Читать онлайн Перепутье, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава четырнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Перепутье - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4.09 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Перепутье - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Перепутье - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Перепутье

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четырнадцатая

В воскресенье, двадцать шестого августа, Ник вместе с Джоном приехали на Восточный вокзал — посмотреть, как тысячи солдат садятся в поезд. Большая часть из них ехала к укреплениям на севере. Джонни был потрясен увиденным. Когда он еще только упрашивал отца привезти его сюда, Ник очень сомневался, стоит ли это делать, но затем подумал: «Сейчас вершится история, Джонни следует это увидеть». От Хиллари после памятного разговора по телефону никаких известий не было. Что ж, теперь он ожидал ее появления в любой момент. Не было смысла звонить еще раз. Он ей все уже объяснил.
В то же самое время на площади Пале-Бурбон, на левой стороне, Лиана с дочерьми ждала возвращения Армана. Для него последняя неделя выдалась особенно напряженной, но, как это ни странно на первый взгляд, она же принесла ему спокойствие — наконец-то все пришло в движение. Улицы были оклеены плакатами, призывавшими мужчин записываться добровольцами. И сегодня по дороге из парка домой девочки увидели множество новых надписей и лозунгов. Лиана старалась объяснить им, что происходит. Элизабет была еще слишком мала, чтобы что-нибудь по-настоящему понимать, к тому же она слишком пугалась ружей и пистолетов, а вот Мари-Анж уже живо всем интересовалась. Она старательно прочитывала няне и сестренке все встретившиеся им по дороге надписи: инструкции, как вести себя при возможной газовой атаке, предупреждения о запрете зажигать фары автомобилей по вечерам, распоряжения о затемнении на окнах. Прошедшей ночью Париж действительно был освещен скудно.
На улицах так много машин, объясняла дочерям Лиана, потому что многие уезжают из Парижа. И действительно, люди везли с собой самые невообразимые вещи — даже стулья и столы, привязанные к крыше автомобилей и закутанные в чехлы, а рядом с ними детские коляски, кастрюли, сковороды. Началась эвакуация. Парижан просили не создавать больших запасов продуктов и не паниковать, насколько это возможно. Чтобы отвлечь дочерей от всего этого, Лиана повела их в Лувр, но он оказался закрыт. Сторож сообщил им, что многие сокровища музея уже подготовлены к отправке в провинцию, где их постараются надежно укрыть. Повсюду на людных улицах в обрывках долетавших разговоров слышались слова «Nous sommes co-cus» — «Нам наставили рога», имея в виду пакт между Москвой и Берлином. Лиана уже слышала эту фразу от Армана. Но ей все еще не верилось, что так действительно произошло.
— Как ты думаешь, могут немцы напасть прямо завтра? — весело спросила Мари-Анж за завтраком через пару дней после начала кризиса.
Лиана только грустно покачала головой — теперь и дети думают о том же.
— Нет, сердечко мое, это будет не так скоро. Мы все надеемся, что этого вообще не случится.
— Но я слышала, как папа говорил…
— Не следует слушать разговоры взрослых.
Но Лиана тут же поймала себя на мысли, а почему, собственно, не следует? Все вокруг последние дни жадно слушали друг друга — вдруг узнают что-то новое. Каждый жаждал информации.
— Вот почему солдаты уехали на границу — они будут нас защищать.
Мари-Анж имеет право знать о том, что происходит, по крайней мере, в общих чертах. Однако и пугать ее Лиана не хотела. Но ведь вокруг все боятся? Снаружи стараются сохранить спокойствие, а в глубине души боятся, причем боятся до такой степени, что, когда в четверг стали проверять работу сирены, предупреждающей о нападении с воздуха, это проделали как можно быстрее, чтобы не пугать парижан. Так что звучала сирена лишь несколько мгновений, однако стоило ей завыть, как город замер — казалось, все люди затаили дыхание и с облегчением перевели дух, когда сирену наконец выключили.
Первого сентября парижанам снова пришлось затаить дыхание — пришло известие: Гитлер напал на Польшу. Нечто подобное уже было год назад, когда Германия заняла Чехословакию, но тогда всех успокоило Мюнхенское соглашение. Чехословакия сыграла роль жертвенного ягненка, предотвращающего новые жертвы. Но теперь, опираясь на пакт о ненападении с Россией, Германия уже не опасалась остальных европейских стран и пустила свои полчища в мстительный поход по Польше. Арман рассказывал об этом Лиане, заехав домой на ленч. Она слушала его не прерывая, и слезы катились по щекам.
— Бедные люди, мы можем им как-нибудь помочь?
— Мы слишком далеко от них, Лиана. И англичане тоже. Конечно, мы им поможем, но не сейчас. А в настоящий момент… — Он не мог договорить.
В тот же самый день Ник сидел в библиотеке дома, который снимал на авеню Фош, и смотрел в окно. Он снова позвонил в Канны — ему сказали, что Хиллари уже уехала. После предыдущего телефонного разговора прошла неделя, а ее все не было. Ему сказали, что она сдала номер утром, но нет, мсье, никто не мог сказать, как именно она собирается возвращаться в Париж. Ник надеялся, что Хиллари выехала поездом и скоро будет дома. Теперь он очень сожалел о том, что привез их с Джонни во Францию. Дело шло к войне.
