Читать онлайн Лучший день в жизни, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лучший день в жизни - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.13 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лучший день в жизни - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лучший день в жизни - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Лучший день в жизни

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

Коко проделала тот же путь, что и Лесли почти две недели назад, с единственным исключением: Лесли путешествовал первым классом, а она – вторым. Правда, он предлагал купить ей билет первого класса, но Коко предпочитала платить сама и потому отказалась. Одиннадцатичасовой перелет из Сан-Франциско в Париж в тесном салоне показался ей бесконечным. Коко спала урывками и проснулась всклокоченной и утомленной. Понимая, что слишком возбуждена, чтобы крепко уснуть, она посмотрела четыре фильма подряд. В Париже рейс задержали на три часа, за это время Коко успела принять душ и перекусить в кафе аэропорта. Уже садясь на самолет, вылетающий в Венецию, она почувствовала, что вот-вот заснет. Сразу после взлета Коко начала дремать и вскоре провалилась в забытье, так что после посадки стюардессе пришлось ее будить. Дома, в Сан-Франциско, сейчас была ночь. Казалось, Коко путешествует уже несколько дней.
Таможенные формальности она прошла еще в Париже, поэтому в Венеции осталось только выйти из самолета и поставить в иммиграционной службе штамп в паспорте. Перед тем как покинуть аэропорт, Коко зашла в туалет, почистила зубы, умылась и причесалась. Старый свитер, надетый в дорогу, она сменила на новый черный, сочетающийся с черными кожаными сандалиями на плоской подошве. Направляясь к выходу с большой сумкой в руках, Коко увидела Лесли возле стойки иммиграционной службы. В Венеции наступало обеденное время; солнце, несмотря на конец октября, казалось по-летнему ярким, но еще ярче сияли от радости глаза Лесли. Он бросился навстречу Коко, с восторгом заключил ее в объятия, забрал у нее тяжелую сумку и повел к лимузину. Водитель ушел получать багаж гостьи, а тем временем Лесли усадил Коко в машину, страстно поцеловал и сказал, что безумно рад встрече. Обоим казалось, что они не виделись несколько месяцев, хотя с момента их расставания не прошло и двух недель.
– Я так боялся, что тебе что-нибудь помешает приехать, – признался он. – Даже не верится, что ты уже здесь!
– Мне тоже. Как идут съемки?
– Нам дали два выходных дня. Может, и в следующие выходные дадут – как раз то, что надо! На следующую неделю я забронировал для нас номер в отеле Флоренции, – с ослепительной улыбкой добавил Лесли, не выпуская Коко из объятий. Наконец водитель принес вещи, погрузил в багажник и сел за руль. Длинный «мерседес», на котором Лесли встретил Коко, продюсер привез из Германии специально для него. По словам Лесли, съемки проходили успешно, только у него возникли некоторые осложнения с Мэдисон, какие именно, он не стал уточнять. Но теперь, когда Коко была рядом, он думал только о ней.
Поездка не заняла много времени: всего лишь от аэропорта до гигантской автостоянки, где пришлось оставить лимузин. Оттуда мощный катер «мотоскафо», взятый напрокат, должен был отвезти их в отель-дворец «Палаццо Гритти», где остановился Лесли. Остальные члены съемочной группы и некоторые актеры жили в небольших отелях поблизости, но Лесли и Мэдисон достались просторные номера в «Гритти», пользующемся славой самого роскошного отеля Венеции. Правда, Мэдисон предпочитала роскошный «Киприани», но продюсер считал, что ежедневно добираться оттуда до места съемок слишком долго и сложно. Режиссер нашел пристанище в престижном «Бауэр Грюнвальд», к которому привык, Лесли же вполне устраивал предоставленный номер.
«Мотоскафо» стремительно несся по Большому каналу, Коко с благоговейным трепетом оглядывалась по сторонам. Панорама города разворачивалась перед ее глазами, Венеция словно открывалась ей – купола, базилики, древние палаццо и, наконец, собор Святого Марка на площади, залитой октябрьским солнцем. Подобной красоты Коко еще не видела. Заметив изумление на ее лице, Лесли радостно улыбался.
– Красиво, правда? – спросил он, притянул ее к себе и поцеловал. Он не мог представить себе более прекрасного места, где хотел бы очутиться вместе с Коко. На вечер он уже заказал гондолу, которая по пути на ужин должна была провезти их под мостом Вздохов, – конечно, если к тому времени Коко еще не сморит сон. Лесли хотелось показать Коко столько живописных уголков, что он сбивался со счета, и это только начало. Какая удача, что съемочной группе дали выходной! По мнению Лесли, все его коллеги заслужили отдых.
