Читать онлайн Ночь огня, автора - Сэмюэл Барбара, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночь огня - Сэмюэл Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.21 (Голосов: 63)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночь огня - Сэмюэл Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночь огня - Сэмюэл Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сэмюэл Барбара

Ночь огня

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Перепрыгивая через ступени, Бэзил добежал до своей комнаты.
Он швырнул на кровать камзол, сел к столу, обмакнул перо и написал:
Отец!
Я не могу жениться на Аннализе.
Я знаю, как ты воспримешь эту новость, поэтому поверь, что я имею в виду именно то, что говорю. Я не женюсь на ней. Я должен сделать честный выбор.
Пожалуйста, извести ее отца и уведоми, что я буду рад компенсировать это так, как он сочтет нужным. Поскольку она молода и, судя по всеобщим отзывам, красива, то не составит никакого труда найти ей другого мужа.
Бэзил.
Он часто дышал, а его рука тряслась, запечатывая письмо. Бэзил достал еще один лист бумаги.
Моя дорогая Аннализа!
Вы должны немедленно постричься в монахини. Я не могу на вас жениться, но мне известно, что вы всегда искренне желали провести жизнь в монастыре. Даже ваш отец не сможет нарушить обет, данный вами Богу.
Сделайте это незамедлительно, Аннализа, ради вашей безопасности. Когда все будет улажено, я навещу вас, и мы сможем обсудить это не торопясь.
Ваш слуга Бэзил,
граф ди Монтеверчи.
Он запечатал письмо, потом выбежал из комнаты в поисках слуги. Он сунул письма в руку лакея:
– Отправить немедленно.
Его отец был в Генуе и не получит письма неделю или две, но Бэзил не мог действовать до тех пор, пока не освободится от обязательств. Его мать хотела только того, чтобы девушка находилась под защитой, но не говорила какой.
Потом он направился на поиски Кассандры. Его сердце сильно билось, а бурление крови буквально сжигало его. Кассандры не было там, где он ожидал найти ее – в ее комнате. Ее не было и во дворе, там был только садовник.
– Ты видел леди Кассандру? – спросил Бэзил.
Старик усмехнулся и кивнул в направлении фруктового сада. Бэзил хлопнул его по спине и побежал. Он увертывался от веток и перепрыгивал через корни и камни.
Потом он увидел ее, тянущуюся за сливой на дереве. Ее волосы были растрепаны танцами и руками маленьких девочек. Кассандра увидела его и, должно быть, почувствовала его напряжение. Она с беспокойством шагнула ему навстречу:
– Бэзил, что случилось?
Он подумал, что влюбленный поэт должен наконец увековечить самый красивый из первых поцелуев. Но сейчас в нем не было изящества. Он молча подошел к ней, его пронизало нечто большее, чем жар и желание. Ему казалось, будто воздух потрескивает, а она светится. Бэзил обхватил лицо Кассандры ладонями, наклонился и поцеловал ее.
Он поцеловал ее в, губы, вложив в этот поцелуй все свое страстное желание. У него зашумело в ушах от того, как он желал ее, от вкуса ее губ, от ее запаха и от ощущения ее рук, обвившихся вокруг его шеи.
Он хотел выглядеть искусным, терпеливым и мягким, но это было невозможно. Поцелуй пламенел, зажигая его и ее, они целовались жадно и неистово. Когда у него закружилась голова и нужно было снова вдохнуть, Бэзил откинулся назад. Ее руки упали на его запястья, он услышал ее дыхание, почувствовал его на своем подбородке.
Он закрыл глаза и тут же открыл их, но она все еще стояла рядом, и его переполнило чувство счастья, а чувство облегчения было столь велико, что подгибались ноги.
– Я еще не женат, – сказал он, думая о ее отношении к неверным мужьям, – и у нас мало времени, да? Никто не пострадает от того, что мы любовники. – И он опять прижался к ее губам. – Я не могу дать тебе уехать.
Кассандра тихо вскрикнула.
– Бэзил, есть вещи, которые ты должен знать обо мне, если мы становимся на этот путь.
– Нет, все, что мне надо знать… – он нагнулся, чтобы опять поймать ее дрожащую нижнюю губу, – это то, что я искал тебя всю мою жизнь и Бог привел тебя ко мне.
Слова были слишком мелки, они не могли отразить суть произошедшего, поэтому Бэзил молчал и только целовал, целовал ее, а она целовала его в серебристой предрассветной дымке.
Неожиданно Кассандра отодвинулась.
– Бэзил, – протестующе прошептала она, отступая и прижимая дрожащую руку к груди. Она замерла перед ним, в ее глазах было нечто непонятное, скулы окрасил лихорадочный румянец. – Я… – Она покачала головой. – Это необдуманно, нам нужно отдохнуть.
