Читать онлайн Гончие Гавриила, автора - Стюарт Мэри, Раздел - 11. Свобода в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Гончие Гавриила - Стюарт Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.95 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Гончие Гавриила - Стюарт Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Гончие Гавриила - Стюарт Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стюарт Мэри

Гончие Гавриила

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11. Свобода

So free from danger, free from fear,
They crossed the court; right glad they were.
S.T. Coleridge: Christabel
Я думала, что буду спать плохо, но отрубилась, будто свеча потухла, примерно на пять часов до самого завтрака. Наступило восхитительное утро: залитый солнцем мирный сад сераля, журчание воды, легкий ветерок и поющие птицы.
Все равно я проснулась не с романтическими мыслями, а в каком-то неопределенно-туманном настроении, тень чего-то неприятного окрашивала предстоящий день. Даже когда я осознала, что это, скорее всего, результат намеков Чарльза на Джона Летмана, с которым я скоро встречусь, и вспомнила, что остаток дня проведу с самим Чарльзом, все равно сераль, да и весь дворец, замкнутый в жаркой долине, вызывали у меня что-то вроде клаустрофобии. Я быстро встала, проглотила кофе и нетерпеливо ждала момента, когда я покину это место и вернусь в гостиницу, к жизни и вульгарной суете разноцветного Бейрута. И к Чарльзу.
Хамиду было ведено приехать за мной в девять тридцать, но в полдевятого я уже допила кофе и отправилась наружу. Остановилась, посмотрела на сад, светящуюся на солнце крышу павильона и покинула сераль.
Между прочим, мне уже стало легче, когда с завтраком появился Насирулла. Его приход означал, что реку можно перейти. Я решила отправиться пешком и ждать Хамида в деревне и попыталась объяснить Насирулле знаками, что хочу уйти рано. Хотя он тупо и не улыбаясь глазел на меня и никак не выказывал признаков понимания, он, должно быть, доложил Джону Летману, потому что тот встретил меня во втором дворе. Анемоны в саду Адониса уже отцвели и высохли.
Выглядел Джон Летман просто безобразно, я подумала, можно ли то же самое сказать обо мне.
– Вы сегодня рано, – сказал он.
– Беспокоюсь про брод. Наверное, все в порядке, и я смогу перейти?
– Да. Хорошо спали, в конце концов, после всех тревог и экскурсий?
– После?.. А, собаки. Да, спасибо. Вы заперли бедняжек? Признаюсь, я сначала немного испугалась, но они были такие миленькие, а теперь, когда подумаешь, просто романтическое приключение. Но они не со всеми так обращаются, да?
– Ни с кем. В вас, должно быть, есть что-то исключительное. – Он улыбнулся, что не затронуло выражения его глаз. – Не скажу, чтобы они были очень кровожадными, но они – хорошие сторожевые собаки просто потому, что поднимают дикий шум, как только услышат что-нибудь необычное. Я запер их и, возможно, это было ошибкой.
Я не собиралась спрашивать, почему, но он остановился, будто ожидал вопроса, и это ведь было бы совершенно естественно. По крайней мере, пауза дала мне привести лицо в порядок. Я спросила:
– Почему?
– Должен был оставить их на свободе. Мы обнаружили, что открыты боковые ворота. Кто угодно мог войти ночью.
– Боковые ворота? Значит, есть еще одни ворота?
– Они открываются на плато сзади. Яссим устроил развлечение, это, да еще пустил гончих в сераль.
Я сказала, как можно небрежнее:
– Но разве сюда кто-нибудь вломится? Вы не хотите сказать, что нашли какие-то следы или что-то в этом духе?
– Нет. Просто мне не свойственно безоговорочное доверие, особенно с тех пор, как я поселился в этой стране. Когда приедет ваш водитель?
– В девять, – соврала я, – но я лучше сразу пойду и встречу его в деревне. Вы очень добры, что так долго меня терпели. Я помню, что говорила все это вчера, но сейчас можно сказать, что все уже произнесенные слова можно удвоить.
– Было очень приятно. Хорошо, я провожу вас.
Он даже и не пытался изобразить какие-нибудь положительные эмоции. Вся мягкость исчезла, он казался нервным, на грани срыва. Короткими нервными шагами прошел передо мной через маленький двор, все время прикасался рукой к лицу, так же, как при первой встрече. Немного вспотел, глаза покраснели. Я заметила, что он не смотрит на меня, отворачивается, будто ему стыдно, подумала, что его, наверное, мучит потребность в наркотике, тоже смутилась и отвернулась.
