Читать онлайн Потрясающая красота, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Потрясающая красота - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Потрясающая красота - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Потрясающая красота - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Потрясающая красота

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

На следующий день Том, стесняясь и робея, опять отправился в лазарет к Мелани, но увидел ее направлявшейся с охапкой белья в ангар, где находились газовые стиральные машины. Неожиданно встретив Тома, Мелани чуть не споткнулась. Извиняясь за свою вчерашнюю глупость, Том помог ей загрузить белье в машину.
— Прости, Мелани. На самом деле я вовсе не такой идиот. Просто до меня не сразу дошло — не ожидал встретить тебя здесь.
Мелани улыбнулась. Ее нисколько не смущало то, что Том ее вчера не узнал. Наоборот, она была довольна.
— Я здесь в четверг выступала на благотворительном вечере.
— Мне очень нравятся твои песни и твой голос. Понятно, что твое лицо показалось мне знакомым, — рассмеялся он, наконец осмелев. — А я-то думал, что видел тебя в Беркли.
— Как бы мне этого хотелось! — Они вышли на улицу. — Я даже рада, что ты меня не узнал. Не представляешь, как раздражает, когда вокруг поднимается вся эта угодливо-подхалимская суета, — призналась Мелани.
— Еще бы! — Они вернулись на центральный двор и, налив себе в бутылки воды из цистерны, что стояла на тележке, присели на бревнышко поболтать. Было замечательно: вдали над поблескивавшими в солнечных лучах водами залива виднелся мост «Золотые Ворота». — А тебе нравится твоя работа?
— Иногда. А иногда становится тошно. Очень уж мать на меня давит. Знаю, мне бы ей спасибо сказать. Ведь это благодаря ей я добилась успеха. Она постоянно об этом твердит. Но ей все это нужно гораздо больше, чем мне. Я просто люблю петь, люблю музыку. Честно говоря, и выступать, и гастролировать бывает весело. А иногда от этого страшно устаешь. Но ничего не поделаешь, приходится выкладываться, иначе за это лучше вообще не браться. Тут вполсилы работать нельзя.
— А ты когда-нибудь делала перерыв?
Мелани отрицательно покачала головой и рассмеялась, зная, до чего по-детски прозвучат ее слова.
— Мне мама не разрешит. Скажет, что это профессиональное самоубийство, что в моем возрасте перерывов не делают. Я хотела поступить в колледж, но с моей работой учиться невозможно. Первый успех пришел ко мне в начале средней школы. И я бросила учебу, стала заниматься с репетиторами и получила аттестат экстерном. Мне в детстве очень хотелось ходить в садик, честное слово, но меня туда не отдали. — Эти слова Мелани даже для ее слуха звучали как сказки «Бедной богатой девочки». Но Том отнесся к ней с пониманием и сразу почувствовал тот прессинг, под которым жила Мелани. В ее словах он не усмотрел ничего забавного, что бы ни думали на этот счет остальные. Мелани была печальна, словно лучшие годы ее юности прошли мимо. А разве на самом деле это не так? Том от всей души пожалел Мелани.
— Мне бы хотелось как-нибудь прийти на твой концерт, — задумчиво проговорил он. — То есть теперь, когда мы с тобой знакомы.
— В июне я выступаю в Лос-Анджелесе. А потом еду на гастроли, сначала в Лас-Вегас, затем по стране. Июль, август и часть сентября. Может, у тебя получится приехать в июне? — Эта идея понравилась обоим, хотя они были едва знакомы.
Они пошли к лазарету. Том проводил Мелани до дверей, пообещав заглянуть к ней как-нибудь еще. Он не поинтересовался, есть ли у нее парень, а сама Мелани забыла сказать ему о Джейке. С тех пор как они поселились в лагере, Джейк стал ей неприятен своим нытьем — постоянно хотел домой. Остальным восьмидесяти тысячам этого тоже хотелось, однако все как-то мирились с ситуацией. Ведь не выбрали же в самом деле его одного, чтобы досадить. Мелани даже пожаловалась на него Эшли накануне вечером: Джейк ведет себя как ребенок, и она с ним уже устала нянчиться. До чего ж он все-таки эгоистичный и инфантильный! Но сейчас по дороге в лазарет, к Мэгги, она напрочь забыла и о нем, и даже о Томе.


Организованное Эвереттом собрание «Анонимных алкоголиков» имело огромный успех. Он был потрясен: на встречу, обрадованные представившейся им возможностью, пришли почти сто человек. Вывеска «Друзья Билла В.» привлекла к себе внимание посвященных, а из утреннего объявления по громкоговорителю они узнали, где состоится встреча. Собрание с многочисленными выступлениями продлилось два часа. Эверетт, шагая в лазарет и намереваясь поделиться радостью с Мэгги, чувствовал себя совершенно другим человеком. А у нее был усталый вид.
