Читать онлайн Весь в моей любви, автора - Стингли Дайана, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Весь в моей любви - Стингли Дайана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Весь в моей любви - Стингли Дайана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Весь в моей любви - Стингли Дайана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стингли Дайана

Весь в моей любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1
Слово «карма» есть не что иное, как эвфемизм выражения «У Вселенной на тебя зуб»

Среди всех знакомых наихудшая карма досталась мне, причем абсолютно незаслуженно. В сущности, я неплохой человек. Никогда не встаю в очередь в экспресс-кассу с массой покупок, притворяясь будто не вижу таблички. Заблаговременно включаю поворотник. Когда благотворительные организации присылают открытки с банковскими реквизитами, я всегда отправляю им чеки. Не на крупные суммы, но все же… Да еще на конверт с чеком наклеиваю марки, купленные за свои кровные.
Остается одно: должно быть, в предыдущей жизни у меня накопилось порядочно грехов. Неясно, правда, почему отдуваться приходится сейчас – в прошлом меня и на свете не было.
Некоторые заявляют – карма не есть лишь череда наград и наказаний. Она, дескать, призвана чему-то научить. Жизнь – это школа, где урок преподают вновь и вновь, пока Вселенной не начинает казаться, что с нас достаточно. Тогда наступает время выпуска. Если так, мне, похоже, требуется репетитор: иначе ходить мне во второгодниках до скончания века. Может быть, Богу стоит пересмотреть учебный план. Надеюсь, у Него хотя бы хватит совести поставить оценку повыше.
Не то чтобы я выкидываю на ринг полотенце – вопреки всему я продолжаю работать над собой. Например, совсем недавно поставила перед собой задачу бросить курить, выбрав днем «Д»
type="note" l:href="#n_2">[2]
утро после Дня благодарения и наметив отступление домой в компании остывшей индейки и полное прекращение общения с внешним миром до тех пор, пока не утихнут муки моего обезникотиненного организма и я не смогу контролировать вызванное ими желание пристукнуть всякого, кто попадется под руку. План созревал много недель. Обычно две-три субботы в месяц у меня рабочие: я – свободный фотограф, и свадьбы для меня – хлеб насущный. Мне уже удалось снискать некоторую популярность (во всяком случае, на поприще фотографии), поэтому, планируя освободить День благодарения, пришлось поднапрячься и поработать сверх нормы.
После курения настала очередь других проблем, отравляющих мне жизнь. Например, как наладить эту самую жизнь.
Я говорю вполне серьезно. Не реже раза в год я искренне пытаюсь привести жизнь в порядок и избавиться от недостатков. В тридцать четвертый день рождения на меня случайно снизошло одно из нечастых просветлений. Привычно закурив после обеда, я вдруг осознала, что курю уже двадцать лет с того самого дня, как мы с лучшей подругой стянули пачку сигарет из туалетного столика моей матери и до вечера курили в парке. Подруга вернулась домой зеленая от тошноты и с тех пор не притрагивается к сигаретам. Я пришла домой, со вкусом пообедала, извинившись, удалилась в ванную и высунулась в окно, намереваясь без помех насладиться своей первой послеобеденной сигаретой. Так в четырнадцать лет я стала заядлой курильщицей. Сейчас – поверить не могу – мне тридцать четыре, и я курю большую часть жизни. Куда только делись прошедшие годы…
Накануне Дня благодарения я легла спать с чувством глубокого удовлетворения собой: через тридцать шесть часов сделаю первый шаг к правильной жизни. У меня даже появились надежды на будущее.
Утром меня разбудил телефонный звонок. Я еще не знала – этот звонок разрушит замечательный план, созревавший несколько месяцев. Я еще ничего не подозревала в ту минуту. Как мало мне было известно, я поняла позже, когда стало уже поздно.
– Привет, Сэм, – раздалось в трубке. – Это Грег.
– Грег? – тупо переспросила я.
Признаю, не самый умный вопрос на свете. Можно подумать, человек сейчас взглянет на свои водительские права и скажет: «Ой, я назвался Грегом? Простите, я Ральф. И о чем я только думаю…» Но я спала, когда зазвонил телефон, и мне потребовалось некоторое время, чтобы опомниться. Пользуясь случаем, упомяну – опомниться у меня не получилось даже спустя несколько дней.