– Ваш сад Адониса умер.
– Для этого он и выращивался.
– Конечно. Она не знает, что я возвращалась?
– Нет.
– Я и не думала, что вы скажете, все в порядке. Просто было интересно, не скажет ли она чего-нибудь о моем кузене.
– Ни слова.
Коротко, резко, прямой ответ на вопрос. Ну что же, Летман мог меня поблагодарить только за то, что я ушла в конце концов. И явно он так же мечтал избавиться от меня, как я уйти. Он прошел со мной от ворот до края плато и смотрел, как я двигалась вниз по тропе. Дойдя до переправы, я обернулась и увидела, что он еще стоит, будто проверяет, на самом ли деле я ушла. Я повернулась спиной к Дар Ибрагиму еще раз, и пошла по скользким камням.
Они теперь были чистыми и почти сухими, но вода обтекала их выше, чем в прошлый раз, и была совершенно красной. Красная кровь мертвого Адониса. Ветки, листья, цветы неслись в потоке и терялись в тени у берега. Две козы бродили, как потерянные, но мальчика не было заметно. Когда я уже дошла до берега, то увидела Хамида, на этот раз несомненно Хамида, который шел по тропе мне навстречу.
Мы встретились в тени фигового дерева, где еще три козы спали пыльной кучей. Когда приветствия истощились, я задала вопрос, который вертелся на моем языке с тех пор, как Насирулла принес кофе.
– Видели моего кузена утром?
– Нет. – Он улыбнулся. – Он очень похож на вас, правда? Я бы сказал, что вы родные брат с сестрой.
– Он вообще-то даже троюродный брат, но нас всегда принимали за близнецов. Семейное сходство очень сильно у Мэнселов. Не встретили белую спортивную машину по дороге от Бейрута? Или такую стоящую…
– Сегодня утром? На дороге видел только один черный автомобиль с водителем-арабом. И еще «Лендровер» с тремя отцами Маронитами<Марониты – приверженцы особой христианской церкви. Общины Маронитов возникли в V-VII веках в Сирии. Живут они, главным образом, в Ливане. Их название происходит от имени легендарного основателя Мар Марона. – Прим. пер.>. – Он с любопытством на меня посмотрел. – Я знаю машину вашего кузена, видел вчера. Вы имеете в виду, что он тоже был ночью во дворце?
Я кивнула.
– Значит, он, скорее всего, благополучно уехал до того, как его заметили. Уже легче… Хамид, обещайте никому не говорить. На самом деле даже бабушка не знает, что он там был. Мы виделись в воскресенье вечером, потом расскажу, но она сказала, что не примет Чарльза, и ему даже незачем приходить в Дар Ибрагим. Вы ведь знаете, что он вчера приехал из Дамаска и хотел меня увидеть, но река разлилась, поэтому мне пришлось остаться там еще на ночь. Частично из-за этого кузен придумал пробраться во дворец и самому посмотреть. – Я быстро пересказала основные факты: встречу в храме и планы взлома. – Поэтому я его впустила, и мы немного там побродили. Бабушку мы не видели, и кузен решил, что не стоит так ей навязывать свое общество, поэтому я отправилась спать, а он пошел к заднему выходу. Я просто надеялась, что он увел машину прежде, чем ее кто-нибудь заметил.
– Я-то ее точно не видел, – сказал Хамид, явно заинтригованный моей историей и твердо намеренный меня успокоить. – Это «Порш», да? Думаю, не стоит беспокоиться. По вашему описанию я понял, где он остановился, и, думаю, заметил бы машину, если бы она еще там стояла.
Разговаривая, мы поднимались вверх. Наконец-то я увидела то, что искала, – сгусток тени под деревом примерно в тридцати футах. Вокруг стояли и лежали полдюжины коз, жевали и смотрели на нас со скукой. Среди них улыбался лохматый фавн, скрестил ноги в пыли и жевал лист, задумчиво, как его козы.
– Вот и ты! – произнесла я.
– Я всегда здесь. – Это было сказано с такой комической простотой, что правда можно было поверить.
– Все в порядке, – сказала я немного озадаченному Хамиду. – Это просто козопас.
