Читать онлайн Тайные судьбы, автора - Стоун Джин, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайные судьбы - Стоун Джин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайные судьбы - Стоун Джин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайные судьбы - Стоун Джин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стоун Джин

Тайные судьбы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

У Чарли был способ помочь Марине. Возможно, ей самой он грозил гибелью, но Чарли не собиралась отступать.
Чарли сняла телефонную трубку и вспомнила то прошлое Рождество, когда они были второкурсницами. Все предстало перед ней, как будто это было вчера: чулок с надписью «Папа», и в нем в самом низу кольцо с сапфиром и бриллиантами. Добрый поступок принцессы, который спас их семью. Чарли набрала номер Питера в Гарварде.
– Я думал, что уже никогда не услышу твой голос, – сказал он.
У Чарли задрожала рука, сжимавшая трубку. Голос Питера был таким же, как если бы они говорили с ним накануне.
– Я... – начала она и остановилась. Напрасно она ему позвонила. Наверное, теперь он встречается с другой девушкой, более подходящей для семьи Хобартов и способной дать отпор Элизабет. Но тут Чарли вспомнила о Марине. – Я скучаю по тебе, Питер, – сказала она.
Молчание, длившееся всего секунду, показалось ей вечностью.
– Боже мой, Чарли, – наконец простонал Питер. – Как мне без тебя плохо.
Слезы хлынули у нее из глаз, но она продолжала твердить себе: «Ты поступаешь правильно, Чарли. Ради этого стоит пойти на риск».


Питер приехал на машине из Бостона и ждал Чарли после последней лекции в четыре часа. Они молча подошли к его черному «корвету»; он открыл дверцу, и Чарли села на переднее сиденье. Она откинулась на кожаную спинку, закрыла глаза и вдохнула запах автомобиля, запах Питера, так хорошо знакомый ей после стольких ночей и уик-эндов, проведенных вместе.
Питер сел за руль и захлопнул свою дверцу. Он хотел вставить ключ в замок зажигания и остановился. Повернулся к Чарли, его карие глаза были полны любви. Он протянул к ней руки, и она упала в его объятия. Они сидели обнявшись, Чарли плакала и не могла остановиться.
– Я не понимаю, почему был с тобой таким жестоким. Я очень раскаиваюсь.
– Нет, Питер, это моя вина. Я тебя подталкивала, а ты еще не был готов.
Он осторожно коснулся ее мокрой щеки.
– Я вел себя как болван. Ты можешь меня простить?
Чарли, улыбаясь, кивнула, все еще не веря, что это происходит наяву. Исполнялись ее мечты, а она все еще не могла поверить.
– Так каковы наши планы? – спросил он.
– Не знаю. Мне кажется, все зависит от тебя.
– Как это от меня? Каким образом? Не могу же я силой тащить тебя в семью, которую ты считаешь по меньшей мере странной?
– Странной? Что ты хочешь сказать? – Чарли не понимала, что Питер подразумевал под словами «странная семья».
– Мы для тебя недостаточно хороши, Чарли. Я имею в виду себя и свою мать. Мы для тебя недостаточно хороши.
– Питер, ради Бога...
– Для моей матери важны одни деньги. А ты достойна значительно большего. Ты достойна великой любви.
– Питер, я люблю тебя.
– И я люблю тебя, Чарли. Но моя мать...
– Она меня ненавидит.
– Ты уже это говорила, – рассмеялся Питер. – Помнишь, в тот вечер.
– Помню. Возможно, в ней нет ко мне ненависти, но она ненавидит саму мысль обо мне. Я не пара ее сыну.
– Если она так считает, то она не права. Это я недостоин тебя, Чарли. Ты такая любящая, такая замечательная. – Он потянулся к ней и поцеловал медленным нежным поцелуем. – Клянусь тебе, ты заслуживаешь куда большего.
Чарли была удивлена. Неужели он действительно так думает?
– Ты хочешь сказать, Питер, тебе все равно, что я бедна? А мне кажется, я никогда не найду общего языка с твоей семьей.
– Ты ошибаешься, Чарли. Я много думал об этом последние месяцы. Мне кажется, я люблю тебя еще больше, потому что ты бедна. У тебя замечательная семья, у тебя замечательное происхождение, и вообще ты замечательная. Кроме того, ты единственная девушка из моих знакомых, которая не боится оставаться самой собой.
– Но я боялась, когда мы только познакомились.
– Когда это было...
– До встречи с тобой я назначала свидание поклонникам около «Квадрата». Я хотела, чтобы они думали, что я богатая.