Бэзил сглотнул, едва сдерживаясь.
– Конечно, – наконец произнес он. – Прости, я окончательно потерял голову.
– Мне нечего прощать, – прошептала она. – Я… только… Сейчас мне необходимо поспать.
Прежде чем он обрел способность говорить, она убежала, просто растворилась в тумане. Бэзил смотрел ей вслед до тех пор, пока шлейф ее юбки не исчез за кустарником.
Был ли этот поступок слишком необдуманным? С его стороны это было слабостью. Он гулял между деревьями, срывая листья, как потерявшийся ребенок. Она не ответила на его чувства? Может быть, вино и страсть сделали из него дурака? Он пришел во двор с опущенной головой и поднял глаза к балкону ее комнаты.
Она стояла там с волосами, распущенными по плечам, одетая в халат, и смотрела вниз, на него. Она была изящная и бледная, как свеча. Бэзил остановился, пораженный этим зрелищем.
Кассандра долго пристально вглядывалась в его лицо, потом перегнулась через балюстраду и протянула к нему руку. Это был приглашающий жест.
Он напугал ее! Так просто. Какой же взрослый мужчина так набрасывается на женщину? Он мог подождать, дать сну немного охладить свой жар.
Приложив руку к сердцу, Бэзил послал ей воздушный поцелуй. Она сделала то же самое. Бэзил стоял под балконом до тех пор, пока она не ушла внутрь, к той кровати, украшенной золотой вышивкой, в которой он так мечтал оказаться.
Кассандру разбудила птица, щебетавшая на балконе. Эта птичка, маленькая черная красавица, поющая на каменной ограде на фоне зелени, казалось, прилетела из ее сна. Кассандра долго смотрела на нее, вытянувшись на кровати.
Бэзил!
По ее телу пробежали мурашки, как эхо неистового желания, которое она почувствовала, увидев, как он бросился к ней с холма. Потом Кассандра вспомнила его сильные руки с мозолистыми ладонями, крепко прижатые к ее лицу, и его горячий рот, торопливо искавший ее губы. За всю свою жизнь она не встречала человека, который смотрел бы на нее так, как будто умрет, если не поцелует.
Уютно завернувшись в покрывала, которые находились в таком беспорядке, как будто в ее беспокойной постели был любовник, Кассандра наслаждалась странным возбуждающим ощущением, которое принесли с собой воспоминания, снова и снова оживляя их в воображении.
Нанежившись в постели, она умылась и позвонила, чтобы принесли завтрак. Слуга принес шоколад в серебряной чашке и свежий хлеб. Все это она перенесла на столик у окна.
Было очень тепло, несмотря на ветерок, дувший через открытую балконную дверь. Чувствуя себя абсолютно свободной, Кассандра сбросила халат и уселась завтракать в одной ночной рубашке. Из окон она видела холмы и висевшее над ними тусклое марево, подернутое дымкой. Она вспоминала о празднике, о том, как Бэзил целовал ее в фруктовом саду, о сливах, которые он принес ей с тех деревьев… вдруг она ощутила такое восхитительнейшее чувство счастья, что ей захотелось громко петь и танцевать. Это было простое счастье, просившее воспользоваться им сегодня.
Напевая себе под нос, Кассандра нашла свою шкатулку с письменными принадлежностями. Прихлебывая шоколад и откусывая хрустящий сдобный хлеб, она начала писать, собираясь только уловить впечатления, чтобы позднее можно было собрать записки в нечто более или менее связное. Сейчас она и не думала, во что именно, – возможно, письмо или статью или даже в простой дневник.
Но, делая наброски, она углубилась в них. Морская вода, кружащаяся над пальцами ее ног, воспоминания об отце, восхитительная еда, которой кормил ее Бэзил, и потом праздник прошлой ночью, который был одним из самых ярких и возбуждающих зрелищ в ее жизни.
Я чувствую себя здесь иначе, – писала она, – и эта перемена захватила меня целиком. Я чувствую, что могу делать все, быть тем, кем захочу. Или, может быть, я впервые за многие годы полностью чувствую себя самой собой, как будто я и есть тот смелый ребенок, которым была когда-то. В тот момент, когда кралась через лес, чтобы увидеть, как танцуют рабы, при этом готовая ко всему, что могло произойти.
Она, эта девочка во мне, заключает в себе сдержанность, красоту, свет и даже возможность любви и плотских радостей. Тех, о которых я когда-то мечтала, а не тех, которые мне открылись.
Кассандра остановилась, дотронулась до губ, размышляя, достаточно ли она смела, чтобы написать о том поцелуе. Откинув назад густую прядь волос, она обмакнула перо.