– Никогда его не видел. – Он с сомнением посмотрел на мальчика. – Если он заметил вашего кузена, мисс Мэнсел, вся деревня будет знать, что он ночевал в Дар Ибрагиме.
– Мне так не кажется. У меня есть ощущение, что этот ребенок не такой уж болтун-бездельник… В любом случае, если бы Насирулла знал, мистер Летман, наверняка, нашел бы что сказать мне утром. – Я крикнула фавну: – Ахмад, видел, как англичанин утром уходил из Дар Ибрагима?
– Да.
– В какое время?
– Сразу после рассвета.
– Значит, около четырех, – сказал Хамид.
– Получается, он еще немного там побыл, когда мы расстались. Интересно, зачем? Однако… – Я повернулась обратно к мальчику. – Он пошел вверх к деревне?
– Да. Он пошел забирать белую машину, которая была спрятана около дороги.
Хамид встретился со мной глазами, я засмеялась, он пожал плечами и отвернулся. Я спросила:
– Ты слышал, как он уехал?
Мальчик коротко кивнул и махнул рукой в сторону Бейрута. Я испытала совершенно неожиданное облегчение.
– Он с тобой говорил?
– Нет. Я был там. – Он махнул рукой в сторону недоступного скопления скал примерно в четверти мили. – Он вышел из ворот сзади дворца.
В его голосе не было любопытства, но он внимательно на меня смотрел. Я задумалась.
– А это было очень рано? Никого вокруг не было? – Кивок. – Никто его не видел?
– Никто, только я.
– И ты, наверняка, уже забыл, что видел его, Ахмад? И что была машина?
Быстро мелькнули белые зубы, так и не выпустившие зеленый лист.
– Я все забыл.
Я выловила несколько бумажек из сумки, но фавн не шевельнулся, хотя черные глаза неотрывно смотрели в мою сторону. Я задумалась. Совершенно не собиралась оскорблять его достоинство. Положила бумажки на скалу рядом с собой, взгромоздила на них камень, чтобы не улетели.
– Спасибо большее. Пусть с тобой будет Аллах.
Не успела я отойти на два шага, как сверкнули коричневые конечности, взметнулся маленький смерч пыли и бумажки исчезли в его грязной одежде. Достоинство, похоже, занимало второе место после здравого смысла.
– Козы их съедят, – объяснил мальчик старательно, а потом выпустил залп арабского, который Хамид, смеясь, перевел, пока мы шли по тропе.
– И благословение Аллаха будет на тебе и твоих детях и детях твоих детей, и на детях детей твоих детей и на всем приросте твоего дома…


Странно было обнаружить, что гостиница ничуть не изменилась, я, казалось, отсутствовала целый век, как спящая красавица. Даже дежурил тот же клерк. Он улыбнулся, поднял руку и что-то сказал, но я ответила:
– Попозже, – и пошла дальше мимо него. Только одна мысль присутствовала в голове – вылезти из этой одежды и погрузиться в великолепную горячую ванну, прежде чем я соглашусь разговаривать с кем бы то ни было и даже думать о Чарльзе.
Современный, лишенный характера и роскошно комфортабельный номер оказался раем. Я бросила свои жуткие тряпки на пол и забралась в воду. Пока я там сидела, дважды звонил телефон, а один раз стучали в дверь, но я безо всяких усилий все игнорировала, весело варилась в концентрированном растворе различных масел, потом вылезла, высушилась, оделась в самый прохладный туалет, который у меня был, бело-желтый, позвонила, чтобы принесли кофе и начала звонить кузену.
Но тут, в конце концов, меня поймал клерк, слегка раздраженный и, по-моему, довольный, что может меня разочаровать. Мистер Мэнсел отсутствовал. Да, действительно, он остановился в номере пятидесятом, но в гостинице его нет. Клерк пытался мне сказать об этом, пробовал вручить письмо мистера Мэнсела, но я не стала ждать… Потом он дважды звонил, но я не ответила. Письмо? Да, мистер Мэнсел оставил письмо сегодня утром, чтобы мне его передали, как только я приеду… Да, конечно, мне его уже посылали в комнату, когда я не ответила на телефонный звонок, он сам отправил мальчика с письмом. Дверь я тоже не открыла, поэтому он подпихнул письмо под нее… Оно лежало в коридоре, белое на голубом ковре, сияло, как сигнал тревоги. Я его схватила и понесла к свету.
