Читать онлайн Это странное волшебство, автора - Стюарт Мэри, Раздел - 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Это странное волшебство - Стюарт Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.19 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Это странное волшебство - Стюарт Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Это странное волшебство - Стюарт Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стюарт Мэри

Это странное волшебство

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

12

Широкие каменные ступени вели вниз прямо от двери. Макс дотронулся до выключателя, и появился слабый желтый свет, показал нам путь. Макс закрыл дверь, я услышала поворот ключа в замке. «Пойду первым, ладно?»
Я шла за ним и с интересом смотрела по сторонам. Все, что я видела раньше, заставляло ожидать неимоверных ужасов. Вряд ли меня удивили бы полуразрушенные скелеты, свисающие со стен на цепях. Но в коридоре имелись только стеллажи для вина, большей частью пустые. Чистый пол, никакой пыли и пауков, а они обязательно были бы в таком месте в Англии. Свежий, немного влажный воздух. Об этом я сказала Максу, он кивнул. «Скоро поймешь почему. Официально это – винный погреб, но он дальше переходит в естественную пещеру. Не знаю, где она выходит на воздух, может, быть, это – дырка не больше вечной трубы, но воздух всегда свежий и пахнет морем. Дальше винных стеллажей еще больше. В прошлом вене каждый выпивал четыре бутылки в день, и места требовалось много. Ничего странного, что при постройке Кастелло захотели использовать пещеры».
«Очень здорово. Может, об этих пещерах твой отец и говорил».
«Да. Почти во всех скалах у берега есть пещеры, но отцу, понятно, хочется думать, что Просперо жил именно под Кастелло. Когда я говорю, что непохоже, чтобы тут когда-нибудь был выход наружу, он отвечает, что это неважно. Это, пожалуй, поэтическая правда, как мартышки».
«Очень романтическая теория, и я полностью за нее! В конце концов, что значат факты? Обыденность… А где мы сейчас, если показывать снаружи?»
«Еще не вышли из-под фундамента. Сама пещера южнее, глубоко внизу. Скоро пойдем по ступеням, а потом будет природный проход. Смотри». Он остановился, хотя мы прошли всего две трети коридора, положил руку на пустой стеллаж и потянул. Тяжеловесно и никак уж не беззвучно узкая секция стены выехала в коридор. Показалось черное, зияющее отверстие. Я охнула, а Макс засмеялся. «Восхитительно, правда? Говорю же, в Кастелло есть все. Между прочим, подозреваю, что старый Форли держал лучшее вино там, чтобы его дворецкий не нашел. Осторожно, дальше света нет. У меня с собой фонарь, подержи минутку, пока я дверь закрою. Не пугайся так!»
«Она не останется закрытой навсегда, пока не выцветут наши кости?»
«Нет. Даже не до утра, к моему глубокому сожалению. Давай фонарь, я пойду вперед».
Мы двигались круто вниз и, казалось, не по полу, а по монолитной скале. Макс шел впереди, тут и там блестели сырые подтеки на стенах, пахло свежее и вроде солонее. Казалось, вся скала шумит морем, как прижатая к уху раковина. То я это слышала, то нет, и наступала тишина, заполненная холодным воздухом и нашими шагами. Желтый свет создавал на лице Макса резкие тени, когда он оборачивался. Лицо незнакомца. Его огромная тень уродливо изламывалась на грубых стенах.
«Еще очень далеко?» Почему-то голос звучал, как шепот.
«За угол и пять, нет шесть ступенек вниз, и увидишь сторожевого пса».
Луч фонаря осветил бледное лицо и голубое дуло ружья. «Адони? Это Макс с мисс Люси. Он хорошо себя чувствует?»
«Сейчас да. Не спит».
За спиной Адони – грубый занавес из чего-то вроде мешковины, из-под которого пробивается теплый тусклый свет. Адони отодвинул занавес, отступил в сторону. Макс махнул фонарем. Я вошла в пещеру. Большая. Потолок скрылся в тенях между сталактитами, похожими на сосульки. Но стены примерно на шесть футов побелены и скрыты полками и бочками. На одной из бочек, приспособленной вместо стола, стоял старомодный каретный фонарь урожая примерно 1830 года, наверное взятый из музея наверху, отбрасывал мягкий оранжевый свет и весело сверкал медью. Посередине расположилась парафиновая печка, на ней – кофейник. Где-то в темноте капала вода, сталактит ронял ее на камни. Очень домашний звук, будто кран протекает. Пахло сигаретами и кофе.