— Вы оказались правы! Все прошло просто великолепно! — Глаза Эверетта радостно горели, когда он рассказывал, сколько людей явилось на собрание. Мэгги за него порадовалась. Целый час, пока длилось затишье, Эверетт просидел в лазарете. Мэгги отправила Мелани отдыхать, а сама осталась с Эвереттом.
В конце концов они вместе ушли из больницы, отметившись на выходе. Эверетт проводил ее до здания, где размещались волонтеры от различных христианских церквей, братств и монашеских орденов. Были здесь также несколько раввинов и буддистов в оранжевых одеждах. Эверетт с Мэгги просидели на ступеньке перед входом и пока беседовали, все время кто-то входил и выходил из здания. Мэгги нравилось говорить с Эвереттом, который после собрания почувствовал новый прилив сил.
— Спасибо вам, Мэгги! — Эверетт поднялся, собираясь уйти. — Вы настоящий друг.
— Вы тоже, Эверетт, — улыбнулась Мэгги. — Рада, что у вас все получилось.
Она заволновалась при мысли, что было бы, если б никто не пришел. Но собравшиеся сегодня договорились встречаться каждый день в тот же час, и Мэгги предчувствовала, что затея Эверетта будет иметь успех. Люди жили в постоянном напряжении, впрочем, как и она сама. Священники в их здании каждое утро проводили богослужения, заряжавшие Мэгги положительной энергией на весь день, точно так же как собрание «Анонимных алкоголиков» — Эверетта. Мэгги каждый вечер перед сном посвящала молитве, несмотря на тяжелую работу, которая забирала у нее все силы.
— До завтра, — попрощался Эверетт и ушел.
Мэгги вошла в здание. По освещенной фонарями на батарейках лестнице поднялась наверх. Входя в комнату, которую она делила с шестью монахинями-волонтерами, она думала об Эверетте. Впервые за долгие годы она почувствовала некое отчуждение от других монахинь. Одна из них вот уже два дня сокрушалась, что осталась без монашеского облачения: в монастыре из-за утечки газа начался пожар, и монахини, спасаясь, прибыли в Пресидио в одних ночных халатах и тапочках. Женщина, по ее словам, чувствовала себя без облачения голой. Мэгги терпеть не могла монашеские одежды и надела их на благотворительный вечер лишь потому, что не имела платья и вообще ничего другого, кроме того, в чем работала на улицах.
Мэгги не могла бы объяснить, почему чувствует себя так, почему другие монахини стали казаться ей какими-то недалекими. Она вспомнила, как уверяла Эверетта, что ей нравится быть монахиней. Ей действительно нравилось, но при этом многие служители Бога — и монахи, и даже священники ее раздражали. Иногда удавалось от этого отвлечься. Ведь с ней были Бог и ее подопечные, заблудшие души. Особую неприязнь представители духовного сословия вызывали у нее, когда, ничего не желая вокруг себя видеть, они считали свой жизненный выбор единственно правильным и предпочтительным для всех.
Ее тревожили собственные чувства. Когда Эверетт спросил, испытывала ли она хоть когда-нибудь сомнение по поводу правильности раз и навсегда сделанного выбора, она с чистой совестью ответила отрицательно. Ни раньше, ни сейчас Мэгги не жалела об этом. Только вдруг ощутила, как дороги ей беседы с Эвереттом, его философствования и шутки с остроумными замечаниями. Всякий раз как она думала о нем, ее охватывала тревога: она не хотела привязываться к мужчине. «Может, монахини и правы, — размышляла она. — И нам положено носить монашеское облачение — чтобы напоминать окружающим, кто мы такие, заставляя их держаться от нас на расстоянии. Мы же с Эвереттом опасно сблизились — настолько, что между нами не осталось никаких преград». Правду сказать, условия, в которых здесь приходилось существовать людям, были необычны, они способствовали зарождению дружбы, тесных связей и даже романтических отношений в будущем. Мэгги хотела дружить с Эвереттом, но не больше. Именно об этом она и твердила себе, умываясь холодной водой. Она легла на свою койку и, как всегда, обратилась к Богу. Мэгги старалась не допускать Эверетта в свои молитвы, но он, без сомнения, по-прежнему присутствовал в ее мыслях. Пришлось предпринять осознанное усилие, чтобы закрыться от него. Впервые за долгие годы она напомнила себе, что является Божьей невестой и ничьей больше. Она принадлежит только Ему. Так было, так есть и так будет. Мэгги истово молилась, и ей наконец удалось прогнать из своих мыслей образ Эверетта, на смену которому пришел образ Христа. Мэгги закончила молитву, глубоко вздохнула и, закрыв глаза, умиротворенно уснула.


