Читать онлайн Коварный замысел, автора - Стоун Диана, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Коварный замысел - Стоун Диана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.19 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Коварный замысел - Стоун Диана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Коварный замысел - Стоун Диана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стоун Диана

Коварный замысел

Читать онлайн

Аннотация

Начинающая писательница Глэдис Рейли приезжает отдохнуть в уединенное место на берегу озера, но оказывается в ловушке, подстроенной подругой. Однако коварный замысел терпит крах, а Глэдис в результате обретает любовь и счастье.


Следующая страница

1

От Айронвуда, расположенного на границе штатов Висконсин и Мичиган, местность, как указывалось на карте, стала болотистой, но от этого не сделалась менее привлекательной. Глэдис вела машину на небольшой скорости, с удовольствием наслаждаясь прекрасным, немного суровым пейзажем, простирающимся по обе стороны шоссе. Она не могла дождаться, когда доберется до места и увидит озеро.
Глэдис была рада, что позволила Сандре уговорить себя поехать сюда. Ей никогда прежде не приходилось бывать на озере Верхнем, хотя Сент-Пол находится не так далеко, всего в каких-то парах сотен миль. Все дело в том, что Глэдис за свои двадцать четыре года вообще очень мало путешествовала: один раз, еще в школе, ездила на экскурсию вместе с классом в Вашингтон, пару раз они с мамой отдыхали в кемпинге на озере Мичиган, да еще пять лет назад летали во Флориду к тете Ханне.
Этот суровый северный край очень нравился Глэдис. Было в нем нечто прекрасное и завораживающее, вселявшее в душу умиротворение, в котором Глэдис сейчас так нуждалась. Это было своего рода бегство, и, к своему удивлению, она обнаружила, что есть еще на карте этой страны такие места, на которые вездесущий туристический бизнес не наложил свою лапу. У Глэдис время от времени даже мелькала мимолетная мысль, что она незваной гостьей вторглась в этот чужой мир, который своей первозданной красотой и покоем так отличается от суматошности большого города.
Однако эти странные ощущения не портили ей настроения, и она с удовольствием предвкушала, как будет наслаждаться отдыхом, покоем и одиночеством.
Где-то неподалеку отсюда, в небольшом рыбацком поселке, родилась и выросла Сандра Гамильтон, в девичестве Палмер. Как-то даже не верилось, что такая блестящая красавица, ныне популярная актриса, звезда мюзиклов, родом из этих мест, да к тому же происходит из простой семьи рыбака и учительницы. Прямо как в сказке про Золушку, которая, впрочем, отплатила своему принцу черной неблагодарностью, сбежав с другим, более богатым и перспективным. Вероятно, ее муж, Джеффри Гамильтон, не единожды проклинал тот день, когда пригласил к себе на обед в Бриксхолл продюсера мюзиклов из Сент-Пола Андре Мартиньи, приехавшего на пару дней погостить к своему другу, живущему по соседству. Это положило начало событиям, которые привели к такому трагическому финалу.
Глэдис невольно вздрогнула. Бедный Джеффри! Как же он страдал, когда узнал о любовной связи между его женой и Андре, а потом он еще и ослеп… Даже как-то не верилось, что он в конце концов простил Сандру и просил ее по-прежнему считать Бриксхолл своим домом.
Правда, нельзя сказать, что Сандра воспользовалась его великодушным предложением. За шесть лет с тех пор, как они расстались, она виделась с ним всего лишь один раз, да и то когда он лежал в больнице после несчастного случая, лишившего его зрения. Возможно, она и тогда бы не поехала навестить его, но ее убедил Андре, предупредив, что пресса не преминет воспользоваться этим и это дурно отразится на ее имидже.
