Читать онлайн Подходящий муж, автора - Стил Джессика, Раздел - Глава ДЕСЯТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Подходящий муж - Стил Джессика бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.75 (Голосов: 44)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Подходящий муж - Стил Джессика - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Подходящий муж - Стил Джессика - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Джессика

Подходящий муж

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава ДЕСЯТАЯ

Что она может сказать в свое оправдание? Какое неслыханное нахальство!
Взбешенная, с горящими глазами, Жермена уставилась на него. Еще до этого она решила, что не будет испытывать никаких чувств к Лукасу, что ее чувства к нему мгновенно умерли, когда она узнала о его двойной игре с Эдвиной. Ей не привыкать, такое уже случалось раньше. Но на этот раз этого не произошло. К своему ужасу, Жермена обнаружила, что до сих пор любит эту вероломную крысу.
— Что ты имеешь в виду? — в ярости прошипела девушка. Может быть, она и любит его, но в этот момент с удовольствием опустила бы ему на голову что-нибудь большое и тяжелое.
Ни один мускул на его лице не дрогнул. Но когда именно в этот момент один из соседей стал выходить в холл, Лукас спросил суровым, непреклонным тоном:
— Хочешь, чтобы мы провели все двенадцать раундов здесь?
Она не хотела. Ей и так было больно, она и так была унижена, без того, чтобы весь подъезд узнал об этом.
— Закрой дверь, когда будешь выходить! — враждебно бросила она ему и пошла к лестнице.
Сумка осталась в холле, но гордость не позволила Жермене вернуться за ней, пока Лукас все еще находился в здании. Более того — оказалось, что Лукас, не обращая внимания на ее приказание уйти, шагал позади Жермены, когда она с шумом поднималась по лестнице. Он также нес и ее тяжелую сумку.
Что оказалось очень кстати для него. Дойдя до квартиры, Жермена отперла дверь, намереваясь войти, быстро повернуться и захлопнуть ее перед ним. Но не получилось, потому что Лукас умудрился просунуть в дверном проем эту объемистую сумку.
Жермена бросила на Лукаса выразительный взгляд и повернулась к нему спиной. Ее не удивило, что он последовал за ней и без приглашения вошел в квартиру. Уже в гостиной она услышала, как закрылась дверь. Больше не испытывая к Лукасу дружеских чувств, Жермена дошла до середины ковра и повернулась к нему лицом.
— Ну? — резко проговорила она. Нахал! Гнусный нахал!
Наконец-то он заметил ее ярость. Даже сам немного вышел из себя, как она поняла, когда он произнес скрипучим голосом:
— Я не понимаю, какого черта ты так злишься! Ведь ты не пришла ко мне на свидание!
— Не пришла? — повторила Жермена. Она не могла поверить такому! Он думал, что будет крутить и с ней, и с ее сестрой…
— У нас была назначена встреча, у нас с тобой, — прорычал он — на случай, если она забыла.
Ну, парень, сам напросился!
— Насколько я помню, в этом соглашении было условие! — возмутилась Жермена. — Имелось в виду «если я тебе небезразличен».
Разве она не знала этих слов наизусть? Разве не повторяла, не твердила их всю ночь, когда ждала наступления рассвета?
— Хочешь сказать, что я тебе безразличен? — напряженно спросил Лукас.
— Я всегда знала, что ты сообразительный, — язвительно бросила она.
Ей хотелось, чтобы он ушел. Ее злость утихла, и пришла боль. Лукас смотрел на нее, ничего не говоря, несколько долгих секунд, потом глубоко вздохнул.
— Я не верю тебе.
Гнев, рожденный паникой, что он может увидеть, как сильно она его любит, снова стал ее союзником.
— Мне наплевать, что ты не веришь! — горячо проговорила она.
— Ты хочешь убедить меня, что вчера ночью целовалась со мной — без любви? Хочешь убедить меня, что я совершенно безразличен тебе, и ты, тем не менее, хотела отдать мне то, чего не отдала никому другому?
— Ах-ах, как выспренне!
— Ты отрицаешь это?
Жермена отвернулась.
— Зачем ты приехал? — тупо спросила она — и почувствовала еще большее волнение внутри, чем когда-либо, когда он оказался рядом с ней.
— В основном, потому, что мне очень трудно, очень тяжело сознавать, что я тебе абсолютно безразличен. А еще я здесь потому…
— Не надо, — остановила его Жермена. — Не надо, Лукас. — Она сделала слабый, похожий на рыдание, вдох и в следующее мгновение почувствовала, как он быстро взял ее за плечи. Девушка сердито оттолкнула его. — Я тебя видела! — крикнула она в порыве гнева, когда вновь взыграли эмоции.
— Видела меня? — переспросил Лукас, уловив в голосе Жермены страдание. — Что значит — видела меня?
— Я давно привыкла быть на «вторых ролях», потому что мужчины находят Эдвину лучшим выбором, — ответила Жермена, изо всех сил стараясь сдерживать себя. — Я по глупости подумала… подумала… ах, неважно! Теперь мне вес равно.
