Читать онлайн Мой брат Михаэль, автора - Стюарт Мэри, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой брат Михаэль - Стюарт Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.33 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой брат Михаэль - Стюарт Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой брат Михаэль - Стюарт Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стюарт Мэри

Мой брат Михаэль

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

К моему облегчению в гостинице была комната.
— Боюсь, только на сегодня, на завтра есть предварительный заказ. Может, смогу вас взять, может, нет. Если нет — дальше по улице — Касталиа, а на другом краю Дельф — туристский павильон. Там прекрасный вид, но очень дорого.
Но трудно представить вид лучше. В начале деревни, состоящей из двух или трех рядов плоскокрыших домиков, растянувшихся яркими ярусами по склону горы, дорога делится на две главные улицы. Там и стоит отель «Аполлон», лицом к равнине и далекому мерцанию Коринфского залива. Два больших платана создают остров тени для нескольких деревянных столов и стульев.
Саймон Лестер припарковал машину рядом и ждал. Закончив все формальности, я вышла с ним поговорить.
— Все в порядке. Они берут меня сегодня, а сейчас я только этим и интересуюсь. Должна очень поблагодарить вас, мистер Лестер, не знаю, где бы я сейчас была без вашей помощи. Возможно, где-нибудь на дне долины орлы Зевса расклевывали мои кости!
— Мне было приятно. А что вы собираетесь делать? Отдыхать и пить чай или это, — он махнул рукой в сторону машины, — слишком вас беспокоит?
Я сказала неопределенно:
— Да, весьма. Наверно, прямо сразу я обязана за это взяться и сделать все, что можно.
— Послушайте, простите за мои слова, но похоже, вам лучше немедленно отдохнуть. Давайте я этим займусь, но крайней мере, сейчас? Почему бы не лечь, и чтобы принесли чай в комнату, у них здесь, между прочим, отличный чай, а я для вас здесь займусь расспросами?
Я очень смутилась, но на самом деле ужасно хотела, чтобы он взял на себя абсолютно все.
— Вы не обязаны… В смысле, абсурдно, чтобы вы занимались моими трудностями… Не могу позволить…
— Почему? Жестоко меня прогонять и говорить не лезть не в свое дело.
— Я совсем не имела этого в виду. Вы знаете, что нет. Я только…
— Конечно, это ваше приключение, и вы хотите довести его до конца. Но, каюсь, сгораю от любопытства, раз уж сюда затесался мой двойник. Пожалуйста, разрешите помочь. И вам ведь, честно, хочется отдохнуть, попить чаю, а я тут поработаю сыщиком со своим бойким, но несомненно, причудливым греческим?
Я опять заколебалась, но сказала честно:
— Очень!
— Тогда решено, — он посмотрел на часы. — Сейчас двадцать минут пятого. Через час? Доложу о результатах в пять тридцать, нормально?
— Нормально… Но вдруг вы его найдете, а он будет сердиться…
— Ну и что?
— Не хочу, чтобы вы несли ответственность за случившееся. Это нечестно, пусть все, что я заварила, на меня и выльется.
— Вы не представляете, как много ответственности я могу на себе нести. Ну хорошо. Увидимся позже.
Он помахал рукой и ушел.
Моя комната выходила на равнину длинным окном и балконом. Колесо солнца катилось по долине к западу и заполняло все усыпляющим теплом. Волны олив утихли, исчезла даже иллюзия прохлады от колыхания их серых листьев. Я опустила шторы, но и так комнату заливал и переполнял свет. Мой новый знакомый не соврал, чай действительно принесли очень хороший. Я долго мылась прохладной водой, потом сидела, расчесывая волосы, откинулась на подушки, забросила ноги на кровать, забыла о Саймонах, машинах… и отключилась, прежде чем осознала приближение сна. Меня разбудила прохлада и шум дождя, хотя темнее не стало, солнце не ослабело. Дождем притворились листья, шуршащие на вечернем ветерке.