Раненый мальчик лежал в глубине пещеры на самодельной кровати, на вид очень удобной, – два пружинных матраса один на другом, покрытые простынями, пуховыми подушками и безбрежным стеганым одеялом. Нога Спиро была в чем-то вроде клетки, чтобы ничего на нее не давило. Мальчик полулежал среди подушек, похоже, в пижаме сэра Джулиана – бледно-голубой, шелковой, с темно-красным кантом, пил кофе и совершенно не выглядел больным. Он удивленно взглянул на меня в задал Максу какой-то вопрос на греческом. Макс ответил по-английски. «Это – сестра кириа Форли. Она – мой и твой друг, собирается нам помочь, и я хочу, чтобы она услышала твою историю».
Спиро внимательно и безо всяких признаков приветливости посмотрел на меня круглыми темными глазами. Его можно было узнать по фотографиям, но только приблизительно. Густые волосы, мощнее тело, сильные плечи – все на месте. Но сияние здоровья, солнца и счастья исчезло. Он выглядел бледным, очень молодым и незащищенным. Макс подставил мне ящик, спросил у мальчика: «Как ты себя чувствуешь? Болит?»
«Нет», – сказал Спиро. Было совершенно очевидно, что это – ложь, но в ней не было бравады. Просто он не хотел признаваться в слабости.
«Хорошо». Макс тоже сел, перебросил через пещеру гигантскую тень, посмотрел на мальчика минуту или две. «Если тебе лучше, расскажи подробно, что случилось. Со всеми деталями, пожалуйста».
«Всеми чем?»
«Все, что ты можешь вспомнить».
«Хорошо». Спиро допил кофе и, не глядя, передал чашку Адони. Тот тихо поставил ее в сторону, подошел к кровати и сел, изогнулся, как кот, в изголовье кровати подальше от сломанной ноги. Он залез в карман за двумя сигаретами, засунул в рот сразу обе, зажег и передал одну Спиро. Мальчик взял ее, тоже не глядя, но здесь не было никакой враждебности. Молодые люди знакомы так хорошо, что слева не нужны. Они сидели рядом на подушках, Адони расслабленный и грациозный, Спиро напряженный и какой-то прямоугольный, по-рабочему сжал в кулаке сигарету. Он еще раз опасливо на меня посмотрел и больше не обращал внимания, сосредоточился на Максе, будто тот судья и сейчас вынесет окончательный и неопровержимый приговор.
Мальчик говорил медленно, лицо его делалось все более усталым. Я уже поверила в вину Годфри, хотела услышать только подтверждение, узнать, как он это сделал. Возможно, в менее романтической обстановке я воспринимала бы все по-другому, но там казалось, что любая сказка может оказаться правдивей. Даже вполне вероятно, что это – пещера Просперо, и здесь, на грубом полу, неаполитанские герцоги слушали рассказ давно утонувшего графа.
Ничего необычного той ночью не происходило. Единственно, что удивило Спиро, так это что небо было не особенно чистым, а по радио обещали шторм. Он сказал об этом Годфри, но тот ответил, что распогодится. Они вывели яхту и поехали незадолго до полуночи. Ночь оказалась очень темной, но Спиро больше ничего не говорил, а Годфри сидел в рубке, занятый оборудованием и камерой.
«Он выглядел, как обычно?» – спросил Макс.
«Не могу сказать. Тихий и, может, немного резкий, когда я заговорил про погоду, но он такой был целый день. Я подумал, что он сердится за то, что я с утра пошел в эллинг чинить мотор, поэтому я ничего не говорил и не думал. Он мне платит, ну и все».
«Все равно, это может быть интересным. Но пока продолжай. Вы были в проливе темной ночью».
Спиро сделал затяжку и потянулся стряхнуть пепел на пол. Адони подставил ему блюдце из-под кофейной чашкя.
«Мы прошли примерно половину пути в проливе между Кулурой и материком. Подошли близко к островам, ясно было видно пену прибоя. Я предложил укрыться за ними от ветра, пока облака разойдутся, между ними кое-где виднелись звезды, но мистер Мэннинг сказал „нет“, и мы поплыли дальше. Прошли еще мили две, он вышел из рубки и велел мне спуститься приготовить кофе. На столе лежала камера, но вряд ли он ей занимался. Свет не горел, только штормовой фонарь, почти ничего не видно. Тогда я об этом не думал. Когда мы фотографировали по ночам, мы всегда, естественно, ходили без света. Но когда потом я мог только лежать в кровати и думать… Я вспомнил все, что казалось странным. Странно, что мы вообще в такую темную ночь отправились снимать, странно, что он соврал про камеру, а что случилось дальше, было еще страннее».