Добравшись в тот вечер до своего ангара, Мелани почувствовала себя выжатой как лимон. Три дня, полных тяжелого труда в больнице, остались позади. Работа в лазарете приносила Мелани удовлетворение, однако по пути в ангар она вдруг на минуту испытала острую тоску по горячей ванне и уютной постели перед включенным телевизором. Ничего этого в лагере не было. Здесь сотни людей жили все вместе в тесноте и шуме со спертым воздухом и жесткими койками. Мелани, однако, понимала, что еще как минимум несколько дней придется провести здесь. Выехать из города по-прежнему не представлялось никакой возможности. Каждый раз, когда Джейк начинал ныть, она спокойно повторяла, что нужно еще немножко потерпеть. Джейк ее разочаровал окончательно своим бесконечным нытьем и дурным настроением, часто срывая на ней зло. Недалеко от него ушла и Эшли — все плакала, что хочет домой, и жаловалась на посттравматический стресс. Дженет тоже была всем недовольна, однако постоянно заводила новые знакомства и беспрестанно рекламировала свою дочь, а заодно и себя: пусть все знают, какая важная она птица. Мелани это не волновало. Такое повторялось везде, где бы они ни очутились. Музыканты и администраторы Мелани перезнакомились со всеми и день и ночь играли в покер. Мелани с Пэм единственные из всей компании работали, а потому с остальными почти не виделись.
Возвращаясь к себе, Мелани прихватила бутылку вишневой содовой. По ночам зал освещался по краям — там горели факелы на батарейках. В полутьме, если не смотреть под ноги, запросто можно было наткнуться на спящего человека и упасть. Весь пол и проходы занимали люди — кто в спальных мешках на полу, кто в койках. Всю ночь слышался детский плач. Это напоминало обстановку на пароходе в третьем классе или в лагере беженцев, коим, по сути, и являлся Пресидио. Мелани пробиралась к своим. Ее группа занимала более десятка коек, составленных в одном месте, кое-кто спал на полу в спальных мешках. Койки Джейка и Мелани находились рядом.
Мелани присела к Джейку на край постели и потрепала по голому плечу, выглядывавшему из спального мешка. Джейк лежал к ней спиной.
— Привет, малыш, — шепнула Мелани в полутьме.
Шум в ангаре уже стих. Люди рано ложились спать. Все были выбиты из колеи, перепуганы и подавлены: большинство из них землетрясение лишило многого, если не всего. Джейк не пошевелился. Мелани решила, что он спит. Постель матери тоже была пуста — наверное, ушла куда-то. Мелани уже собралась пересесть на свою постель, как спальный мешок Джейка зашевелился, и оттуда вдруг высунулись сразу две головы, испуганные и смущенные, — Эшли и Джейка.
— Что ты здесь делаешь? — сердито и удивленно спросил Джейк.
— Наверное, сплю, — ответила Мелани, не сразу разобрав, что к чему. Однако в следующий момент она все прекрасно поняла. — Хорошенькое дело! — обратилась она к Эшли, подруге всей ее жизни. — Лучше не придумаешь. Какая низость! — воскликнула она, не повышая голоса, чтобы никто не услышал. Эшли с Джейком сели на постели, и Мелани увидела, что оба они раздеты. Эшли, проделав что-то вроде акробатического трюка, выползла из мешка в одной футболке и стрингах — это были ее, Мелани, стринги. — Скотина! — бросила она Джейку и пошла прочь, но он успел схватить ее за руку. Барахтаясь, он выбрался из мешка в одних трусах.
— Да ладно тебе, детка. Мы просто дурачились. Ерунда все это!
На них начали обращать внимание. И что самое неприятное, все знали, кто такая Мелани. Об этом позаботилась ее матушка.
— Да что ты?! А мне так не кажется! — огрызнулась Мелани и, обернувшись, снова посмотрела на них. — То, что ты воруешь мое белье, меня не колышет, Эш, — заговорила она с Эшли, — но воровать у меня парня — это уж слишком, ты не находишь?
— Прости, Мел, — пролепетала Эшли, опустив голову. По ее щекам побежали слезы. — Не знаю, что со мной, здесь так страшно… я боюсь… у меня сегодня самый настоящий психоз. Джейк просто успокаивал меня… я… это не… — Она заплакала сильнее, и Мелани стало противно на нее смотреть.
— Не надо ничего объяснять. Я бы с тобой так никогда не поступила. Если б вы оба оторвали свои задницы от койки и занялись чем-нибудь полезным, то у вас не осталось бы времени трахаться. Вы мне оба отвратительны, — дрожащим голосом сказала Мелани.
— Только не строй из себя праведницу! — выкрикнул Джейк, решив, что лучшая защита — нападение. Но в случае с Мелани это не сработало.