А теперь Бэзил. Что я буду вспоминать о нем, когда придется покинуть это прекрасное место? Его красивые волосы, свободно спадающие на лицо, когда он играл с собакой на пляже, изгиб его босых ног. Вкус его поцелуя, похожего на сливы, на утро, на все чудеса, когда-либо происходившие в мире. Я не знала, что поцелуй может быть таким.
Именно Бэзил, дитя того золотого света и праздника чувств, тот, кто освободил меня и открыл мне новую сторону меня самой. Как он узнал, что она пряталась все это время во мне, да так, что я об этом не подозревала?
Очень-очень довольная, Кассандра улыбнулась, посыпала написанное песком, положила перо и с наслаждением потянулась в теплой комнате. Уже начиналась дневная духота, и Кассандра попросила горничную приготовить ванну.
И опять это стало для нее чудесным открытием, открытием собственного тела. Она все больше ощущала его так, как не ощущала с юности, когда страшное костлявое уродство превратилось в нечто нежное и поразительное. Купаясь, Кассандра чувствовала белизну своих бедер и тяжесть груди, она взглянула на изгиб локтей и разглядела суставы пальцев на ногах. Под ее кожей как будто все время двигалось нечто странное и волнообразное, от чего она чувствовала радость и беспокойство одновременно.
Когда Кассандра села, чтобы Кейт привела в порядок ее волосы, она посмотрела в зеркало на собственные губы и увидела, что они, оказывается, очень красные и сочные. Это навеяло опьяняющий образ нагого Бэзила – сильные плечи, обнаженные лодыжки и…
Она вся затрепетала от нетерпения и раздраженно дернулась так, что Кейт потянула ее за волосы.
– Простите, – пробормотала она.
Будучи вдовой, Кассандра могла завести к этому моменту дюжину любовников, и никто из них не сплоховал бы. У нее наверняка было бы достаточно кандидатов, достаточно привлекательных и остроумных мужчин. Но ее не заинтересовал ни один из них. Она не хотела чувствовать на себе их руки, не хотела, чтобы ее пачкали их мокрые губы, не хотела слышать их стоны.
Но когда Бэзил поцеловал ее так, как она страстно хотела поцеловать его, Кассандра не почувствовала отвращения, а лишь мгновенную потребность прижаться к нему как можно ближе. Его язык ворвался внутрь, ее разум помутился от желания, их дыхания слились, и все происходящее казалось удивительно естественным.
Но он обнимал ее все сильнее, и она внезапно почувствовала животом твердость его желания, ее горло сдавил холодный ужас, уничтоживший все удовольствие. Она убежала, зная, что смутила его. Но когда он вошел во двор и подошел к балкону, ее снова обдало жаром, желанием, в первую очередь из-за унылого выражения его лица.
Жар и холод. Но по крайней мере жара была многообещающей. Она обещала излечение.
Горничная причесала Кассандру, и та отпустила ее. С бьющимся сердцем она выглянула на балкон; чтобы выяснить, не ждет ли ее там Бэзил или он еще спит. Когда она увидела, что двор пуст, ее охватило глубокое разочарование.
Кассандра отвернулась от балюстрады, приложив руку к неистово бившемуся сердцу. Желание – нежелание, то безрассудное – то пугающее. Может, она влюбилась? Правда ли, что она влюбилась в него?
Ответ был до смешного очевиден: да. Кассандра полюбила его задолго до их встречи. Он привлек ее сердечностью и редкой красотой души. Задолго до того, как она услышала его голос, задолго до того, как ей жадно захотелось дотронуться до его волос, она любила человека, с которым познакомилась по переписке. И даже если бы она не была раньше с ним знакома, что же странного в том, чтобы влюбиться, находясь в Италии?
Он был помолвлен. Кассандра почувствовала себя немного виноватой, но лишь чуть-чуть. Если бы он уже был женат, она и не подумала бы о флирте, но если она уедет до того, как приедет его невеста, то с его стороны не будет никакого проступка, безусловно, с точки зрения политического союза. И честно говоря, брак, нависший над ним, делал все гораздо безопаснее.
Свобода! Молодая вдова, находящаяся на отдыхе искушенная и образованная женщина, может завести любовника и, естественно, считать это одним из больших удовольствий, которые приносит путешествие.
Если бы она и впрямь могла выбирать любовника по собственному усмотрению!
Кассандра в задумчивости натянула шаль на живот, впервые поняв, сколько шрамов оставил ей муж, оставил в темных уголках, там, где их никогда не заметят. А что, если эти шрамы навсегда? Что, если он разрушил ее будущее?
