — Мы вовсе не к этому стремимся. — Он снова подумал, не стоило ли, несмотря на опоздание, потратить время там, дома, чтобы все ей объяснить. Но она была так убеждена, что ее пребывание на острове продлится недолго! Она бы не пережила, если бы он сразу заявил, что ей предстоит провести здесь остаток жизни в качестве его жены.
Однако в настоящий момент единственное, чего он хотел, — это чтобы она молчала. Они стояли в ряду последними. Как только церемония закончится, он сможет подхватить ее и быстро ретироваться, пока она не наделала слишком много глупостей.
Авриль продолжала вырываться и сыпать проклятиями. Дядя Хока — Эрик Вэлбренд, верховный старейшина, — обращавшийся в эту минуту к юному Свейну и его пленнице-мавританке, бросил на него неодобрительный взгляд.
Хок поближе притянул к себе Авриль и, прижав губы прямо к ее уху, прошептал:
— Наверное, мне следовало бы не только связать вам руки, но и заткнуть рот и завязать глаза. Если хотите, я немедленно исправлю свою промашку.
Мадемуазель с буйным правом все-таки вывела его из терпения. Он больше не мог выносить ее выходки, тем более после тяжелого дня. Однако угроза, подкрепленная тем, что хватка его стала еще крепче, на какое-то время подействовала, хотя вид у Авриль по-прежнему был такой, словно она готова убить его и остальных мужчин, даже не имея оружия, даже со связанными руками.
«О великий Top, — подумал он, печально возводя глаза к небу, — за что ты послал мне такую жену?» Он никогда не встречал такой упрямой, буйной, дерзкой… и такой восхитительной женщины.
Кто бы ни придумал ей имя, он был прав: Авриль. По-французски значит — апрель. Весенний месяц. Она точно так же подобна буре и прекрасна, как это непредсказуемое время года.
К несчастью для него, она была еще и умна. Обычно вновь прибывшим пленницам требовалось несколько дней, а то и недель, чтобы догадаться, что их похитители — норманны. Авриль раскрыла секрет менее чем за два часа.
Да поможет ему Один, если она так же быстро сообразит, в чем истинная природа острова Асгард и его народа. Если с ней сейчас трудно справиться, можно себе вообразить, что будет…
Рокочущий голос дяди вывел его из задумчивости. Старейшины закончили через переводчика давать объяснения юной мавританке.
Свейн взял свою девушку за руку, а Эрик произнес заключительные ритуальные фразы:
— Свейн, ты рискнул всем, чтобы привезти эту девушку на Асгард, и мы признаем ее твоей. Даешь ли ты слово чести, что будешь свято оберегать ее жизнь и безопасность? Обещаешь ли заботиться о ее нуждах, сделать ее счастливой, любить и защищать до конца жизни?
— Йа, — торжественно ответил молодой муж. — Йег гьор. Клянусь!
Второй старейшина, Сторр, открыл старинную шкатулку, которую бережно держал в руках, достал оттуда серебряную брошь, инкрустированную перламутром, протянул ее к ночному небу, потом к водопаду. При виде того, как она засияла в лунном свете, некоторые женщины — те, что не продолжали рыдать или непрерывно ругаться, как обезумевшая итальянская фурия, — не сдержали восхищенных возгласов.
Приняв брошь из рук старейшины, Свейн приколол ее на платье своей невесты. Движения его были осторожными, почти робкими, словно он боялся, что нежная красавица с очами лани может сломаться.
— Да знает отныне каждый, что это Фадила, жена Свейна, — провозгласил он, улыбаясь девушке.
Хор приветственных голосов огласил поляну, Эрик и Сторр перешли к следующему жениху, который с готовностью выступил вперед, чтобы принести клятву.
