Читать онлайн Пропавшее колье, автора - Стоун Диана, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пропавшее колье - Стоун Диана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.08 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пропавшее колье - Стоун Диана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пропавшее колье - Стоун Диана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стоун Диана

Пропавшее колье

Читать онлайн

Аннотация

Паула Макмайер, начинающая художница, случайно находит в своем доме бриллиантовое колье, принадлежавшее покойной тете Альберта Каннингхема, их соседа. Альберт предлагает Пауле провести небольшое расследование, однако они не догадываются, к каким неожиданным результатам оно приведет… Так, случайно найденное колье помогает сразу нескольким людям обрести счастье.


Следующая страница

1

– Думаю, мисс Паула, это… – миссис Огилви царственным жестом указала на широкую кровать с балдахином и резными столбиками эпохи Георга III – одну из немногих вещей, сохранившихся в семье Макмайеров от славных предков, – вам здесь не понадобится, не так ли?
Миссис Огилви работала в этом доме приходящей прислугой, сколько Паула себя помнила, и к ней уже давно относились как к равноправному члену семьи. Она была дамой старой закваски, не одобряющей современного легкомыслия и, как она говорила, расхлябанности, обожала во всем строгий порядок и имела обыкновение по любому вопросу высказываться весьма прямолинейно, без обиняков. Она частенько ворчала на домочадцев по всяким пустякам, которые сама считала важными, была строгой и придирчивой, но, несмотря на все это, все в доме – и Паула, и ее мать Долорес, и отец с дядей, когда были живы, – обожали ее, и она платила им тем же. У миссис Огилви имелся свой маленький коттедж по соседству с Макмайерами, но она там только ночевала, все свое время посвящая, как она выражалась, хлопотам по хозяйству, справедливо полагая, что этот дом без нее просто-напросто рухнет. В сущности, в этом была изрядная доля истины. Во всем, что касалось домашних дел, Агнес Огилви была незаменима, и весь дом держался фактически на ней одной. Долорес Макмайер, мать Паулы, была совершенно неприспособленной в том, что касалось ведения хозяйства. А кроме того, сколько Паула себя помнила, мать страдала мигренями и нигде не работала. Пока жив был ее муж, отец Паулы, он их хорошо обеспечивал, ибо работал менеджером по продажам в крупной компании Брайтона по производству офисной оргтехники и имел там небольшой процент акций. А после его смерти пять лет назад семья жила в основном на ежегодную ренту от капитала, вырученного от продажи акций компании. К тому же Паула время от времени подрабатывала в том или ином издательстве в качестве художника-оформителя, но эта работа была нерегулярной и не приносила большого дохода.
В данный момент Паула и миссис Огилви стояли посреди мансарды, размышляя, куда девать мебель, так как Паула решила перенести туда свою студию. Раньше мансарда была комнатой дяди Паулы, Шеймуса, брата ее покойного отца, но он тоже умер пять месяцев назад от сердечной недостаточности. Для Паулы с матерью смерть Шеймуса оказалась неожиданной, поскольку он никогда не жаловался на недомогание и всегда был веселым, бодрым и энергичным.
Шеймус Макмайер много лет прослужил на флоте в качестве кока, объездив чуть ли не весь мир, в пятьдесят пять лет вышел в отставку и, не имея ни собственной семьи, ни дома, несколько месяцев прожил у родственников в Шотландии, а потом приехал на похороны брата, отца Паулы, да так и остался и прожил у них в мансарде пять лет. Он сам настоял на том, чтобы они брали с него плату за комнату и стол, как с обыкновенного постояльца. Семье брата он не причинял много хлопот, ибо был неприхотлив. Паула с матерью были даже рады, что у них в доме есть мужчина, ибо после смерти Шона Макмайера, отца Паулы, в доме остались одни женщины.
