Читать онлайн Жемчужная луна, автора - Стоун Кэтрин, Раздел - ГЛАВА ПЕРВАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Жемчужная луна - Стоун Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.94 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Жемчужная луна - Стоун Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Жемчужная луна - Стоун Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стоун Кэтрин

Жемчужная луна

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ПЕРВАЯ

«Нефритовый дворец»
Четверг, 8 июля 1993 г.


– Привет!
Сэм подкрепил свое приветствие, обращенное к вошедшей в его офис Мейлин, радостной улыбкой. Он не видел ее с вечера на Пике, – с профессиональной точки зрения, в этом не было потребности, при рытье котлована архитектор не нужен. В принципе, этого не требовал и процесс, начавшийся сегодня: заливка бетоном вбитых в почву стальных опор, чтобы сформировать фундамент, способный простоять вечность и выдержать удары как политических, так и природных сил.
Так что никакой профессиональной потребности в появлении Мейлин на стройке сегодня не было, и тем не менее Сэм попросил ее прийти. Он успокоил ее, что ничего не случилось, однако, сказав ему «хелло», она стала обеспокоенно расспрашивать его об обстановке на стройке.
– Что случилось?
– Ничего особенного. Сами видите, у нас все продвигается отлично.
– Да. – Мейлин подошла к окну, хотя заранее знала, что увидит; она видела это из офиса Джеймса, из своего окна, а также могла судить по тому, что с неба не пролилось еще ни капли дождя.
– Так вы опережаете график? – спросила она.
– Существенно опережаем. Как и вы.
– Я просто не хочу отставать от вас.
– Мне еще долго не потребуются чертежи, что вы прислали мне накануне, – успокоил ее Сэм. – Ну, а помимо ударной работы, как ваши дела, Мейлин?
– Отлично, – солгала Мейлин, не оборачиваясь к нему, вперив взор в яму в раскаленной земле.
На самом деле, никогда еще она не чувствовала себя более угнетенной, более измученной противоречивыми желаниями. Она вернулась в Гонконг, надеясь, что сможет встретиться с матерью после того, как будет построен «Нефритовый дворец», но эта перспектива пугала ее.
Ее подстерегали и другие опасности.
Иногда она просыпалась, разбуженная странными и ускользающими снами, и у нее появлялось странное и почти непреодолимое желание пройти к сестре, поговорить с ней. «Ты моя сестра, Алисон, сестра! Я знаю, что тебе трудно поверить в это. Ты ведь такая светлая, а я – темная, и если ты отвергнешь меня, я пойму. Но… я просто хотела сказать тебе, что я горжусь тобой, очень горжусь».
А иногда какая-то сила, притаившаяся в глубине души, подталкивала ее встать и пойти посмотреть на Ковбоя; может быть, он так же одинок и несчастен, как она? «Привет, Ковбой! Это я. Ты не хочешь узнать еще кое-что о драконах Гонконга? Ты ведь так интересовался ими, когда мы с тобой стояли на набережной? Интересовался драконами – и мной. Я знаю, потому что мне приходилось отворачиваться от твоих ласковых взглядов. Эта ласка пугала меня. Но теперь… я стала смелее».
Мейлин перестала доверять своей способности хранить боль в себе. И именно поэтому она старалась избегать как сияющих изумрудных глаз, так и соблазнительных голубых.
Однако этим утром, совершенно случайно, еще до встречи с Сэмом, она столкнулась с Алисон. Мейлин шла в Башню, а Алисон выходила из нее; ее глаза сияли от предвкушения поездки на Блэк Пир, чтобы познакомиться с одной из самых экзотических традиций Гонконга, практикой древнего искусства тай цзи, которым занимались в парках и у кромки воды пожилые китайцы.
У них состоялся бурный, но какой-то бестолковый разговор, словесные взрывы перемежались долгим молчанием. Они говорили о погоде, о том, как хороша она для стройки, и как они заняты, что обеим не хватает двадцати четырех часов в сутках. Казалось, они ищут объяснение и извинение тому, что до сих не встречались друг с другом. И как раз в момент расставания Мейлин заметила в глазах Алисон твердую решимость; казалось, еще секунда – и она скажет, что несмотря на всю занятость, им непременно нужно чаще встречаться.
Но Мейлин так и не узнала, хотела ли Алисон сказать именно это. Она уже приготовилась ответить согласием на любое предложение Алисон, но вдруг в ней заговорила осторожность: ты же знаешь, о чем вы собираетесь говорить? О счастливом детстве Алисон, ее любящем отце? А может быть, Алисон поделится с тобой своим жизненным оптимизмом, своей верой в то, что каждый человек всегда должен быть добрым и никогда злым…
И прежде чем Алисон смогла вымолвить хоть слово, Мейлин торопливо сказала, что ей пора идти, она должна еще записать кое-какие мысли, которые обсудит за завтраком с Джеймсом. Сестры расстались, но Мейлин еще несколько часов переживала это событие; тут в ее офис позвонил Сэм и попросил приехать к нему.