Питер рассмеялся:
– Со мной ты так не поступала.
– Я опоздала. Ты уже знал, что я живу в одном общежитии с Тесс.
Он начал целовать ее в шею.
– А ты не думаешь, что нужен мне только из-за денег? Не сомневаюсь, твоя мать именно так и думает.
– Моя мать может думать что угодно. Это не она делает тебе предложение.
– Питер, – спросила Чарли, – а ты уверен...
Он посмотрел ей в глаза.
– Никогда в жизни я не был более уверен. Так ты согласна выйти за меня замуж?
У Чарли закружилась голова. Значит, все произойдет так, как она когда-то мечтала. Чарлин О’Брайан из рабочей питсбургской семьи выходит замуж за страшно богатого светского Питера Хобарта.
– Да! – воскликнула она. – Да, Питер Хобарт, я выйду за тебя замуж.


За день до церемонии выпуска был Университетский день. Сотни выпускниц прежних лет в белых платьях и с яркими лентами, обозначающими год их выпуска, съехались в Нортгемптон и приняли участие в традиционном шествии. Первокурсницы в бледно-зеленых платьях с лавровыми гирляндами сопровождали выпускниц этого года до места посадки плюща у Сили-Холл.
Чарли вместе с Мариной и Тесс ждали начала церемонии. Чарли крепко сжимала в руках розу, знак старшекурсницы, и смотрела на лица сотен выпускниц прошлых лет, верных членов одной семьи, семьи Смитовского колледжа, к которой теперь принадлежала и она.
Чарли взглянула на задумчиво-печальную Тесс, возможно, вновь переживающую свое горе, особенно потому, что ее матери нет среди гостей и что ее отец не увидит торжественной церемонии выпуска. Она посмотрела на Марину: голова гордо поднята, губы мужественно сжаты. Марина словно бросала вызов толпе в надежде, что никто не заметит значительной выпуклости под ее платьем-колоколом. Чарли поразилась тому, как уверенно Марина держалась, словно она не была принцессой, прячущей от всех свою позорную тайну.
Плющ был благополучно посажен, и выпускницы Чарли, Марина и Тесс отсалютовали событию, подняв вверх свои розы. Отовсюду неслись приветственные крики, и проливались обильные слезы. Чарли обняла Тесс, потом Марину. После некоторой заминки Тесс и Марина обнялись тоже. Чарли улыбалась. Прошлые обиды были забыты, все мысли теперь устремлялись в будущее.
– Послушайте, вы двое, – обратилась Чарли к Тесс и Марине, – мои родители приглашают нас всех на ужин до начала иллюминации.
Чарли гордилась тем, что родители приехали на церемонию выпуска, и предвкушала вечер, когда повсюду в студенческом городке загорятся мягким светом сотни цветных бумажных фонариков. Этот вечер она проведет с родителями и с любимым человеком.
– Так вы придете на ужин? – спросила она.
– Спасибо, – отозвалась Марина. – Боюсь, мне пора до минимума сократить свою общественную деятельность.
Чарли кивнула и повернулась к Тесс:
– Ну а ты?
Тесс сощурилась под лучами яркого солнца.
– Извини, но я уже договорилась с Делл. Ты помнишь, что она тоже выпускница?
– Так приходите вместе. Мои родители будут рады с ней познакомиться.
– Спасибо, но не могу. Делл помогает мне в устройстве мастерской. Увидимся позже.
Чарли проследила, как Тесс исчезла в толпе.
– Надеюсь, это не из-за того, что там будет Питер.
Марина взяла Чарли под руку.
– Не беспокойся. Тесс непременно выплывет, у нее всегда все в порядке.
Чарли кивнула, сомневаясь в душе, что у Тесс все будет в порядке. Особенно когда она услышит о плане Чарли, с которым Питер уже согласился.


– Выходишь замуж? – удивился Джек О’Брайан; он поставил на стол бокал с кьянти и вытер лоб. – Ну и ну, чтоб мне провалиться на этом месте.
Они сидели в маленькой обшитой деревом кабине ресторана Фитцвилли.
– Джек, – остановила мужа Конни О’Брайан и повернулась к Чарли и Питеру. – Какая замечательная новость. Мы очень рады за вас.
– И еще кое-что, – сказала Чарли и теснее прижалась к Питеру.
– Еще кое-что? – нахмурившись, подозрительно переспросил Джек О’Брайан.
– Мы хотим венчаться здесь, – пояснила Чарли.
– Когда? – спросила Конни О’Брайан.
– Первого июля.