Боже мой, она чуть не сказала ему, что подумала, будто он предпочел ее Эдвине. Едва не сказала, что подумала, будто он отличается от других. Едва не сказала, что подумала, будто между ним и ею что-то особенное — между ними двоими!
Жермену обдало жаром. Она отошла от него на шаг, но Лукас схватил ее и на этот раз, когда она хотела оттолкнуть его, не отпустил. Более того, ему надоело, что он не видит ее лица, ее глаз. Несмотря на сопротивление, он начал медленно поворачивать ее, пока, наконец, она не оказалась с ним лицом к лицу.
Его серые глаза несколько секунд всматривались в ее раненые фиалковые глаза, а потом он очень тихо произнес:
— Но мне не все равно, Жермена.
— Какая неприятность! — бросила она в ответ, но то была слабая попытка.
Как возражать ему, как противостоять, если он стоит здесь, в ее комнате, совсем близко, глядя ей в глаза? Видимо, она все еще не оправилась от шока, так неожиданно увидев его в своем доме.
— Так значит, ты видела меня, — протянул Лукас. Он проигнорировал ее выпад и, видимо, принял решение разобраться в том, ради чего он, собственно, и торопился приехать. — И это имеет отношение к твоей сестре, иначе ты не упомянула бы ее… — Лукас замолк, брови у него поднялись, как будто его поразило что-то, о чем он не подумал раньше. — Ах, любовь моя, — огорчился он. — Ты увидела меня в комнате Эдвины сегодня утром!
— Именно так, — холодно ответила Жермена. Как он смеет называть ее своей любовью?
— А почему ты не вошла и…
— Я не до такой степени развратна! — взорвалась, как вулкан, Жермена, стараясь отпихнуть его.
Лукас стиснул ладонями руки Жермены и был не намерен отпускать ее. Более того, казалось, он сам начинал сердиться. Какое нахальство!
— Неужели ты, черт побери, думаешь, что я… Но Жермена ничего не хотела слушать.
— Не надо лицемерить со мной! — гневно прервала она его. — Ты уже приглашал Эдвину остаться в «Хайфилде» сколько она захочет, а потом я вижу, — голос ее с каждой секундой становился все более возмущенным, — вижу тебя в комнате моей сестры, и ты несешь ее к кровати, точно так же, как нес меня в моей спальне вчера вечером… — горячая краска залила ей щеки, — к моей кровати! — Лукас открыл рот, но к этому моменту Жермена слишком распалилась и не дала ему вымолвить ни слова. — И мы оба знаем, что могло бы произойти вчера, если бы где-то не хлопнула дверь и ты бы вдруг не осознал, что совсем рядом находится более опытная, более волнующая женщина…
— Как ты смеешь даже думать такое обо мне? — взревел Лукас — только так он смог вставить слово Ладони Лукаса впились в ее руки, как дьявольские зубы. — Я знал, что ты другая, знал, что ты…
Жермена никогда не видела его в такой ярости. Ей не терпелось услышать продолжение.
Лукас сделал глубокий вдох — и только тогда, все еще держа ее перед собой, осознал, как давил ей на руки. Потом он еще раз сделал глубокий, сдерживающий вдох и, глядя ей в глаза, заметил более спокойным тоном:
— Я ушел вчера вечером только потому, что для тебя занятие любовью в первый раз должно быть совсем особенным. — У нее вспыхнуло лицо, а на его губах появился намек на улыбку. — Я не хотел торопить тебя… Я мечтал быть наедине с тобой, и чтобы никто нам не мешал. Потом хлопнула та дверь, наступила пауза, и я подумал, что если вы с сестрой такие же, как мы с братом, то Эдвина может влететь в твою спальню в любую секунду — и даже не постучать. Вдруг мой дом оказался полон людей, и я…
Жермена почувствовала, что из-за этого разговора об их несостоявшемся занятии любовью она сделалась слабой и бесхарактерной и теперь готова поверить каждому его коварному слову.
— Неудивительно, что в нем столько людей — ты сам всех наприглашал! — выпалила она.
Лукас не желал, чтобы его снова перебивали; Жермена поняла это по его стиснутым губам. Но, будучи уверенной, что он пошлет ее к черту и снова побежит к Эдвине, она очень удивилась, что Лукас продолжает стоять на своем:
— Да, я действительно пригласил твою сестру остаться в «Хайфилде» еще на несколько дней… — Жермена попыталась высвободиться, но он, крепко держа ее, упрямо продолжал: — Но я пригласил ее провести Рождество по той причине, что…
— Мне незачем слушать дурацкие подробности! — презрительно прервала его Жермена.
На его скулах заиграли желваки.
— Ты вес равно выслушаешь, — резко сказал Лукас. — Клянусь, я впервые встречаю такую женщину! — пробормотал он сквозь зубы.
— Можешь попрощаться в любую минуту!
— Замолчи и слушай. — И прежде чем Жермена смогла ознакомить его со своими ядовитыми возражениями, он продолжил: — Не хочу быть грубым, но, поверь, я достаточно натерпелся от твоей сестры до того…
— Очень похоже!