Катер подвез их к причалу «Палаццо Гритти», и Лесли повел Коко в номер. Она ожидала увидеть обычный «люкс», а оказалось, что в распоряжение Лесли предоставили сразу несколько соединенных вместе номеров, образовавших подобие дворцовой анфилады. Так полагалось по условиям контракта, но для Коко это стало неожиданностью. Ничего более элегантного и роскошного она еще не видела. Из окон открывался великолепный вид на канал и сразу несколько палаццо венецианской аристократии. Этот город и вправду был единственным в своем роде.
Многочисленные служащие отеля почтительно кланялись Лесли, две горничные поспешили разобрать багаж Коко, официант в ливрее внес гигантский серебряный поднос с угощением для нее, в том числе с идеально охлажденной бутылкой шампанского «Кристаль Луи Редерер».
– На съемках нас частенько балуют, – со смущенной улыбкой шепнул Лесли.
– Оно и видно, – улыбнулась Коко, напоминая себе, что она приехала сюда всего на пару недель. После отъезда королевская карета, в которой она разъезжала вместе с Лесли, наверняка вновь превратится в тыкву. Напоминать себе об этом приходилось постоянно. Рядом с ним Коко чувствовала себя Золушкой, а он, вне всякого сомнения, был прекрасным принцем. Вряд ли хрустальная туфелька придется ей впору. Только в сказках бывает такое, впрочем, все происходящее и так казалось волшебной сказкой. Они устроились на широченном диване, обитом желтым атласом, официант налил Коко чаю, поставил перед ней блюдо с деликатесными канапе и незаметно удалился.
– Никак не могу решить, кто я – Золушка или Сиротка Энни из мультика, – призналась Коко, ошеломленно глядя на Лесли. – Помнится, еще совсем недавно я находилась в Болинасе. Как же меня занесло сюда?
Торжественного приема и великолепия она никак не ожидала. Ей хотелось просто встретиться с Лесли, побыть вместе с ним, и она даже не догадывалась, как ему живется на съемках, на что готовы продюсеры ради его удобства. Здесь было не просто удобно: все вокруг буквально дышало роскошью.
– Неплохо я устроился, верно? – Лесли лукаво улыбнулся. – Но ничто меня не радовало, пока не появилась ты. Без тебя все это не имеет смысла.
После чая Лесли провел гостью по своим комнатам: гигантской дворцовой с великолепной антикварной мебелью и росписью на потолке, двум гостиным, столовой, способной вместить человек двадцать. Ему предоставили также маленький кабинет, библиотеку и столько ванных комнат, отделанных мрамором, что Коко потеряла счет. Каждую комнату украшали букеты свежих цветов. Лесли выбрал для Коко ванную из розового мрамора, из окна которой открывался живописный вид на Венецию.
– По-моему, я сплю и вижу сон, – заметила Коко, следуя за Лесли. В спальне он неожиданно притянул ее к себе и уложил на широкую кровать под балдахином, настоящее королевское ложе. Здесь, в спальне, Коко убедилась, что рядом все тот же Лесли, которого она знала и любила. Несмотря на окружающее великолепие, он по-прежнему любящий и нежный, как в доме Джейн и в Болинасе. Он умел наслаждаться жизнью и всеми ее благами, но при этом мог обходиться и без них. Пределом его мечтаний с недавних пор стало присутствие рядом Коко.
Днем они предавались любви и отсыпались, затем искупались вместе в огромной ванне, отделанной розовым мрамором. Отдохнув, Лесли предложил Коко прогуляться по Венеции, осмотреть хотя бы часть достопримечательностей и посоветовал Коко надеть джинсы. Быстро пройдя по вестибюлю отеля, они прыгнули в личный «мотоскафо» Лесли, который доставил их к площади Святого Марка. Пешком они двинулись по одной из узких улочек, заходили в попадающиеся по дороге соборы, купили на уличном лотке джедато – итальянское мороженое, перебирались по горбатым мостикам через узкие каналы. Вскоре Коко потеряла ориентацию в незнакомом городе, но это ее не пугало. Лесли знал Венецию лучше, чем она, вдобавок перспектива заплутать в Венеции вовсе не казалась зловещей. Здесь везде их окружала дивная красота, ноги сами собой шли куда надо. Повсюду попадались влюбленные пары, в основном местные жители в такое время года. День выдался прохладным и солнечным, а когда солнце наконец зашло, Коко и Лесли вернулись к причалу, и «мотоскафо» доставил их обратно в отель.
Снова очутившись в дворцовых апартаментах, Коко долго стояла у окна, глядя на город. Когда она обернулась к Лесли, ее глаза были полны любви.
– Спасибо, что пригласил меня сюда, – тихо произнесла она. Ее не покидало ощущение, что здесь, в романтичной атмосфере, они проводят свой медовый месяц.
– Я не приглашал, – уточнил он, отвечая ей влюбленным взглядом, – я умолял тебе приехать. Мне хотелось, чтобы ты увидела все то же, что вижу я, Коко. До твоего приезда я просто работал.
Коко невольно улыбнулась: в этом удивительном городе никакая работа не в тягость.
