Читать онлайн Леди и рыцарь, автора - Сэндс Линси, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди и рыцарь - Сэндс Линси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 68)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди и рыцарь - Сэндс Линси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди и рыцарь - Сэндс Линси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сэндс Линси

Леди и рыцарь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Парадные двери замка были широко распахнуты, когда Эрик приблизился к ним. Войдя в большой зал, он разинул рот от удивления. Он не мог поверить, что такие изменения произошли за время, которое его продержали в конюшне.
Двери, несомненно, открыли, чтобы проветрить помещение, и результат оправдал эти старания, Эрик, принюхавшись, покачал головой. Если бы он не видел все своими глазами, то просто не поверил бы – в зале не было ни малейшего намека на хаос, царивший в нем совсем недавно. Всех животных увели, но самое удивительное то, что не осталось ни малейшего следа их пребывания здесь. Не было ни кучи навоза в углу, ни единого перышка. К облегчению Эрика, его кресло тоже было вычищено и блестело. Даже Блэки, вернее, Блэк больше уже не портил воздух у камина.
Эрик стоял и удивлялся чудесному превращению, когда звук шагов на лестнице привлек его внимание. Его жена легко сбежала по лестнице. Увидев его, она остановилась, настороженно обвела взглядом зал и лишь потом с явным облегчением улыбнулась мужу.
– Вы вернулись, милорд. Как прошел осмотр?
– Очень познавательно, – ответил Эрик, так много узнавший за последние минуты.
– О, замечательно! – просияла она. – Ужин будет скоро готов, и… – Она собралась пройти мимо него, но слова замерли на ее губах, когда он вдруг схватил ее за руку и повернул к себе.
– Розамунда, – выдохнул он, и она замерла, услышав хриплые нотки в его голосе.
– Да, муж?
– Скажи мое имя, – попросил он, притягивая ее к себе. – Мне понравилось, как ты произнесла его вчера ночью, когда я обнимал тебя.
– Эрик, – едва успела сказать она и тут же очутилась в его объятиях.
Он улыбнулся, услышав возбуждение в ее голосе и увидев, как вдруг отяжелели ее веки от желания.
– Ты действительно предпочла бы вернуться в аббатство, как сказал Шрусбери? – спросил он.
Розамунда заморгала от неожиданной смены темы разговора и попыталась отстраниться, но Эрик крепко держал ее.
– Ответь честно.
Закусив губу, Розамунда отвернулась и вздохнула.
– Я была расстроена, когда говорила с епископом Шрусбери. Я… Мы еще не… и я думала… в постели… – смущенно бормотала она. – И потом, я скучала… – Она снова замолчала и отвернулась.
– Ты скучала по работе в конюшне, – закончил за нее Эрик.
Она быстро взглянула на него, чтобы понять, не сердится ли он. Увидев, что глаза его светятся добротой, она несмело кивнула.
Он тоже кивнул и стал покрывать нежными поцелуями ее губы, щеки, а потом прошептал:
– Ты можешь бывать в конюшне.
Она застыла:
– Милорд?
Отстранившись, он серьезно сказал:
– Твои знания очень ценны. И было бы недопустимо держать тебя здесь взаперти и растрачивать понапрасну такой талант. Новая конюшня будет готова через день-два. А до тех пор тебе придется помучиться в старой…
Слова замерли у него на губах, и он издал удивленный возглас, когда Розамунда вдруг порывисто обняла его, вскрикнув от радости.
– О муж! Вы просто замечательный! Самый лучший муж, какой только может быть. И, право же, мой отец очень мудро поступил, выбрав именно вас!
Эрик почувствовал, как буквально тает от ее похвалы, и крепко обнял ее, пока она восторгалась его решением. Он зарылся лицом в ее волосы, наслаждаясь их ароматом. Его рука скользнула вниз по спине.
– Милорд, – тихо прошептала Розамунда и слегка отстранилась.
Эрик тут же наклонил голову и накрыл ее губы своими, даря ей быстрый поцелуй. Она вздохнула, когда он оторвался от нее. Он снова поцеловал ее, уже более продолжительным поцелуем. И снова она разочарованно вздохнула, когда он остановился. Он опять не устоял.
Наконец с сожалением заставив себя отстраниться, он пообещал:
– Мы продолжим после обеда.