Лукас посмотрел на нее убийственным взглядом, но, исполненный такой же решимости все сказать Жермене, как и она категорически не желала молчать, он продолжал настаивать:
— Мне пришлось выносить ее по одной-единственной причине: я заверил Эша, что мой дом — его дом, пока он подыщет и купит себе что-нибудь подходящее. Я не хотел отталкивать его, указав Эдвине на дверь. В первые дни их отношения были серьезными — насколько я знаю, он планировал сделать ее моей невесткой, а я очень люблю Эша и ценю его выбор. Поэтому мог бы смириться и с Эдвиной, если нужно.
— Ах, какие трудности тебе пришлось бы вынести!
Лукас пропустил ее замечание мимо ушей, не Жермена заметила блеск в его глазах. Он мужественно контролировал свои чувства, хотя ему и пришлось сделать успокаивающий вдох. Но он тут же продолжил удивлять ее, заявив: — Я мирился с этой женщиной, хотя почти с первой минуты знал, что у нее абсолютно ничего не случилось со спиной. Я…
— Ты знал, что она притворяется? — выдохнула Жермена. — Я хочу сказать… — Она пыталась поправиться, чувствуя себя предательницей, практически назвав сестру мошенницей.
Лицо Лукаса смягчилось.
— Ты очень предана ей, любовь моя, но я знал, что ты с самого начала раскусила ее. И в этом, конечно, была настоящая причина, почему ты отказалась поехать и ухаживать за ней.
— Я… э-э… позвонила ей на ее мобильник, — невольно призналась Жермена.
— Так ты знала, еще не увидев ее, что ей не требуется твой уход?
Жермена подумала, что уже достаточно проявила свое предательство, и не ответила.
Он продолжал:
— Думаю, именно тогда мои когда-то ясные и логические рассуждения немного затуманились.
— В самом деле? — не раздумывая, спросила Жермена.
Она хочет, чтобы он ушел — разве нет? И так же сильно хочет разлюбить его. Обычно всегда, когда она узнавала об измене, ей это удавалось. Почему же этого не происходит сейчас?
— В самом деле, — подтвердил Лукас.
Жермена почувствовала, как все задрожало у нее внутри. Все еще не отпуская ее рук, Лукас подвел девушку к дивану и сел рядом. Она хотела сказать какую-нибудь колкость, но, поскольку Лукас уже достаточно натерпелся ее едких замечаний, все-таки промолчала.
— Мне казалось логичным, — вновь заговорил Лукас, поняв, что на этот раз она не станет перебивать, — когда Эдвина отказалась принять врача или сиделку (они-то ей не были нужны), что кто-нибудь из ее родных приедет в «Хайфилд» и поухаживает за ней.
— Ты не хотел, чтобы это делала миссис Добсон, — вставила Жермена.
Лукас улыбнулся.
— Наконец-то мы понимаем друг друга.
— Ты велел мне приехать и ухаживать за сестрой.
— А ты дала мне понять, что думаешь об этом! Должен признаться, милая Жермена, я не привык, чтобы со мной так обращались женщины.
— Тебе это не понравилось? — Почему она улыбнулась ему? Этот мужчина — гадкий предатель!
— Я каждый раз чувствовал раздражение, когда думал о тебе. Как смеет эта женщина так разговаривать со мной? Эта женщина с красивым голосом, которой совершенно безразлично, кто я, убила меня наповал. Ты недвусмысленно послала меня поиграть со своим паровозиком, — напомнил он ей. — Разве ты не понимаешь, что после этого я незамедлительно решил поехать и посмотреть на тебя? В тот вечер я ушел из этой квартиры, познакомившись с женщиной потрясающей внешности, чье отношение чрезвычайно задело меня. Надо ли удивляться, что я не мог выкинуть тебя из головы?
У нее подскочило сердце. Лукас считал ее внешность потрясающей! Жермена заставила себя вспомнить о его лицемерном поведении с Эдвиной в то утро. Правда, в ней зашевелилось какое-то доверие к нему, а инстинкт подсказывал, что надо выслушать до конца. Ведь она может уличить его во лжи позже.
— Но почему ты поехал к моим родителям?
Тут он, надо отдать ему должное, немного смутился, но объяснил:
— Я сказал Эшу, когда вернулся в «Хайфилд» по какому-то делу, что на следующий день буду недалеко от Оксфорда. Он сообщил мне, что там живут родители Эдвины. — Лукас помолчал, потом добавил: — Эш также сказал, что твой отец обожает Эдвину.
— Это не новость, — вставила Жермена, понимая, что смущение Лукаса, вероятно, объяснялось его нежеланием огорчить ее.
Лукас мягко сжал ей руки, которые вес еще держал в ладонях, и продолжал:
— Потом я спросил Эша, не относится ли твой отец так же и к тебе, на что он рассмеялся и сказал, что тебя любит мать. Когда я спросил, любишь ли ты свою мать, Эш ответил, что у нее недавно был грипп, и у него сложилось впечатление, что ты готова сделать для нее все, что только в твоих силах.
— И ты узнал у него адрес моих родителей?
У него дрогнули губы. Жермена обожала его. И всегда будет обожать. От судьбы не уйдешь.
— У меня не было определенных планов ехать к ним. Но я рано управился с делами и оказался рядом с их домом.
