Читать онлайн Лучший день в жизни, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лучший день в жизни - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.13 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лучший день в жизни - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лучший день в жизни - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Лучший день в жизни

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

На следующее утро в восемь, еще до начала рабочего дня, удивленной Коко позвонила мать. – Господи, что ты творишь?
Коко понятия не имела, что имеет в виду мать. После позднего приезда накануне вечером она проспала и теперь спешила выгулять первую группу собак.
– Мама, я опаздываю. Ты о чем?
– Значит, у тебя хватает времени не только на работу. Сплетни о тебе и Лесли Бакстере напечатали в утренней газете! Пишут, что ты провела с ним выходные в «Бель-Эйре» и что ты его очередная пассия. Когда это началось? – с любопытством спросила мать.
– Летом, – осторожно отозвалась Коко. Ей не хотелось обсуждать свои отношения с матерью, а тем более выслушивать нотации вроде тех, на которые так щедра Джейн. Уличенная в романе с молодым человеком, мать присмирела, но ненадолго. А заслужить ее одобрение еще не удавалось ни одному из мужчин, которые появлялись у Коко. Если Лесли справится с этой задачей, он станет первым, но это маловероятно. Кое-что в жизни остается неизменным.
– А тебе не кажется, что для тебя он слишком знаменит?
– За пределами Лос-Анджелеса он самый обычный человек.
– Как и все люди или большинство – там, где их никто не знает… Но послушай, Коко, он действительно знаменитость в отличие от тебя. В конце концов он вернется в свой круг. Даже если сейчас он воспринимает тебя как глоток свежего воздуха, это ненадолго, – увещевала и предостерегала мать, эхом повторяя все, что уже наговорила Коко старшая сестра.
– Благодарю за высокую оценку, – сухо отозвалась Коко. – Извини, сейчас мне некогда, я опаздываю на работу.
– Ну ладно уж, развлекайся, только не вздумай влюбиться.
– Так, значит, вот как ты относишься к Гейбриелу.
– Само собой, нет! С чего ты взяла? Мы вместе уже год, мы глубоко уважаем друг друга, у нас не просто летний роман, – оскорбленным тоном разъяснила мать.
– А может, и у нас все серьезно. Поживем – увидим.
– Он бросит тебя ради какой-нибудь знаменитой актрисы, а ты останешься с разбитым сердцем. И потом, он для тебя слишком стар.
Коко страдальчески закатила глаза:
– Кто бы говорил!.. Ладно, мама, мне пора.
– Хорошо, только будь осторожна. Развлекайся, пока есть возможность. – Они распрощались.
Шагая к машине, Коко с беспокойством вспоминала разговор с матерью. Почему все так уверены, что Лесли бросит ее, как только она ему наскучит? Почему бы кинозвезде не влюбиться, как простому человеку, не захотеть длительных отношений вместо скоротечного романа с партнершей по роли? Почему все считают, что она ничего не значит для Лесли? Этим окружающие в первую очередь давали понять, какого они мнения о ней, а не о нем. Она настолько ничтожна, что не может представлять для него интерес, между ними все скоро кончится, потому что она его недостойна. Весь день Коко была подавлена и даже не могла поговорить с Лесли по телефону, потому что он пропадал на совещаниях. Он позвонил ей лишь в шесть и, судя по голосу, был как выжатый лимон.
– Привет, милая. Как прошел день? – спросил он, и Коко, не удержавшись, рассказала ему о разговоре с матерью. Днем ей звонила еще и Джейн, но Коко не стала отвечать.
– Все то же самое, – жаловалась она. – Кинозвезда и собачья нянька! Послушать маму, так я гожусь только для постели, да и то ненадолго!
– Напрасно ты себя недооцениваешь, – возразил он. – По-моему, в постели с тобой вообще можно потерять счет времени.
– Ох, перестань! – взмолилась она и впервые за весь день улыбнулась.
– Не принимай это близко к сердцу. Сегодня в газетах только и пишут, что о нас с тобой. Опубликовали снимок, на котором я обеими руками держу тебя пониже талии, заталкивая в машину. Пожалуй, это будет моя любимая фотография.
