Читать онлайн Повороты судьбы, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Повороты судьбы - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.07 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Повороты судьбы - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Повороты судьбы - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Повороты судьбы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Занятия в колледже начались через неделю после Дня труда. В понедельник в шесть» утра Мари-Анж выехала с фермы на своем красном «шевроле». Накануне вечером Кэрол ни словом не обмолвилась о знаменательном событии, но Билли, как обычно, позвонил и пожелал ей удачи. Она пообещала на обратном пути заехать к нему на ферму, если будет время, и рассказать, как прошел первый день в колледже. Но получилось так, что после занятий она поехала покупать учебники на деньги, занятые у Тома, и у нее совсем не осталось времени. Необходимо было ехать к себе, чтобы готовить ужин.
На следующее утро Мари-Анж все-таки сумела выкроить время и заехала к Билли до занятий. Перед этим она еще, как обычно, переделала все утренние дела и оказалась на ферме Паркеров около половины восьмого. На этот раз Мари-Анж могла не очень спешить, занятия начинались в десять. Паркеры жили небогато, почти все вещи в доме были старыми, пластик на кухонных столах потрескался, линолеум выгорел, но миссис Паркер содержала дом в безупречной чистоте, и здесь всегда царила дружественная атмосфера. Мари-Анж чувствовала себя у Паркеров как дома – не как на ферме Кэрол, а как в Мармутоне. Родители Билли души в ней не чаяли. Одна из его сестер как-то сказала матери, что Билли и Мари-Анж когда-нибудь поженятся, и миссис Паркер очень на это надеялась. Но даже если бы этого и не случилось, родители Билли все равно относились к Мари-Анж как к родной дочери.
– Как прошел первый день в колледже? – спросил Билли.
Он был уже в рабочем комбинезоне. Войдя вместе с Мари-Анж в кухню, налил себе и ей по чашке кофе. Курсы, на которых он занимался, находились в Форт-Додже, но ему редко приходилось туда ездить. В основном он занимался самостоятельно, получая задания и отправляя их по почте.
– Потрясающе! – Мари-Анж просияла. – Мне очень понравилось. Жаль, что ты не учишься вместе со мной.
– Мне бы тоже этого хотелось, – улыбнулся Билли.
Он с грустью вспоминал те времена, когда они ходили в школу, виделись каждый день и подолгу разговаривали в обеденный перерыв по-французски. Теперь все изменилось: Билли был занят на ферме, а у Мари-Анж началась новая жизнь, у нее появятся другие интересы, новые друзья с другими, не похожими на его, планами и устремлениями. Билли сознавал, что ему предстоит провести всю жизнь на ферме, и от этой мысли ему порой становилось грустно, однако он искренне радовался за Мари-Анж. Зная, какая жизнь у нее была все эти семь лет, он лучше, чем кто бы то ни было, понимал, что значит для нее возможность вырваться с фермы.
Мари-Анж просидела с Билли почти час, наконец ей пришло время ехать в город. Она попрощалась с ним и обещала заехать на следующий день.
Так сложилось, что за время ее учебы в колледже они встречались гораздо чаще, чем предполагали. Дорога от фермы до города и обратно отнимала у Мари-Анж очень много времени. Ей наконец удалось устроиться официанткой в небольшом кафе в городе. Она стала работать по выходным, чтобы иметь средства на карманные расходы и вернуть деньги, взятые в долг у Тома. Бабка не дала ей ни цента и заявила, что если уж ей так нужны деньги, пусть она сама их и зарабатывает. Но, несмотря на работу в городе и при том, что обязанностей на ферме не уменьшилось, Мари-Анж успевала каждый день навещать Билли. Иногда он приезжал на обед в кафе, где она работала, а после работы они даже ходили в кино.
В тот год, когда Мари-Анж училась на первом курсе, у Билли появилась девушка, но он дал Мари-Анж понять, что она для него была и всегда будет важнее любой подружки. Их детская дружба окрепла и переросла в нечто более прочное, чем просто связь парня и девушки. Мари-Анж даже понравилась подружка Билли, но к Рождеству он понял, что она' ему надоела, ей недоставало живости и огня Мари-Анж, ее стиля, ее острого ума. Мари-Анж его избаловала, в сравнении с ней все остальные девушки блекли.