И вот она у него. Она переживала одновременно желание и страх: а вдруг именно Сэм Каултер обладает одновременно ключом к спасению ее сердца и рецептом его полного уничтожения.
Мейлин тихо вздохнула, и если до этого она не знала, что победит – страх или надежда, – то вдохнув хорошо знакомый запах, поняла: победил страх.
Повернувшись от котлована к Сэму, она бросила взгляд на сигарету в его руке.
– Ну ладно, своих легких вам не жалко, но неужели нельзя подумать о моих? Научные данные подтверждают, что косвенное курение тоже опасно для здоровья.
Сэм старался не курить при посторонних. Если бы он не был так захвачен ее глазами, сменой настроений в их глубине, он давно бы затушил сигарету. Несмотря на то, что окурок начинал обжигать его пальцы, он совсем забыл про него. Его притягивал совсем иной жар – жар сияния ее нефритовых глаз.
– Давайте заключим сделку, Джейд, – мягко ответил он, – если вы согласитесь отказаться от одной из своих самоубийственных привычек, я немедленно и навсегда брошу курить.
Мейлин собралась уже дерзко бросить: «Одну из моих самоубийственных привычек?»
Но тут же поняла: да, у нее немало таких привычек, и очевидно, что Сэм тоже понимает это.
– Вы даже не спрашиваете, какую именно? – протянул он, словно не замечая, что огонек сигареты подбирается уже к его пальцам. – Но мне все-таки хотелось бы знать, какую косвенную пользу я получу, когда брошу курить.
– Косвенную пользу? – торопливо откликнулась Мейлин, поняв, что он не собирается тушить сигарету, пока они не заключат сделку.
Мне бы хотелось почаще видеть вашу улыбку, а не сердитый взгляд. Так что если вы откажетесь от того, что заставляет вас сердиться на меня, даже когда я не курю, буду очень рад этому.
Если бы перед ней был кто угодно еще, Мейлин гордо задрала бы подбородок и отбрила бы его: «Вы полагаете, во мне есть что-то самоубийственное, что заставляет меня сердиться на вас? А вы не слишком самонадеянны? Вам не кажется, что причина моего раздражения – только вы?» Но Мейлин не стала говорить всего этого, потому что отлично понимала: он прав, она сердится на него только потому, что хотела бы знать, как это, быть им любимой?..
В его голубых глазах не было и тени тревоги, хотя его кожа наверняка уже начала тлеть…
– О'кей! – воскликнула она. – Я согласна!
Но Сэм не стал тушить окурок. Вместо этого он медленно и спокойно приказал:
– Тогда улыбнитесь, пожалуйста!
Мейлин подчинилась его команде, и ее неуверенная улыбка превратилась в улыбку облегчения, когда он наконец потушил окурок.
– Вот так лучше, – спокойно сказал Сэм.
Он по-прежнему не отрывал от нее глаз, не глядя на обоженное место: на него он сможет посмотреть позже. Сэм знал, что там останется шрам, вечное напоминание о том дне, когда он отнял у демонов разрушения их последнее оружие. Сэм уже ощущал их бешенство и их угрозу: так просто ему это не пройдет. Они найдут другой способ расправиться с ним. Они уже сейчас перенеслись из его легких в его сердце, чтобы залечь там в ожидании момента, когда можно будет нанести ему удар из-за его чувства к Мейлин.
– У меня есть… – продолжил он было, но тут в офисе неожиданно появился Чжань Пэн.
Прораба «Нефритового дворца» с обеих сторон поддерживали его сыновья, тоже работавшие в его бригаде. Всего лишь час назад все они были совершенно одинаковы – загорелые, жилистые, какие-то несокрушимые. Теперь же Чжань Пэн позеленел и, казалось, находился на грани жизни и смерти.
Сыновья подставили отцу стул, и Сэм с Мейлин бросились к нему.
– Пэн? – встревоженно спросил Сэм. – Что случилось?
– Я не знаю, – затряслась его склоненная голова. – Должно быть, пищевое отравление.
Сэм хотел вызвать «скорую», но Пэн категорически отказался. Он сказал, что сыновья отвезут его домой, а его жена прекрасно знает средства народной медицины от отравления.
Сэм не стал спорить с больным и повернулся к его сыновьям.