– Первого июля? Ты хочешь сказать, первого июля этого года? Разве можно успеть подготовиться к свадьбе за такой короткий срок? К чему такая спешка?
– Надеюсь, это не по той причине, о которой я думаю, – заметил Джек и снова взял свой бокал.
– Да нет, папочка, – опровергла Чарли. – Нет, я не беременна. – Она глубоко вздохнула и положила под столом ладонь на колено Питера. – Но мы планируем обзавестись ребенком. И очень скоро.
– Зачем спешить? – спросила Конни. – Вы еще такие молодые. У вас впереди целая жизнь...
Чарли мялась, не зная, с чего начать.
– Давай я объясню, – предложил Питер.
– Нет, я сама. Они мои родители, и это моя обязанность. – Чарли переместила ладонь на руку Питера и начала: – Мы собираемся усыновить ребенка. Не просто ребенка, а необыкновенного ребенка.
– Вы хотите взять на воспитание ребенка? – изумилась Конни О’Брайан. – С какой стати?
Чарли прижала палец к губам:
– Пожалуйста, тише, это большой секрет.
Они с Питером решили, что только ее родители узнают правду. Именно поэтому Чарли попросила их приехать в Нортгемптон без братьев и сестер. Больше никто на свете не узнает, что они усыновят ребенка Марины. Пусть люди думают, что они поженились еще прошлой осенью или что Чарли пошла под венец беременной. В конечном итоге главным было то, что они вырастят ребенка Марины как своего собственного. Принц или принцесса будет носить имя Хобарт, и никто-никто, даже сам ребенок, никогда не узнает правды.
Когда Чарли закончила свой рассказ, изумленные Джек и Конни О’Брайан не могли произнести ни слова.
– Даже так мы до конца не отблагодарим Марину за все, что она для нас сделала, – добавила Чарли.
– Но как же ребенок? – спросила Конни.
– Да, мама, это ребенок Марины. Но для всех он будет нашим ребенком. Моим и Питера.
Джек посмотрел на Питера:
– И вы согласны с этим планом?
– Даже моя мать не будет знать правды, – подтвердил Питер.
Чарли почувствовала прилив гордости за него.
– Тогда нам только остается поздравить вас, – подвела итог Конни О’Брайан.
– Не нравится мне это, – покачал головой Джек. – Такие вещи никогда хорошо не кончаются.
– Ты так же думал, когда закрыли завод, – быстро сказала Чарли. – Ты думал, мы лишимся нашего дома. Но случилось чудо. И его совершила Марина.
Джек задумался.
– Ты права, Чарли, – сказал он наконец. – Прошло целых два года, прежде чем я нашел работу. Без Марины мы бы не выдержали.
Под столом Питер нашел руку Чарли и взял ее в свою. «Все будет хорошо, – думала Чарли. – Мы сохраним свою тайну».


На следующий день Тесс вместе с другими сидела на складном стуле на лужайке и слушала очередную поздравительную речь. Она смотрела на общежитие «Лора Скейлз», где когда-то жила ее мать и где Тесс была так несчастна в первые дни своего пребывания в колледже. Странно, что мать так и не сказала ей, в какой комнате она жила. Возможно, Салли Спунер, как и некоторые другие, не считала эту деталь такой уж важной. «Иногда мне кажется, что я совсем не знала своей матери, да и отца тоже», – подумала Тесс. Волна грусти нахлынула на нее при мысли, что никогда больше она не увидит их лиц и что в последнее время она даже не может ясно их представить. Как бы радовались родители вместе с ней, что их дочь наконец получила образование и что теперь ее имя войдет в список выпускниц престижного Смитовского колледжа.
Девушки встали и по традиции начали подбрасывать вверх свои четырехугольные шапочки. Церемония завершилась, все осталось позади. Вместе с другими Тесс аплодировала, радостными криками приветствуя будущее. У нее оно было радужным: скоро, очень скоро она обретет новую семью.
– Тесс! – услышала она голос Чарли. – Иди к нам сниматься!
Тесс пробралась сквозь толпу к Чарли и ее родителям, сияющим от счастья больше, чем сами выпускницы. Марина тоже была там, с Николасом за спиной. Рядом стоял Питер.
– Берегитесь, на меня не хватит пленки! – пошутила Тесс.
– Становись сюда со мной и Мариной, – скомандовала Чарли. – Питер хочет нас сфотографировать.
– Выстраивайтесь, мушкетеры! – крикнул Питер и поднял свой «никон».