На предпоследнем курсе (Билли был тогда двадцать один год) для Мари-Анж настали трудные времена. Ее бабка часто болела, с возрастом она делалась все более слабой. Кэрол Коллинз исполнилось семьдесят девять лет, и хотя внешне она казалась такой же крепкой, как раньше, в действительности быстро теряла жизненные силы. Мари-Анж иногда становилось ее жаль, но Билли не испытывал к старухе никакого сочувствия, его всегда возмущали ее злобный характер и бездушное обращение с внучкой. Мари-Анж давно прочувствовала на собственном опыте, что ее отец был прав, нелестно отзываясь о своей родственнице, но она за эти годы привыкла к старухе, была ей благодарна за то, что та ее приютила, и теперь старалась помогать больной всем, чем могла. Она с вечера готовила для Кэрол еду на весь день, ипорции, которые она ей оставляла, были куда щедрее тех, которые ей самой доставались в детстве.
В конце года, перед самым Рождеством, Кэрол положили в больницу со сломанной ногой – она выпала из инвалидной коляски. Мари-Анж впервые провела праздник с Билли. Для нее это было самое счастливое Рождество за последние – годы. Она наряжала елку вместе с Билли и его братьями и сестрами, все дарили друг другу подарки, пели песни. Мари-Анж отнесла Кэрол в больницу кусочек рождественской индейки, но бабка так плохо себя чувствовала, что едва притронулась к еде. Она поправлялась очень медленно и казалась еще более хрупкой, чем раньше.
Новый год Мари-Анж также встретила с Билли и его родными. Снова были песни и танцы, веселье продолжалось далеко за полночь. Одна из сестер Билли, немного перебрав белого вина, спросила Мари-Анж, когда же та наконец выйдет за Билли. Сестрица добавила, что Мари-Анж его испортила и из-за нее он теперь не сможет жениться ни на ком другом, да и его французский ему не понадобится, если он женится на другой девушке. Все это было сказано в шутку и с самыми добрыми намерениями, но Мари-Анж почувствовала угрызения совести. Однако когда позже она поделилась своими мыслями с Билли, тот ее успокоил:
– Не говори глупостей.
Мари-Анж и Билли пили мало. После того как все ушли спать, они еще долго сидели на крыльце, смотрели на звезды, шутили и говорили обо всем насвете. Ночь была морозной, но они закутались в плед, и им было тепло и уютно.
– Моя сестра сама не знает, что говорит. Ничего ты не испортила, наоборот, очень помогла. А насчет французского... нашим коровам нравится, когда я говорю с ними по-французски, наверняка у них от этого увеличиваются удои. Я собираюсь написать на эту тему научную работу и послать на курсы.
Билли улыбнулся и взял ее руки в свои. Они любили держаться за руки: в этом жесте было что-то теплое, успокаивающее.
– Когда-нибудь тебе все-таки придется жениться, – практично заметила Мари-Анж, но в ее голосе слышались грустные нотки. Она сознавала, что время идет и когда-нибудь их пути разойдутся, но пока ни один из них не был к этому готов.
– Может, я еще и не женюсь никогда, – возразил Билли. – Не уверен, что хочу этого.
Мари-Анж знала, что он хотел бы жениться на ней, но раз уж такое невозможно, Билли не желал довольствоваться чем-то меньшим, чем глубокая связь, существовавшая между ними. Их дружба была такой честной, такой глубокой, что и от других партнеров они ожидали того же. Что до Мари-Анж, то ей тогда вообще никто не был нужен. Девушку устраивала ее жизнь: ей нравилось ходить на занятия, нравилось делиться своими мыслями, мечтами и тайнами с Билли, и она не хотела, чтобы их дружба превратилась в любовную связь. Ответ Билли удивил Мари-Анж, хотя она догадывалась о его причинах.
– Разве ты не хочешь иметь детей? – спросила она.
– Может, да, а может, и нет, не знаю. У меня будет куча племянников и племянниц, может, они мне так надоедят, что о своих собственных детях и думать не захочется. – Билли посмотрел на Мари-Анж. Чего он действительно хотел, так это быть с ней. – Но у тебя обязательно будут дети. Я уверен; ты станешь отличной матерью, – добавил он.
– Как-то не представляю, – честно призналась она. Мари-Анж лишь смутно помнила, что значит житьв настоящей семье, какая была у нее до гибели ее родителей и брата. С тех пор она ощущала семейную атмосферу, только когда бывала в гостях у Билли. Мари-Анж нравилось бывать у Паркеров, делить с ними семейные радости, но теперь его семья больше не была частью ее жизни. Во всем остальном Мари-Анж была очень одинока.