Все, что у нее было с Бэзилом, – несколько счастливых недель здесь, в этом волшебном прекрасном мире. Эта мысль вызвала у Кассандры легкий приступ уныния. Даже теперь было трудно представить, каково ей будет вернуться к прежней жизни. Кассандра чувствовала, что сильно изменилась за эти несколько дней. Много ли еще изменений произойдет в ближайшие недели? И сколько еще изменений и каких она претерпит от рук любовника?
Бэзил говорил о мгновениях. Она заберет эти мгновения с собой, спрячет их надежно в памяти, там, где никто не сможет до них дотронуться.
Мгновения. Она будет наслаждаться тем, что принесут с собой эти мгновения, именно эта ночь. Она не позволит воспоминаниям о муже украсть радость от прикосновений Бэзила.
Она не позволит страху перед скорым отъездом запятнать красоту этого места. Сейчас она будет думать только как поэт, ясно понимающий свои ощущения и красоту мгновений.
Спустившись вниз, Кассандра почувствовала аромат свежеиспеченного хлеба и жареного мяса, и у нее тут же проснулся аппетит. Выглянув во двор, она разочарованно обнаружила, что он все еще пуст. Из комнаты, расположенной слева, доносились разговоры слуг и звон стекла. Она пошла к этой комнате и заглянула в нее.
Из двери в конце коридора вышла женщина.
– Добрый вечер! – сказала она Кассандре. – Граф приказал мне провести вас в библиотеку.
Потом показался сам Бэзил, отдавая через плечо какое-то распоряжение. Он был одет в темный камзол и жилетку, бриджи и высокие сапоги. Волосы были зачесаны назад. Уверенный, владеющий собой, серьезный, он выглядел графом от головы до пят, его выдавали лишь чернильные пятна на пальцах. Кассандра усмехнулась.
Когда Бэзил заметил ее, выражение его лица сразу же изменилось, он явно не знал, как ему себя вести и чего ожидать от своей эксцентричной гостьи.
– А, хорошо, что ты проснулась, – протянул он.
Кассандре хотелось броситься ему на шею, но она стеснялась продемонстрировать свой порыв. Почувствовав неловкость, возникшую между молодыми людьми, служанка удалилась, качая головой. Кассандра смотрела на Бэзила, не зная, что сказать.
– Добрый вечер.
Он вежливо поклонился.
Кассандра могла поклясться, что видела, как он покраснел.
– Кассандра, я надеюсь, ты простишь мне мое необдуманное поведение прошлой ночью, скорее, нынче утром.
– Простить тебя? Нет, я не могу этого сделать.
Бэзил резко поднял голову:
– Нет?
– Это означало бы признать, как безнравственно я себя вела, а ты обещал, что мне не придется этого делать.
Бэзил расслабился и с облегчением вздохнул. Он всю ночь боялся, что Кассандра все-таки сбежит.
– Я подумал, что сегодня вечером мы могли бы поесть в доме, – он слегка кивнул, – не обязательно оставаться наедине.
– Ты имеешь в виду слуг?
Он сжал руки за спиной.
– Мне кажется, что так благоразумнее.
В его глазах была серьезность, смешанная с чувственностью, сочетание, приводившее Кассандру в замешательство.
– Какой ты хороший, мой Бэзил, – тихо произнесла она. – Я чувствовала это в твоих письмах, но я не знала, что в мужчине может быть столько доброты.
– Это не доброта, – сказал он. – Я не хочу пугать тебя, никогда. Идем! Ты, наверное, очень проголодалась.
– О да! И запах восхитительный.
– А голова не болит?
Она слегка хлопнула его веером по руке:
– Вы не должны были упоминать о моей несдержанности, сэр.
– Где же тогда та отчаянная женщина, которая говорила, что иногда стоит напиваться? Она мне понравилась. Немедленно верните ее ко мне.
Когда они вошли в большую мрачную комнату, украшенную темным деревом, тяжелыми портьерами и огромной хрустальной люстрой, Кассандра хихикнула:
– Вот это да! В этой комнате ты мог бы принять всю Тоскану.
– Да, – сказал он, устало вздохнув. – Мне здесь никогда не нравилось. Иногда мы приезжали сюда, когда я был ребенком. Мне всегда казалось странным, что праздник и бал должны начинаться в темной комнате без вида на горы или на море.
– Но мы все-таки здесь!
– Подходящая комната.
Слуги разложили еду – мягкую рыбу, сваренную в бульоне, которую Кассандра не узнала, но тем не менее восхитительную.
Некоторое время они молча наслаждалась едой.
– У тебя замечательная повариха, Бэзил. Уезжая, я обязательно подкуплю ее, чтобы она отправилась со мной.
Он улыбнулся и поднял глаза:
– Она не поедет. Она обожает одного меня.
И тут Кассандра увидела норов, который он умело сдерживал. Он сознавал, что нравится женщинам.
