Читать онлайн Грехи юности, автора - Стоун Джин, Раздел - Глава четырнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Грехи юности - Стоун Джин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.36 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Грехи юности - Стоун Джин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Грехи юности - Стоун Джин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стоун Джин

Грехи юности

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четырнадцатая
Понедельник, 20 сентября
ДЖИННИ

Субботу и воскресенье она провела в спальне, коротая время в обществе пары бутылок водки и блока сигарет. В понедельник, когда Джинни проснулась, было уже темно.
Полупустые бутылки валялись на полу, пепельница была полна вонючих бычков, голова раскалывалась. Джинни с трудом села и чертыхнулась, когда перед глазами комната заходила ходуном. Красные циферки электронного будильника на прикроватной тумбочке показывали 10:20. Значит, началась еще одна ночь.
Джинни вспомнила, что Джейк уехал, и на мгновение почувствовала облегчение. Потом ей припомнились Джесс и Ларчвуд-Холл, все остальное, о чем она запрещала себе думать в течение долгих лет.
Ни Джейк, ни три мужа, которые у нее были до него, не знали о ее ребенке. И не потому, что Джинни боялась, что у них сложится о ней плохое мнение. Да плевала она на это! Если сказать им о ребенке, они тут же начнут расспрашивать, кто его отец. Об этом, кроме нее самой, знала лишь Джесс. И, как теперь считала Джинни, этого было достаточно.
Она откинулась на подушку и призадумалась. Интересно, кому еще Джесс растрепала. А в том, что она это сделала, Джинни ни капельки не сомневалась. Она давным-давно поняла, что все тайное рано или поздно становится явным, даже среди друзей, особенно среди друзей. Сначала они ведут себя так, словно понимают, что каждый человек волен распоряжаться собственной жизнью по своему усмотрению, потом начинают совать нос в твою жизнь, давая тебе бесчисленные бесплатные советы. Единственный, кто никогда этого не делал, была ее мать.
Джинни задумчиво уставилась на бутылки, вспоминая прошлое. Через год после переезда на побережье мама начала харкать кровью. Джинни обнаружила это случайно, когда выбрасывала мусор. Среди пустых бутылок из-под виски, судков из-под мороженых обедов она наткнулась на окровавленные тряпки. Одному Богу известно, сколько это продолжалось. Медицинской страховки у матери, естественно, не было, но Джинни намеревалась бороться за ее жизнь до конца. Однако ни самые высококвалифицированные врачи, ни самые дорогостоящие больницы, ни даже сложнейшая операция не смогли спасти ее мать. Джинни потеряла не только ее, но и все деньги своего убиенного отчима.
Кончилось тем, что в девятнадцать лет она осталась одна и в очередной раз без копейки денег.
Но Джинни Стивенс не привыкла сдаваться, и она выстояла.
Первое время ей пришлось трудно. Джинни понимала, что писаной красавицей ее нельзя назвать: ямки от прыщей, плоские скулы и чересчур пышная грудь (тогда в моде были плоскогрудые девицы) не делали ее краше. Но фигура у нее была отменной, и Джинни умела выгодно преподнести ее.
Эл Роузен оказался толстым режиссером с неизменной сигарой во рту. Когда Джинни заявилась на кинопробу, он тут же попытался заманить ее в постель, однако она не поддалась — не потому, что была недотрогой, этого за ней отродясь не водилось, просто почувствовала: получив желаемое, этот тип тут же потеряет к ней всякий интерес.
Обработала она его в момент: достаточно было призывно покачать бедрами и немного пококетничать. Она тут же получила свою первую роль — крошечную, почти без слов во второсортном фильме ужасов. Говорить ей пришлось всего три строчки, но заработала она столько, что смогла в этом месяце заплатить за квартиру. После того как Джинни сыграла еще в двух фильмах, Эл бросил свою толстую тонкогубую жену, быстренько получил в Вегасе развод и потащил Джинни к мировому судье, В результате Джинни поселилась в его модерном доме из стекла и бетона в западном районе Лос-Анджелеса и в первую брачную ночь довела его до такого состояния, что он взмолился о пощаде. Да она согласилась бы спать с кем угодно, лишь бы этот кто-то оплачивал ее счета! Две недели спустя Роузен скоропостижно умер, оставив своей молодой жене дом, «кадиллак», купленный пять лет назад, и дела, не приносящие, правда, большого дохода. За одну ночь Джинни стала вдовой и агентом по нахождению молодых талантов. В то время ей было двадцать.
Гейтор Смит был пареньком из Техаса, который как-то раз забрел к ней в агентство в поисках работы. У него оказалась потрясающая улыбка и внушительных размеров член.