Теперь, после смерти дяди, Паула решила устроить в его комнате студию. Мансарда была довольно просторная, светлая и как нельзя лучше подходила для студии. Из ее окон открывался великолепный вид, типичный пейзаж юга Англии: поросшие лесом холмы, аккуратно подстриженные лужайки и деревья, живописно разбросанные, словно капли росы. Много света в комнате было потому, что окна располагались с трех сторон. Дополнительным удобством являлось и то, что в мансарду вела отдельная лестница. Однако, прежде чем поселиться здесь, требовалось как следует потрудиться, ибо в комнате было довольно много мебели и всевозможных вещей, оставшихся от дяди.
– Думаю, кровать можно поставить в гостевую комнату, – высказала предложение миссис Огилви, – а диван оттуда перенести в гостиную.
Паула согласилась. В студии кровать была без надобности, да и места она занимала слишком много.
– Зато можно оставить письменный стол, несколько стульев и комод. В нем можно будет держать кисти и краски, – заметила Паула.
Помимо мебели в комнате имелось множество всяких вещиц и безделушек, которые дядя привозил в качестве сувениров из разных стран мира, в которых ему довелось побывать. Безделушки и сувениры были расставлены и разложены по всей комнате, к тому же ими были забиты пара чемоданов. Тут были и яркие восточные шали, и статуэтки из слоновой кости и фарфора, и египетские папирусы, и расписные блюда, и русские матрешки, и японские нэцке и много другого. Еще у него имелось несколько альбомов с фотографиями, и при жизни дяди Паула часто просила его рассказать, где и при каких обстоятельствах был сделан тот или иной снимок.
Миссис Макмайер тоже поднялась в мансарду, и сейчас они втроем в некоторой растерянности оглядывали все это обилие вещей.
– Даже как-то трудно решить, с чего начать, – сказала Долорес.
Долорес Макмайер была женщиной лет пятидесяти, невысокого роста и довольно миниатюрной, но из-за своей болезненности выглядела старше своего возраста. Когда-то, еще до замужества, она увлекалась сочинительством детективных рассказов, и некоторые из них – очень неплохие, на взгляд Паулы, – даже были опубликованы издательством «Шерлок». Но, выйдя замуж, она забросила это занятие, целиком посвятив себя мужу и дочери, и единственное, что осталось у нее от увлечения юности, это страсть к детективным историям. Она пачками скупала все новинки в детективном жанре и буквально проглатывала их.
– Придется нанять парочку крепких парней из агентства, чтобы вынести кровать и передвинуть мебель, – заметила миссис Огилви. – Ну а с этими безделушками, думаю, мы и сами справимся. Вы, мисс Паула, и вы, миледи, отберите-ка то, что сочтете нужным оставить здесь или перенести в другие комнаты как память о покойном мистере Шеймусе, а остальное я сложу в коробки и отнесу в кладовую.
Паула улыбнулась. Агнес упорно называла ее мать миледи, хотя Макмаейры не принадлежали к высшему свету и не имели никаких титулов. Правда, шотландские предки отца принадлежали к славному клану Макмайеров, которые сражались с англичанами за шотландского принца Бонни Красавчика и за королеву Марию Стюарт, но были дальними, бедными родственниками лэрдов и не имели чести быть причисленными к аристократии.
Паула с матерью отобрали несколько прелестных оригинальных вещиц, которые решили расставить в других комнатах. Дядину одежду они договорились тоже сложить в коробки и отправить в фонд местного благотворительного общества. Вскоре миссис Макмайер, сославшись на начинающуюся мигрень, ушла к себе, и Паула с Агнес остались в мансарде вдвоем. Миссис Огилви вынимала вещи Шеймуса из шкафа и складывала их в коробки. Шкаф они решили тоже оставить в комнате, поскольку он был слишком тяжелым и громоздким, чтобы его куда-то переносить, а выбросить было жаль.
Агнес сняла с вешалки очередной пиджак и задумчиво его оглядела.