Они долго просидели на крыльце. Мари-Анж осталась ночевать на ферме Паркеров, ее положили в комнате с сестрами Билли. Утром она поехала в больницу. Кэрол поправлялась медленно, она пролежала в больнице почти месяц, а потом еще два месяца дома. Бабка больше не казалась такой устрашающей, как раньше, после болезни ее слабость стала заметнее, даже, казалось, злость утратила прежнюю силу. Она словно усохла. Мари-Анж делала для нее все, что требовалось, но скорее по необходимости, чем под влиянием родственной привязанности, и они редко разговаривали друг с другом.
В начале лета Кэрол исполнилось восемьдесят, а незадолго до этого Мари-Анж стала совершеннолетней, ей исполнился двадцать один год. Летом Том объявил, что собирается увольняться и переехать в Аризону, где жили родители его жены. Она регулярно ездила на машине навещать их, но с возрастом ей становилось все труднее совершать столь дальние поездки. Новость Тома явилась для Кэрол настоящим ударом. После того как он ушел из комнаты, старуха повернулась к Мари-Анж и сердито проворчала:
– Старикам надо жить в доме престарелых!
Она явно расстроилась, хотя Тому ничего не сказала, а, обращаясь к Мари-Анж, даже буркнула, что таким работникам, как Том, невелика цена. Том рекомендовал на свое место племянника, но Кэрол он не понравился. Мари-Анж тоже жалела, что Том уезжает. Он всегда был к ней добр, за эти годы она к нему привязалась.
Летом Мари-Анж стала работать полный рабочий день, чтобы покрывать расходы на учебу, но все же ухитрялась находить время и для встреч с Билли. Он завел себе новую подружку, и на этот раз Мари-Анж показалось, что у них может получиться нечто серьезное, если, конечно, этого захочет Билли. Дебби, так звали девушку, окончила школу на год раньше их, и ее семья много лет дружила с семьей Паркеров. Они с Билли подходили друг другу, к тому же Билли было уже двадцать два года, и, по мнению Мари-Анж, он созрел для семейной жизни. Билли окончил курсы и много работал на отцовской ферме. Как многие ребята, которые с детских лет помогают родителям в нелегком фермерском труде, Билли рано повзрослел.
Как-то раз душным летним днем Мари-Анж выруливала с подъездной дороги на своем любимом «шевроле», чтобы ехать к Билли, когда с шоссе к ферме свернула незнакомая машина. За рулем сидел пожилой мужчина в деловом костюме и ковбойской шляпе. У Мари-Анж мелькнула мысль, что это кандидат на место Тома, но она тут «же забыла об этом. Каково же было ее удивление, когда три часа спустя, вернувшись от Билли, она увидела, что машина до сих пор стоит перед домом. Ей и в голову, не приходило, что мужчина мог приехать к ней. Но когда Мари-Анж, забрав продукты, купленные к обеду, направилась к дому, мужчина вышел ей навстречу и выжидательно посмотрел на нее. Вслед за ним выехала на коляске Кэрол Коллинз. Она представила внучатую племянницу мужчине, но имя Эндрю Макдермота ровным счетом ничего не говорило Мари-Анж. Она поинтересовалась, не собирается ли он наняться на ферму вместо Тома. Макдермот улыбнулся. Оказалось, что он приехал из самого Де-Мойна, чтобы встретиться с Мари-Анж.
– У меня к вам дело. Мы уже обсудили его с вашей тетушкой, но мне нужно поговорить и с вами, – вежливо сказал он. – Не могли бы вы уделить мне несколько минут?
Мари-Анж удивилась. Зачем она ему понадобилась? Ей нужно было готовить еду, но она согласилась поговорить с гостем.
– Что-нибудь случилось? – спросила она, обращаясь к бабке.
Кэрол только нахмурилась и покачала головой. То, что сообщил Макдермот, старухе не понравилось, но она не очень удивилась. Большую часть того, что он рассказал, она знала давно.
– Нет, все в порядке, – откликнулся гость. – Я приехал поговорить о наследстве, оставленном вашим покойным отцом. Средства были переданы в доверительное управление. Мы с вашей родственницей уже обсуждали это несколько лет назад. С тех пор благодаря удачным инвестициям ваше состояние значительно выросло. Сейчас, когда вы стали совершеннолетней, я должен поставить вас об этом в известность.
Мари-Анж понятия не имела, о чем он говорит, но, судя по недовольному виду Кэрол, можно было предположить, что отец совершил какую-то ошибку или потратил ее деньги. Слово «доверительный» ассоциировалось у Мари-Анж только с отношениями между людьми, например, между ней и Билли.
– Давайте присядем, и я вам все объясню, – предложил Макдермот.
Они все еще стояли на веранде. Мари-Анж ненадолго оставила бабку с гостем, чтобы отнести продукты в кухню.
– Я сейчас вернусь.