Джинни показалось, что из этого мальчика будет толк, и она взялась за дело: продала свой шикарный дом, переехала в квартиру подешевле и попроще, все деньги вложила в сногсшибательные туалеты, после чего отправилась обихаживать разных важных шишек. Через месяц она раздобыла Гейтору роль в вестерне, который прошел на ура, а когда он был на полпути к успеху, убедила, что для полноты счастья ему не хватает только жениться на ней. Она была уверена, что этого парня ждет блестящее будущее суперзвезды, хотя он, похоже, этого не понимал. Кроме того, лишние денежки тоже не помешали бы. Прожили они вместе три года. Гейтор имел грандиозный успех, и деньги к ним потекли рекой. Кончилось все в один прекрасный день, когда Джинни случайно заглянула в его фургончик — съемки как раз проходили на натуре — и застала Гейтора на месте преступления: тот занимался любовью с другим парнишкой из Техаса. Многое в жизни могла она вынести, но быть женой гомосексуалиста — это даже ей казалось чересчур.
Со Стэном Левескью Джинни познакомилась много лет спустя. Ей был тогда тридцать один год. В то время она бросила заниматься молодыми талантами и снова вернулась на сцену. Шел 1982 год, и ролей для бесталанных актрис старше двадцати пяти было не так уж много. Джинни все еще прожигала денежки, нажитые в ходе своей предыдущей семейной жизни, однако они таяли быстрее, чем хотелось бы. Стэн подвернулся как раз вовремя. Зарабатывал он на жизнь тем, что писал довольно неплохие сценарии к порнофильмам, обладая при этом живейшим воображением. Самым любимым его делом было заставлять Джинни заниматься любовью с какой-нибудь девчонкой, а самому сидеть на кровати и, наблюдая за ними, мастурбировать. Джинни не нравилось проделывать это с женщинами, но, черт подери, на дворе были восьмидесятые годы, а не прошлый век. Они поженились, и свадьбу отпраздновали так, что дым стоял коромыслом. Все шло хорошо, пока пару лет спустя Стэн не ударился в религию, и ему уже стало не до своей законной жены. Надо, правда, отдать ему должное: половину денег он отдал Джинни, а половину — церкви на отпущение грехов.
После Стэна, оставшись одна, она опять принялась искать работу и вскоре нашла. Известный продюсер документальных фильмов Джейк Эдварде предложил ей место в своей команде. И хотя он собирался ставить фильм для общественного телевидения, а Джинни документальными фильмами сроду не занималась, она с радостью ухватилась за это предложение. А меньше чем через год он сказал, что ей никогда больше не придется работать. Это были самые замечательные слова, которые ей когда-либо доводилось слышать в жизни.
Да, она сумела выстоять, добилась для себя достойной жизни.
Джинни заворочалась в постели, и улыбка ее сменилась недовольной гримаской. Она-то выстояла, а теперь явилась Джесс и пытается навязать ей самый страшный кошмар, который когда-либо был в ее жизни.
— Ну уж нет, моя милая, — сказала она, отвернувшись к стене. — Этот номер у тебя не пройдет!
Она встала и, приняв три таблетки аспирина, забралась под душ. Стоя под горячими струями, Джинни принялась исступленно тереть тело губкой, стараясь смыть с себя неприятные мысли о крошечном, никому не нужном ребенке, напомнившем ей о прошлом.
После душа Джинни сделала макияж и надела коротенькое белое платье трапецией с глубоким треугольным вырезом. Это было отступлением от правила — обычно она носила одежду, что называется, «в облипочку». Под складками тончайшей шелковистой материи угадывалось отсутствие нижнего белья. Джинни, обожала свое тело. Современная медицина позволяла творить с ним чудеса — что-то прибавлять, что-то убавлять, и Джинни этим воспользовалась: она увеличила грудь до полного четвертого размера, подтянула дряхлеющие мышцы бедер и живота, благо Джейк разрешал ей делать все, что угодно. Ей очень нравилось, как свободно ниспадающая ткань скользит по обнаженному телу.
— Ну, сучка ты эдакая, — сказала она в зеркало своему отражению, поправляя прическу в последний раз. — Пора уж позабыть о прошлом дерьме и отправляться на поиски приключений.
Махнув рукой, она сунула в серебристую сумочку пачку сигарет, нацепила на ноги белые босоножки на высоченных каблуках и вышла из дома.
Над тем, куда пойти, долго раздумывать не пришлось — неподалеку от дома располагалось известное во всем городе заведение, в которое туристы валом валили, наивно полагая, что звезды кинематографа там просто кишмя кишат Именно эта публика и была ей сейчас нужна. Не дай Бог столкнуться со своими знакомыми либо со знакомыми Джейка — позору не оберешься. Пришло время стать никем — позабыть свое прошлое и настоящее.