— Что происходит? — нетерпеливым шепотом спросила Авриль, наблюдая за тем, как повторялся тот же ритуал, и не понимая ни слова из того, что говорилось. — Что это за церемония? Я не…
— Тихо!
Тон, каким это было сказано, заставил ее прикусить язык и проглотить возмущенное замечание, как бы ей ни хотелось его произнести. Нахмурившись, она стала следить за ритуальным действом.
Как желал бы Хок, чтобы это он не понимал, что происходит.
Вперив взор в темноту, он мечтал не слышать голоса своего дяди. Мечтал оказаться где угодно, только не здесь.
Не в этой священной роще, которую так ненавидел.
Его нервы были обнажены до предела. И он знал, что лишь отчасти виной тому странный жар, который вспыхнул, словно разряд молнии, между ним и стоящей рядом женщиной. Он готов был поклясться всеми земными богинями, что она опалила его до самых кончиков пальцев. Он ощущал жар. который она излучала даже сквозь ткань платья.
Если бы ему удалось поспать хоть несколько часов, быть может, это место, и эта женщина, и эта церемония не подействовали бы на него так сильно. Но на обратном пути ему удавалось отдыхать лишь урывками, а с тех пор как он водворил Авриль в постель сегодня утром, Хок и вовсе не сомкнул глаз. Пока она мирно дремала в его ванингсхусе, а остальные участники похода отсыпались после долгого отсутствия на острове он ездил на встречу с дядей, чтобы доложить ему о том, что случилось во время путешествия. И о том, что они потеряли двух человек.
Двух человек, состоявших под его командой. Под его защитой. Да, юноши, страстно желавшие стать мужчинами, покидая Асгард, знали, на какой риск идут, но ответственность за их безопасность лежала на нем.
О чем не преминул напомнить дядя.
Эрик Вэлбренд приказал Хоку организовать похороны убитых, поскольку на Асгарде осталось не так уж много мужчин, знакомых со старинными обрядами. Хок с помощью родственников покойных целый день готовил их в последний путь. а потом, с вечерним приливом, отвез в открытое море на той самой ладье, которая несла их навстречу судьбе, и там поджег.
У него не было времени, чтобы оплакивать их, — оставалось меньше часа, чтобы подготовить вещи, необходимые для невесты, которой он не желал, вернуться в свой ванингсхус собрать ее, не дав ей при этом перерезать ему горло, и привезти в альтинг.
Хок неотрывно глядел на возвышающуюся перед ним стену скал. Уже несколько лет он не бывал в альтинге, его нога не ступала в эту часть леса. Все объясняли такое поведение его хорошо известным мнением, что этот обычай, так же, как и некоторые другие, следует изменить. Он считал пустой тратой времени полуночные сборища по возвращении из походов, тосты в честь богов и нескончаемые речи старейшин о былых временах и традициях предков.
Никто не знал истинной причины того, почему он обходил это место стороной.
Хок не желал, чтобы от тоски у него снова перехватывало горло и боль распирала грудь. Но сейчас, слушая, как юноши один за другим произносят клятву, он почувствовал, как что-то прорвалось внутри. Воспоминания обожгли его, они рвались наружу из укромного, темного уголка сознания, куда он загнал их, казалось, раз и навсегда.
Этой ночью, здесь, он больше не мог сдерживать их. Воспоминания. сладкие, как мед, и горькие, как последний осадок прокисшего вина, обрушились на него.
Каролина. Он тяжело сглотнул комок, вставший в горле. Прекрасная, нежная Каролина. Как он волновался, стоя здесь рядом с ней! Как был горд и доволен собой — такой же молодой, как Свейн и остальные сегодня. Улыбающийся, словно безмятежный несмышленыш, обуянный желанием, как олень-самец в период гона.