«Да уж, свиданьице было то еще», – с циничной усмешкой поведала ей Сандра, и Глэдис потрясло, как женщина, изображающая на сцене такие искренние, пылкие чувства, в жизни может быть настолько холодной и черствой. Сандра не испытывала ни малейшей жалости и сострадания к человеку, за которого в восемнадцать лет вышла замуж и которого бросила через четыре года без малейших угрызений совести. Глэдис все больше убеждалась, что и ее связь с Андре Мартиньи всего лишь средство для достижения цели. Сандра сама как-то призналась Глэдис, что всегда была очень честолюбива, с самого детства. Она всегда мечтала выступать на сцене, играть и петь. Справедливости ради следует отметить, что природа наделила ее несомненным актерским талантом, безупречным музыкальным слухом и довольно сильным, завораживающе красивым голосом. Помимо всего прочего она обладала привлекательной внешностью и целеустремленностью, граничившей с одержимостью. Став протеже Андре Мартиньи, она очень скоро сделалась знаменитой.
Показался дорожный знак – до Бриксхолла оставалось всего несколько миль. Сама не понимая почему, Глэдис вдруг заволновалась. Спокойно, приказала она себе, волноваться просто глупо. Это всего лишь дом. Большой, красивый дом с видом на озеро, как говорит Сандра. Уединенная, тихая гавань, где она сможет собраться с мыслями, привести в порядок чувства и при этом насладиться покоем, будучи уверена, что никто ее здесь не побеспокоит. Никто, кроме Сандры, не знает, куда она поехала.
Разумеется, это была идея Сандры – чтобы она ненадолго сбежала именно сюда, в Бриксхолл. Дом все равно пустует, сказала она, никто им не пользуется. Джеффри уже давно покинул свой уединенный приют и переехал жить в более теплые края. Ему по наследству досталась вилла в Венесуэле, на берегу реки Ориноко, мимоходом пояснила она, не вдаваясь в подробности от кого. И так как Гамильтоны утратили свою былую значимость и богатство, то оказалось проще и дешевле жить за границей.
Глэдис знала, что когда-то Гамильтоны были богаты. Они вкладывали деньги в рыболовецкий промысел и добычу серебра. При дедушке Джеффри, Роберте Гамильтоне, империя процветала, но его сын, отец Джеффри, как и он сам, оказались плохими бизнесменами, и при них дело пришло в упадок. Тем не менее для Сандры, в семье которой кроме нее было еще четверо детей, брак с Джеффри Гамильтоном стал большой удачей. По-видимому, Джеффри поразила броская красота Сандры и, несмотря на разницу в возрасте почти в двенадцать лет, он женился на ней. А поскольку родители его к тому времени уже умерли, никто не препятствовал этому браку.
Внезапно из-за поворота, который делала дорога, показалось озеро, и Глэдис, забыв обо всем, залюбовалась этой величественной картиной простиравшейся до самого горизонта серебристой гладью. Погода стояла погожая и тихая, и озеро было спокойным, но она читала, что в ненастье оно может быть бурным и очень опасным. Здесь было так безлюдно и даже сурово, но все это как раз соответствовало душевному настрою Глэдис. Сандра была права, когда говорила, что она найдет здесь, вдали от шума и суеты, покой и забвение, и Глэдис была благодарна ей хотя бы за то сочувствие, что побудило ее предложить Глэдис пожить в своем доме пару недель.
По правде сказать, отношения Глэдис с Сандрой Гамильтон были довольно странными. Глэдис работала бухгалтером в музыкальном театре, звездой которого была Сандра. Будучи мелкой служащей, она не имела возможности часто встречаться – тем более общаться – со знаменитостями, но однажды дядя Шеймус, отцовский кузен, пригласил ее на званый вечер, где она и познакомилась с Сандрой Гамильтон.