– О да, пожалуйста, – мягко сказала Розамунда, и в ее глазах сверкнуло желание.
Улыбнувшись, Эрик взял ее за руку и повел к столу как раз в тот момент, когда в обеденный зал стали входить люди.
– Ну, что же. – Прикрыв рот рукой, Эрик притворно зевнул, чем привлек к себе любопытные взгляды. – День был насыщенным и долгим. Ты как считаешь?
– О да, милорд, – согласилась его жена с серьезным выражением лица, хотя в ее глазах плясали веселые искорки. – Очень долгим. И утомительным.
– Да, изнуряющим, – согласился Эрик чрезвычайно серьезно, почти печально. – Наверное, нам следует…
– Розамунда – и вдруг устала? – со смехом перебил его Роберт, прежде чем Эрик успел выразить намерение удалиться с женой на покой пораньше. – Это невозможно! – Подавшись вперед, Роберт обратился к лорду Берхарту, сидевшему рядом с сыном. – По пути из Годстоу она всегда вставала первой и ложилась последней. Думаю, она унаследовала выносливость своего отца.
– Нет, вовсе нет, – тут же возразила Розамунда. – Я… Просто я была взволнована. Это ведь мое первое путешествие.
– Нет, – покачал головой Роберт. – Вы вставали раньше птиц каждое утро! – Он снова наклонился к лорду Берхарту. – Представляете, однажды утром она встала, выкупалась, поймала кролика, освежевала его, развела огонь и зажарила, и все это еще до того, как мы проснулись.
– Просто Розамунда была взволнована путешествием – она же объяснила, – раздраженно вмешался Эрик. – А сейчас она устала.
– Да не верю я! – воскликнул Роберт. – Не могла она устать. Еще рано и… – Он замолчал, от удивления проглотив остальные слова, когда Розамунда ударила его под столом ногой по лодыжке. – Зачем вы это сделали? – обиженно спросил он.
Розамунда закатила глаза при виде выражения его лица.
– О, прошу прощения, милорд. Понимаете, я так устала, что ноги и руки буквально не слушаются меня. – Быстро поднявшись, она повернулась к Эрику, легко коснувшись его щеки, пока он сидел и испепелял взглядом Роберта. – Я, пожалуй, пойду отдыхать.
Вздрогнув от ее прикосновения, Эрик поднял голову, и взгляд его смягчился, когда он прочитал обещание в ее глазах.
– Да, это хорошая мысль, – проворчал он, и гнев в его голосе сменился совсем иным чувством. Встав, он взял Розамунду за руку, пожелал всем, ни на кого не глядя, доброй ночи и повел ее из зала.
Они едва достигли верхней площадки лестницы, как Розамунда, уже больше не в силах сдерживаться, расхохоталась. Когда Эрик остановился и удивленно посмотрел на нее, она, давясь смехом, прижалась лицом к его груди. Отсмеявшись, она наконец подняла голову и с трудом выговорила:
– Я думала, вы непременно ударите его, такой у вас был сердитый вид.
Губы Эрика медленно расплылись в улыбке, и он признал:
– Да, я подумывал об этом. «Да не верю я, еще рано», – насмешливо передразнил он друга, потом посерьезнел и посмотрел в ее смеющиеся глаза. – Но он прав. Сейчас еще действительно рано, – сказал он и нежно погладил ее по щеке.
– Да, – тихо сказала Розамунда, поворачиваясь лицом к его ладони. – И у нас впереди вся ночь.
Эрик со стоном притянул ее к себе и прильнул в долгом, жарком поцелуе прямо на верхней площадке лестницы. Его губы и язык будили в ней жаркое желание, руки скользили по ее телу. Розамунда сумела вытерпеть эту сладостную муку всего несколько мгновений, отстранилась, взяла его за руку и устремилась по коридору к их покоям. Он еле поспевал за ней и остановил в дверях спальни. Резко повернув Розамунду к себе, Эрик вновь сжал ее в объятиях, накрыв губами ее губы.
Розамунда со стоном обвила руками его шею. Зарывшись пальцами в его волосы, она выгнулась ему навстречу и почувствовала, как напряглась его плоть от желания.
