Читать онлайн Бриллиантовое кольцо, автора - Стил Джессика, Раздел - Глава девятая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бриллиантовое кольцо - Стил Джессика бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.66 (Голосов: 58)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бриллиантовое кольцо - Стил Джессика - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бриллиантовое кольцо - Стил Джессика - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Джессика

Бриллиантовое кольцо

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава девятая

Долго ждать, пока Йорк позвонит у двери в квартиру, не пришлось. С воинственным блеском в глазах Сабина направилась к двери, чтобы впустить его, и не поняла, от ярости ли, от волнения или просто от любви к этому негодяю, но она вся задрожала, увидев его на пороге.
Ярости в ней оставалось тем меньше, чем больше Сабина за нее цеплялась. Не говоря ни слова, она повернулась и направилась в гостиную. Сабина знала, что Йорк идет за ней: она услышала звук хлопнувшей входной двери и почувствовала, как пол под ногами у нее задрожал — слишком категоричным был этот звук.
Глупость какая-то. Это все не ее вина, а Йорка. Сабина резко повернулась к нему. И поняла, что насчет решительности не ошиблась: в его темно-синих глазах светилось упорство. Кем он себя возомнил, интересно?
— Говори, — недружелюбно произнесла Сабина, вызывающе вскидывая подбородок и показывая Йорку, что лучше ему не тратить слов.
— Ты злишься на меня из-за чего-то?
Его выдержке можно было позавидовать! Нет, каков тип! Сабина сглотнула, чтобы не ударить его.
— Меня не каждьй день обманывают! — кратко бросила она. Спокойно, ради Бога, сохраняй спокойствие.
— Обманывают? — переспросил Йорк, и Сабина едва удержалась, чтобы не дать ему пинка.
Достоинство — она изо всех сил старалась не терять достоинства.
— Я не очень-то интересуюсь враньем, — отрезала она, стараясь говорить спокойно, — а также и тем, что ты собираешься мне сказать. — Тогда зачем она его впустила? Сабина сейчас не обращала внимания на логику — это ни к чему. — Теперь у тебя есть то, чего ты добивался все эти недели, так что…
— На самом деле у меня этого нет, — перебил ее Йорк. — Я…
— Ты его не нашел? Я оставила его на…
— Кольцо я нашел, — снова перебил Йорк, когда она уже испугалась, что кольцо его бабушки потерялось. — Но это не то, чего я хочу.
— Не надо делать из меня дурочку! — с яростью выкрикнула Сабина, но, невзирая на свою ненависть к нему, она была слишком заинтригована, чтобы на этом остановиться. Если не узнает, она умрет. — Ты мог получить и меня — значит, и это не то.
— Ты опять покраснела, — ласково заметил Йорк.
— Ой, гори ты огнем! — воскликнула Сабина, поворачиваясь к нему спиной.
— Я и горю… — сказал он. Голос его прозвучал гораздо ближе, чем она ожидала.
— Что? — спросила Сабина, не понимая, что он хочет сказать. — Нет, не отвечай — мне это безразлично! — тут же возразила она, оборачиваясь. Он был рядом! Очень близко. Сабина отскочила от него, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие и трезвый рассудок, но ее всю трясло.
— Этого я и боялся, — невозмутимо ответил Йорк. Его слова сбили Сабину с толку — она не могла представить, что его что-то может напугать. Она недоумевала — неужели его пугает то, что ее не интересует его ответ?
Так что же? Подумай головой! Он очень умен и может сделать что угодно. Но что ему нужно от нее на этот раз, для Сабины оставалось загадкой. Однако не стоять же здесь с ним и все спокойно принимать?
— Я не пойму — ты что, еще не проснулся? — язвительно спросила она, намекая, что час ранний.
— Честно говоря, последнее время я вообще плохо сплю, — ответил Йорк.
И не он один!
— Ну, с тем, что у тебя на совести, спать довольно трудно, так что это меня не удивляет, — бросила Сабина.
Йорк смотрел мимо нее, и Сабина не знала — согласился он с ней или нет. Однако, перехватив его взгляд, она поняла, что он смотрит на кофейный столик. Там лежал конверт с бразильскими марками. Йорк быстро взглянул на нее, и Сабине стало ясно: он догадался, в чем дело.
Все препирательства о том, много ли чего у него на совести или мало, в такой ситуации были излишни.
— Ты получила письмо от Натали? — спросил он, прекрасно зная ответ на свой вопрос.
— Как и ты от Рода Лейси! — фыркнула Сабина, радуясь вновь появившемуся чувству злости на него. — Разница лишь в том, — воодушевившись, продолжала она, не давая Йорку открыть рот, — что я получила письмо только сегодня утром, а ты — несколько недель назад!
Йорк молча смотрел на нее, изучая пылающие от гнева щеки и сверкающие карие глаза.
— Я этого не отрицаю, — наконец негромко сказал он.
— Вот и прекрасно! А теперь не угодно ли тебе уйти? У меня сегодня дела, в которые ты не вписываешься.
— Нам есть о чем поговорить.
— Минутку — это тебе есть о чем поговорить; я уже, кажется, уточняла, что меня это не интересует. — Сабина старалась не поддаваться слабости — ведь она хотела, чтобы он остался, — и намеренно торопилась выпроводить его, пока еще была в состоянии… Йорк серьезно смотрел на нее. Сабина ответила ему таким же взглядом. И вдруг непонятно почему — она же твердо решила не сдавать своей «незаинтересованной» позиции — спросила, пусть и не очень охотно: — Да и что здесь обсуждать? Ты об…
— Больше, чем ты думаешь, — сказал Йорк, не дав Сабине договорить, что он подло ее обманывал. — Послушай, — продолжал он, не давая продолжить ей, — почему бы нам не сесть и не обсудить все разумно, насколько мы можем?..
— Ты ведь знал, давно знал… — Ее голос сорвался. Неужели Йорк имеет в виду, что, хотя и считает ее неразумной, он и сам не чувствует себя в состоянии разумно обсуждать с ней то, что хочет сказать? Это его «насколько мы можем…». Такое с ним впервые! Сабине просто не верилось. Впрочем, это ни на йоту ее не успокоило. — Э-э… — попыталась она продолжить и, хотя твердо решила с ним не соглашаться, вдруг почувствовала, что его предложение сесть не лишено смысла. Сабина села в ближайшее кресло, тем самым приглашая Йорка сделать то же, но предупредила, когда он удобно устроился в своем: — Не очень-то надолго располагайся!
О Господи, она опять вся затрепетала, когда у Йорка в ответ на ее заявление поползли вверх уголки губ — он встретил улыбкой ее намек на то, что она его скоро выпроводит.
— И что же говорится в твоем письме? — сухо осведомилась она, чтобы спасти слабеющую гордость.
— Оно здесь, — ответил Йорк, доставая письмо из кармана, и, поскольку они сидели очень близко, протянул ей конверт.