Джинни сунула ключи от машины хорошенькому молоденькому привратнику, вошла в распахнутые двери и сразу же окунулась в гул голосов, заглушаемых грохочущими звуками синтезатора, доносящимися со сцены. Ей не было видно, кто дает представление, но она знала — наверняка ансамбль из загорелых блондинок в белых, облегающих фигуру платьицах. Владелец кафе готов был выпустить на сцену кого угодно, лишь бы задержать туристов в заведении до закрытия.
Джинни стала пробираться к бару. Это оказалось непростой задачей: нетанцующие столпились перед стойкой в три ряда. Она бегло оглядела посетителей: в основном молодежь от двадцати до тридцати лет. Вскоре она заметила то тут, то там мелькающие седовласые головы. Если бы не плотоядные взгляды, которыми они сверлили молоденьких девчонок, их можно было принять за почтенных родителей, пришедших сюда коротать время за чашечкой кофе.
Потрясающе похожи на отчима, отметила про себя Джинни и почувствовала, как горло у нее предательски сжалось. Она поспешно провела рукой по шее, словно стряхивая жуткие воспоминания, и, поведя головой, гордо вскинула подбородок. «Нет, им меня не одолеть, — подумала она. — Ни Джесс, ни ребенку».
Она протиснулась к бару между двумя плоскогрудыми девицами.
Прошло несколько минут, прежде чем бармен обратил наконец на нее внимание. Спрашивать, что она желает заказать, не было никакого смысла — грохот вокруг стоял неимоверный. Понять друг друга можно было лишь по губам. Джинни отчетливо проговорила:
— Водку.
На что бармен, потряся графином, отреагировал.
— С тоником?
— С содовой, — ответила Джинни.
В этот момент она почувствовала на своей шее чье-то дыхание.
— В таком заведении и выпить приятно! — прокричал ей на ухо чей-то мужской голос.
Джинни обернулась. За спиной стоял парень лет двадцати пяти или что-то вроде того — в тусклом свете трудно было определить точнее. Шелковая рубашка на груди расстегнута, из нее торчат рыжеватые волосы. Молодой, горячий. Джинни улыбнулась и повела плечом, отчего вырез на платье увеличился еще больше. «Да, — подумала она. — Это гораздо лучше, чем вспоминать прошлое».
— Ты здешняя? — прокричал он.
— Нет, — ответила Джинни в ответ. — Я из Бостона.
Парень кивнул, будто знал этот город как свои пять пальцев, и, ткнув себя пальцем в грудь, пояснил:
— А я из Денвера.
Бармен передал Джинни заказ, но прежде чем она достала кошелек, паренек уже сунул ему в протянутую руку десятку.
— Спасибо, — улыбнулась Джинни, чувствуя, что все идет, как задумано.
Сделав большой глоток, она подождала, пока водка дойдет до желудка, постепенно смывая суету последних двух дней. Мысли о Джейке начали исчезать. Еще один глоток — и за ними последовали мысли о Джесс.
— Потанцуем? — прокричал паренек.
Она кивнула и, осушив свой бокал, поставила его на стойку. Мальчишка, положив руку на спину, повел ее К танцплощадке.
Музыка ревела, как дикий зверь. Джинни, выгнув спину, принялась скакать вместе с остальными танцующими, стараясь попасть в такт. Одно движение — и платье ее сбилось на одну сторону, почти обнажив полную грудь, другое — и оно взметнулось вверх, открыв взору изумленного мальчишки темный треугольник между ногами.
Так прыгали они и вращались, не отрывая глаз друг от друга. Паренек при этом пожирал ее глазами.
Быстрая музыка кончилась, началась другая — медленная, спокойная. Он притянул ее к себе и закружил в танце.
Она, обхватив его за шею, зазывно смотрела в его ясные голубые глаза. Обняв ее еще крепче, он положил руки на ее ягодицы. Выгнув спину, Джинни подвигала нижней частью туловища.
Он прошептал ей что-то на ухо. Она не расслышала его слов, но догадаться было нетрудно. А почему бы и нет?
Разве не за этим она сюда пришла? Кроме того, Джинни прекрасно понимала: достаточно побыть с кем-нибудь в близких отношениях, чтобы выбросить из головы окончательно и бесповоротно мысли о Джейке и Джесс.
Паренек потянул ее за собой сквозь толпу к двери. В фойе было светлее, и Джинни поняла, что ошиблась, — мальчишке было не больше двадцати одного года.
— У меня еще такого не было, — усмехнувшись, проговорил он, показав при этом сильные, здоровые зубы.
Джинни застыла как вкопанная.
— Ты что, девственник? — спросила она и тут же почувствовала приятное возбуждение.
У нее тоже такого еще не было, а если и было, то она об этом не помнила.
— Нет, что ты! — расхохотался он. — Просто у меня никогда не было женщины, которая мне в матери годится.
Джинни вздрогнула как от удара. Кровь застучала в висках. И, прежде чем она осознала, что делает, размахнулась и со всей силой ударила его по лицу своей серебристой сумочкой, пытаясь сбить с него горделивую улыбку.