– А что еще там пишут? – встревожилась Коко.
– В одной из газет тебя назвали моей очередной красоткой, в другой – моей новой загадочной подружкой, словом, все как обычно. Мы же ничего не натворили – ни ты не напилась в стельку, ни я. Мы не занимались сексом прилюдно, хотя было бы любопытно попробовать. Везде пишут, что ты моя новая пассия, еще одна любовница, и так далее, и тому подобное. Но поверь, это ненадолго – скоро они угомонятся. А пока это последняя сенсация, и естественно, все хотят узнать, где ты живешь и кто ты такая. Но ты живешь в другом городе, а я вообще уезжаю, так что все будет в порядке. – А если бы она жила с ним? Их преследовали бы по пятам. Вот потому-то Коко и не торопилась переселяться в Лос-Анджелес. – Не волнуйся, – продолжал Лесли. – Рано или поздно это все равно должно было случиться. Но мы уже вышли из подполья, теперь все позади. Это что-то вроде потери девственности: неприятно и больно лишь в первый раз, но если мы будем вести себя на людях прилично, нас вскоре оставят в покое.
Коко считала его настрой слишком оптимистичным, но спорить не стала. Вечером, когда она думала о Лесли, снова позвонила мать. Первым побуждением Коко было не отвечать на звонок, но она передумала. Мать сообщила, что какая-то журналистка звонила ей и выспрашивала, где живет ее дочь. Коко задумалась: не та ли это журналистка, которая устроила ей допрос в доме продюсера? По словам Лесли, в одной из газет упомянули об этом.
Мать велела своему секретарю сообщить, что Коко живет в Европе, а в Лос-Анджелес приезжала только на несколько дней.
– Правильно, мама. Спасибо тебе. – Коко испытала прилив благодарности к матери, хоть та и не верила в серьезность намерений Лесли.
– На какое-то время мы собьем их со следа. Когда ты снова встречаешься с ним? – В голосе матери послышалось любопытство.
– В эти выходные. В Болинасе. А в следующий понедельник он уезжает сниматься в Венецию на месяц или на два.
– Вот тогда-то между вами все и кончится: сама посуди, вокруг него одни звезды, а ты за шесть тысяч километров. Голливудские романы в таких условиях не выживают. В разлуке любой потянется к тому, кто находится рядом, а не к тому, кто остался дома, вроде как в круизе.
– Ну, спасибо, утешила, – проворчала Коко. Только таких объяснений ей и не хватало.
– Если хочешь встречаться с таким человеком, как он, будь реалисткой. – Коко хотелось поинтересоваться, насколько реалистично оценивала свои шансы сама мать, встречаясь с молодым мужчиной, но она удержалась. Уважение Коко к матери всегда превосходило уважение Флоренс к дочери. – Кто с ним снимается? – продолжала расспросы мать.
Коко перечислила имена партнеров Лесли, в том числе и Мэдисон Олбрайт.
– К ней-то он и уйдет, – подхватила мать. – Перед такой красоткой ни один мужчина не устоит.
– Большое спасибо, мама. – На Коко вновь накатила тоска. Она еще раз поблагодарила мать за то, что та сумела сбить со следа прессу, и закончила разговор. Несколько часов она провалялась в постели без сна, думая о том, что услышала за сегодняшний день. К утру мысли о партнерше Лесли вконец замучили Коко. Признаться в этом самому Лесли она не решилась, но за неделю совсем извелась. В разговорах с ним Коко ни разу даже не упомянула имени Мэдисон. В пятницу вечером, когда Лесли вошел в дом, Коко понадобились все силы, чтобы не разразиться слезами. Он открыл дверь своими ключами и нашел Коко в ванне, с мокрыми волосами и чалмой из полотенца на голове. Едва взглянув на нее, Лесли расцвел широкой улыбкой, мгновенно разделся, влез в ванну, и Коко усмехнулась.