Это удивило Сабину. О Боже, ну почему она становится такой бесхарактерной? Она взяла письмо, всем своим видом показывая, что принуждает себя.
— Может быть, ты скажешь, что специально захватил это письмо, чтобы показать мне? — иронически спросила она.
— Именно так, — кивнул Йорк.
Сегодня он практически со всем соглашался, отметила Сабина. На него это не похоже.
— Но только ты опоздал на один день — кольцо-то уже у тебя.
— Я опоздал на день, как ты говоришь, — снова кивнул он. — И сделал ошибку, не показав тебе письмо раньше. Но я хочу, чтобы теперь между нами не было недоговоренностей, Сабина, так что…
Как мило! «Сделал ошибку»! Сабину задели эти слова, и о письме в своих руках она забыла.
— Слишком мягко сказано, чтобы описать то, как я мучилась все это время, боясь, как бы твои родители не сообщили о «помолвке» моим!
— Я знал, что этого не случится, — уверенно сказал Йорк. И добавил нечто невероятное: — Мой отец слишком занят сейчас, чтобы играть в гольф, а мама наверняка не стала бы связываться с твоей матерью, не посоветовавшись со мной.
— Рада, что ты так уверен. Мне бы твою уверенность, — сердито заговорила Сабина. — Между прочим, я пришла в твою спальню в Малбери-Хаус именно для того, чтобы попросить тебя рассказать твоим родителям правду. Я говорила, что не могу лгать своим родителям. Я…
— А я, — мягко перебил ее Йорк, — был готов все честно тебе рассказать. Но мы поцеловались — и я потерял способность трезво мыслить.
— Ты… — Ей хотелось высказать ему все, но слова куда-то пропали. Сабина вспомнила, как он обнимал ее, целовал. Это было так чудесно. Она ни о чем не задумывалась, лежа в его объятиях. Но неужели и с ним было то же самое? Сабина тряхнула головой — ей в это не верилось. Йорк, опытный мужчина, наверняка не раз бывал в таких ситуациях и умел прекрасно сохранять контроль над собой и способность мыслить. — Да, возвращаясь к письму, — поспешно сказала она, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. — Ты прекрасно знал еще в ту субботу, когда приехал к своей бабушке, что мы можем прекратить нашу игру в «помолвку», как только ты покажешь мне письмо Рода с припиской Натали. Я немедленно вернула бы тебе кольцо. Ты ведь знал?.. Ты к тому времени уже получил письмо Рода? — настаивала она, в убеждении, что, если он скажет «нет», она ему не поверит.
Но он не сказал «нет», а признался:
— Я вернулся из Японии рано утром, и письмо уже ждало меня. — После его заявления в глазах Сабины снова засверкали молнии. Ее гнев только усилился, когда Йорк быстро добавил: — А также и сообщение моей секретарши, что ты хотела узнать телефон моей бабушки.
— Тебе известно, почему я хотела его узнать! — Сабина не собиралась защищаться, но неожиданно для себя сердито продолжила: — А что я должна была делать — оставить ее в ожидании?
— Нет, только не ты, Сабина. Ты слишком чувствительна.
Сабина уставилась на него. Она не ослышалась? Ее сердце громко застучало. Слова Йорка прозвучали так, будто это ему нравится.
— Ну… — начала она, и внезапно ее словно ударило: она вспомнила, как все происходило. — Но ты ничего тогда не сказал! — возмущенно выкрикнула она. — Ты был злой как черт, когда увидел меня у своей бабушки.
— Грехи мои смертные… — проговорил Йорк, видимо решивший соглашаться со всеми обвинениями, которые она ему бросала. Сабина снова начала поддаваться его обаянию. — Прежде чем ехать в Малбери-Хаус, я пытался дозвониться тебе, а потом приехал сюда в надежде тебя увидеть.
— Ты… ты и вправду приезжал? — спросила Сабина. Ее глаза широко распахнулись. Ей вспомнилась та суббота. — Я пошла прогуляться, а к твоей бабушке поехала после обеда. Мм… ты… хотел связаться со мной, чтобы узнать, зачем мне понадобился телефон твоей бабушки? — добавила она с замиранием сердца.
— Да, — утвердительно кивнул Йорк, — и чтобы сказать тебе, что написал Род, признаваясь во всем, чтобы показать приписку твоей подруги, где она просит тебя вернуть мне кольцо.
— Но… когда ты меня не нашел — когда меня не оказалось дома, — ты решил не показывать мне письмо Рода? — упрямо повторила она вопрос, не видя в поступке Йорка никакого смысла. Йорку нужно было это кольцо. А значит, ему следовало только показать ей письмо — и кольцо было бы немедленно ему возвращено.
— Когда тебя не оказалось дома, я почувствовал — такого со мной не бывало, — что не знаю, что делать дальше.
Да, мысленно согласилась Сабина, для него это действительно необычно. Она была уверена, что у Йорка каждая минута расписана заранее.
— Вместо того чтобы просто позвонить бабушке и узнать, как она себя чувствует, я поехал к ней, чтобы самому убедиться, что все в порядке.
— А! — воскликнула Сабина. — Увидев там меня, ты решил, что я могу ее взволновать чем-нибудь, и разозлился из-за этого.
— Я понятия не имел, что ты ей уже наговорила или собираешься сказать.
— Вот спасибо! — недовольно буркнула Сабина.
— Прости меня, моя дорогая, — неожиданно извинился Йорк, и его «моя дорогая» поразило Сабину гораздо больше, чем то, что великий Йорк Макиннон может извиняться. — Я был так зол, что позабыл о необыкновенной отзывчивости, которую замечал в тебе. — (Сабине хотелось закричать, чтобы он не говорил больше ничего.) — Ведь я тебя какое-то время не видел, — оправдывался он.
Йорк оправдывается? Уже этого было довольно, чтобы все возведенные Сабиной защитные укрепления рухнули. Но ей же необходимо быть сильной… Не поддаваться.
— Однако, когда ты узнал, что меня пригласила твоя бабушка, ты не перестал злиться, — настаивала она.
— Ты мне показала, что может натворить моя злость, когда — признаю, к моему удовольствию, — не отказалась принять бабушкино предложение остаться на ночь. Ты, Сабина Констебл, — добавил он, не подозревая, что от его слов она теряет волю, — чертовка, а не женщина.
Он вправду так считает? Он это говорит о ней — такой осторожной и осмотрительной?
— Конечно, немногие женщины стали бы слушать подобное, — ответила она по возможности непринужденно. — И все равно это не объясняет, почему ты так долго не говорил мне о письме. — Она махнула рукой, забыв, что держит письмо Рода.
— Я собирался — несколько раз. Поверь, — сказал Йорк. — Но… — Он замолчал, сбившись.
Сабина не верила своим глазам — он казался каким-то нерешительным. Она знала, что этого не может быть!
— Но? — переспросила она, убежденная, что чувства ее обманывают. Йорк не уверен в себе? Как бы не так!
Он смотрел на нее, сверля ее взглядом синих глаз. Как будто… как будто, прежде чем продолжить, он хотел что-то получить от нее. Какую-то поддержку. Нет, это наваждение, решила Сабина. Йорк — самый уверенный в себе мужчина, которого она когда-либо видела.