— И теперь не будет, щенок, — выпалила она и мгновенно вылетела за дверь.
Войдя в дом, Джинни поняла, что проплакала всю дорогу. Сбросив босоножки, она направилась в гостиной к бару из тикового дерева. Джейк приобрел его за кругленькую сумму, когда они с Джинни проводили медовый месяц на Гавайях, и очень гордился своим приобретением.
Джинни отыскала самый большой стакан и до половины наполнила его водкой. Потом машинально взяла из маленького холодильника несколько кубиков льда, бросила их в стакан и плеснула немного содовой. Она успела выпить почти все, когда услышала, как открывается входная дверь.
— Кого еще черт несет? — невнятно проговорила она.
В фойе, отделанном серо-голубой плиткой, послышались шаги.
— Того, кто пришел составить тебе компанию.
В гостиную вошел Брэд.
— Как поживаешь, мамуля?
Джинни недобро посмотрела на него.
— Какого дьявола тебе здесь понадобилось? Если старина Джейк узнает, что ты приходил, он тебе шею свернет.
— Старина Джейк, как ты его называешь, ничего не узнает. Правда, мамуля?
— Перестань меня так называть. Никакая я тебе не мамуля!
Брэд расхохотался и направился к бару. Быстренько осмотрев его содержимое, он обратился к Джинни:
— Налить?
— А почему бы и нет? — отозвалась она, допив остатки водки.
Брэд, составив два коктейля, подошел к софе. Один вручил Джинни, а с другим сел рядом с ней на низкой подушке.
— Странно, что ты дома, — заметил он, поднимая свой стакан. — Поскольку старик уехал, я думал, ты захочешь немного развеяться.
— С чего ты взял?
— Извини, наверное, мне следовало бы подумать, что ты сидишь дома и вяжешь отцу свитер.
Джинни не ответила, лишь сделала из своего стакана большой глоток. Голова немного закружилась. Ей нравится такое состояние. Она взглянула на Брэда — лицо его показалось ей немного расплывчатым.
— Значит, ты мне поможешь? — спросил он.
— В чем?
— Выгрести у старика немного денег.
Джинни расхохоталась — Денег? Радость моя, — наклонившись, она коснулась пальцем его щеки, — с чего бы мне помогать тебе?
Ведь я тебя терпеть не могу.
— Не правда, мамуля. — В голосе его послышались сладострастные нотки, и он понизился до шепота:
— Я видел, как ты на меня смотришь.
Джинни резко отстранилась.
— Да пошел ты! — бросила она, сделав еще глоток.
— Мамы не должны так разговаривать со своими детьми.
— Нет, это ты послушай! Никакая я тебе не мать. Я только жена твоего отца.
Брэд задумчиво уставился на свой стакан.
— Джинни, я знаю, что вел себя как последний подонок…
— Это уж точно!
— Но поверь мне, я собираюсь встать на праведный путь, и поэтому мне позарез нужен этот ресторан.
— Послушай моего совета, дружок. Рассчитывай всегда только на себя. Не жди помощи ни от отца, ни от кого бы то ни было.
— Что, по собственному опыту знаешь?
Джинни, улыбнувшись, сделала еще глоток.
— Ты ненавидишь моего отца?
Она покачала головой.
— Иногда он, правда, бывает занудой, каких мало, но у меня нет ненависти к нему. Только терпеть не могу, когда он заставляет меня быть не той, что я есть.
Брэд наклонился ближе:
— А какая ты есть на самом деле, Джинни?
Джинни расхохоталась.
— Я просто сволочь.
Она провела пальцем по ободку стакана, уже ничего не видя затуманенными алкоголем глазами, и тихонько повторила:
— Просто сволочь.
— Что это ты себя казнишь? Джейк застукал тебя, когда ты развлекалась с каким-нибудь барменом?
Джинни чуть не подпрыгнула от неожиданности.
Брэд расхохотался.
— Что, не ожидала? Дружок мой работает барменом в заведении, где вы с отцом провели вечер на прошлой неделе. Он от тебя просто обалдел.
— О Господи!
— Ладно, не переживай.
Воцарилось молчание.
— А еще никогда не ври, — невнятно пробормотала Джинни. — Враньем ничего не добьешься. Оно только будет преследовать тебя.
— Я не вру. Я в самом деле хочу купить этот ресторан.
— Верится с трудом.
Брэд пожал плечами.
— Говорю же тебе, с прошлым завязал.
— А я тебе говорю, что врешь. Прекращай, Брэд, не стоит.
— Опять говоришь по собственному опыту?
— Ага.
Брэд лишь легонько присвистнул.
— Джейк бросит меня, — пробормотала Джинни, внезапно позабыв о присутствии Брэда.
Она открыла для себя простую истину: хотя Джейк временами отличался невероятным занудством, Джинни поняла, что никогда сама, по доброй воле от него не уйдет — слишком вольготное было тут у нее житье, а будущее представлялось довольно туманным. Джейк знал о ее прошлой жизни почти все: сколько у нее было мужей, кем они работали, но о ребенке своем Джинни даже заикнуться боялась. Он тотчас бросил бы ее.
— Из-за ребенка… — добавила она.
— Из-за какого еще ребенка? О Господи! Ты что, залетела?