— И — алле-гоп…
— У меня были сведения, что твоя мать, возможно, еще не совсем оправилась после гриппа, и — алле-гоп. Мой визит прошел чудесно, — признался Лукас. — С этого момента моей единственной проблемой, дорогая Жермена, — мягко добавил он, — было то, что я не мог попросить твою сестру уехать, не испортив отношений с моим братом. Но когда стало очевидно, что его увлечение быстро проходит, я начал предполагать, что именно он предложит ей убраться.
— Потому что ты сам влюбился в Эдвину, — холодно констатировала Жермена.
— Нет! — воскликнул Лукас. — Абсолютно ничего подобного! Глупая женщина, неужели ты не поняла, что я люблю тебя?
Вдруг все ее эмоции исчезли, а лед в жилах начал стремительно таять.
— М-меня? — заикаясь, спросила она. — Ты любишь — меня?
Лукас взглянул на нее.
— Просто потерял голову, — тихо ответил он.
Ей хотелось, чтобы он улыбнулся, но его лицо и глаза были необыкновенно серьезными.
— А зачем иначе я здесь? — спросил он.
Эх, лучше бы он помолчал! Лукас здесь, потому что она убежала из «Хайфилда». А почему она удрала из его дома? Потому что увидела, как он несет Эдвину в постель. Точно так же, как нес ее, Жермену, вчера вечером!
Жермена попыталась подняться, но Лукас снова усадил ее рядом с собой.
— Мне необходимо ощущать твою близость. Ты…
— Расскажи мне об Эдвине, — перебила его Жермена. Ей делали больно в прошлом, но никогда еще не было так больно, как сейчас. Раньше это не было так важно. — Расскажи мне о той любовной сцене, которую я наблюдала сегодня утром! — взорвалась она, не осознавая, что говорит.
— Любовная сцена! Полная чушь! — возмутился Лукас. — Черт возьми… — Он остановился, сдерживая себя, и заглянул в глаза Жермены. — Я плохо спал вчера ночью. В принципе, совсем не спал. Ночь стала пыткой. Я хотел снова увидеть тебя, но приходилось ждать до половины девятого. Не знаю, как я пролежал тс бессонные часы, размышляя над тем, правильно ли поступал. Ты не такая, как другие женщины, которых я знал; это было ясно. Таких я еще не встречал. Что, если я неправильно истолковал знаки, которые показались мне положительными? — Лукас запнулся, потом продолжил: — Моя комната превратилась в клетку. Я вышел из нее — тихо, как мне казалось. Но Эдвина, должно быть, услышала меня. Когда, немного прогулявшись, я вернулся и поднялся по лестнице, дверь в ее спальню была широко раскрыта, а Эдвина билась в истерике из-за какого-то страшного паука.
— Она позвала тебя поймать паука?
— Теперь я очень сомневаюсь в правдивости ее слов. Но в тот момент в моей голове была только ты, и мне хотелось быстрее покончить с этим, чтобы первым прийти к скамейке. Так или иначе, когда Эдвина упала в обморок, я…
— Эдвина упала в обморок?
— Мне так показалось. Она вся обмякла, увидев восьминогого зверя. Я инстинктивно подхватил ее, пока она не рухнула на ковер. Что?..
Вспомнив, как ее сестра посмотрела на нее, прежде чем закрыть глаза, Жермена вслух высказала свои мысли. В ее голосе звучали облегчение и радость:
— Эдвина не падала в обморок.
— Ты уверена?
— Обмороки у нее получаются особенно хорошо, — усмехнулась Жермена.
— Она это и раньше делала? — спросил Лукас, но не стал настаивать на ответе, а вместо этого заметил: — Я подумал, что Эдвина очень крепко уцепилась за мои плечи для девушки, потерявшей сознание. Когда она не захотела отпускать меня после того, как я положил ее на кровать, я заподозрил, что идет какая-то игра. — Он помолчал, а потом признался: — Зато она очень быстро пришла в себя, когда я сказал, что позову миссис Добсон посидеть с ней.
Жермена улыбнулась.
— Эдвине это не особенно понравилось.
— Думаю, да, но у меня были другие планы — свидание с моей любимой. Я ни в коем случае не мог позвать тебя, чтобы ты подержала ее за руку. Честно говоря, дорогая, если уж ты и должна держать кого-нибудь за руку, то я предпочел бы, чтобы это была моя рука.
— О! — прошептала, дрожа, Жермена.
Лукас поднес ее ладонь к губам.
— Ты ведь веришь мне, любимая? — искренне спросил он. — Ты веришь, что она не интересует и никогда не интересовала меня? Веришь, что я оказался в ее комнате сегодня утром именно так, как я только что рассказал?
Жермена знала свою сестру, знала, на что та способна. Просто она привыкла к тому, что ее приятели бросали ее, когда их манила Эдвина.
Но Лукас — Лукас не такой, совсем не такой. Жермена не сомневалась, что он многое знает о женщинах, и теперь начинала понимать, почему он сразу разгадал Эдвину и та не произвела на него впечатления. И вес же…
Все же ей казалось невозможным, что другие бросали ее из-за чар Эдвины, а на Лукаса эти чары не возымели никакого действия.
— Ты… э-э… просил Эдвину остаться, — напомнила ему тихо Жермена.