Они разговорились о фильме и о том, как продвигаются съемки. Лесли налил Коко бокал шампанского, а немного погодя они решили переодеться к ужину. Оказалось, дневной сон придал Коко сил, и она была не прочь поужинать где-нибудь в городе. Ей не хотелось упускать ни единой минуты, пока Лесли свободен от работы.
На этот раз у причала их ждал не «мотоскафо», а величественная гондола с гондольером в полосатой рубашке, короткой темно-синей куртке, защищающей от вечерней прохлады, и плоском головном уборе, традиционном для венецианских лодочников. Гондола, это рукотворное чудо, сияла черным лаком и позолотой и выглядела точь-в-точь как все местные суда на протяжении столетий. Как и обещал Лесли, по пути на ужин они проплыли под мостом Вздохов, слушая пение гондольера. Мечта стала явью.
– Не дыши и закрой глаза, – шепнул ей Лесли и, когда Коко зажмурилась, нежно поцеловал ее в губы, тоже стараясь не дышать. Мост остался позади, Лесли объявил, что уже можно перевести дух. Коко открыла глаза и улыбнулась. – Ну вот, сделка скреплена, – с довольным видом заключил он. – Согласно легенде, мы теперь навеки вместе. Надеюсь, ты не возражаешь?
Коко рассмеялась, прильнув к Лесли. Возражать? Против целой жизни рядом с самым романтичным и любящим мужчиной планеты? Против прекраснейшего города мира? Какие уж тут возражения!
– Я хотела бы провести здесь медовый месяц, если он у нас будет, – шепнула она, когда они проплывали под очередным мостом. Коко впервые чувствовала себя настроенной так романтично. Рядом с Лесли иначе и быть не могло. – То есть если мы когда-нибудь поженимся.
– Это я и хотел услышать, – торжествующе подхватил Лесли, в то время как гондола причаливала к узкой каменной лестнице перед ярко освещенным рестораном. Гондольер помог им выйти, Лесли обнял Коко и повел к ресторану. – Как говорил консьерж в отеле, здесь обычно бывает уютно, несмотря на множество посетителей, в основном местных. Ресторан не из шикарных, но, как уверяют, превосходный.
Маленький зал был заполнен лишь наполовину. Метрдотель провел их к столику в глубине зала. Никто из посетителей не обратил на них внимания, и Коко с Лесли поужинали спокойно, без помех. По словам Лесли, местные журналисты вели себя пристойно и не досаждали ему. Правда, пресс-агент Мэдисон одобрил публикацию абсурдных сплетен в каком-то журнале для фанатов, но репортеры из него появлялись только на съемочной площадке, да и то, к облегчению всей группы, лишь один раз. Несмотря на все старания агента, европейская пресса так и не подняла шум. Лесли не стал объяснять, что это были за сплетни, упомянул лишь, что при всей их нелепости для Мэдисон это обычное дело. И добавил, что она стремится стать королевой на съемках каждого фильма, а ему все равно, лишь бы Мэдисон знала свои реплики, являлась на работу вовремя и не тормозила процесс. Он любил Венецию, но надеялся как можно скорее вернуться домой, к Коко. Пока что съемки шли точно по графику. На этой неделе сниматься предстояло на площади Святого Марка и внутри базилики, для чего понадобились бесконечные согласования и разрешения, но ассистент продюсера, итальянец, обладал талантом располагать к себе власти.
Ужиная, Коко и Лесли болтали без умолку, и к десерту ее вдруг начало клонить в сон. Ее внутренние часы сбились, но это не помешало ей насладиться и ужином, и прогулкой по площади Святого Марка. В отель они вернулись в гондоле. В номере Коко одолела зевота, стали слипаться глаза. В Италии наступила полночь. Коко, перелетая через границы часовых поясов, потеряла целую ночь, но ради встречи с Лесли была готова и не на такие жертвы.
Она уснула мгновенно. Лесли лежал рядом, смотрел на спящую Коко и улыбался, а когда и сам задремал, прижал ее к себе и устроился поудобнее. Держать Коко в объятиях было все равно, что видеть, как сбывается мечта. Вместе они проспали почти до полудня. Их разбудило солнце, и новый день начался с пылкой любви.
Лесли повел Коко обедать в свой излюбленный бар «У Гарри». Она заказала местное фирменное блюдо – ризотто по-милански, щедро сдобренное шафраном, он – салат с омарами. За обедом разговор зашел о планах на сегодняшний день. Лесли вновь нанял для гостьи гондолу, более романтичный вид транспорта, нежели быстрый и практичный «мотоскафо», каждый день отвозивший его на работу. Спешить было некуда, поэтому весь день они осматривали Дворец дожей и восхищались Кампанилой – колокольней собора. Побродив по Королевскому саду, они заглянули в несколько колоритных старинных церквей и вернулись обратно в отель. Закончился еще один идеальный день. Ужин было решено заказать в номер, так как в шесть утра Лесли уже следовало явиться к парикмахеру и гримеру, чтобы они справились со своим делом до начала съемок. Коко пообещала сопровождать Лесли по крайней мере в первый день, а затем собиралась осмотреть Венецию самостоятельно. Количество достопримечательностей в этом крохотном городе поражало воображение, но ради их осмотра Коко не желала отвлекать Лесли от работы.