– Вот это настоящее возвращение домой, это я понимаю! – с удовольствием воскликнул он, целуя Коко. Они предались любви прямо в ванне. Несмотря на опасения предыдущей недели, ночь прошла идеально, словно и не было расставания. Все шло так, как и должно было быть. На следующее утро они увезли собак в Болинас. Погода не подвела: как обычно в сентябре, началась жара, температура поднялась чуть ли не выше, чем летом, ночи были теплы и благоуханны. Коко и Лесли казалось, что за время разлуки их любовь только окрепла. Лесли ничем не показывал, что ему интересна Мэдисон Олбрайт, но ведь он был еще дома, а не в Венеции. На время тревога Коко утихла. Лежа в объятиях Лесли на террасе и глядя в звездное небо, она ни на минуту не сомневалась, что он любит ее. Он повторял это вновь и вновь, и Коко верила его словам. У нее просто не было причин им не верить. Он опять умолял ее приехать в Венецию, и Коко твердо обещала.
Лесли привез с собой все вырезки из газет, где упоминались они с Коко. К статьям прилагались снимки, не оставляющие сомнения, что папарацци идут по горячему следу.
Об этом Лесли и Коко разговорились за завтраком в воскресенье утром.
– Мы же знали, что рано или поздно это произойдет, – философским тоном напомнил Лесли. – Любое новое лицо возбуждает их любопытство. Им просто больше нечем заняться, только выискивать сплетни и пикантные сюжеты.
– Во мне нет ничего пикантного, – возразила Коко, снова пересматривая вырезки из газет и прихлебывая чай. – Погоди, то ли еще будет, когда кто-нибудь пронюхает, что я выгуливаю чужих собак! В эту информацию они вцепятся мертвой хваткой.
Пока что папарацци разузнали только, кто мать Коко, и это лишь распалило их. Коко уже сообщила Лесли, что они звонили ее матери.
– Поверь, пикантности в тебе хоть отбавляй! – заявил Лесли, потянулся к ней и поцеловал. – Как думаешь, что скажет Джейн, если ей позвонят?
– Что я хиппи, чудачка, полное ничтожество или еще что-нибудь столь же лестное, – печально отозвалась Коко.
– Пусть только попробует, и я ее придушу! – разъярился Лесли. – Знаешь, по-моему, в ней просто взыграла зависть, – успокоившись, задумчиво продолжал он, поглядывая то на океан, то на Коко. – Мне кажется, ее просто бесит, что ты красива, занимаешься тем, чем хочешь, и всегда была и будешь на одиннадцать лет моложе. Для самовлюбленной Джейн это страшное оскорбление. Возможно, она ревновала тебя с самого рождения, просто ты этого не замечала. И думаю, твое отчисление из школы права или переезд в Болинас здесь ни при чем. Для Джейн это лишь повод. Короче говоря, она злится на тебя за все, что у тебя есть, а у нее нет, начиная с молодости. Ты добра, отзывчива, ласкова, внимательна к людям. Тебя любят окружающие. А из Джейн можно делать гвозди, и будь она другой, она не добилась бы всего, что имеет сейчас. Вся душевность и чувство сострадания в этой паре достались не Джейн, а Лиз. Без нее Джейн невыносима. У Лиз гораздо больше друзей и близких, и ты ее тоже любишь. Должно быть, Джейн больно видеть это. Вдобавок она была единственным обожаемым ребенком – до тех пор, пока не появилась ты и не испортила ей жизнь. Что бы там она ни говорила, в чем бы ни обвиняла тебя, в глубине души она по-прежнему не может простить тебе то, что ты появилась на свет. Она вечно будет стремиться унизить тебя и обращаться с тобой как с пятилетней.
Слушая Лесли, Коко впервые поняла, что сестра была нетерпима к ней с самого детства. Теория Лесли многое объясняла.
