Читать онлайн В глубине сердца, автора - Сэйл Шарон, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В глубине сердца - Сэйл Шарон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.43 (Голосов: 76)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В глубине сердца - Сэйл Шарон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В глубине сердца - Сэйл Шарон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сэйл Шарон

В глубине сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Бандит тявкнул один раз при шуме мотора подъехавшей машины и вновь уронил голову на лапы, следя взглядом за женщиной, стоявшей у кухонной раковины.
Саманта взглянула на умильное выражение собачьей морды и рассмеялась, махнув длинной деревянной ложкой, чтобы выгнать пса из кухни.
— Если это все, что ты можешь, тогда убирайся, бесполезное животное, — сказала она и, подняв глаза, увидела Джона Томаса, стоявшего в проеме кухонной двери с озадаченным выражением на лице.
— Но я ведь только вошел, — произнес он. — Можно поесть, прежде чем ты выгонишь меня вон?
Она ухмыльнулась.
— Я не имела в виду тебя, — ответила она. — Я разговаривала с Бандитом.
— Уже разговариваешь с собаками, вот как? — Саманта услышала насмешку в его голосе и поняла, что сама явилась ее мишенью.
— По крайней мере он не пререкается со мной, — отрезала она.
Улыбка сползла с лица Джонни, когда он отвернулся, чтобы повесить шляпу на крюк с наружной стороны двери. Сэм видела, что Джонни изо всех сил старается вести себя пристойно, что было не в его духе. У него явно была какая-то причина для беспокойства. Саманта чувствовала это. Но она считала, что, если захочет, он скажет об этом сам, когда придет время.
— Я пойду ополоснусь и переоденусь, — сказал Джон Томас. — Через пару минут вернусь и помогу тебе приготовить ужин.
Саманта, глядя вслед Джонни, заметила, как напряжены его плечи. Пост шерифа целого графства имеет, как видно, свои преимущества и свои недостатки. Сегодня скорее всего последние возобладали над первыми.
В своей комнате Джон Томас швырнул пистолет и кобуру на полку шкафа и тяжело сел на край кровати. Пружины под его весом жалобно заскрипели.
Он расстегнул ремень, вытащил рубашку из брюк и резко рванул за воротничок рубахи. Кнопки нехотя подались его настойчивому усилию. Джонни прикрыл глаза и глубоко вздохнул, молясь про себя, чтобы новости, которые он принес, не стерли улыбку с ее лица. Пытаясь расслабиться, он медленно привыкал к переменам, которые принесло с собой печальное известие.
Его дом был стар, но крепок, с сосновыми стенами и полом. На полу не было ничего, что могло смягчить стук каблуков, стены были просто окрашены краской. Это был дом мужчины, и именно таким он нравился Джону Томасу.
По крайней мере до последнего времени. Сейчас же он поймал себя на мысли о босых ножках Сэм, шлепавших по коридору ночью. Он снова вздохнул и уловил соблазнительные ароматы готовящейся пищи и легкие запахи мыла и стирального порошка. Он готов был побиться об заклад на месячную зарплату, что Сэм вылезла из ванной меньше чем час назад. Его живот напрягся при одной только мысли о ее обнаженном теле, о том, как оно должно выглядеть: влажное, покрытое мыльной пеной.
— Это никуда меня не приведет, — пробормотал он и, схватив один свой сапог за каблук, дернул. Тот не сдвинулся ни на йоту, и Джонни проклял сегодняшнюю жару, от которой его ноги в сапогах так распухли.
