Читать онлайн Весь в моей любви, автора - Стингли Дайана, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Весь в моей любви - Стингли Дайана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Весь в моей любви - Стингли Дайана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Весь в моей любви - Стингли Дайана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стингли Дайана

Весь в моей любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4
Окружающие не обязаны делать нас счастливыми. Их задача – отравлять нам существование

Всю дорогу Грег распевал, не закрывая рта, то и дело переключаясь на новую радиостанцию. Ловя песни о любви, он невзначай придерживал меня за коленку и сиял радостной ухмылкой, означавшей, что жизнь прекрасна. Я тоже улыбнулась в ответ, искренне считая, что жизнь налаживается. Подъехав к дому, пришлось приложить массу усилий, чтобы заставить Грега вести себя тихо и не побеспокоить соседей.
Я живу в большом старом спокойном доме. Здание в отличие от меня с характером. Всем жильцам за восемьдесят – почтенные леди и всего два старичка. Все они прожили здесь большую часть жизни. Домовладелец вначале держался мнения, будто я слишком молода, чтобы снимать здесь квартиру, но я не отставала, и он согласился дать мне испытательный срок, поставив условием не включать музыку на полную громкость и не устраивать разнузданных вечеринок, в крайнем случае, заканчивать их в двадцать два ноль-ноль. Я свято соблюдала установленные правила.
Войдя, наконец, в квартиру, я усадила Грега на диван, включила негромкую музыку и удалилась на кухню разогревать в микроволновке индейку и гарнир и вскипятить воды для растворимого кофе. Когда еда поспела, я поставила тарелки на поднос, собираясь поужинать, сидя на диване. Наслаждаться едой, устроившись поудобнее и слушая музыку, – как это легко, естественно и правильно: двое любящих встретились после трудного дня. Покончив с пирогом, мы выпили еще по чашке кофе и выкурили по сигарете. Я ощутила готовность переступить извечный страх быть отвергнутой и испытать унижение. Грег сделал первый шаг, я сделаю второй. Поставив чашку с кофе, я посмотрела Грегу в глаза и мягко заметила:
– Сегодня ты выглядишь на редкость счастливым.
– Я действительно очень счастлив, – улыбнулся он.
– Это прекрасно.
Я обняла Грега и поцеловала его, медленно, словно у нас в запасе целая вечность.
– Ты уверена? – уточнил он, когда мы, чуть отстранившись, взглянули друг другу в глаза.
– Абсолютна.
Встав, я протянула ему руку. Долгое время не решаясь выказать свои чувства, сейчас я не ощущала ни малейшего страха или неуверенности: все казалось совершенно естественным. Грег с улыбкой взял меня за руку, и мы молча направились в спальню навстречу неизбежному.
Не вижу смысла описывать интимные подробности, скажу лишь, что все было волшебно и изумительно, и если бы Боженька действительно меня любил, он позволил бы мне умереть именно там и тогда, на вершине блаженства. Я бы выкурила последнюю сигарету и без сожалений одним выдохом перенеслась в лучший мир. Но, видно, не судьба, с моим-то везением.
– Ты самая лучшая, Сэм, – сказал Грег, протянув мне сигарету.
– В твоих устах это действительно высшая похвала, – сказала я, выпустив сизую струйку дыма, – учитывая жесткую конкуренцию.
Вот тебе прекрасная возможность объясниться. Повернувшись на бок, Грег посмотрел мне в лицо:
– Сколько времени мы знакомы?
– С шести лет.
– Почти всю жизнь.
– Да.
– Мы привыкли говорить друг с другом начистоту, правильно?
– Что верно, то верно.
– Могу я задать тебе серьезный вопрос?
– Спрашивай о чем хочешь.
– Хорошо. Ты, наверное, знаешь меня лучше, чем кто-либо другой, и представляешь, каким козлом я могу быть. Тебе известно, я никогда не был способен на длительные отношения с женщиной. Даже с Кейси. После разрыва с ней я действительно начал считать, что вообще не создан для брака. Но…
– Но?..
– Как, по-твоему, во мне это есть? До конца жизни оставаться верным единственной женщине? Ты веришь, что я смогу это сделать, если… если она… Господи, ты веришь, что я на это способен, Сэм? Только честно.
Боже мой! Боже мой! Боже мой! Да, да, да. Конечно, способен. У нас все получится. Искренне прошу прощения за все дурные слова в адрес моей кармы.