– Сегодня вечером, – сказал Бэзил, – нам следует завершить рассказ о приключениях счастливым концом.
Кассандра засмеялась:
– Но это – истории второго дня, а у нас пошел третий день.
– Но мы вчера ничего не рассказывали.
– Нет, рассказывали! Ты мне рассказал о святой Екатерине.
– Я рассказал правду, но ты ничего мне не поведала в ответ, поэтому второй день еще не закончился.
– Тогда у нас будет десять дней, да? – спросила она, наклонив голову.
– Теперь нужно, чтобы их было одиннадцать, если только мы не пропустим какой-нибудь день – тогда их понадобится двенадцать.
Кассандра, смеясь, взяла со стеклянного блюда пригоршню ягод.
– Я подумаю о рассказе, о приключениях со счастливым концом. А! Я знаю один.
Его глаза сверкали. Она старалась не смотреть на его губы, но они притягивали ее взгляд, и ей вспомнилось то сладкое удовольствие, которое они ей доставили. Видя ее пристальный взгляд, Бэзил медленно сощурился и дотронулся до ее руки:
– Пожалуйста.
– Это рассказ о моих братьях, которые, вступившись за честь нашей сестры, убили на дуэли человека и покинули Англию, опасаясь за свои жизни.
– Дуэль? Правда?
– Разве я не писала тебе об этом?
– Нет. Ты только время от времени немного рассказывала о семье.
– Может быть, я боялась, что сравнение будет не в мою пользу.
– Никогда!
– Вы еще не слышали эту историю, сэр.
Он рассмеялся:
– Значит, не слышал. Пожалуйста, продолжай.
Кассандра рассказала ему о своей сестре Адриане, испорченной девчонке, которая завела любовника и шокировала тем самым весь высший свет, и о своих братьях, которые вызвали этого любовника на дуэль и убили, а потом бежали на пять лет из Англии, опасаясь виселицы. Она рассказала то, что знала об их приключениях, о том, что они пережили восстание на островах и неприятности от работорговцев, которые чуть было не украли Гэбриела, и о том, как они жили среди индейцев.
– А потом они вернулись домой, целые и невредимые, чтобы опять попытаться спасти сестру, но она уже была замужем.
– Спасти от брака? Адриана не хотела выходить замуж?
– Поначалу нет. Теперь она живет с мужем в Ирландии.
– А твои братья?
– О, Джулиан стал настоящим английским джентльменом. Гэбриел… – она помолчала, – он всегда сам решал, что ему делать.
Довольная и сытая, Кассандра вздохнула и откинулась на спинку стула.
– Почему я рассказываю истории о своей жизни, а ты – о жизни в мире? Думаю, вам следует рассказать что-нибудь о своей жизни, сэр.
Он поджал губы:
– Наверное, я не знаю ни одной.
– Ни одной со счастливым концом?
Он поднял брови, выражение его лица было унылым.
– Это очень печально, не правда ли?
– Да, – сказала она. – Очень.
Бэзил встал.
– Идем, эта комната угнетает меня. Давай вернемся в библиотеку и посмотрим на рукописи. Это порадует тебя?
Кассандра смотрела в сад.
– А мы можем прогуляться вместо этого? Я люблю ночь.
– Конечно.
Это было сказано спокойным тоном гостеприимного хозяина.
– Я оскорбила тебя, Бэзил?
Он вздохнул и тихо рассмеялся:
– Нет, Кассандра. Я просто очень стараюсь быть воспитанным.
– А это обязательно? – Она нахмурилась. – Я устала от цивилизации. Может быть, нам стоит убежать в самую дикую часть Африки, отбросить одежду и титулы и жить как туземцы.
Его позабавило ее предложение. К ней снова вернулся ее прежний Бэзил.
– Думаю, мне бы это понравилось.
Он предложил ей руку, она подхватила его под локоть, и, миновав несколько дверей, они вышли на просторный двор.
– Но я слышал, что в Африке живут очень большие насекомые. Может быть, стоит оставить на себе немного одежды?
– Хорошо, но только совсем чуть-чуть.
Кассандра огляделась по сторонам и подумала, что умнее будет держаться подальше от сада. Она указала в другую сторону:
– Куда ведет эта тропа?
– К оливковой роще, потом в сад. Там есть фонтан. – Хочешь взглянуть?
– Да.
Свет был мягче, чем предыдущим вечером, – наверное, приближался дождь.
– Будет дождь?
– Скорее всего. Ты будешь очень возражать?
Кассандра покачала головой. Она не будет возражать, пока он рядом с ней. Они спустились к подножию холма по тропинке, которая извивалась вокруг оливковой рощи и была окружена теми же высокими деревьями, похожими на темные пальцы, какие она видела везде.