Ему и в голову тогда не могло прийти, что все так быстро кончится.
До сих пор он слышит ее предсмертные крики. Слышит, как она с последним вздохом произносит его имя.
И уносит с собой его нерожденного сына.
С трудом переводя дыхание, Хок закрыл глаза и постарался прогнать тяжелые мысли. Спустя несколько секунд, взяв себя в руки, он взглянул на водопад.
И тут вторая волна воспоминаний нахлынула на него — воспоминаний о том, как он стоял на этом же месте несколько лет спустя. Рядом с Мив.
Мив, чей смех озарял его жизнь, словно солнце. Сверкающий в лунном сиянии водопад поверг ее тогда в состояние транса — во время всей церемонии она не могла вымолвить ни слова. Его веселая кельтская возлюбленная была счастлива оставить позади нищенское существование, которое вела в Ирландии. Она так быстро влюбилась в красоту Асгарда и… в него самого.
Какое-то время Хок жил надеждой, позволил себе поверить, что на этот раз все будет по-другому. Что Мив удастся излечить его от пустоты, которую он ощущал внутри с тех пор как помнил себя еще мальчиком.
Как сейчас он видел перед собой ее лицо, когда она нашла первый седой волосок в своих эбеновых кудрях, слышал, как она шутила по этому поводу…
А когда он потерял и ее, пустота внутри стала еще глубже и страшнее, а жизнь еще беспросветное, ибо теперь ему была ведома недолгая радость прикосновения ласкового солнечного луча.
Хок перевел взгляд на вытоптанную траву под ногами и снова попытался стряхнуть с себя воспоминания, точно так же Авриль несколько мгновений назад пыталась стряхнуть его руку. Все это уже не имело никакого значения. Хок усвоил свой жизненный урок: лучше не питать надежд, не мечтать об иной жизни, кроме той, что послали боги. Теперь ему даже почти не приходилось бороться с собой.
Разве что здесь, на этом месте.
— Йа, — счастливо произнес очередной жених. — Йег гьор. Клянусь!
Нет, хотелось закричать Хоку. Нет, не клянусь! Он дал себе обет больше никогда не допускать женщину из того, внешнего мира в свою жизнь, в свой дом. В свое сердце. Эти девушки слишком хрупки. Слишком нежны, как редкие, драгоценные цветы, которыми можно наслаждаться лишь мгновение. Теперь он предпочитал случайные связи с асгардскими женщинами, длившиеся ровно столько, сколько были приятны ему и даме.
Ему нравились такие женщины, как его последняя любовница Нина, которая с удовольствием составляла ему компанию, проводила с ним ночи и не требовала больше ничего. Когда они расставались несколько месяцев назад, она не проронила ни слезинки. Быть может, потому, что понимала: ничто не вечно в этом мире.
Понимала, что Хок принадлежит тому, что важнее всего: долгу. Долгу защищать свой остров и свой народ.
И их тайну.
Старейшины тем временем, благословив пять пар, подошли к рыжеволосой англичанке, стоявшей в одиночестве. Хок поднял голову и напрягся.
Из толпы выступил Торолф.
Хок услышал, как Авриль тихо ахнула от испуга, узнав его. Прежде чем обратиться к старейшинам, Торолф стрельнул в сторону Хока ледяным взглядом.
— Майн элдре, — сказал он важным и решительным тоном, обращаясь к совету. — Я хочу заявить свои права на эту женщину, похищенную Бьорном. Она заменит ту, которая должна была достаться мне. — Он указал на даму Келдана. — Я захватил эту женщину первым, но Келдан вмешался и украл ее у меня.