— Но, — продолжил он, не получив от нее поддержки и решив, видимо, рискнуть, — с тех пор, как я узнал тебя, мои намерения и действия пришли в полное несоответствие.
— И я в этом виновата?
— Нет, — начал он. — Хотя… — Он снова запнулся. А затем, переворачивая весь ее мир с ног на голову, посмотрел ей прямо в глаза и сказал: — Ты вошла в мою жизнь слишком прочно, Сабина.
Губы у нее пересохли, а сердце бешено заколотилось. Она ничего не понимала. Что он сказал? Что он сказал?
— Я… мм… — Она сглотнула. Хотела заговорить с насмешкой — не очень-то получилось. — Давно? — спросила она.
Нет, не вышло с иронией… Йорк понял ее вопрос как поддержку и уже увереннее сказал:
— С тех пор, как впервые тебя увидел, оказался рядом с тобой, понял, какая ты отважная, верная… особенная.
Его слова далеко не отвечали на вопрос, почему он не показывал ей письмо от Рода. Но Сабина и не подумала о том, чтобы напомнить ему про письмо.
— Ты… э-э… ты понял это сразу, при первой встрече? — Ей надо было что-то спросить, чтобы собраться с мыслями.
Йорк кивнул:
— Больше того. Когда мы увиделись во второй раз — я приехал за кольцом бабушки и сказал тебе, что она в больнице, — то сразу же понял, какое у тебя доброе сердце. Прости, моя дорогая, что я этим пользовался — твердил, как важно для бабушки снова получить кольцо.
— Но я тебе его не отдала, — заметила Сабина. Ее не так задело признание Йорка в том, что он играл на ее чувствах, чтобы вернуть бабушкино кольцо, как тронуло это его «моя дорогая». Пусть слова ничего и не значили. Что они могут значить?
— Не отдала, и я готов был тебя задушить за твое упрямство. Но потом мне пришла в голову идея…
— Чтобы я притворялась твоей невестой.
— А ты без возражений согласилась.
— Я согласилась только пойти в больницу — и всего один раз, — напомнила она.
Но он, конечно, ничего не забыл и подхватил:
— Я уже решил, что ты передумала, когда вдруг, опоздав на сорок пять минут, ты пришла. Даже безумно злясь на тебя, я считал, что для виду нужно подойти и поцеловать тебя в щеку.
— Но ты поцеловал… — Сабина осеклась. О небо, лучше бы она промолчала.
— Я поцеловал тебя в губы, в твои прекрасные губы. — Йорк решил, что вполне может закончить фразу за нее. Конечно, в том, что и она начала вспоминать все, он усмотрел поддержку! Да разве он нуждается в поддержке? Нет, сказала себе Сабина, она окончательно сошла с ума! — И, — продолжал Йорк, глядя ей в глаза и не позволяя отвести взгляд, — когда я неожиданно не смог устоять, я понял, что совсем не хочу прерывать поцелуй.
Ее глаза полезли на лоб. Что он сказал! Что он имеет в виду?
— Н-ну… ты… э-э… истинный мужчина, — только и смогла выдавить она.
Йорк покачал головой.
— Не в этом дело. В присутствии моей бабушки?..
— Дело не в этом, — согласилась Сабина. — Но ты был злой как черт, когда мы вышли из больницы.
— А почему я не должен был злиться? Я приглашаю тебя поужинать со мной. А ты заявляешь, что ужинаешь с другим!
— Ты только предложил купить мне сэндвич!
— Я имел в виду — поужинать со мной.
Сабина смотрела на него, с трудом веря в то, что он ей говорит, — и ей не хотелось прерывать разговор. Не сейчас. Только не сейчас. Пока атмосфера вокруг не слишком накалится… Как бы там ни было, Йорк не должен догадаться о ее чувствах к нему. И однако он говорил так, словно не желал, чтобы она встречалась с кем-то другим… с кем-то ужинала.
— Наша… э-э… «помолвка»… была чисто платонической, — решила напомнить ему Сабина.
— Разве? — спросил Йорк.
И когда она вспомнила — о, как она могла забыть? — что почти обнаженная лежала в его объятиях, лицо ее залилось краской.
— Должна была быть, — как можно скорее проговорила Сабина.
— Но я тебя поцеловал и не хотел останавливаться, — признался Йорк, а Сабине захотелось, чтобы и сейчас он поцеловал ее или хотя бы обнял, потому что никогда еще так не уходила земля у нее из-под ног и никогда еще она не чувствовала себя более уязвимой.
Она жалела, что он сидит там, откуда ему хорошо видно ее лицо. Но и отпускать его она не желала — не сейчас… и никогда. Поэтому Сабина встала и прошла к окну, чтобы расправить несуществующую складку на шторе. И сразу сердце ее затрепетало, когда Йорк почти бесшумно встал и подошел к ней, взял ее за плечи и развернул к себе.
Сабина заглянула в его темные проницательные глаза и тут же опустила взгляд. Она ничего не прочла в его глазах, но испугалась, что это сможет сделать он.
— Ты вся дрожишь, — услышала она его шепот. Йорк держал ее за плечи. Сабина попыталась высвободиться, но он не отпустил ее. Ее страх куда-то исчез, когда Йорк ласково сказал: — Я тебе не сделаю ничего плохого. — И добавил еще мягче: — Разве ты не знаешь, что ты значишь для меня?
Сабина задрожала еще сильней. Ей очень хотелось посмотреть ему в лицо. Но ей и раньше не удавалось ничего увидеть, к тому же она боялась, что Йорк по выражению ее лица поймет, как важно для нее его признание. Поэтому она не подняла голову.
— Дорогая, дорогая моя Сабина! — Йорк вдруг притянул ее и прижал к себе так, что она оказалась в кольце его сильных рук. Он не пытался ни притянуть ее лицо к себе, ни поцеловать ее, но словно наслаждался ее близостью. Как будто ему — как и ей — хотелось, чтобы ее голова лежала на его груди. — Ты не боишься меня? — спросил он чуть погодя. — И того, что происходит между нами?
Земля снова ушла у нее из-под ног — да, что-то происходит… Но Йорк сказал только: «Разве ты не знаешь, что ты значишь для меня?» А это очень мало или… Сабина не осмеливалась думать дальше. Ей надо было услышать от него более определенные слова.
Сабина сделала вдох и, собрав все свое мужество, спросила напрямик:
— А что между нами, Йорк?
— Искренность, — ответил он. — С этого момента — только искренность.
Она застыла в его объятиях:
— Ты считаешь, я была неискренней?
— Не ты — я, — твердо сказал Йорк. — Твоя честность видна с первого взгляда, и тогда, около больницы, я безоговорочно поверил тебе — когда ты сказала, что вернешь мне кольцо по первому слову твоей подруги. Но я, Сабина, был более чем нечестен, скрывая от тебя письмо. Меня извиняет только то, — он сделал паузу, а потом тихо закончил, — что еще больше я обманывал самого себя.
Тогда она взглянула ему в лицо, не в силах дольше сдерживаться. Йорк смотрел на нее без улыбки, серьезно и открыто.