Он расслабленно сидел под одним из платанов, курил, ни на что не смотрел и чувствовал себя явно в своей тарелке. Машина стояла там же, где и раньше. Значит, он не нашел другого Саймона, но нисколько не беспокоился. Задумчиво смотря на него, я осознала, что, лишь затратив массу усилий, можно разволновать этого человека, и то вряд ли. Такой тихий, демонстрирует небрежность, хорошее настроение и прекрасные отношения с жизнью, но тут же присутствует что-то трудноописуемое. Сказать — «он знает, чего хочет, и берет это» — значит создать ложное впечатление. Скорее так — он принимает нужные решения и выполняет с легкостью и почти пугающей уверенностью в себе. Не знаю, в первый ли день я поняла это, может, сразу увидела только присутствие качеств, которых мне постоянно не хватает. Но помню немедленное впечатление уверенности, живее и сложнее, чем я изучила за годы постоянного бахвальства гранд-сеньора Филипа. В глубине души я была очень благодарна Саймону, что он не заставил меня чувствовать себя полной идиоткой, а поближе к поверхности — за столь мягко предложенную помощь. А интересно, подумала я, он вообще искал «другого Саймона» или нет?
Оказалось, я несправедлива. Когда я вышла, он, глубоко засунув руки в карманы, бурно общался с греком в яркоголубой рубашке с пришпиленной эмблемой гида. Саймон увидел меня и улыбнулся.
— Отдохнули?
— Прекрасно, спасибо. И чай на самом деле был хорошим.
— Рад это слышать. Может быть, вы уже достаточно сильны, чтобы перенести удар?
Он мотнул головой в сторону машины.
— Так и знала! Вы его не нашли!
— Ни малейших признаков. Сначала я узнавал в других отелях, потом отправился в музей к Георгию, он тоже не знает в Дельфах ни одного Саймона, кроме меня, — ни даже старика с деревянной ногой или погонщика мулов…
Я опросила довольно беспомощно:
— Что же нам делать? — а грек, любопытно тараща глаза, сказал:
— Кирие Саймон, а что, если другого Саймона и нет? И это не ошибка, а кто-то злоупотребляет вашим именем?
— Злоупотреблять моим именем? — Саймон засмеялся, но я знала, что он уже об этом думал. Я тоже. — Не похоже. Во-первых, кто? А во-вторых, если они и правда это сделали, причем срочно, то почему до сих пор не забрали проклятую штуку? Но я докопаюсь до корней этой странной маленькой аферы — и не только ради очень взволнованной мисс Хэвен. Слушай, Георгий, а, может быть, есть хоть один Саймон не здесь, а в окрестностях? В Криссе, она всего в нескольких километрах… Или в Арахове.
Георгий сказал с сожалением:
— Нет, никого, и в Арахове тоже.
— Ну там-то я узнаю точно, я туда еду сегодня вечером.
Грек быстро взглянул на него, почему-то с любопытством, но вспомнил, что в Итеа есть один Симонидис, хозяин маленькой булочной у кинотеатра, посередине главной улицы, и предложил нам выехать на автобусе через десять минут.
Саймон сказал:
— У нас есть машина, — и заулыбался, поймав мой взгляд.
Она стояла олицетворенным издевательством, я смотреть на нее не могла без ненависти и спросила:
— А может, не стоит?
— Почему? Вполне законная попытка доставки. Поехали, чем скорее попадем в Итеа, тем лучше. Через час потемнеет.
— А вы ее поведете, мистер Лестер?
— Можно поспорить, что да. Вы еще не видели дорогу. И зовите меня по имени. Это лучше звучит и создаст иллюзию комфорта.
Я на это не ответила, только взглядом, но, когда мы поехали, вдруг заявила неожиданно для себя:
— Мне становится страшно.
Его взгляд был удивленным, но совсем не веселым.
— Сильное выражение.
— Наверное, хотя от меня — нет. Я самый трусливый трус в мире. Я жалею, что мне не хватило здравого смысла оставить эту историю в покое. Эта гадость должна была бы спокойно стоять на площади Омониа и…
— И вы продолжали бы безумно хотеть в Дельфы?
— Да, наверное. Но вы понимаете, да?
— Конечно.
Автомобиль медленно поднялся вверх по улице и нырнул вниз, выезжая из деревни.
— Вы хоть чуть-чуть верите, что Симонидис — тот человек, которого мы ищем? — спросила я грубо.
— Не похоже. Но все равно стоит попробовать.
— Чтобы я чувствовала, что что-то пытаюсь сделать? — Никакого ответа. — Знаете, слишком большим совпадением было бы, если бы в Дельфах оказалось два Саймона.