Лукас наклонился и нежно поцеловал ее в щеку.
— Мне нужна была ты в моем доме. Нет, не нужна — необходима. Без тебя я просто не мог жить. Чем больше я привязывался к тебе, тем яснее понимал, что, если Эдвина уедет, ты тоже исчезнешь. И вообще не появишься п «Хайфилде».
— Ты хотел, чтобы я там была?
— Очень. Мне было недостаточно одной встречи с тобой. Первая встреча пролетела слишком быстро. Я хотел провести с тобой день или два дня.
Ах, Лукас! У нее защемило сердце. Да, она верит ему, верит!
— И ты пригласил меня провести с тобой Рождество.
— Конечно, пригласил! Я стал испытывать потребность в твоем обществе. Вскоре мне надо будет уехать. Одному Богу было известно, когда мы встретимся снова. Если бы ты провела Рождество в «Хайфилде», то у меня появилась бы возможность увидеть тебя в первый же день по возвращении.
Жермена улыбнулась.
— А когда я отказалась, ты пригласил Эдвину остаться. А потом приехал в дом моих родителей в День подарков, якобы, оказавшись «поблизости»…
— Чтобы убедить тебя поехать со мной, — закончил за нее Лукас. — А Эдвина послужила рычагом. Ты веришь мне, Жермена?
Она посмотрела на него, и при виде его теплых и искренних глаз у нее все задрожало внутри.
— Я верю тебе.
Его лицо осветила замечательная улыбка. Жермену охватила слабость. На мгновение она подумала, что он хочет обнять ее, но вместо этого Лукас сказал: — А теперь, моя дорогая, любимая Жермена, поговорим о самом главном.
Жермена сглотнула.
— О главном?..
— Да. О том, о чем поговорили бы, когда встретились бы с тобой наедине — там, в «Хайфилде». Ты ведь собиралась прийти к нашей скамейке?
Жермена смущенно улыбнулась.
— Я тоже не могла спать. И поэтому рано вышла из комнаты.
— Любимая, — прошептал Лукас и обнял ее. — Я так люблю тебя, — бормотал он. — Я сидел на скамейке задолго до половины девятого. В девять часов уныло побрел в дом, не желая верить тому, чему должен был поверить — что ничего не значу для тебя.
— И ты прождал больше получаса на холоде! — воскликнула она.
— Я вернулся в дом, поднялся в твою комнату; твоей сумки не было, вещей тоже. Исчезло все, кроме картины, которую я подарил тебе. Мне показалось, что ты дала мне ясный ответ. Но именно в тот момент, когда я впал в отчаяние, позвонил Эш и сказал, что ты с ним и он никогда не видел тебя такой расстроенной.
Лукас вскочил и заходил по комнате. Жермена тоже поднялась.
— И ты попросил его задержать мое возвращение сюда, чтобы дать тебе время приехать первым?
— Совершенно верно. Я попросил его увезти тебя подальше от дороги, зайти в какой-нибудь дом, как будто по делу, если понадобится. Извини, любовь моя, но я не мог смириться с поражением. Просто не мог или не хотел. Может быть, это самонадеянно, но после вчерашней ночи я не мог согласиться с тем, что, казалось, смотрит мне в лицо. Я гнался за тобой, меня разрывали ярость, что какая-то женщина довела меня до такого ужасного состояния, и беспокойство, что я потерял тебя.
Потерял ее! Сердце громко забилось.
— А з-знаешь, ты ведь только что признался мне в любви, — хрипло произнесла она.
Лукас перестал метаться по комнате.
— Ты удивлена моими чувствами к тебе? — холодно спросил он.
— Да нет! Нет! — быстро заверила она.
— Тогда можно ли понимать так, что вопреки твоему бегству несколько часов назад, ты немного любишь меня? — нервно спросил он.
— Ну… больше, чем немного, если честно, — ответила она.
Лукас смотрел на нее пару секунд. Потом приказал:
— Иди сюда.
Она послушалась, и он крепко обнял ее. Прошло, наверное, минут десять, пока они стояли, прильнув друг к другу. Ушла боль разлуки, и улеглась тревога, которую они оба испытали. Потом Лукас ласково и нежно поцеловал Жермену.
— Я так люблю тебя! — прошептал он. — Когда тебя нет, образовывается такая пустота, как от физической боли. У меня внутри был какой-то вакуум… Кстати, не могла бы ты разъяснить, что ты имела в виду, когда сказала, что любишь меня «больше, чем немного»? — полюбопытствовал он, испытывая необходимость услышать настоящее признание.
Хотя Жермена никогда не говорила таких слов раньше, и ей было неловко произносить их, она все же медленно произнесла:
— Я… очень… люблю тебя.
— Возлюбленная моя! — С радостным криком Лукас обнял Жермену и поцеловал. На короткое время он удовольствовался радостью, что может прижать ее к своему сердцу, что теперь все препоны разрушены. — Когда ты это поняла?
Жермена с улыбкой отпрянула.
— Не сразу.
— Конечно, не сразу, — согласился он. — Я не слишком хорошо вел себя с тобой.
— Ты был настоящим поросенком!
