Читать онлайн Лунные прядильщицы, автора - Стюарт Мэри, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лунные прядильщицы - Стюарт Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.62 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лунные прядильщицы - Стюарт Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лунные прядильщицы - Стюарт Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стюарт Мэри

Лунные прядильщицы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

What bird so sings, yet so does wail?
O'tis the ravish'd nightingale.
Jug, jug, jug, jug, tereu, she cries,
Andstillher woes at midnight rise.
Lyly: Campaspe
Каяк стоял все так же спокойно в тихом заливе. На мачте горел свет. Отражение его тихо мерцало в воде. Другой фонарь, намного больше, горел в тренож­нике в конце пирса. А все остальное было в кромешной тьме и влажном, соленом запахе вод залива. Алкис на ночь ушел, у борта больше не было ялика. Он находился у берега, у наших ног. Мы молча его рассматривали. Ря­дом вдруг раздался голос, так неожиданно, что я от испу­га чуть не свалилась в залив: «Хотите грести? – спросил Георгий. – Я вас покатаю!»
Я снова взглянула на каяк, такой спокойный во тьме. Стратос уплыл на рыбалку. Тони в баре. Алкис ушел домой. На первый взгляд, все выглядит, как шанс, который не следует упускать… Но… с Георгием? Если Алкис предложил бы, другое дело. Это было бы убеди­тельным доказательством, и мы отказали бы ему, благополучно и без хлопот выяснив, что мальчика на каяке нет. Но грести туда сейчас и, возможно, действительно обнаружить там Колина… в деревне… в это время но­чи…
«Что он говорит? – спросила Фрэнсис. Я сказала ей о предложении Георгия и собственных выводах. – Бо­юсь, ты права. Придется подождать до утра. Если мы найдем его там… – тихий смех, – единственным реше­нием будет поднять якорь и на всех парусах помчаться прочь, с „Эросом“ и всем содержимым, чтобы встретить другой каяк. Нет сомнения, что именно это сделает твой способный друг, но посмотри правде в глаза, это один из случаев, где у женщины возможности ограничены. Полагаю, ты же не умеешь управлять этой штукой?»
«Ну, нет».
«Вот то-то и оно».
«Но есть шлюпка». Я предложила этот вариант совсем неубедительно, и Фрэнсис насмешливо фыркнула.
«Очень живо представляю, как мы гребем в кромеш­ной тьме вдоль побережья Южного Крита и ищем каяк, который где-то спрятан в бухте. Прости, но придется принять во внимание нашу женскую ограниченность и подождать до утра».
«Как всегда, ты так права… – Я вздохнула. – Ну, скажу Георгию, что мы попросим утром Стратоса, как положено. – Я посмотрела на мальчика, который следил с широко открытыми глазами за непонятным разго­вором. – Большое спасибо, Георгий, но не сегодня. Мы попросим завтра мистера Алексиакиса».
«Можно сейчас попросить его, – сухо сказала Фрэн­сис. – Вот он идет… и как мило было бы, если бы мы обе были на „Эросе“, бешено стараясь справиться с оснасткой и с пусковой рукояткой? Думаю, Никола, дитя мое, что мы с тобой должны выбирать менее напря­женные варианты преступлений».
Лодка обогнула пирс, отчетливо послышалось тарах­тение ее мотора. «Вот он! – жизнерадостно сказал Геор­гий, прыгнул к самому краю бетона и поднялся на цыпочки. – Ловил рыбу гарпуном. А теперь вы увидите большую рыбу, морского босса! Должно быть, он поймал одного, иначе он бы так рано не вернулся!»
Я поймала себя на том, что следила за приближением лодки с ироническим облегчением: по крайней мере, не стоит вопрос героизма. Более того, он не нужен. Мы можем выяснить то, что нужно, самым легким спосо­бом. И не ждать до утра. Даже не пришлось просить: Георгий сделал это за нас. Лодка с выключенным мото­ром плавно скользила вдоль берега, Стратос бросил Георгию веревку и весело приветствовал нас. «Что пой­мали?» – настойчиво спросил Георгий.