— Помощь нужна? — раздался голос Саманты.
Он выпрямился, немного удивленный тем, что она пришла, но тут же приказал себе не искать за этим какого-то второго смысла. Они мерили друг друга взглядами, словно оценивая. Затем он кивнул. Только тогда Сэм прошла от двери в комнату.
— Задери ногу, — приказала она, слегка усмехаясь озадаченному выражению на лице Джонни, пока он выполнял ее распоряжение. Она закинула ногу и оседлала его сапог, словно коня, оставив на обозрение Джона Томаса лишь спину и соблазнительные округлости ниже. После этого Сэм слегка наклонилась вперед и взялась за сапог обеими руками.
— Толкай, — приказала она и постаралась ни о чем не думать, когда Джонни твердо уперся второй ногой ей в ягодицы.
Она с силой потянула и, когда почувствовала, что тугая кожа начинает поддаваться, рванула еще сильнее. Удовлетворенно хмыкнув, Саманта наконец выпрямилась с сапогом в руках. Его нога опустилась на пол одновременно с отброшенным сапогом. Ослепший для всего, кроме соблазнительного вида, который предстал в секунду назад перед его глазами, Джонни вздрогнул, когда Сэм взгромоздилась на другую его ногу и произнесла:
— А теперь эту.
Саманта ухватилась за оставшийся сапог, туго сжав бедрами ногу Джонни и терпеливо ожидая, пока он поставит свою ступню на ее спину. Но на этот раз Джон Томас коснулся ее медленно и нежно, и Сэм ощутила, как его нога в носке скользнула от бедра к талии, прежде чем утвердилась на нужном месте. Она поежилась от этого прикосновения, пожалев, что не его рука касается ее столь интимно. Разозлившись, она выпалила следующие слова грубее, чем хотела на самом деле.
— Чем ты там занимаешься сзади, территорию осматриваешь? Давай, черт тебя подери, толкай! У меня ужин подгорает.
Губы Джона Томаса сжались, глаза сощурились. Она хочет, чтобы он толкнул? Что ж, почему он должен спорить? Джонни резко выпрямил ногу, удовлетворенно улыбнувшись при виде того, как согнутое тело Сэм полетело через всю комнату, посланное, словно снаряд из пушки. Споткнувшись, она сумела остановиться лишь у кресла, через которое чуть было не перелетела. Сэм обернулась и разъяренно уставилась на Джонни, готовясь немедленно дать отпор любой насмешке или издевке. Но он не позволил себе ни того, ни другого.
— Спасибо, Саманта.
Его голос был так же глубок и искренен, как эти его чертовы карие глаза, скрывающие тайны, которые ей никогда не удавалось разгадать.
Саманта сдвинула брови и потерла рукой бедро.
— Не стоит благодарности, — коротко ответила она. Бандит тявкнул один раз. Саманта принюхалась.
— Кажется, свиные отбивные готовы, — сообщила она.
Джон Томас сел на кровати, провожая взглядом убежавшую Саманту.
— Ну и дела! Мой пес тоже разговаривает с ней. И, что удивительно, она его понимает, — проворчал он. Как бы ему хотелось так же легко понимать то, что происходит между ними!
На кухне крышка громыхнула о кастрюлю, послышался шум льющейся воды.
— Джонни! — позвала она.
— Иду! — отозвался Джон Томас. Он выбрался из своей рабочей одежды, натянул потрепанные джинсы, сунул ноги в старые парусиновые шлепанцы и двинулся к двери.
По пути к ванной он выхватил из шкафа рубашку. Ужин давал ему возможность оттянуть тот момент, когда придется рассказать ей о звонке из Калифорнии. Он подождет и расскажет ей все после ужина. Но не позднее. Саманта должна знать, что преследователь вновь нанес удар, но на этот раз не словами.