— Ты великолепна! — Он усмехнулся и смачно чмокнул ее в щеку. — Так все-таки когда?
Жермену рассмешила его настойчивость.
— А ты когда? — спросила она.
— Ах ты, хитрюга! — воскликнул он, но с готовностью ответил: — Думаю, вскоре после того, как ты приехала в первый раз.
— Так давно?
Лукас кивнул.
— Мы сидели с тобой в моем кабинете. И хоть прежде я всегда уходил с головой в работу, в ту пятницу постоянно отвлекался. Ты так невероятно красива, любовь моя, что я все время смотрел на тебя. — Он поцеловал ее в кончик носа, улыбнулся и продолжил: — Опыт показывает, что внешняя красота может скрывать внутреннее уродство, но, учитывая, что ты надерзила мне, я понял: в тебе все гармонично. А уж когда я заподозрил, будто между тобой и Эшем что-то есть, мне пришлось признать неоспоримое: я всерьез увлекся тобой.
Глаза Жермены сияли от любви к Лукасу.
— «Что-то» между мной и Эшем закончилось до того, как я встретилась с тобой, — мягко заметила она.
— Знаю. — Лукас помолчал, а потом признался: — Но это не помешало мне измучиться от ревности вчера вечером, когда он поцеловал тебя.
— Ты заревновал? — воскликнула Жермена.
— Нс в первый раз, — признал он. — А если не Эш разъедал мою душу, так это был твой дружок Стюарт.
— Стюарт! — Ей стало смешно. — Стюарт — коллега по работе, — объяснила она. — Мы приятели, и ничего больше.
— Рад слышать это, — произнес Лукас. — А ты целуешь всех своих коллег по работе?
— Вообще-то нет, — рассмеялась Жермена. — Тебе абсолютно не нужно ревновать к Стюарту — или к Эшу.
— Теперь я это понимаю. Во всяком случае, вчера вечером ты сказала, что он хочет, чтобы вы остались друзьями. Значит, насчет Эша мне нечего беспокоиться.
— В самом деле?
— Я решил поговорить с Эшем о тебе, и мы с ним все утрясли. Но когда я увидел, как вчера вечером он поцеловал тебя, жестокое чудовище ревности стало вновь донимать меня.
Жермена потянулась и поцеловала его, но потом отпрянула и воскликнула:
— Ты решил поговорить с ним обо мне?
— К этому шло, — объяснил Лукас. — Это произошло в прошлую субботу, когда ты была в «Хайфилде». Эш удивился твоему приезду и сказал, что надеется, ты не умчишься обратно в Лондон. Ты обещала остаться, чтобы напечатать отчет о моей поездке в Швецию. — На этом месте Лукас немного помедлил. — Ты не рассердишься, если я скажу тебе то, о чем Эш уже знал, а ты не знала?
— Думаю, не рассержусь, — осторожно ответила Жермена. И аккуратно надавила: — Так что такое Эш знал, а я — нет?
— Он знал, что я брал в Швецию свою помощницу. Филлис Глэдстоун можно считать символом деловитости. Как только ты упомянула о моей просьбе напечатать отчет, Эш тут же понял: я что-то задумал.
— Что задумал?
— Ах, дорогая, — пробормотал Лукас. — Наступило время признаний. — Он нежно поцеловал ее, а потом отодвинулся и начал объяснять: — Не злись на меня, любимая, но Эш знал, что Филлис Глэдстоун уже напечатала этот отчет и приготовила его к работе еще до того, как мы уехали из Швеции.
Жермена раскрыла рот.
— Ты… Она… Он уже был напечатан? — недоверчиво спросила она. — Но… но зачем тебе нужно было снова его печатать?
— Мне требовалось время побыть с тобой наедине.
— Хочешь сказать… — Ее потрясенный мозг наконец проснулся. — Хочешь сказать — ты придумал эту работу?
— Чтобы побыть в твоем обществе одному, без твоей сестры, которая не сводит глаз с моего кошелька, или моего брата, который хочет удрать с тобой.
— О господи! — выдохнула Жермена. Опомнившись, она заметила: — В тот день ты поехал с Эшем посмотреть его новый дом.
— Я поехал с Эшем, потому что хотел все прояснить с ним, и больше ждать было нельзя.
— П-прояснить? — повторила она, слегка заикаясь из-за того, что происходили вещи, о которых она ничего не знала.
— Моя любимая девочка, — нежно начал Лукас. — Накануне вечером я повел тебя в картинную галерею и, увидев на твоем красивом личике разные эмоции, услышав, как ты чудесно смеешься, по уши влюбился в тебя. К тому времени, когда я привез тебя обратно, зная, что буду в отъезде с понедельника до кануна Рождества, я уже был так влюблен, что не мог представить себе жизни без тебя.
— И со мной это тоже случилось в тот вечер. Ты поменялся со мной едой, потому что мне показалось, будто твоя выглядит аппетитнее. А потом ты засмеялся — и я влюбилась в тебя, — призналась она.
— Милая! — выдохнул Лукас, целуя ее волосы. — А ты бы приехала в «Хайфилд» на следующий день, если бы я не придумал, что миссис Добсон нужна помощь?
Жермена засмеялась.