– Грег, мне кажется, ты можешь добиться всего, что задумаешь.
– Я хочу этого. По крайней мере, мне так кажется. Не знаю. С тех пор как я ее встретил, я, словно опьянел.
Несколько секунд до меня не доходило. Затем дошло. С противной тошнотой. Ее? Как это «ее»? Ее, а не меня?
– Мы всего-то несколько раз поговорили, но она заставила меня задуматься о таком, что прежде меня не занимало. Я порывался ей позвонить, затем отстал, побоявшись лезть в чужую жизнь непрошеным гостем и обидеть эту женщину. Меньше всего на свете я хочу ее обидеть, Сэм, но стоит мне подумать, что не увижу ее больше… У нее есть ребенок. Можешь себе представить – чтобы я влюбился в женщину с ребенком? Но мне даже это нравится. Только не смейся, но иногда я представляю милую картинку – мы втроем в зоопарке или где-нибудь еще – и я не ощущаю раздражения. Я даже подумываю завести с ней общего ребенка. Стану ходить в школу на родительские собрания, проверять у детей домашние задания… Поверить не могу – женщина оказалась способна так меня изменить. Но вдруг задача мне не по силам? Не знаю, пригласить ее куда-нибудь и посмотреть, что из этого получится, или бежать как от чумы?
Я почувствовала на себе взгляд Грега. Он явно не понимал, что внутри меня все заледенело. Мужчины порой слепы как кроты.
– М-м-м… – удалось мне сказать.
– Знаешь, я никогда не верил в верность одной женщине. Но, Сэм, дружище, вот произойдет у тебя такая встреча – сразу поймешь, какое это счастье.
– Хм-м-м-м-м…
– Я все же попытаюсь. Я позвоню ей. Вот сейчас поговорил с тобой и понял – так и поступлю. Слушай, я очень надеюсь, что не испорчу этим все дело. Скажи мне, что у меня все получится.
– Ну конечно, – сказала я, каким-то чудом разлепив губы. Раньше мне казалось, что когда сердце перестает биться, должна немедленно наступить остановка дыхания.
– Сэм, с тобой все в порядке? – удивился Грег.
– Просто устала, – отозвалась я. – Длинный день, семья и все такое.
– Тогда давай немного поспим, – сказал он, притворяясь заботливым человеком, неравнодушным к окружающим.
В похвалу себе замечу – сигаретой я ткнула в пепельницу, а не в лживое сердце Грега. Тут он причинил мне еще худшую боль: обнял и привлек к себе.
– Все было чудесно. Я рад – последней женщиной, с которой я подурачился, была ты.
Да уж, велика честь.
– С этого момента, в смысле – если она согласится быть со мной, я стану настоящим праведником.
Я издала неясный горловой звук под названием я-почти-сплю.
– Спи, милая.
Заснешь тут, как же. Я не представляла, как пролежать рядом с Грегом восемь минут, не говоря уже – восемь часов.
– Забыл сказать, как ее зовут, – засмеялся он через несколько секунд. – Дебби. Ее имя – Дебби.
Дебби? Наверное, бывшая капитанша команды болельщиц или другая низшая форма жизни, считающая «поляны» с одноразовой посудой высшим классом, молодящаяся, трижды в неделю бегающая на аэробику с рвением религиозной прихожанки, посещающей службу… Я придумывала все новые унизительные подробности жизни Дебби, пока Грег не заснул. Тогда я встала и вышла в гостиную, где плодотворно провела следующие два часа, мысленно набив себе морду за то, что была такой идиоткой.
Сидя в гостиной в три часа утра, утратив всякую способность разобраться в собственной треклятой жизни, я ничем не походила на девчонку, какой была четырнадцать лет назад. В двадцать лет, кажется, будто прекрасно знаешь, как надо жить. По окончании двухлетнего курса общественного колледжа меня ждало дальнейшее обучение в Государственном университете в Лонг-Бич, не важно, по какой специальности. Подрабатывая официанткой, я кое-что отложила. Кроме того, учащиеся имели право не платить взносы социального страхования до двадцати одного года, а после внезапной смерти отца мама предложила оплатить часть обучения из его страховки – ей очень хотелось увидеть дочь с университетским дипломом.
Однако мысль о продолжении учебы казалась мне невыносимо скучной: я ходила в школу с пяти лет. Мне хотелось жить, черт побери, жить по-настоящему! В голову пришла прекрасная мысль: потратить сбережения на кое-какую мебель, посуду и самое необходимое, съехать на отдельную квартиру, найти работу и жить, как я хочу (можно подумать, кому-то удается совмещать работу и привольную жизнь).