– Если ему не станет лучше в ближайшее время, нужно будет вызвать врача.
– Обязательно, – торжественно пообещал старший сын и вместе с братом поднял отца на ноги.
Перед тем как уйти, Чжань спросил:
– Вы сможете обойтись без меня, Сэм?
Сэм улыбнулся в ответ:
– С трудом. Но заливку бетоном я, наверное, смогу проконтролировать. Скорее возвращайтесь, Пэн, дальше будет сложнее.
– Я вернусь, – пообещал тот.
После того, как сыновья осторожно вывели больного отца наружу, Мейлин сказала:
– Мне лучше вернуться. Вам теперь придется заняться цементом.
– Его пока смешивают. Кроме того, не могу же я отпустить вас, не объяснив, зачем я на самом деле заманил вас сюда.
– Действительно, зачем?
– Я приготовил вам подарок. Не самый роскошный, – успокоил он ее, увидев, как Мейлин вздрогнула, – скорее, это суровая необходимость, а не подарок, – то, что вам всегда придется иметь с собой, когда вы мне будете нужны постоянно.
«Будете нужны постоянно». Сэм сказал это между прочим, как бы имея в виду обычные отношения главного инженера и архитектора, но сказал так нежно, что можно было понять, что он имеет в виду нечто большее, чем проблемы «Нефритового дворца». Сэм наблюдал за ее реакцией на его слова: сначала это была надежда, словно она хотела, чтобы он нуждался в ней постоянно… и вдруг в ее глазах появилось отчаяние, словно Мейлин была уверена, что она осуждена всех разочаровывать.
Сэм с трудом подавил в себе желание сказать ей, что она никогда не разочарует его. Его остановила мысль о правиле, которое он сам установил для себя: строительство этого самого важного в его жизни объекта должно вестись постепенно и осторожно. Он не может позволить себе спугнуть ее.
Мягко улыбаясь, Сэм наклонился и поднял из-за стола подарок.
– Коробку я подыскал в Гонконге, но ее содержимое – из Сан-Антонио.
Приняв из его рук красную картонную коробку, Мейлин спросила:
– Наверное, вы что-то читали о китайских обычаях, Ковбой?
– Точно, мэм, – подтвердил он, довольный тем, что она, кажется, не обиделась и даже рада тому, что он взял на себя труд прочитать о том, как принято дарить подарки в Китае, хотя она – китаянка всего наполовину.
– В моем источнике сказано, что подарок должен быть завернут в красное, так как этот цвет символизирует счастье и удачу.
– Да… спасибо.
– Не за что. В моей книге сказано, что обычно тот, кому дарят, не разворачивает подарка в присутствии дарителя, чтобы не потерять лица в случае конфуза. Однако возможно, чтобы даритель, если ему хочется, предложил открыть подарок в своем присутствии. Это верно?
– Из вас получился неплохой читатель.
– Итак, Джейд, распакуйте их.
– Их?
В ее глазах снова появилась тревога: что такое он дарит ей? И беспокойство: почему он хочет проследить за ее реакцией? Сэм заранее начал давать объяснения:
– Подогнанная пара, сделано на заказ, ручная работа; учитывая приближение сезона дождей, незаменимая для хождения по грязи, а также по строительным лесам и балкам. Начиная с сентября нам с вами предстоит каждый день проделывать все это, пока «Нефритовый дворец» не станет таким, каким мы хотим его видеть. Итак, вскрывайте!
Разумеется, это была пара ковбойских сапог. Такие же рыжие, как у него, только новехонькие.
– Какой прекрасный подарок, Сэм!
– И самое главное, практичный. И, надеюсь, нужного размера. Я взял на себя смелость измерить ваши отпечатки после вашего первого посещения площадки.
– Неужели?
– Именно. К ним прилагаются носки, которые носят для удобства ковбои – и ковбойки.
– Думаете, у меня есть надлежащие задатки?
– Уверен, – спокойно ответил Сэм. – Когда-нибудь вы станете моей ковбойкой. Если захотите.
На какой-то чудесный миг ее глаза осветились ярким светом, и она ответила так нежно, как могла:
– Да, пожалуй, теперь мне хотелось бы стать.


Когда Тайлер заметил ее из окна своего офиса, он решил, что это ожившая мечта. Последние несколько недель он часто стоял у этого окна, созерцая перспективу залива Виктории и, поднимая взор выше, к Замку, думал о ней, тревожился о ней, надеясь, что она счастлива в браке, и подозревая, что это не так.