— Конечно, — проговорила она. Но, вдруг осознав, что он говорит, продолжила: — Ты уже знал, что у миссис Добсон есть помощница?
— Признаю себя виновным, — согласился он с улыбкой. Однако улыбка исчезла, когда, возвращаясь к разговору с братом в ту субботу, он пояснил: — К тому моменту, когда мы с Эшем отправились якобы осмотреть дом, я знал только одно: если Эш тоже любит тебя, на этот раз я ничем не смогу ему помочь.
— Эш не любит меня, — тихо вставила Жермена.
— Я понял это, как только он рассказал мне правду о своем поведении. А до того я не имел представления, что он поддался чарам твоей сестры и одновременно ходил с тобой на свидания.
— Разве я не говорила?
— Нет, не говорила, — мягко произнес Лукас. — Не могу представить, чтобы ты поливала грязью либо Эдвину, либо Эша. Но моя злость на него улеглась, потому что, если он так обошелся с тобой, то значит, не любил тебя всей душой и сердцем, как я.
— Ах, Лукас! — прошептала Жермена и получила в ответ необыкновенно нежный поцелуй.
— Итак, установив, что Эш питает к тебе дружеские чувства, я получил его благословение рассказать тебе о моей любви и…
— Ты сказал Эшу, что любишь меня? — с удивлением спросила Жермена.
Лукас кивнул.
— Он сам догадался, поскольку у меня не было никакой необходимости уединяться с тобой в кабинете. — Он помолчал, потом признался: — Эш желает мне добра. Ты больше не обижаешься на него?
— Нет, — просто ответила Жермена. — Он прекрасно проявил себя сегодня, когда помог мне. И, — добавила она, подумав, — потихоньку от меня позвонил тебе, чтобы сообщить, что происходит.
Они оба улыбнулись. Улыбнулись и поцеловались, крепко прижимаясь друг к другу. Как будто не желая, чтобы кто-нибудь снова встал между ними.
— Не представляешь, какое облегчение испытываешь, когда тебя покидает эта дьявольская ревность, — признался Лукас и запечатлел восхитительный поцелуй в уголке ее рта.
— У меня тоже были моменты ревности, — призналась движимая честностью Жермена.
— Правда? — с восторгом спросил он.
— Не стоит так радоваться, — рассмеялась она. Беверли Маршалл, помнишь? Я думала, что Беверли — это женщина.
— И ты заревновала? Еще тогда? — засомневался Лукас.
— Тогда я это так еще не называла, — заметила она. — Но я подумала, что ты пошел куда-то с женщиной по имени Беверли, когда однажды вечером сидела в «Хайфилде», а тебя не было.
— Это было в субботу, — сразу же вспомнил Лукас. — Я поцеловал тебя и за все свои грехи почувствовал некоторую растерянность. Мне это не понравилось — я всегда занимал главенствующее положение. Вот и решил, что мне нужно побыть какое-то время без тебя. — Жермена все еще смотрела на него с широко раскрытыми глазами, и тогда он подтолкнул ее: — Но расскажи мне что-нибудь еще.
— Хочешь знать, к кому я еще ревновала, кроме Беверли? К Эдвине, конечно, — призналась она.
Его лицо стало серьезным.
— Она никогда ни в малейшей степени не интересовала меня, — мрачно заверил он ее.
— Теперь я знаю, — быстро сказал Жермена — Просто, когда ты позвонил ей из Швеции…
— Я не ей звонил, а Эшу, — перебил ее Лукас. — Эдвина просто подошла к телефону.
Жермена удивилась, почему она не дошла до этого сама. Эдвина и в прошлом была виртуозом по части намеков, уловок и откровенной лжи.
— Прости, — извинилась Жермена. — Ты можешь подумать, что мне надо было… — Жермена осеклась. Но если раньше она промолчала бы, блюдя верность сестре, то вдруг поняла, что теперь Лукас — самый важный человек в ее жизни, и поэтому она не желает, чтобы прошлые обиды, нанесенные Эдвиной, встали между ней и человеком, которого она любила. — Я была…
— Кем ты была, милая? — помогал ей Лукас.
— В основном, дурой, — признала она. — Я ужасно разнервничалась, потому что в ту пятницу, когда ты вернулся из Швеции, ты поцеловал меня, а потом помчался к Эдвине, поскольку она гостила в твоем доме. Даже несмотря на то, что было поздно, когда ты приехал в «Хайфилд»…
— То все равно бы обнаружил, что Эдвина поджидает меня. Да, все так и было. Прости, родная, я знаю, что она твоя сестра, но я хочу жениться на тебе и не желаю, чтобы ты огорчалась… — Лукас замолчал, увидев потрясенное лицо Жермены. — Что? — встревоженно спросил он.
— Знаешь ли ты, что сказал?
— Объясняя, что был любезен с Эдвиной, потому что она — твоя сестра? Извини, но я за версту вижу стяжателя. Пусть больше ничто не омрачает то, что у нас есть. Хочу, чтобы ты знала, как все было. Как я умирал от желания видеть тебя. Как жаждал позвонить тебе, когда был в отъезде в последний раз, и обнаружил, что моя самонадеянность получила большую встряску. Я боялся звонить, опасаясь, что разговор пройдет плохо и я буду еще больше умирать от любви вдали от дома.