Вздрогнув в его объятиях, Розамунда стала жадно целовать его; желание нарастало в ней волнами, когда он прижал ее спиной к двери. Потом его руки подхватили ее юбки и медленно подняли их, заскользили вверх к ягодицам. Подхватив Розамунду на руки, он на ощупь распахнул дверь и понес жену к постели, не отрываясь от ее губ.
Задыхаясь от смеха, когда он наконец отстранился, Розамунда запрокинула голову и закрыла глаза, чувствуя его губы на своей шее. Эрик опустил жену на мягкую постель и, опершись на руки, навис над ней.
Розамунда тут же начала торопливо снимать с него одежду. Подняв его тунику, она стала покрывать поцелуями его грудь, пока Эрик стягивал тунику через голову. Проведя руками по широкой мускулистой груди, она подалась вперед, сжала зубами сосок и улыбнулась, когда Эрик закрыл глаза и стон наслаждения вырвался из его груди. Через мгновение он обхватил руками ее лицо и снова припал губами к ее губам. Его язык яростно вторгся в ее рот, пока руки нетерпеливо дергали за шнуровку на ее платье.
Фр-р… Эрик застыл и медленно поднял голову.
– Что такое? – непонимающе спросила Розамунда.
– Мне кажется, я что-то слышал, – пробормотал он, нахмурившись.
– Я ничего не слышала, – нетерпеливо сказала она, снова притягивая к себе его лицо. Ее губы приникли к его губам, язык отважно проник в его рот, а руки заскользили по его груди.
Эрик какое-то мгновение оставался неподвижен, потом взял инициативу на себя: его руки стали стягивать с нее платье, обнажая грудь. Оторвавшись от ее губ, он обхватил рукой грудь и жадно склонился над ней, чтобы поцеловать.
Фр-р…
– Теперь я точно знаю, что мне это не показалось, – сказал Эрик, поднимая голову и глядя на Розамунду. Подозрение закралось в его душу, когда он увидел, что её глаза плотно сомкнуты, но вовсе не в порыве страсти. Страх и растерянность были написаны на ее лице. И тут он почувствовал запах и услышал жалобное ржание Блэка. Резко повернув голову, Эрик уставился на коня у камина, и в этот момент из нутра животного вырвался еще один неприятный звук, сопровождаемый столь же неприятным запахом.
– Боже милостивый!.. – с ужасом воскликнул он. – Ты… ты… он… – Эрик на мгновение закрыл глаза, потом открыл, но конь никуда не исчез.
– Но ведь вы велели убрать его до ужина, – заметила Розамунда с дрожью в голосе.
– И ты «убрала» его в нашу спальню?! – воскликнул Эрик и закрыл глаза, медленно считая до десяти, а Розамунда стала торопливо объяснять свое решение:
– Я хотела поместить его в свободную спальню. Но в одной расположился ваш отец, в другой – лорд Шамбли, еще ведь здесь епископ Шрусбери и лорд Спенсер и… – Она замолчала, и он почувствовал, как она пожала плечами под ним. – Нет ни одной свободной комнаты.
– Жена, – медленно начал Эрик, но Розамунда не стала ждать, что он скажет. Быстро высвободившись из его объятий, она натянула лиф платья и поспешила к коню.
– Простите меня, милорд. Я, честное слово, совсем забыла, что он здесь.
Вздохнув, Эрик перевернулся на спину, уставившись и потолок и слушая Розамунду.
– Он скорее всего хочет пить. Разве нет, Блэки? Бедняжка! Я забыла принести тебе воды, а ты у нас болен и тебе жарко.
– Повернув голову, Эрик мрачно наблюдал, как жена суетится вокруг коня, затем берет пустое ведро. Он быстро встал и, натянув тунику, отобрал у нее ведро:
– Я пришлю слугу с чистой водой.
Остановившись, Розамунда с тревогой посмотрела на него:
– Куда вы?
– Вниз.
– Вниз? Но как же… – Покраснев, она расстроенно взглянула в сторону постели.
Эрик проследил за ее взглядом, потом посмотрел на Блэка, который в это время выпустил еще порцию неприятного воздуха.
– Мне нужно выпить, – сказал Эрик, вышел в коридор и захлопнул за собой дверь.
Плечи Розамунды поникли, и она грустно вздохнула. Ее грудь все еще ощущала его прикосновения, и не только грудь.
Блэк заржал, зацокал копытами, приближаясь к ней и кладя голову на плечо.