С самого начала Сандра потянулась к ней, одарила своим расположением. Возможно, дело было в том, что светловолосая, с бледной кожей и большими серыми глазами миловидная Глэдис чем-то походила на нее саму – точнее, казалась ее бледной копией; может, слабое здоровье Глэдис вызывало в ней сострадание, а может, в то время Сандра еще не слишком твердо стояла на ногах и откровенное восхищение Глэдис льстило ее самолюбию. Как бы то ни было, они подружились, и Глэдис, которая была на четыре года моложе, стала, сама того не желая, ее наперсницей. Несмотря ни на что, она по-своему любила Сандру, хотя и не всегда приветствовала ее попытки вмешиваться в свою жизнь. Тем не менее именно Сандра помогла ей увидеть Кайла в истинном свете и вот теперь предоставила ей возможность побыть одной, прийти в себя…
При мысли о Кайле у Глэдис задрожал подбородок. Поначалу она никак не могла поверить в то, что это произошло. Кайл казался таким уверенным в себе, в своем чувстве к ней, он столько раз говорил ей о своей любви. Они даже обсуждали, когда и где поженятся. Но однажды в разговоре Сандра вскользь упомянула, что у Глэдис больное сердце, и Кайл стал выдумывать различные предлоги, чтобы не встречаться с ней.
Внезапно на ветровое стекло упало несколько крупных капель дождя, и, отогнав невеселые воспоминания, Глэдис постаралась сосредоточиться на дороге. Сейчас дорога спускалась вниз по пологому склону в сторону бухты. Подъехав ближе, она увидела дамбу и рыбацкие баркасы, вытянувшиеся в линию вдоль всей ее длины, а потом дорога опять поднималась вверх, где через пелену зарядившего мелкого дождя уже виднелся дом, который стоял чуть в стороне, обособленно, как бы сам по себе.
Наверное, это и есть Бриксхолл, решила Глэдис и окончательно стряхнула с себя грустные воспоминания и мысли. Они уступили место вначале недоумению, затем изумлению – высокий каменный забор, увитый хмелем, стены из желтоватого кирпича, круглая башенка с восточной стороны, металлическая крыша… Сандра не упоминала, что дом такой огромный и внушительный, и теперь Глэдис не без внутреннего трепета взирала на мощные стены, поднимавшиеся перед ней.
От незапертых железных ворот к дому вела короткая подъездная дорога, выложенная каменными плитами, между которыми проросла трава. Проехав по ней, Глэдис затормозила и удрученно подумала, что это не совсем то, чего она ожидала. Не то это место, где можно провести пару недель в полном одиночестве и обрести покой. Вблизи дом выглядел еще более подавляющим. Глэдис нервно сглотнула. Это же особняк, родовое гнездо, лишь на уборку которого требуется целая дюжина слуг. Сандра дала ей ключ, и, представляя себе обычный большой дом, – дом, а не особняк! – Глэдис захватила с собой спальный мешок, чтобы спать в нем, пока не приберется в доме, не проветрит постель. Теперь же все ее приготовления и рассуждения казались нелепыми. Сандра говорила, что некая миссис Окли заходит время от времени открыть окна и проверить, все ли в порядке, но теперь, сидя в машине, Глэдис начали охватывать сомнения. Разве в такой дом заходят, чтобы просто проветрить? Да тут, должно быть, десятки комнат: столовые, гостиные, спальни…
Глэдис перевела взгляд на наручные часы. Начало шестого. Через пару часов стемнеет, и, хотя ей не очень хотелось ехать назад, в ближайший городок, до которого было около десяти миль, да к тому же в дождь, перспектива провести ночь одной в этом огромном, мрачном на вид особняке казалась еще менее привлекательной. На заднем сиденье машины был сложен ее багаж: спальный мешок с подушкой, сумки с одеждой, постельным бельем и запасом провизии на первые два-три дня, а также ноутбук с черновыми записями первых двух глав любовно-исторического романа, который она начала писать незадолго до этой поездки. Она давно мечтала написать книгу, по крупицам собирала материал, придумывала сюжет, и вот теперь оставалось только сесть и воплотить свой замысел в жизнь. Эти две недели отдыха – прекрасная возможность поработать над книгой.
Глэдис с детства увлекалась литературой и историей, но считала это просто приятным хобби. Но год назад у нее вдруг возникла идея написать несколько коротких исторических повестей, которые она, ни на что не надеясь, отнесла в одно издательство. К ее удивлению, повести приняли и сразу же напечатали, а ей предложили попробовать себя в качестве романистки. Это придало ей уверенности в себе и в своих силах и вселило надежды на будущее.