Адони усмехнулся. «Знаю, отказал мотор. И чего в этом такого странного, если ты его утром на части разобрал, мой юный гений?»
Спиро впервые улыбнулся, произнес что-то по-гречески, но никто мне этого не перевел. «Если бы это случилось, – сказал он с редкой простотой, – это действительно было бы странно. Но этого не случилось».
«Но ты говорил раньше…»
«Сказал, что мотор остановился. Не говорил, что заглох. Все было в порядке с мотором».
«Ты, конечно, уверен».
Мальчик кивнул. «И не нужно быть гением в моторах, чтобы понять, что все в порядке. Даже ты, – усмешка в сторону Адони, – даже ты бы понял, мой красавчик. – Он отклонился от ложной атаки Адони и засмеялся. – Давай, бей, сейчас-то ты точно можешь это сделать».
«Подожду», – ответил Адони.
Спиро опять повернулся к Максу. «Нет, мотор был в порядке. Послушай. Я услышал, что он замолк, и тут меня поввал мистер Мэннинг. Я высунул голову из двери и крикнул, что сейчас посмотрю, – люк к мотору под трапом рубки, ты понимаешь. Но он не согласился: „Не думаю, что это здесь, Спиро. Думаю, что-то намоталось на винт. Можешь посмотреть?“ Я пошел на корму. Он стоял у румпеля, сказал: „Иди осторожно, яхта немного качается. Подержу для тебя фонарь“. Я дал ему фонарь и наклонился, чтобы досмотреть на гребной вал. Яхта дергалась и леера были мокрые, но я держался крепко. Ничего со мной не должно было случиться».
Он шевельнулся, будто ему было больно. Адони соскользнул на пол, подошел к бутылке, которая стояла на ящике рядом с двумя пустыми стаканами. Налил темного сладкого вина, отнес его Спиро, потом посмотрел на Макса, тот покачал головой. Молодой человек поставил бутылку и вернулся на кровать, по-кошачьи устроился в новом положений рядом с раненым.
«Все случилось очень быстро. Яхта резко наклонилась, будто мистер Мэннинг повернул ее слишком быстро боком к ветру. Меня бросило на леерное ограждение, но все еще было безопасно, потому что я крепко держался, а потом что-то ударило меня по голове сзади. Это меня не оглушило, но, по-моему, я попытался повернуться и поднять руку. Но яхта опять дернулась, и, ничего не успев понять, я упал. Попытался схватиться, но леера ускользали. Что-то ударило меня по руке – тут, – и я полетел. Оказался в воде. Вынырнул недалеко от яхты и увидел, что мистер Мэннинг на корме высматривает меня в темноте. Я закричал, негромко, вы же понимаете, нахлебался воды и замерз. Но он, наверное, услышал. А если не услышал, то увидел. Включил фонарь и посветил на меня в море».
«Да?» – сказал Макс невыразительно, но так, что мне показалось, холодный ветер собирается в нашем погребе. Адони тоже это почувствовал.
«Я не боялся, во всяком случае не его. Мне не пришло в голову, что это он меня ударил. Думал, случайность. Нет, я не боялся. Я хорошо плаваю, хотя мотор не работал, яхта плыла в мою сторону, и он мог меня видеть. Скоро мог бы поднять меня обратно. Я опять закричал и поплыл к нему. Он держал в руке заводную ручку, но я и не представлял зачем. Когда я приблизился, он наклонился и ударил меня опять. Но яхту качало, ему приходилось держаться, поэтому удар меня только задел. На этот раз я увидел его приближение и нырнул. Он попал по руке, а не по голове. Думаю, он почувствовал удар, но не видел, потому что фонарь погас, а большая волна отбросила меня за пределы его видимости. На этот раз я не сопротивлялся. Видел, что опять зажегся свет, но не издал ни звука и дал воде унести себя в темноту. Потом я услышал, что заработал мотор. Он поискал меня еще, но течение быстро меня тащило, а волны прятали. Потом од повернул яхту и оставил меня в море».
Тишина. Никто не двигался. Мне казалось, что я сплю. Пещера потемнела, по ней бродило эхо моря, бормотала проплывающая мимо лодка, шуршали волны под ночным ветром.