Джон Томас вынимал последнюю сковороду из мойки, когда Саманта выпустила воду из раковины. Он слегка протер сковороду мягким полотенцем и поставил в другую, большую, в ящик внизу.
— Закончили, — заключила Саманта. Он кивнул и попытался ответить улыбкой на ее улыбку.
— Давай выйдем на улицу ненадолго, — предложил он. — После всей этой готовки ты, наверное, и сама пышешь жаром.
— Не так уж это и страшно, если привыкнуть. Кроме того, когда чем-то занят, время летит быстрее, а у меня сейчас столько свободного времени, что я не знаю, чем его занять.
Сетчатая противомоскитная дверь протестующе скрипнула, когда Джонни распахнул ее пошире, ожидая, что Сэм выйдет вслед за ним. После того как они миновали дверной проем, он потянулся внутрь и выключил свет.
— Теперь не налетит мошкара, — зачем-то объяснил он. Ей вспомнилось, как ночные мотыльки и майские жуки, бывало, бомбардировали любые источники света, безрассудно бросаясь на все, что встречалось им на пути.
— Наверное, надо было установить в доме вентилятор или что-нибудь подобное, чтобы охлаждать воздух. Но я никогда не любил кондиционеры, — произнес он. — Чувствуешь себя, словно в клетке…
Саманта опустилась на диванчик-качалку, оставив место и для него, и откинула голову невысокую деревянную спинку. Диванчик качнулся, потом принял прежнее положение, так как Джон Томас положил руку на спинку, чтобы уравнять их вес. Это дало ему возможность сесть поближе к Сэм.
— Я тебя, наверное, стесняю, Джонни? У тебя со мной нет ни одной свободной минуты. Извини, что все так…
— Он взорвал твою квартиру.
Слова были подобны раскату грома, прогремевшему неожиданно. Чтобы осмыслить то, что сказал Джонни, Саманте потребовалось какое-то время, но когда смысл его слов дошел до ее сознания, девушка тут же забыла, о чем собиралась говорить.
За деревьями тявкнул койот, где-то за диванчиком завел свою скрипучую, но мелодичную песенку сидевший в траве сверчок. За холмом басовито заквакали лягушки-быки; их концерт гулким эхом отражался от крутого берега реки, вплетаясь в общий хор других ночных звуков, приветствовавших приход темноты.
— О Господи!
Джонни ожидал, что Сэм испугается. Но от этого тихого, беспомощного вскрика ему стало плохо. Он вглядывался в ее лицо, пытаясь понять в темноте, что она чувствует. И тут он услышал. Почти неразличимый безнадежный всхлип. Диванчик качнулся, когда Саманта закрыла лицо руками.
— Проклятие, Сэм. Не плачь.
Он чуть ли не яростно прижал ее к себе, чувствуя, как страх охватывает Сэм, затуманивает ей разум.
Ее боль казалась ему самому почти нестерпимой. Он удерживал ее и баюкал, шептал что-то, о чем-то умолял. Но слезы продолжали литься из ее глаз, тело сотрясала дрожь, несмотря на все его старания.
Вскоре пришла ярость. Словно молния, сверкнувшая посреди ночи. И хотя Джон Томас принес присягу, поклялся соблюдать закон, ему стало понятно, что, если в этот момент ему пришлось бы столкнуться с монстром, преследующим Саманту, он убил бы его.
— Я не позволю ему обидеть тебя, — прошептал он ей в щеку. Как-то само собой забылось, что она лгала ему когда-то. Он забыл, что она предала их любовь. Он забыл, потому что хотел этого.
— Я позабочусь о тебе, Сэм. Обещаю. Истинный крест, чтоб мне умереть. Я всегда буду рядом. Ты это знаешь.
Саманта вздрогнула, затем прислонилась лбом к его плечу, пожалев, что не видит его лица. Она вслушивалась в его слова и верила им безоглядно. Но она отдала бы все на свете, чтобы увидеть выражение на его лице, когда он их произносил.
Внезапно ее посетило эгоистичное желание, чтобы то, в чем он поклялся, диктовалось не только чувством долга. От Джонни Найта ей хотелось большего. Она просто не была уверена в том, что он готов дать ей что-то еще, кроме пустых обещаний. Когда-то Сэм могла поклясться жизнью, что он любит ее. Но она ошиблась. Возможно, она обманывается и теперь.
— Ну как, приходишь в себя?
— Разве у меня есть выбор? — отозвалась она. — Думаю, надо благодарить Бога за то, что меня не оказалось там во время взрыва, и теперь я сижу здесь, оплакивая потерю.
Джонни вздохнул, вспоминая, как много он еще не успел ей сказать. Она почувствовала движение его широкой груди, когда он задержал дыхание, и попыталась подавить вторую волну страха.
— Что-то еще? — спросила она.
— Пуласки говорит, что это произошло — я имею в виду взрыв — как-то странно. Полицейский психолог считает — убийца будто хотел сказать тебе что-то этим взрывом.
— Вот как? — прошептала она, не осознавая, что стискивает в кулаках рубашку Джонни, прижимаясь к нему на диванчике.
— Он знает, что ты уехала. И, возможно, знает, что ты уехала со мной.
— Не понимаю, — еле слышно произнесла Саманта. — Как они смогли узнать все это из одного взрыва бомбы в моей квартире? Он что, оставил какую-то записку или…
— Взрыв и был чем-то вроде записки, — ответил Джон Томас. Он напряг руки, неосознанно прижимая Сэм крепче к себе. — Бомба была подорвана дистанционно, из другого места. Но лежала, когда взорвалась, на твоей кровати.
— На моей кровати?!
— Своеобразное извращение, высокомерное предупреждение о том, что ты не можешь безнаказанно перебраться из своей постели в мою.
Ее молчание было слишком долгим. Но Джонни тоже больше нечего было сказать.
— Меня настолько тошнит от всего этого, что я готова закричать, — произнесла Саманта тихо. Его удивили нотки гнева в ее голосе.
— Я не знаю, кто такой этот псих на самом деле, но он еще пытается указывать мне, с кем спать, а с кем нет? Да, просто здорово! — Она горько рассмеялась, вскочив на ноги и высвобождаясь из его объятий, и рванулась к сетчатой двери. — Интересно, знает ли он, что я спала одна так чертовски долго, что, приведись мне сейчас разделить с кем-то постель, я не буду знать, как это сделать!
Дверь за Самантой с треском захлопнулась, и Джон Томас остался наедине с темнотой. Он так долго сидел на деревянном диванчике, что у него затекла нога. Но он был не в состоянии двинуться с места после того, что услышал. Она спала одна! Это значило, что в ее жизни не было никого особенного. Причем давно, очень давно.