Тесс встала по правую сторону Чарли, Марина – по левую. «Сегодня Чарли – роза между двух кустов чертополоха, – думала Тесс. – С одной стороны богатая беременная принцесса, с другой – богатая одинокая сирота. А между ними Чарли, девушка из нищей семьи, завоевавшая сердце сказочного принца».
– Улыбайтесь, – приказал Питер.
Раздался щелчок.
– Сделай еще два снимка, чтобы было наверняка, – сказала Чарли.
Последовало еще два щелчка.
– Отошлите снимки на мой новый адрес на Раунд-Хилл-роуд, – снова пошутила Тесс с притворной веселостью.
– Я никак не могу поверить, что мы все переезжаем туда завтра, – сказала Чарли.
В соответствии с планом все трое будут жить у Тесс до свадьбы Чарли и Питера первого июля. А Марина останется там до рождения ребенка.
– Боюсь, мы друг друга поубиваем за такой долгий срок, – выразила сомнение Марина.
– Николас не позволит, – шепнула Чарли.
– Попробуй докричись до него, – засмеялась Марина. – Ведь он будет жить в сарае.
– Это только пока сарай! – воскликнула Тесс. – Скоро мы превратим его в мастерскую, где я буду создавать знаменитые на весь мир шедевры из стекла.
Внезапно Питер оказался рядом с ней.
– Мы рады за тебя, Тесс, – сказал он. – Я рад, что все уладилось.
Тесс пожала плечами.
– Что ни делается, все к лучшему, – ответила она. – А теперь давайте поскорее вернем шапочки и мантии, иначе с нас возьмут штраф.
– Подожди, Тесс, – позвала Чарли. – Мне надо тебя кое о чем спросить.
Тесс ощутила тяжесть в животе, будто не Марина, а она носила в чреве ребенка.
– Ты ведь поможешь нам? – спросила Чарли.
Несуществующий ребенок внутри зашевелился.
– Я говорю о свадьбе, – продолжала Чарли.
– Помочь вам со свадьбой? – переспросила Тесс и положила руку на живот.
– Ты художественная натура. Мы подумали, не могла бы ты составить букеты...
Тесс бросила быстрый незаметный взгляд на Питера. «К черту все, – подумала она, – какая теперь разница? Мать умерла и не увидит, как поцелуются у алтаря жених и невеста, она больше не сможет осыпать меня упреками. Кроме того, – улыбнулась Тесс, – я выиграю больше всех. У меня будет семья, и у меня будет дело, в котором я преуспею. И я не буду жить под холодным змеиным взглядом Элизабет Хобарт, самой большой сволочи на свете».
– С удовольствием помогу вам, – сказала она вслух.
– Прекрасно, – отозвалась Чарли. – У меня к тебе еще одна просьба.
Чарли взяла Питера под руку, и Тесс почувствовала, что у нее подгибаются колени.
– Ты согласна быть моей подружкой на свадьбе?


Свадьба должна была состояться при свечах в церкви Хелен Хиллз Хиллз. При свечах, чтобы Марина могла принять в ней участие: Марина выйдет из дома Тесс уже в сумерках, и никто не заметит, что принцесса осталась в городе, как никто не заметит ее располневшей талии под широким платьем.
В маленькой белой церкви Тесс разглядывала алтарь. Она пыталась представить себе стоящих у алтаря, взявшись за руки, молоденькую невесту Салли Спунер и полного горячего нетерпения жениха Джозефа Ричардса, их клятвы в любви и верности до самой смерти. Тесс спрашивала себя, держались ли они за руки, когда начал падать самолет, держались ли они за руки, когда смерть по-настоящему разлучила их.
Прижимая к груди альбом для рисования, она медленно прошла по проходу между скамьями. Странно было думать, что мечта матери все же осуществится, и скоро Тесс пройдет по проходу, а Питер Хобарт будет ждать у алтаря невесту, только этой невестой будет не Тесс, а Чарли, которая проследует за подружкой к алтарю.
Свадьба, однако, будет мало походить на другие свадьбы. Чарли отказалась от подвенечного платья, считая излишней такую парадность, когда гостей всего шестеро: ее родители, Марина, Николас, Делл и Тесс. Тесс показалось странным, что Чарли не пригласила даже своих братьев и сестер. Правда, она не удивилась тому, что Элизабет Хобарт не только не получила приглашения, но даже не была извещена о предстоящем событии.
– Мы считаем, что так лучше, – разъяснил Питер, и хотя Тесс с готовностью с ним согласилась, втайне она придерживалась другого мнения. Может быть, Элизабет Хобарт смогла бы предотвратить свадьбу или хотя бы испортить всем настроение.