Как только она возвратилась, Кэрол развернула коляску и уехала в дом. Все, что собирался сообщить Макдермот, она уже слышала, и ей было неинтересно сидеть с ними.
– Мисс Хокинс, – начал гость, – миссис Коллинз рассказывала вам о наследстве вашего отца?
Мари-Анж озадаченно покачала головой.
– Нет, я думала, он ничего не оставил, точнее, оставил одни долги, – безыскусно ответила она.
Макдермот отметил про себя, что девушка держится очень просто, без претензий, но его удивило, что она ничего не знает об истинном положении дел.
– Напротив, он оставил после себя процветающий бизнес. Через несколько месяцев после его гибели фирма была продана одному из его деловых партнеров за довольно хорошую цену. Кроме того, вашей семье принадлежало поместье, которое не было заложено. Конечно, у вашего отца были кое-какие долговые обязательства, но не очень крупные, и его сбережения их полностью покрыли. В свое время мистер Хокинс составил завещание, по которому имущество должно было перейти к вам и вашему брату, но в случае смерти последнего его доля переходит к вам.
Мари-Анж слышала об этом впервые. Ее удивлению не было предела.
– По достижении двадцати одного года, – продолжал Макдермот, – вы наследуете третью часть всего, что вам завещал отец. Вы уже достигли упомянутого возраста – вот почему я здесь. Остальные средства будут по-прежнему храниться в доверительном фонде, вы сможете получить их, когда вам исполнится тридцать. Вы получаете весьма внушительную сумму, – торжественно произнес он.
Наблюдая за Мари-Анж, Макдермот понял, что она ничего подобного не ждала. Девушка была явно не избалована, и он подумал, что возможно, ее родственница поступила правильно, скрыв от нее истинное положение дел.
– Какую сумму оставил отец? – немного смущенно спросила Мари-Анж – ей как-то не верилось, что она получит много денег.
– Весьма крупную. – Поверенный улыбнулся. – Деньги были очень удачно вложены, и в настоящее время, до того как будет произведена первая выплата, доверительный фонд содержит чуть больше десяти миллионов долларов.
В воздухе повисло молчание. Мари-Анж, широко раскрыв глаза, смотрела на Макдермота, не в силах поверить в то, что он ей только что сказал. «Наверное, это шутка, – подумала она, – причем не очень удачная».
– Что? – только и смогла она вымолвить.
– Доверительный фонд содержит чуть больше десяти миллионов долларов, – терпеливо повторил он. – На следующей неделе третья часть этой суммы будет переведена на ваш счет. Всю остальную сумму я предлагаю вам реинвестировать, как только вы будете к этому готовы. Фактически мы можем сделать это для вас сами.
Макдермот пояснил, что является поверенным банка, который осуществляет доверительное управление ее наследством. Первоначально средства находились во Франции, но затем по настоянию Кэрол Коллинз были переведены в Айову: Кэрол посчитала, что Мари-Анж больше не вернется в Европу.
– Полагаю, – продолжал Макдермот, – мне следует поставить вас в известность о том, что мы предлагали вашей бабушке периодически выплачивать деньги на ваше содержание, но она любезно ответила, что в этом нет необходимости. На протяжении последних десяти лет она содержала вас на собственные средства, не пользуясь деньгами, которые вам достались в наследство.
Но это сообщение только усилило растерянность Мари-Анж. Кэрол держала ее в черном теле, чуть ли не голодом морила, покупала ей поношенную одежду в «Гудвилле», заставляла отрабатывать тяжелым трудом каждый цент, потраченный на ее содержание, отказала в помощи, когда она хотела продолжить образование, а у нее на счете лежали миллионы долларов! То есть, отказываясь воспользоваться ее доверительным фондом, Кэрол все эти годы ограничивала ее в самом необходимом, и если бы Билли не подарил машину, ей бы даже не удалось поступить в колледж!
Мари-Анж пока не понимала, как к этому относиться, считать ли бабку героиней или злодейкой. По всей вероятности, Кэрол поступила так, как считала правильным. Но она даже не намекнула Мари-Анж, что у нее есть средства! Сообщение Эндрю Макдермота не просто оказалось для нее сюрпризом, оно повергло ее в шок. Поверенный протянул Мари-Анж конверт из плотной бумаги. В нем содержались документы, с которыми ей надлежало ознакомиться. Чтобы открыть счет, от нее требовалась только одна подпись. Наконец Макдермот поздравил ее с получением наследства, попрощался и уехал.