Несколько часов спустя Джонни лежал на кровати, упершись взглядом в потолок и спрашивая себя, как долго еще будут тянуться эти изматывающие отношения, прежде чем что-нибудь произойдет. Чем больше времени он проводил с Сэм, тем больше его интересовала та женщина, в которую превратилась Саманта Карлайл.
Ему не следует доверять ей. Как только ее проблемы будут разрешены, она уедет и он опять останется один, только с болью в душе. Но одно дело — понимать, и совсем другое — поступать в соответствии с этим пониманием. Предстояло еще посмотреть, что возьмет верх: его гордость или его чувства.


На следующее утро перед единственной в Коттоне автомастерской дежурный механик Пит Мюллер стал свидетелем другого взрыва. Правда, он произошел прямо у заправки, и его жертвой стал запыленный «ягуар» бордового цвета. Сразу вслед за взрывом из-под капота автомобиля повалил пар, со свистом вырываясь изо всех щелей и отверстий. Водитель чуть не взорвался сам, в ярости ругаясь, как потом утверждал Пит, на трех разных языках одновременно.
Аарон Рубин проклинал все автомобили и двигатели, механиков, налоговую систему и сам штат Техас, бегая вокруг своей умирающей машины и злобно пиная ее колеса.
— Вот блеск! Застрял черт знает где! Ну как теперь, разрази меня гром, я доберусь до Далласа из этой дыры?! — вопил Рубин.
Пит засунул промасленную тряпку в карман на левом бедре и не торопясь двинулся к водителю и его машине, при этом прикидывая, кто же из них шипит и плюется громче.
— Вы вовсе не в дыре, мистер. Вы находитесь в Коттоне. Хотите, чтобы я взглянул на вашу машину?
Рубин презрительно ухмыльнулся.
— Смотри на все, что хочешь. Только ответь мне на один вопрос. Ты когда-нибудь имел дело с «ягуаром»?
Пит отрицательно покачал головой. Рубин закатил глаза.
— Ну а тебе вообще приходилось ремонтировать хоть какую-нибудь машину, кроме грузовиков или тракторов?
Пит засунул руки в карманы и двинулся от Аарона прочь. У него сложилось мнение, что этот сукин сын либо псих, либо дурак. Иначе с чего он оскорбляет единственного человека в округе, предложившего ему свою помощь? Тут взгляд Пита упал на номерной знак машины — она была зарегистрирована в Калифорнии. Теперь все ясно. Чокнутый турист.
— Эй! — завопил Рубин, осознав, что обидел свою единственную надежду на спасение. — Посмотрите, что с ней можно сделать, ладно?
Пит обернулся и пожал плечами.
— Никаких обещаний давать не буду, — сказал он.
— Интересно, отчего это меня не удивляет? — пробормотал Рубин. Затем, уже громче, спросил: — Где здесь ближайший мотель?
Пит показал рукой.
— Ближайший и единственный. Через три квартала направо.
Глядя на удаляющегося мужчину, Пит вспомнил о несчастье Саманты Карлайл и мысленно отметил, что надо бы рассказать шерифу Найту о человеке из Калифорнии, который ближайшие несколько дней будет жить в мотеле «Тексас Пиг».