Снова вздохнув, Розамунда подняла руку и похлопала закутанный в одежду нос.
– Все в порядке, Блэки. Все будет хорошо.
Никто не стал расспрашивать Эрика, почему он так быстро вернулся в обеденный зал. Стараясь не замечать любопытных взглядов и приподнятых бровей, он наполнил кубок вином. К тому моменту, когда Роберт, единственный, помимо него, оставшийся за столом, решил отправиться спать, Эрик был уже сильно пьян.
С трудом встав на ноги, он вместе с Робертом, шатаясь, поднялся по лестнице. Они пожелали другу спокойной ночи, и Эрик побрел к спальне, дверь которой почему-то не хотела стоять на месте и танцевала перед его взором, словно искорки пламени.
Сосредоточившись, он шагнул к двери, толкнул ее и ввалился в комнату, где на кровати крепко спала его жена. Она, похоже, очень любит занимать всю постель, с обидой подумал Эрик. Потом, повернувшись, молча погрозил пальцем Блэку. В этот момент он и сам, наверное, не смог бы объяснить, что именно запрещает коню.
Направившись к постели, он стал на ходу срывать с себя одежду. Покачиваясь, стянул штаны до бедер, попытался выбраться из них, подняв ногу, но, потеряв равновесие, упал на кровать.
– Хм, так лучше, – решил Эрик, увидев, что в этом положении комната не так быстро крутится перед Глазами. Оставив штаны болтающимися на ногах, он прижался к теплому боку жены и крепко заснул.
Ему опять снилась жена.
Он галопом скакал через лес. Под ним был Блэк, здоровый и сильный. Внезапно Эрик увидел Розамунду в свадебном белом платье. Стоя к нему спиной, она смотрела на Гудхолл в долине, но, услышав топот копыт, обернулась. Узнав Эрика, она соблазнительно улыбнулась и раскрыла ему свои объятия.
– Вы самый замечательный из всех мужей.
Эрик выпрямился в седле от ее нежных слов. Спешившись, он раскрыл ей объятия, и как только дотронулся до нее, ее платье исчезло. Хрип вырвался из его горла, когда Эрик ощутил ее обнаженное тело, зарылся в ее рыжие пряди. Запрокинув ей голову, он припал к губам.
Он оказался тоже обнаженным. Она таяла в его руках, выгибаясь навстречу, возбужденно прижимаясь к нему.
Его губы коснулись шеи Розамунды и уже заскользили к груди, как начался дождь и крупные теплые капли стали падать него. Скривившись, Эрик что-то пробормотал, проснулся и обнаружил, что сон на самом деле вовсе и не сон.
Розамунда, теплая и обнаженная, была в его объятиях; стоны и восклицания все еще срывались с ее губ, а тела их слились воедино.
И было действительно холодно. Ранний утренний ветерок врывался в комнату, покрывала на постели не было, и ветер холодил их обнаженные тела. Покрывало, наверное, сползло на пол, когда еще одна теплая капля упала ему на щеку. Перекатившись на спину, Эрик обнаружил, что смотрит в жуткую, вытянутую и замотанную в одежду морду животного. И словно этого было мало, из носа этого жуткого существа свисала длинная скользкая сопля, готовая упасть на него. Это сразу объяснило дождь в его сне. Когда Эрик наконец это понял, он в ужасе закричал и, пытаясь уклониться от очередной порции капель, метнулся в сторону, стукнувшись головой о голову Розамунды.
– Что? Где? – воскликнула Розамунда, сразу проснувшись и хватаясь за голову. – Что такое? В чем дело?
– Убери отсюда эту чертову лошадь!
Заморгав, чтобы прогнать остатки сна, Розамунда повернулась и увидела, что ее муж судорожно пытается уклониться от сопливого носа Блэка. Конь стоял рядом с кроватью; голова его висела как раз над тем местом, где только что лежал Эрик.
– О Боже! – ахнула она, подскакивая и поспешно уводя коня от кровати, – Блэки, ну что ты делаешь? Бедняжка, у тебя насморк?
– Да, и он залил меня соплями! – рявкнул Эрик с отвращением, вытирая мокрую щеку.
– О Боже, – снова сказала Розамунда и вздохнула. Быстро нагнувшись, она подхватила брошенную Эриком на пол тунику и быстро вытерла нос и губы Блэка.