— Это довольно редкое имя, — сказал он ровным голосом.
Я ждала продолжения, но он молчал.
Выехали из деревни. Я спросила небрежно:
— Вы здесь в отпуске?
Я хотела просто нарушить молчание, поддержать разговор, нормальный вопрос для такого места, но только произнесла, как сразу поняла, что получилось продолжение разговора. Я попыталась сказать что-нибудь еще, но он уже начал отвечать, будто вопрос был совершенно невинным.
— В некотором роде. Я школьный учитель. Преподаватель классики.
Я могла ожидать чего угодно, но только не этого олицетворения респектабельности.
Я сказала слабо:
— Значит, вам здесь тоже интересно. Как мне.
— Неужели коллега?
— Боюсь, что так. Я только учу девочек в школе, поэтому моя «классика» — просто латинский. Я чуть-чуть знаю древнегреческий, поэтому иногда понимаю слово-другое и о чем идет речь. И еще я образована достаточно, чтобы замирать в аттическом театре в Афинах от «Антигоны», когда хор зовет Зевса на фоне глубокого черного неба, слушавшего этот клич три тысячи лет подряд. — Тут я застеснялась и сказала — Какая ужасная дорога!
Саймон ответил жизнерадостно:
— Шоферы автобусов вешают перед собой иконы и зажигают перед ними маленький красный огонек, питаемый батарейкой. В пути икона безумно мотается из стороны в сторону, все крестятся, включая шофера, а иногда он закрывает глаза. Свои теперь можете открыть. Это — Крисса.
Я покраснела:
— Простите. Нервы почти совсем отказали.
— Вы просто устали, надо чего-нибудь выпить, прежде чем встречаться с Симонидисом.
— Нет, пожалуйста, — слишком быстро запротестовала я.
Он внимательно посмотрел на меня:
— Похоже, вы правда боитесь…
— Я… Да. Понимаю, что не надо, что, если бы это было важно, все уже как-нибудь бы определилось… Понимаю, что это чушь. Глупо и тривиально, и ничего не значит, но я же говорила, что я — величайший трус в мире. Это правда. Я годами убеждала себя, что буду не менее компетентна и уверена в себе, чем другие, если понадобится, но теперь поняла… Господи, да я даже не переношу сцен, с какой же стати я решила, что выпутаюсь из такой ситуации, понятия не имею.
Я остановилась. И оттого, что никогда ничего подобного даже через сто лет не рассказала бы Филипу, я впала в легкий шок.
Саймон сказал мягко:
— Не волнуйтесь. Я же здесь. Чтобы ни случилось, я вас спасу, поэтому сидите и расслабляйтесь.
— Если, — сказала я, — мы найдем Саймона.
— Если найдем.
Когда мы приехали в Итеа, я с удовольствием передала ему всю инициативу.
В этом порту в древние времена высаживались пилигримы, направляющиеся к святыням Аполлона в Дельфы — религиозному центру древнего мира. Это был самый легкий путь. Нам сейчас странно осознавать, какие огромные расстояния они преодолевали пешком, на лошадях или кораблях, чтобы помолиться Богу о свете, мире и исцелении или спросить совета у известного оракула. Сегодня Итеа — маленькая рыболовецкая деревня с одним рядом магазинов и таверн, параллельным морю и отделенным от него дорогой, а потом примерно пятьюдесятью ярдами пыльного бульвара. Там в тени перечных деревьев мужчины собираются выпить и закусить липкими медовыми пирожными.
Саймон остановил машину под деревьями, посадил меня за самый чистый столик и угостил прекрасным, холодным, искрящимся, но слишком сладким лимонадом. Он понравился не только мне, но и всем окрестным насекомым. Когда мы его допили, я попросила еще, а Саймон отправился искать булочную Джаннакиса Симонидиса. Все равно ясно, что в Дельфах всего один Саймон… И он не сказал, что он здесь делает. Эх, подозренья, подозренья… Очень интересно, все превратилось в немного странную загадку, и чем дальше, тем больше преображалось в тайну с Саймоном Лестером в центре. И его девушкой.
Я допила и поднялась. Саймон невдалеке расспрашивал могучую женщину в голубом фартуке, вращавшую целого барана на вертеле. Она кивала, потом показала куда-то. Он обернулся, увидел меня, помахал рукой и быстро ушел вверх по улице. Я так поняла ним идти не надо, и направила свои стопы в противоположную сторону вдоль бульвара — решила посмотреть на все святыни с той точки, с которой их видели пилигримы, впервые вступив на берег Коринфского залива.