Глэдис откинулась на сиденье. Если она сейчас уедет, то, скорее всего, в ближайшее время ей не представится такой прекрасной возможности поработать над книгой.
Дождь закончился так же неожиданно, как и начался, и сквозь облака проглянуло солнце. Глэдис невольно залюбовалась тем, как веселые апрельские лучи позолотили оконные стекла, прогоняя мрачное впечатление. Глэдис вдруг захотелось остаться. Разумеется, глупо проехать столько миль и даже не заглянуть в дом, который с появлением солнца уже не выглядел таким подавляющим. Если бы в Бриксхолле поселился рачительный хозяин, подумала Глэдис, то он мог бы превратить его в уютный дом. Не составляло большого труда представить, какую гордость, должно быть, испытывала Сандра, став его владелицей.
Все окна фасада были зашторены, и Глэдис с присущим ей живым воображением представила себе дом живым существом, который несколько настороженно смотрит на мир из-под прикрытых штор. Как жаль, что здесь больше никто не живет, с грустью подумала она. Пустой дом – это так печально.
Глэдис решительно открыла дверцу и вышла из машины. После дождя заметно похолодало, и Глэдис поспешила снова надеть легкую курточку, которую сняла в машине. Куртка была легкая, но теплая, и она сразу же согрелась и стала рыться в сумочке в поисках ключа, который вручила ей Сандра перед отъездом.
Ключ повернулся без натуги, и тяжелая дубовая дверь легко подалась внутрь безо всякого скрипа и скрежета, как можно было ожидать. Усмехнувшись своему живому воображению, с готовностью подсовывавшему всяческие устрашающие картины, она ступила в холл и с облегчением отметила, что портьеры, которыми задернуты окна по обе стороны двери, пропускают свет. Закрыв дверь, Глэдис подошла к одному окну и отдернула штору.
Оглядевшись, она увидела, что стоит в широком холле с высоким потолком. Напротив входной двери широкая дубовая лестница с резными перилами ведет на второй этаж. На стене лестничной площадки висит какой-то портрет. По обе стороны располагаются двери, ведущие, по всей видимости, в официальные комнаты: гостиные, столовую. Под лестничным маршем виднеется край потемневшего от времени старинного комода.
Внезапно Глэдис пронзило странное ощущение, что что-то не так. Она нахмурилась и еще раз огляделась. Ну, разумеется, как же она сразу не заметила? В доме на удивление чисто, если учесть, что здесь никто не живет. Паркет, в центре устланный ковром, так тщательно натерт, что даже ощущается слабый запах воска.
Ею овладело смутное беспокойство. Одно из двух: либо миссис Окли крайне добросовестно относится к своим обязанностям, либо Сандра ошибается и в доме кто-то живет. А вдруг Джеффри, как и его жене, пришло в голову пригласить кого-то из своих друзей погостить здесь? Возможно, просто в данный момент они куда-то ушли или уехали?
Первой панической мыслью было поскорее бежать, но тут ей пришла в голову одна явная странность: если в доме кто-то живет, то почему задернуты шторы? И потом, Сандра наверняка знала бы, если бы муж вернулся в Штаты. Разве она послала бы сюда Глэдис, если бы не была абсолютно уверена, что Джеффри здесь нет?
Глэдис сделала глубокий вдох, чувствуя, как пульс постепенно приходит в норму. Она попыталась мыслить логически. В конце концов, ведь Сандра сама отправила сюда ее, Глэдис, вот и попросила миссис Окли сделать уборку к ее приезду. Ну, конечно, именно этим все и объясняется, и очень хорошо, что она все-таки решилась войти в дом. Ее приезда здесь явно ожидали, и, если бы она развернулась и уехала, это наверняка обидело бы женщину, которая так для нее постаралась. Она с теплой благодарностью подумала о Сандре. Как мило с ее стороны так о ней заботиться. Впрочем, Глэдис тут же подумала, что это не слишком-то похоже на ее подругу, если вспомнить, как безжалостно она разоблачала Кайла, но она постаралась отогнать недостойные мысли. Это просто замечательно, что она осталась!