Тесс постаралась отогнать навязчивую мысль о мести. Ей стоило только напомнить себе, к чему эта месть уже однажды привела. Как от нее пострадала Чарли и что эта месть сделала с ней самой.
Тесс подошла к алтарю и постаралась сосредоточиться на цветах. Она решила, что будет вполне достаточно двух букетов белых цветов – белых орхидей для элегантности и белых гардений для аромата. Она быстро набросала эскиз букетов и поморщилась. Белые цветы. Как если бы Чарли была девственницей. Хотя Чарли никогда не касалась этого вопроса, Тесс не сомневалась, что жених и невеста активно занимаются любовью. Она покрепче сжала карандаш и постаралась не думать о том, как выглядит Питер без одежды, как блестит от пота его тело, как привлекателен он в своем молодом возбуждении. Она старалась не думать о том, как его руки бродят по телу Чарли, губы прижимаются к ее груди, как его напряженные бедра касаются бедер Чарли. Она старалась не думать об этом и не могла.
Тесс захлопнула альбом и вздохнула. Жизнь со своими непредсказуемыми поворотами – странная и удивительная штука. Интересно, обнимет ли ее еще когда-нибудь мужчина? Имеет ли это вообще какое-нибудь значение? У нее будет семья, ребенок, которого она полюбит и который ответит ей любовью. Он будет любить ее потому, что это она, Тесс. Разве это не лучше, чем любовь эгоистичного мужчины?
Тесс зажмурилась и приказала времени лететь как можно быстрее. Делл убедила Тесс подождать, когда Питер и Чарли поженятся, и только тогда раскрыть Марине свой план; а пока Тесс предполагала, что Делл занимается подготовкой бумаг для усыновления. Не было никакой нужды спешить, ребенок никуда не денется. Пять недель до свадьбы казались Тесс вечностью. Труднее всего было скрывать от Марины, что она хочет для нее сделать. Тесс воображала себе, как велика будет благодарность Марины, как она загладит свои прежние грехи этим замечательным и совершенно бескорыстным поступком. Наконец-то она покончит с той прежней недостойной, плохой Тесс и станет новой Тесс, настоящей Тесс, какой, впрочем, она всегда внутренне и была.
Тесс еще немного постояла в задумчивости, словно собираясь с силами, потом вышла из церкви и направилась вверх по дороге к своему новому жилищу на холме, к своему будущему. Только бы там не было Питера, который все эти дни обычно сидит на кухне за ее новым дубовым столом и не отрывает телячьих глаз от Чарли. Сегодня она этого просто не выдержит.
* * *
Питера не было, но Марина и Чарли были дома. Тесс вошла через заднюю дверь и тут же увидела, что Чарли обнимает Марину и что та плачет.
– Что случилось? – спросила Тесс, бросая альбом на кухонный прилавок, покрытый потертой клеенкой; она уже дала себе слово, что поменяет его на новый, как только все уедут. Пусть ее дом тесный и старый, но она превратит его в удобный, современный и даже шикарный. Такой, куда ее ребенку не стыдно будет приглашать друзей. У нее появится домашний очаг, а не холодное жилище, похожее на тот чопорный особняк на Ноб-Хилл, в котором выросла она сама.
– Ничего не случилось... Ничего, – шмыгнула носом Марина. Она взяла бумажную салфетку и вытерла слезы.
– Понятно, – заметила Тесс. – Я тоже всегда плачу, когда ничего не случилось.
– Марина плачет от счастья, – вставила слово Чарли.
– Почему? – нахмурилась Тесс.
– Потому что мне очень повезло, – пояснила Марина. – Очень повезло, что у меня такие друзья.
Тесс неуклюже обхватила Марину руками. Непривычным было проявление чувств со стороны принцессы. Тесс не знала, как реагировать.
– Нам тоже очень повезло, что ты наш друг, Марина, – сказала Чарли. – Мы с Питером сделаем все, чтобы ты никогда не пожалела о своем решении.
Тесс прислонилась к старому прилавку. Внезапно она почувствовала себя лишней. Всякий раз, когда имена Чарли и Питера упоминались вместе, она чувствовала себя лишней и чужой.
– А все-таки, о чем Марина не должна сожалеть?
Чарли улыбнулась:
– Мы хотели сообщить тебе эту счастливую новость после свадьбы.
– Какую счастливую новость? – спросила Тесс.
Она вдруг почувствовала легкую тошноту. Какую счастливую новость? Уж не собираются ли Чарли и Питер остаться в Нортгемптоне? Это будет самым ужасным для нее.
– Ты сама скажешь ей, Марина? Или я?