Рубин вытащил с заднего сиденья свой чемодан и побрел по улице, злобно ворча и вздымая клубы пыли при каждом шаге. Когда же, свернув за угол, он увидел бетонную статую броненосца больше чем в натуральную величину на постаменте из известняка, настроение у него отнюдь не улучшилось.
Статуя служила единственным украшением крохотного дворика мотеля.
Приземистые раздельные коттеджи стояли как по линейке. Всего их было семь. Табличка на двери приемной гласила, что в мотеле «Тексас Пиг» имеются свободные места.
— И опять, почему это меня не удивляет? — пробормотал себе под нос Рубин, переложил чемодан из одной руки в другую и направился к дверям.


Джон Томас сидел прямо на своем стуле и старался не хмуриться, глядя, как новый помощник шерифа подписывает последнюю из бумаг, лежавших перед ним, и протягивает ее ему обратно.
Джон Томас вновь взглянул на подпись «Монтгомери Тернер». Тернер оказался вовсе не тем, кого он ожидал увидеть, и объяснения этого сосунка, сидевшего напротив, о том, как это все вышло, не успокоили шерифа.
Парню на вид было не больше двадцати пяти. Немного выше среднего роста, весу в нем не больше шестидесяти килограммов. Тернер выглядел слишком хрупким для тяжелого кожаного ремня, опоясывавшего его бедра. Даже рукоятка пистолета, выглядывавшая из кобуры, казалась великоватой для его ладони. Но огонек в глазах и упрямый желвачок на скуле подсказывали шерифу, что у мальчишки есть характер.
С возрастом многое придет. Хорошее питание и упражнения с гантелями позволят нарастить мускулы, но только время покажет, есть ли в Монтгомери Тернере то, что требуется для настоящего техасского блюстителя закона.
— Ну вот, Монтгомери. С этого момента ты официально получаешь зарплату. У тебя есть расписание работы, твой значок и, начиная с этой минуты, новое звание. Теперь ты официально вступил в обязанности помощника шерифа графства Чероки.
Монти ухмыльнулся. Все оказалось слишком просто. Он боялся, что знаменитый Джон Томас Найт будет метать громы и молнии из-за того, что ему прислали не того помощника, которого он ожидал. Но прием оказался пусть не очень теплый, но все равно хороший.
— Пожалуйста, сэр, зовите меня Монти.
Джон Томас кивнул:
— Только если ты перестанешь звать меня «сэр». Предлагаю на выбор: шериф, или Джон Томас, или даже босс. «Сэры» и «мистеры» меня как-то раздражают, если ты понимаешь, о чем я толкую.
Монти кивнул:
— Договорились, шериф. У меня, правда, есть еще одна проблема, которую хотелось бы решить, прежде чем приступать к работе. Мне негде жить, а единственное свободное жилье в Раске несколько дороже, чем я могу себе позволить. Нет ли у вас чего-нибудь на примете?
Джон Томас на минуту задумался. Да, в Раске свободного жилья было отнюдь не в избытке. Те многоквартирные дома, где жилье сдавалось в аренду, были почти всегда полностью заняты. И тут он вспомнил. Старый графский дом. Может быть, там окажется свободное место.
— Возможно, и есть, если ты не очень привередлив, — сказал Джон Томас.
— Показывайте дорогу, — ответил Монти. Джон Томас так и сделал.