— О, — выдохнула она, не понимая, к чему все это может привести. Сабина почувствовала смущение и вырвалась из его рук. Ей было необходимо собраться с мыслями. Но когда Йорк отпустил ее, Сабине снова захотелось оказаться в его объятиях. — Мм… — промычала она, и вдруг ее охватил страх, что Йорк, ничего больше не сказав, уйдет. — Что ж, хорошо, — проговорила она и пожала плечами, — я думаю, меня это… э-э… немножко заинтересовало. — Какая чудесная у него улыбка — ноги у Сабины стали ватными. — Может, лучше сесть? — У нее пропал голос, когда, взяв ее за руку, Йорк повел ее не к креслу, в котором она сидела, а к дивану. А когда он сам, вместо того чтобы вернуться в свое кресло, сел рядом, мысли у Сабины снова смешались. — Ты сказал, что еще более нечестен был с самим собой, — попыталась она справиться с путаницей в голове. Его письмо, которое она все это время держала в руке, каким-то образом оказалось на столике рядом с ее письмом.
Йорк сидел, повернувшись так, что хорошо видел ее лицо. И вдруг, к ее изумлению, он признался:
— Чувства, которые я в полной мере начал испытывать, как только узнал тебя, перевернули весь мой мир.
Неужели она сказала, что заинтересовалась немножко? Боже, она отдала бы полжизни, чтобы услышать что-нибудь еще.
— Чувства? — Она почему-то заговорила шепотом, глаза ее стали вдвое больше.
Йорк сжал ее руку.
— Ревность, — пояснил он, и сердце Сабины было готово выпрыгнуть из груди. — Я не сразу понял, что это такое, но, когда впервые увидел тебя тем вечером, моя дорогая, я не мог смириться с мыслью, что ты помолвлена с моим кузеном.
Сабина уставилась на него, изумленная. Потом вспомнила, хотя и с трудом, как все было.
— Тогда ты принял меня за Натали.
— Я никогда ее не видел, но, увидев тебя — красивую, обаятельную, с дивными сверкающими глазами, — я почувствовал, что во мне что-то перевернулось.
— Да? — пролепетала Сабина, желая услышать болыце и боясь, что сейчас он спустит ее с небес на землю. Сабина попыталась осторожно напомнить: — Ты очень хорошо это скрывал. — Она не забыла, через какие унижения ей пришлось пройти.
Йорк уловил ее интонацию и спустя несколько секунд ласково сказал:
— Не бойся. Я никогда не причиню тебе боль.
О, Йорк! У Сабины сжалось сердце.
— Я… н-не совсем поняла, что ты имеешь в виду, — пролепетала она.
— Прости, — немедленно извинился он. — Все это мне настолько незнакомо, и я… волнуюсь, поэтому, наверное, получилось не так…
Боже мой, он тоже нервничает!
— Ты… э-э… что-то говорил о необычном… мм… для тебя чувстве, мол, ты не знал, что делать дальше. — Она попыталась ему подсказать — помочь.
Его большой палец поглаживал тыльную сторону ее ладони. Сабина таяла, а Йорк вспоминал:
— Это было, когда я приехал. Мне казалось, я не видел тебя целую вечность. И когда я позвонил, а тебя не оказалось дома, я поехал к бабушке. Тогда я не понимал, как соскучился по тебе.
— Ты скучал обо мне? Но мы виделись всего раза два! — воскликнула она.
— Три, — поправил он ее. — В Японии я отчего-то не находил себе места, но еще не понимал, что происходит. А когда приехал и позвонил тебе, и тебя не оказалось дома, то я чуть не полез на стену. Увидев же твою машину около дома бабушки, я не мог не почувствовать страх, несмотря на то что меня охватил чудовищный гнев.
— Ты беспокоился, как бы я не сказала ей правду о кольце — что его украл Род? — предположила Сабина.
— Когда я увидел кольцо на твоей руке, то понял, что ты ничего не сказала.
— Но ты все равно злился.
— Да. Я сказал для виду, что соскучился по тебе, — и вдруг обнаружил, что не притворяюсь.
— Правда? — спросила она, все еще не веря.
— Отныне только правда, — кивнул он. И пока она таяла от счастья, продолжил: — А почему еще я, вместо того чтобы выпроводить тебя как можно скорее, вынудил тебя остаться в Малбери-Хаус? Я был вне себя наполовину от злости, наполовину от тоски по тебе.
— Так ты хотел, чтобы я осталась на ночь? — выдохнула Сабина.
— Тогда я еще этого не осознавал, но — да, моя дорогая Сабина, — ласково ответил он, — я хотел быть рядом с тобой.
— Ты серьезно? — потрясенная, спросила она.
— Так не шутят, Сабина, — ответил Йорк.
— А еще мы поругались, когда ты показывал мне мою комнату, — вспоминала она, чтобы отогнать этот… сон наяву.
— А я прекратил эту ссору, поцеловав тебя — твои мягкие, зовущие губы, — подхватил он. — И когда почувствовал, что хочу целовать тебя снова и снова, понял: я теряю голову.
— Поэтому ты так быстро вышел из комнаты? — удивленно спросила она.
Йорк с улыбкой кивнул и признался:
— Я был твердо намерен рассказать тебе о письме Рода. Но мы начали спорить… потом поцеловались — и я понял, что необходимо уйти.
— О Господи!
— Но, к своему ужасу, я обнаружил, что не могу забыть сладость твоих губ.
— Я думала, ты и не вспомнил больше о том поцелуе, — смущенно призналась Сабина.
— Любимая, — прошептал Йорк, проводя кончиками пальцев по ее щеке. — Когда в следующий раз ты начала требовать, чтобы я рассказал правду моим родителям, я понял, что не хочу, чтобы все вот так просто закончилось. Вот так — сразу…
«Вот так — сразу». Он имеет в виду, что теперь пора с этим покончить? Никогда еще Сабина не чувствовала себя более запутавшейся. Но Йорк, словно почувствовав ее смущение, поднес ее руку к своим губам и прижался к тыльной стороне ее ладони.
— Ты то же самое сделал за ужином — в тот вечер, — напомнила она, сбиваясь.
— Не смог удержаться. И сообразил, что выдал себя. — Он улыбнулся, а потом продолжал: — Я знал, что ты очень переживаешь. Но когда я взглянул на тебя, то понял — впервые, — что в тебе есть что-то очень особенное, Сабина Констебл. У меня сердце чуть не выскочило из груди.
У него сердце чуть не выскочило из груди! А ее сердце чуть не разорвало ей грудь, когда она услышала эти слова.
— Мне… мм… ты… — Она запнулась. И начала снова: — Я была готова рассказать правду, но, когда я посмотрела на миссис Ферфакс — какой она выглядела слабой, и…
— Мне надо было тебе сказать, — перебил Йорк, — что и до болезни бабушка, хотя всегда отличалась завидным здоровьем, выглядела очень хрупкой. Но ты была очень взволнованна в тот вечер, а я после отъезда моих родителей был в полной растерянности. Я даже не смог пожелать тебе спокойной ночи.
— Значит, ты был в таком же состоянии! — воскликнула Сабина.
— Ты хочешь сказать, что тоже смущалась, боялась разговаривать, боялась прикосновений? Боялась… — Он замолчал, глядя на Сабину. Казалось, Йорк прилагает нечеловеческие усилия, чтобы просто на нее смотреть. Но он не смог удержаться — наклонился и поцеловал ее. Поцелуй был осторожным и легким. Йорк чуть отстранился, глядя на ее зачарованное лицо, и снова поцеловал ее. — Моя дорогая, — произнес он, и казалось, что сейчас он поцелует ее в третий раз. Но Йорк только тряхнул головой, будто вспомнив, что есть еще важные вещи, о которых следует поговорить. — Ты же всю ночь провела в беспокойстве и в пять часов утра ворвалась в мою комнату — с требованием, чтобы я рассказал родителям правду.