Понятия не имею, чего я ожидала. Даже после прошлой ночи ситуация с бабушкой Ха виделась, как максимум, очень эксцентричной, но мое разочарование от того, что нельзя сразу увидеть кузена, было так велико, что я разорвала пакет с яростью, будто собиралась обнаружить там анонимное оскорбление или, по крайней мере, подделку. Но это, несомненно, писал кузен. Все было совершенно обычно, ничуть не восхитительно и привело меня в ярость.


Дорогая, ужасно жаль, так как ничего на свете я не хотел бы больше, чем где-нибудь устроиться с тобой, как только ты вырвешься оттуда, и все услышать. Особо мне интересно, отвел ли тебя Дж.Л. опять к бабушке Ха. Меня почти поймали, когда мы расстались. Бабушка Ха спустилась в подземный коридор вместе с девушкой, как раз когда я сходил со спиральной лестницы. Я вовремя спрятался, но чуть-чуть ее увидел. Как ты и говоришь, она достаточно активна и говорит девятнадцать слов, пока девушка произносит дюжину. Мне очень хотелось выскочить и поболтать с ней прямо там, но я побоялся, что они ослепли бы от ужаса, поэтому остался, где был, пока они не закрыли за собой дверь принца, а потом вышел. Все было спокойно. Подобрал машину и спустился, не встретив ни души. Не хотел идти в гостиницу на заре, поэтому позавтракал в кафе и позвонил в Алеппо, не могу ли я перехватить отца Бена. Мне сказали, что он отправился в Хомс, а сейчас уже находится в пути домой.
А сейчас ты на меня ужасно разозлишься, особенно после темных намеков ночью. Может, я был и неправ, кое-что, сказанное ей Халиде, многое объяснило. Скажу при встрече. Но осталась маленькая проблема, и единственный человек, способный мне помочь, – это отец Бена. Думаю, из дома он почти сразу уедет в Медину. Поэтому я отправился ловить его в Дамаске. Очень жаль, понимаю, что ты будешь в ярости, но вернусь, как только смогу, возможно, завтра или во вторник утром. Дожидайся меня и точи когти. Но очень тебя прошу, больше ничего не предпринимать. Только увеличь срок, на который сняла номер в гостинице, а когда я вернусь, будет очень весело. Я думаю, если моя идея сработает, я все-таки увижу бабушку Ха.
Любовь и один поцелуй. Ч.


Я перечитала письмо дважды, решила, что мои когти достаточно хороши и так, а Чарльзу повезло, что он проехал уже половину пути в Дамаск. Потом я налила себе кофе, села и потянулась к телефону. Безусловно, я полностью независима и всегда самостоятельно справлялась с собственными делами. Мне двадцать два года, и я происхожу из семьи, лозунг которой – безразличие. Мне вовсе не нужны совет и помощь, и мне, безусловно, не нравится бабушка Ха… Но было бы очень хорошо рассказать все папе. Просто для смеха, конечно. Я заказала разговор с Кристофером Мэнселом в Доме Мэнселов в Лондоне, принялась ждать, пить кофе, притворяться, что читаю, и поглядывать на голубое небо над небоскребами Востока.
Папин совет был короток и ясен:
– Жди Чарльза.
– Но папа…
– Ну а что ты хотела делать?
– Не знаю. Дело не в этом, он вывел меня из себя, он мог меня подождать! Очень на него похоже быть таким эгоистом!
– Определенно. Но если он хотел поймать отца Бена, то не мог себе позволить тебя ждать, нет?
– Но зачем? Кто такой отец Бена? Я думала, что если нужны полезные контакты, можно найти кого-нибудь в Бейруте.
Короткая пауза.
– Наверняка у него есть причины. Не знаешь, он там с кем-нибудь уже общался?
– Если только позвонил утром. Может быть, он и мог поговорить с кем-то после первого визита ко мне, но он этого не упоминал.
– Понятно.
– Мне нужно связаться с кем-нибудь из наших?
– Если хочешь… Но я бы пока оставил семейные проблемы на Чарльза.
– Он глава семьи? Интересные дела.
– Это заявление ничуть не хуже любого другого.
– Ну ладно. Во-первых, невозможно даже вообразить, с какой стати ему бросаться куда-то сломя голову, если его темные намеки ни во что не вылились.