Следующий день прошел в напряженном ожидании. Вся Европа ждала новостей о событиях в Польше. Вечером Арман рассказал Лиане о том, что ему удалось узнать по дипломатическим каналам. Варшава горит, потери польской стороны очень велики, но поляки люди храбрые и сдаваться не желают. Они будут биться с немцами до конца, предпочитая доблестную смерть капитуляции.
Вечером в комнатах становилось мрачно из-за тусклого освещения и тщательно занавешенных окон. Оба долго не могли уснуть. Лиана думала о тех, кто сейчас сражается с нацистами в Польше, ни о чем другом она просто не могла думать. Она думала о женщинах, таких же, как она сама, которые сейчас с дочерьми сидят по домам… или женщины и дети тоже вышли на поля сражений? Перед ее глазами вставали ужасные образы.
Но на следующий день, третьего сентября, думать пришлось уже не только о Польше. На этот раз новости принес не Арман — он не смог заехать домой днем и вернулся только поздно вечером. Незадолго до этого по радио сообщили, что к западу от Гебридских островов немецкая подводная лодка потопила британское судно «Атения». Реакция последовала мгновенно. Британия объявила Германии войну. Франция присоединилась к ней, выполняя взятые перед Польшей обязательства. Закончилась эпоха предположений и догадок. Европа была охвачена войной.
Лиана сидела в гостиной и смотрела в парижское небо, глаза были полны слез. Она поднялась с места и пошла к дочерям, чтобы сообщить им новость. Девочки дружно заревели, а за ними заплакала и гувернантка. Так они сидели и плакали — две взрослые женщины и две маленькие девочки. Но потом Лиана все-таки заставила дочерей умыться, а сама пошла готовить для всех обед. Слезами горю не поможешь, сказала она.
— Теперь мы должны делать все, чтобы помогать папе.
— А он теперь станет солдатом? — Элизабет смотрела на мать огромными голубыми глазами. Девочка внезапно расплакалась, да так сильно, что буквально зашлась в рыданиях над тарелкой. Лиана погладила дочь и покачала головой:
— Нет, дорогая. Папа служит Франции по-другому.
— Кроме того, он слишком старый, — рассудительно добавила Мари-Анж, чем удивила Лиану, которая никогда не думала об Армане как о старом человеке. Удивило ее и то, что дочь вообще думает о возрасте отца. Ведь он так энергичен, так моложав, что его возраста как-то и не замечаешь. Элизабет немедленно вступилась за папу.
— И ничего он не старый!
— Он слишком старый!
И прежде чем Лиана успела вмешаться, девочки уже дрались. Кончилось тем, что она отшлепала обеих, они кое-как успокоились, и после ленча Лиана отправила их вместе с гувернанткой тихо играть в детской. Лиана решила не отпускать их во двор — кто знает, что теперь может случиться. Франция официально вступила в войну, и теперь можно ожидать чего угодно — от воздушного налета до газовой атаки, пусть лучше посидят дома. Лиане очень хотелось поговорить с Арманом, но она не решилась отрывать его от важных дел.


— Папа, значит, теперь мы поедем обратно в Нью-Йорк?
Джонни смотрел на отца широко раскрытыми глазами. Мальчик был потрясен — отец только что рассказал ему о том, что происходит в мире. Слово «война» звучало очень здорово, но папа казался настолько мрачным, когда произносил его, что было ясно: речь идет не о забаве.
— Но я еще не хочу уезжать домой. — Джонни во Франции понравилось. Вдруг его охватил страх. — Но если мы поедем, я смогу взять щенка?
— Конечно, ты его возьмешь.
Как раз о щенке-то Ник и не думал. Сидя в комнате Джонни, он думал о его матери. Прошло уже два дня, как она уехала из Канн, а дома так и не появилась. Ник встал и пошел в кабинет. Он специально заехал домой, чтобы сообщить Джонни новости, и не знал, что теперь делать — вернуться в контору? Ник позвонил туда и предупредил — если будет что-то срочное, пусть звонят домой. Хотелось посидеть с сыном, подождать, не сообщат ли чего-то нового. Но пока новостей было мало. Париж с тех пор как объявили войну, вдруг удивительным образом притих. Люди продолжали уезжать в провинцию, но в целом Париж сохранял сдержанность, никакой паники не было.
Хиллари объявилась вечером того же дня, третьего сентября. Зазвонил звонок снаружи, из прихожей донеслись голоса, а мгновение спустя двери библиотеки распахнулись настежь. Вошла Хиллари, сильно загоревшая, со свободно падающими волосами, глаза сверкали на ее лице, как инкрустация из оникса и слоновой кости. На голове соломенная шляпка в тон бежевой хлопчатобумажной накидке от солнца, которую она держала в руках.