– Сэм, ты что, спишь? Тогда прости, перезвоню позже.
– Нет-нет, уже не сплю. Вроде как. Что случилось?
– Сегодня ваше, семейное сборище затянется допоздна?
– Да нет. Часов в пять приступим к тыквенному пирогу, затем, заходясь от азарта, сыграем в «Яхтци»
type="note" l:href="#n_3">[3]
и разбежимся в районе восьми, пока веселье не пошло вразнос и соседи не вызвали полицию.
– Сможешь подъехать в «Богартс» часам к девяти?
– Сегодня?
– Ну.
– Да, конечно. Случилось что-нибудь?
– Все замечательно. Хочу кое о чем поговорить.
– О чем? Хоть намекни!
– Нет, намеком от тебя не отделаешься…
– Ну, хоть словечко!
– Сэм!
– Ладно, ладно, приеду к девяти. Могу подъехать хоть в шесть. Выдай зажигательный рекламный слоган, и я с утра засяду в «Богартсе». Ну, пожалуйста, скажи, в чем дело?
Он засмеялся, просто заржал в трубку, отчего сон слетел с меня по-настоящему: от природы Грег не особенно смешлив. Вспомните лучшую шутку, какую вам когда-либо довелось услышать из уст любимого комика; если повезет, эта острота вызовет у Грега короткое хмыканье.
– До встречи в девять, Сэм. Прихвати ножку индейки на мою долю.
Смеясь, он повесил трубку. Сидя у телефона, я закурила, соображая, что могут означать звонок Грега и просьба о свидании в общенациональный праздник в свете нынешнего состояния наших отношений (видимо, я начиталась книжек серии «Помоги себе сам»).
Времени, затраченного на обдумывание нашей с Грегом связи, хватило бы на создание теории относительности, однако я предпочла оставить принцип работы Вселенной странной и удивительной тайной, вроде функционирования моего мозга.
За исключением собственной семьи, доставшейся мне, когда я была слишком молода, чтобы выбрать что-нибудь получше, я знала Грега дольше, чем кого-либо на планете.
При первом взгляде на городишко, где я выросла, – табунчик маленьких сельских домиков в округе Оранж, штат Калифорния, – трудно поверить, что здесь хоть что-то происходит. Тем не менее, жизнь в Оранже била ключом: здешние обитатели могли похвастаться и тщательно скрываемыми фамильными пороками, и якобы несуществовавшими проблемами, и неврозами, переходящими в мании, и неусыпным бдением за отпрысками вплоть до совершеннолетия последних. Жизнь в пригороде состоит не только из ухода за газонами.
Семья Грега, Ирвингтоны, поселилась в городке раньше нас. Для нашей семьи переезд сюда стал заметной переменой к лучшему: подумать только, вместо тесной квартирки – собственный дом с отдельным почтовым ящиком, гаражом и газоном! Родители несколько лет копили на первый взнос. Мне в ту пору исполнилось шесть лет. Как однажды метко выразилась тетка Марни, я оказалась «нежданчиком», сюрпризом после нескольких лет неудачных попыток завести ребенка. Отчаявшись, родители уже подумывали о приемном дитяти. Маме было тридцать два, и трудные роды – возможно, меня уже тогда обуревали плохие предчувствия насчет того, что ждет нас вне уютных стенок матки, – навсегда лишили мать возможности иметь детей.
Мистер и миссис Ирвингтон не считали Оранж своим окончательным местом жительства. Для них он являлся не более чем очередной ступенькой лестницы, ведущей к успеху. В отличие от моего отца мистер Ирвингтон был из тех, кто «далеко пойдет» и лелеял грандиозные планы. Занимаясь строительным бизнесом, он денно и нощно думал о будущем, экономил каждое пенни и прикупал сначала небольшие клочки земли, затем обширные участки. В нынешнем облике Оранжа немалая заслуга мистера Ирвингтона, да сжалится Господь над его душой!