– Ты мне прочла все письмо?
– Да.
– Тогда самая разумная вещь – перестать об этом думать. Мальчик, похоже, знает, что делает, а в одном пункте он особо четок.
– То есть?
– То есть, мой ребенок, не делай ничего просто от прилива крови к голове, просто потому, что Чарльз вставил тебе фитиль, – сказал мой родитель откровенно. – Забудь его, ходи на экскурсии, позвони ему вечером и разберись с ним. И не вздумай опять отправиться во дворец без него. Кристи?
– Я здесь.
– Усвоила?
– Усвоила. Черт тебя побери, папа, вы, мужчины, все одинаковые, вы все из каменного века. Я могу прекрасно за собой смотреть, и ты это знаешь. В любом случае, что не так? Почему я не могу опять поехать, если хочется?
– А хочется?
– Ну, нет.
– Тогда попытайся не быть идиоткой в большей степени, чем тебя создала Природа. Как у тебя с деньгами?
– Нормально, спасибо. Но папа, ты же не думаешь на самом деле…
Ровным металлическим голосом вмешался оператор:
– Ваше время кончилось, желаете продлить?
– Да, – сказала я четко.
– Нет, – сказал мой отец одновременно. – Иди, дитя мое, наслаждайся собой и жди кузена. Ничего я особенного не думаю, но предпочитаю, чтобы ты была с Чарльзом, вот и все. У него масса здравого смысла.
– Я думала, что он ужасно испорченный и живет только для собственного удовольствия.
– Если и это не говорит о здравом смысле, то я уж не знаю, что.
– А я?
– Господи, как ты похожа на мать.
– Благодарю за это Бога, – сказала я едко, расхохоталась и повесила трубку.
По какой-то абсурдной причине я почувствовала облегчение и развеселилась. Поэтому я решила заняться серьезным делом – как следует накраситься и подумать, что я хочу съесть.
С самого начала я планировала осматривать Бейрут лениво и в одиночестве. Действительно было бы идиотизмом раздражаться, что так и получилось. В любом случае, ничего не оставалось делать. Я отправилась путешествовать.
В Бейруте грязно, много народу и романтики не больше, чем в пригородах Лондона. Хотя я недавно и гостила в Дар Ибрагиме, то, чего я предварительно начиталась, заставляло ожидать чего-то необыкновенного. Вынуждена доложить, что ничего интересного не произошло, только я влетела в кучу несвежей рыбы и поломала босоножку. Я чуть не купила огромные бусы из бирюзы, а потом почти решила открыть банковский счет, как у Халиды, такими симпатичными были многочисленные тонкие золотые браслеты, нанизанные на проволоки в витринах. Но я поборола свои порывы и пришла на площадь Мучеников с очень жалкими покупками – тюбиком крема для рук и огромной бусиной из бирюзы с золотом для «Порша» Чарльза. Только потом я вспомнила, что очень на него сержусь, и чем скорее на него подействует дурной глаз, тем лучше, я получу удовольствие, если даже вообще никогда ничего от него не услышу.
Уже темнело. Возможно, он приехал в Дамаск и уже позвонил… Я поймала такси и скоро остановилась в нескольких ярдах от своей гостиницы.
Первым человеком, которого я увидела, был Хамид, грациозно прислонившийся к стойке и беседующий с клерком. Это был уже новый клерк, но Хамид мне улыбнулся через фойе, сказал что-то этому человеку, и, не успела я подойти, как он уже проверил мою ячейку и завертел головой. Никаких посланий. Лицо, должно быть, выдало меня, потому что Хамид быстро спросил:
– Ждали чего-то важного?
– Только от кузена. Не видела его с прошлой ночи.
– Да? Его не было, когда мы вернулись утром?
– Уехал в Дамаск. Меня ждало письмо. Ему пришлось уехать рано. Я подумала, что он, может, уже приехал туда и позвонил… Да? – Это клерку, который вдруг прервал разговор с печальным арабским джентльменом в красной феске и попытался привлечь мое внимание.
– Извините, мисс Мэнсел, я слышал, что вы говорили, и подумал, что, возможно, произошла ошибка. Звонок из Дамаска был, раньше. Мне показалось, что просят мистера Мэнсела, но, может быть, сказали мисс? Мне очень жаль.