– Да, – мрачно проговорила она, – странная все-таки штука жизнь. Вот мистер Шеймус уже лежит на кладбище и трава растет на его могиле, а ведь он на два года моложе меня. Когда-то они с мистером Шоном, вашим отцом, считались самыми завидными женихами у нас в Кливленде, даже девушки из высшего света по ним вздыхали. Потом Шон уехал учиться в Лондон, а по возвращении оттуда сразу женился на вашей матери, а Шеймус как-то неожиданно куда-то пропал. Все в округе недоумевали, куда это он подевался. Ну а вскоре стало известно, что он ушел на флот и поступил помощником кока на большое грузовое судно. Поговаривали, что его неожиданный отъезд был связан с женщиной, но, кто эта женщина и что произошло, никто не знал.
Когда подошло время ланча, миссис Огилви отправилась на кухню разогреть пирог с почками, который испекла накануне, и Паула спустилась в бежевую комнату, где находилась ее старая студия. Пауле с трудом удалось убедить мать позволить ей перенести студию в мансарду. Она подозревала, что та просто боится, что дочь начинает чересчур серьезно относиться к живописи и из-за этого в результате может остаться старой девой.
Возможно, в этом была некоторая доля правды. Паула не относилась к тем девушкам, которые во что бы то ни стало стремятся поскорее выскочить замуж. К тому же на ее жизненном пути еще не встретился мужчина, который увлек бы ее больше, чем занятия живописью. С раннего детства она пыталась рисовать все, что видела вокруг себя, – птиц, кошек, собак, лошадей, а позже человеческие лица и фигуры. Пейзажи, однако, ее ничуть не интересовали. Родители, видя такие способности дочери, отдали ее в художественную школу, которую она вполне успешно закончила, освоив основные художественные приемы и приобретя технику. После школы Паула собиралась поступать в Высшую лондонскую художественную школу, но в это время как раз умер отец, в связи с чем возникли финансовые трудности и Пауле пришлось смирить свои амбиции.
Дядя Шеймус всячески поддерживал ее стремление стать художницей, всегда хвалил ее работы и говорил, что у нее, несомненно, талант. Как-то они втроем – дядя, мама и Паула – ездили на несколько дней в Брайтон, и там, на художественной выставке, Паула познакомилась с довольно известным итальянским художником Винченцо Кантильо. Набравшись храбрости, она подошла к нему, выразила свое восхищение его картинами и пожаловалась, как ей порой бывает трудно поймать ракурс. К немалому удивлению Паулы, синьор Кантильо любезно вызвался приехать в Кливленд посмотреть ее работы.
Через несколько месяцев Паула вновь встретила художника в Бате, и это стало приятным сюрпризом. Обычно он проводил зиму в Лондоне, но на этот раз решил нарушить правила и подышать свежим морским воздухом. Он признался, что охладел к портретам, и стал все больше увлекаться пейзажами, а юг Англии – самое привлекательное место для пейзажиста. Вот он на время и поселился в Бате и устроил там свою студию.
Синьор Кантильо поинтересовался успехами Паулы. Она посетовала, что ей не хватает школы, и он тут же согласился дать ей несколько уроков. С тех пор синьор Кантильо, когда был не слишком занят, приезжал раз в неделю по средам в Кливленд, в течение двух часов занимался с Паулой живописью, пил чай и уезжал обратно либо в Бат, либо в Брайтон, либо в Лондон. Когда жив был дядя Шеймус, он частенько напрашивался посидеть в студии во время этих занятий, объясняя это своим неподдельным интересом к живописи и всему, что с ней связано. На самом деле Паула подозревала, что дядя просто печется о ее добродетели, что при современной свободе нравов было по меньшей мере забавно. Впрочем, присутствие на уроках дяди Шеймуса имело свои преимущества: он служил им в качестве модели. Иногда на роль модели они приглашали миссис Ривз, вдову средних лет, и та всякий раз с радостью соглашалась. В ее мотивах у Паулы не возникало никаких сомнений, но это была абсолютно точно не любовь к искусству.