С каждым шагом Кассандра все больше осознавала то, что хочет, чтобы Бэзил опять поцеловал ее. От его кожи исходил запах мыла, казавшийся ей соблазнительно пряным. Она поймала себя на том, что пристально разглядывает его ноги в сапогах, вспомнила, как выглядят его ступни, и испугалась жара внизу живота. Кассандpa отвернулась и задержала дыхание. Рядом с ним она чувствовала себя немного натянуто и постоянно пыталась угадать, о чем он думает.
Ей хотелось спросить, но вместо этого она болтала, интересовалась названиями трав, деревьев и цветов, свободно росших на камнях. Он отвечала с вежливым восторгом, а когда они пришли в сад, он отпустил ее к фонтану, который бил из зеркального пруда, заключенного в большое гранитное основание.
Вокруг него росла лаванда, цветки которой издавали пленительный аромат.
– Какая красота! – сказала Кассандра и сорвала стебелек, чтобы понюхать.
Он стоял там, где отпустил ее, и смотрел вокруг, как будто никогда раньше не видел этого места.
– Думаю, да.
Сбоку в холме был выложен камнем уединенный уютный уголок с парой каменных скамеек. Кассандра, слишком нервничавшая, чтобы просто сидеть, прислонилась к стене и протянула руку к виноградной лозе, оплетавшей ее.
– Это место тоже содержит неприятные для тебя воспоминания?
– О моем брате Тео.
– Дельце?
Бэзил смущенно улыбнулся:
– Да, этот сад – его работа. Он сделал его для матери. Она любила приходить сюда, ее друзья приносили ей цветы, чтобы посадить здесь. Но все-таки я думаю о Тео.
Так вот что это было – темный колодец эмоций, который он скрывал, горе, которое все не проходило.
– О чем ты думаешь? – спросила она.
Он повернулся к ней.
– Я не думаю, Кассандра, – ответил он и быстро взмахнул руками. – Не сегодня, сейчас я только чувствую.
Он закрыл глаза и подставил голову ветру. Может быть, он молился о том, чтобы быть сильным?
Подумав об этом, Кассандра улыбнулась. Когда она смотрела на него при звуках воды, на фоне неба и сочной зелени, ее наполняли радость и ощущение света. Она подумала о Пане, о Боккаччо, о мгновениях, украденных из долгой жизни.
– Чувствую, – повторил он и направился к ней, сверкая глазами. – Я не буду целовать тебя, если ты не хочешь, но сегодня вечером я думаю только об этом.
Кассандра качнулась ему навстречу, ее дыхание колебалось как пламя свечи, он поймал ее и пристально посмотрел ей в глаза, затем дотронулся до ее лица. Его пальцы касались ее век, носа, щек, рта. Повинуясь инстинкту, она прижала губы к его большому пальцу, когда тот коснулся ее губ.
Он издал тихий низкий стон и поцеловал ее. Кассандра обвила его шею рукой, чувствуя, как ее грудь прижимается к его груди, ее голова упирается в изгиб его руки. Она откинула голову, чтобы приспособиться к движениям его языка. В ее теле разрасталось трепещущее беспокойство, устремлявшееся к рукам и позвоночнику, пульсировавшее в ягодицах и под коленями, мерцало в руках, обвивавших его плечи.
Они одновременно раскрыли губы, а затем словно растворились в огне. Стараясь не упасть, Бэзил оперся о стену, крепко прижавшись к ней. Кассандра мечтала, чтобы это мгновение длилось вечно. Она хотела только Бэзила, она жадно дотрагивалась до него, до его рук, лица, волос и спины. Он немного приподнял Кассандру, чтобы поцеловать ей шею.
– Твоя шея завораживает меня, – пробормотал он и поцеловал подбородок и ключицы, медленно, пробуя, проводя языком туда и обратно, боясь пропустить хоть маленький изгиб.
Кассандра почувствовала, как потяжелела и налилась грудь, и сделала то, чего не могла себе и представить, – схватила его руку и прижала к своей груди.
Его рука двигалась аккуратно, его чуткие пальцы гладили тело над корсажем, его большой палец был именно там, где ей хотелось, – над упругими горящими сосками. Не удержавшись, Кассандра издала негромкий стон и закрыла глаза, испытывая мучительное головокружение. Бэзил снова поцеловал ее, его губы мягко и усердно поддразнивали ее губы, его язык разгоряченно трепетал в уголке рта, у изгиба, в самом центре нижней губы, он ласкал ее грудь, все больше распаляя Кассандру.
– Бэзил, сними камзол!
Он подчинился, стряхнул его и бросил на землю, а затем и жилетку. Она развязала его шейный платок и засунула руки ему под рубашку, поглаживая обнаженную кожу.