В поездках Лесли обходился минимумом багажа и никогда не возил с собой помощников. Он говорил, что ассистент ему не нужен, если персонал отеля знает свое дело, а в «Палаццо Гритти» ревностно заботились об удобстве постояльцев. Лесли вполне хватало услуг парикмахера и гримера съемочной группы, необходимости в персональном стилисте он не видел. Для звезды первой величины он был на удивление непритязательным и покладистым и часто повторял, что предпочитает не поднимать шума и не привлекать к себе лишнего внимания. В отличие от него Мэдисон привезла на съемки своего парикмахера, двух визажистов, сестру, двух ассистентов и лучшую подругу. Все знали, что перед подписанием контракта на съемки очередного фильма она предъявляет продюсерам бесконечные списки своих личных пожеланий и требований. Мало того, во всех поездках Мэдисон сопровождали телохранитель и инструктор по фитнесу, и она требовала, чтобы всю ее свиту размещали рядом с ней в том же отеле. Друзей у нее, разумеется, не прибавлялось, но в настоящий момент именно участие Мэдисон обеспечивало фильмам наибольшие сборы, поэтому никто с ней не спорил. Ее требования безропотно выполняли, зная, что в противном случае Мэдисон закатит скандал.
– Присутствовать при этом довольно утомительно, – признался Лесли на следующий день, отправляясь с Коко на съемки. Опасаясь холодного утреннего воздуха, Коко надела теплую короткую дубленку и любимые ковбойские ботинки. Она выглядела свежей, юной и прекрасной без макияжа, с огромными зелеными глазами и пышными волосами оттенка меди. В ней сочетались все качества, которые Лесли так ценил в женщинах: честность, бесхитростность, естественность, нетребовательность и никакой заносчивости. Доброта и цельность придавали ей особую красоту, подчеркивали ее достоинства. Рука об руку красивая пара явилась к месту съемок и направилась к трейлеру, отведенному для Лесли и поставленному под арками вокруг площади Святого Марка. Коко понятия не имела, каким образом удалось доставить сюда трейлер, но благодаря ему у Лесли был свой уголок, возможность уединиться и расслабиться в перерыве между дублями.
Парикмахер и старший гример уже ждали его. Их наняли здесь же, в Венеции, но оба бегло говорили по-английски. Лесли непринужденно болтал с ними и потягивал горячий кофе, а Коко наблюдала за ним, тихо сидя в уголке.
Хотя сбор назначили на столь ранний час, съемки должны были начаться лишь в девять. Сначала всем принесли завтрак, потом в дверь трейлера постучали с известием, что Лесли ждут на площадке. Съемочная группа уже установила свет, при этом Лесли заменял дублер – молодой итальянец с похожим цветом кожи, глаз и волос. Для очередного эпизода Лесли надел черный костюм изысканного покроя, водолазку и ботинки из черной замши. Он выглядел сексуально, его облик поражал завершенностью, а сложный грим был почти незаметен. Лесли строго следил, чтобы с гримом не переусердствовали. Его волосы тщательно уложили и обрызгали лаком.
Словно завороженная Коко следила за появлением других актеров, занятых в сцене. Режиссер сел рядом с оператором, отдавая последние распоряжения. Он точно знал, под каким углом должна находиться камера, время от времени подзывал актеров и что-то негромко им объяснял. Коко и прежде бывала на съемках у сестры, но никогда не замечала у членов съемочной группы подобной серьезности и сосредоточенности. В фильме играли самые яркие звезды современности, никто не считал картину проходной, все были твердо нацелены на успех. В случае удачи фильм принесет целое состояние, а возможно, и «Оскар». Очевидно, об этом в съемочной группе помнили все, поэтому никому и в голову не приходило шутить и дурачиться.
Коко молча стояла там, где разрешили, стараясь никому не помешать, и внимательно следила, как Лесли в полную силу отыгрывает первый дубль сцены. Мэдисон в ней не участвовала, прошел еще час, прежде чем она появилась на площадке. Поверх коктейльного платья ярко-алого цвета, прикрывающего лишь самую середину тела, она набросила плащ, но ее знаменитая ложбинка осталась на виду, так же как и длинные стройные ноги в сексуальных туфельках на высоких шпильках. Мэдисон сразу включилась в съемки, в очередной сцене ей предстояло бежать через всю площадь. Кто-то пытался похитить Мэдисон, и Лесли мчался следом, чтобы спасти ее, а она об этом не подозревала. Сложный, запутанный сюжет был хорошо знаком Коко: она прочитала сценарий, когда помогала Лесли разучивать реплики. Эту сцену Коко тоже помнила, но здесь она выглядела совсем иначе: актеры сумели создать почти осязаемое напряжение. Карабинеры отгородили часть площади, никого не подпуская к месту съемок. Кто-то молча предложил Коко складной стул, она благодарно кивнула, а через несколько минут рядом с ней на такой же стул присела незнакомая блондинка. Коко могла лишь догадываться, что это женщина из свиты Мэдисон.