– Итак, ты все-таки приехала, Сандра!
Низкий, чуть хрипловатый мужской голос, внезапно прозвучавший откуда-то слева, заставил Глэдис застыть на месте. Она вздрогнула и метнула испуганный взгляд туда, откуда раздался голос. Дверь в углу холла, ведущая, вероятно, в кабинет или библиотеку, была открыта, и в проеме возвышалась внушительная, неподвижная мужская фигура. Слабое освещение, льющееся из комнаты, не позволяло как следует разглядеть говорящего, придавая его облику несколько зловещий, угрожающий вид. Ясно было лишь, что это высокий мужчина крепкого сложения с темными волосами. Черты лица были плохо различимы, но Глэдис все же удалось разглядеть, что у него широкий лоб, высокие скулы, твердые, плотно сжатые губы, довольно крупный нос. Она видела фотографии Джеффри Гамильтона и узнала его, но не только по чертам лица. Она узнала его именно по этой неподвижности и еще потому, что на нем были темные очки.
Потом Глэдис вспомнила его слова и нахмурилась. Он сказал: «Значит, ты все-таки приехала, Сандра». Что это значит? Он попросил жену приехать и ждал ее?
У Глэдис неровно забилось сердце. Она уже чуть было не сказала, что она не Сандра, но потом передумала: она чувствовала свою вину в том, что непрошеной гостьей явилась сюда и нарушила уединение этого человека. У нее не было на это никакого права. Не она должна быть сейчас здесь, а Сандра, и если она признается, что это не так, то нанесет очередной удар по чувству собственного достоинства бедного Джеффри Гамильтона. Как она скажет ему, что это Сандра прислала ее сюда? Как признается в том, что стала невольным оружием в игре, которую затеяла беспринципная Сандра? С каждой проходящей минутой ее убеждение в том, что Сандра прекрасно осведомлена, что в доме ее ждет муж, росло и крепло.
Но, с другой стороны, как она может не признаться? Четыре года этот мужчина был мужем Сандры. Он знает ее лицо, ее голос. Однако сейчас Джеффри Гамильтон слепой и прошло шесть лет, с тех пор как они расстались…
– Сандра… – снова проговорил он.
Глэдис беспомощно взглянула на него. Нужно что-то сказать, как-то реагировать. Господи, как же ей быть, что делать?!
– Джеффри? – робко выдохнула она и услышала, как он вздохнул с облегчением. – Д-добрый вечер.
– Как, по-твоему, я сильно изменился?
Похоже, голос ее не выдал, и Глэдис судорожно перевела дух. И что дальше? Признаться или окончательно запутаться в паутине лжи? На долю Джеффри Гамильтона выпало так много страданий. Сможет ли она уберечь его от новых? И почему он попросил Сандру приехать? О чем хотел поговорить? И, что самое важное, почему Сандра умолчала об этом?
Внезапно испуг и растерянность сменил гнев. Сандра знала, что муж здесь, теперь Глэдис была абсолютно убеждена в этом. Теперь все стало на свои места – и неожиданная, не свойственная Сандре доброта, и ее предложение пару недель пожить в этом доме. Сандра знала, что Джеффри здесь и что он ждет ее, и отправила вместо себя Глэдис, понимая, что она не сможет не посочувствовать беспомощному человеку.
– И-изменился? – заикаясь пробормотала она. – Нет, вовсе нет. Но, Джеффри, я…
– Это хорошо, что ты приехала. – Он пресек робкую попытку Глэдис что-то объяснить, и в его голосе послышались ироничные нотки. – А то я все гадал, приедешь ты или нет. Ты ведь так… занята. В отличие от меня.
От волнения во рту у Глэдис пересохло. Она бросила нервный взгляд на окно с отдернутой шторой и увидела, что небо снова затянулось тучами и по оконному стеклу сползают дождевые капли. Запаниковав, она отступила на шаг.