По толпе прокатилась волна изумленных возгласов. Даже притронуться к женщине, которую другой мужчина объявил своей добычей, было серьезным нарушением закона.
Хок выругался себе под нос. Впрочем, он этого ожидал.
— Ней, майн элдре, — сказал он громко. — Торолф говорит не всю правду.
Хок заговорил без позволения, прежде чем старейшины успели что-либо ответить Торолфу, и такой дерзостью заслужил раздраженный взгляд дяди.
Но Хок не испугался. Даже этот хорошо памятный ему с детства взгляд человека, воспитавшего его, не мог заставить его замолчать.
— Это Торолф первым нарушил наши законы, — продолжал он, обращаясь ко всему совету. — Он не стал ждать, пока брюнетка останется одна, напал на охранявшего ее стражника и убил его посреди улицы. На виду у множества людей.
Новая волна еще более громких удивленных возгласов прокатилась по толпе.
— Стилле! Тихо! Да будет мир среди нас, — спокойно сказал один из старейшин, урезонивая толпу. — Это правда, Торолф? Ты действительно совершил бессмысленное насилие?
Негодяй тряхнул головой, изображая оскорбленную невинность:
— Стражник сам подошел ко мне с обнаженным мечом. Я просто защищался…
— Ней! Нет, Торолф напал первым, без предупреждения, — перебил его Келдан, выдвигаясь вперед. — И эту даму выбрал только из вредности. Он увидел, как мы с Хоком восхищались ею и ее подругой.
Хок хотел было возразить, что вовсе не восхищался Авриль, но счел за благо не оспаривать ничего в объяснениях Келдана.
По толпе у него за спиной пробежал шепот понимания: всем была известна давняя вражда между ним и Торолфом. Он вдруг вспомнил, что в самом деле смотрел на маленькую брюнетку в тот момент, когда Торолф направился к ней и схватил ее.
Ну конечно же, негодяй выбрал ее только поэтому.
— Ложь, — не унимался Торолф. — Я законы соблюдаю. Я первый на девчонку глаз положил, еще днем, задолго до того, как Вэлбренд или Келдан ее вообще заметили. И ждал до захода солнца, как мы все условились, а потом заявил на нее свои нрава. А к насилию прибег, только чтобы защитить себя от тех. кто хотел меня остановить…
— Ты прибег к насилию, потому что вообще имеешь к нему склонность, — с отвращением сказал Хок. — Оно нравится тебе, как иным мужчинам нравится выпивка. Ты проявил насилие даже по отношению к женщине…
Это замечание породило такую бурю вздохов и восклицаний, что окончание фразы потонуло во всеобщем шуме.
— Тихо! — крикнул один из старейшин. — Успокойтесь!
— Так оно и было, — продолжал Хок, показывая на Авриль. — Когда она попыталась защитить подругу, Торолф ударил ее так, что сломал ей челюсть.
Толпа снова взорвалась. Авриль, тревожно переводившая взгляд с одного говорившего на другого, поняла, что разговор каким-то образом коснулся ее.
— Что вы сказали? — спросила она, испуганно глядя на Хока широко открытыми глазами. — Что происходит…
— Мое слово против их, — перебил ее Торолф. — Келдан признал, что в тот момент, когда он вмешался, брюнетка была в моих руках. Меня хотят оклеветать. Я требую, чтобы моя претензия на эту женщину была признана справедливой, — он указал на англичанку, которая, дрожа всем телом, продолжала безостановочно шептать молитвы, — или чтобы Келдан вернул мне женщину, которую украл у меня.
Келдан застыл как громом пораженный — то, что у него могут отнять его прелестную маленькую брюнетку, неприятно удивило его.
Хок немедленно бросился на помощь другу:
— Майн элдре, у вас есть больше, чем два наших честных слова против слова Торолфа: у вас есть два свидетеля. — Он поочередно указал на Авриль и ее подругу. — Спросите самих женщин. Они не поняли, о чем здесь говорилось, и у них нет причин лгать насчет поведения Торолфа.