– Она супер, правда? – спросила незнакомка у Коко во время перерыва. – Я убилась бы насмерть, если бы вздумала пробежаться на таких каблучищах!
В ответ Коко рассмеялась.
Незнакомка не стала спрашивать у Коко, кто она такая и почему находится здесь: далеко не все присутствующие на съемочной площадке знали друг друга в лицо. Как у незнакомки и всех на площадке, у Коко на шее висел пропуск – это означало, что либо она работает здесь, либо кого-то сопровождает.
– Они так подходят друг другу, да? – продолжала блондинка, всматриваясь в актеров, и Коко последовала ее примеру. О том, насколько гармонично смотрится эта пара, она не задумывалась, но теперь видела, что Собеседница права. В очередной сцене Лесли держал Мэдисон в объятиях. От бега в предыдущем эпизоде она задыхалась, а когда Лесли наконец догнал ее, медленно обмякла в его руках. Коко испытала легкую неловкость, заметив, как эффектно смотрятся вместе эти двое, собственно, поэтому они и получили свои роли.
– Вы читали о них на прошлой неделе? – продолжала болтать незнакомка, взглянув на Коко. – Сколько страсти! Такие материалы в прессе вызывают интерес к фильмам. Кто знает, чем для них закончатся съемки? – Блондинка многозначительно усмехнулась. Коко слегка растерянно улыбнулась ей, а та деловито вытащила из своей необъятной сумки журнал и вручила его Коко.
Увидев снимок на обложке, Коко потеряла дар речи. На нем Лесли и Мэдисон слились в поцелуе под заголовком: «Нестерпимый жар. Новый роман Лесли и Мэдисон зарождается в Италии». Коко не хотелось читать статью, но журнал, загипнотизировавший ее, сам собой раскрылся на нужной странице. Здесь обнаружилось еще несколько снимков пары: на двух Лесли и Мэдисон целовались, на одном у обоих был ошарашенный вид, будто их прервали в тот момент, когда они меньше всего ожидали. У Коко защемило сердце, она начала читать статью. Оказывается, в мае Лесли расстался с прежней подругой, которая растрезвонила повсюду, что он гей. Далее сообщалось, что Лесли начинал было встречаться с другой, но, едва отправившись на съемки нового фильма в Италию, завязал страстный роман с Мэдисон Олбрайт. О Коко и о том, что ее видели с Лесли в Лос-Анджелесе, в статье не говорилось ни слова. Через несколько минут Коко вернула журнал блондинке и поблагодарила, едва сдерживая тошноту.
Об этом и предостерегала ее сестра. Вот что значит любить кинозвезду – знаменитого актера, который спит с партнершами по каждому фильму. Лесли и Мэдисон пробыли здесь две недели. Быстро же он утешился! Снимки в журнале развеяли любые сомнения Коко: Лесли действительно целовался с Мэдисон. Закаменев, Коко смотрела на пару и недоумевала: какой дурной вкус надо иметь и каким быть жестоким, чтобы пригласить в Венецию ее, предварительно закрутив интрижку с партнершей по фильму! Правда, приглашение было сделано еще до отъезда Лесли, но будь у него хоть капля совести, он мог бы заранее отменить его! Мало того, в последние два дня он занимался любовью с ней, Коко… Кем надо быть, чтобы так вести себя?! Видимо, кинозвездой. Как бы обидно ни было признаваться в этом, но Джейн оказалась права.
Следующие три часа Коко не сходила с места, смотрела, как снимается Лесли, и чувствовала себя роботом. Хотелось лишь одного – броситься обратно в отель и поскорее уложить вещи. И послать Лесли Бакстера ко всем чертям. Она не могла смотреть на него без слез. Скорее бы вернуться домой в Болинас и выплакаться!
По окончании съемок Лесли подошел к Коко и повел ее к своему трейлеру, где уже ждал накрытый стол. Коко заметила, как Лесли, покидая площадку, сказал Мэдисон что-то такое, отчего та расхохоталась, и обнял ее. Наблюдая за ними, Коко едва не взорвалась, но промолчала и продолжала молчать, пока не очутилась в трейлере Лесли.
– Ну, как это выглядело со стороны? – спросил Лесли, стаскивая пиджак и с улыбкой усаживаясь на стул. – Начало было паршивым, сцена с погоней до сих пор кажется дурацкой, но режиссер ни в какую не желает вырезать ее. Сцена под аркой мне нравится гораздо больше. Правда, она смотрелась бы лучше, если бы в кадр пореже брали грудь Мэдисон.
