Читать онлайн Вернись, любовь, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вернись, любовь - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.89 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вернись, любовь - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вернись, любовь - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Вернись, любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Самолет приземлился в аэропорту Леонардо да Винчи на следующее утро в 11.05. Бернардо и два охранника уже ждали ее, когда она вышла из таможни. Изабелла с любовью приветствовала его, но в то же время в ней чувствовалась напряженность. У нее был изможденный вид после бессонной ночи в полете. Ей было больно расставаться с Алессандро, неловко покидать Наташу, но единственное, чего ей хотелось, это убраться оттуда.
Она проплакала половину пути до Рима. Он предал ее. Они все предали ее. Амадео, Бернардо, Корбет, Наташа. Все люди, которым она доверяла, которых любила. Амадео – своей смертью, Бернардо – попытками заставить ее продать дом мод, а Корбет... Она даже не могла думать об этом. Она не знала, сможет ли начать все сначала, если вообще сможет жить дальше.
Пройдя таможенный досмотр с двумя небольшими чемоданами, она устало посмотрела в глаза Бернардо. Трудно было поверить, что она не видела его пять месяцев. Это больше походило на пять лет.
– Привет, Беллецца. – Глядя на нее, он подумал, что последние пять месяцев, проведенные ею в Нью-Йорке, не были добрыми для нее. Она казалась хрупкой, худой и опустошенной, а под глазами были глубокие круги. – Ты хорошо себя чувствуешь? – Он был обеспокоен.
– Просто устала. – Она улыбнулась впервые за последние сутки.
Он чувствовал ее напряженность, пока они ехали в Рим. Она была необычно сдержанной, молча и с болью смотрела из окна лимузина.
– Почти ничего не изменилось. – Он попробовал завязать общий разговор. Ему не хотелось говорить о делах в присутствии охранников.
– Нет, но сейчас теплее. – Она вспомнила, какой холодной была ночь полета.
– Как Алессандро?
– Прекрасно.
Изабелле очень хотелось увидеть виллу, но она знала, что не готова. Еще не готова. И ей надо было заняться делами в доме мод. Это придавало больше смысла тому, что она будет жить там. В этом было нечто большее, хотя ей не хотелось признаваться в этом даже самой себе.
Отдав свое тело Корбету, она не хотела возвращаться в постель, которую она делила с Амадео. Теперь и она предала его. И ради чего? Ради хитрости. Обмана.
Она почувствовала, как у нее чуть-чуть сильнее забилось сердце, когда они остановились перед тяжелой черной дверью. Ей хотелось закричать, но она лишь на мгновение устремила взгляд на нее. Потом она вышла из машины и вошла в дом мод «Сан-Грегорио», как будто никогда не уезжала. Никого не предупредили о ее приезде, но она знала, что об этом в тот же вечер будет известно всему Риму. Но это ее нисколько не волновало. Пусть они преследуют ее, пусть ослепляют вспышками – ее это тоже ничуть не трогало. Ничто больше не потревожит и не удивит ее, больше никогда. По многолетней привычке она вставила свой ключ в замок лифта и нажала кнопку четвертого этажа, в то время как Бернардо наблюдал за ней.
Он осознавал, что с ней произошло что-то ужасное. У нее внутри была мертвенная пустота. Ее бледное лицо цвета слоновой кости, которое он так любил, напоминало маску. Он никогда не видел ее такой, даже в те страшные часы ожиданий, даже во время похорон или ее бегства. Изабеллы, которую он знал долгие годы, больше не существовало.
Из конца коридора четвертого этажа она прошла к двери на лестницу, ведущую к квартире на верхнем этаже. Бернардо следовал за ней. Там она наконец-то села, сняла черную шляпу и, казалось, расслабилась.
– Ну, как дела, Бернардо?
– У меня все в порядке, Изабелла. А как ты? Тебя не было пять месяцев, и ты возвращаешься домой и ведешь себя так, будто я прокаженный.
Может, так и есть, подумала она. Вслух она только спросила:
– Ты звонил в «Ф-Б»? Он кивнул.
– Мне было плохо, но я это сделал. Ты знаешь, как это ударит по нашим показателям?
– Мы все наверстаем к следующему году.
– Что случилось вчера? – Теперь он не осмеливался спорить с ней. Она выглядела слишком уставшей, чересчур хрупкой.
– Я узнала кое-что интересное.
– И что же это?
– Что Наташин друг, который, как я думала, стал и моим другом, просто использовал меня, чтобы купить мой бизнес. Тебе должно быть знакомо это имя, Бернардо. Корбет Эвинг.
Бернардо в шоке смотрел на нее.
– Что значит «использовал»?