«Но святой был с тобой», – сказал Адони так довольно, что тени разбежались, пещера опять согрелась и наполнилась мягким светом английского викторианского фонаря.
Спиро передал Адони пустой стакан, поправил вокруг себя одеяло и кивнул. «Да, он был со мной. Рассказывать остальное, кирие Макс? Ты знаешь, что случилось».
«Хочу, чтобы мисс Люси послушала. Продолжай, но коротко. Ты устал, и очень поздно».
Окончание истории было совершенно классическим, такие случаи происходили не меньше полусотни раз, от Одиссея до святого Павла. Убийце не повезло, что ветер той ночью направил течение на албанский берег. Спиро – хороший пловец, Ионическое море очень соленое, но все равно он вряд ли выжил бы, если бы не упал прямо в течение. Он сумел продержаться на воде достаточно долго, чтобы море перед рассветом выбросило его на берег.
Он был уже совсем истощен, вся энергия ушла на то, чтобы не утонуть. Даже не знал, что попал на берег. Просто когда его выбросило на скалы, у него хватило сил, чтобы зацепиться, три раза не дать волне стащить себя обратно, а потом подтянуться и выползти на грязные камни.
И тут удача его оставила. Святой Спиридон увидел, что доставил мальчика на берег, где заканчивалась его территория, и резко его покинул. Спиро соскользнул на острые камни и потерял сознание, лежа на сломанной ноге.
Он не помнил, как его нашел пастух, который ловил овцу-скалолазку. Спиро очнулся в постели, грубой, но сухой и теплой, в доме пастуха. Оказалось, что тот имеет кое-какие хирургические навыки, потому что ногу он вправил и зафиксировал. Старая женщина дала питье, от которого мальчик опять заснул, а когда проснулся второй раз, боль была уже легче, он мог вспоминать и думать…
«Остальное вы знаете». Он неожиданно зевнул, жутко, как зверь, и лег.
«Да, остальное знаем. – Макс встал. – Теперь спи. Утром… Боже мой, уже три утра! Собираюсь тебя отсюда увезти. Не спрашивай как, но я это сделаю, как бы мистер Мэннинг ни мудрил. Хочу, чтобы твою ногу как следует посмотрели, а потом расскажешь свою историю властям».
Мальчик посмотрел вверх, усталость и удивление вместе создавали тяжелый угрюмый взгляд. «Властям? В полицию? Ты собираешься обвинить мистера Мэннинга в попытке утопить меня? На основании одного моего слова? Они будут смеяться над тобой!»
«Вопрос не в том, чтобы обвинить его в этом. Хочу знать почему. Что-то тут есть, что стоит расследовать, Спиро. Тебе придется мне доверять. Теперь еще несколько минут. Подумай. Ты, наверное, много об этом думал. Почему он это сделал? Хоть малейший намек? Ты же на самом деле не думаешь, что это потому, что ты перебрал мотор без разрешения?»
«Конечно, нет».
«Больше ничего, может, в какое-то другое время?»
«Нет. Я думал. Конечно, думал. Нет».
«Тогда возвращаемся к тому утру. Когда не к чему прицениться, хватаются за все подряд, даже за мелочи, за все, что необычно. Ты обычно сам осматривал яхту?»
«Нет, но я это уже делал. И был при этом один».
«Просил разрешения?»
«Конечно».
«А на этот раз не стал. Почему ты решил работать без разрешения?»
«Потому что он сказал, что собирается выйти в море и хочет, чтобы я обслужил мотор. Я собирался сделать это после завтрака, но встал очень рано, пошел купаться, а потом решил, что прямо отправлюсь работать. Я знаю, где запасной ключ, поэтому вошел, сварил себе кофе на камбузе, а потом открыл большие двери, чтобы впустить свет, и начал работать. Хорошее утро, я отлично себя чувствовал и хорошо все делал. Когда мистер Мэннинг позавтракал и спустился, я наполовину закончил и думал, что он обрадуется, но он очень рассердился и спросил, как я вошел. Тогда я не захотел говорить ему, что видел, куда он прячет ключ, поэтому сказал, что дверь была плохо закрыта. Он поверил, это бывает. Но он все равно злился, сказал, что замок придется поменять. Тогда я тоже взбесился и спросил, что ли он думает, что я вор, а если так, то пусть лучше пересчитает деньги в бумажнике, который оставил на камбузе. Будто я его потрогаю! Я ужасно взбесился! Еще я ему сказал, что сам починю ему замок и больше никогда к его дому не подойду. И он снова стал вежливым, извинился р сказал, что все в порядке».