– Добро пожаловать в наш дом. – Словно почувствовав ее страх, Джеффри Гамильтон шагнул вперед и довольно уверенно направился к ней. – Давай пройдем в библиотеку. Там мы можем чего-нибудь выпить перед ужином и спокойно поговорить.
– Но я… – Глэдис с тоской взглянула в окно. Мне нельзя здесь оставаться, в ужасе думала она, но как уйти, не дав ему догадаться, что я не его жена? Что Сандра в очередной раз его обманула? А может, он и не надеется, что она останется? Может, пригласил, чтобы просто поговорить о… О чем? О прошлом? Едва ли. О ее жизни? Тоже маловероятно. Тогда, быть может, о разводе? Глэдис вздохнула с облегчением. Вот это скорее всего. Это имеет смысл. Джеффри хочет получить развод. Возможно, он встретил женщину и хочет снова жениться. Какую-нибудь милую, добросердечную леди, которая не мечтает о карьере, а готова быть домохозяйкой, ухаживать за мужем, растить детей.
– Сандра?
Он подошел совсем близко, и, когда свет из незашторенного окна упал на его лицо, Глэдис удалось разглядеть за затемненными стеклами очков его глаза – глубоко посаженные, прикрытые тяжелыми веками и какие-то пронзительные. Если бы Глэдис не знала, что он совсем слепой, то могла бы поклясться, что он видит ее насквозь. По его загорелой коже сразу было ясно, что он живет в южных краях, где много солнца. На нем была темно-синяя рубашка, поверх которой надет кашемировый пуловер в сине-черную полоску. На крепкой загорелой шее виднелась золотая цепочка с каким-то медальоном, а на правой руке тяжелый перстень-печатка.
Да, Глэдис видела Джеффри Гамильтона на фотографиях, но в жизни он производил какое-то странное, волнующее впечатление. Теперь ей стало понятно, отчего Сандра захотела стать его женой. Ее удивляло, что честолюбие Сандры побудило ее оставить Джеффри ради Андре, который, безусловно, был весьма хорош собой, но явно уступал Джеффри в мужественности.
– Идем.
Он протянул ей руку, и Глэдис ничего не оставалось, как пойти с ним через холл в библиотеку.
Комната оказалась очень большой, но чувствовалось, что ею давно не пользовались: в воздухе пахло сыростью и витал дух запустения. Но в камине уютно потрескивал огонь, и через какое-то время Глэдис начала различать запах крепких сигар. Вдоль трех стен тянулись книжные полки, заставленные книгами, а четвертую занимал камин и невысокий застекленный шкаф с коллекцией различных фигурок, выполненных, насколько могла судить Глэдис, из полудрагоценных камней: нефрита, янтаря, яшмы, малахита. Посередине располагался массивный письменный стол красного дерева, на котором стоял поднос с напитками, рядом с ним вертящийся стул, а перед камином два глубоких кресла, обитых светло-коричневой кожей, довольно потертой на вид. Пол устилал ковер, выгоревший и стершийся от времени.
Глэдис прошла вперед и неуверенно остановилась посередине. Джеффри закрыл дверь, затем подошел и указал на кресла у камина.
– Присаживайся, – предложил он, и его рука уверенным жестом отыскала на столе поднос с напитками.
Глэдис безропотно села в кресло – во-первых, потому что от волнения чувствовала слабость в ногах, а во-вторых, так была дальше от него. Конечно, ситуацию можно было бы счесть несколько забавной, если бы Глэдис знала, чего он от нее хочет и что может сделать, чтобы заставить ее остаться.
И вновь у нее возникло искушение признаться, что она никакая не Сандра, но, посмотрев, как он возится с бутылками, Глэдис передумала. Со стороны он не казался таким уж беспомощным, во всяком случае на первый взгляд.
– Что ты будешь пить? – поинтересовался он, повернувшись к ней. – Джин с тоником? Виски с лимоном? А может, твой любимый? – Внезапно он криво усмехнулся. – Или за это время у тебя изменился вкус?
Глэдис охватили сомнения. Насколько она знала, любимым напитком Сандры был мартини. Что ж, она тоже вполне может сделать несколько глотков.