Мари-Анж все еще не знала, как относиться к этой новости. Вместо того чтобы прожить десять лет на ферме в Айове с грозной старухой, терпя лишения и страдая от одиночества, а затем стать богатой наследницей, она бы предпочла жить все это время в Мармутоне с родителями и братом. Не важно, что она стала богатой – смысл происшедшего все еще не укладывался у нее в голове, она не очень-то осознавала, что означает для нее эта новость. Она сосредоточенно смотрела вслед удаляющемуся автомобилю, сжимая в руке конверт.
– Что у нас на обед? – рявкнула Кэрол через затянутую сеткой дверь.
Мари-Анж поспешила в дом, положила конверт на стол и принялась за стряпню. На протяжении всего обеда Кэрол молчала, пока Мари-Анж не заговорила первой:
– Тетя Кэрол, вы знали?
Она прямо посмотрела Кэрол в глаза, но ничего не увидела в них: ни малейшего проблеска радости за нее, ни теплоты, ни нежности, ни хотя бы сожаления. Миссис Коллинз выглядела такой же, как всегда, – старой, усталой, холодной и мрачной, как зимние сумерки.
– Отчасти. Всего я и сейчас не знаю, не мое это дело. Я знала, что Джон оставил тебе кучу денег. Что ж, я рада, это облегчит тебе жизнь, когда меня не будет. – Помолчав, она огорошила Мари-Анж еще одной новостью: – В следующем месяце я продаю ферму. Мне предложили за нее хорошие деньги, и теперь я могу согласиться, раз у тебя все устроилось. Я устала, хочу перебраться в Бун, в дом престарелых.
Она говорила об этом без какого-либо сожаления, не извиняясь, не беспокоясь о том, что станет с внучатой племянницей. Впрочем, у нее не было поводовдля беспокойства – не считая того, что Мари-Анж в возрасте двадцати одного года второй раз в жизни оставалась одна и без крыши над головой.
– Сколько вы еще пробудете на ферме? – спросила Мари-Анж. Сочувственно глядя на свою единственную родственницу, она пыталась обнаружить на ее лице хоть какие-то признаки эмоций, но она ошиблась: лицо бабки не выражало ничего, кроме брезгливого отношения ко всему на свете.
– Если я продам ферму в следующем месяце, мне дается тридцать дней на то, чтобы освободить дом. Я планирую перебраться в Бун в конце октября. Том обещал задержаться на ферме до моего отъезда.
Значит, у Мари-Анж оставалось еще шесть недель. Она поняла, что ей нужно срочно что-то предпринять. В сентябре начинался ее последний учебный год в колледже. У нее был выбор: или поселиться рядом с колледжем и закончить учебу, или взять академический отпуск на год и отправиться во Францию. У нее даже мелькнула сумасшедшая мысль: «Может быть, удастся выкупить Мармутон?» Мари-Анж не знала, что стало с домом, не знала даже, кто его купил. Возможно, ответ на это она найдет в бумагах, переданных ей поверенным.
– Когда вы уедете, мне тоже придется переехать, – задумчиво сказала Мари-Анж.
Она невольно задавалась вопросом: понимала ли она вообще когда-нибудь эту женщину? Впрочем, ответ на вопрос был уже известен.
– Тетя Кэрол, вы уверены, что вам будет хорошо в доме престарелых?
Мари-Анж чувствовала себя в долгу перед двоюродной бабкой: несмотря на ее тяжелый характер и холодность, Кэрол все-таки как-то заботилась о ней все эти годы, и Мари-Анж была ей за это благодарна, хотя жизнь на ферме нельзя было назвать счастливой.
– Мне и здесь не хорошо, так что какая разница? Я слишком стара, чтобы управлять фермой. Ты, насколько я понимаю, вернешься во Францию или закончишь колледж и устроишься на работу. У тебя нет причин оставаться здесь – если ты только не выйдешь замуж за этого мальчишку, а ты твердишь, что не выйдешь. Может, тебе и не стоит за него выходить – теперь, когда у тебя такая куча денег, ты можешь поймать рыбку покрупнее.
Кэрол говорила об этом, как о чем-то отвратительном, и Мари-Анж невольно содрогнулась. Похоже, бабке и в голову не приходило, что на свете существует любовь. Мари-Анж невольно подумала: как же та жила с мужем, любила ли его когда-нибудь? Было трудно представить Кэрол молодой, влюбленной и счастливой.
После ужина Мари-Анж стала наводить порядок в кухне. Кэрол сказала, что хочет лечь пораньше, и уехала в свою комнату. Через некоторое время, как обычно, позвонил Билли. Услышав, что Мари-Анж хочет с ним встретиться, он встревожился:
– Что-нибудь случилось?