Коко не верила своим ушам: он осмелился заговорить с ней о Мэдисон – и это после злополучной статьи в журнале! Внезапно Лесли показался ей совсем незнакомым человеком.
– Насколько я понимаю, тебе не понравилось? – встревожился Лесли, по-своему истолковав ее молчание. Его тревога быстро нарастала, в своем деле он был перфекционистом.
– Отличные эпизоды, – ровным голосом произнесла Коко, усаживаясь напротив. Она не знала, стоит ли высказывать Лесли все, что она теперь о нем думает, или лучше подождать до возвращения в отель.
– Тогда что же тебе не понравилось?
Ее лицо вдруг стало бледным и осунувшимся. Лесли дорожил ее мнением, потому и попросил заранее прочитать сценарий.
– Вообще-то мне чертовски не понравилось одно! – выпалила Коко, решив покончить с этим разговором сейчас же, а потом вернуться в отель и уехать, не дожидаясь конца съемочного дня. – Статья, которую мне подсунули на площадке.
– Какая еще статья? – недоуменно переспросил он, и этот тон стал для Коко последней каплей, она сочла его недоумение мастерски разыгранным. Раньше он всегда был откровенным с ней, по крайней мере так ей казалось, а теперь притворялся, будто ничего не знает.
– Название журнала не помню, обычно такую дрянь я не читаю. В статье говорилось, что на съемках у тебя с Мэдисон вспыхнул роман. Мог бы предупредить заранее, избавил бы меня от поездки!
– Ясно, – отозвался Лесли, посидел, опустив голову и глядя на мыски своих ботинок, и вдруг поднялся. Его лицо был серьезным. – Могу представить, каково тебе пришлось. Если не возражаешь, мы могли бы сходить кое-куда на минуту. Насколько я понимаю, этот журнал тебе подсунул кто-то из заботливых сопровождающих мисс Олбрайт?
– Кажется, да. Она не представилась. Но я видела, что она появилась на площадке вместе с Мэдисон.
– Замечательно! Значит, это либо ее сестра, либо одна из четырнадцати ассистенток, либо лучшая школьная подружка – все они прибыли личным самолетом из любимого трейлерного парка. – Лесли распахнул дверь и жестом предложил Коко следовать за ним. Мгновение она колебалась, но выражение его лица вдруг стало таким зловещим, что Коко не решилась протестовать. Она спустилась по ступенькам и двинулась следом за Лесли к соседнему трейлеру, значительно большему по размеру.
Лесли постучал, открыл дверь, не дожидаясь ответа, и вошел, увлекая за собой Коко. В трейлере было полно народу, стоял удушливый запах дыма и дешевых духов. Слышался смех и болтовня по мобильникам, на болванках красовались парики. Коко заметила блондинку, которая всучила ей журнал, – та улыбнулась, когда Коко протискивалась мимо. Лесли провел ее в глубину трейлера, где, как ему было известно, обычно скрывалась от публики Мэдисон. Он постучал в отгороженное помещение, затем рванул дверь и застыл, гневно глядя на партнершу. Мэдисон восседала на диване рядом с каким-то парнем в майке и джинсах. Его руки и грудь были чуть ли не сплошь покрыты татуировками. При виде Лесли Мэдисон удивленно вскинула голову.
– А-а, привет, – преспокойно сказала она. – Что-нибудь стряслось?
Сегодня утром на площадке Лесли был особенно любезен с ней.
– Можно сказать и так. Кто-то из твоих подружек показал Коко ту мерзкую статейку в журнале для фанатов, корреспондента из которого ты зазвала сюда на прошлой неделе и наплела ему про нас.
– Никого я не зазывала, – как ни в чем не бывало откликнулась Мэдисон. – Это сделал мой агент. Не могу же я указывать ему, с кем связываться.