— А в это время у тебя было письмо, которое…
— Я только хотел слегка тебя подразнить, — ответил Йорк. — Я собирался тем утром рассказать тебе о письме Рода, но, когда мы поцеловались, у меня все вылетело из головы.
Она и сама тогда ни о чем не могла думать, вспомнила Сабина. Ее только удивило, что Йорку с ней было так же хорошо, как и ей с ним.
— Но у тебя… мм… и после того была возможность все мне рассказать, — заметила Сабина, справившись с минутной слабостью.
— Была возможность — и не раз, — улыбнулся Йорк. — Слава Богу, что ты меня не возненавидела. — Он немного помолчал, ожидая от Сабины хотя бы намека на ее истинные чувства. Не дождавшись, он продолжил: — Я мог сказать о письме, когда ты постучалась ко мне в дверь, чтобы забрать халат. Но тут ты заявила, что уезжаешь, потому что у тебя вечером свидание, и это было для меня новым ударом. Я чуть не умер от ревности.
— О, Йорк! — рассмеялась Сабина, вспоминая его гневное: «В его постели или в твоей?» — и понимая теперь, что это было сказано из ревности. — Прости меня за ту пощечину, — извинилась она. — И, — Сабина почувствовала, что должна извиниться и за другое, — прости, что я лгала тебе.
— Лгала?
— В тот день у меня не было никакого свидания, — пояснила она.
Йорк торжествующе взглянул на нее и негромко напомнил:
— Но через два дня вечером у тебя было свидание.
— Я… — Сабина начала было оправдываться, но передумала. — У тебя тоже, — напомнила она ему как можно мягче.
— Не хочешь ли ты сказать, что тоже немножечко ревновала? — хитро спросил он.
Сабина покачала головой. «Немножечко» — это не совсем подходящее слово… Впрочем, дело было в том, что, хотя она и почувствовала под ногами более твердую почву, все равно ей необходимо было сохранять дистанцию, чтобы избежать вполне возможного огромного разочарования.
— И почему же мне нельзя было ни с кем встречаться? — воскликнул Йорк, не дождавшись от Сабины ответа.
— Вот именно — почему? — подхватила она с некоторым ехидством в голосе.
Йорк заметил ее колкость и, словно находя утешение в ее раздражении из-за того, что он мог встречаться с другими женщинами, признался:
— Я был слишком потрясен тем, что почувствовал от близости с тобой, так что просто не думал о других женщинах.
— Но я видела, когда выходила из ресторана, что ты был полностью поглощен своей спутницей, — недовольно заметила Сабина.
— Так ты ревновала\ — воскликнул Йорк, не скрывая своей радости. И когда Сабина одарила его надменным взглядом, он тихим голосом спросил: — А тебя утешит, если я скажу, что каждую секунду тогда, в ресторане, тайком поглядывал на твой столик и замечал любое твое движение? И когда ты поднялась и направилась к выходу, я все время следил за тобой и отвел взгляд, только когда ты собралась обернуться?
— Нет! — выдохнула она.
— Это правда, — подтвердил Йорк.
— Ты сказал, я д-для тебя что-то значу? — запинаясь, спросила она.
И у нее перехватило дыхание, когда Йорк, нежно глядя на нее, сказал:
— Моя дорогая, я люблю тебя.
Сабина всхлипнула, слишком потрясенная, чтобы говорить.
— Ты любишь меня? — наконец пролепетала она.
— Люблю. Обожаю. И если те знаки, которые, как мне представляется, я вижу, — знаки, показывающие, что и я тебе не безразличен, — окажутся лишь плодом моего воображения, я тихо сойду с ума. Скажи, ведь это была не просто физическая реакция с твоей стороны? — настойчиво спросил он. — Скажи, что это не так. Скажи, моя дорогая, моя любимая, что и ты меня любишь.
Он умоляет ее! Дольше Сабина выдержать не могла.
— О да! — простонала она.
— Да — ты меня любишь?
— Да.
— Ты не сказала так потому, что?..
— Я люблю тебя, люблю, люблю, — повторяла Сабина, готовая разрыдаться от счастья. И в следующее мгновение забыла обо всем, потому что Йорк, со страстным стоном, заключил ее в объятия.
Он прижимал ее к себе, на миг отстраняя, чтобы видеть ее лицо, и прижимая снова. Ее сердце бешено стучало, как и его, она прижималась к нему, отвечала на его поцелуи, откидывала голову назад, чтобы заглянуть в его лицо, и снова, поглощаемая любовью, отдавалась его поцелуям.
— Когда? — спросил он чуть позже, не отпуская ее от себя. — Ты сразу почувствовала то же, что и я? Ты…
Сабина отрицательно покачала головой, наслаждаясь его любящим взглядом.
— О Йорк, — прошептала она, — я была все время так поглощена ненавистью к тебе, что не понимала, что люблю тебя. Ну, были какие-то… признаки…
— Скажи мне, — настойчиво попросил он.
— О том, что я чувствовала?..
— Все.
— Включая и то, что у меня слабели колени от твоей улыбки?
Йорк смотрел, словно не веря, что может так действовать на нее.
— Включая и это, — сказал он. — Ты знаешь, что можешь обезоружить меня одной своей мимикой, когда безумно хочешь рассмеяться, но решаешь оставаться серьезной?
— Нет! — выдохнула она, удивляясь все больше.
— Честно, — уверил он ее. И, видимо не в силах больше ждать от нее дальнейших доказательств любви, напомнил: — Так что же за признаки?
— Ну… — протянула Сабина. Йорк ее любит! Он любит ее! — Ну… мне был симпатичен один человек, но после встречи с тобой — когда он пригласил меня сходить куда-нибудь — я обнаружила, что не хочу идти.
— Такое я знаю по себе, — сказал Йорк, и Сабина с новой остротой почувствовала, как любит его, и рассмеялась. А Йорк поцеловал ее. — Итак? — спросил он после того, как несколько секунд неотрывно глядел ей в глаза.
— Итак, — повторила за ним Сабина, силясь вспомнить, о чем же они говорили. Кажется, Йорк желает услышать историю ее любви. — Итак, мы были у твоей бабушки, и было воскресное утро. Мы лежали на твоей кровати, и я чуть было не сказала, что люблю тебя.
— Ты это уже знала?
— Да, — призналась она. — Ты спросил меня: «А что ты знаешь?» — и я поняла это. Я любила тебя. Конечно, я надеялась, что это… э-э… пройдет.
— Но не прошло? — Он выглядел обеспокоенным. Невероятно: ее сердце уже ей не принадлежит, а Йорк боится, что ее любовь к нему — мимолетное чувство.
Она покачала головой.
— Нет. Когда я снова тебя встретила, все было по-прежнему. И хотя ты меня раздражал — я все равно тебя любила. — Сабина улыбнулась, тая под его любящим взглядом, и забылась, наслаждаясь его быстрыми нежными поцелуями. А потом, едва владея собой, спросила: — А ты, Йорк, когда?.. — Она даже не успела закончить вопрос.