Чтобы вид не загораживал уродливый ряд домов, я пошла в лес по изломанной полосе бетона. По дороге я спугнула пыльного ослика, он ускакал и потерялся в тени. Бетон скоро кончился, я брела по мягкой земле просто на свет. Мне повезло. Я вышла на подходящее место и стояла там несколько минут, глядя на путь пилигримов в свете быстро умирающего солнца. Точно, именно отсюда лучше всего приходить в Дельфы.
По щеке мазнул сгусток темноты, кажется летучая мышь. Я повернулась, увидела очень далеко уличные фонари, и отправилась другим путем, как мне показалось, напрямик. Ярдов через сто деревья расступились, немного левее показались огни первого дома — аванпоста деревни. Я спешила к нему по мягкой пыли, когда меня отвлекла неожиданная вспышка света справа — мощный электрический фонарь между деревьями. Не то я перевозбудилась за день, не то повлияли размышления о древней истории, но я очень испугалась и притаилась за огромной оливой.
В глуби рощи стоял дом с двумя окнами, поленницей дров и цыплятами в винограднике. Мужчина с фонарем ковырялся в моторе чего-то вроде джипа. На мгновение осветилось его лицо — очень греческое, смуглое, волосы спадали на широкие скулы героя, округлую голову покрывали крутые кудри статуи. Зажегся свет в окне, осветил эту вполне мирную обстановку, мой страх пропал, и я собралась идти дальше. Грек услышал шорох движения, широко улыбнулся, что-то крикнул, на мгновение по мне скользнул луч фонаря, но я уже уходила.
Саймон сидел у машины и курил. Он встал, когда увидел меня и открыл мне дверь. На мой взгляд он ответил мотанием головы.
— Не вышло. Я задал все вопросы, какие смог, но это — тупик. — Он сел на место водителя и завел мотор. — Думаю, на сегодня хватит, нужно возвращаться в Дельфы, обедать, и надеяться, что все утрясется само собой.
— А утрясется?
Он развернул машину и мы тронулись в путь.
— Я думаю.
Я вспомнила все свои подозрения, поэтому ответила просто:
— Ну тогда пусть утрясается. Как хотите.
Он глянул на меня сбоку, но никак этого не прокомментировал.
Сзади догорали огни деревни, мы набирали скорость на узкой дороге. Он бросил мне на колени что-то упругое, с листьями и прекрасно пахнущее.
— Что это?
— Базилик, король трав.
Я провела веткой по губам. Запах был сладкий и немного мятный. Мы замолчали.
Когда мы проехали знак «До Амфиссы 9 км» и повернули к Криссе, Саймон спросил:
— Вы посмотрели на путь пилигримов?
— Да, прекрасный вид прямо перед закатом. А вы были там?
— Вчера.
Дорога шла вверх. После недолгой тишины он сказал, не меняя выражения:
— Знаете, я действительно понимаю в этом не больше вас.
Очень нескоро я ответила:
— Извините. Что, это так заметно? Но что я должна думать?
— Может быть, именно то, что думаете. История совершенно безумная, а в конце концов скорее всего окажется, что она ничего не значит. — Я увидела, что он улыбнулся. — Спасибо, что не притворились, что вы не понимаете, что я имею в виду.
— Но я поняла. Я сама только об этом и думала.
— Знаю. Девять женщин из десяти сказали бы «Что вы имеете в виду?» и мы увязли бы в паутине выяснения отношений и объяснений.
— В этом нет никакой нужды.
Он засмеялся:
— Пообедаете со мной сегодня?
— Спасибо, мистер Лестер…
— Саймон.
— Саймон, но, может быть, я должна, я имею в виду…
— Тогда прекрасно. В вашем отеле?
— Послушайте, я не сказала…
— Вы мне должны, — сказал Саймон холодно.
— Должна? Нет! С какой стати вы это решили?
— Как плата за то, что вы меня подозревали, в чем бы вы меня ни подозревали. — Мы взбирались по узкой улочке Криссы и, когда проезжали освещенный магазин, он посмотрел на часы. — Сейчас почти семь. Вы согласитесь пообедать через полчаса?
Я сдалась:
— Когда вас это устроит. Но это не слишком рано для Греции? Вы такой голодный?