Старейшины, собравшись в кружок, обсудили это предложение. Один из них, говоривший по-французски, подошел к девушке Келдана. Келдан тут же вернулся на место и по-хозяйски встал рядом с ней.
— Нам нужна ваша помощь, мадемуазель, — ласково, с поклоном, сохраняя приветливое выражение лица, обратился к ней старейшина. — Скажите мне, будьте столь любезны, как ваше имя?
Девушка была немало удивлена тем, что к ней обращаются на ее родном языке. Она вопросительно взглянула на Авриль.
Авриль решительно мотнула головой, она не считала возможным помогать им в чем-либо. Хок бросил на нее сердитый взгляд.
Но брюнетка, судя по всему, не видела никакого вреда для себя в том, чтобы сообщить свое имя.
— Ж-жозетт, — слегка запнувшись, ответила она.
— Благодарю вас, Жозетт. А можете ли вы мне сказать, когда впервые увидели в Антверпене этого человека? — Он указал на Торолфа.
Жозетт съежилась, невольно отшатнулась от уставившегося на нее черноволосого гиганта и тут же наткнулась на Келдана, который покровительственно обнял ее за плечи, против чего она, впрочем, не возражала.
— Когда… когда он схватил меня. — Она заметно вздрогнула. — На ярмарке.
— А до того вы его не видели? Она тряхнула головой:
— Нет.
— Мы бы заметили мужчину такого роста, — вставила Авриль. — Ему не так просто затеряться в толпе.
— Не прерывайте, — сделал ей замечание Хок, но тут же сообразил, что сам поступил точно так же, вступив в разговор без приглашения, чтобы защитить друга.
— Ничего, Вэлбренд, я и ее охотно выслушаю, — остановил его старейшина. — Скажите мне, мадемуазель, Торолф вас ударил?
— Да, он… — Авриль запнулась, поднеся руку к щеке и глядя на массивные кулаки Торолфа. — Он ударил меня так сильно, что я упала. Боль была такая, что я думала, у меня челюсть…
— К счастью, все обошлось, — закончил за нее Хок.
— Благодарю вас, милые дамы. — Поклонившись каждой, старейшина вернулся к остальным старейшинам, чтобы перевести им ответы девушек. Торолф нетерпеливо ждал.
Авриль неподвижно стояла, не отнимая пальцев от щеки.
— Но у меня была сломана челюсть, — прошептала она. — Я уверена. Он ударил меня после того, как я его ранила. — Быстро моргая, она посмотрела на правую руку Торолфа. — Ножом.
Хок замялся, стараясь придумать, как бы ей все это объяснить. Торолф стоял достаточно близко, чтобы она могла видеть, что у него на руке нет никакой раны.
Кожа была абсолютно гладкой — никакого шрама, даже следа.
— Вероятно, рана была не так серьезна, как вам показалось, — небрежно заметил Хок.
— Но она 6ыла! — настаивала Авриль. — У меня все платье пропиталось его кровью…
— Были сумерки. — Утром Хок сжег ее платье, надеясь, что она забудет об этой детали происшествия. — В это время суток тени порой играют с нами удивительные шутки.
— Но…
— Тише! Старейшины приняли решение.
Авриль затихла — скорее от удивления, как догадался Хок, чем от желания выказать послушание. Эта маленькая вспыльчивая мадемуазель была весьма наблюдательна и очень быстро соображала, что к чему.
Пока старейшины снова занимали свои места, она даже догадалась взглянуть на свою ладонь, порезанную осколком стекла час назад в его доме.
Ладонь полностью зажила. От пореза не осталось и следа. Ни крови, ни шрама, ни даже царапины.
Не веря своим глазам, она беззвучно произнесла: «Ой».
Если бы ей пришло в голову проверить, она бы увидела. что и следы от ее ногтей у него под глазом исчезли, подумал Хок.