Мать с отцом об этом не догадывались. Для них соседи – дело святое, переехал – обойди всю округу и представься. Первые выходные ушли на распаковку и расстановку вещей, и нам было не до визитов. Несколько соседей заглянули поздороваться, но не Ирвингтоны, жившие через забор.
В понедельник, когда я вернулась из школы, мама сказала, что пора идти знакомиться с соседями. Она испекла фирменное овсяное печенье с изюмом и разложила его в маленькие красивые пакетики, завернув каждый отдельно и снабдив наклейкой: «Приготовлено Терезой Стоун». В Огайо, откуда родители родом, подобное поведение считается образцом хорошего тона.
Итак, мы отправились в путь. Большинство людей вели себя очень мило, но Ирвингтоны… И ведь не то чтобы хозяйка дома держалась невежливо, – о нет, всего лишь покровительственно. Ах, как мило! Домашнее печенье. Жаль, она на диете, поэтому лучше не держать сладости в доме – слишком большое искушение, а ей во что бы то ни стало надо влезть в вечернее платье. У них с мужем масса встреч-переговоров. Бизнес мистера Ирвингтона процветает, а всем известно – сделки чаще совершаются за бокалом мартини, чем в офисе.
Да, у нее есть дети примерно моего возраста – Майкл четырех лет и Грегори шести, но она не поощряет беззаботное отношение к жизни. Мальчики поглощены уроками и всевозможными дополнительными занятиями, у них почти не остается времени на игры. Крайне важно дать детям разностороннее образование, не правда ли? Разрываясь между обучением детей и деловыми переговорами супруга, миссис Ирвингтон не всегда может выкроить минутку для себя, не говоря уже о том, чтобы занимать незваных гостей, ввалившихся без предупреждения. Надеюсь, вы все понимаете…
На улице я сказала маме, что миссис Ирвингтон – злюка. Мама, никогда не пренебрегавшая родительскими обязанностями, ответила – нет, миссис Ирвингтон очень милая дама, просто занятая, и нехорошо называть взрослых злюками. А потом родители удивляются, почему дети перестают делиться с ними впечатлениями…
Единственное, чего миссис Ирвингтон не могла контролировать, была власть свободного участка. Сегодня в Оранже их, возможно, не осталось, но во времена моего детства почти на каждой улице существовали ничейные участки, притягивавшие детей как магнит, несмотря на запреты взрослых.
В первый день, когда я вышла других посмотреть и себя показать, на ничейном участке играли в софтбол.
type="note" l:href="#n_4">[4]
Не решаясь попроситься в игру, я стояла на боковой линии, глазея на играющих. Один из игроков отбил брошенный мяч, и тот отлетел прямо ко мне. Рука опередила мысль, и я машинально поймала мяч. Начался форменный ад.
Аутфилдеры хором кричали, что должен быть засчитан аут. Команда, проводившая подачу, в большинстве своем громко выражала несогласие с таким решением, называя меня «глупой девчонкой». Я так и стояла с мячом в руке, с трепетом ожидая, что у меня под ногами вот-вот разверзнется земля. Тут мальчик, отбивший мяч, подошел ко мне, и все затихли. Он сказал, что кетч будет засчитан, если только я войду в их команду.
Некоторые игроки что-то пробурчали себе под нос, но ни один не стал спорить. Среди ребят всегда бывает заводила, и здесь, на поле, главным являлся этот мальчишка, обладавший воплощенной уверенностью в себе и авторитетной манерой держаться – двумя качествами, которые я до сих пор не смогла в себе толком выработать. Хладнокровнейший пацан из всех, когда-либо мною встреченных, да и вообще он был хладнокровнее всех живых существ, которых мне доводилось видеть.
– Можешь играть в аутфилде? – спросил он. Я кивнула, хотя до этого в жизни не играла в софтбол.
– Тебе потребуется перчатка, – сказал он. Я снова кивнула, намереваясь попросить маму купить мне перчатку, как только вернусь домой. – У меня с собой запасная, возьмешь пока ее. Дай сюда.
Я отдала ему мяч.
– Меня зовут Грег, – сообщил он, когда мы шли по игровому полю.