– Нет... то есть да... не знаю. Сегодня произошли кое-какие события, я в растерянности, мне нужно с тобой поговорить.
Мари-Анж чувствовала, что ей совершенно необходимо обсудить новости с Билли, кроме него, ей было просто не с кем посоветоваться. И хотя в финансовых вопросах Билли разбирался не намного лучше ее, он был умным, здравомыслящим человеком и желал ей добра. Мари-Анж и в голову не могло прийти, что Билли ей позавидует.
– Ты в порядке? – спросил Билли. Мари-Анж замялась.
– Кажется. – Она не хотела его пугать. – Новость хорошая, просто я не все понимаю.
– Приезжай в любое время.
Через двадцать минут Мари-Анж уже поднималась по лестнице на веранду дома Паркеров. Увидев у нее в руках конверт из плотной коричневой бумаги, Билли спросил:
– Что это?
Сначала он подумал, что это письмо из колледжа и что Мари-Анж выиграла еще одну стипендию, но выражение ее лица подсказало ему, что речь идет о чем-то более важном.
– Сегодня ко мне приезжал адвокат, – начала Мари-Анж. Она старалась говорить тихо, чтобы не слышали другие члены его семьи. Билли она доверяла полностью: он никогда ее не подводил, и она знала, что не подведет и на этот раз.
– Зачем?
– Он хотел поговорить насчет денег, которые мне оставил отец.
При упоминании о наследстве Билли, как и Мари-Анж поначалу, представил себе сумму в несколькотысяч долларов и подумал, что даже если наследство и не так велико, Мари-Анж по крайней мере сможет окончить колледж. Он был искренне рад за нее. Мари-Анж попыталась его подготовить.
– Речь идет о большой сумме, – осторожно сказала она.
Случившееся все еще не укладывалось у нее в голове, и она догадывалась, что реакция Билли будет примерно такой же, как ее собственная.
– О какой? – спросил Билли, но тут же спохватился и тактично добавил: – Ты не обязана мне говорить, если не хочешь. Это не мое дело.
– Наверное, мне вообще ничего не надо было говорить. – Мари-Анж вдруг испугалась, что ее новость повлияет на их отношения. Она неуверенно взглянула на Билли: – Я не хочу, чтобы ты меня возненавидел.
– Какая ерунда! Твой отец что, ограбил или убил кого-нибудь ради этих денег? – пошутил Билли.
– Нет, конечно. – Мари-Анж нервно улыбнулась. – Деньги выручены от продажи его фирмы и нашего дома. За десять лет сумма очень выросла. – Она замолчала, не уверенная, стоит ли продолжать. – Билли, это очень крупная сумма.
Она вдруг испытала потребность извиниться за внезапно свалившееся на нее богатство – иметь столько денег казалось неприличным. Но она их получила, и теперь ей придется как-то с этим справляться.
– Мари-Анж, ты меня с ума сведешь, расскажешь ты наконец, в чем дело, или нет? Кстати, твоя бабка знает?
– По-видимому, да, только не все. Представь себе, она отказалась взять деньги на мое содержание. Может, это и благородный поступок, но если бы она согласилась, моя жизнь здесь была бы намного легче. Но теперь это уже не важно, деньги принадлежат мне.
Их взгляды встретились. В ожидании ответа Билли склонился к ней. Мари-Анж набрала в грудь побольше воздуха и еле слышно прошептала на ухо Билли слова, которые и сама еще не до конца осознала и сомневалась, что когда-нибудь осознает.
– Десять миллионов долларов.
Билли откинулся на спинку стула и захохотал.
– Ну да, а я – китайский император!
– Билли, я не шучу. Это правда.
Мари-Анж посмотрела на него так, словно только что поделилась с ним некоей жуткой тайной. Билли резко оборвал смех:
– Ты серьезно?
Мари-Анж кивнула. Он зажмурился, словно от удара, потом снова открыл глаза и воззрился на нее с недоверием.
– Господи, Мари-Анж... что ты собираешься делать с такой кучей денег? Что ты намерена делать прямо сейчас?
Билли даже немного испугался за нее, уж слишком велика была сумма, просто в голове не укладывалась.
– Не знаю. Сегодня тетя Кэрол сказала, что в следующем месяце продает ферму и переезжает в Бун в дом престарелых. У нее уже есть покупатель на ферму, и она согласилась на его цену. Через шесть недель и мне нужно будет оттуда убираться.
– Можешь жить у нас, – великодушно предложил Билли. Однако Мари-Анж понимала, что это было бы неправильно; кроме того, в доме не было для нее места.