Объявив матери, что дальнейшее обучение абсолютно бесполезно и сперва нужно определиться с призванием, я съехала от нее, едва найдя работу. Мать приводила тысячи доводов, пытаясь удержать меня от такого шага, но ничто не могло поколебать мою решимость: я уже взрослая и знаю, что делаю! Причина такого упрямства и настоящая подоплека моего поступка, которые я стала бы горячо отрицать, заключались в одном: в Греге. Закончив двухгодичные курсы, он получил квалификацию автомеханика, нашел первую настоящую работу и взялся за поиски отдельного жилья без соседей по комнате. Я не хотела ни на минуту откладывать самостоятельную жизнь и не желала, чтобы меня в чем-то опередили. Я подумывала снять квартиру, превратить ее в уютное гнездышко и зажить там вдвоем с Грегом – это логически вытекало из тайного открытия, что дама судьба предназначила нас друг другу.
Для воплощения грандиозной идеи в жизнь предстояло найти приличную работу. Я считала: два года в колледже, скорость печати почти сорок пять слов в минуту и исключительная симпатия ксероксов всех видов и мастей к моей персоне позволят без проблем устроиться на хорошо оплачиваемое место. После четырех недель поисков я остановилась на высокой должности временной секретарши на ресепшене. Не успели высохнуть чернила на заявлении о приеме на работу, как я уже сняла квартиру и с помощью Грега перевезла туда свой нехитрый скарб, пообещав маме подумать о продолжении обучения, когда повзрослею. Мне страстно хотелось попробовать на вкус реальную жизнь.
Через две недели я возненавидела новообретенную должность, а моя привычка приходить и уходить, когда захочется (мечта с шестилетнего возраста), вызывала недовольство начальника. Я рассудила, что могу найти работу и получше. У меня был Грег, а это стоило любых испытаний.
Порой, глядя на молоденьких девочек, я испытываю облегчение оттого, что с моих крылышек уже стерся налет наивности. Но мне не забыть ощущение безграничного счастья, когда я целый день готовилась к встрече с Грегом, обещавшим прийти ужинать. Мы были вместе два года, наслаждались свободой, сбросив иго родительской опеки, и все вроде бы говорило за то, чтобы сделать следующий шаг. Я собиралась выяснить мнение Грега, ловко наведя разговор на эту тему. Мне казалось, он немедленно согласится – наверняка давно подумывает, как бы переехать ко мне. Я еще не знала, что в тот день Грег внес залог за отдельную квартиру. Он проинформировал меня об этом сразу после ужина, а на десерт высказался, что, по его соображениям, нам пора сменить партнеров.
Можно было, конечно, вернуться под отчий кров, продолжить обучение и получить степень бакалавра, но это казалось слишком унизительным. Я провела бы вечность в аду, отделяй меня от рая необходимость признать, что мать в чем-то оказалась права. Поэтому я продолжала работать на своей богопротивной должности, пока однажды не почувствовала – больше не могу. Три месяца показались поистине бесконечными.
После этого я пробовала себя в различных занятиях: от продавщицы продуктов гриль и «обедов на колесах» до горничной в мотеле, официантки и продаж по телефону, почти потеряв надежду, что у меня вообще есть призвание и что я в состоянии зарабатывать на жизнь, не доводя до белого каления себя или сотрудников. Мест работы в моем резюме перечислялось больше, чем в «Желтых страницах».
Но однажды, когда моя карма, видимо, задремала, мне удалось насмерть удивить себя, найдя работу, не вызвавшую непроизвольного отвращения: в одном из универмагов с системой скидок требовался детский фотограф (объявление помещалось в моем любимом разделе – «Опыт работы не обязателен»). Все, что от меня требовалось, – нажимать кнопку и убеждать как можно больше людей приобрести снимки. Интуиция верно подсказывала, когда следует нажимать на спуск, к тому же я сразу видела, как усадить того или другого малыша. Достаточно было лишь взглянуть на девочку, и я понимала, как именно ее надо снимать, чтобы фотография получилась удачной. Иногда я даже забывала о времени: то у меня получалась особо удачная композиция для группового снимка, то с изумительной верностью удавалось выразить личность ребенка…
Всерьез увлекшись фотографией, я не без маминой помощи вернулась в общественный колледж, через два года получила справку о том, что прослушала курс фотодела, и начала карьеру, фотографируя свадьбы подруг, пробуя себя в портретной фотографии и других жанрах. Через несколько лет заработка стало хватать на жизнь. В глубине души я мечтала сделать исключительный снимок, который заставит зрителей буквально онеметь от эмоций, и однажды мне удалось вплотную приблизиться к мечте и довести до полуобморочного состояния подружку невесты.