– Я скажу ей. – Щеки Марины были в потеках черной туши с ресниц, но губы ее улыбались. – Тесс, Чарли собирается совершить замечательный поступок.
Тесс вопросительно подняла брови и посмотрела на Чарли.
– Не я одна, – добавила Чарли. – Питер тоже.
– Питер тоже. Чарли и Питер, – подтвердила Марина.
Тесс переминалась с ноги на ногу. Тошнота подступила к горлу.
– Чарли и Питер, – продолжала Марина, – решили усыновить моего ребенка.
Медленно, очень медленно комната закружилась перед глазами Тесс. Она ухватилась за прилавок, колени подогнулись; она попыталась вздохнуть, но что-то сдавило ей грудь.
– Что... что ты сказала? – еле слышно спросила она.
– Разве это не замечательно? – продолжала Марина. – Моего ребенка воспитают близкие мне люди. Он вырастет в замечательной семье, у него будут любящие родители. У него будет прекрасная жизнь, жизнь свободного человека.
– Но... – начала было Тесс и смолкла; у нее не было причин протестовать. Она подошла к окну и посмотрела на небольшой задний двор. Она собиралась устроить там качели... Горку, чтобы с нее съезжать...
– Нет, – сказала она, – ты не можешь этого сделать.
– Что? – спросила Марина.
– Не можешь. Ты не можешь отдать ребенка Питеру и Чарли.
– О чем ты говоришь? – удивилась Марина.
Тесс резко повернулась к ним.
– Ты не можешь так поступить. Элизабет Хобарт никогда не примет этого ребенка.
– Элизабет Хобарт никогда не узнает, чей это ребенок, – твердо произнесла Чарли.
Тесс привалилась к прилавку, острый край больно врезался в спину.
– Она будет думать, что это наш ребенок. Она никогда не отвергнет ребенка Питера.
– А если кто-нибудь ей скажет?
Мысли Тесс мчались, обгоняя друг друга. А что, если она решится? Что, если она скажет? Тэсс вспомнила Вилли Бенсона, свой тогдашний поступок и почувствовала, что ее сейчас стошнит.
– Кто ей может сказать? – спросила Марина. – Только мы трое и знаем. Еще Николас и Делл.
– И мои родители, – добавила Чарли. – Питер хотел, чтобы они знали и не думали, что мы были вынуждены прикрыть грех браком.
Тесс нервно сжимала руки, во рту пересохло, словно туда набился песок.
– И все же никогда не знаешь...
– Элизабет Хобарт не узнает, – настаивала Чарли. – А если и узнает, это ничего не изменит. Мы с Питером уже будем обвенчаны.
– А мой ребенок будет по закону принадлежать им, – добавила Марина.
«Значит, – подумала Тесс, – даже если я скажу Элизабет Хобарт, все равно ничего не выйдет».
Тесс отвернулась, пытаясь сдержать ненужные слезы. Чарли и Марина не должны видеть ее плачущей. Конечно, она не может быть подходящей матерью для ребенка Марины. Особенно в сравнении с Питером и Чарли.
– А ты... – начала она и остановилась в поисках слов, которые уже ничего не изменят. – Ты будешь видеть своего ребенка? Будешь следить, как он растет?
– Нет, – твердо сказала Марина. – Мы не станем поддерживать никаких отношений. Ребенок будет принадлежать одной Чарли.
«Ребенок будет принадлежать одной Чарли». Какая она глупая, как могла она надеяться получить ребенка Марины. Как могла она надеяться, что счастье ей улыбнется. Она потеряла Питера, который, по правде говоря, никогда ей и не принадлежал; она потеряла родителей и вот теперь она потеряла ребенка Марины. Это несправедливо. Как все в жизни несправедливо.
Кажется, ей осталось только одно: постараться скрыть от них свой смехотворный неосуществимый план. Только одна Делл узнает о ее поражении. Но Тесс доверяла Делл. Делл была ее другом.


Свадьба была очаровательной. Марина сидела в первом ряду, положив руки на живот, и наблюдала, как Чарли и Питер, будущие родители ее ребенка, который скоро появится на свет, клялись в вечной любви. Марина пообещала себе, что больше не станет плакать, ведь она выбрала наилучший путь и для ребенка, и для себя, и для Новокии. Но прежде всего она думала о ребенке. Он вырастет без оков принудительных обязанностей и тяжкого бремени королевского титула. Когда Чарли и Питер обменивались поцелуем перед алтарем, Тесс стояла рядом, устремив взгляд на цветы и никуда больше. Марина сочувствовала Тесс, у которой все всегда почему-то не получалось. Тесс, Марина это знала, вообразила себе, что любит Питера. «Пусть так, – думала Марина, – я ведь тоже люблю ребенка, который у меня внутри. Но случается, нам приходится расставаться с тем, чем мы больше всего дорожим». И она вспомнила об Эдварде Джеймсе, человеке, давшем ей настоящую любовь. Интересно, если бы не обстоятельства, было ли у них будущее? Если бы она не была принцессой, а он не был женат? Она погладила живот. Новая жизнь, подаренная ей любовью Эдварда Джеймса, ответила энергичным толчком. Марина улыбнулась.