Старый двухэтажный дом, выглядевший так, словно был построен еще до того, как страна получила независимость, стоял в окружении рощи дубов и сосен, которые, казалось, росли здесь уже не одно столетие.
Широко раскинутые дубовые ветви с густыми пучками листьев почти не пропускали солнечный свет на землю. Сосны, попадавшиеся среди дубов, были похожи на высоких древних солдат, направивших атакующие ветки-пальцы в сторону солнца.
Монтгомери Тернер, к его чести, сумел скрыть свои истинные чувства при виде дома. Все, что он позволил себе, — это долгий глубокий вздох. Затем он выбрался из патрульной машины и последовал за шерифом по дорожке к дому. Глаза ему сразу ослепило солнцем, и Монти привычным движением вынул из кармана солнцезащитные очки и нацепил их на переносицу.
— Чертовски жарко для этого времени года, не правда ли? — протяжно произнес Монти, перекладывая свой единственный чемодан в другую руку.
Джон Томас усмехнулся про себя. У мальчишки точно есть характер. Старое графское поместье, конечно, никогда бы не попало на обложку журнала «Лучшие дома и сады», но ему нравилось думать, что у этого места есть свой особый шарм.
— В комнатах есть кондиционеры, — ответил Джон Томас.
«Боже, благодарю тебя за маленькие радости», — мелькнуло в голове у Монти. Деревянная обшивка стен когда-то была белой, но время ее не пощадило, и теперь она приобрела светло-серый, блеклый вид. Жимолость и плющ покрывали почти всю южную стену. В зеленых зарослях были аккуратно прорезаны квадраты, чтобы зелень не мешала смотреть из двух пар двойных окон на каждом этаже. В остальном деревьям и кустам была предоставлена полная свобода. Над фасадом дома нависал широкий козырек. Будь здание построено несколькими сотнями миль восточное, этот навес назвали бы верандой. Но поскольку дом находился в Техасе, он считался всего-навсего крыльцом.
В целом же перед Монти Тернером стояло величественное, солидное сооружение, несмотря на всю обветшалость. Стоило присмотреться к дому попристальнее, как начинало казаться, что козырек над фасадом — это модная широкополая шляпа, одетая на седую голову старой дамы.
— Вот мы и пришли, — сказал Джон Томас. Он открыл дверь и вошел внутрь, указывая на величественную широкую лестницу в нескольких шагах от них. — Должно быть, она ведет к двум квартирам наверху. Владелец сказал, что твоя квартира… — шериф всмотрелся сквозь сумрак холла в две двери напротив друг друга, — номер два на первом этаже.
Он вручил Монти ключ и отступил, давая молодому человеку возможность пройти.
Монтгомери сразу наткнулся на стену и покраснел, завозившись с солнечными очками: в этом темном, сумрачном коридоре они скорее мешали, чем помогали.
— Спасибо, — поблагодарил он, запихивая очки в карман, и взял у Джона Томаса ключ. — Что ж, посмотрим, что это за «дом, милый дом»
l:href="#note_2" type="note">[2]
.
Дверь, открываясь, скрипнула, Монтгомери взглянул на верхнюю петлю и поморщился.
— Надо слегка смазать, — произнес он, приступая к осмотру комнаты. Оба — и шериф, и его помощник — оказались приятно удивлены: внутри все выглядело гораздо лучше, чем снаружи.
Обставленная мебелью с какой-то дешевой распродажи, вплоть до старого потертого плетеного коврика, комната, как ни странно, производила впечатление уютного жилища.
Занавеси на окнах были белоснежными, покрывала на старой софе — зелеными в узкую бордовую полоску и очень чистыми. На диване были разбросаны подушечки бордового цвета, а единственное легкое кресло закрывал зеленый чехол, тоже подобранный в тон.