— В разумных пределах. Но дело не в этом. У меня намечены дела на сегодняшний вечер.
— Понятно. Ну что же, для меня это не слишком рано. Я сегодня почти не ела и слишком боялась, чтобы и от этого получать удовольствие. Поэтому спасибо. В «Аполлоне», вы сказали? Вы сами там не остановились?
— Нет. Когда я приехал, отель был переполнен, и мне позволили переночевать в студии на горе. Вы, наверное, ее еще не видели. Это большое уродливое здание в ста футах над деревней.
— Студия? В смысле художественная студия?
— Да. Не знаю для чего она предназначалась изначально, но сейчас там останавливаются только художники и студенты, у которых нет денег на гостиницу. Я там не совсем законно, но очень хотел быть в Дельфах и несколько дней ничего не мог найти. Когда я там устроился, оказалось, что студия мне очень подходит. Сейчас там, кроме меня, есть только один житель: молодой англичанин, художник… Очень хороший, хотя и не разрешает так говорить.
— Но вы же все-таки имеете отношение к искусству. Как преподаватель классики…
Он искоса посмотрел на меня:
— Я здесь не для того, чтобы изучать классику.
— О!
Крайне беспомощное замечание, я надеялась, что оно не прозвучало, как вопрос, но оно повисло между нами, явно требуя ответа.
Саймон сказал неожиданно в темноту:
— Мой брат Михаэль был здесь во время войны.
Крисса теперь оказалась внизу. Вдалеке слева, как бусины под тонкой луной, горели огни Итеа.
Он продолжал так же совершенно невыразительным голосом:
— Какое-то время он служил в Пелопоннесе офицером связи — связывал наших и греческое сопротивление. В сорок четвертом году он жил в Арахове у пастуха Стефаноса. Я сегодня его и искал, но он уехал в Левадию и ожидался только вечером — так, по крайней мере, мне сказала женщина его дома.
— Женщина его дома?
Он засмеялся:
— Его жена. В Греции все должны относиться к чему-то, мужчину вспоминают, объединив с местом его пребывания, а женщину — с мужчиной, которому она принадлежит.
— Верю. Это, очевидно, придает смысл ее несчастной жизни.
— Ну конечно… В любом случае я сегодня вечером опять еду в Арахову.
— Значит, это паломничество, как у всех — паломничество в Дельфы?
— Можно сказать и так. Я приехал умиротворить его тень.
У меня перехватило дыхание.
— Извините. Какая я идиотка… Я не поняла.
— Что он умер? Да.
— Здесь?
— Да. В сорок четвертом. Где-то на Парнасе.
Мы повернули последний раз перед Дельфами. Слева сияли освещенные окна роскошного туристского павильона. Справа тонкая луна умирала в россыпи звезд. Море слабо светилось внизу черной лентой. Что-то заставило меня сказать:
— Саймон.
— Да?
— Почему вы сказали умиротворить?
Молчание. Потом он заговорил легким тоном:
— Я расскажу вам об этом, если смогу. Но не сейчас. Уже Дельфы, я оставлю машину и вас около отеля и присоединюсь к вам через полчаса. Хорошо?
— Хорошо.
Машина встала на старое место. Он обошел вокруг и открыл для меня дверь. Только я собралась повторить слова благодарности за все дневные приключения, как он засмеялся, помахал рукой и исчез в темноте рядом с отелем. С ощущением, что события развиваются слишком быстро для меня, я повернулась и вошла внутрь.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Мой брат Михаэль - Стюарт Мэри

Разделы:
12345678910111213141516171819

Ваши комментарии
к роману Мой брат Михаэль - Стюарт Мэри



Роман больше относится к жанру детектив-приключенческий, на любовь только намек со стороны героини. Действие романа в период примерно 60-х годов. Если честно жаль потраченного времени, т.к. конец вообще ни о чем.
Мой брат Михаэль - Стюарт МэриМарина
29.12.2013, 15.39





Чудесно автор все-таки пишет. Огорчало только то, что короткий.
Мой брат Михаэль - Стюарт МэриЯна
29.05.2016, 17.16





Не впечатлит нисколько.Рассказ какой-то скучный.Любви нет никакой,даже платонической.На детектив тоже не тянет.
Мой брат Михаэль - Стюарт МэриНа-та-лья
30.05.2016, 12.11








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100