После церемонии они вернулись в дом Тесс. Делл уже несколько дней занималась готовкой, словно ожидался прием человек на двести. Но Марина не была голодна. Сейчас у нее были другие планы.
– Николас, я хочу прогуляться, – еще в церкви предупредила его Марина. – Вам не надо меня сопровождать.
Она отодвинула тарелку с недоеденным картофельным салатом и суфле из шпината и с трудом поднялась на ноги. В семь с половиной месяцев было все труднее вставать со стула, просидев на нем хотя бы несколько минут.
Николас посмотрел на стенные часы.
– Уже одиннадцатый час, принцесса. Немного поздно для прогулки.
– Я вам уже сказала, что меня не надо сопровождать.
Николас тоже встал.
– Я попрощаюсь с Чарли и Питером. Я не могу разрешить вам гулять одной в столь поздний час.
Марина надела короткий рыжий парик, который она держала на случай такого выхода. Не то чтобы кто-то ее искал или догадывался, что принцесса по-прежнему в Нортгемптоне, тем не менее предосторожность не помешает.
Они вышли на Раунд-Хилл-роуд и двинулись вниз по улице. Марина вела, и Николас не задавал вопросов.
Она взглянула на название улицы – Парадайз-лейн – и повернула направо. Марина была здесь всего один раз, вечером следующего дня после их с Эдвардом возвращения из Вермонта. Теперь Марина хотела побывать здесь снова. Бросить один долгий последний взгляд. После чего в ее душе окончательно воцарится покой.
Белый дом с зелеными ставнями на окнах стоял без огней. Но Марина другого и не ожидала. Эдвард с женой уже давно благополучно уехал на лето в Лондон. И все-таки ей хотелось взглянуть. Почувствовать тепло его домашнего очага, прикоснуться к его жизни.
Она остановилась и посмотрела на дом.
– Какой уютный и красивый, – сказала она Николасу, любуясь цветочными ящиками под окнами, полными красной герани.
– Такой же, как все остальные на этой улице, – отозвался Николас. – Пожалуй, даже поменьше, чем другие.
Марина кивнула. Ей хотелось заглянуть в окна на первом этаже, но жалюзи были опущены. Множество раз она так же опускала их на том окне в своей комнате, что выходило на Грин-стрит, чтобы дать знать сначала Виктору, а потом Николасу, что у нее все в порядке и она легла спать. За исключением, конечно, той памятной ночи, которую она, обманув бдительность Николаса, благополучно провела не в общежитии, а в объятиях Эдварда Джеймса.
Марина подняла взгляд на второй этаж. Ей хотелось знать, за каким из окон его спальня с супружеской кроватью, где он уже шестнадцать лет обменивается с женой привычными мыслями и ласками. Ей хотелось знать, вспоминает ли о ней Эдвард и как бы он поступил, если бы она сказала ему о ребенке.
Теперь он уже никогда не узнает. Она не нарушит обещания, данного Чарли и Питеру, не поддерживать с ними никаких отношений и не пытаться увидеть своего ребенка. Нелегко будет выполнить это обещание. Чарли была хорошим другом, лучше у Марины никогда не было. И вот теперь Марина лишалась не только ребенка, но и друга. И все равно это самое правильное решение для всех, и в первую очередь для ребенка, который вырастет на свободе и не будет знать других родителей, кроме Чарли и Питера, и другого имени, кроме Хобарт.
– А теперь идем обратно, – сказала она Николасу. – Я немного устала.
Марина молча навсегда попрощалась с Эдвардом Джеймсом, отцом ребенка Чарли и Питера, с человеком, который так искренне любил ее.


Боли начались в середине ночи спустя полтора месяца. Марина проснулась на узкой кровати в комнате под самой крышей в доме Тесс. Постель под ней была мокрой. Марина ухватилась за спинку кровати и громко позвала Тесс.
Через секунду Тесс уже была в комнате и, бросив на Марину встревоженный взгляд, побежала к лестнице.