«Я ловил не гарпуном. Ездил к сетям. Ну, дамы, теперь вышли на другую прогулку? Это мисс Скорби, не так ли? Здравствуйте. Вижу, не теряете времени в исследовании нашего большого города. Жаль, что не поехали на морскую прогулку со мной, такая чудесная ночь».
«Дамы хотели на „Эрос“, – сказал Георгий. – Мне отнести эти ваши вещи?»
«Нет, я поведу лодку вокруг снова к отелю. Я привез некоторые снасти на „Эрос“. – Он легко стоял в кача­ющейся лодке и смотрел на нас. – Вы действительно хотите посмотреть? Не особенно он хорош, но если вас это интересует…» Предложение он закончил пригласи­тельным жестом.
Я засмеялась. «В действительности, это идея Георгия, он хочет покатать нас. Конечно, я бы хотела посмотреть ее, но давайте подождем рассвета. Что поймали?»
«Крабов. Будете есть завтра. Очень вкусные».
«Я слышала о них, но никогда не ела. Это они? Как их ловят?»
«Ставят ловушку вроде корзины, как для ловли ома­ров, и набивают травой. Заверяю, что они лучше омаров, и к тому же красивые, не правда ли? Послушай, Георгий, этого ты можешь отнести матери… Как этот маль­чик догадался, что я буду возвращаться по этой дороге!» Это он сказал с улыбкой и гримасой, так как Георгий быстро убежал.
«Он именно этого ждал?»
«Конечно. Он знает все, этот ребенок. Будет находкой для Скотланд Ярда. Не хотите, дамы, чтобы я подбросил вас в отель?»
«О нет, спасибо, мы делаем турне по городу».
Стратос засмеялся. «Агиос Георгиос в Ночи? Ну, вам вряд ли нужен гид или телохранитель, иначе я бы предложил компанию. Спокойной ночи». Он оттолкнул­ся веслом от пирса, и лодка медленно поплыла к спокой­ному корпусу «Эроса». Мы пошли обратно к домам.
«Ну, полагаю, в этом что-то есть, – сказала я нако­нец. – Каяк чист, и наша прогулка по деревне его тоже не волнует. Или тот факт, что пронырливый маленький Георгий юлит вокруг этого места день и ночь и болтает без умолку по-гречески. Фактически я бы сказала, что Стратоса это не волнует. Где бы ни был Колин, Стратоса не волнует, что его найдут».
«Нет». Это все, что сказала Фрэнсис не совсем осто­рожно. Мы проходили мимо освещенной двери, и я увидела выражение лица кузины.
Мое сердце болезненно сжалось, как плоть сокраща­ется от прикосновения льда. Наконец я сказала: «Ты уверена, что Колин мертв, так?»
«Да, дорогая, – сказала Фрэнсис. – Какая у них причина держать его живым?»


Очень темно. Хотя приближалась полночь, луна еще не взошла, а облака закрыли звезды. Я взяла у Фрэнсис ее темно-голубое поплиновое пальто и, обернувшись им, ждала наверху каменной лестницы возле моей комнаты. В доме Софии все еще горел свет. Хотя я заставила себя допустить, что Фрэнсис права, я не была готова принять эту мысль без усилий. Я приготовилась не спускать глаз с Софии всю ночь, если будет такая необходимость, и если она оставит деревню, последовать за ней. Но насту­пила полночь, и следующие медленные полчаса, а лампа все еще горела, хотя каждый другой дом в деревне погрузился во тьму.
Только в половине первого я заметила какое-то без­обидное движение. Щель света вокруг двери дома исчез­ла, а за плотными занавесками окна спальни зажегся слабый огонек. София засиделась поздно, возможно, в ожидании Джозефа, а теперь ложилась спать. Но я осталась на месте. София не двинулась из дома и двора, а вдруг для этого есть причина? Предоставлю ей еще несколько минут, а затем, с Фрэнсис или без нее, по­смотрю сама на этот двор.