– Черта с два не можешь! – Разозлившись, он повернулся к Коко. – Мисс Олбрайт или, как она утверждает, ее агент пригласили на съемки самого беспринципного и гнусного писаку из дешевого журнала и фотографа, чтобы он снял нас. Вдобавок кто-то, – конечно, мы понятия не имеем, кто именно, – намекнул мерзавцу, что у нас с Мэдисон роман, поэтому он заранее знал, что не зря потащится в такую даль. Но так уж вышло, – продолжал Лесли, переводя яростный взгляд с Коко на свою партнершу, – что у меня нет с ней романа, никогда не было и ни в коем случае не будет, несмотря на ее шикарную фигуру, роскошную силиконовую грудь и ноги от коренных зубов, – отчеканил он, словно выплевывая каждое слово. – И если уж на то пошло, она замужем за своим парикмахером – вот этим джентльменом, – пояснил он, указывая на растатуированного парня, – который, согласно контракту, работает вместе с ней над каждым ее фильмом, а заодно зорким глазом приглядывает за супругой. Скажу больше, хотя эту информацию держат в страшном секрете, дабы не подпортить ее сексуальный имидж, а, наоборот, поддержать за мой счет: Мэдисон на пятом месяце беременности. Кстати, ее брак не менее страшный секрет. И теперь, когда все выяснилось, но прежде ты успела испортить мне жизнь чушью собачьей, которую скармливаешь прессе, сделай одолжение, подтверди моей подруге, что я говорю чистую правду. И кстати… – он снова повернулся к Коко, – фотографии, на которых мы с ней целуемся, сделаны во время съемок на прошлой неделе. Не знаю, какого черта на площадку пустили репортера, разве что кто-то из твоей свиты подкупил охрану, – бросил он в лицо Мэдисон очередное обвинение. – Словом, в рекламе такого рода я не нуждаюсь. Я люблю эту женщину, и ни ей, ни мне не нужны слухи, сплетни и прочая головная боль!
Казалось, еще немного – и у него из ушей повалит пар. Мэдисон неловко поерзала, ее муж и по совместительству парикмахер кашлянул и бочком выскользнул за дверь. Видимо, свою жену к Лесли он ничуть не ревновал и не знал, что сказать. Выходя, он улыбнулся Коко и сразу поспешил к целой толпе прилипал, скопившихся в трейлере.
Ссоры между партнерами на съемках – обычное явление, Мэдисон то и дело ввязывалась в них. Ее муж предпочитал держаться в сторонке и привлекать к себе поменьше внимания, пока их брак оставался тайной. Свои войны Мэдисон вела в одиночку.
– Да ладно тебе, Лесли! Сам знаешь, от таких сплетен интерес к фильму только растет. – Мэдисон улыбнулась Коко и заметила в ее глазах изумление. Попадать в такие ситуации Коко еще не доводилось. – Проболтаешься кому-нибудь, что я беременна, – придушу, – тем же ровным тоном пообещала Мэдисон, глядя на Коко. Плащ поверх облегающего алого платья она набрасывала как раз из-за беременности. О ней знала только костюмерша. В контракте Мэдисон был пункт, согласно которому она не имела права беременеть до окончания съемок, а ей вовсе не хотелось лишиться роли. Зато она чуть не лишила своего партнера любимой женщины.
– Окажи мне услугу, – попросил Лесли, гневно глядя на Мэдисон. – В ближайшие несколько месяцев мы работаем вместе. Нам обоим нужны эти роли. Постарайся не разрушить мою личную жизнь, а я не стану портить твою. Не пытайся сделать вид, будто между нами что-то есть.
– Ну ладно, ладно, – отозвалась Мэдисон, поднялась с дивана, и Коко заметила под ее халатом выпуклость на животе. Под платья Мэдисон надевала тугой корсет, а возвращаясь к себе в трейлер, сразу снимала его. – Только никому не говори, что я замужем и беременна, – это вредно для моего имиджа. Секс-символам не полагается быть семейными и беременными.
– Как же ты объяснишь появление ребенка, когда он родится? – спросил Лесли, удивленный ее лживостью, и Коко поняла, что к партнерше по фильму он относится неприязненно. Догадаться почему было нетрудно.
– О ребенке весь мир должен узнать только одно: что это ребенок моей сестры, – ледяным тоном растолковала Мэдисон.
– И где ты планируешь рожать? Под капустным листом?
– Все уже схвачено, – уверенно заявила она, мельком взглянув на Коко. Несмотря на всю красоту, в Мэдисон было что-то неприятное. Актрису занимало лишь одно – карьера. А те, кого она рисковала переехать в стремлении к заветной цели, ничуть ее не интересовали. – Милочка, – обратилась она к Коко, – забери его отсюда и угости минетом, ему неплохо бы расслабиться перед съемками.
Услышав это, Лесли потащил Коко к двери, не давая ответить, пробрался через толпу и вышел из трейлера. Коко следовала за ним. Только когда они оказались в своем трейлере, Коко отважилась поднять глаза. Сцена вышла отвратительной. А Мэдисон Олбрайт, похоже, нисколько не смутилась – эту особу ничто не могло сконфузить.