Увидев, что она делает, Эрик буквально зарычал и подскочил с постели, чтобы помешать ей.
– Что ты делаешь? О Боже, это же моя туника!
– О! – Розамунда виновато взглянула на скомканную и вызывающую отвращение тунику. – Но ведь у вас, конечно, есть другая, милорд. Человек вашего положения должен иметь не одну тунику.
– О да, у меня есть, – мрачно сказал он. – Зеленая обмотана вокруг головы Блэка, а синяя – на его хвосте.
Прикусив губу, Розамунда взглянула на туники, о которых говорил Эрик, и на секунду задумалась, не снять ли их, но потом решила, что Эрик скорее всего не оценит этого жеста. Виновато посмотрев на него, она грустно покачала головой. Она снова все испортила.
– Прошу прощения, милорд. Я не подумала, когда укутывала Блэки во всю вашу одежду. Я просто боялась, что вы очень расстроитесь, если он серьезно заболеет.
Гнев Эрика исчез так же стремительно, как и появился. Она сделала все это для него, чтобы порадовать. Он почувствовал, как все в нем снова тает, как тогда, когда она назвала его самым замечательным мужем в мире. Эрик не мог вспомнить, когда в последний раз женщина делала что-то ради него. По крайней мере Делия никогда не утруждала себя этим за все время их помолвки. С самого детства она ожидала, что он будет лелеять ее красоту. Но ведь Розамунда не Делия, напомнил он себе. Он грустно улыбнулся, когда вдруг понял, как глупо было даже сравнивать этих двух женщин. В них не было ничего общего.
Нет, это никуда не годится.
Шагнув вперед, он взял поводья Блэка из ее обмякших рук и направился к двери, потянув за собой упиравшегося коня. Ему совершенно не нравилось, что его конь вдруг стал предпочитать общество Розамунды, но это его особенно и не удивило. Его самого каким-то необъяснимым образом все больше тянуло к ней.
Не обращая внимания на свою наготу, Эрик открыл дверь и выпихнул Блэка в коридор, кивнув проходившему в этот момент мимо отцу и как бы не замечая его удивленного взгляда. Захлопнув дверь, Эрик медленно направился к Розамунде, смотревшей на него с несчастным видом.
– Забирайся на кровать, – приказал он.
– На кровать, милорд? – удивленно переспросила она. Эрик кивнул:
– На четвереньки, как в тот день, когда мы обвенчались.
Розамунда колебалась, переводя взгляд с постели на мужа, и неуверенно спросила:
– Вы хотите наказать меня за то, что я запачкала вашу тунику, милорд?
– О да, – заверил он ее с блеском в глазах, который сказал Розамунде о многом. – Но я обещаю, что тебе это понравится. Залезай на постель.
Его голос обволакивал ее, словно теплый мед, и все вместе – его голос, слова, выражение глаз – бросило ее в дрожь. Повернувшись, она взобралась на постель и встала на четвереньки, как в день свадьбы. Как ни странно, но в это мгновение она ощущала себя гораздо более уязвимой, чем тогда; сейчас она была совершенно обнажена. Почувствовав, что постель прогнулась, она оглянулась и увидела, что Эрик встал позади нее. Подавшись вперед, он развел в стороны ее колени и встал между ними так, что его живот мягко коснулся ее ягодиц.
Вспомнив болезненный опыт в день свадьбы, Розамунда неуверенно спросила:
– Вы уверены, что не хотите сделать это правильным образом, милорд?
– Правильным? – спросил он, мягко обхватывая руками ее бедра. – А кто сказал, что это неправильно? Ведь божьи создания не могут ошибаться. Вспомни о кошках, коровах и лошадях, – сказал он, поддразнивая ее.
– Ну… – неуверенно протянула Розамунда. – Да, но в тот раз…
– В тот раз мы упустили несколько приятных моментов.
– Приятных? – недоверчиво спросила она.
– Да. Например, вот это. – Скользнув руками к ее талии, он заставил Розамунду выпрямиться так, что она прижалась спиной к его груди. – И вот это, – прошептал он ей на ухо; одна его рука обхватила ее грудь, вторая заскользила вниз, по животу и дальше, накрыв ее возбужденную плоть. – Есть очень важные моменты, а ты не позволила мне показать тебе их в первый раз.