Дело в том, что, помимо таланта живописца Винченцо Кантильо обладал весьма привлекательной внешностью и вдобавок ко всему был холост. Типичный итальянец, смуглый, темноволосый и кареглазый, с этаким налетом романтизма – словом, такой тип, который нравится женщинам и вызывает зависть мужчин. Он рассказал Пауле, что является младшим сыном в семье богатого итальянского графа и что его семья испокон веков занимается виноделием.
Поначалу миссис Огилви отнеслась к нему с подозрением, как, впрочем, относилась ко всем иностранцам, считая Кантильо чем-то средним между авантюристом и брачным аферистом. Пауле пришлось напомнить ей, что она отнюдь не богатая наследница и, женившись на ней, Винченцо ничего бы не выиграл. К тому же он писал портреты особ королевской крови – королевы-матери, когда она еще была жива, ее величества королевы Елизаветы, принца Чарльза и юных принцев, его сыновей, поэтому смешно даже думать, что он может зариться на ее жалкие гроши. Правда, вскоре неприязнь миссис Огилви к итальянцу сменилась обожанием, и случилось это после того, как он в шутку начал оказывать ей знаки внимания.
В ожидании ланча Паула навела порядок в бежевой комнате, своей прежней студии, и приготовила все, что нужно будет перенести в мансарду, – кисти, краски, полотна, мольберт. Она подумала, что нужно будет приобрести еще один, чтобы иметь возможность работать над двумя полотнами сразу. Когда они еще при жизни дяди Шеймуса были с ним как-то в студии синьора Кантильо, у того стояли целые три начатые картины сразу на трех мольбертах.
После того как Пауле стукнуло двадцать четыре, она как-то перестала думать о замужестве и решила всю себя отдать своей первой и единственной любви – искусству. Как-то Винченцо сказал, что единственная причина, почему в мире так мало знаменитых художниц, – это замужество. Искусство требует полного самоотречения. А как может женщина посвятить себя искусству, если ей приходится думать о быте, ухаживать за мужем, воспитывать детей? Синьор Кантильо полагал, что Паула делает большие успехи, но ее палитра чересчур бледна. Его картины сверкали всеми оттенками драгоценных камней – рубинов, сапфиров, изумрудов, топазов и янтаря, Пауле же пока не удавалось найти такие сочные оттенки на человеческом лице.
Чтобы скоротать время, она решила сделать новый набросок. Большое количество автопортретов в ее коллекции вовсе не означало, что она, как Нарцисс, обожала любоваться собой любимой, просто рисовать себя было гораздо проще, чем просить кого-то попозировать. Паула часто садилась перед зеркалом и рисовала себя, как это делал Рембрандт. В живописи, как в любом другом деле, нужно много тренироваться, как говорится, набить руку, поэтому она подвинула стул поближе, положила альбом на колени и стала вглядываться в знакомое отражение. Синьор Кантильо утверждает, что у нее классические черты, хотя и не совсем правильные. Он явно льстит ей и, как любой итальянец, любит говорить комплименты.
Кожа у Паулы была светлая, но не бледная, глаза серые, большие, лоб широкий, нос, правда, далек от классического идеала, ибо был немного длинноват, а рот, на ее взгляд, чересчур большой, зато зубы от природы белые и идеально ровные. Ее наставник утверждал, что истинная красота уникальна потому, что не совсем точно следует идеалу, хотя, по мнению Паулы, у нее этих отклонений было многовато. Многие считали ее привлекательной, даже хорошенькой, но никто, кроме Винченцо, не говорил ей, что она красива.