К этому ей придется привыкнуть в се новой жизни на Асгарде.
Как и ко многому другому.
— Мы приняли решение, — объявил Эрик. — Стилле. Да будет мир среди нас.
Настороженная тишина воцарилась в толпе. На сей раз дядя Хока не стал предаваться многословным рассуждениям, а лишь кратко сообщил о решении совета:
— Келдан действительно совершил ошибку, взяв женщину, которую Торолф уже держал в руках. — У Келдана из горла вырвался странный булькающий звук, у Хока — проклятие. — Однако Торолф допустил более серьезное нарушение правил, — продолжал Эрик. — Он убил стражника, вместо того чтобы дождаться, пока девушка останется одна. Он безответственно спровоцировал насилие, подверг опасности жизни своих спутников и рискованно привлек нежелательное, опасное внимание к мирному народу Асгарда.
Торолф метнул бешеный взгляд на Хока и Авриль — казалось, ослепленный яростью, он готов немедленно убить обоих за то, что его снова переиграли.
Без единого слова, повинуясь инстинкту защитника, Хок заслонил Авриль собой.
— Женщина по имени Жозетт остается с Келданом. — объявил Эрик, — а Торолфу отказано в праве на женщину которую взял для себя Бьорн.
— Нет! — завопил Торолф, не веря своим ушам. — Я рисковал в этом путешествии так же, как и все. Что же, в результате мне оставаться ни с чем?
— Будь благодарен, что понес столь легкое наказание, — ледяным голосом ответил один из старейшин и холодно взглянул в его обескураженное лицо. — И избави тебя боги впредь навлечь на себя наш гнев. То, что ты позволил себе насилие по отношению к женщине, доказывает, что ты недостоин быть мужем. — Женщина Бьорна вольна сама выбрать себе пару среди неженатых асгардцев. Но тебе, Торолф, она не достанется.
Обведя всех мрачным взглядом, Торолф хотел было что-то сказать, но, очевидно, придумал кое-что получше. Грубо выругавшись, он повернулся и зашагал прочь, прокладывая себе дорогу сквозь толпу.
Келдан облегченно расслабился.
Англичанка открыла глаза и с изумлением наблюдала за тем, как Торолф решительно удаляется. Она перестала шептать молитвы.
А вот у Хока, глядевшего вслед Торолфу, уходящему в ночь, тоскливо засосало под ложечкой, его не покидало предчувствие, что этот человек, причиняющий хлопот больше, чем кто 6ы то ни было, только что стал еще опаснее.
Старейшины вернулись к прерванной церемонии: Сторр со шкатулкой и Эрик остановились напротив следующего мужчины, а один из старейшин увел с поляны девушку-англичанку, тихо беседуя с ней на ее родном языке.
Седьмая невеста, огнедышащая итальянка, приняла новое положение далеко не так спокойно, как предыдущие. Когда ей сообщили на се языке, что происходит, она еще больше разъярилась, начала брыкаться и визжать. Ее бедный жених был вынужден быстренько произнести клятву, после чего взвалил девушку на плечо и понес прочь, при этом новобрачная безостановочно колотила его по спине.
Хок устало вздохнул и подумал, что таким обещает быть и его собственное ближайшее будущее.
И вот наступила очередь Келдана. Весь светясь от радости, он взял руку Жозетт, поднес к губам и поцеловал.
Бедный дурачок! Он уже почти влюбился.
Старейшина, говоривший по-французски, снова подошел к Жозетт, чтобы объяснить ей, что происходит, — и хоть говорил он тихо, Авриль расслышала достаточно, чтобы наконец все понять.
Вытаращив от ужаса глаза, она повернулась к Хоку:
— Так это нечто вроде свадебной церемонии?
Похоже, это было последнее, что могло прийти ей в голову.