Макс нахмурился. «И именно тогда попросил тебя пойти ночью с ним?»
«Думаю… да, скорее всего. Он раньше говорил, что не хочет брать меня с собой, но передумал… Мне показалось, потому, что он чувствует себя виноватым, что так со мной говорил. – Он добавил наивно: – Это был способ дать мне лишние деньги и меня не унизить».
«Тогда похоже, что он решил взять тебя с собой и от тебя избавиться. Понятно, что это имеет смысл, только если он подумал, что ты видел что-то, что не должен был… Значит, в яхте, в эллинге. Подумай как следует. Было что-нибудь необычное в яхте? Или в эллинге? Или в чем-то, что он говорил… или нес?»
«Нет. Я думал. Ничего».
«Бумажник. Ты говорил, что он оставил бумажник. Где ты его нашел?»
«На полу около плиты на камбузе. Он туда соскользнул и его не заметили. Я его положил на стол в каюте». «Там были бумаги? Или деньги?»
«Откуда я знаю? – Спиро вспыхнул, как турецкий петушок, потом осел под взглядом Макса и улыбнулся. „Ну я посмотрел, чуть-чуть. Там были деньги, но сколько, не знаю, я увидел только уголки. Не греческие, все равно, какой мне от них толк? Но даже если бы там был миллион драхм, я бы их не взял! Вы же знаете, кирие Макс!“
«Конечно, знаю. Он после этого оставлял тебя одного в яхте?»
«Нет. Когда я закончил, он позвал меня в дом помочь с фотографиями. Я работал целый день. Он позвонил в дом Форли и сказал моей матери, что я пойду с ним ночью».
«Иначе говоря, он сделал все, чтобы ты за весь день ни с кем не виделся. Ты когда-нибудь подозревал, что он делает что-то незаконное во время ваших поездок?»
«Нет, и какое это имеет значение? Я бы не сообщил в полицию. Он был бы не единственным».
«Хорошо, Спиро. Больше не буду тебя сейчас беспокоить. Адони, я вас двоих запру, пока буду провожать мисс Люси домой. Вернусь через полчаса. У тебя есть ружье?»
«Да».
«И это». – Спиро залез под подушку и спокойно, будто носовой платок, вытащил убийственно блестящий десантный нож.
«Это вещь, – сказал Макс жизнерадостно. – Теперь спи, а скоро я тебя увезу. – Он прикоснулся рукой к нлечу мальчика. – Все будет хорошо, Spiro mou».
Адони проводил нас до двери. «А сэр Гэйл?»
«Я за ним присмотрю. Он будет достаточно крепко спать, наверняка. Ему ничего не грозит, не беспокойся и тоже поспи. Когда вернусь, проведу остаток ночи на кухне. Если я тебе понадоблюсь, подойди к верхней двери и позови. Спокойной ночи», «Спокойной ночи, Адони», – сказала я.
«Спокойной ночи», – Адони опять улыбнулся, немного устало, и дал занавесу упасть на место, перекрыть вход в пещеру и теплый свет. Мы с Максом остались в темном скалистом проходе. Он включил фонарь. Грубые стены, лестница… Я была почти совсем во сне, только какая-то часть мозга бодрствовала и внимательно слушала.
«Теперь понимаешь, почему я прячу мальчика и хочу контрабандой вывезти его в Афины? Не столько из-за того, что он до сих пор в опасности, хотя может быть и так, просто намного легче выяснить, что затеял Мэннинг, если он не узнает о наших подозрениях. Это что-то крупное, очевидно… И я почти точно знаю, где начинать искать».
«В яхте?»
«Или там, или в эллинге. Занятия Мэннинга связаны с этой яхтой, а фотографии – очень хорошее прикрытие. Если принять историю Спиро, а я ему верю, эта маленькая ссора с Мэннингом утром дает единственный ключ… Единственное отклонение от нормы… Это можно увязать и со смертью Янни. Я думал об этом. Когда Янни принес новости от Спиро в воскресенье ночью, мы обсуждали их достаточна свободно. Я показал, что мне кажется странным, что Мэннингу нельзя рассказывать. Янни тогда сказал, что видел яхту Мэннинга в необычное время в необычных местах, и какое-то время ничего хорошего про него не думал. Когда я сказал про фотографии, он цинично пожал плечами. Из этого нельзя исходить, такой человек, как Янни, посчитал бы фотографию нелепым занятием для кого угодно. Но после нашего разговора ему могло хватить подозрительности и любопытства пойти смотреть на яхту Мэннинга или делать еще что-то, на что не имел права.