– Хуже всего то, что в ее присутствии я действительно веду себя как пятилетняя девчонка. Когда я была ребенком, боялась ее до смерти. Она вечно грозилась, что нажалуется на меня маме или отцу, постоянно помыкала мной. И так продолжается до сих пор. – Коко снова вздохнула. – А я не сопротивляюсь. Я просто не понимаю, почему она злится. Ведь она и так всегда была маминой любимицей, и папа боготворил ее, особенно с тех пор, как она занялась продюсированием фильмов. Он пришел в восторг, узнав, что Джейн поступила в киношколу Калифорнийского университета. Мое поступление в Принстон он воспринял почти равнодушно: с его точки зрения, никакая это не заслуга. Я искупила вину, поступив в школу права в Стэнфорде, хотя меня туда и не тянуло. Я просто хотела порадовать его, а потом возненавидела учебу и все с ней связанное. В том, что я вылетела из школы, виновата я одна. На самом деле мне хотелось получить степень магистра истории искусств и устроиться на работу в музей. Но папа сказал, что никакого толку от этого не будет, в музее денег не заработаешь и вообще это чушь.
– Так почему бы тебе не исполнить свою мечту сейчас? – спросил Лесли, у которого заблестели глаза. – Или выучиться на ветеринара, – почти шутливо добавил он, вспомнив, как Коко любит своих питомцев и балует их, словно родных детей. Однако Лесли видел, что ее вторая страсть – искусство, особенно живопись. Книги по искусству переполняли тесный домик Коко.
– К чему это мне сейчас? Поздно уже учиться.
– Ничего подобного. Если учеба в радость, почему бы и нет? Ты могла бы учиться в Калифорнийском университете, если бы переселилась ко мне. Или в Стэнфорде. Или в Беркли, если мы будем жить поблизости. – Лесли все еще пытался убедить Коко, что им следует жить вместе, лучше всего в Лос-Анджелесе, но он был готов и перебраться в Сан-Франциско.
– Может быть, – задумчиво отозвалась она. – Меня всегда интересовала реставрация. В колледже я изучала ее, и мне казалось, что ничего увлекательнее и быть не может.
В этом Коко еще никому не признавалась. Йена искусство не привлекало, он предпочитал свежий воздух, а Коко, которая в те времена была моложе, это вполне устраивало. Отец считал пустой тратой времени любые занятия, кроме юриспруденции.
– Так почему бы тебе не изучить ее получше? Что делать с этими знаниями, можно решить и потом. Может, они тебе вообще не пригодятся, но я с тобой согласен: разобраться, что к чему, было бы любопытно.
Коко ни в чем не походила на своих родных. Лесли готов был считаться с ее желаниями и относиться к ним с уважением, а ее родственники – нет. С тех пор как Коко познакомилась с Лесли, она начала иначе воспринимать саму себя. Его предположения о причинах злости Джейн казались Коко логичными.
– Если ты интересуешься реставрацией, в Венеции тебе будет чем заняться. Город реставрируют и оберегают на протяжении долгих лет. Это настоящая жемчужина.
Лесли уже случалось бывать в Венеции, а Коко – ни разу. Правда, она видела Флоренцию, Рим и Помпеи, а однажды во время плавания на яхте – остров Капри, но не Венецию.
– Я собираюсь туда не для того, чтобы осматривать достопримечательности, – с улыбкой возразила Коко, – а чтобы повидаться с тобой.
– Одно другому не мешает. Я все равно постоянно буду на съемках. А если ты любишь осматривать старинные церкви, то в Венеции не соскучишься: там их тысячи, одна лучше другой.
Эти слова прозвучали заманчиво, и Коко пообещала приехать, когда вернутся Лиз и Джейн. Вопрос, где Коко и Лесли будут жить потом, остался открытым, они не знали даже, поселятся вместе или нет, но мало-помалу начали строить совместные планы, и казалось, остальное постепенно решится само собой. Если Коко покинет Сан-Франциско, ей придется оставить свой бизнес. Отцовского наследства хватит, чтобы жить не работая, но когда Коко не зарабатывала сама, ее постоянно мучили угрызения совести. А выгуливание чужих собак оказалось более прибыльным делом, чем она рассчитывала, и приносило столько денег, что Коко с избытком хватало на все ее нужды. Ей удавалось даже экономить и вкладывать излишки, в том числе в пенсионный фонд. Коко вовсе не собиралась полностью зависеть от Лесли. Ее мать и сестра имели немалые доходы, владели целыми состояниями. А Коко не зарабатывала больших денег, но с другой стороны, и жизнь вела скромную.