Порой я гадаю, как повернулась бы жизнь, согласись я учиться на бакалавра: несмотря на скуку, веявшую от классных комнат и семестровых контрольных, учеба меня все-таки интересовала.
К пяти утра я покончила с составлением собственной мартирологии: не то чтобы успела посожалеть обо всем, просто глаза уже слипались. Я предпочла бы взять одеяло из шкафчика в холле и прикорнуть на диване, но это вызвало бы расспросы и подозрения с утра пораньше. Пришлось на цыпочках вернуться в спальню, проскользнуть в постель и улечься, отодвинувшись от Грега как можно дальше, чтобы только не скатиться на пол.
Примерно в семь утра меня разбудили ужасные звуки. Грег, этот сукин сын, посмевший влюбиться в кого-то, кроме меня, во всю мощь собственных легких насвистывал в ванной «Кареглазую девушку». У меня-то глаза голубые…
Любой индивид, обладающий малейшим чувством справедливости, согласится – Грег заслуживал немедленной смерти, но я понимала: такую неудачницу схватят на месте преступления с окровавленными руками и осудят на казнь, причем к моменту завершения судебной процедуры электрический стул снова введут в обиход. Поэтому я направила ярость в более позитивное русло, решив как можно скорее избавиться от Грега. Когда он вышел из ванной, я уже оделась, заправила кровать, а растворимый кофе залила кипятком.
– Доброе утро, радость моя, – сказал Грег, сжав меня в объятиях. – Не хочешь еще разок на дорожку? Последний шанс.
При этом он вовсе не хотел меня оскорбить. У него такая манера благодарить дружище Сэма за помощь, и он искренне считал – я забуду о сексе, едва отряхнувшись, в точности как он сам. И все же, не удержи меня мысль о карме, не избежать бы Грегу Ирвингтону насильственной смерти, причем для опознания трупа пришлось бы заказывать идентификацию по зубам.
– Не выйдет. – В ответе я позволила проскользнуть нотке убийственной ненависти. – У меня сегодня куча дел.
– Ах да, памятная дата.
– Почему памятная?
– Великий день объявления независимости от табака.
– Я еще не решила окончательно. Может, брошу курить после праздников.
– Вот и чудесно. Пусть Рождество остается мирным праздником! – И он с любовью улыбнулся мне, бессердечный ублюдок.
– Ну что, выпьешь кофе перед уходом? – поинтересовалась я.
– Не терпится от меня избавиться? Уж не на свидание ли опаздываешь?
– Угадал.
– Вот как? Так, может, проведем один из праздничных дней вчетвером?
Отлично придумал! Я охотнее пробегусь по горячим углям.
– Может быть.
– Расскажи, это у тебя серьезно?
– Пока не знаю.
– Как его зовут?
– Алекс.
– Надо же, Алекс…
– Да, Алекс.
– Что он собой представляет?
– Еще не знаю, мы недавно начали встречаться. Ну, будешь кофе пить или нет? Мне пора ехать.
– Типично женский подход – сразу после секса избавляться от мужчины.
– Давай решайся. У меня полно дел.
– Хорошо, хорошо. Совсем забыл, какая ты брюзга по утрам.
По дороге к «Богартсу» мне пришлось выслушать историю знакомства Грега с Дебби (я возненавидела это имя): как она оставила автомобиль в мастерской, а потом оказалось, что ремонт, влетит в копеечку; как Дебби разбушевалась, когда Грег позвонил и сообщил подсчеты, кричала, что не позволит ободрать себя как липку, но через несколько минут перезвонила с извинениями. Они разговорились, и Дебби поделилась, как трудно быть матерью-одиночкой – никаких нервов не хватает. Решив идти до конца, она попросила все же починить автомобиль, собираясь оплатить ремонт одной из своих кредиток. Позже Дебби перезвонила снова, извиняясь, что нагрузила постороннего человека своими проблемами, и не успели они опомниться, как проболтали больше получаса. Когда Дебби пришла забирать машину, они вновь разговорились, и Грег взял номер ее телефона, но неделю раздумывал, звонить или нет, тем более что у нее ребенок, ведь, позвонив Дебби, он не сможет легко с ней расстаться.