Направо от гостиной Монтгомери заметил край стола и стул и уловил шум старого холодильного мотора. Там, очевидно, была кухня.
Он вошел, пригласив шерифа следовать за собой, и двинулся налево, к единственной закрытой двери. Она приоткрылась на несколько сантиметров, и Монти пришлось нажать на нее плечом, чтобы открыть полностью.
— Немного туговата. — Он вошел в безликую спальню и швырнул свой чемодан на кровать. Окинув бесстрастным взглядом маленькую ванную, он вернулся в гостиную. — Мне подходит, шериф. Спасибо за помощь.
Джон Томас кивнул, довольный, что молодой человек не высказал ни единой претензии к качеству квартиры. Хотя видно было, что парню никогда еще не приходилось жить без удобств.
— Может быть, подбросить тебя обратно в участок? Возьмешь там свою машину, — предложил Джон Томас. — Остаток дня можешь устраиваться. Купи продукты, освойся с улицами Раска и окрестностями. По работе, случается, приходится выезжать за город, так что тебе в любом случае надо хорошо ориентироваться на местности.
Монтгомери улыбнулся и нахлобучил свою широкополую шляпу поглубже на голову.
— Просто покажите, как пройти к ближайшей закусочной, и я буду счастлив. Я холостяк и не очень умею готовить.
— Местечек, где можно перекусить, в округе полно, — ответил Джон Томас. — А что касается холостяцкого образа жизни, то, если начнешь осваиваться здесь слишком рьяно, не вини меня, если чей-то папаша влепит тебе в задницу заряд из своего ружьишка. Ну а если спутаешься с чужой женой, то я буду рядом с ее мужем со смолой и перьями наготове. Надеюсь, мы поняли друг друга?
Шерифа удивило странное, почти потерянное выражение, появившееся на лице Монти.
— У меня нет желания рыскать по окрестностям в поисках приключений, и я не нарушаю законов, — смущенно произнес он, — ни юридических, ни моральных.
Мужчины обменялись взглядами, и, когда отвели глаза друг от друга, показалось, что оба удовлетворенны тем, что увидели.
— Вот и хорошо, — подытожил Джон Томас. — Сейчас я отвезу тебя, чтобы ты забрал свою машину, и увидимся завтра утром. Мне надо съездить домой и проверить, как там одна женщина. — Последние слова Джон Томас сказал, чтобы скрыть свои истинные чувства.
Шериф направился к двери, за ним следовал его помощник. Джон Томас уже стоял одной ногой на ступеньке крыльца, собираясь шагнуть вниз, когда вопрос, заданный Монтгомери Тернером, остановил его на полушаге.
— Она ваша жена, сэр?
Джон Томас резко повернулся. Его внезапно охватил гнев. Ведь Саманта могла быть его женой — если бы не солгала.
— Я думал, что уже просил тебя прекратить называть меня «сэр».
Монти кивнул.
— Как ее зовут?
— Ее зовут Сэм. Она попала в беду. Я что-то вроде няньки.
Монти снова кивнул, сощурив глаза.
— Мы выросли вместе, — добавил Джон Томас. «Мы клялись в любви и любили друг друга». Тут у него мелькнула мысль: а почему он пошел на все, бросил привычную жизнь, когда пришло ее письмо? Единственным объяснением, которое пришло в голову шерифу, было то, что старые обещания, которые он когда-то давал, оказались крепче, чем любовь.
Монтгомери заметил, как напряглась спина его шефа, как тот распрямил плечи, широким шагом преодолевая расстояние до патрульной машины. Помощник шерифа сбежал с крыльца, прыгая через ступеньку, и упал на пассажирское сиденье буквально за секунду до того, как Джон Томас включил первую передачу.
Видно, он сказал что-то такое, что не на шутку задело шерифа.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману В глубине сердца - Сэйл Шарон