– Лесли, прости меня, – виновато выговорила Коко. – Я просто подумала, когда увидела этот журнал…
– Понимаю. Не переживай. – Он тяжело опустился на стул, его лицо по-прежнему было встревоженным. – Ты же не могла знать, что все это чушь и бред. Эта тварь продала бы родную мать, если бы она у нее была, лишь бы набить карманы или создать шумиху вокруг фильма. – Раньше Коко никогда не сталкивалась лично с этой темной, уродливой стороной шоу-бизнеса. – Но тебе следует знать, – продолжал Лесли, предостерегающе глядя на нее, – что подобная выходка не первая и, я уверен, не последняя. Мэдисон – коварная дрянь, она наверняка снова выкинет такой же номер. Это может произойти на съемках любого фильма или случайно, или по злому умыслу. Просто знай, что так подло я с тобой никогда не поступлю. Для этого я слишком уважаю тебя и люблю. Если я свяжусь с другой женщиной или даже захочу этого, я поставлю тебя в известность и сам уйду из твоей жизни. Тебе незачем выискивать сплетни о моих романах в журналах для фанатов или в бульварных газетенках. Какую бы разгульную жизнь я ни вел в прошлом, намеренно я не оскорблял ни одну из моих подруг и не собираюсь изменять этому правилу. Прости, если я расстроил тебя, – заключил он, привлек ее к себе и усадил на колени. Коко сгорала от стыда.
– Извини, что я так разошлась. Мне не хотелось осложнять ваши отношения…
Лесли понимал, что ему не станет проще работать с Мэдисон, но отчасти был рад возможности прояснить все разом. Если Мэдисон желает распускать слухи о своих романах на съемочной площадке, ей придется выбрать другую жертву. Рисковать из-за нее отношениями с любимой Лесли не собирался.
– Я люблю тебя. Посуди сама, зачем мне эта пустоголовая красотка? – Он вспомнил, как выглядела во время разговора Мэдисон, и вдруг отчетливо понял, кто она такая – дешевая потаскушка, окруженная жалкими прихлебателями. – В нашем бизнесе случается всякое, Коко. Слухи рождаются и расходятся ежеминутно; почти все, с кем приходится работать, готовы прорываться к вершине славы по трупам или наносить удары в спину. Очень редко представляется возможность сниматься с порядочными людьми, которые не продадут тебя при первом же удобном случае. Придется к этому привыкнуть.
– Постараюсь. – У Коко словно вдруг открылись глаза – и на низость Мэдисон, и на способность Лесли справиться с ситуацией.
Внезапно он рассмеялся:
– А я, похоже, немного переусердствовал. – Испуг мужа Мэдисон, удравшего из комнаты, заметили оба. – Но совет насчет минета пришелся мне по душе, а тебе? – Он взглянул на часы. – Как думаешь, успеем? – Коко рассмеялась. Лесли снова стал серьезным. – Первый раунд закончен. Ты только что выдержала испытание огнем. Добро пожаловать в шоу-бизнес!
– По-моему, я с треском провалилась, – призналась Коко, которая никак не могла опомниться. Подумать только, она поверила, что у Лесли роман с Мэдисон, и даже была готова расстаться с ним! А если бы она сбежала из Венеции без объяснений? Что и говорить, урок получился полезным.
– Наоборот, – поправил он, с гордостью глядя на нее. – Ты справилась на удивление хорошо. Мы пережили испытание, так что в другой раз эта мерзавка задумается, стоит ли связываться с нами.
Лесли произнес эти слова таким тоном, словно они с Коко были командой, вынужденной сражаться против всего мира. Но оба понимали: даже если Мэдисон угомонится, рано или поздно кто-нибудь попытается последовать ее примеру. Коко начинала представлять характер шоу-бизнеса. Люди в нем хватались за каждый шанс, играли без правил, не брезгуя ничем.
Коко и Лесли тихо пообедали в трейлере, поговорили о фильмах и о достопримечательностях, которые Коко хотелось увидеть в Венеции, и во время этого разговора Коко вдруг поняла, что ее сестра ошиблась. Столкнувшись с миром, о котором предостерегала ее Джейн, она вовсе не развалилась, как карточный домик, и вдобавок Лесли остался ей верен. Эта встреча потрясла Коко, но не уничтожила. И самое главное, ошибся даже репортер журнала для фанатов. Значит, пока все хорошо.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лучший день в жизни - Стил Даниэла



Как всегда, очень увлекательный и современный роман.Не устаю восхищаться творчеством и мастерством автора - моей землячке по Калифорнии. Успехов ей!
Лучший день в жизни - Стил ДаниэлаТатьяна Лаврушенко
18.07.2012, 3.51





еще не читала
Лучший день в жизни - Стил Даниэлаирина
19.08.2012, 12.56





Море драйва от прочитанного романа, прекрасно-интересно описан сюжет 10 из 10, от души понравился.
Лучший день в жизни - Стил ДаниэлаЛара Кий
26.06.2013, 12.19





Монотонное развитие событий вначале насторожило. Но потом мягкое изложение сюжета захватило и "поволокло"!!! Понравилась "блудная дочь" Коко, переборовшая свой страх, понравился Лесли, сумевший полюбить и оценить то, что приподнесла ему судьба. Казалось бы, изложена обычная житейская история, но после прочтения на душе осталось удивительное спокойствие. Мне понравилось!!! Удивляюсь, почему нет комментариев.
Лучший день в жизни - Стил ДаниэлаЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
16.04.2016, 20.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100