– Наверное, я смогу снять квартиру или поселиться в общежитии. Не знаю, как полагается вести себя в таких ситуациях.
– Я тоже не знаю. – Билли лукаво улыбнулся. – Похоже, твой отец был жутко богатый парень, когда ты была маленькой, я как-то об этом не задумывался. А этот твой замок, о котором ты столько рассказывала, небось размером с Букингемский дворец?
– Да нет, ничего подобного, просто дом был очень красивый и он мне нравился. Наверное, у отца было много земли, и дела, по-видимому, шли успешно. Кроме того, у него были сбережения... Господи, Билли, я не знаю, что мне делать?!
Она приехала к нему за советом, но они оба были так молоды, жили просто и скромно в сельской глубинке Айовы, и понятия, о которых шла речь, были им совершенно чужды.
Билли задумался.
– А что ты хочешь делать? Ты хочешь вернуться во Францию и начать там новую жизнь или остаться здесь и закончить колледж? Мари-Анж, ты теперь можешь делать все, что хочешь. Господи, да ты даже можешь поступить в Гарвард!
По мнению Билли, получение наследства означало неограниченную свободу, и он был рад за Мари-Анж.
– Думаю, я сначала на некоторое время съезжу домой, хочется хотя бы увидеть Мармутон. Может, мне даже удастся его выкупить.
«И никогда не вернусь обратно», – слышалось Билли. Однако он не стал высказывать свои опасения Мари-Анж. Он вдруг испугался, что она уедет и он больше никогда ее не увидит. Но она и без слов поняла, о чем он думает.
– Я вернусь, мне просто хочется посмотреть на Мармутон. Наверное, я возьму отпуск на один семестр, а к Рождеству вернусь обратно.
– Это было бы здорово, – вздохнул Билли. Но затем он решил, что должен думать о Мари-Анж, а не о собственных чувствах – он слишком любил ее, чтобы думать только о себе. – Но может быть, тебе будет лучше во Франции?
Он подумал о том, что Мари-Анж родилась во Франции, в Штатах у нее не осталось родственников, кроме Кэрол Коллинз, и хотя уже много лет она прожила в Айове, в глубине души оставалась и навсегда останется француженкой.
– Может быть, я пока не знаю. – Мари-Анж больше не воспринимала Мармутон и Францию как свой дом, и при открывшихся возможностях это еще более усиливало ее растерянность. – Если я останусь во Франции, ты приедешь ко мне в гости? Наконец-тотебе пригодится твой французский. Я пришлю тебе билет.
Зная Билли, Мари-Анж не сомневалась, что он не примет от нее билет, и даже если ему хватит денег на дорогу, будет очень трудно выкроить время для поездки.
– Пообещай, что приедешь ко мне, если я там останусь.
– Ты собираешься закончить колледж? – спросил Билли, снова думая не о себе, а о ней.
Мари-Анж кивнула:
– Хотелось бы. Думаю, я все-таки вернусь. Этот семестр я пропущу, а там посмотрим.
– Жаль будет, если ты не доучишься до конца.
Билли заговорил как старший брат. Затем они стали вместе изучать содержимое конверта, оставленного поверенным, но ничего не поняли. В конверте оказались документы, касающиеся ценных бумаг, в которые были инвестированы деньги.
Наконец Мари-Анж решила, что уедет.
– Просто чудо какое-то! Мне до сих пор не верится, – сказал Билли. Он усмехнулся и обнял ее. – Кто бы мог подумать, что ты окажешься богачкой!
– Я чувствую себя Золушкой, – прошептала она.
– Эй, надеюсь, ты не сбежишь с прекрасным принцем в ближайшие десять минут?
Билли понимал, что внезапно свалившееся богатство означает, что у него нет никакой надежды, хотя, если верить Мари-Анж, ему и раньше не на что было надеяться. Теперь, когда Мари-Анж стала богатой наследницей, он не сможет снова сделать ей предложение, об этом не может быть и речи. Но она остается его лучшим другом, и она заставила его поклясться, что между ними все будет по-прежнему.
Обещая вернуться к Рождеству, Мари-Анж искренне в это верила, но Билли сомневался, что она в самом деле вернется. Ее жизнь в Айове не была счастливой, и он бы не удивился, если бы ей не захотелось возвращаться. Билли казалось, что она поступает правильно, возвращаясь во Францию.
Он проводил ее до машины и еще раз обнял на прощание. В свете последних событий собственный подарок, старый «шевроле», казался ему нелепым.