— Любовь к тебе подкралась незаметно, — быстро ответил он. — Но сначала, когда я еще не был готов ее принять, мне пришлось испытать все остальные… сопутствующие чувства.
— Ревность? — весело предположила Сабина.
— Как ты можешь веселиться, ведь я так мучился? — возопил Йорк; впрочем, слишком несчастным он не выглядел, зная теперь, что она его любит. — Ревность — самое неразумное чувство, — добавил он.
— Знаю, — мягко произнесла Сабина. Ей не хотелось больше причинять ему боль.
Йорк, как оказалось, тоже не хотел, чтобы она страдала, потому что быстро сказал:
— Моя спутница в ресторане, правду говоря, была просто знакомой, и не более. Я не мог понять, почему ты так прочно обосновалась в моей памяти, и почему мне вовсе не хотелось ни с кем другим встречаться.
— И ты пригласил ее…
— Чтобы попытаться — но безуспешно — выкинуть тебя из головы.
— Ты говоришь самые приятные вещи, — улыбнулась она и получила в награду поцелуй.
— Ведьмочка! — ласково обозвал он ее. — Конечно, в тот вечер я прекрасно понимал, что все, что я должен сделать, — это ознакомить тебя с письмом. Но ты была такой элегантной, строгой и ужасно гордой. Я был уверен, что ты решила меня просто игнорировать.
— А тебе было на это наплевать.
— Ты дерзишь! Я ужасно злился. Твердил — да кем она себя возомнила? И ревновал — как она посмела встречаться с кем-то еще?
— Ты, конечно, и думать забыл о своей спутнице — блондинке!
— Кто бы говорил, — широко улыбнулся он.
— Поэтому ты поцеловал меня — чтобы поставить меня на место — и имел наглость напомнить о кольце! — продолжала Сабина.
— Разве я не говорил, что злился не меньше, чем ревновал? — После этих слов Сабина его поцеловала. Поцелуй затянулся, и когда Йорк слегка отстранился от нее, она почувствовала головокружение. Сабина весьма смутно помнила, за что поцеловала его, а Йорк выглядел таким же опьяневшим, как и она. Но через секунду-другую он опомнился. — Наверное, ты специально явилась мне в ту ночь во сне? — спросил он. Что Сабина могла сказать? Она только улыбнулась. — На следующий же день я решил поехать к тебе, — улыбнулся он в ответ. — Показать тебе письмо и забрать кольцо, в надежде, что, когда все будет сделано, смогу наконец выбросить тебя из головы.
— Ты не говорил ничего…
— У меня и возможности не было что-то сказать. Когда я приехал, ты, почти раздетая, ждала какого-то Оливера, и…
— Я была одета вполне прилично, чтобы выслушать старого друга, которого знаю с трех лет, и чтобы посочувствовать ему по поводу неудач в его личной жизни.
— Так он просто старый друг? — Йорк вздохнул с облегчением.
— Мы познакомились в детском саду, — рассмеялась Сабина, — и я люблю его как брата.
— Слава Богу!
Сабина с удовольствием отметила искренность его восклицания и сказала:
— На самом деле я и не ждала Оливера. И никого другого не ждала, — быстро добавила она. И вспомнила, что нужно еще кое в чем признаться. — А когда зазвонил телефон, это была, я думаю, моя мать. Конечно, я не могла допустить, чтобы ты поднял трубку.
— Она захотела бы выяснить, кто я такой?
— Естественно.
— Тогда чуть позже мы поедем и навестим ее и твоего отца, — предложил Йорк. И быстро добавил: — Помню, ты говорила, когда я приехал, что сегодня у тебя есть дела, в которые я не вписываюсь. Но теперь — ведь я знаю, что ты меня любишь, — я никуда тебя не отпущу.
— Я все выдумала. О делах, — поспешно добавила Сабина, боясь, как бы Йорк не подумал, что она выдумала насчет любви. Она поцеловала его и сказала: — Я с удовольствием проведу с тобой весь день.
Йорк выглядел таким счастливым, каким она его никогда еще не видела.
— И не один день, надеюсь? — спросил он, а сердце Сабины радостно застучало оттого, что он хочет быть с ней не только сегодня. — Но, возвращаясь к той среде… Я ведь так и не смог начать разговор о письме Рода, потому что наши чувства, как ты помнишь, опять вышли из-под контроля. Потом ты попросила меня уйти, и я решил, что, лучше мне так и поступить — не задерживаться.
— О, если бы я только знала!
Йорк нежно поцеловал ее, вспомнив, как и она, резкие слова, которыми они тогда обменялись.
— Если тебя это хоть немного утешит, любимая, то скажу, что с того дня я потихоньку сходил с ума по тебе. Так хотел поехать к тебе, хотя знал, что все бесполезно… Зачем? Но все же я очень часто делал крюк, чтобы оказаться здесь, вблизи от тебя.
— Ты!.. — Сабина была потрясена. — Честно? — Ее губы приоткрылись.
— Глупо, не правда ли?
— Прекрасно, — мягко ответила она, все еще не веря. — А ты не думал о том, чтобы зайти?
— Однажды… Но этот чертов «моргай» стоял позади твоей машины, и я решил, что, если кто-то загородил выезд твоей машине, значит, это твой гость. Мне оставалось либо зайти и вытолкать его в шею, либо самому уехать домой.
— О, Йорк! — воскликнула Сабина. Неужели он так ревновал!
— Чья это была машина, Оливера или Кристофера? — спросил он.
— Оливера. Крис — это тот, с кем я была в ресторане. С ним я сначала хотела встречаться, но… — Как некрасиво с ее стороны, ведь Крис всегда был с ней очень мил. — Он симпатичный, — сказала она.
— Верю тебе на слово.
— О, на тебя он произвел впечатление, — поддразнила она Йорка. И, когда он улыбнулся, шепнула: — Я так люблю тебя!
— Я тоже тебя люблю, моя родная, — выдохнул Йорк. И, крепче прижав ее к себе, сказал: — Это был ад, настоящий ад, из которого я выбрался только… благодаря любви.
— А когда ты выбрался?.. — спросила Сабина, все еще не в силах поверить, что это не сон. — Когда ты понял… что любишь меня?
— Прошлой ночью! — без колебаний ответил Йорк. Потом поправился: — Или очень рано этим утром. — Сабина застыла, стараясь не пропустить ни единого слова. — Я, как уже тебе говорил, был на деловом ужине. Вернулся — и места себе не находил. Моя квартира показалась мне такой мрачной и тесной, что я не мог в ней дольше оставаться и отправился гулять.
— В такое время, ночью?
— Если не спится, моя дорогая, то уж не спится. — Сабине это было отлично известно. — А сон и не думал приходить… Я отправился гулять — с мыслями о тебе. Когда же я вернулся к дому, то там — я не поверил своим глазам — стояла ты!
— Я тоже не могла уснуть, — честно призналась она, прижимаясь к нему еще теснее.
— Родная, — прошептал Йорк и продолжал рассказ о том, что он думал и чувствовал, когда увидел ее на пороге своего дома — совсем недавно. — Сначала я испугался: подумал, что-то случилось.
Тут Сабина вспомнила, что ей тогда действительно показалось, будто он был обеспокоен.
— Я только хотела опустить письмо в твой ящик, но…