– О да! – ахнула Розамунда и засмеялась, невольно выгибаясь, от чего ее ягодицы прижались к его бедрам, а грудь – к и его ладони. – Я думала, вы пытались получить от меня молоко, словно от коровы.
– Я действительно пытаюсь получить от тебя кое-что, – прошептал он ей на ухо, – но не молоко.
– А что тогда? – простонала она, когда он стал покусывать мочку ее уха.
– Я пытаюсь получить от тебя наслаждение.
– О-о! – Слова вырвались из ее груди с дрожью, когда его пальцы скользнули между ее ног. – О, милорд.
– Скажи мое имя, – велел он, лаская ее плоть.
– О-о, Эрик, – тихо сказала она.
– Еще!
– Эрик!.. – выдохнула она, когда он скользнул пальцем в ее плоть, и подняла руку, прикасаясь к его лицу.
– Еще! – сказал Эрик, поворачивая голову и целуя ее руку, потом слегка напрягся и ахнул, когда ее вторая рука скользнула между ними и обхватила его напрягшуюся плоть.
– Эрик, – произнесла она жарким, хриплым шепотом. Застонав, когда ее пальцы сжались вокруг его плоти, Эрик вновь проник пальцем в ее лоно, на этот раз более резко.
– Милорд? – ахнула она, невольно еще больше раздвигая ноги, подаваясь навстречу его руке.
– Да?
– Я думаю…
– Ты думаешь? – застонал он, когда ее рука инстинктивно стала поглаживать его напрягшуюся плоть;
– Мне нужны…
– Тебе нужны? – Он ахнул, и его бедра задвигались в. такт нежным движениям ее руки.
– Вы, – простонала она.
– И ты мне нужна, – нетерпеливо выдохнул он и, обхватив ее за бедра, стремительно вонзился в нее.
– Нет, право же, Блэк, тебе уже лучше, – весело сказала Розамунда, снова обворачивая тунику Эрика вокруг головы коня. Прошло уже больше часа после того, как Эрик показал ей, что заниматься этим так, как делают животные, вовсе не ужасно, если делать это правильно. После этого он тут же заснул, а Розамунда вымылась, оделась и отвела Блэка из коридора к камину в большом зале. Она снова вытерла коня – у того жутко текло из носа, но Розамунда понимала, что это не страшно, а просто выходит болезнь. Она также накормила его, прежде чем размотать голову, чтобы померить температуру. Сейчас, снова обмотав его голову туникой, она улыбнулась коню.
– Ты сегодня уже совсем не такой горячий, как вчера, аппетит появился, так что скоро будешь совсем здоров.
– И слава Богу!
Обернувшись, Розамунда застенчиво улыбнулась Эрику и удивленно посмотрела на его коричневую тунику:
– А, вы нашли чистую тунику.
– Нет, это моя, – заявил Роберт, шедший позади Эрика. – Что я мог поделать, когда он появился у моей двери в одних штанах, умоляя… О!
Розамунда прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и укоризненно посмотрела на мужа, толкнувшего Роберта.
– Вот вам и вся благодарность, – проворчал Роберт И подмигнул Розамунде, показывая, что они всегда так дурачатся.
– Хм, вы очень добры, что одели моего мужа, милорд, – сказала Розамунда, подумав про себя, что нужно срочно найти что-нибудь другое для Блэка, а одежду мужа сегодня же выстирать. Горчично-коричневая туника Роберта ужасно смотрелась на Эрике. Это был совсем не его цвет.
– Итак, – сказал Эрик, подходя к ней и рассеянно проводя пальцами по ее руке. – Можно вернуть это животное в конюшню, раз ему уже настолько лучше?
– О нет, пока нет, – с сожалением сказала Розамунда, вздрагивая от его чувственного прикосновения. – Через один-два дня, может быть. Он еще не окреп, а поскольку конюшня в таком плачевном состоянии… Куда вы, милорд? – с удивлением спросила она, когда Эрик резко повернулся и направился к выходу.
– Послать еще людей на строительство конюшни. Она будет готова сегодня, даже если мне самому придется помогать. Это животное больше не проведет ни одной ночи в нашей спальне.
– Подожди меня, Эрик, – попросил его Роберт. – Я должен кое-что обсудить с тобой.