Она не стала вдаваться в подробности.
– Я не знала, кто он на самом деле. Но Наташа, конечно, знала. И ты тоже. Я понятия не имею, задумали ли вы все это вместе или нет. Мне этого никогда не узнать. Возможно, именно по этой причине ты настаивал, чтобы я уехала из Рима. Теперь это уже не имеет значения, Бернардо. Я дома. На самом деле негодяем является Эвинг. Вопрос закрыт. Я ничего не продаю. И я приняла решение, на которое давно надо было решиться. Но мне потребовалось время.
Бернардо гадал, что сейчас последует. У него сильно разболелась язва, но он ждал ее сообщения.
– Я увожу основную часть бизнеса с собой в Штаты. – Это было предложение Корбета. И он был прав.
– Что? Как?
– Я еще не решила окончательно. Высокая мода останется здесь. Этим может заниматься Габриэла. Я смогу прилетать несколько раз в год. Эта часть дела не требует моего постоянного наблюдения, которое необходимо для остального. Иначе невозможно, это слишком большое напряжение для тебя... и для меня. – Она снова улыбнулась, но еле заметно, наблюдая, как Бернардо справляется с шоком. – Мы проработаем это вместе, пока я здесь. Но я хочу, чтобы ты поехал со мной. Что бы ни случилось, ты нужен мне. Ты всегда был моим другом, и ты слишком хорош, чтобы я могла потерять тебя.
– Мне надо подумать. Я немного шокирован. Я не знаю, Изабелла... – Но своими словами она только подтвердила то, что ему уже было известно. Он был всего лишь другом и служащим. Она никогда не позволит ему стать чем-то большим. И он понял кое-что еще. Он был рад. Она всегда олицетворяла для него слишком многое, чтобы вести себя с ней как с любимой женщиной. А она продолжала говорить о своих планах.
– Я больше не могу жить здесь, тем более с Алессандро. Ты был прав насчет этого. Я не могу рисковать. Нет причин, не позволяющих нам руководить нашими международными связями из Нью-Йорка. И... – она опять поколебалась, – я решила взять с собой Перони и Бальтаре, если они согласятся. Из наших четырех исполнительных директоров только эти двое говорят по-английски. Двум другим придется уйти. Но об остальном мы можем поговорить позже. И скажу еще одно. – Она вздохнула и огляделась вокруг. – Приятно видеть что-то знакомое для разнообразия. Я чертовски устала находиться так далеко от дома.
– Но ты решила остаться там. Ты уверена?
– Не думаю, что у меня есть выбор.
– Возможно, и нет. А как же вилла?
– Я закрою ее и сохраню. Она принадлежит Алессандро. Когда-нибудь он сможет вернуться и жить здесь. Настало время обзавестись домом для него там. И мне пора перестать скрываться. Прошло девять месяцев после смерти Амадео. Достаточно.
Он задумчиво кивнул, пытаясь осознать это. Девять месяцев. И как много уже изменилось.
– А как Наташа? Насколько я понимаю, вы поссорились?
– Ты правильно понял. – Она не желала продолжать разговор на эту тему.
– Ты действительно думаешь, что Эвинг пытался давить на тебя?
– Совершенно уверена. Возможно, тебе известно больше, чем мне. Хотя я этого уже никогда не узнаю.
Это было поразительно. Теперь она не верила никому. Она вдруг стала холодной и преисполненной горечи. Ему стало неуютно, и это пугало его.
Последующие три недели не изменили его мнения.
Изабелла объявила о своем решении директорам и проверила каждый дюйм дома мод «Сан-Грегорио», проходя из комнаты в комнату, в кабинеты, на склад, от стола к картотеке на каждом этаже. За три недели она досконально узнала, как обстоят дела. Два исполнительных директора, которых она пригласила с собой в Нью-Йорк, дали согласие, и она решила нанять двух американских исполнительных директоров, которые будут работать с ними там. Остальной штат перемещался и разделялся. Габриэла осталась очень довольна. Теперь она будет заниматься исключительно высокой модой, отчитываясь только перед Изабеллой, которая ей полностью доверяла. Но на этом доверие Изабеллы заканчивалось. Она стала подозрительной, недоверчивой, а самая большая перемена заключалась в том, что она больше не сражалась с Бернардо. Она перестала быть женщиной, на которую было легко работать, а неожиданно превратилась в женщину, которую все боялись. Ее гнев мог обрушиться на любого. Ее черные глаза все видели, а уши все слышали. Казалось, Изабелла преодолела свои подозрения по его поводу, но больше она никому не доверяла.
– Ну, Бернардо, так на чем мы остановились?