Их поцелуи становились все горячее, дыхание участилось, руки нетерпеливо изучали тела друг друга, они скользили и исследовали. С нежным стоном Бэзил наклонился, чтобы поцеловать ее шею, его рука скользнула под сбившуюся юбку и опустилась на ее неприкрытое бедро, его тело при этом настойчиво прижалось к ней.
Кассандра застыла. Желание уступило место панике, она начала отбиваться кулаками, колотя его по голове и плечам.
Бэзил тут же отпустил ее и отступил. Кассандра смотрела на него, ее захлестнула дрожь, такая сильная, что она не могла даже стоять.
Колени подогнулись, и она опустилась на землю, закрыв лицо трясущимися руками.
– Прости, – прошептала она.
– Господи, Кассандра!
Бэзил сделал шаг вперед, протянул к ней руку, потом опустился на корточки, не дотрагиваясь до нее.
– Я больше не хочу пугать тебя, я только обниму, чтобы ты не дрожала. – Он придвинулся ближе. – Хорошо?
Кассандра еще сильнее прижала руки к лицу, испуганная тем, что он увидит ее такой, что узнает ее секрет.
Она не плакала и не заплачет. Кассандра еще сильнее прижала руки к глазам и удержала крик, готовый вырваться из горла, а когда Бэзил дотронулся до нее, стремительно вздрогнула и задела локтем стену.
Бэзил очень осторожно обнял ее, когда она не отодвинулась – ей отчаянно хотелось прижаться к нему, – он издал тихий горестный вскрик.
– Любимая, – прошептал он, подставляя ей плечо, – должно быть, он был очень жесток. Мне так жаль, Кассандра. – Он обнял ее. – Мне очень, очень жаль, – прошептал он.
Она задрожала еще сильнее и возненавидела себя за это. Она была так слаба, а он был таким мягким, она была не в силах заставить себя встать, поправить одежду и забыть о том, что произошло.
Бэзил как будто понял это, продолжая сидеть на траве, обнимая и укачивая ее как ребенка.
– Хочешь рассказать мне про него? Это был твой муж?
Кассандра никогда не говорила об этом, даже со своими сестрами.
Она никогда не позволяла себе быть такой уязвимой, как в этот момент. Вдохнув, Кассандра сказала себе, что надо успокоиться.
Она боролась, воздвигая вокруг себя бастионы, но проиграла. Его рука была слишком ласковой, его голос слишком мягким. Его рука снова и снова гладила ее волосы, напомнив ей прикосновения матери. Кассандра медленно приходила в себя.
– Это был мой муж, – сказала она после долгого молчания.
Бэзил откинул волосы с ее виска.
– Он причинял тебе боль?
– Да. – Зажмурившись, она отогнала воспоминания о яростных руках. – У него не получалось… со мной очень часто. Это приводило его в бешенство, поэтому он поступал… иначе.
Руки Бэзила были очень нежными. Он касался ее виска, ее щеки. У Кассандры не было слов, чтобы описать то, что творил ее муж, даже мысль об этом вызывала тошноту и дрожь.
– Было даже хуже, когда получалось, – у него было жестокое воображение.
Она вспомнила о синяках на груди и ногах, об издевательском смехе и своем всепоглощающем ужасе. Не было никого, к кому она могла бы обратиться за помощью.
– Мой отец умирал. – Кассандра говорила спокойно. – Мои сестры не могли мне помочь, они бы только потеряли рассудок. Братья сбежали из Англии.
– Ах, дорогая! – Бэзил погладил ее руки. – Я не вспыльчивый человек, но сейчас чувствую себя кровожадным. Хотелось бы мне иметь возможность убить его ради тебя.
Успокаивающие движения его рук не прекращались.
– Я ненавижу его за то, что он заменил любовь страхом, за то, что заменил удовольствие болью, – тихо произнес Бэзил, нагнувшись к ней поближе. – Я хотел бы забрать у тебя эту боль, чтобы ты никогда больше ее не чувствовала. Мне так жаль, что я вызвал эти воспоминания.
Она прижалась к его груди, крепко зажмурив глаза.
– Теперь мне так стыдно из-за этого.
– О нет! – Он склонился ниже. – Нет, Кассандра! Ты поступила правильно. Он украл у тебя нечто очень ценное.
– Я не должна была позволять ему это.
Бэзил взял ее лицо и терпеливо держал за подбородок до тех пор, пока Кассандра не осмелела достаточно, чтобы взглянуть на него.
– Он украл у тебя радость, которую ты обрела бы, не будь его. – В его глазах была печаль. – Я чувствую твою страсть, когда ты целуешь меня, чувствую волшебство внутри нас, но он украл удовольствие, которое ты могла бы получить.