Джинни почувствовала, как по щекам у нее покатились слезы. А может, это и не слезы вовсе.
— Когда-то… Давным-давно…
— У тебя есть ребенок?
— Есть где-то…
Брэд осторожно положил руку ей на плечо и сдвинул белую материю. Джинни взглянула на него — он внимательно разглядывал ее голое плечо, нежно поглаживая его.
— О Боже, — тихонько прошептал он, — какая ты красивая.
У Джинни захватило дух, но она постаралась взять себя в руки.
— Убери от меня свою грязную руку! — потребовала она. — Ну, живо!
Брэд, наклонившись, поцеловал ее в плечо, принялся возбуждать ее своим горячим языком.
Мышцы его спины, упругие, мускулистые, то опускались, то поднимались, двигаясь в такт языку. Голова у Джинни пошла кругом. Кажется, она рассказала ему про ребенка? А может быть, и нет. Она не была уверена. Джинни смутно понимала, что делает что-то не то, но что именно, никак не могла сообразить. Внезапно осенило — ведь это же сын Джейка!
— Живо! — повторила она едва слышным голосом.
Подняв голову, Брэд заглянул ей в глаза. Джинни почувствовала, как рука его скользнула в вырез платья, принялась ласкать ее грудь. Она поддалась его ласкам. Ну и что? Наплевать! Джейк все равно ее бросит, когда узнает, кто отец ребенка.
— Господи, как я тебя хочу, — прошептал Брэд. — Я мечтал о тебе с самого первого дня, как только увидел.
— Брэд…
Высвободив из-под платья, он продолжал ласкать ее полную грудь. Секунду посмотрел на нее, потом, наклонив голову, принялся будоражить ее другими приемами.
Джинни, одурманенная водкой, застонала и медленно поддалась Внезапно ей припомнился недавний парнишка из бара.
— Я слишком старая для тебя, — пробормотала она.
Брэд забросил ее ноги на софу.
— Ну что ты! Какая же ты старая! Такой горячей женщины я еще никогда не встречал.
Джинни улыбнулась.
— Ты и вправду хочешь меня, Брэди?
Он в ответ с силой прижал ее к софе.
— Укуси мою грудь, — попросила она, ухватившись рукой за нее. — Укуси.
Наклонившись, он нежно куснул ее.
— Сильнее.
Зубы его с силой вонзились в ее податливое тело. Джинни быстро задвигала бедрами, чувствуя, что вот-вот достигнет оргазма.
— Еще сильнее! — крикнула она. — Сделай мне больно!
Он еще раз укусил ее. По ее телу пробежала дрожь.
Последнее, что она запомнила, это как Брэди овладел ею.
Он заставлял ее содрогаться и стонать от наслаждения. Да, давненько с ней такого не бывало!
В комнату проник дневной свет. Джинни открыла глаза и сразу почувствовала что-то неладное. Голова кружилась, глаза невозможно было открыть. Рядом с ней на диване лежал Брэд и храпел.
— Боже мой! — ахнула Джинни, мигом припомнив ночное происшествие.
Она вскочила с дивана. Брэд даже не пошевелился.
Схватив белое расклешенное платье, валявшееся на полу, она голышом понеслась в спальню. Электронный будильник показывал 6:45. «Слава Богу, — с облегчением вздохнула Джинни. — Еще достаточно времени до прихода Консуэло, чтобы выдворить Брэда из дома».
Швырнув платье на пол своего стенного шкафа, Джинни накинула халат и пошла на кухню, быстренько приготовила себе коктейль, закурила и вышла во внутренний дворик. Подойдя к шезлонгу, взглянула на стоявший рядом с ним стол. Из-под пепельницы торчал маленький кусочек голубой линованной бумаги с неровным краем, словно наспех выдернутый из блокнота. Джинни потянула его к себе и прочитала: «16 октября в 12 часов дня».
Она опустилась в шезлонг. Значит, бумажку оставила Джесс. «Вот сука!» — подумала она и внезапно почувствовала, как у нее перехватывает дыхание. Горло сжало, стало нечем дышать. Джинни закрыла глаза. «О Господи, только не сейчас!» Она попробовала глотнуть. Горло сдавило еще сильнее. Нужно дышать помедленнее — вдох-выдох, вдох-выдох. Сначала ничего не получалось, потом Джинни почувствовала, будто слегка ослабило стальную хватку.
Вдох-выдох, вдох-выдох, только не спешить, медленно, еще медленнее. Немного отпустило. Так, еще раз — вдох-выдох, вдох-выдох. Джинни открыла глаза, приступ прошел, тело бессильно обмякло.
Вот черт! Прошло уже двадцать пять лет, а она при одном воспоминании о прошлом чуть не задыхается. Вот идиотка!
Она повертела в руках клочок бумаги, он был влажным, как и ее ладонь. Джинни бросила бумажку в пепельницу и, вытащив из кармана халата зажигалку, подожгла ее. Она тут же занялась оранжевым пламенем, вверх взвился черный дымок. Вскоре огонь погас, но бумажка продолжала дымиться. Джинни затушила в пепельнице окурок.
Вот и все, остался один пепел.
— Чтоб тебя черти взяли, сука, — проговорила она вслух, адресуя свое пожелание отсутствующей Джесс, но написанное осталось в памяти: «16 октября, 12 часов дня».