Она наблюдала за ним во время ленча в ее кабинете. На какое-то мгновение он почувствовал непреодолимое желание прикоснуться к ее руке. Ему хотелось освободить ее от этих ужасных чар, убедиться, что она еще живая, протянуть ей руку. Но он не был уверен, что кто-нибудь когда-нибудь еще сможет это сделать, даже он. Ее голос становился теплее только в те моменты, когда она разговаривала по телефону с Алессандро. В то утро она пообещала ему, что скоро вернется.
– У нас все просто замечательно, Изабелла. – Бернардо упустил момент и слегка вздохнул. – Учитывая предпринимаемые изменения, я бы сказал, что ты все проделала великолепно. Скорее всего мы сможем устроить наш офис в Нью-Йорке в следующем месяце.
– Значит, в конце июля или в начале августа. Годится. – А затем прозвучал последний вопрос. Тот, которого он опасался все эти недели: – А ты?
Он долго колебался и наконец отрицательно покачал головой:
– Я не могу.
Она перестала есть, положила вилку и уставилась на него. На какой-то миг она стала похожей на прежнюю Изабеллу.
– Почему?
– Я много думал. Это не сработает. Она молча ждала, когда он продолжит.
– Ты готова руководить всем сама. Ты разбираешься в нашем деле так же хорошо, как и я, по правде говоря, даже лучше, чем Амадео. Не знаю, осознаешь ли ты это.
– Это не так.
– Нет, это правда. – Он улыбнулся ей, и она была тронута. – Я не был бы счастлив в Нью-Йорке. Я хочу жить в Риме, Изабелла.
– И что ты будешь делать?
– Что-нибудь подвернется. Стоящее. В свое время. Возможно, я устрою себе длительный отпуск, поеду куда-нибудь, проведу годик в Греции.
– Ты сошел с ума. Ты не можешь жить без работы. Все отпуска когда-то кончаются. – Она задумчиво посмотрела на него. – Ничто не вечно.
– Вот именно.
– Может, ты подумаешь еще?
Он чуть было не согласился, но потом вновь покачал головой. Это было бессмысленно. Все кончено.
– Нет, дорогая, не стоит. Я не хочу жить в Нью-Иорке. Как ты сказала, вернувшись сюда, с меня хватит.
– Я не имела в виду тебя.
– Знаю. Но теперь мне пора. – Он посмотрел на нее и вдруг увидел слезы у нее на глазах. Грустное, усталое лицо с большими черными глазами исказилось. Он сел с ней рядом на кожаный диван и обнял ее. – Не плачь, Беллецца, Изабеллецца... Не плачь.
Изабеллецца... При звуке этого слова она отвернулась и зарыдала.
– Бернардо, Изабеллеццы больше нет.
– Она будет всегда. Для меня. Я никогда не забуду те времена. И ты тоже.
– Но они прошли. Все изменилось.
– Все должно меняться. Ты правильно делаешь, что все меняешь. Единственное, что ты не должна менять, это себя.
– Но я в таком смятении. – Она остановилась на мгновение, чтобы вытереть нос его носовым платком, а он нежно провел рукой по ее темным волосам.
– Знаю. Ты больше никому не веришь. Это естественно после того, что случилось. Но сейчас тебе надо это отбросить. Прекрати, прежде чем недоверие и подозрительность разрушат тебя. Амадео больше нет, Изабелла. Но ты не можешь позволить и себе умереть.
– Почему бы и нет? – Она походила на маленькую девочку с разбитым сердцем, сидевшую рядом с ним, снова вытирая нос.
– Потому что ты особенная, Беллецца. У меня разорвалось бы сердце, если бы ты осталась такой – злой, несчастной, не верящей никому. Пожалуйста, Изабелла, ты должна открыться и попытаться начать все сначала.
Она не сказала ему, что уже сделала это, и ей причинили такую боль, какой она не испытывала никогда прежде.
– Не знаю, Бернардо. Так много изменилось за этот год.
– Вот посмотришь. Со временем ты поймешь, что произошли и хорошие перемены. Ты принимаешь правильное решение, переводя свое дело в Америку.
– Надеюсь, что это так.
– Кстати, что ты сделаешь с виллой?
– Я начну упаковывать вещи на следующей неделе.
– Ты забираешь все с собой?
– Нет, не все. Кое-что я оставлю здесь.
– Могу я помочь тебе? Помедлив, она кивнула.
– Так будет намного легче. Я... я боялась возвращаться туда.
Он лишь кивнул и улыбнулся, когда она в последний раз вытерла нос.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Вернись, любовь - Стил Даниэла



11
Вернись, любовь - Стил ДаниэлаТамара
22.11.2012, 14.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100