— Но я вернулся домой, и так чудесно было вдруг увидеть тебя, что я был готов сделать что угодно, лишь бы подольше удержать тебя и побыть с тобой рядом.
— Правда?
— Поверь мне, дорогая. Хотя я и терялся в догадках, что могло привести тебя к моему дому в столь поздний час, я знал, что не хочу показывать тебе письмо Рода, не хочу, чтобы закончилось то, что началось благодаря моему брату, — наше с тобой знакомство. Я это знал, но тут же опять начал резко говорить с тобой, и мы снова поссорились.
— И — поцеловались, — мечтательно добавила Сабина.
— И поцеловались, — кивнул Йорк. — Вот так! Внезапно я понял, что до безумия люблю тебя, люблю всем своим существом.
— О Йорк! — счастливо выдохнула Сабина. Она сама пережила это «внезапно».
Йорк нежно поцеловал ее и прижал к себе, прежде чем продолжить:
— Я любил тебя и раньше, но не знал об этом. Все, что я чувствовал тогда, — это желание быть с тобой. Всегда. И никогда тебя не отпускать. Защищать тебя. — Для Сабины его слова звучали сладчайшей музыкой. — Я хотел рассказать тебе, что я чувствую, но нас подчинила себе страсть, и тогда я подумал, что не выдержу, если скажу тебе о своей любви, а ты решишь, что это только уловка, чтобы заполучить тебя.
— О, дорогой мой! — смущенно шепнула она и была вознаграждена взглядом, полным такой любви, что сердце ее бешено заколотилось.
Йорк продолжал:
— У меня в голове все смешалось. Разве мог я предположить, что ты любишь меня? Да, ты отвечала на мои поцелуи и ласки, но это еще не любовь… И я должен был найти в себе силы отвернуться, отступиться от тебя.
— Да? Поэтому? — выдохнула она. — А я думала, оттого, что я была слишком… э-э… пылкой.
Йорк казался несколько удивленным тем, что она могла такое подумать, и щеки Сабины потихоньку начали заливаться краской.
— Любовь моя, — прошептал Йорк. — Ты восхитительна. И знаешь ты или нет, но в том, как ты мне отвечала, было столько невинности… столько стыдливости — хотя тебе и казалось, что ты слишком откровенна, — что я не мог не испытать желания оберегать тебя. Я даже не смог тебя снова поцеловать.
— Правда? — с широко открытыми глазами спросила она.
— Поверь мне, любовь моя, — ласково улыбнулся он. — Тогда я вдруг почувствовал себя даже более уязвимым, чем чувствовала себя ты. Я понимал, что мне необходимо привести свои мысли в порядок прежде, чем снова заключить тебя в объятия. А потом меня пронзила мысль, что сначала надо все честно тебе раскрыть и сказать о письме Рода. И у меня на душе стало мрачнее ночи.
— О, Йорк! — выдохнула Сабина. — Но почему ты не открылся мне сразу?
— Я слишком боялся и не мог трезво мыслить. Мы оба были не в том состоянии, чтобы говорить. У меня в душе царил кромешный ад… за окном погода была не лучше…
— И ты не мог отпустить меня, — улыбнулась она, только теперь понимая, что его возражения против ее немедленного возвращения домой были продиктованы заботой и любовью.
— Не мог, — согласился он, — и ушел, не смея даже пальцем прикоснуться к тебе, но вовсе не так хорошо владея собой, как пытался себе внушить… Честно признаюсь — всю ночь меня мучил вопрос: любишь ли ты меня и возможно ли это вообще? Был еще вопрос, разрывавший мне сердце: неужели ты отвечала мне, просто поддавшись страсти? Я сходил с ума, вспоминая твоих Оливера… Криса… Я встал очень рано, но понятия не имел, что ты ушла, пока в восемь часов, не в силах больше сидеть и ждать, не постучал в твою комнату.
— Прости, — тихо прошептала она.
— Прости, — проворчал он. — Я был потрясен тем, что ты ушла, ничего не сказав. И еще не успел прийти в себя, как обнаружил, что ты оставила кольцо.
— Я рада, что ты решил приехать, — улыбнулась Сабина, кокетливо поглядывая на него.
— Даже несмотря на то, что ты, бессердечная женщина, усугубила мою пытку, заявив: «Не смей больше ко мне приближаться»?
Сабина снова прошептала:
— Прости меня. — И почувствовала, что ее сердце опять начинает биться чаще, когда Йорк ничего ей не ответил, а только посмотрел ей в глаза и долго не отводил взгляда.
Она занервничала — никогда еще Йорк не был так серьезен.
— Знаешь, — наконец произнес он, не сводя с нее глаз, — тебе все-таки придется оставить эту привычку возвращаться к себе домой на рассвете. — (Сабина смотрела на него, чувствуя, что за его словами стоит что-то большее, чем просто напоминание о том, как она в воскресенье уехала очень рано из Малбери-Хаус… и этим утром из его квартиры — когда он думал, что она еще спит.) — Сабина, любимая моя, чтобы все было в порядке, думаю, тебе лучше переехать ко мне.
— Переехать к тебе? — повторила она; ее глаза широко распахнулись от неожиданности. Сабиной овладели смущение и легкий испуг.
— Прошу тебя, — сказал Йорк. И негромко продолжил, взяв ее за левую руку: — Я впервые увидел тебя, когда приехал за бабушкиным кольцом. Но теперь я знаю, почему не говорил тебе о письме Рода: меня удерживало подсознание, ведь я не хотел забирать у тебя это кольцо. И не хочу…
— Ты… не хочешь его забирать?
— Я хочу, чтобы оно было твоим, — объяснил Йорк, и ее сердце снова бешено заколотилось. А он сунул руку в карман брюк и, достав оттуда кольцо, надел его ей на безымянный палец.
— Йорк! — восхищенно выдохнула она.
— Если оно тебе не нравится, мы купим другое, но…
— Т-ты хочешь, чтобы я была твоей невестой?
— Неужели ты не помнишь, что моя бабушка отдала мне кольцо для того, чтобы я подарил его женщине, на которой собираюсь жениться? — спросил он.
— Ты хочешь, чтобы я вышла за тебя?
— А зачем же еще я собираюсь поехать сегодня к твоим родителям?
О Господи, неужели Йорк и вправду хочет просить у отца ее руки?
— Но… — Сабина не возражала, а просто пыталась справиться с потрясением.
Йорк понял ее иначе.
— Боже мой! — хрипло воскликнул он, бледнея. — Я все понял неправильно! Ты не хочешь выходить за меня замуж!
— Хочу, конечно, хочу, — быстро ответила Сабина, не в силах видеть его расстроенное лицо.
Бледность медленно сошла с лица Йорка.
— Никогда больше так меня не пугай, — грозно сказал он. Но через секунду стал опять ласковым и любящим. И сказал: — Во избежание этого я настаиваю, чтобы мы поженились на следующей неделе.
— На следующей неделе… — повторила Сабина. Но тут до нее дошел смысл этих слов, и она воскликнула: — Как замечательно! — А подумав, что мама наверняка захочет, чтобы у невесты было с полдюжины подружек на свадьбе и, конечно же, роскошное платье, засмеялась. — Моя мама тебя замучает.
Йорка это, очевидно, совсем не испугало.
— Кого? Меня — отца ее будущих внуков? — широко улыбнулся он и с нескрываемой любовью в глазах поцеловал ее.