— Что у нас на завтрак? — раздался за спиной голос Брэда.
— Убирайся отсюда, Брэд, — бросила Джинни, не оборачиваясь. — Ты уже получил то, за чем пришел.
Брэд подошел к столику и уселся в шезлонг, на котором совсем недавно сидела Джесс. У Джинни все в животе похолодело.
— Не совсем, — заметил Брэд с глуповатой улыбкой.
Волосы у него были всклокочены, рубашка выбивалась из штанов — в общем, при дневном свете выглядел он довольно непривлекательно, не то что вчера.
— Я пришел к тебе за помощью, — продолжал он, — а не за твоим телом.
— Неужели? — съязвила Джинни.
Протянув руку к ее стакану, он взял его, сделал большой глоток и тотчас же сплюнул содержимое прямо на стол.
— Боже милостивый! И как ты можешь пить по утрам эту гадость! Даже моя мать никогда этого не делала.
«А моя делала», — хотелось сказать Джинни, но вместо этого она лишь произнесла:
— Сколько можно тебе повторять, что я не твоя мать.
— Что верно, то верно, — ухмыльнулся Брэд, потрепав ее по коленке.
— Убирайся отсюда, Брэд.
— Посижу еще немножко.
— Проваливай, пока сюда не заявилась Консуэло.
Он расхохотался.
— Так вот чего ты боишься! Она будет просто счастлива доложить о нас старику, верно?
— Выматывайся!
— Нет. По-моему, мы еще не обсудили кое-какие деловые вопросы.
— Я не имею никакого доступа к деньгам твоего отца.
— Даже если он вдруг случайно узнает, что произошло здесь этой ночью?
— Он тебе не поверит, — фыркнула Джинни.
— Еще как поверит, когда я скажу ему, что мне нравится, как ты бреешь волосы в одном интимном месте, оставляя лишь узенькую полоску.
Джинни закинула ногу за ногу.
— Кстати, зачем ты это делаешь? — невинно поинтересовался Брэд. — Хочешь, чтобы все мужики обалдели, увидев тебя в бикини? А я-то думал, что только молоденькие девчонки так бреются.
Джинни, вспыхнув, вскочила.
— Послушай, ты! Не думай, что если ты переспал со мной сегодня ночью, то можешь теперь помыкать мною, как тебе заблагорассудится. И даже если Джейк узнает что-то о нас, тебе от этого ничего не перепадет. Меня он вышвырнет из дома, но и ты не получишь ни цента.
Брэд тоже поднялся и подошел к ней вплотную.
— Да ладно тебе, Джинни. Что ты раскалилась! Какие-то жалкие двести тысяч баксов. Да ты наверняка в год тратишь больше на одежду.
Он протянул руку к ее плечу, но она успела отпрянуть. Ужасно хотелось плакать. О Господи, как давно она не плакала.
— Убирайся! Сейчас же!
— А впрочем, я передумал, — заявил Брэд, усаживаясь обратно на стул.
Джинни резко повернулась к нему.
— Что?
— Я передумал, — повторил он, пожав плечами. — Я больше не хочу, чтобы ты помогала мне уговорить старика.
Джинни слишком хорошо знала Брэда, чтобы ему поверить.
— Я хочу, чтобы ты сама дала мне денег, — заявил он.
— Ты, наверное, спятил! — взорвалась Джинни, однако, внимательно взглянув Брэду в глаза, поняла: он прекрасно отдает себе отчет в том, что говорит.
— Да, да, — продолжал он. — Дай мне эти проклятые деньги. Забудь о своем старике, пусть продолжает жить в счастливом неведении.
Джинни почувствовала, что за этим последует что-то ужасное. У нее больно сжалось сердце от предчувствия беды.
— У меня такое чувство, что ты сейчас скажешь «иначе…».
Брэд улыбнулся.
— Верно. Иначе я расскажу ему о твоем ребенке.
Сердце Джинни сильно забилось.
— Ах ты, сукин сын! — воскликнула она.
Ноги сразу стали ватными, руки задрожали. «Спокойствие, только спокойствие, — приказала она себе. — Не показывай вида, что это тебя так задело». Она попыталась взять себя в руки и нормализовать дыхание: вдох-выдох, вдох-выдох. «Да что ты в самом деле, — уговаривала она себя, — испугалась какого-то желторотого юнца. Что он тебе сделает? Ведь ты всегда умела постоять за себя!»
Наклонив голову, Джинни смело глянула ему прямо в глаза.
— Ну и говори, — бросила она.
— И ты не боишься?
— Сейчас 1993 год, Брэд, — проговорила она ровным голосом, пытаясь заглушить клокочущий внутри страх. — Не думаю, что твой отец отпадет, если узнает, что двадцать пять лет назад у меня родился ребенок.
— Двадцать пять лет назад, говоришь? Гм… это интересно. Впервые об этом слышу.
Джинни горделиво встала перед ним, подперев руками бока.
— Ну что, съел? Ничего ты мне не сделаешь! Не выйдет! Если ты скажешь ему о ребенке, он будет любить меня еще сильнее.
— Очень сомневаюсь.
Джинни стукнула ногой по бетонному полу.
— А я нет, — решительно сказала она. — Твой старик, похоже, уверен, что появился на свет лишь затем, чтобы оберегать меня.
Дыхание ее постепенно выровнялось, мало-помалу она приобретала былую уверенность в себе. Брэд, закинув руки за голову, лениво потянулся.
— Мне кажется, будто ты не все рассказала о ребенке.