— Боже мой, Хил… — Он реагировал так, словно вдруг увидел потерявшееся дитя — то ли прижать к себе, то ли отшлепать?
— Привет, Ник, — она была совершенно спокойна и явно не настроена на теплую встречу.
Он сразу же заметил на ее запястье большой бриллиант, совершенно не подходящий по стилю к ее наряду — об этом новом дорогом подарке любовника Ник не сказал ничего.
— Ну, как вы тут? — жизнерадостно спросила Хиллари. Ник смотрел на нее, и у него появилось ощущение, будто его медленно погружают в воду.
— Франция и Англия сегодня объявили Германии войну — ты понимаешь, что это значит?
— Я слышала об этом. — Хиллари присела на кушетку и невозмутимо поджала под себя ноги.
— Где тебя носило? — Беседа приобретала сюрреалистический и бессвязный характер.
— В Каннах.
— Я имею в виду последние два дня. Я звонил, и мне сказали, что ты выехала из гостиницы.
— Я приехала с друзьями на машине.
— С Филиппом Маркхамом? — Это был какой-то абсурд. Франция в состоянии войны, а он выясняет отношения с женой по поводу ее любовника.
— Ты что, опять за свое? Я думала, с этим мы уже покончили.
— Дело не в этом. Дело в том, что сейчас не время колесить по Франции, пойми ты, ради Христа.
— Ты велел мне вернуться, и вот она я. — Она смотрела на него с неукротимой враждебностью; и ведь ей даже не пришло в голову спросить о сыне. Ник смотрел на жену и все больше убеждался в том, что начинает ненавидеть ее.
— Ты вернулась домой ровно через десять дней после того, как я велел тебе возвращаться немедленно.
— У меня были свои планы, которые я не могла изменить.
— У тебя сын! Началась война!
— Вот я и здесь. Ну и что дальше?
Ник тяжело вздохнул. Он сегодня целый день думал об этом. Он не хотел так поступать, но знал, что это необходимо:
— Хочу отослать вас домой. Если это не будет слишком рискованно.
— Неплохая мысль. — Хиллари улыбнулась — в первый раз с того момента, как вошла в комнату. Они с Филиппом уже все обсудили перед тем, как он вышел из машины у «Георга Пятого». Он сказал, что забирает ее в Нью-Йорк независимо от того, понравится это Нику или нет. А Ник, оказывается, эту проблему уже решил. — И когда же мы едем?
— Этот вопрос выясняется. Сейчас это стало нелегко.
— Следовало позаботиться об этом еще в июне. — Хиллари резко поднялась с места и прошлась по комнате, а затем снова обернулась к Нику. — Похоже, ты слишком застрял в этом бизнесе с фрицами и совсем забыл, какой опасности подвергаешь нас. Ты понимаешь, что на тебе тоже есть доля вины за все? За то, что началась война? Кто знает, как немцы используют сталь, которую у тебя купили?
У Ника оставалось одно утешение — два дня назад он разорвал все контракты с Германией. Пусть его компания понесет значительные убытки, но с Третьим рейхом он больше не будет иметь дел. Ник сожалел только о том, что не сделал этого раньше. И сейчас, глядя в глаза жены, он вспоминал слова, которые на корабле сказала ему Лиана: «Пришло время делать выбор». Да, время пришло, и он сделал выбор, хотя все-таки поздно — теперь ему придется жить с сознанием вины. Но ведь он и помогал, хотя и втайне. Однако помощь вооружающимся Британии, Франции и Польше была слабым утешением. Ведь одновременно с этим он помогал вооружаться и немцам. И Хиллари теперь сыпала ему соль на раны. Он посмотрел на нее с удивлением.
— Хил, за что ты меня так ненавидишь? Она задумалась, а потом пожала плечами.
— Не знаю. — Возможно, потому что ты постоянно напоминаешь мне о том, кем я стала. Ты хотел от меня чего-то такого, что я не в состоянии дать. Ты подавлял меня с первой же нашей встречи. Нашел бы лучше милую школьную учителку, которая нарожала бы тебе воз ребятишек.
— Но я не стремился к этому. Я любил тебя, — сказал он устало и печально. Все кончено между ними.
— А теперь больше не любишь? — Она не могла удержаться и не задать этот вопрос. И узнать ответ. В нем был ключ к свободе.
Он медленно покачал головой.
— Нет, больше не люблю. Так лучше для нас обоих.
Она кивнула:
— Пожалуй. — Затем тяжело вздохнула и направилась к двери. — Я к Джонни. Когда мы едем?
— Как только мне удастся это устроить.
— Ты поедешь с нами, Ник? — Она смотрела на него, ожидая ответа. Он отрицательно покачал головой.
— Нет, мне придется остаться. Но я приеду при первой возможности.
Она кивнула и вышла из комнаты, а он медленно подошел к окну и посмотрел в сад.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Перепутье - Стил Даниэла



Даниела Стил, один из лучших писателец. Читаю ее не отрывая глаз. Перепутье, достойная книга.
Перепутье - Стил ДаниэлаТатьянс
9.10.2015, 7.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100