– Вот почему мне необходимо было увидеться с тобой, Сэм. Я голову потерял от волнения и лишь тебе мог открыться без утайки.
Ну-ну.
– Чем больше я о ней рассказывал, тем яснее понимал – нужно решаться. Сегодня же ей позвоню.
Отлично. А я-то собиралась родить тебе двух сорванцов.
– Самому не верится, что я так волнуюсь перед звонком Дебби. Ни дать ни взять – новичок в высшей школе набирается смелости пригласить на танец Сьюзен Бриджес.
Трогательная штука – ностальгия, не правда ли?
– Расскажи мне об Алексе.
– Парень как парень.
– Вот как? Может, больше, чем просто знакомый, но ты не хочешь признаваться?
Отвратительная черта новоиспеченных влюбленных: они внезапно обретают уверенность в том, что окружающих непременно ждет романтическое знакомство.
– Слушай, Алекс – мой знакомый, ясно? Нормальный парень, не о чем рассказывать.
– А чего так волноваться из-за нормального парня?
Да, чертов дурак, я взволнованна. Вот если бы ты бросил Дебби и воспылал ко мне страстной любовью, я немедленно стала бы сущим ангелом.
Однако Грег по-прежнему ни о чем не догадывался. Пребывать в неведении – общая проблема обитателей нашей планеты, занятых текущими делами.
– Вовсе я не волнуюсь. Достало, что все, кому не лень, пытаются впихнуть меня в объятия Алекса. Сперва мать и тетка, теперь ты…
Господи, я говорю о своем ортодонте как о реальном человеке, словно не придумала его вчера вечером. В душе даже плеснулось раздражение на Алекса, хотя его не существовало в природе. Становилось все труднее спокойно реагировать на его желания, хотя Алекс всего лишь плод моего воображения.
– Однажды ты тоже встретишь свою половинку, – обнадежил меня Грег, когда мы въезжали на парковку у «Богартса», – и этому парню чертовски повезет.
В знак благодарности Грег поцеловал меня в щеку и, уже открывая дверь, сообщил, что не придет вечером в «Богартс». Я совсем забыла: сегодня пятница. Вечер пятницы мы, как правило, проводили в баре, если не было срочных дел. Сегодня у Грега образовалось дельце: он собирался выяснить, свободна ли Дебби, и, если не удастся найти няньку на вечер, пойти куда-нибудь втроем с ребенком.
– Представляешь, как далеко я готов зайти? – засмеялся он, не догадываясь о моем сильнейшем желании выкинуть его из автомобиля на асфальт физиономией вперед и подпортить внешний вид, чтобы Дебби – несомненно, крайне пустая особа, – потеряла к нему всякий интерес.
– Давай-давай, – откликнулась я. – У меня сегодня тоже свидание с моим ортодонтом.
Мудрость – мое второе имя.
– С тем, который просто знакомый?
– Вот именно.
– Дорогая, ты забыла, я знаю тебя с детства, – сказал Грег, выбравшись из машины. – Имей в виду, ты не на шутку увлечена этим парнем.
Сделав вид благонравной-девочки-не-понимающей-о-какой-такой-ерунде-говорит-собеседник, я помахала ему на прощание и уже собиралась тронуться с места, но мы, оказывается, еще не закончили. Раздался стук в окно. Я опустила стекло.
– Я счастлив, Сэм. Глупо, наверное, но я никогда еще не был так счастлив. Готов запеть от одной мысли, что позвоню Дебби.
За такое признание я не дам и крысиной задницы.
– Замечательно, но мне действительно пора ехать.
– Да-да, конечно, просто я…
– Счастлив.
– Да. Я счастлив.
Решительно невозможно понять подобную позицию. Планету мучают серьезнейшие проблемы, войны и болезни. Однажды Грег и все, что ему дорого, погибнет. Это его беспокоит? Нисколько. Пошел и влюбился, и радуется каждому прожитому дню, как болван.
По дороге домой я купила блок сигарет.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Весь в моей любви - Стингли Дайана



Мне понравился роман. Напоминает мою любимую Бриджет Джонс. Читайте! Не пожалеете. Кто любит юмор - оценит))
Весь в моей любви - Стингли ДайанаАлла
2.10.2015, 16.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100