Днем Лесли то и дело возвращался к разговору о Венеции. Коко могла ответить лишь одно: она приедет, если повезет, через несколько недель. Джейн и Лиз еще не назвали точную дату возвращения, но Коко уже предупредила Эрин, что ей, возможно, скоро вновь понадобится подмена. В Италии рядом с Лесли Коко хотела пробыть неделю или две, хотя он уговаривал ее задержаться подольше.
В город они вернулись уже в сумерках. Лесли вел машину, Коко любовалась пейзажем со скалами и океаном, думая о том, как ей повезло жить здесь. Покидать эти места она пока не готова. Три последних года она была счастлива в Болинасе. Расстаться с этой уютной и безопасной гаванью – значит пойти на жертвы. Здесь никто не надоедает ей, никто не вторгается в ее жизнь. Гуляя по пляжу в Болинасе, можно не оглядываться по сторонам, боясь папарацци, как в Малибу. В Болинасе никто не нарушает ее покой. Но теперь без Лесли ей будет тоскливо даже в любимом доме на берегу. Лесли стал частью ее жизни, хотя их привычные миры бесконечно далеки друг от друга, словно их разделяет множество световых лет. Коко задумалась, удастся ли им в будущем уединяться в Болинасе между съемками. Отдых на берегу летом понравился Лесли, но он привык к большим городам, к шуму и суете. Стало быть, приспосабливаться придется ей. Это неизбежно, так как карьера Лесли налагает большие обязательства. А у нее, Коко, всего лишь работа, да и то самая примитивная.
Вечером они посмотрели фильм, который Коко видела впервые, но сразу же полюбила. Лесли объяснил, что это классика кино. О фильмах он знал почти все, где бы и когда бы они ни были сняты. Коко многому научилась у него. В отличие от большинства симпатичных актеров, снимающихся в коммерческих картинах, Лесли был по-настоящему увлечен своим делом, относился к нему со всей страстью, изучал и самые популярные фильмы, и те, которые прошли незамеченными, и пытался вывести формулу успеха и фиаско. Однажды он признался, что в детстве мечтал стать великим актером, как сэр Лоуренс Оливье, и в то же время понимал, что таких высот ему никогда не достичь. Но по крайней мере он мог попытаться сделать все возможное, снимаясь в тех ролях, которые ему предлагали. Продюсеры предпочитали пользоваться его внешностью и обаянием, но Лесли, не довольствуясь этим, брался и за серьезные роли. Он был разносторонним актером, хотя в списке сыгранных ролей преобладали однотипные и легкие. Джейн знала, на что он способен, и с большим уважением отзывалась о его работе. Актерская манера Лесли годилась и для комедий, сниматься в которых он особенно любил. Он привносил в игру неподражаемое чувство юмора, зрители любили эти веселые фильмы. Душой он всегда стремился к глубоким чувствам, но не видел причин отказываться и от такого заработка, как чисто коммерческие картины. Съемки в них всегда оказывались выгодным делом.
В ту ночь они засиделись допоздна, ели мороженое на кухне, обсуждали новую роль Лесли. Он пытался внести в нее что-то от себя, делился идеями с Коко, и она с одобрением принимала их. Ее поражало, как старательно обдумывает Лесли каждую свою роль, как тщательно готовится к съемкам, какие исследования проводит. Неужели так работают все актеры? Услышав этот вопрос, Лесли рассмеялся: «Не все, только хорошие». И признался, что его тревожат будущие съемки с Мэдисон. От знакомых, снимавшихся вместе с ней раньше, он слышал, что она не удосуживается заучивать свои реплики. Значит, ему придется тяжелее, чем обычно, к тому же у Лесли с режиссером уже несколько раз вспыхивали споры по поводу роли. Актер и режиссер объясняли поступки героя совершенно разными мотивами, и до сих пор сценарист держал сторону Лесли, что злило режиссера. Властный и самолюбивый режиссер привык к безоговорочному повиновению группы. Съемки в Венеции казались Лесли нешуточным испытанием, потому он и стремился заручиться поддержкой Коко.