— Да пошел ты!
Появившаяся Дженет в смятении наблюдала за перепалкой, но никак не могла взять в толк, из-за чего сыр-бор. Сегодня вечером она играла в карты с новыми приятельницами и парой очень импозантных мужчин.
— Сама туда иди! Не такая уж ты и крутая, как о себе мнишь! — бросил Джейк в спину удалявшейся Мелани. Мать встревожено устремилась следом за дочерью.
— Что случилось?
— Не желаю это обсуждать! — отрезала Мелани, шагая к выходу, чтобы глотнуть свежего воздуха.
— Мелани, ты куда? — крикнула ей вслед мать, разбудив спящих рядом людей, которые уставились на них.
— На улицу. Не волнуйся, в Лос-Анджелес не уеду. — Мелани выбежала за дверь, а Дженет, вернувшись, нашла рыдающую Эшли и Джейка, который рвал и метал от ярости, в бешенстве швыряясь вещами. Разбуженные шумом люди с соседних коек начали возмущаться, обещая наподдать ему как следует. Джейка не любили. Он всем грубил, а потому, несмотря на свой звездный статус, симпатии в людях не вызывал. Встревоженная Дженет попросила одного из музыкантов угомонить Джейка.
— Как я здесь все ненавижу! — крикнул Джейк и выбежал из ангара.
Эшли кинулась за ним. Она понимала, что сглупила. Эшли знала, как высоко Мелани ценит честность и каково ей сейчас. Скорее всего Мелани ее никогда не простит. Эшли так и сказала Джейку, когда они, босые и завернутые в одеяла, сидели на улице.
— Да пошла она! — сказал Джейк. — И когда нас только, черт побери, выпустят отсюда? — Он просил одного из вертолетчиков отвезти их в Лос-Анджелес, но тот лишь посмотрел на Джейка как на полоумного, ведь они здесь не извозом занимались, а выполняли задание властей.
— Она меня теперь никогда не простит, — всхлипнула Эшли.
— А тебе-то что? — Джейк полной грудью вдохнул холодный ночной воздух. Ну развлеклись они с Эшли немного, ну и что? Делать-то все равно нечего, ведь Мелани так занята своей игрой в Флоренс Найтингейл! Пытаясь оправдаться и перед собой, и перед Эшли, Джейк заявил, что будь Мелани рядом, такого бы не случилось. Так что виновата во всем только она. — Ты гораздо больше женщина, чем она, — сказал он Эшли, которая, уютно прижавшись к нему, жадно ловила каждое его слово.
— Ты это серьезно? — спросила Эшли с надеждой в голосе и на сей раз гораздо менее виновато, чем несколько минут назад.
— Да, Конечно, детка, конечно, — заверил ее Джейк. Несколько минут спустя они вернулись внутрь. И она спала с ним в его спальном мешке, все равно Мелани не вернулась. Дженет притворилась, будто ничего не видит, хотя прекрасно поняла, что случилось. Джейк ей никогда не нравился. Он, на ее взгляд, был недостоин ее дочери: подумаешь, какая звезда! Да еще вся эта история с наркотиками.


Мелани вернулась в лазарет, где переночевала на одной из пустующих коек, которые держали для новых пациентов. Она объяснила дежурной медсестре, что не может ночевать в своем ангаре, и пообещала в случае чего освободить койку по первому требованию. Ей разрешили.
— Не волнуйтесь, — добродушно ответила медсестра. — Спите. Вы неважно выглядите.
— Да, я устала, — подтвердила Мелани.
Она долго лежала с открытыми глазами, не в силах забыть, как из спального мешка показались головы Эшли и Джейка. Джейк ее, в общем, не удивил, хотя она сейчас и ненавидела его, обзывала про себя свиньей за то, что он обманул, причем с ее лучшей подругой. Гораздо больнее она переживала предательство Эшли. Оба они — и Джейк, и Эшли — были слабаками, эгоистами и захребетниками, бессовестно ее использовавшими. В подобной ситуации это должно было неизбежно случиться. На самом деле Джейк не раз ей изменял. Господи, как она устала от разочарований, которые неизбежны при ее известности. Куда, спрашивается, подевались любовь, честность, порядочность, преданность и настоящие друзья?
Мелани крепко спала на больничной койке, когда Мэгги увидела ее там на следующее утро и заботливо укрыла одеялом. Она не знала, что у Мелани стряслось. Скорее всего ничего хорошего. Не от хорошей жизни она пришла сюда ночевать. Мелани во сне походила на ребенка. Оставив ее, Мэгги начала новый день: впереди столько работы!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Потрясающая красота - Стил Даниэла


Комментарии к роману "Потрясающая красота - Стил Даниэла" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100