Замечен и убит. Мне кажется, его неожиданно ударили сзади, потом засунули в лодку. Яхта Мэннинга была привязана. Потом Мэннинг ударил его голову об гик и выбросил тело за борт, освободил шкоты, разлил вокруг бутылку спиртного, пустил лодку плавать и спокойно отправился домой. Да, это можно было сделать. Он не мог увезти его далеко, потому что должен был вернуться на веслах, а потом шторм выбросил тело на берег… Но это сработало, его никто не заподозрил. Импульсивный парень наш Годфри… и умеет рисковать. Да, представляю все очень хорошо».
«Пообещай одну вещь».
«Какую?»
«Ты не пойдешь туда сегодня. Не будешь таким глупым?»
Он засмеялся. «Ты смертельно права, моя дорогая! Я должен доставить Спиро куда нужно, а потом могу спорить с человеком, который имеет такие представления о жизни и смерти. Он, наверное, стрелял в дельфина, поняла? Кто еще? Единственная возможная причина, которую ты приписывала мне, это то, что о звере заговорили, и люди начали толпами приходить на него смотреть. Когда Мэннинг первый раз увидел тебя в заливе, он, наверное, подумал, что и ты случайный прохожий, который слишком близко подошел к его тайне. Как Спиро и Янни».
«Но… Такие красивые фотографии! Они правда красивые! Он не мог его убить, раз так с ним работал! Он должен был ему нравиться!»
«И Спиро тоже? – Я замолчала. – Пришли. Сейчас, закрою проход».
«Что я должна делать?»
«Уверен, что это совершенно безопасно и, надеюсь, легко. Прикрой мое возвращение из Афин со Спиро».
«Конечно, если смогу. Как?»
«Утащи Мэннинга подальше от порта утром, в то время, когда я там скорее всего буду. Быстрее лететь самолетом, но так весь остров узнает. Придется везти его в машине, прикрыть чем-нибудь в Игуменице».
«Где?»
«На пароме на материк. Приеду в Янину, а там сяду на афинский самолет. Значит, мы не сможем съездить туда и обратно за день, но я постараюсь вернуться завтра. Позвоню вечером, чтобы знала, на каком мы приедем пароме. Последний приезжает не раньше чем без четверти одиннадцать, тогда уже совсем темно, сомневаюсь, что Мэннинг будет поблизости. Но я бы хотел приехать раньше, если смогу, то есть в пять пятнадцать. Поэтому, если ты отправишься с ним пить чай или что-нибудь в этом духе и продержишь его да начала седьмого, я доеду до дома…»
«Вот именно сейчас мне кажется, что меня от этого стошнит, но постараюсь».
Мы вернулись на кухню. Свет, тепло, приятные пищевые запахи, казалось, отгородили нас от реального мира, оазис безопасности среди напряженного ночного кошмара. Макс закрыл за нами огромную дверь, повернул ключ в замке.
«Теперь тебе пора домой. Иди наверх, бери вещи, а я посмотрю, хорошо ли спит отец».
«Будем надеяться, что Фил тоже, а то бог знает какую историю придется придумывать! Все, кроме правды. А ты понимаешь, что я не верю? Я знаю, что это правда, но не верю. А утром, при солнечном свете это покажется вообще невозможным».
«Знаю. А ты про это не думай. У тебя был тот еще вечерок, как говорится, ты почувствуешь себя по-другому, когда отоспишься дома».
«У меня часы остановились. Черт, туда, наверное, вода попала. Сколько времени?»
Он посмотрел на запястье. «А мои тоже. Проклятье. Это морское купание, похоже, никому не принесло много хорошего, да?»
Я засмеялась: «Вы могли бы выразить некоторые вещи и получше, мистер Гэйл».
Он протянул руки и привлек меня к себе. «Лучше я некоторые вещи сделаю», – сказал он, И сделал.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Это странное волшебство - Стюарт Мэри

Разделы:
12345678910111213141516171819202122

Ваши комментарии
к роману Это странное волшебство - Стюарт Мэри



Отличный детектив, не хуже Агаты Кристи
Это странное волшебство - Стюарт МэриГалина
26.05.2012, 19.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100