— Да, миледи. Удивлен, что вы не додумались до этого раньше. — Хок приподнял бровь. — А вы, надо полагать, полагали, что мы, дикие норманны, собираемся совершить над вами некий варварский обряд жертвоприношения в полнолуние?
Слегка зардевшись, Авриль быстро взглянула на него, онемев от изумления.
В этот момент ее подруга, узнав, что ей предстоит остаток жизни провести с Келданом, и отнюдь не придя в восторг от такой перспективы, заплакала.
Но ничто не могло омрачить восторга Кела, когда он исполнял свою часть ритуала.
— Йа, — с воодушевлением ответил он на традиционный вопрос. — Йег гьор. Клянусь!
Счастливо улыбаясь, он приколол брошь на грудь Жозетт, обращая внимания на то, что она, всхлипывая, пыталась отстранить его руку.
— Да знает отныне каждый, что это Жозетт, жена Келдана — ласково произнес он ритуальную фразу.
Когда Эрик со Сторром приблизились к Хоку, безмолвный шок сменился у Авриль паникой. Хоку пришлось держать ее обеими руками, чтобы она не вырвалась.
— Нет! Отпустите меня! — Авриль истерически трясла головой, не слушая объяснений, которые ей переводили на французский.
— Мадемуазель, вас привезли сюда, чтобы вы стали женой этого человека и жили с ним до конца ваших дней…
— Не-е-т! — Авриль продолжала извиваться, пытаясь вырваться. — Я не могу. Я не буду! Неужели вы действительно собираетесь оставить меня здесь навсегда? Вы не можете…
— Авриль, вам не причинят вреда, — как можно ласковее старался успокоить ее Хок, хотя крики ужаса, срывавшиеся с ее губ, ранили его, словно стрелы. — У вас будет здесь новая жизнь… — «И хотя вы никогда больше не увидите своей родины, зато не будете знать ни голода, ни болезней, ни желаний…» — закончил он про себя.
— Нет! — кричала Авриль, сжимая кулаки. — Вы не имеете права! Вы… — Вдруг, словно осененная догадкой, она подняла над головой связанные руки, показывая всем золотое кольцо, сверкнувшее на пальце. — Я… я уже замужем!
Хок заметил кольцо еще утром, когда раздевал ее, но тот факт, что она замужем, ничего не менял. Взяв Авриль за плечи, он повернул ее к себе:
— Это не имеет значения, миледи. Теперь вы — моя.
Вызов, сверкнувший в ее глазах, словно огнем прожег Хока насквозь.
— Никогда! — гневно бросила она ему в лицо. — Никогда я не буду вашей! Я здесь не останусь!
Эрик. дядя Хока, приступил к традиционным вопросам:
— Хок, ты рискнул всем, чтобы привезти эту женщину на Асгард, и отныне мы признаем ее твоей…
Хок отогнал пронзившее его воспоминание.
— Даешь ли ты слово чести, что принимаешь на себя ответственность за ее жизнь и безопасность?
Авриль оскалила зубы, словно готова была вцепиться ему в глотку.
— Клянешься ли ты заботиться о ней, сделать ее счастливой, защищать и любить до конца ее дней?
— На, — нехотя произнес Хок. — Иег гьор. Клянусь! — Дядя вручил ему инкрустированную перламутром серебряную брошь, прибавив фразу, которую никому до этого не говорил:
— Пусть она родит тебе много красивых сыновей и дочерей и принесет счастье.
Хок ничем не выдал удивления, которое вызвали у него добрые пожелания дяди. И, разумеется, не стал возражать.
Он не желал, чтобы эта дерзкая женщина осчастливила его или вызвала какие-либо иные чувства.
И она не родит ему ни сыновей, ни дочерей, поскольку он не собирается к ней прикасаться.
— Да знает отныне каждый, что это Авриль, жена Хока, — заученно произнес он, прикалывая брошь к ее платью и чувствуя на себе полный ярости взгляд зеленых глаз.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Вечная любовь - Такер Шелли