– Мой любимый, если можно, – не слишком уверенно согласилась она.
– Отчего ж нельзя? Для тебя все что угодно, дорогая, – отозвался Джеффри, и Глэдис отчетливо услышала в его голосе саркастические нотки. Он подал ей бокал и, когда она взяла, стал наливать виски для себя, держа горлышко бутылки над стаканом так, чтобы не пролить. – Давненько не виделись.
Глэдис кивнула, потом вспомнила, что он не видит, и тихо сказала:
– Да.
Он вскинул свои густые темные брови.
– Знаешь, а ты изменилась. Раньше ты не была такой… тихой, – заметил он, опершись о край стола. – Я, конечно, знал, что ты приедешь, но не думал, что так быстро.
Глэдис сделала маленький глоток и поморщилась: мартини был слишком сухим, на ее вкус. По-видимому, именно так и любила Сандра, но она предпочла бы, чтобы было побольше вермута и поменьше джина. Впрочем, сейчас ей явно не помешает выпить – для храбрости.
Итак, она была права: Джеффри попросил Сандру приехать. Но зачем? Было ли это известно Сандре?
– Ну, как тебе наш с тобой дом? – поинтересовался он, и Глэдис ухватилась за эту тему как за наименее опасную.
– Сыроват, – ответила она. – Наверное потому, что он так долго пустовал.
– Да, долго, – согласился он, и уголки его губ угрюмо опустились. – Слишком долго. А что думаешь ты, Сандра?
Глэдис не вполне понимала, к чему он клонит. Зачем он вызвал сюда Сандру? Сжав губы, она пристально вгляделась в спрятанные за темными стеклами глаза. О чем он думает? Неужели настолько наивен, что полагает, будто ему удалось призвать к себе блудную жену, которая без малейших угрызений совести бросила его шесть лет назад? Если даже после того случая, когда он пытался покончить с собой, он, больной и слепой, не смог пробудить жалость и сострадание Сандры, как ему пришло в голову, что она вернется к нему сейчас, когда находится на пике успеха и славы?
С каждой минутой, с каждым произнесенным словом ситуация все больше осложнялась и запутывалась, а за окном между тем смеркалось, и Глэдис охватило беспокойство. Дело не только в том, что она притворяется другим человеком. Даже если бы она на самом деле была Сандрой, то наверняка испытывала бы то же самое ощущение – будто ее заманили в ловушку и заперли вместе с этим мужчиной в темноте, в которой он живет вот уже несколько лет.
– Налить еще? – спросил он, но Глэдис, взглянув на свой почти нетронутый бокал, отказалась.
– Я… пожалуй, я поеду, – пробормотала она и скорее почувствовала, чем увидела, как он напрягся. – Я не могу остаться.
– Почему? – резко бросил он. – Здесь же три десятка комнат, и тебе это прекрасно известно.
Глэдис потянулась, чтобы поставить бокал на каминную полку и протянула холодные ладони к огню.
– Боюсь, ты не понимаешь, – начала она, решив, что игра заходит слишком далеко и пришла пора покончить с ней, но он не дал ей договорить.
– Нет, это ты не понимаешь, Сандра, – заявил он ледяным тоном. – Надеюсь, ты отдаешь себе отчет, что я вызвал тебя сюда не для светской беседы. И я не намерен отпускать тебя. Как ты прекрасно понимаешь, я ничем не угрожаю твоей распрекрасной глянцевой жизни, которую ты себе устроила! – Он плеснул себе в стакан еще виски и резко повернулся к ней.
Если б Глэдис не знала, что Джеффри слепой, то могла бы поклясться, что он видит, как она нервничает, сидя на краешке кресла.
– Ты приехала, потому что испугалась того, что я написал тебе в своем электронном письме. Нет, ты до конца не поверила и решила удостовериться лично. Я же понимаю, как ты присматриваешься ко мне, пытаясь понять, действительно ли я способен на это.
Это было уж слишком. Глэдис вскочила.