Как призрак, я спустилась по лестнице и прокралась бесшумно, как кошка, под укрытием фисташковых де­ревьев. Пыль под ногами заглушала шаги, я проскольз­нула мимо стены сада Софии и конца ее дома в узкую улочку, которая извивалась от конца деревни к тощим виноградникам под скалой. Здесь в стене за домом – ворота двора. За ними тусклые очертания печи для выпечки хлеба, огромная остроконечная груда дров в углу и сарай, упирающийся в грубую ограду. Интерес­но, заскрипят ли ворота? Я осторожно протянула руку, но ничего не почувствовала. Они были уже широко открыты.
С минуту я помолчала, прислушиваясь. Ночь была тихая. Из дома не доносилось ни звука, и сюда не выходило ни одно окно. Что-то зашевелилось у ног и почти заставило меня вскрикнуть. Но я тут же поняла, что это только кошка по таким же секретным делам, как и я, но готовая приветствовать партнера по преступ­лению. Она нервно мурлыкала и начала тереться о мои колени, но когда я нагнулась, увернулась от прикосно­вения и исчезла.
Казалось, я предоставлена сама себе. Я глубоко вздох­нула, чтобы прекратить биение сердца, и вошла в воро­та. Дверь в сарай должна быть направо. Я нащупала к ней дорогу, осторожно ступая среди мусора.
Вдруг где-то за домом через площадь открылась дверь, все осветила и бросила короткую тень от дома. Когда я бросилась назад в тень дров, свет опять метнул­ся, ибо дверь закрылась, и я услышала, как быстрые шаги пересекают полоску дощатого настила, затем пло­щадь и направляются сюда. Стратос собрался повидать сестру. Если Колин здесь… если Стратос войдет во двор…
Но он не вошел. Широко распахнул ворота сада и быстро пошел к двери дома. Щелкнула щеколда, разда­лись приглушенные вопросы и ответы. Должно быть, София снова вынесла лампу из спальни, чтобы встре­тить брата у двери, ибо снова я увидела слабое мерцание света из-за темного корпуса дома. Конечно, его визит не секрет, и его цель поэтому скорее всего не гнусная, но невозможно допустить, чтобы он меня обнаружил во дворе Софии почти в час ночи. Если уж меня найдут, то намного лучше, чтобы это произошло на улице…
Из того, что я разглядела днем, я запомнила грязный и непрезентабельный глухой переулок, который тянется вверх между группами кипарисов и заканчивается в винограднике под скалой. Уважительной причины для ночных путешествий у меня нет, но поскольку у Стратоса нет ни малейших оснований подозревать меня, несомненно можно обойтись тривиальным оправдани­ем – бессонница, дышу ночным воздухом. И все, что угодно, лучше, чем если меня поймают на шпионстве. Я быстро выскочила через ворота в переулок.
Там я растерялась. Одного взгляда в сторону отеля было вполне достаточно, чтобы я поняла, что не пройду по этой дороге незамеченной. Свет из двери дома падал прямо на стену сада, и я даже различала двигающийся край тени Стратоса. Придется идти по переулку. Я торопливо засеменила от ворот, но тотчас же наступила на валяющийся камень и чуть не упала. Прежде чем я пришла в себя, дверь дома закрылась, и Стратос по­спешно пошел к калитке. Я тихо стояла, отвернув лицо. Оставалось только надеяться, что после света лампы его глаза еще не привыкли к темноте. Иначе, если он посмотрит сюда, когда будет проходить угол стены, он обязательно увидит меня.
Мои кулаки были крепко сжаты в карманах пальто Фрэнсис, а мысли неслись спиралью, как перышко в потоке воздуха. Что я могу сказать? Какую благовид­ную причину придумать, чтобы объяснить прогулку в полночь по этому непривлекательному тупику?
Ответ пришел, пронзительно приятный и громкий, из кипарисов, росших группами за стеной. Песня соловья полилась в тишину от остроконечных черных вершин рощи, и сразу показалось, что вся тихая ночь ждала как раз этого. Я затаила дыхание. Неслись и кипели трели и свисты, и длинные частые ноты кларнета. Птица, должно быть, пела целых две минуты, пока я там стояла, благословляя ее, и ждала, причем одно ухо все силилось уловить звук удаляющихся шагов Стратоса.