Очень понравился! Хотя и немного затянут! Ну вообщем 9 из 10
В глубине сердца - Сэйл ШаронМари
27.11.2011, 12.25





Ммм...класс... Полнейшее удовлетворение от прочитанного... Шшупперр..!!
В глубине сердца - Сэйл ШаронKathlin
17.03.2012, 18.18





Очень понравился. Герой - супер!
В глубине сердца - Сэйл ШаронНадежда
17.03.2012, 21.25





Получила море удовольствия.Супер.КЛАСС.
В глубине сердца - Сэйл ШаронГаля
31.07.2012, 18.15





За роман 100 балов...Супер
В глубине сердца - Сэйл ШаронМариша
8.12.2012, 20.28





"Яркая белизна его трусов" моя плакать)))
В глубине сердца - Сэйл ШаронЛунтик
18.06.2013, 17.03





Лунтик,ты меня насмешила своим выражением "моя плакать"от белизны его трусов.В других романах еще хлеще встречается:белоснежная шея(вроде не снегурочку описывают),громадные или крупные глаза.Каково это смотрится на красавице?Гротеск.А сей роман почитаю из любопытства.
В глубине сердца - Сэйл ШаронСкорпи
4.08.2013, 20.33





Ненавижу юношеские воспоминания. Это дерьмо. Убирайся. И скажи, чтобы принесли мой десерт. И это - НЕ ОН.
В глубине сердца - Сэйл ШаронЛайм
4.08.2013, 20.51





Вполне приличный роман.После романов,где в основном розовые сопли,слюни и любовные разборки между героями,почитать что-то иное очень даже интересно.Вообще нравятся романы,где любовь гл.героев начинается в детстве.И как обычно у всех авторш: пай-девочка из приличной семьи и мальчик-хулиган,который вопреки всему становится порядочным и законопослушным гражданином.Эх,если бы было так почаще в реальной жизни!9из10.
В глубине сердца - Сэйл ШаронСкорпи
6.08.2013, 0.04





Очень хороший роман. 100б
В глубине сердца - Сэйл ШаронМаша
28.01.2014, 21.46





Очень хороший роман. 100б
В глубине сердца - Сэйл ШаронМаша
28.01.2014, 21.46





Очень приличный роман! Даже не думала, что мне так понравится. Первая любовь никогда не забывается.....я это знаю, а после прочтения романа я даже поверила, что это может привести к семье и на всю жизнь!!!
В глубине сердца - Сэйл Шаронив
21.09.2014, 23.56





Хороший.Читайте..
В глубине сердца - Сэйл Шаронтоня
2.12.2015, 19.20





Очень понравился,10б
В глубине сердца - Сэйл Шаронларик
25.03.2016, 13.49





Роман понравился! Все романы Сэйл Шарон rnчитаются очень легко и с удовольствием. Читайте.
В глубине сердца - Сэйл ШаронНина
12.11.2016, 20.19





Роман понравился! Все романы Сэйл Шарон rnчитаются очень легко и с удовольствием. Читайте.
В глубине сердца - Сэйл ШаронНина
12.11.2016, 20.31





Роман понравился! Все романы Сэйл Шарон rnчитаются очень легко и с удовольствием. Читайте.
В глубине сердца - Сэйл ШаронНина
12.11.2016, 20.32





Хороший роман , понравился .
В глубине сердца - Сэйл ШаронMarina
13.11.2016, 18.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100