– Но вы даже не поели! – растерянно воскликнула Розамунда. Однако мужчины лишь замахали руками, занятые разговором.
– И как сегодня конь лорда Эрика?
Розамунда оглянулась и улыбнулась епископу Шрусбери, который направлялся к ней через зал.
– Доброе утро, ваше преосвященство. Ему сегодня лучше. Спасибо, что спросили.
– Хорошо, это хорошо! – просиял Шрусбери. – Я знал, что ты вылечишь его. Это твой дар.
Вспыхнув от похвалы, Розамунда улыбнулась и повернулась, чтобы взять поводья Блэка.
– Я собиралась вывести Блэка во двор ненадолго. Почему бы вам пока не приступить к трапезе? Лорд Спенсер вскоре присоединится к вам.
– О нет, только не сегодня утром, – печально сказал лорд Шрусбери. – Джозеф шел сюда, чтобы взять поднос для лорда Спенсера. Он сказал, что сегодня ревматизм совсем замучил Спенсера и он останется в постели. Он, похоже, решил, что это к дождю, – Шрусбери пожал плечами. – Я сказал Джозефу, что распоряжусь насчет подноса, чтобы он не оставлял лорда Спенсера одного.
– О! – заколебалась Розамунда, взглянув в сторону кухни, но Шрусбери успокаивающе похлопал ее по руке.
– Ты лучше выведи Блэка, пока он не сотворил что-нибудь неприятное. А я позабочусь о подносе для лорда Спенсера.
– Благодарю вас, милорд епископ, – сказала Розамунда, направляясь к двери. Блэк покорно последовал за ней. – Я долго не задержусь и составлю вам компанию, пока вы завтракаете.
– Хорошо, хорошо. А потом мы обсудим, как лучше поговорить с твоим мужем.
Остановившись, Розамунда удивленно оглянулась.
– Как поговорить с моим мужем? О чем? – удивленно спросила она.
– Ну как же, о твоем возвращении в аббатство, моя дорогая. Я уверен, что если мы найдем правильный подход, он поймет разумность этого. К сожалению, он такой вспыльчивый. И вчера так расстроился, когда я…
– Ваше преосвященство, – прервала его Розамунда, оставив Блэка и медленно вернувшись к епископу. Она совершенно забыла о том дне в конюшне, когда, рыдая, жаловалась, что никому не нужна, что совершенно чужая, что ничего не может сделать правильно. Так много произошло с того дня, когда епископ прибыл с новостью о смерти ее отца. – Я знаю, что была расстроена в тот день, когда вы приехали…
– Ну конечно, дитя мое. Услышать о смерти отца в довершение ко всем твоим несчастьям в качестве жены Берхарта…
– Я не хочу возвращаться в аббатство, – торопливо сказала Розамунда, прежде чем он заставит ее почувствовать себя еще более виноватой из-за того, что она мало скорбит о смерти отца. Епископ вряд ли поймет, даже если бы она объяснила, что, хотя она любила и восхищалась королем, это было издалека, всегда издалека. Она видела его всего один раз в году. Обычно он делал короткую остановку в аббатстве по пути куда-нибудь. Он ни разу не остался ночевать в Годстоу. По правде говоря, в его последний приезд она провела с ним больше времени и больше говорила, чем когда-либо раньше. До этого он обычно бывал молчалив и неприступен. Он всегда был прежде всего ее королем, а потом уже отцом, и, хотя она любила его и добивалась его понимания, его титул всегда стоял между ними. Сейчас она очень жалела об этом.
Аббатиса и все женщины в аббатстве были ее настоящей и единственной семьей. Они лелеяли и любили ее, помогали расти, радуясь ее победам и расстраиваясь из-за ее неудач. Ее отец… Да, она скорбела о его кончине, о потере хорошего короля, но все же он был плохим отцом.
Однако она готова была скорее умереть, чем проявить неблагодарность и признать это. И она никогда и ни за что не смогла бы сказать это человеку, стоящему сейчас перед ней. Человеку, который провел тридцать с лишним лет рядом с королем как самый его преданный слуга.
– Я не понимаю, – с расстановкой произнес епископ. – Ты говорила, что ничего не можешь сделать здесь правильно. Что ты…
– Я была очень расстроена в тот момент, – вздохнула Розамунда. – Меня вырвали из аббатства, запретили ухаживать за животными.