– Послушайте, мистер Гамильтон, я очень сожалею, что не призналась сразу, – ее голос слегка дрожал от страха и нервозности, – но я… я не ваша жена. Я не Сандра Гамильтон. Меня зовут Глэдис Рейли, и я не понимаю, о чем вы говорите.
На несколько мгновений в комнате повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Лицо его заметно напряглось, пока он переваривал услышанное, затем губы дрогнули в циничной усмешке, и он резко и неприятно рассмеялся.
– Браво, моя дорогая, браво! – саркастически воскликнул он. – Ничего не скажешь – вот игра, достойная такой блестящей лицедейки, как ты. Прикрыться чужим именем – как это ловко, как умно! Разве несчастный слепой может быть уверен, что ты – это ты, особенно если столько лет тебя не видел? Да за такое время и голос, и лицо, и фигура могут измениться до неузнаваемости, особенно при современном уровне пластической хирургии. И как проверить, правда ли это…
– Это правда. Я не лгу. Я на самом деле Глэдис Рейли, – тяжело дыша, проговорила она.
– Тогда почему ты сразу об этом не сказала?
– Потому что я… мне…
– Потому что это не пришло тебе в голову, не так ли?
– Нет!
– Ну хватит! – Теперь он совсем не походил на больного человека, инвалида, способного вызвать сострадание. Он возвышался над ней, закрывая собой дверь, такой большой, сильный и угрожающий, совершенно лишенный жалости, без малейшего намека на мягкость.
– Мне ли не знать тебя, Сандра? Наслушался я до тошноты о том, какая ты талантливая, красивая, как ты любишь себя – и только себя…
– Нет!
– Я видел, как у меня на глазах погибает человек, как он теряет уверенность в себе, чувство собственного достоинства, само желание жить и словно безумный твердит о твоих желаниях, твоих запросах, твоем успехе. Мне все известно о твоем неуемном самолюбии, о твоем разрушительном потакании своим бесконечным желаниям, которые надо удовлетворить любой ценой, даже перешагивая через людей!
Глэдис уже решительно ничего не понимала.
– Вы… вы видели, как на ваших глазах погибает человек… – неуверенно прошептала она, и тут он с проклятьем сорвал очки, и она увидела карие, почти черные глаза, горевшие недобрым огнем.
– Да, – сказал он.
Глэдис стояла, пристально глядя на него, и постепенно до нее начало доходить, что он не слепой. Ну, разумеется, ведь этот вовсе не Джеффри Гамильтон, осенило ее наконец. Да, сходство есть, черты лица похожи, так что неудивительно, что она приняла его за Джеффри. Но лицо этого мужчины гораздо выразительнее, жестче и моложе. Возможно, он родственник, но никак не муж Сандры.
– Вы… вы не… – промямлила она и мимолетно удивилась, что это не принесло ей никакого облегчения, а он между тем кивнул.
– Да, я не Джеффри. – Я Джереми Гамильтон, брат Джеффри.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Коварный замысел - Стоун Диана

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Коварный замысел - Стоун Диана



Книгу читала на одном дыхании. Советую всем прочитать не пожалеете
Коварный замысел - Стоун ДианаМария
11.12.2012, 21.41





Мне понравилось, хотя и не супер
Коварный замысел - Стоун ДианаТатьяна
7.12.2013, 21.23





У меня книга изд. 1992г. "Ловушка Иуды" The Judas trap Энн Мэтер. Имена другие, сюжет один в один.
Коварный замысел - Стоун ДианаИрина
17.06.2015, 18.17





У меня книга изд. 1992г. "Ловушка Иуды" The Judas trap Энн Мэтер. Имена другие, сюжет один в один.
Коварный замысел - Стоун ДианаИрина
17.06.2015, 18.17





Книга написана школьницей. Не тратьте время.
Коварный замысел - Стоун ДианаЛюдмила
18.06.2015, 0.13





Двойник.
Коварный замысел - Стоун ДианаКэт
6.06.2016, 19.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100