Вскоре миссис Огилви позвала их с мамой на ланч, после которого миссис Макмайер удалилась в свою комнату, чтобы с головой погрузиться в перипетии очередного детективного романа, Агнес занялась уборкой на кухне, а Паула снова поднялась в мансарду, чтобы продолжить разбирать дядины вещи. Она решила освободить комод, чтобы использовать под свои рисовальные принадлежности, и стала вынимать рубашки из верхнего ящика, одновременно стараясь представить, как будет выглядеть мансарда, когда будут убраны кровать и ковер, сняты шторы, стены выкрашены в белый цвет, постелен линолеум…
Паула так замечталась, что даже вздрогнула от неожиданности, когда ее пальцы, вынимающие очередную мужскую рубашку, наткнулись на что-то твердое. Она опустила глаза и увидела, что это длинная плоская деревянная шкатулка, покрытая бело-голубой эмалью. Очередной сувенир, привезенный дядей из какого-нибудь плавания. Интересно, есть ли что-нибудь внутри или она пуста?
Заинтригованная Паула щелкнула замочком, крышка отскочила, и ее глазам предстало нечто невообразимое. Солнечный свет, льющийся из окон, упал на этот странный предмет, и он засверкал мириадами маленьких радуг. Это было великолепное бриллиантовое колье – нитка мелких бриллиантов с подвесками из более крупных камней. Паула не слишком разбиралась в драгоценностях и не знала, как называются бриллианты разной огранки, но там были камни различной формы, причем некоторые довольно крупные.
Насколько Паула знала, у дяди Шеймуса не было больших денег. За квартиру и стол он отдавал им из своей пенсии, которую платила ему его компания.
– Откуда он это взял? – пробормотала ничего не понимающая Паула. Ведь такое колье должно стоить целое состояние. Может, у него были значительные сбережения и он все вложил в камни? Но почему не хранил их в банке?
Паула вынула колье из шкатулки и подняла, чтобы полюбоваться на него. Камни засверкали так, что у нее прямо дух захватило. Если колье принадлежало дяде Шеймусу, значит, теперь оно принадлежит им, как ближайшим родственникам? Целую минуту Паула предавалась размышлениям о том, как она едет в Италию, чтобы изучать технику итальянских живописцев, как синьор Кантильо приглашает ее пожить в особняке своих родителей. Кажется, он говорил, что его семья живет в Пизе? А потом они вместе едут во Флоренцию – колыбель Ренессанса…
Внезапно ее сладостные грезы были прерваны отчетливым воспоминанием. Перед глазами у нее совершенно явственно встал газетный заголовок четырех– или пятилетней давности. Он гласил:
У леди Вероники Беллинджер украдено бриллиантовое колье стоимостью сто двадцать пять тысяч фунтов.
А ниже, под заголовком, фотография вот этого самого колье, которое Паула сейчас держала в руках. Тогда в связи с пропажей было много шуму.
О нет, только не это. У Паулы внутри все похолодело. Насколько она помнила, колье так и не было найдено. Неужели?.. Нет, этого просто не может быть! Дядя не мог его украсть! Он не был вором!
Сама не своя от ужаса, Паула бросилась вниз, в комнату матери.
Долорес сидела в мягком кресле с неизменным детективом в руках и, когда Паула буквально влетела к ней, подняла глаза и недоуменно воззрилась на дочь.
– Что случилось, дорогая? Почему ты так запыхалась?
Ни слова не говоря, Паула протянула руку и положила колье на журнальный столик рядом с креслом.
– Что это, Паула? – Она уставилась на сверкающие камни. – Это… бриллианты?
– Разумеется, бриллианты. Это, если мне не изменяет память, то самое колье, которое было украдено у леди Вероники Беллинджер несколько лет назад. Ты помнишь ту историю?
– Разумеется, помню. Ты же знаешь мою любовь ко всякого рода детективам. Полиция буквально сбилась с ног, разыскивая пропавшее колье, но не нашла никаких концов. Через некоторое время дело было приостановлено, но, как я понимаю, оно до сих пор не закрыто. Где ты его нашла?
– Оно лежало в эмалированной шкатулке в дядином комоде среди его рубашек. Что нам теперь с ним делать?
– Ты… ты уверена, что это то самое колье? – спросила побледневшая миссис Макмайер. – Впрочем, можешь не отвечать, я и сама вижу, что это оно. Я видела его однажды на леди Веронике во время ежегодного благотворительного бала в Каннингхем-Хилл.