Соловей умолк. В десяти ярдах зазвенела мелочь в кармане, чиркнула спичка. Стратос остановился на углу и лениво прикуривал. Горящая спичка выглядела неестественно яркой. Если он поднимет сейчас глаза… Поднял голову, чтобы первый раз затянуться. Моя рука нащупала в кармане пальто Фрэнсис пачку сигарет. Я повернулась. «Мистер Алексиакис?»
Резко повернулся, спичка упала в пыль и потухла. Я двинулась вперед с одной из сигарет Фрэнсис в руке. «Не возражаете? У вас есть спички? Я вышла без них».
«О, мисс Фэррис! Конечно. – Пошел навстречу, за­жег спичку и подержал, пока я прикурю. – Вы на улице в очень позднее время. Все еще осматриваетесь?»
Я засмеялась. «Агиос Георгиос в Ночи? Не совсем так. Уже ложилась спать, но услышала соловья, и не могла не выследить его».
«А, да, Тони говорил, что вы очень любите птиц. – Голос очень спокойный, почти равнодушный. Облоко­тился о стену. Махнул сигаретой в сторону кипари­сов. – Там, да? Всегда там поют. Я их помню еще с тех времен, как был мальчиком. Сейчас я их что-то не замечаю. А сегодня вечером был? Для них немного рановато».
«Только один, и почему-то замолчал. – Я подавила зевок. – Пойду спать. Сегодня был такой длинный день, но такой приятный. Возможно, завтра…»
Я замолчала, потому что он резко двинулся, словно какой-то звук поразил его. Я тоже услышала его, но он не дошел до моего сознания так быстро, как до Стратоса. Несмотря на расслабленность и безразличный вид, он осторожен, как лиса.
Мы стояли близко к стене сарая, который я пришла обследовать. Он построен из больших, грубых камней, грубо оштукатурен с множеством щелей. Шум донесся из отверстия как раз рядом с нами – слабый шаркаю­щий звук, затем слабое шуршание, словно рассыпалась пыль. В сарае Софии что-то двигалось. Стратос окаме­нел, голова его насторожилась. Слабо мерцала сигарета, блестели глаза, отведенные в сторону. Я быстро спроси­ла: «Что это?»
«Я что-то слышу. Подождите».
Колин, подумала я с испугом, это Колин… но затем увидела, что страх заставил меня поглупеть. Если это действительно Колин, Стратос знал бы о нем и, конечно, не информировал бы меня о присутствии мальчика в сарае. Но если там есть кто-то, то ясно, кто… Я даже и не подумала о Лэмбисе, который, вероятно, болтался вокруг до темноты, чтобы потом начать тщательные поиски в деревне. Мои мысли сразу же перепрыгнули на Марка. Не было причин для такой уверенности, но так ясно, словно слышала его голос, я знала, что он там, как раз с другой стороны стены. Ждет, слушает и старается после этого единственного предательского момента даже не дышать…
Я быстро пошла прочь, небрежно шаркая ногами между камней. «Я ничего не слышала. Вы сейчас воз­вращаетесь? Возможно, это был…» Но он уже двигался. Рука опустилась к бедру, небрежно и привычно. И он пошел через ворота, а я у него по пятам. Необходимо остановить его, как-то предупредить. Я крикнула: «Бо­же мой, это оружие?» – и схватила его за руку. Стара­лась удержать его. Кричала нервно, по-женски и с дрожью в голосе. Возможно, я достигла цели моими словами: «Ради Бога! – визжала я. – Не нужно. Это собака или кто-то еще, и вы правда не должны стрелять. Пожалуйста, мистер Алексиакис…»
«Если это собака, мисс Феррис, я не убью ее. А теперь, пожалуйста, если позволите… а-а-а».