– А меня Сэм.
– Это же мальчишечье имя.
– Это прозвище. Отец так называет, а вообще-то меня зовут Саманта.
– «Саманта» звучит лучше.
– А мне больше нравится «Сэм».
– Но это имя для мальчика!
– Вот и нет, для девочки тоже. В «Зачарованном» Даррин сто раз называл Саманту Сэм.
Этот довод заставил мальчика призадуматься.
– Ну ладно, – наконец сказал он. – Но фильм тупой. Только старая ведьма классная.
– Эндора?
– Ага. Прикольная тетка. А Даррина терпеть не могу.
В шесть лет я не всегда умела выразить чувства словами, но мне впервые попался собеседник со схожими взглядами на жизнь: понимающий, что Эндора – супер, а Даррин – отстой, и искренне недоумевающий, зачем киношная Саманта променяла захватывающую ведьминскую жизнь на унылое прозябание с занудой Даррином.
Пока мы не дошли до дверей (Грегов брат Майкл тащился на несколько шагов позади), я и не догадывалась, что Грег живет по соседству в доме злюки. Никогда бы не подумала, что она его мать.
Четыре года спустя, почти день в день, подзаработав на удачных инвестициях и земельных сделках, Ирвингтоны, наконец, осуществили свою мечту, совершив первый переезд из длинной череды переселений, венцом которых станет выстроенный на заказ особняк в Лагуна-Хиллз, открывший им путь в высшее общество округа Оранж – элита, хоть и провинциальная.
День отъезда Грега стал для меня настоящей катастрофой. Я не хотела идти прощаться, чтобы не признавать, таким образом, будто все происходит в реальности, а не в кошмарном сне. Я не понимала, как Грег способен радоваться самому худшему, что может произойти с человеком (например, со мной).
– Можно Сэм заглянуть к нам как-нибудь вечером, мама? – спросил Грег. – Я хочу показать ей новый дом.
– Поживем – увидим, Грегори, – ответствовала миссис Ирвингтон.
– А можно ей зайти поплавать? У нас там бассейн, Сэм. Во какой огромный, – добавил он, разведя руки в стороны.
– Грегори, летом у тебя с братом много дел. Не сомневаюсь, и у Саманты тоже. Отсюда до Ньюпорта надо долго добираться на машине. Мы, конечно, еще посмотрим, но не хочу, чтобы ты особенно на это рассчитывал.
– А если ее подвезет мама?
И мама – благослови Бог ее доброту! – за руку приведшая меня попрощаться, прекрасно понимая, что миссис Ирвингтон спустит на нее всех собак, сказала то, что было так нужно нам с Грегом:
– Охотно привезу к вам Саманту. Или заеду за Грегом и привезу его сюда поиграть со старыми приятелями. И Майкла тоже, если захочет.
– Как мило с вашей стороны, Тереза. Прелестно, что у вас так много свободного времени. Но, откровенно говоря, летом мы будем очень заняты.
– Но, мама…
– Никаких «но», молодой человек. Сегодня предстоит многое сделать. Лучше тебе прямо сейчас попрощаться с Самантой.
– Сейчас? Но ведь еще только утро. Ты говорила, у нас весь день уйдет, чтобы погрузить вещи в фургон. Ты сказала, что…
– Грегори, не заставляй меня повторять.
И тогда мама, благослови ее Господь еще раз, попросила у них новый номер телефона, чтобы я могла через пару дней позвонить и передать привет.
Миссис Ирвингтон сказала – телефон еще не установили. Как только установят, она нам сразу позвонит. Еще она добавила, что удивлена реакцией Грегори на переезд – мальчик так радовался новому, лучшему дому, возможности плавать в собственном бассейне, и каждый день бегать на пляж, до которого рукой подать. Она повторила, что нам пора прощаться.
Восемь лет от Грега не было ни слуху, ни духу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Весь в моей любви - Стингли Дайана



Мне понравился роман. Напоминает мою любимую Бриджет Джонс. Читайте! Не пожалеете. Кто любит юмор - оценит))
Весь в моей любви - Стингли ДайанаАлла
2.10.2015, 16.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100