– Я не совсем невежественная. – Кассандра подняла голову, найдя в себе силы выпрямиться. – Я читала… кое-что, – сказала она. – Откровенные описания интимных отношений в книгах из Франции и о том счастье, которое они приносят, у Боккаччо, но я никогда не испытывала страсти, – она нагнула голову, у нее горели щеки, – до сегодняшнего дня… и ты видишь, каково это.
– Он украл это, моя Кассандра.
Бэзил взял ее руку и прижал к своим губам, его глаза были полны решимости.
– Это похоже на сливы, правда? Те горячие сливы из сада. Иди, оливки, которые тебе так понравились в первый день. Такие восхитительные, роскошные. Прошлой ночью я наблюдал за тобой в деревне, ты была такая свободная и счастливая! И на пляже, когда ты опускала ноги в воду, ты была удивительно счастлива.
Кассандра не понимала, что именно он пытается ей втолковать, и нахмурилась:
– Но может быть, боль разрушила это во мне. Я никогда не чувствовала боли, когда ела сливы.
– В этом не должно быть боли.
Его глаза были очень темными и напряженными, когда он проводил ее рукой по своему жезлу, мягкому и нестрашному под бриджами, хотя и немного вибрировавшему под ее рукой.
– Это должно приносить только удовольствие. Большее, чем сливы, большее, чем океан, большее, чем что-либо иное, – Бэзил убрал ее руку и дотронулся до лица Кассандры. – Твой муж похитил у тебя величайшее из всех удовольствий.
Смотря на него, Кассандра почувствовала волнообразное кружение, кружение, которому она теперь могла дать имя – желание.
– Ты можешь научить меня этому, Бэзил? Ты вернешь мне это?
Он закрыл глаза.
– Боюсь… что мой пыл слишком силен, что моя страсть причинит тебе боль. – Он поднял ее руку и поцеловал. – По правде говоря, Кассандра, мне нелегко удовлетворяться только поцелуями, но я согласен на все, лишь бы не причинять тебе новой боли.
– Я верю тебе, только тебе.
Бэзил спокойно и внимательно посмотрел на Кассандру:
– Тогда я попытаюсь. Но ты должна обещать мне, что никогда не зайдешь дальше, чем захочешь. Не важно, насколько сильно мое желание, не важно, как далеко мы зашли, ты должна обещать мне, что скажешь, когда испугаешься. Я не обижусь.
Ее сердце терзали боль, гордость, ожидание и страх.
– Я обещаю.
– Ну хорошо. – Он наклонился вперед, дотронулся губами до ее губ и тихонько рассмеялся. – У всех учителей должны быть такие ученики.
– Почему ты смеешься?
Он кивнул, его глаза сияли.
– Ожидание, – прошептал он, поднимаясь и протягивая ей руку. – Идем.
– Мы начнем сегодня вечером?
– Только первый урок. – Он поднес ее руки к своим губам. – Мы будем смаковать мгновения, да?
Кассандра сглотнула:
– Да.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночь огня - Сэмюэл Барбара



Нереально чувственно и поэтично!!! карамель в шоколаде!
Ночь огня - Сэмюэл БарбараАльбина
11.02.2014, 16.21





Один раз можно прочитать.
Ночь огня - Сэмюэл БарбараКэт
25.04.2014, 20.52





Вот этот роман, это и есть книга о том, что в моем понимании означает направление стиля "романы". Я смеялась и плакала вместе с героями. здесь все время герои разговаривают и чувствуют. Мне эта книга очень понравилась, даже захотелось оставить коментарий. Буду искать книгу в оригинале на английском, здесь так много прилагательных, очень хорошее пособие будет для изучения языка.
Ночь огня - Сэмюэл БарбараСветик
22.10.2015, 13.03





Мне было грустно и больно читая этот роман . Может бокал красного вина так повлиял ? Даже после счастливого конца все равно грустно .
Ночь огня - Сэмюэл БарбараMarina
22.10.2015, 20.25





Бокал вина здесь не причем. Виновен автор, что написал такой роман. Роман на любителя, очень чувственный. Я под впечатлением, что даже не могу описать свои чувства. Совет - прочесть. Если это ваше, поймете.
Ночь огня - Сэмюэл БарбараЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
7.11.2015, 0.31





Согласна с комментариями - очень чувственный роман, такая любовь!
Ночь огня - Сэмюэл БарбараОльга
15.12.2015, 14.49





А мне чего-то не хватило... Не знаю, можно и не тратить время.
Ночь огня - Сэмюэл БарбараЁлка
26.02.2016, 7.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100