Епископ согласно кивнул:
– Да, и если мы вернем тебя в аббатство, ты сможешь принять постриг и продолжать лечить животных, как хотел того Господь.
– Я могу заниматься этим и здесь. Ну, не постриг принять, конечно. Эрик разрешил мне работать в конюшне. Он даже сказал, что отказать мне в этом – значит напрасно растратить мои таланты. – Ее лицо просто сияло, когда она произносила эти слова, и Шрусбери слегка улыбнулся ей в ответ, но потом словно спохватился и покачал головой:
– Это замечательно. Но как же брачное ложе? Ты сказала, что для тебя это оказалось неприятным и унизительным. Ты ведь не желаешь…
– О, – прервала его Розамунда, и лицо ее вспыхнуло от смущения. – Это было… то есть… Первый раз ведь всегда бывает больно, правда ведь?
– Я слышал об этом, – осторожно сказал епископ Шрусбери, внимательно вглядываясь в ее лицо, и его глаза вдруг удивленно расширились. – Ты хочешь сказать, что больше не находишь это унизительным и неприятным?
Этот разговор ужасно смущал Розамунду, и она решила прекратить его:
– Ваше преосвященство, я не могу… Мне чрезвычайно неловко говорить. Я уже не чувствую себя здесь несчастной, И я рада остаться.
– Одну минуту, – взволнованно произнес епископ, когда она снова повернулась к Блэку.
Розамунда остановилась, и Шрусбери вздохнул и скривился. – Я знаю, что для тебя это неприятный разговор, дитя, но это важно. Я должен спросить тебя: ты ведь не наслаждаешься брачным ложем, нет?
Лицо Розамунды покраснело, и она настороженно посмотрела на него.
Он нетерпеливо вздохнул.
– Я не стремлюсь обидеть тебя. Я спрашиваю тебя только потому, что знаю: аббатиса, полагая, что ты никогда не покинешь аббатство, могла и не просветить тебя на этот счет.
Розамунда не ответила, а лишь растерянно посмотрела на него, и он мягко сказал:
– Грешно наслаждаться брачным ложем.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Леди и рыцарь - Сэндс Линси



да роман замечательный))я вычитала много книг,и с уверенностью могу сказать что этот роман и впрям хорош))советую
Леди и рыцарь - Сэндс Линсилеля
13.07.2012, 17.24





Извините, но более тупого романа я не читала. А постельные сцены это ЧТО-то... фэ-э
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиИнна
16.07.2012, 16.38





Я худею с начала романа...героиня тупая, а герой мямля. Первая постельная сцена вырвала смех до слез...я в шоке...прекратила читать на том месте где она кролика закапывает. Гг поцталом
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиДаша
27.08.2012, 18.54





ЗАБАВНЫЙ
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиОЛЬГА
11.03.2013, 23.11





Не оставил роман никаких позитивных эмоций ...Всё время ждала , что вот ОН наконец то соизволит "опустится со своей колокольни " и обратит внимание на жену ... Гг-й не понравился совсем - ни характером , ни своими повадками ..
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиВиктория
2.04.2013, 9.46





Мне показалось скучновато.
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиКэт
27.04.2013, 10.14





Роман не понравился, неинтересная книга. Главная героиня просто невероятно глупая особа ...
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиNira
2.05.2013, 22.46





Девочки, девочки, не ссорьтесь! Ну как ему в первую постельную сцену героем быть?! За 5 мин, да под присмотром только изнасиловать можно... А девочке где ума набраться - она кроме монастыря средневекового вообще ничего не знала и не видела. Тем не менее, она набралась смелости общаться с людьми, отстаивать свою позицию, бороться за что-то... Многие из нас и по сей день этого не умеют...
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиKotyana
13.01.2014, 10.36





Это самый ужасный роман который мне приходилось читать, она такая тупая аж плакать хочеться ...а что эму оставалось делать как не на лево ходить.
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиВетер
20.06.2014, 18.52





Это самый ужасный роман который мне приходилось читать, она такая тупая аж плакать хочеться ...а что эму оставалось делать как не на лево ходить.
Леди и рыцарь - Сэндс ЛинсиВетер
20.06.2014, 18.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100