— О! — прошептала, задыхаясь, Жермена. Она не смела поверить тому, что слышала.
— Моя ненаглядная, — нежно проговорил Лукас. — Я вчера очень надеялся, что смогу привезти тебя в «Хайфилд». Миссис Добсон была предупреждена и приготовила тебе комнату еще тогда, когда я понял, что на самом деле испытываю к тебе.
Глаза у Жермены стали круглыми.
— День Рождества был самым худшим в моей жизни, — продолжал признаваться Лукас. — Я хотел, чтобы ты была со мной, и поскольку этого не случилось, никто другой мне не был нужен. Эдвина гостила у меня, но я обнаружил, что не могу больше выносить ее ужимок. Поэтому уговорил Эша побыть с ней, а сам в это время уединился в кабинете и стал придумывать, что делать, на случай если ты откажешься поехать со мной на следующий день.
— Ах, Лукас, — вздохнула Жермена.
— И когда, о счастье, ты все-таки поехала со мной, я забеспокоился, что, если Эдвина уедет, не будет надобности и тебе оставаться в «Хайфилде».
— И поэтому ты пригласил ее оставаться столько, сколько она захочет, — вставила Жермена.
— Не помню, так ли я выразился, но, поскольку хотел видеть тебя в своем доме, я мог хватить лишку — чтобы ты была со мной всегда.
Всегда! Сердце не просто забилось, оно подпрыгнуло и понеслось, а в горле пересохло.
— А-а… — попыталась выдавить Жермена.
— Что? Ты ведь можешь сказать мне что угодно, попросить меня о чем угодно — мы теперь одно целое.
Господи! Одно целое!
— Я… ну… Ты действительно это сказал или мне послышалось?
— Что именно? Если я ляпнул что-то не так, я поправлюсь…
— Ты сказал, будто хочешь жениться на мне… — Его изумленное лицо заставило ее замолчать, и она покраснела. — Извини, — быстро произнесла она. — Я неправильно расслышала.
— Ты все правильно слышала, — сказал Лукас.
— Ты испугался?
— Верно, — согласился он, крепко держа ее, когда она попыталась вырваться. — Но только потому, что понял: предложения так не делают. Прости меня, любимая. На меня столько всего свалилось — волнения, ревность, необходимость прояснить все недопонимания, потребность убедить тебя увидеть во мне претендента на руку и сердце, — что я забыл о самой важной части. — Лукас с нежностью заглянул в ее широко распахнутые фиалковые глаза. — Я очень люблю тебя, Жермена. А ты сказала, что любишь меня. Как ты думаешь, не слишком ли много я прошу, когда предлагаю тебе выйти за меня замуж?
Никогда еще Жермена не испытывала такого внутреннего волнения.
— Нет, — ответила она, но вдруг засомневалась, не надо ли было сказать «да», и быстро добавила: — То есть ты не слишком много просишь.
Но Лукас не улыбнулся.
— Тогда, Жермена Харгривз, выйдешь ли ты за меня замуж? — спросил он.
— Сочту за честь, — ответила она.
Лукас прижал ее к своему сердцу на несколько долгих секунд. Потом нежно поцеловал ее.
— Спасибо, любимая! — выдохнул он и проникновенно посмотрел в ее глаза. — Мне хочется залезть на крышу и заорать на весь мир, что ты согласилась стать моей женой. Можно я начну со звонка Эшу? Я скажу ему, любимся, что Санта все-таки подарил мне то, чего я больше всего хотел!


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Подходящий муж - Стил Джессика

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Подходящий муж - Стил Джессика



Роман мне понравился.Моя оценка 5из10.
Подходящий муж - Стил Джессикатоня
30.11.2011, 15.43





Даже не начинайте. Полная ерунда
Подходящий муж - Стил ДжессикаЕлена
7.11.2012, 19.42





Начало вроде бы еще ничего, а потом все размазано, особенно окончание. Читала через силу.
Подходящий муж - Стил ДжессикаЕлена
4.01.2013, 21.57





Есть такие беспринципные, беспардонные, коварные сестры, от которых нужно держать подальше. В целом роман неплохой, читать можно.
Подходящий муж - Стил ДжессикаВалентина
27.03.2014, 7.36





Начало чудесное, предвещало что то интересное. Герой - умный и целеустремленный бизнесмен, героиня - упрямая, дерзкая и не поддается его обаянию. А дальше просто сказка для детей. Где вы видели 36 летнего красивого мужчину, который ведет себя как прыщавый юнец? rnДочитала через силу.
Подходящий муж - Стил ДжессикаИрина
27.03.2014, 12.10





А по-моему, герой - настоящий мужчина,который добивается любимой девушки достойными способами. Не все же дикари. Хотя роман без особых изысков, но оставляет приятное впечатление.
Подходящий муж - Стил Джессиканадежда
25.04.2015, 19.44





Милый, нежный роман
Подходящий муж - Стил ДжессикаКатя
25.04.2015, 22.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100