– О господи, мама, неужели дядя украл его? Что нам теперь делать? – схватилась за голову Паула.
– Не пори чушь! – отрезала Долорес. – Шеймус был порядочным человеком, джентльменом, он не мог ничего украсть, тем более это! – Миссис Макмайер покосилась на лежавшее на столике колье с такой опаской, словно это была какая-нибудь ядовитая рептилия.
– Тогда как ты объяснишь тот факт, что оно лежало в его комоде? – кипятилась Паула.
– Пока не знаю, но, думаю, нам с тобой придется провести небольшое расследование, – решительно заявила миссис Макмайер, поднимаясь с кресла. – И начнем мы с того, что сейчас как следует осмотрим все оставшиеся вещи Шеймуса. Может, найдется какая-нибудь зацепка или подсказка. – И она бодрым шагом направилась к двери.
Сказать, что Паула была потрясена, значит, ничего не сказать. Из вялой, апатичной, болезненной стареющей женщины ее мать прямо у нее на глазах превратилась в бодрую и энергичную даму. На вечно бледных щеках неожиданно вспыхнул румянец, глаза засияли, в голосе и жестах почувствовалась решительность, которой никогда раньше Паула не замечала, во всяком случае в последние несколько лет. Неужели перспектива превратиться в детектива и расследовать собственное дело, а не следить за развитием сюжета в романе так повлияла на нее? Похоже, подумала Паула, мама вообразила себя Шерлоком Холмсом, Эркюлем Пуаро, мисс Марпл и комиссаром Мэгре вместе взятыми.
Изумленно качая головой, она отправилась вслед за ней в мансарду, и они вместе самым тщательным образом пересмотрели все дядины вещи, но не нашли больше ни драгоценностей, – к счастью! – ни каких-либо писем, в которых бы содержался какой-то намек или зацепка, – словом, ничего. Компьютером, который стоял у них в бывшем папином кабинете, дядя не пользовался, он вообще относился с большим недоверием к новомодным штукам, как он называл современную технику. У него даже мобильного телефона не было.
Уставшие и обескураженные, Паула с матерью сели передохнуть на кровать и стали думать, что делать дальше. Паула решительно воспротивилась против того, чтобы затевать самодеятельное расследование.
– Ну как, скажи на милость, мы будем что-то выяснять? Отправимся в Каннингхем-Хилл и начнем расспрашивать хозяев и обслуживающий персонал, что они знают и что видели? Но это же нелепо. Как мы объясним свой интерес? И потом, если мы ни с того ни с сего начнем расспрашивать о колье, пропавшем пять лет назад, нас могут заподозрить в причастности к его исчезновению.
– Ну хорошо, – вздохнула миссис Макмайер, – допустим, я с тобой согласна. Но что ты предлагаешь? Не можем же мы оставить это колье у себя? Каким бы путем оно ни попало к Шеймусу, – а я ни за что не поверю, что он его украл! – мы не можем присвоить эту вещь себе.
– О том, чтобы оставить его у себя, разумеется, не может быть и речи. Но нужно каким-то образом избавиться от него. – Паула нахмурилась. – Может, взять и выбросить его в мусорный бак?
– Ты с ума сошла, Паула! – ужаснулась миссис Макмайер. – Мыслимое ли дело выбрасывать на помойку вещь стоимостью в сто двадцать пять тысяч фунтов! Да это же просто кощунство!
– Ну хорошо, а как, по-твоему, мы должны от него избавиться? Спрятать где-нибудь на чердаке, чтоб никто никогда не нашел?
– Это исключено, – категорически отрезала Долорес. – Мы же уже решили, что ни в коем случае не должны оставлять колье у себя. Мы должны вернуть его Каннингхемам.
– Но леди Вероника уже умерла. Кому мы его вернем и, главное, как?