Из сарая раздалась серия звуков, теперь уже оши­биться было нельзя. Царапанье, стук, любопытное ку­дахтанье, падение мягкого тела с высоты. Из приоткры­той двери пулей вылетело неясное худенькое существо, проскользнуло, мяукая, у нас между ног, и скрылось в темном переулке. Стратос остановился, а рука его упала от бедра. Рассмеялся. «Кот! Это преступник, посягаю­щий на имущество сестры! Можете успокоиться, мисс Феррис, это я убивать не стану!»
«Простите, – пристыженно сказала я. – Глупо с моей стороны, но оружие меня очень пугает. Кроме того, вы могли себя поранить или что-то еще случилось бы. Ну, слава Богу, все кончилось. Чуть раньше я беседовала с этим котом в переулке. Должно быть, он охотился на мышей».
«Ничего до такой степени полезного он не делал, – сказал весело Стратос. – Шурин держит там мышелов­ку с приманкой. Коты приманку достать не могут, но пытаются. Ну, закроем дверь, хорошо?» Он захлопнул ее и вышел из двора. Мы пошли обратно в отель вдвоем.


Двор Софии казался темнее, чем остальные. Дверь в сарай была все еще закрыта. Кот ушел, а соловей мол­чал в кипарисах. Хрипящий колокол где-то около при­стани пробил три. Дверь открылась с легким скрипом. Я проскользнула в сарай и закрыла ее за собой. «Марк?» Это было только дыхание.
Ответа не последовало. Я стояла тихо, стараясь услы­шать дыхание, и слышала только свое. Где-то сложен хворост. Я почувствовала запах розмарина, сухой вербе­ны, и все приятные резкие запахи ложа, которое мы делили вчера ночью. «Марк?» Я начала осторожно ощу­пывать стенку, которая окаймляла переулок. Тихий звук заставил меня резко обернуться. Я старалась вгля­деться в мрак, но это было только царапанье когтей и легкое шелестящее движение от угла, где должна была быть мышеловка с приманкой. И больше ничего.
Я ощупывала дорогу к стене. Наткнулась на камень, соловей за рощей снова запел. Звук целиком заполнил темноту. Стена. Камень, грубый камень, холодный камень. И ничего больше. И ни звука, кроме богатой музыки из кипарисовой рощи. Я не права. В конечном счете, Марка здесь не было. Ощущение его присутствия объяснилось запахом вербены от сваленного кустарни­ка. Это был кот, и только кот.
Моя рука наткнулась на что-то, что не было камнем. Что-то гладкое и липкое, и все же слегка теплое. Это заставило волосы стать дыбом, а мускулы живота резко напрячься. Я отдернула руку и стояла там, держа ее перед собой, задыхаясь. Пальцы мои были растопырены.
Итак, в конце концов инстинкт не подвел. Марк был там. Прислонился к стене в нескольких дюймах от меня и Стратоса, изнемог и выдал себя движением. Из плеча кровь текла на камень. Охваченная внезапным страхом, я нагнулась пощупать, не упал ли он к подножью стены. Ничего. Сарай пуст. Только его кровь.
А на дворе в кипарисах все еще пел соловей.
Не помню, как вернулась в отель. Знаю, что не осте­регалась. Но никого не встретила и никто не видел, как я бежала через площадь, и липкая ладонь одной руки была крепко сжата.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лунные прядильщицы - Стюарт Мэри



Ну не знаю,читала этот роман 3 дня,хотя обычно проглатываю книгу за 8часовую смену :). Люблю этого автра, но повествование какое-то вялое. 7/10
Лунные прядильщицы - Стюарт МэриЛенок
20.05.2012, 14.05





девчонки! читайте книги Робартс Карен-это что то!!!Обычно мне трудно угодить спасибо скажете потом напишите-поравилось или нет
Лунные прядильщицы - Стюарт Мэривероника
11.09.2012, 18.10





Великолепная книга, как и все книги Мэри Стюарт. Читала с большим удовольствием.
Лунные прядильщицы - Стюарт МэриЛариса
30.11.2013, 21.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100