– Куда ты? – закричала Марина.
– К телефону. Надо позвонить в мастерскую Николасу.
Тесс скатилась вниз по лестнице.
– Господи, – причитала она по пути так громко, что Марина слышала каждое слово. – Не припомню, какой там чертов номер... Я ведь не звоню сама себе... И зачем только я поставила там отдельный телефон...
Марина откинулась назад и с силой зажмурилась.
Но Тесс уже вернулась.
– Николас побежал за Делл, – сообщила она Марине.
Марина вскрикнула. Тесс растерянно оглядела комнату. Затем подала Марине руку.
– Ребенок скоро родится, – объявила Тесс.
– Откуда ты знаешь? – закричала Марина. – Откуда, черт возьми, ты знаешь?..
Новая схватка заставила ее замолчать. Она впилась ногтями в руку Тесс. Тесс стерпела.
Марина почти не помнила дальнейшего хода событий. Пот выступил у нее на лбу, и ей хотелось его стереть. Ей хотелось спать. Она смотрела на низкий покатый потолок, и ей хотелось умереть. Снова схватки.
– Дыши, – командовала Тесс. – Дыши, как тебя учила Делл. Давай.
Словно в тумане, Марина видела Тесс, показывающую ей, как дышать. Марина хотела вздохнуть, но ей помешал новый приступ боли.
– Дыши! – кричала Тесс.
Марина начала дышать. Боли немного стихли.
– Где Чарли? Кто-нибудь предупредил Чарли?
Тесс сжала ее руку.
– Николас этим займется.
– Чарли должна быть здесь.
– Она будет.
– Хорошо, что они вернулись из поездки на Кейп-Код. Хорошо, что у них был такой прекрасный медовый месяц...
Боли возвратились.
– Заткнись и дыши, – посоветовала Тесс.
Делл вбежала в комнату с полотенцами и кувшином с водой.
– Может, перенесем ее вниз? – спросила Тесс.
Марина почувствовала, как с нее сняли простыню. Кто-то раздвинул ей ноги, согнув их в коленях.
– Лучше ее не трогать, – ответил голос Делл и потом скомандовал: – Дыши, Марина.
– А я что делаю? Где Чарли?
– Скоро приедет.
Это был голос Николаса.
– Господи, Николас, – задохнулась Марина. – Вам надо присутствовать?
– Да. Это моя обязанность.
– Боже мой, – пробормотала Марина и отвернулась. – По крайней мере этот ребенок не будет подвергаться подобному унижению.
– Какое там еще унижение, этот ребенок вообще может не родиться, если ты не будешь тужиться.
Марина напрягалась снова и снова, и ей казалось, что вот-вот лопнут сосуды у нее в голове и все усталые мускулы на животе.
– Тужься, – приказывала ей Делл.
– Иди ты знаешь куда, – стонала Марина.
– Давай тужься! – кричала Делл. – Или я...
– Что ты? Лишишь меня ребенка, как лишила Виктора?
Слова возникли из ничего, Марина и не представляла, что все еще помнит о Викторе.
– Я не лишала тебя Виктора, – вскипела Делл. – Но если не очнешься и не станешь тужиться, я расскажу ему, какая ты избалованная дурочка. Правда, для него это не новость.
– Что? – взвизгнула Марина и попыталась сесть. – Что ты знаешь о Викторе?
Еще одна схватка, и Марина снова задохнулась. Она почувствовала, что Делл раздвигает ей ноги.
– Я знаю только, что должна хранить его тайны, – ответила Делл, – как буду хранить и твои тоже. А теперь тужься.
И Марина тужилась, пока у нее не потемнело в глазах, а рука Тесс в ее руке уже перестала быть живой и теплой рукой, а стала неким бесчувственным предметом.
И вдруг до слуха Марины донесся слабый крик.
– Марина! – позвал тут же голос Чарли.
– Ты как раз вовремя, – сказала Делл.
Марина открыла глаза. Делл передавала Чарли завернутый в полотенце сверток.
– Это девочка, – объявила Делл.
Марина снова закрыла глаза и упала обратно на подушку. «Девочка, – подумала она. – Девочка. Маленькая принцесса. Здоровая, благополучная, свободная маленькая принцесса».




Часть III
1980—1994



Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тайные судьбы - Стоун Джин



мне очень понравился ваш роман, только я не поняла 25 глава это последняя, а то кажется что - что незакончалось, с Кем осталась Марина и что, стало с Аликсиси
Тайные судьбы - Стоун ДжинИрина Викторовна
13.08.2010, 9.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100