«С чего ты взял? – в тысячный раз спрашивал он себя. – Разве ты видел более внимательного мужа, чем сэр Джеффри? Никто не сомневается, что он обожает ее. Тогда почему у Ив, когда она полагала, что никто не видит ее, был такой печальный вид, словно ее гнетет какое-то горе?»
Тайлер надеялся, что сможет увидеть ее снова. И вот леди Ллойд-Аштон здесь, так далеко от своего Замка, стоит на краю залива, наблюдая за суетой на причале «Гран При». Разгружали «Ле Ман», новое приобретение в составе океанских фрейтеров Тайлера. С удивительной легкостью мощные краны выносили из его недр огромные – каждый величиной с вагон – красные, зеленые, оранжевые контейнеры.
Ив ничего не грозило. Собственно, она стояла не на самом причале, а на примыкающей к нему эспланаде, где заканчивалась почти двухмильная освещенная фонарями дорожка, можно было любоваться признанными достопримечательностями Гонконга: Башней Виктории с часами, Культурным центром с замысловатой черепичной крышей, строительством «Нефритового дворца», отелем «Риджент», торговым центром «Новый мир» и наконец, Восточным паромным причалом Цзинь Ша Цзуй.
Эта дорожка была популярным местом прогулок, отсюда открывались великолепные виды. На рассвете, по холодку, тут собирались любители физических упражнений – от местных жителей, совершающих грациозные размеренные движения тайцзи, до иностранных приверженцев бега трусцой. По вечерам, в туманном свете фонарей, дорожка принадлежала романтически прогуливающимся влюбленным.
Однако в дневную жару дорожка была чаще всего пуста, и практически никто, кроме Тайлера, жившего в «Риджент» и ходившего по ней на работу, не доходил до ее дальнего конца, где начинались доки и причалы.
Но в этот июльский день тут оказалась леди Ллойд-Аштон – одна, укрытая ото всех, кроме него.
Уже начиная со второй недели их брака с Джеффри принцесса из Замка-на-Пике появлялась на публике каждый понедельник и четверг, независимо от того, как сильно болели ее тело или душа. Джеффри считал, что два раза в неделю – наиболее приемлемая частота, обеспечивающая должный компромисс между необходимостью сохранения царственной таинственности и светскими приличиями.
Иногда в такие дни Ив просто бродила по городу, заходя в храмы и церкви, посещая музеи, но чаще всего ее путь был предопределен Джеффри: «Ив, отправляйся на Нефритовый рынок, купи какую-нибудь безделушку, небольшую, но обязательно подлинную. Не советую огорчать меня».
«Тебе нужно встретиться с женой губернатора у «Пьеро» в час. Не опаздывай, и если будет поднята тема воспитания детей, ты должна высказаться в пользу домашнего воспитания с гувернанткой».
«В три тебя ждет доктор Кингсли. Тебе снова пора вернуться к противозачаточным пилюлям. Надо выяснить, как избавиться от сильных головных болей».
Ив была рада, что Джеффри настаивал только на двух днях; за исключением работы в госпитале и примерок в «Жемчужной луне», она не могла думать об этих выходах без отвращения и страха. К ней, разумеется, всюду относились хорошо, но Ив терпеть не могла быть выставленной на всеобщее обозрение, словно кукла, и жила в постоянном страхе совершить какой-нибудь неправильный поступок, который рассердит мужа.
В том, что Джеффри непременно узнает об этом, она не сомневалась: за каждым ее шагом наблюдало пять миллионов пар восхищенных глаз. Все ее появления фиксировались репортерами местной прессы, а затем в малейших подробностях расписывались в колонках светской хроники. С самого начала сэр Джеффри распорядился, чтобы все статьи и фотографии его принцессы предъявлялись ему и публиковались только по его разрешению. Это было серьезное нарушение свободы гонконгской прессы, однако когда приказывает самый могущественный человек города, ему подчиняются даже журналисты.
Таким образом, только в госпитале и с Джулианой Ив находила отдушину в этих отлучках; и вот сегодня она нашла это место на дальнем конце залива… оно тоже показалось Ив безопасным убежищем.
– Леди Ллойд-Аштон?
Ив повернулась.
– Мистер Вон?
– Подумываете о том, как отсюда улизнуть? – Это была невинная шутка, но она смутилась так, словно и в самом деле подумывала о бегстве. Тогда он спросил уже серьезным и более мягким тоном: – Вы часто бываете здесь, леди Ллойд-Аштон?
– В первый раз. У меня был ленч в «Пининсуле», а потом я решила посмотреть на стройку, а потом… Я просто шла и шла. – Она пыталась объяснить свое появление здесь простой случайностью. Посмотрев ему в глаза, она тихо попросила: – Зовите меня Ив.