– Но даже если это было и мне, то меня не было, – сказала я разумно. – Я только что вошла. В какое время?
– Недавно, может быть, с час. У меня только началось дежурство.
– Понятно. Спасибо большое, может, это и был нужный мне звонок. Не волнуйтесь, это неважно, если это он, то позвонит еще раз. Полагаю, он не оставил номера?
– Не думаю, но проверю. – Он вытащил из ячейки Чарльза листок бумаги и вручил мне. Там только было написано, что имел место звонок из Дамаска в пять ноль пять. Ни имени, ни номера.
Я отдала его обратно.
– Ну что же, думаю, что сегодня больше из гостиницы не выйду. Поэтому, если он опять позвонит, вы меня соедините, правда?
– Конечно. Сразу же сообщу на коммутатор. – Он поднял телефонную трубку и заговорил на арабском.
– Если бы вы знали, где он остановился, – сказал Хамид, – могли бы позвонить ему сами, прямо сразу.
– В том-то и дело. Боюсь, что не знаю. Он поехал к другу, а я совершенно забыла фамилию, даже не помню, слышала я ее раньше или нет, хотя, наверное, должна была. Я даже была в этом доме, но адреса не представляю. – Я засмеялась. – Можно выяснить, если сделать довольно много звонков… У них есть связи в Бейруте, а зять его отца – министр внутренних дел.
– А полиция, между прочим, – жизнерадостно заявил Хамид, – запросто могла бы его найти. Хотите, спрошу?..
– Нет, нет, не беспокойтесь. Лучше не буду никому мешать. Кузен сам позвонит.
– Он вернется в Бейрут?
– В среду или четверг, он не был уверен.
– Мисс Мэнсел, – заговорил клерк, – очень удачно. Позвонили опять, как раз во время моего разговора с коммутатором. Зовут мистера Мэнсела, но когда узнали, что его нет, попросили позвать вас. Сейчас он на линии.
– Значит, это не кузен? Хорошо, куда мне подойти?
– Вот в ту будку, если не возражаете.
Будка оказалась открытым сооружением, про которые говорят, что они не пропускают звука, если сильно наклониться вперед. Но на самом деле, они – широковещательный шедевр, что-то вроде галереи шепотов в храме Святого Павла. Прямо рядом с будкой две англичанки обсуждали руины Библоса, группа американцев беседовала о пище, а французский юнец вертел ручки транзистора. В соседней со мной будке араб с печальным лицом гудел на арабском, похоже, добивался нужного ему соединения. Я заткнула рукой свободное ухо и попыталась что-нибудь услышать.
Звонил Бен, в диком шуме прошло какое-то время, пока мы начали друг друга понимать, а потом он заговорил решительно и несколько удивление:
– Чарльз? Здесь? Но пока его в любом случае нет. Когда он выехал?
– Не представляю, но рано. Он не звонил?
– Нет. Безусловно, буду очень рад снова его увидеть. Он не мог подождать и взять вас с собой?
– Это было бы прекрасно, но, как я поняла, он о чем-то очень срочном хотел поговорить с вашим отцом и старался наверняка его поймать.
– По этому поводу я ему и звоню. Отец приедет домой завтра, мы ждем его к обеду. Я обещал дать Чарльзу знать.
– Но он определенно сказал… Ну, значит, неправильно понял.
– Что случилось?
– Да ничего. Извините. Я нахожусь в фойе гостиницы, здесь ужасный шум. Просто Чарльз, кажется, перепутал дни, он думает, что ваш отец вернется сегодня. То есть в конце концов мог подождать и не ставить меня в такое положение. Послушайте! Не хочется вас беспокоить, но вы не могли бы попросить его позвонить, как только он появится?
– Конечно, скажу. Вы не волнуетесь, нет?
– Ни капельки. Я бешусь.
Он засмеялся.
– У меня возникла идея. Я мечтал вас увидеть и знаю, что отцу это тоже доставит удовольствие, поэтому почему бы вам не приехать и не присоединиться к Чарльзу тут? Пробудете здесь два-три дня, я сам покажу вам Дамаск, а если Чарльз никогда не появится, то и тем лучше. Как насчет этого?
– Звучит очень соблазнительно.
– Ну так почему бы и нет? Искушения затем и нужны, чтобы им поддаваться. Приезжайте. У вас есть машина?