Есть еще что-то?
Джинни похолодела.
— Ах ты, подонок! — взорвалась она. — Убирайся из моего дома, не то я возьму пистолет и все мозги тебе вышибу!
Брэд расхохотался.
— Ну и ну! Вот уж не думал не гадал, что у тебя есть пистолет.
Никакого пистолета у нее никогда не было, однако лучше будет, если он подумает, что есть.
— Да, определенно ты что-то скрываешь, — продолжал Брэд и, поднеся руки к лицу, принялся внимательно разглядывать свои пальцы. — Видишь ли, мамуля, ты сделала большую ошибку, сказав мне, что если Джейк узнает, он тебя бросит. Вряд ли он бросил бы тебя, если бы узнал, что у тебя когда-то был ребенок. Значит, надо полагать, есть в этой истории еще какие-то темные пятна, иначе ты бы ему давно сама все выложила. Есть что-то такое, что Джейку знать не положено.
В воздухе повеяло утренней прохладой. Было тихое, мирное утро, но на душе у Джинни было муторно. Она пыталась убедить себя, что он ничего не сможет узнать, и вдруг перед ней возник образ Джесс. Совсем недавно она сидела на том же стуле, на котором сидит Брэд. Вполне реальная, осязаемая и все помнящая…
— Ну-ка давай проваливай отсюда!
Брэд поднялся.
— Разумеется, мамуля, я сейчас уйду. Но я вернусь очень скоро, вечером. К этому времени, я уверен, ты найдешь способ раздобыть для меня двести тысяч баксов.
Фланирующей походкой он покинул внутренний дворик. А Джинни продолжала стоять, бессильно прислонившись к столу, пока не услышала на подъездной аллее постепенно удаляющийся гул красного «порше».
Когда Джинни наконец пришла в себя, она на негнущихся ногах направилась к дому. Пройдя в спальню, она присела на краешек кровати. Она понимала — все кончено. Ее совместной жизни с Джейком — самому лучшему, что было в ее жизни, похоже, пришел конец. Ну что ж, сама во всем виновата.
Закурив, она бросила взгляд на стоявшую на туалетном столике фотографию: они с Джейком на Гавайях во время медового месяца. Ей потребовался целый год, чтобы заставить его жениться, год разыгрывала из себя неприступную особу, элегантную леди. Это потребовало всех ее сбережений, которые она скопила, откладывая часть алиментов от третьего мужа. В конце концов победила, добилась своего.
И вот теперь фильм кончился. Все, конец.
Джинни подошла к стенному шкафу, распахнула створки. Внутри висели бесчисленные тысячедолларовые платья, ожидая очередного выхода в город, очередной бурной ночки, очередного бармена. Она бегло оглядела их и содрогнулась — она никогда не сможет их больше надеть.
Джинни сняла с вешалки первое подвернувшееся под руку платье и швырнула его на пол. Она знала, что запросто сможет выцыганить у Джейка двести тысяч баксов. Он даст ей все, что она только пожелает, будучи даже уверенным, что она ему врет. Затем сняла второе платье и швырнула на пол вслед за первым. А что, если взять бабки и смыться? И забыть о Брэде и о Джейке? Она сняла еще одно платье. А что дальше? Куда идти? Опять начинать все сначала? Сколько раз можно начинать все сначала? Покончив с платьями, Джинни взялась за кофточки и свитера, аккуратно лежавшие на полках. Они тоже, один за другим, полетели на пол. «Ничего не выйдет, — грустно думала Джинни. — Джейк все равно отыщет меня. Джесс и этот ребенок».
Через пять минут вся ее одежда лежала на полу шкафа.
Джинни взглянула на груду атласа и бархата, шелка и шифона — материальные ценности, символизирующие стабильное, прочное существование. Какая чепуха! Нет таких понятий, как безопасность и покой. Все это сплошной обман, как и вся ее жизнь. Интересно, сложилась бы ее жизнь, не пусти она отчима в свою комнату в ту первую ночь?
Если бы вместо этого позволила бы ему в кровь измордовать мать? Однако ей легче было дать себя изнасиловать, чем слышать, как он безжалостно лупцует мать. А может, судьба ее уже тогда была предопределена, в тот далекий день, когда ей было всего четыре годика, а эта пьяная скотина, мамин дружок, вломился к ней, и мама, проломив ему башку, спасла свою дочь? Наверное, уже тогда судьба предопределила им жалкое прозябание.
Джинни в сердцах пнула кучу одежды. Больше двадцати лет прошло с тех пор, как умерла мама, а что она, Джинни, сделала, чтобы жизнь сложилась счастливее, чем у нее?
Да ничего! Когда-то она мечтала о сцене, о полной радости и счастья жизни. Мечты, мечты…
Джинни потерла глаза и с удивлением обнаружила, что они мокрые от слез. Еще раз взглянула она на кипу одежды… Все эти тряпки, машины, дом. Что они могут дать? Да ничего. Ни мира, ни покоя, ровным счетом ничего. Вытащив из кармана зажигалку, Джинни наклонилась к одежде и подожгла пушистый жакет из ангоры, который тут же занялся ярким пламенем.