Спать они легли только в два часа ночи, а в семь Лесли проснулся, чтобы выехать в восемь. После пробуждения они успели заняться любовью и принять душ вдвоем. Лесли наскоро позавтракал, торопливо поцеловал Коко и убежал, пообещав позвонить сразу после приезда. Коко пожелала ему успешной работы. Едва Лесли скрылся за дверью, как в доме воцарилась ошеломляющая тишина, которая показалась Коко гнетущей, когда она заехала пообедать после первых прогулок. Ей была ненавистна сама мысль о том, что Лесли уже далеко. Ей придется воспринимать их разлуки как неизбежное, иначе Коко потеряет Лесли. На съемки он уезжает постоянно. Можно, конечно, повсюду сопровождать его, но это означает, что и со своей работой, и с собственными увлечениями придется распрощаться. Коко не могла отказаться от своей жизни ради Лесли и существовать в его тени, хоть он уже не первый месяц доказывал, что ничего подобного не требует. Ему нужен равноправный партнер, а не фанатка, не горничная и не рабыня в отличие от ее сестры, которая убеждена, что Коко существует лишь для того, чтобы исполнять чужие прихоти. Джейн явно считала сестру низшим существом. По-видимому, Лесли оказался прав насчет Джейн. Рождение Коко она расценила как угрозу своему положению в семье и до сих пор не простила младшей сестре сам факт ее появления на свет. И, наверное, не простит никогда.
Той ночью тишина в доме давила как никогда. Коко решила пересмотреть старый фильм, в котором играл Лесли, один из своих любимых, в надежде развеять тоску, но, наоборот, еще острее ощутила, как ей недостает любимого. Она замерла на широкой кровати, глядя на огромный экран, и вдруг осознала, кого полюбила. «Боже мой!» – невольно вырвалось у нее. Она без ума от самого преуспевающего актера во всем мире. Пусть он и не Лоуренс Оливье, поклонницы ставят его, Лесли, гораздо выше. Внезапно Коко вспомнилось все, что наговорила ей сестра, и стала терзаться: о чем она только думала? Зачем она нужна Лесли? Она полное ничтожество, ее работа – прогулки с чужими собаками, она живет в Болинасе, в доме, похожем на сарай. Пожалуй, Джейн все-таки права. Коко захлестнула волна ужаса, в ту ночь она плакала во сне. Ее утешил лишь полночный звонок Лесли, который прибыл в Венецию и звонил, чтобы сообщить об этом. После двух длинных перелетов его голос звучал измученно. Оказалось, в Париже рейс задержали.
Коко попыталась объяснить ему, что осознала со всей остротой, кто он и кто она, каким леденящим страхом скована ее душа.
– Полная чушь, чепуха! – воскликнул Лесли, выслушав ее. – Ты женщина, которую я люблю, не забывай об этом.
Но после этого разговора Коко вновь одолели печальные мысли. В ее голове теснились все те же вопросы, как во время просмотра фильма. Надолго ли это? И если Джейн права, кто из роскошных, неотразимых кинозвезд займет ее место? Представив себе соперницу, Коко содрогнулась.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лучший день в жизни - Стил Даниэла



Как всегда, очень увлекательный и современный роман.Не устаю восхищаться творчеством и мастерством автора - моей землячке по Калифорнии. Успехов ей!
Лучший день в жизни - Стил ДаниэлаТатьяна Лаврушенко
18.07.2012, 3.51





еще не читала
Лучший день в жизни - Стил Даниэлаирина
19.08.2012, 12.56





Море драйва от прочитанного романа, прекрасно-интересно описан сюжет 10 из 10, от души понравился.
Лучший день в жизни - Стил ДаниэлаЛара Кий
26.06.2013, 12.19





Монотонное развитие событий вначале насторожило. Но потом мягкое изложение сюжета захватило и "поволокло"!!! Понравилась "блудная дочь" Коко, переборовшая свой страх, понравился Лесли, сумевший полюбить и оценить то, что приподнесла ему судьба. Казалось бы, изложена обычная житейская история, но после прочтения на душе осталось удивительное спокойствие. Мне понравилось!!! Удивляюсь, почему нет комментариев.
Лучший день в жизни - Стил ДаниэлаЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
16.04.2016, 20.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100