загрузка...

Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Бриллиантовое кольцо - Стил Джессика

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Ваши комментарии
к роману Бриллиантовое кольцо - Стил Джессика



приятно и интересно было читать вплоть до последней главы,а потом сплошное сюсю мусю,вообщем весь аппетит испортили.
Бриллиантовое кольцо - Стил Джессикаирина
27.07.2011, 23.14





Полностью согласна с Ириной!. Книжица неплохая, но вот с концовкой впрямь переборщили.....((((
Бриллиантовое кольцо - Стил Джессикататьяна
2.08.2011, 17.43





Красивая сказка!!!!
Бриллиантовое кольцо - Стил ДжессикаВера Яр.
13.01.2013, 23.18





Точно сюсю-мусю:)))))Приторно сладко.
Бриллиантовое кольцо - Стил ДжессикаЭльчин
14.01.2013, 18.28





приятно почитать после трудного рабочего дня!!!!!.8
Бриллиантовое кольцо - Стил Джессикаирина
12.08.2013, 23.57





Роман похож на детское питание - пережевано и невкусно: 3/10.
Бриллиантовое кольцо - Стил Джессикаязвочка
13.08.2013, 1.25





Неплохо
Бриллиантовое кольцо - Стил Джессикаводопад
14.08.2013, 8.37





А я скажу плохо.Начало можно почитать, а концовку и не дочитала до конца. Чушь.
Бриллиантовое кольцо - Стил ДжессикаАкулина
20.09.2013, 21.20





Отлично отдохнула за хорошей сказкой.Читайте!
Бриллиантовое кольцо - Стил ДжессикаНаталья 66
11.10.2013, 10.53





Девочки, как называется роман, в нем героиня на смертном одре выходит замуж, чтобы наследство не досталось родственникам. Но она выжила, приехала к нему, а он готовится к свадьбе с другой, уверенный, что жена умерла.Помогите найти, плиз.
Бриллиантовое кольцо - Стил ДжессикаОлечка
6.02.2014, 13.01





Олечка, по вашему описанию очень похоже на роман Кетрин Коултер "Песня огня"
Бриллиантовое кольцо - Стил ДжессикаЕлена
25.03.2014, 21.39





Елена, большое спасибо
Бриллиантовое кольцо - Стил ДжессикаОлечка
25.03.2014, 23.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100