красивая сказка
Вечная любовь - Такер ШеллиЛюбовь
14.01.2011, 9.06





Очень красивая,расслабляющая сказка..советую почитать...
Вечная любовь - Такер ШеллиОльга
5.09.2011, 10.55





продолжение есть" навсегда с ним" вообще крутая книжка...авриль кстати останется беременной вдовой но у мужа есть брат вот к нему из будущего попадет девушка ..)))почитайте
Вечная любовь - Такер Шеллинаталья
11.10.2011, 9.02





ДЕВОЧКИ, ЭТО ЖЕ ПОЛНЫЙ БРЕД. ДАЖЕ ДО СЕРЕДИНЫ ПРОЧЕСТЬ НЕ СМОГЛА; ТАКАЯ ТЯГАМОТИНА, ПРОСТО МУТЬ КАКАЯ-ТО. ПОДОЗРЕВАЮ, ЧТО ОСТАЛЬНЫК 4 КНИГИ ТАКИЕ ЖЕ.
Вечная любовь - Такер ШеллиЕлена
8.01.2012, 21.39





очень интересная книга,прочла ее уже раз 5.советую прочесть
Вечная любовь - Такер Шеллиелена
13.03.2012, 7.37





Эта книга как раз продолжение " навсегда с ним" .
Вечная любовь - Такер ШеллиКарина
28.03.2012, 7.44





понравилось,необычный сюжет
Вечная любовь - Такер ШеллиСвета
2.07.2012, 20.29





Мне понравилось !
Вечная любовь - Такер ШеллиМари
2.09.2012, 17.18





Очень необычный сюжет, здорово написано, мне понравилось! Советую прочитать!!!!
Вечная любовь - Такер ШеллиАлёна
6.09.2012, 0.49





неплохо
Вечная любовь - Такер ШеллиЮлия
13.11.2012, 20.33





А я в восторге. Хорошая и не обычная история, держит в напряжении почти до последней страницы. Я ставлю 10.
Вечная любовь - Такер ШеллиНина
6.02.2013, 22.41





КЛАССНО
Вечная любовь - Такер ШеллиЕЛЕНА
11.03.2013, 23.45





мне не понравилось. Нет напряженки, секса, интриги. Вообще ничего нет, одна выдуманная вода. Еле дочитала.
Вечная любовь - Такер Шеллитатьяна
8.04.2013, 12.30





Неплохо, несколько необычно, но ничего сверх выдающегося. Главный герой слишком уж положительный, а главная героиня для женщины средневековья слишком современна, с замашками феминистки. К тому же постоянный акцент на "побег с Асгарда невозможен, но убегу" - слишком утомительно.
Вечная любовь - Такер ШеллиЛина
22.12.2013, 14.53





Роман противоречив,даже мрачен,но при этом читается легко,на 10 точно не тянет,конец интереснее, чем начало,много эпизодов как будто не дописано,в общем надеялась на большее.
Вечная любовь - Такер Шеллиева
10.01.2014, 21.53





Очень очень но хотелось бы чтоб они жили на этом острове а не на нашей бреной земле .Читайте получайте удовольствие.Спасибо создательнице за такую прекрасную сказку!
Вечная любовь - Такер Шелликсения
8.03.2015, 21.55





Мне роман понравился.Хорошая позитивная история. Немного аннотация не соответствует да в сюжете были некоторые несостыковки с описываемым временем.Ну это мелочи. Приятно было читать, как викинги беспокоятся о своих женах.Позитивные ГГ-и: без глупостей изъясняются, ведут себя логично...Интересный сюжет с загадочным островом) Если хотите спокойного и расслабляющего чтения-это для вас) Оценка-9!
Вечная любовь - Такер ШеллиОльга:)
11.03.2015, 19.37





Красивая сага! Красивые и умные мужчины, о которых можно помечтать.
Вечная любовь - Такер ШеллиЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
14.03.2015, 17.20





Мне понравились оба романа!Читать обязательно.
Вечная любовь - Такер ШеллиНаталья 68
24.08.2015, 15.54





Очень-очень-очень романтично. Вся эта история с бессмертными... И такая необычная развязка.... Советую прочитать - поднимает настроение и заставляет задуматься о чуде.
Вечная любовь - Такер Шеллиелена
5.01.2016, 22.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100