ЧАСТЬ IV
1993 ГОД



Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Грехи юности - Стоун Джин

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4

ЧАСТЬ II

Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

ЧАСТЬ III

Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

ЧАСТЬ IV

Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18

ЧАСТЬ V

Глава 19Эпилог

Ваши комментарии
к роману Грехи юности - Стоун Джин



замечательная история о жизни!!!!
Грехи юности - Стоун Джиннаташа
21.04.2012, 10.16





супер книга. очень поучительная
Грехи юности - Стоун ДжинМарина
12.09.2013, 12.20





Очень интересный роман.Если и читать роман, то именно этот)
Грехи юности - Стоун Джинвероника
17.07.2014, 23.59





Из описания к роману не очень понятно: о чем он? Просмотрев положительные отзывы, решилась читать и непременно потом написать о чем же он конкретно. Но... Читала всю ночь. Говорю: ВЕЛИКОЛЕПНО!!! Передать сюжет в двух предложениях невозможно, а подробно нельзя, будет неинтересно читать.
Грехи юности - Стоун Джинтаня
10.07.2015, 9.13





Книга отличная. Конечно, не столько любовный роман, сколько книга о жизни, о ее сложности и непредсказуемости. Читала часто со слезами на глазах. Читать обязательно!
Грехи юности - Стоун ДжинСветлана
13.07.2015, 23.23





Очень трогательный, чувственный и проникновенный роман. Вообщем, понравился - 10 баллов. Он о девушках, которые в силу обстоятельств, забеременев, вынуждены отказаться от ребенка.
Грехи юности - Стоун Джинроза
20.07.2015, 21.48





Читается роман, можно сказать, в темпе (есно,когда располагаешь временем). События развиваются динамично,немного интриги,страдания и заторможеннось героинь,где нужно, не слащавая концовка,но и не трагичная( а для Джинни,как ..самой несчастной героини,так просто счастливая,что самое то: хоть в романе кому-то счастье улыбнулось). Читабельно. 9.
Грехи юности - Стоун ДжинСкорпи
16.10.2015, 21.40





Жизненно и трогательно. Да, это не классический сюжет для любовного романа с общим хэппи эндом, но иначе, на мой взгляд, было бы не правдоподобно.
Грехи юности - Стоун ДжинЮрьевна
7.03.2016, 23.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100