– А вы зовите меня Тайлер. Ив – это сокращение от Иванджелин?
– Нет, просто Ив. – В ее блестящих глазах промелькнуло выражение надежды. – Но я бы не возражала против Иванджелины.
– Я тоже. Мне кажется, это вам подходит.
– Спасибо, – тихо поблагодарила она.
Она снова смутилась, словно идея называться Иванджелиной дало ей право надеяться на что-то; но потом она поняла, что для нее существует только имя Ив.
– Сегодня вы не работаете в госпитале?
– Нет, только по утрам в понедельник.
Вспомнив презрительное замечание Синтии о том, что для леди Ллойд-Аштон работа в госпитале – просто показуха, Тайлер спросил:
– Вам нравится эта работа?
– Да, конечно. – Смущение прошло, и ее глаза наполнились радостью. – Я бы работала там каждый день, если бы… – Ив вдруг замолчала.
«Если бы что? – удивился Тайлер. – Если бы твои дни не были наполнены более важными вещами, вроде ленчей и файф-о-клоков с другими гонконгскими тай-тай?
Нет, – решил он, посмотрев в ее глаза, – редкие светские встречи приятней для нее, чем дежурства в госпитале».
И вдруг ему пришла в голову другая, потрясающая мысль: «Если бы ты была моей женой, Иванджелиной, и если бы что-то доставляло тебе радость, я перевернул бы небо и землю, чтобы предоставить это тебе».
Моей женой. До этой секунды это словосочетание отсутствовало в словаре Тайлера Вона. Но теперь, и только из-за нее, он внес его туда. Очень тихо и нежно он спросил:
– Что «если», Ив?
Возможно, именно из-за этой нежности, звучавшей в его голосе, возможно, потому, что она прочла его необычную и запретную мысль, Ив внезапно отвернулась к заливу, чьи воды уже позолотили лучи заходящего солнца.
Ей пришлось отвернуться, потому что… потому что ей захотелось внезапно признаться ему во всем, рассказать все стыдное и мучительное.
«Что, если так и сделать?» – подумала она. Что, если признаться Тайлеру, что она нужна Джеффри только как напоминание о прекрасном и дерзком призраке? Что ему наплевать на ее душу? Что он никогда не думает, что у нее на сердце? Что тогда?
«Ничего, – ответила Ив сама себе. – Ничего, ровным счетом ничего… потому что Джеффри никогда не отпустит меня».
– Уже поздно, – тихо сказала она, глядя на золото волн. «Слишком поздно для меня и для нас». Повернувшись к нему, но избегая его взгляда, Ив сказала – Мне пора. Я рада была снова встретить вас, Тайлер.
– И я рад видеть вас, Ив.
Ив повернулась и пошла по дорожке. Тайлер следил взглядом за ее путешествием назад в Замок… к человеку, который, похоже, не очень заботится о том, чтобы она была счастлива. Она шла, высоко подняв голову, и ее походка была безупречна и царственна. И тем не менее казалось, что она чем-то придавлена и напрягает все силы, чтобы удержаться от падения.
– Иванджелин!
Это был, наверное, шепоток вечернего ветра, наполненный тропическим зноем.
На какой-то краткий миг все замерло: золотистые волны, легкий бриз и его бешено стучавшее сердце. Потом она повернулась. Тайлеру показалось, что это движение было таким же замедленным, как распускание нежного цветка под ласковыми лучами солнца.
– Вы могли бы отправиться прогуляться со мной на яхте?
«Разве я могу? – поразилась она. – Осмелюсь ли я на такое?»
– Когда?
– В любое время, – ответил Тайлер, шагнув к ней, пересекая границу запретного, не желая оставаться на этой стороне границы. – Сегодня, завтра, в любой день. Когда вам удобно.
Тайлер заметил в ее глазах ту же драму, что и тогда, во время ужина, когда Джеффри сказал, что Ив хотела бы полететь вместе с Алисон – но, к сожалению, не в состоянии.
– Вы ведь не боитесь летать?
– Нет.
– Он просто не хочет, чтобы вы отправились в полет с кем-либо?
– Да, он не хочет.
– Иванджелин, я хотел бы, чтобы вы отправились со мной на яхте. Мы будем летать над волнами.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Жемчужная луна - Стоун Кэтрин

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

Ваши комментарии
к роману Жемчужная луна - Стоун Кэтрин



Основа сюжета такая же как у "Близнецов"(про проблемы богатых и красивых),но не хватило накала страстей,все как то в миг полюбили друг друга и даже не ссорились.Интересно было читать про Гонконг.7/10.
Жемчужная луна - Стоун КэтринОсоба
25.06.2014, 17.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100