– Колье, по-видимому, является фамильной драгоценностью Каннингхемов, следовательно, принадлежит их семейству, а не леди Веронике лично, – сказала миссис Макмайер. – А что касается того, как вернуть, над этим мы должны как следует поразмыслить. У тебя есть какие-нибудь идеи?
Паула задумалась.
– Может, послать по почте? – высказала она предложение.
– Это рискованно. Во-первых, отследить, откуда пришла посылка, ничего не стоит, а во-вторых, на почте нас могут запомнить.
– Я могу поехать в Лондон и отправить оттуда, – предложила Паула.
– Нет, – покачала головой миссис Макмайер, – не стоит рисковать. Надо как-то так вернуть колье, чтобы его нашли, но не сразу.
– Ты хочешь сказать, что нам надо незаметно проникнуть в Каннингхем-Хилл и просто подкинуть колье?
Каннингхем-Хилл являлся резиденцией представителей местной аристократии – Каннингхемов. Их особняк располагался в паре миль от Кливленда, на вершине холма. Теперешний глава семейства, граф Альберт Каннингхем, большую часть времени проводил в Лондоне, но время от времени наезжал в родовое имение к своей матери, вдовствующей графине леди Каннингхем.
– Насчет того, чтобы проникнуть незаметно, это ты, пожалуй, перегнула палку, но каким-то образом попасть в Каннингхем-Хилл мы должны.
– Но как, мама? Нас никогда не приглашали в Каннингхем-Хилл и не пригласят.
Прийти к ее светлости в гости просто так, без приглашения, было невозможно. Каннингхемы принадлежали к высшему свету. За свои двадцать четыре года Паула была у них только дважды во время ежегодного благотворительного бала, когда там было множество других гостей. Во время выборов лорд Каннингхем становился весьма общительным и гостеприимным и устраивал большие и пышные приемы. К сожалению, в ближайшее время не предвиделось ни выборов, ни бала.
– А может быть, леди Каннингхем заинтересуется твоими уроками с синьором Кантильо? Кажется, он говорил, что он граф?
Пауле было лестно, что она берет уроки у графа, но мамино предложение было абсолютно нереально. Пауле стало смешно, когда она представила, как величественная и надменная леди Каннингхем карабкается по крутой лестнице в ее мансарду.
– Нет, мама, боюсь, это никуда не годится. – Внезапно Пауле пришла в голову интересная мысль. – Послушай, мам, – воскликнула она, – а что, если попробовать привлечь ее в ваше общество любителей детектива?!
Несколько приятельниц миссис Макмайер собирались раз в неделю, чтобы обсудить тот или иной прочитанный ими детектив или очередную новинку любимого жанра.
– Полагаешь, леди Каннингхем интересуется книгами?
– Не знаю, да это, в сущности, и не важно. Это просто повод нанести визит в Каннингхем-Хилл. Кстати, – добавила Долорес, – я слышала, что несколько дней назад приехал из Лондона лорд Каннингхем. Наверняка уж он-то любит читать.
Как раз присутствие лорда Каннингхема было нежелательно. Пауле совсем не хотелось выглядеть перед ним глупо с этим несуразным визитом. Она только надеялась, что на тот момент его не будет в особняке.
– Итак, нужно позвонить в Каннингхем-Хилл и договориться о встрече, – подвела итог миссис Макмайер. – Как насчет завтрашнего дня, Паула? Тебя это устроит?
– Меня-то устроит, – усмехнулась Паула. – Вопрос в том, устроит ли это леди Каннингхем.
– Будем надеяться на лучшее, – оптимистично заявила Долорес, после чего они спустились на кухню, решив, что после таких потрясений им просто необходимо выпить по чашечке чая – традиционного успокоительного средства всех англичан.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Пропавшее колье - Стоун Диана

Разделы:
12345678910Эпилог

Ваши комментарии
к роману Пропавшее колье - Стоун Диана



великолепный роман!г-ые герои грязью друг-друга не обливают, читается легко и быстро
Пропавшее колье - Стоун ДианаИриша
28.05.2012, 12.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100