– Я… Нету, я нанимала. Знаете, мне действительно очень хочется. Если вы уверены…
– Конечно, уверен. Будет прекрасно увидеть вас у себя. Жаль, что до сих пор вас не видел, и точно знаю, что встреча с вами доставит отцу удовольствие. Значит, договорились! Мы вас будем ждать. Удалось увидеть леди Ливана?
– Леди… Ой, забыла, что вы об этом знаете. Да, мне удалось, а Чарльзу нет. Сказать по правде, он немного на этом зациклился, и есть какие-то осложнения, о которых он и хочет поговорить с вашим отцом. Он устроил из этого какую-то тайну. У нас тут были настоящие приключения, но лучше не буду вам рассказывать по телефону.
– Вы меня заинтриговали. Надеюсь, вы не имеете в виду никаких неприятностей?
– Нет, нет, но он, похоже, подумал, что там что то не так. Сразу начал темнить, а теперь исчез и не сказал ни слова, и поэтому я так на него разозлилась.
Он засмеялся:
– Я его предупрежу.
– Будто ему не все равно!
– Ну, мы вместе выбьем из него эту дурь. Мне очень интересно послушать про Дар Ибрагим. Значит, увидимся завтра? У вас есть адрес?
– Господи, нет! Что вы должны обо мне думать! Полминуты, у меня есть карандаш, если вы подиктуете… Мистер кто? Спасибо. И номер телефона, просто на всякий случай. Да, поняла. Сейчас прочту для верности… Хорошо. Прекрасно, мой водитель наверняка найдет. Вы просто замечательно все придумали. Время приезда имеет какое-нибудь значение?
– Ни малейшего. Будем вас ждать и на этот раз покажем настоящий Дамаск.
Разговор, который наверняка подслушивали на границе, с жутким ревом и треском резко прервался. За моей спиной английские леди перешли к обсуждению руин Крак де Шевалье, американцы продолжали обсуждать пищу, а араб приник к трубке и мрачно на меня смотрел. Я улыбнулась ему и покинула будку.
Хамид так и стоял у стойки. Клерк поднял голову:
– Не тот звонок?
– В некотором роде. Это люди, к которым кузен собирался заехать в Дамаске. Говорят, его еще нет. Он может позвонить позже, когда приедет.
– Вас соединят, – пообещал он.
– Спасибо, – я повернулась к Хамиду, – Вы заняты завтра?
– Пока нет. Я вам нужен?
– Можете отвезти меня, пожалуйста, в Дамаск? Я сама к ним поеду. Имя – Сифара, а вот адрес. Сумеете найти это место?
– Безусловно.
– Я не буду возвращаться в тот же день, но, конечно, оплачу обратный путь.
– Вы мне уже оплатили намного больше, чем я сделал. Нет, не беспокойтесь, я найду пассажира в одну сторону от Дамаска до Бейрута. Это совершенно обычно, мы делаем это каждую неделю. В какое время приехать за вами утром?
– В десять, пожалуйста.
– А если позвонит кузен?
– Пусть себе звонит. Мы все равно едем в Дамаск.
Но ночью Чарльз не позвонил.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Гончие Гавриила - Стюарт Мэри



Советую прочитать. Очень оригинарльный сюжет.На фоне большинства муси-пуси этой библиотеки очень выделяется литературным языком, динамичностью повествования и,хоть действие происходит на востоке,никаких тебе гурий и набобов.
Гончие Гавриила - Стюарт МэриТатьяна
9.01.2013, 9.24





А мне показался пресненьким: одни описания, диалогов мало, не прослеживается любовная линия ГГ; вся их любовь как на ладони : она вспоминает как в детстве с кузеном мылась в ванной, затем он ее поцеловал, признался в любви и попросил согласия отца,вот и вся любовь. Не увлекает - оценка 0.
Гончие Гавриила - Стюарт МэриЛала
12.12.2013, 11.37





Неплохо. Меня увлекло и даже очень. А постельные страсти тоже знаете-ли утомляют. Легко читается .10
Гончие Гавриила - Стюарт МэриЯна
25.11.2015, 17.52





Неплохо. Меня увлекло и даже очень. А постельные страсти тоже знаете-ли утомляют. Легко читается .10
Гончие Гавриила - Стюарт МэриЯна
25.11.2015, 18.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100