– Будь осторожна за рулем. – Он улыбнулся, все еще находясь под впечатлением услышанной от нее новости. Им обоим нужно было время, чтобы привыкнуть к мысли о новом положении Мари-Анж.
– Билли, я тебя люблю.
Он понимал, что она говорит это искренне, она действительно его любит, но по-своему.
– Я тоже тебя люблю, ты это знаешь. Помахав рукой, Мари-Анж уехала. На обратномпути ей было о чем подумать. Утром она собиралась в Де-Мойн, чтобы провернуть там одно дельце. Мари-Анж обдумывала свой замысел весь вечер и не хотела откладывать его воплощение еще на один день. Она позвонила Эндрю Макдермоту и объяснила ему свое желание. Поначалу адвокат удивился, даже немного испугался, но потом понял, что напрасно удивляется: в конце концов, его клиентке всего двадцать один год. Немного расспросив Мари-Анж, он понял, что она настроена весьма решительно.
Сделка была завершена в течение часа. Покупку обещали доставить на ферму в это же утро. Всех, кто занимался этим делом, ошеломила скорость, с которой действовала Мари-Анж. Когда товар – ярко-красный новенький «порше» – был доставлен, это вызвало многочисленные пересуды среди окрестных фермеров. Что касается Кэрол, так она просто взбесилась при виде машины.
– Так я и знала, что ты совершишь какую-нибудь глупость! Ты хоть подумала, что ты будешь делать с этой машиной? – кипятилась старуха.
Но отговорить Мари-Анж от ее затеи было невозможно.
– Я подарю ее Билли, – спокойно сказала она, садясь за руль.
Три года назад, подарив машину, Билли дал ей возможность получить образование, и теперь она тоже хотела что-нибудь ему подарить – нечто такое, что он сам никогда бы себе не купил. Мари-Анж знала, что машина Билли понравится. Она также оплатила страховку на два года вперед.
Мари-Анж подкатила к дому Паркеров и затормозила. Билли в это – время подъехал на тракторе с одним из братьев. При виде «порше» он раскрыл рот от удивления.
– Ты что, обменяла его на «шевроле»? Надеюсь, тебе компенсировали часть стоимости? – Он рассмеялся, спрыгнул на землю и подошел поближе. Разглядев как следует новый автомобиль, он озабоченно спросил: – Как ты собираешься объяснять его происхождение?
Он знал, что Мари-Анж пока не хотела никому рассказывать о свалившемся с неба наследстве, не желая, чтобы о ней судачили.
– Я пока не решила. – Она усмехнулась. – Может, скажу, что я его угнала. Не я же буду на нем ездить.
– Не ты? Почему?
Когда она протянула Билли ключи и расцеловала в обе щеки, он совсем растерялся.
– Потому что машина твоя, Билли, – тихо сказала Мари-Анж. – Потому что ты мой самый лучший друг, почти брат.
Он не находил слов, на глазах у него выступили слезы. Когда к нему наконец вернулся дар речи, он стал возражать, что не может принять такой подарок, сколько бы денег она ни получила в наследство. Но Мари-Анж отказалась даже обсуждать эту тему, она была непреклонна. Пересев на пассажирское сиденье, она дожидалась, когда Билли сядет за руль и покатает ее.
Наконец он сдался. Разве он мог устоять перед таким подарком? Все родственники, оказавшиеся поблизости, собрались вокруг и смотрели на них. Все чувствовали, что произошло нечто невероятное, но пока не знали толком, что именно.
– Не знаю, что и сказать, – сдавленно пробормотал Билли.
Из окна кухни высунулась его мать.
– Что это значит? – Ей пришло в голову лишь одно объяснение: Мари-Анж выиграла машину в лотерею и приехала сообщить Билли. – Ты все-таки решила выйти за него замуж? – крикнула она.
– Нет, это значит, что у Билли появился новый автомобиль, – крикнула в ответ Мари-Анж и широко улыбнулась.
Билли повернул ключ в замке зажигания, и низкий спортивный автомобиль рванул с места. Поддав газу, Билли испустил вопль восторга. Мари-Анж тоже рассмеялась. Встречный ветер трепал ее волосы, и они развевались у нее за спиной, как золотой вымпел.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Повороты судьбы - Стил Даниэла

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Повороты судьбы - Стил Даниэла



Книга супер советую прочитать!
Повороты судьбы - Стил ДаниэлаДиана
28.11.2010, 14.37





Книга очень понравилась!
Повороты судьбы - Стил ДаниэлаЛюдмила
9.07.2012, 8.41





Бред да и только.2/10
Повороты судьбы - Стил Даниэла777
15.03.2016, 10.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100